Локи: Назад в будущее

      После урагана ни о какой доставке продуктов не могло быть и речи. Более того, они оказались отрезаны от большого мира: ни один автомобиль не мог преодолеть разбросанные по дороге препятствия. В итоге асгардский царевич не просто поехал за продуктами вместе с Джесс, но и даже самолично убрал с дороги несколько поваленных деревьев — иначе было не проехать! Девушка смотрела на него в полном восхищении: она и не подозревала, что он сможет передвинуть огромного лесного великана. Локи усмехнулся: да, в Асгарде его считали слабым, по сравнению с Тором, зато тут он настоящий богатырь.       Через час они уже стояли в очереди, приближаясь к кассе, и тихо переговаривались о завтрашних планах. Бог обмана поглаживал Джессику по талии, нежно спускаясь ниже и получая в ответ её недовольный и одновременно взволнованный шёпот, когда мужчина впереди отвлёк их внимание.       Покупатель в дорогой брендовой рубашке и, судя по полноватой фигуре, любитель пива и барбекю, вот уже пару минут спорил с кассиршей, бледной девушкой с высоким хвостом на голове и кругами под глазами, и теперь почти кричал, призывая охрану:       — Эта воровка пробила мне две бутылки дорогущего виски, а на ленте одна! Она хотела обокрасть меня! Да не на того напала!       — Сэр, успокойтесь, давайте разберёмся, — увещевал охранник, подходя ближе.       — Я требую позвать директора! Пусть он уволит эту воровку! — распалялся покупатель, с ненавистью глядя на кассиршу. — Уверен, это уже не в первый раз! Я уже замечал такое, только дома спохватился!       — Но Джонни, у тебя было две бутылки, — растерянно оправдывалась девушка, её лицо было всё красное, а глаза испуганные. — Зачем ты так говоришь?       Джессика взволнованно посмотрела на бога иллюзий. Её взгляд вопрошал яснее слов, и он, снисходительно усмехнувшись, тихо прокомментировал:       — Она говорит правду, а мужчина лжёт.       — Зачем??       — Возможно, хочет её подставить, — пожал плечами бог обмана. — Они хорошо знакомы. И вообще, она… — он втянул носом воздух и, поколебавшись несколько секунд, закончил: — она, похоже, беременна.       — Как ты понял? — прошептала Джесс.       — Другой запах. Особенный. — Локи спокойно вернул руку на её талию. — Пойдём на другую кассу, — он потянул девушку назад, но она упёрлась. — Что такое?       — Помоги ей, Локи? — она тревожно посмотрела на него. — Пожалуйста? Я…       Бог обмана покачал головой, сразу перестав улыбаться, и властно взял за плечи, чтобы увести.       — Зачем тебе это? — холодно спросил он. — Ты же не хотела, чтоб мы попадали в истории? Были на виду?       — Охранник сказал, что камеры не работают, — настойчиво прошептала она. — Ураган все провода оборвал.       Впереди спор разгорался с новой силой: пришёл босс, и они оба уже кричали на девушку, требуя предъявить вторую бутылку, а она сквозь слёзы громко возражала.       — Это неправильно!— нервно сказала Джесс, вцепляясь в его локоть. — Ты же можешь придумать что-нибудь, бог обмана ты или нет? — её взгляд был полон сострадания к девушке. — Скажи, что ты работал детективом? Ты же мечтал стать справедливым правителем! — энергично напомнила она.       Её слова почему-то отозвались теплом внутри. Да, он хотел быть правителем, которого любят подданные, и обращаются за справедливым решением. Но тут совсем другое… Локи испытующе посмотрел на спорящих, прикидывая, что можно сделать.       Не дождавшись его реакции, Джессика с досадой повернулась к ним:       — Прошу вас, давайте снизим тон беседы, — сказала она со сдерживаемым возмущением.       Кассирша, сразу же встрепенувшись, обратилась к ним в отчаянной надежде:       — Может, вот вы видели, их же было две!       — Да не видели они ничего, кроме друг друга! — грубо оборвал её покупатель, своими правдивыми словами мгновенно настраивая против себя Локи.       Джессика сжала его локоть, и бог обмана вступил в ситуацию:       — Я не видел, но девушка не лжёт, — уверенно сказал он, смерив хама высокомерным взглядом.       — И как вы это поняли? Читаете мысли? — сразу саркастично напал на него мужчина.       — Нет, но у меня большой опыт в дознании, — надменно сообщил Локи. Сотни лет, мысленно добавил он. Глаза девушки засветились радостью:       — О, боже, ты услышал мои молитвы!       Локи обменялся взглядом с Джесс, вновь сжавшей его руку на этих словах:       — Она о тебе, — горячо прошептала О’Брайен, показывая на девушку глазами.       — Не сомневаюсь, — бог иллюзий фыркнул, но сделал шаг к ленте, оттесняя злобного покупателя.       Владелец супермаркета скептически закатил глаза при упоминании высших сил.       — Где же тогда вторая бутылка? — холодно спросил он.       — Она была? — уточнил у девушки бог обмана.       — Да, сэр, я пробила две! Может, он дважды мне дал одну! Или спрятал! — искренне ответила девушка, глядя на него, как на спасителя.       Локи несколько секунд не сводил глаз с обоих мидгардцев, и наконец поставил диагноз:       — Спрятал. Где-то тут.       — Давайте посмотрим! Это она ее спрятала! — зло выкрикнул мужчина. — Дайте я найду вторую бутылку!       — Стой! Останови его! — вдруг крикнула Джесс. Асгардский царевич отреагировал мгновенно, железной хваткой ухватив покупателя за руку, которая уже протянулась к зоне кассы. Не дав мужчине времени возмутиться, О’Брайен продолжила: — На бутылке есть отпечатки пальцев.       Странно посмотрев на неё, Локи тем не менее поддержал:       — Верно, необходимо вызвать полицию и снять отпечатки.       — Да, да! — обрадовалась кассирша.       — Да я! Да она… — кипятился покупатель, — а, чёрт с вами, просто дайте мне новую бутылку! С этой хитрой сучкой полиция ничего не докажет, к чёрту всех вас! — неожиданно сдался он.       Босс кивнул девушке с соседней кассы, и та подскочила, бросаясь за вторым виски.       — Вы точно не хотите вызова полиции? Вот, прошу вас, забирайте, — к шоку остальных, хозяин магазина вручил мужчине вторую бутылку и тот, ругаясь на чем свет стоит, размахивая полученным виски и звеня остальными бутылками в большом пакете, пошёл к выходу.       — Но… — непонимающий взор кассирши бегал от одного участника к другому.       — На бутылке куча отпечатков, ничего не докажешь, — тихо сказал босс. — Камеры ещё не работают. Лучше, если он уйдёт.       Бог обмана кивнул:       — Забрал претензии — лучший исход. Вы знакомы? — требовательно спросил он девушку.       Девушка смутилась, и за неё ответила продавщица с соседней кассы, принесшая бутылку.       — Они встречались, но он стал говниться и Кристи его бросила, — встряла она. — Мстит наверное, урод!       Бог обмана кивнул и, прикоснувшись к плечу Джесс, быстрыми шагами вышел из магазина. Вслед за ним бросился знакомый курьер, которого он не так давно поднимал за шкирку:       — Я с вами!       — Кристи, тебе лучше перейти в другой магазин, чтобы ситуация не повторилась, — владелец сочувственно обратился к кассирше. — Мы дадим рекомендацию.       — Но я арендую квартиру… срок съезда три месяца! — жалобно сказала она.       Босс нахмурился; тут все повернулись к Локи, который вернулся вместе с курьером и провозгласил:       — Он больше не придёт.       Скептически хмыкнув, владелец процедил кассирше:       — ОК, если он вернётся, сразу уволишься. Не вздумай обслуживать его! Всё ясно? — жёстко сказал он. Заплаканная девушка закивала. — А сейчас иди домой, всё равно смена скоро кончается.       Девушка вышла из-за кассы, поправляя фартук, и Локи, окинув взглядом её рабочее место, ловким движением вытащил бутылку из-под ленты, поставив сверху.       Курьер обнял её за плечи:       — Я отвезу тебя. Всё равно уже закончил.       — Не стоит, Роджер! — слабо сопротивлялась девушка; она убрала его руку и пошла к выходу; тот всё-таки отправился вслед.       Приняв скудную благодарность владельца, смутно вспомнившего их конфликт из-за доставки продуктов, и оплатив наконец свои покупки, они вышли из магазина. У машины стоял тот самый курьер.       — Спасибо вам, босс сказал, мы будем делать вам доставку, как раньше, только без рук, ладно? — неловко улыбнулся он.       — Договорились, … Роджер, — усмехнулся Локи, убирая пакеты. — Как Кристи?       — Она уехала, я не знаю, — сразу сник тот.       — Не знаешь, почему она тебе отказывает, хотя рассталась с этим уродом? — снисходительно спросил бог обмана. — Возможно, есть обстоятельства, о которых ты не подозреваешь, — загадочно сообщил он, садясь на переднее сидение.       — То есть? — опешил мужчина. — Какие?       — Спроси у неё сам.       — Она не говорит! Она так и сказала, я ей нравлюсь, но нам нельзя встречаться! — пылко сообщил Роджер.       — Она тебе не доверяет, — бог обмана пожал плечами.       — Не доверяет, а я на всё готов ради неё!       Локи недоверчиво фыркнул, и оценивающе посмотрел на собеседника, откидываясь на кресле.       — Прямо на всё? На что бы ты вообще пошёл ради любви? Ты бы женился на женщине другой расы ради любви?       — Нууу..       — На женщине старше себя? Или с чужим ребенком? — продолжил допытываться он.       — Нет, конечно! — сразу же выпалил тот. — Старуху или с прицепом мне не надо! Да и чёрную, но Кристи-то белая!       Локи пожал плечами:       — Тебе нужен идеальный вариант. Лучше поищи его, не теряй с ней времени. Поехали, — он повернулся к Джесс. Она с радостью тронулась, выворачивая руль подальше от придирчивого курьера.       — Какого чёрта… — крикнул тот.       Но они уже отъехали и не слышали окончания тирады.       — Так ты удовлетворена? — спросил бог обмана, глядя на довольную Джессику.       — Мне нравится, когда ты такой, — призналась О’Брайен, бросая на него быстрый взгляд.       — Такой — какой? — с улыбкой уточнил Локи, любуясь её светящимся от радости лицом.       — Не люблю несправедливость, — невпопад ответила она.       — Удивительно, как ты выжила в этой чудесной стране, с таким подходом, — с иронией парировал он.       — Делаю, что могу, работаю в команде, — весело ответила она.       Локи тоже чувствовал подъём: хоть и мелочь, а приятно. Мидгардцы с благодарностью последовали его решению, и никаких Одинов или Торов рядом, забирающих все лавры.       — И кажется, ты мне должна желание? — с невинным видом сообщил он.       — Нет, абсолютно ничего, ни капли, — засмеялась Джесс.       — Заедем в тот поворот на лесную дорогу?       — Зачем, ты решил ягод собрать? — притворно удивилась она.       — Там увидим… — неопределённо ответил он, прикасаясь пальцами к губам.       Джессика завернула на узкую боковую дорожку и сбавила скорость.       — Ты его упрекал. Разве ты бы женился на такой женщине? — она остановила машину и с затаённым волнением посмотрела на него. — Другой расы, с чужим ребенком?       — Возможно, — уклончиво ответил бог иллюзий. Ребёнок казался проблемой; другая раса уже не настолько. Но даже не это главное… наклоняясь к девушке, он назвал ключевое препятствие: — Только сперва стану царём, — и поцеловал, скользя рукой по бедру.

***

      Через пару дней дорога к городу была уже полностью свободна, и они смогли наконец попасть в клуб: народу было много, все были счастливы вернуться к старым развлечениям после стольких дней перерыва. Джессика радовалась, наблюдая, как Локи уверенно подсел к разношёрстной компании скучающих любителей и потихоньку опустошал их бумажники, делая комплименты девушкам и перешучиваясь с молодыми людьми. Она с тайным удовлетворением отметила, что её аристократичный спутник тоже надел кольцо на нужный палец; правда, какой-то массивный перстень, не похожий на её.       Пока она лазила в интернете и читала бумажную книгу, усевшись в мягкое кресло в уютной зоне в конце зала, бог обмана успел поиграть за тремя столиками и ушёл довольный. Теперь, когда он постоянно выигрывал, он становился центром компании: ему улыбались женщины, стараясь переброситься парой реплик, мужчины жали руку. Даже бармен проявлял интерес: уважительно поздравлял и предупреждал о каких-то криминальных элементах, ночью ошивающихся около клуба. Локи лишь снисходительно улыбался; но было видно, что внимание ему льстит.       На выходе они с О’Брайен задержались у стойки, пестрящей коробками дорогого шоколада.       — Ты назвал меня конфеткой. Которая из них, скажешь? — кокетливо улыбнулась Джессика. Желая продемонстрировать асгардскому царевичу как можно больше земных достижений, она время от времени покупала новые шоколадные лакомства. Бог обмана с удовольствием дегустировал всё — в отличие от большинства асгардцев, он отдавал предпочтение не свиным окорокам и элю, а сложным изысканным вкусам, и обожал разнообразие.       — Ты? — он выбрал коробочку с пралине и марципаном, и забрал пакет. — Сейчас покажу, — засунув руку в карман, Локи достал зелёную карамельку в прозрачной обёртке, из тех, что бесплатно лежали в больших чашах в игровом зале, и протянул.       — Эту? — Джессика подняла на него разочарованный взгляд. — Намекаешь на моё плебейское происхождение?       Бог обмана фыркнул и взял её за талию, увлекая на улицу.       — Нет, тут совсем другое, — заговорщически начал он. — Во-первых, смотри, какой красивый зелёный цвет.       — Это недостаточное оправдание, — возразила девушка, недовольно рассматривая играющий на свету неоновый леденец.       — Во-вторых, попробуй, — бархатным голосом продолжал умасливать её Локи, и О’Брайен, хмурясь, положила конфету на язык. Вкус был яблочно-лимонным, не слишком сладким, и очень свежим. Бог иллюзий продолжил: — Кислинка — это твоё вечное упрямство и стремление всё улучшить. Оно прибавляет пикантности, — они вышли на ночную улицу, в разлитый повсюду аромат цветов, и Локи лёгким движением повернул девушку, прислонив спиной к стене. Она смотрела на него в темноте снизу вверх, расширив глаза в ожидании. — А сладость, — он приник к её устам, неожиданно забрал языком конфету и спрятал в ладони, нежно продолжая поцелуй. Джессика обвила его шею рукой и самозабвенно отвечала, вся окутанная нитями медовых запахов. Наконец он остановился, глубоко дыша и пожирая её взглядом.       — Сладость, это когда после поцелуя я долго ощущаю вкус твоих губ, — он прикоснулся пальцами. — А главное, всё время хочется ещё…       — Да… — подтвердила Джесс, зачарованно глядя на него.       — В точности как с конфетами, — Локи покрутил рукой в воздухе, сменяя тон, и шуткой возвращая её в окружающую реальность. — В первый день я съел пару десятков, — с улыбкой признался он, и Джессика фыркнула, представив себе, как он поглощает одну конфету за другой. Локи продолжил признание: — Официантка даже переставила чашу подальше и предложила заказать что-нибудь из меню. Так, дорогая, ты точно сможешь вести автомобиль? — притворно-заботливо поинтересовался он, открывая дверцу.       — Ой, да ну тебя! — она уже смеялась.       — Кстати, а что такое плебейское происхождение? — спросил асгардский царевич, когда они уже вовсю удалялись от городка.       — Это в Древнем Риме, плебеи были недостойной толпой, а патриции имели все права. Почитай, тебе пригодится для вашего Нового Асгарда.       — Он не наш, а Тора, так что пусть он и изучает, — отсёк предложение Локи.       — Да что Тору-то… он и так еле справляется, по-моему. А ты можешь что-то придумать для них, ты же их хорошо знаешь, — улыбнулась ему Джессика и вернулась к дороге. — Твои прошлые советы, кажется, помогли ему… ***       На следующее утро у миссис Холидей был назначен очередной сеанс работы со странным соседом. Она сидела за любимым столиком, подставляя лицо свежему прохладному ветерку, и с удовольствием наблюдала за фигурой Стентона, широким шагом приближавшегося к её дому. Он шёл так, будто эта прогулка не причиняла ни малейшего утомления, и его прямая осанка и красивый шаг демонстрировали яркий контраст с дробной приземистой походкой мистера Холидея.       Поздоровавшись, «Лоренс» удержал Катарину за руку, не дав ей встать:       — Постой, мне нужно передать тебе деньги, — он протянул ей несколько купюр. Соседи скидывались на вызов службы по сбору веток и остального мусора после урагана.       — Спасибо, замечательно, — пересчитав, она вновь порвалась подняться, но тот настоятельно попросил провести «занятие» прямо там, за столиком.       — В твоей комнате слишком низкий потолок, — сообщил он.       — Ах, простите, ваше высочество, — попробовала его подколоть соседка, но ничего не вышло, он лишь победно улыбнулся:       — Значит, договорились.       Холидей вздохнула, но не стала препираться: погода оставалась прохладной, и на улице было на редкость приятно находиться.       — Только сегодня.       Спорить с упрямым соседом было очень утомительно, и изредка она сдавалась, соглашаясь на его идеи. Радовало лишь одно: он собирался через полтора месяца уехать, так что эта странная терапия в любом случае должна была закончиться довольно скоро, гораздо быстрее обычного.       Мужчина вынул из-за пазухи книгу в закладках, и на его пальце блеснул крупный перстень.       — Ты теперь носишь обручальное кольцо? — Катарина не скрывала своего удивления: редко увидишь давнишнюю пару, внезапно надевшую символ брачного обета. Гораздо чаще случается обратное.       — Надоело, что к Джессике цепляются всякие проходимцы, — с явной злостью объяснил он.       — Тебя это так беспокоит. Ты сомневаешься в её чувствах? — аккуратно поинтересовалась психолог.       — Конечно, нет. Но их заигрывания приводят меня в бешенство, — он тряхнул головой, однако, короткая стрижка даже не всколыхнулась от этого жеста.       Возможно, раньше его волосы были длиннее, отметила про себя Катарина. Итак, он ревнует: она мысленно поздравила себя с тем, что нащупала одну из его сильных эмоций.       — Тебя и раньше злили такие вещи? — уточнила она. — Когда ты жил в Норвегии?       «Лоренс» бросил странный взгляд, а потом как будто пришёл в себя и припомнил:       — Нет. Впрочем, тогда никто и не приставал к моим женщинам: все знали, кто я. Хелево инкогнито!       — А если бы пристали? Может, брат? — Катарина пропустила очередное странное ругательство норвежского клиента мимо ушей.       — А вот брату бы не поздоровилось, — сразу же нахмурился Стентон.       — Ты бы возмутился, как сейчас?       — Гораздо хуже, — процедил сосед. — Ему следует держаться подальше. Был у нас один случай, плохо закончился, — он посмотрел вдаль, словно вспоминая неприятное.       — Она погибла? — с внутренней дрожью предположила психолог.       — Нет, — он вновь посмотрел на неё, и его взгляд смягчился. — Просто уехала. Так что нужно сделать?       — Нужно нащупать свой «мост чувств», — напомнила она. — Представь ситуацию, в которой ты сильно выходишь из себя, а потом вернись в самое раннее тяжёлое воспоминание, вызвавшее такие чувства. Когда ты был ребёнком.       Локи постарался сконцентрироваться на гневе, но всё было тщетно: в его мысли сразу же ворвались Читаури, скалящие свои мерзкие морды и тычущие копьями в его изломанное после падения через Вселенную тело.       — Нет смысла, — он подёрнул плечом, — в голову приходит не детство, а плен у террористов, — так он назвал ей Бездну.       Катарина покачала головой:       — Ты говорил, что злился и в юности. Что отец и брат не принимали тебя всерьёз. Было что-то ещё, раньше. Может, даже с матерью? Постарайся вспомнить?       — Что тут вспоминать, они никогда не принимали меня всерьёз! — вскипел он, сверкая глазами. — С тех пор, как взяли меня в семью!       — Сконцентрируйся, пожалуйста, на неприятной ситуации, — терпеливо настаивала психолог.       — Ну хорошо.       Локи спрятал лицо в ладонях, вспоминая, как в кафе он чуть не прибил парня, приставшего к Джесс.       — Я был взбешён! Ребёнком я не испытывал такого гнева.       — За гневом ты прячешь что-то другое. Обида, уязвимость, ревность? Печаль? Страх?       — Ничего подобного, — процедил царевич.       — Недостойно наследника прославленного Одина Стентона? — сама того не подозревая, Катарина попала в самую точку.       — Именно, — усмехнулся он.       — Многие мужчины, воспитанные по старым традициям, отсекают половину чувств как недостойные, — терпеливо пояснила Катарина. — Страх, стыд, поражение. Всё, что кажется слабостью. Они разрешают себе только возмущение и гнев.       Локи задумался. И правда, отец часто повторял, что подобному не место в сердце воина. Это казалось непреложной, само собой разумеющейся истиной. Тор, престолонаследник, всегда был именно таким, как хотел отец, уверенным, смелым… и, приняв из рук матери Гунгнир, младший царевич принял вместе с ним и этот гордый облик настоящего правителя, чуждого сомнений и страха. Он действовал смело и решительно, на благо Асгарда, и для своего блага тоже.       Когда отец и брат встали рядом на мосту, осуждая его, он перестал быть правителем. Оставаясь в Асгарде, он должен был покаяться и принять наказание, а затем вернуться в свою старую роль, советчика Тора, его подстраховки и опоры. Но теперь, после всего, стать тенью старшего брата было уже немыслимо, и бог иллюзий отпустил копьё.       После Бездны, подарившей букет новых пыток, унижений и шантажа, Локи, держа в руках скипетр власти, дал себе обещание, что больше никто не увидит его страх или слабость. Он пришёл в Мидгард сильным правителем, настоящим царём! Он словно заковал себя в латы гордости и достоинства; тут же их считают мешающим жить препятствием. И Джесс, и психолог, и Бартон… Тор после ссылки в Мидгард сильно поменялся, с него слетела уверенность и гордыня; сперва бог коварства счёл это банальной слабостью, но теперь брат предстал перед ним в совершенно новом свете, как будто он оказался на шаг впереди. Локи поднял взгляд, и психолог кивнула:       — Блокируя свои настоящие чувства, ты блокируешь выход, тебя заклинивает в ловушке гнева. Попробуй нащупать «мост» дома, без меня. А мы перейдём дальше, — она открыла книгу, испещрённую его пометками.