Отныне, мы семья. (1 том)

Том открыл глаза и сонно посмотрел на часы. Они показывали без десяти шесть утра. Несмотря на вчерашний загруженный день, ученый чувствовал себя бодро, лёжа в кровати. И вроде бы, вставать в такую рань смысла не было, но, полежав с закрытыми глазами ещё немного, ученый убедился, что сон не идёт. Пора вставать и начинать новый день. Выключив запланированный будильник, блондин стал переодеваться в домашнюю одежду: тонкую серую рубашку и домашние штаны. Укладывать волосы Том не стал, сегодня он дома, необходимости в официальном виде нет. Томас решил тихо заглянуть к Флэшу, который всё ещё сладко спал в своей удобной кровати. В комнате было слышно сопение и шуршание одеяла. Ученый осмотрел комнату и аккуратно закрыл дверь, чтобы не потревожить клона. Закрыв дверь, ученый направился вниз, в ванную, для водных процедур, а после на кухню. На завтрак блондин решил приготовить тосты из черного хлеба, кашу с ягодами и какао. Для Тома это было классическое начало дня, он очень любил готовить, но делал это редко: то ли от лени, то ли из-за слишком плотного расписания. При жарке тостов на сковороде блондин обдумывал дальнейшую судьбу мальчика. «Думаю, что первое время ему нужно будет позаниматься на домашнем обучении, а после уже говорить про обычную школу. Я должен понять, какой у него уровень знаний и на что делать упор. Также мне следует побольше узнать о его характере, привычках и интересах. Может быть, даже отдам его в какой-нибудь кружок по интересам. Но что же нам делать сегодня? Пойти в парк или в библиотеку? А если ему не понравится? Боже, я совершенно не знаю, как заботиться о детях! Нужно купить специальные книги по воспитанию приемных детей…» — рассуждал сам с собой Том. Со стороны это выглядело забавно. Ученый, хоть и рассуждал где-то у себя в голове, всё равно жестикулировал, бормотал, его глаза бегали по комнате, а мимика лица показывала эмоции, которые показывает человек при обычном разговоре. Блондину не раз делали замечания по этому поводу, но результатов это не давало. Ученый просто не понимал, что в этом плохого. Он кому-то вредит? Нет. Может, он кого-то оскорбляет? Тоже нет. Значит, проблемы нет. — Доброе утро, сэр, – сонно проговорил Флэш. — Одиннадцатый, доброе утро. Как спалось? – сказал блондин, накрывая на стол завтрак. — Очень хорошо! Я впервые за долгое время по-настоящему выспался. Спасибо вам большое. Кровать невероятно удобная! Она удобнее того дивана, где я спал у вас в кабинете, и удобнее кровати в приюте. Теперь я понимаю, почему люди так помешаны на сне, – радостно прощебетал скоростной. — Я рад это слышать. У меня к тебе вопрос: чем бы ты хотел заниматься сегодня? У меня сегодня работы нет, и идей крайне много. — Я не знаю… А чего хотите вы? Я не знаю, правда… Может, вы сегодня решите? – немного подумав, ответил Флэш. Вопрос ученого поставил клона в тупик, в голове сразу стало пусто, а мозг требовал ответа. Странное чувство скованности и страха ответить неправильно окружили клона. Мальчик несколько секунд бегал глазами по комнате, но так и не смог найти ответа. Щеки немного покраснели. Такой простой вопрос, а он не знает ответа. Томас прекрасно видел, как быстро клон замешкался и занервничал. Ученый решил не смущать подопечного слишком сильно. Не сегодня, но первые загвоздки были обозначены. Мысль о том, как провести этот день, пришла сама собой. Простая, но необходимая тема, которой не страшно и целый день посвятить. — Ладно… Как насчёт того, чтобы ознакомиться с домом и правилами этого дома? — Да, я не против, – почти сразу ответил клон. — Хорошо. Ты со мной знаком не первый год, поэтому знаешь, как я люблю правила. Мой дом так же их имеет. Раньше тут гостили шумные дети моего друга, ради них всё и записал, а для тебя это будет необходимый свод законов, – Том оторвал с холодильника листок с правилами и начал его зачитывать: — 1) Не шуметь в доме без крайней необходимости. 2) Завтрак, обед, ужин идут строго по расписанию, а именно в 7:00, 16:00, 19:00. Перекусы не запрещены. 3) Не заходить в мою комнату без разрешения. 4) Не брать мои вещи без разрешения. 5) Быть дома в 20:00. 6) Отдавать гаджет на время сна. 7) Не говорить нецензурные выражения в моём присутствии. При нарушении третьего, четвёртого, пятого и седьмого пункта будут применяться наказания. Всё понятно? – прикрепляя листок обратно на холодильник, говорил Том. — Да, сэр. Я понял. — Отлично. А теперь доедай завтрак, и я покажу тебе дом, – сказал Томас, отворачиваясь к грязной посуде. Клон с большим аппетитом проглатывал еду, порой он её даже не жевал, будто боясь, что её отнимут. Тут сказывалась голодовка приюта и личные привычки, что остались с ним ещё со времён подготовки к революции. Доев свою порцию, клон сложил посуду в мойку, а сам пошёл переодеваться в домашнюю одежду и умываться. Через полчаса Флэш подошёл к ученому. Новый голубенький домашний костюм был как раз клону. В нём он выглядел совсем другим, более… человечным? Заметив клона, Том стал рассказывать о доме, параллельно показывая комнаты и их особенности. Дом состоял из четырёх этажей, включая чердак и подвал. На первом этаже были: кухня, гостиная, ванная, гардеробная комната и маленькая беседка с искусственными цветами. На втором были расположены комнаты Тома и Флэша, комната для работы и мини-библиотека. На чердаке лежали старые ящики, механизмы для дронов и ненужный хлам прошлого. В подвале стояли различные заготовки и тёплые вещи. Эти участки дома Том показал вскользь. Зачем ребёнку там шкодить, в самом деле. Весь этот дом сильно удивлял Флэша. По его глазам было видно, что ранее он никогда не видел ничего подобного. Что уж говорить, он и раньше сильно восхищался людской модой, домами и мелкими безделушками. Например, зачем в доме висят разные фотографии или картины? Какой от них прок? Они не приносят физической пользы, но они всё равно есть. И так со всем в этом доме. Дом не захламлен, но есть куда упасть глазу. Проведя экскурсию по дому, Том предложил мальчику просто посидеть в гостиной и узнать немного друг друга получше. Ради этого ученый заварил свой любимый зелёный чай и достал шоколадные конфеты из шкафа. Томас читал вслух книги или короткие повести, а после они их обсуждали. Блондин задавал вопросы клону по прочитанному и был приятно удивлен сообразительности и рассуждениям ребёнка. Да и сам Флэш не стеснялся задавать вопросы и поддерживать дискуссию. Да, делал он это неумело, его противник был слишком силён, но это было не столь важно. Сам факт разговора согревал без того тёплый день. Так прошёл день и настал глубокий вечер. После чая и лёгких перекусов ужинать не хотелось. — Пф, это крайне уморительная книга, Одиннадцатый. А в твоём пересказе она ещё смешнее, – сказал блондин, вытирая маленькую слезинку с глаза. — Спасибо, сэр. Мне очень приятно, – смущённо отвернулся Флэш. — Ладно, Одиннадцатый. Пора готовиться ко сну. Иди прими душ, почисти зубы и укладывайся спать. Дроны уже подготовили твою комнату. Ученый с радостью бы посидел с клоном ещё часок, но, увы, режим есть режим. К нему нужно привыкать. Завтра будет трудный день. Вопрос об обучении клона стоит слишком остро. Слушая клона, Том ещё раз убедился в том, что терять такой потенциал мальчику нельзя. Он сможет из него что-то вылепить достойное. Лишь бы у самого Одиннадцатого было это желание. Клон не стал спорить, а молча встал, поблагодарил за вечер и пошёл в комнату за пижамой. Уходить клон не хотел, но спорить с Томом он не хотел ещё больше. И вот уже через 40 минут Флэш лежал в своей кроватке и зевал. — Спокойной ночи, сэр. Спасибо за сегодняшний день. Я давно так не веселился, – зевая проговорил Флэш. — Спокойной ночи, Одиннадцатый, – сказал Том, выключая свет в комнате и закрывая дверь. Ученый так же решил не сидеть до поздна. Раздав задачи дронам на уборку кухни и гостиной, проверив сигнализацию, Том пошёл в свою комнату. Закрыв дверь и достав из тумбочки записную книжку, он стал писать следующее: «Запись номер два. Одиннадцатый крайне беспокойный клон. Он замкнут и неохотно идёт на контакт. Боится говорить своё мнение и пытается переложить выбор на кого-то ещё. Неразговорчив, если резко замолчать. По моим воспоминаниям, до революции был самым обычным счастливым ребёнком. Но сейчас боится лишнего сказать. Думаю, что это отголоски травм прошлого. Его братья поступили с ним жестоко, но, наверное, заслуженно. На приют я думаю вскоре подать жалобу или полностью поменять порядки. Но это только мысли. Слишком уж много с этим будет проблем. Надеюсь, что Одиннадцатый вскоре придёт в норму. Я вижу в нём потенциал, который нужно развить. Я уверен, он с лёгкостью станет частью людского общества. Но для того, чтобы банально записать его в школу или сводить в больницу, необходимо сделать документы или что-то в этом духе. Так же я постараюсь не допустить ошибок, как своих, так и моих родителей». Закончив данными словами запись, Том лёг на кровать, в его голове ещё некоторое время возникали странные мысли, но из-за усталости ученый вскоре уснул.