Прозрачная пудра
13 сентября 2020 г., 19:26
И все же, Роше не сдержал своего слова. Они не ушли на утро.
Но какая к черту разница? Мазь, которой он аккуратно растер пальцы Иорвета, снимала воспаление и приятно охлаждала кожу, чуть подавляя боль. А тут она была словно мертвому припарка! Кости уже давно срослись. Разве что временный эффект был полезен: хоть после взбучки немного утихнет пульсация, бьющая в голову.
После того как Вернон снова помог надеть жесткие перчатки на руки, что, как стало заметно, немного фиксировали пальцы, интерес Хьюи не только не пропал, но и сопровождался звуковыми сигналами в виде «расскажи!». Тогда пришлось дать ей ответственное задание… По сбору цветков.
Как и ожидалось, девушка повелась с лихвой, полностью погрузившись в образ прилежного искателя. Проверяя под каждым деревом и кустиком, она все дальше уходила от лагеря, тем самым в конечном счете оставив Иорвета и Роше наедине.
— Неужели твои белки отреклись от тебя из-за того, что драться нормально не сможешь больше? — возвышаясь над собеседником, спросил темерец.
— Нет, anad'enel. Это не твое дело, — присев на камень, проговорил скоя’таэль.
Сейчас он выглядел, если не подавленным, то рассерженным. Возможно, из-за того, что не смог нормально дать отпор в прямом столкновении. Хотя, как сказать: остроухие никогда не были хороши в этом.
Но скрытность и недоговоренности со стороны Старого Лиса раздражали, ведь он их так яро использует, словно в них есть смысл.
Возвышаясь над старым врагом, Роше встал перед ним, сразу же привлекая внимание. Казалось бы, Иорвет мог сжать кулаки от напряжения, невзирая на боль.
— Я слышал, скоя’таэли пошли под крыло Аэдирнской девы. Неужели сразу же после битвы Саския вас выкинула?
— Нет! — гневно прошипел эльф, но потом ненадолго прикрыв веко, продолжил. — Не смотри на меня этим взглядом. Да, белки успешно осели в Вергене. Но, как оказалось, это не значит, что все согласны на соседство с Грозой Севера. И, соответственно, вскоре нашли основание бросить меня в камеру за предательство. Не знаю что послужило доказательством, — мне даже не объяснил никто толком — но по-моему даже мои бойцы поверили какому-то bloede dh'oine.
— Интересно, я не слышал об этом, — немного отступив, Вернон сел рядом, смотря на собеседника, смутившегося от такого пристального внимания. — Тогда как ты выбрался? Не поверю, что после того, как тебе сломали пальцы, случайно уронили ключи от темницы, сняли кандалы, патрули убрали и вывели из города.
— Не говори глупости, anad'enel, — вздохнул скоя’таэль. — У эльфов свои понятия о дружбе и теплых отношениях между друг другом. Не знаю, известно ли тебе, но мы всегда стараемся принять удар за нерадивого собрата, не преследуя никакой выгоды. Тут получилась похожая ситуация. Меня вытащил тайком один из моих бойцов, вывел за стену и дал оружие. Правда, я не смог доказать, что не виновен ни в чем. Для меня путь скоя’таэля закрылся.
Вернон немигающе смотрел на спокойное лицо Старого Лиса, пытаясь понять, не врет ли тот. Ведь это было вполне вероятно, учитывая, что никаких уточнений или чего-то еще в рассказе не присутствовало. Это напрягало.
— Тогда как ты оказался здесь? Мне известно, что до Вергена отсюда пилить и пилить.
— Не знаю, первое время я убегал, а потом просто не смог остановиться.
На самом деле откровенность эльфа даже немного пугала. И это после того, как Роше снова по сути напал на него в перемирие. От этого как назло взыграло чувство долга.
— Эй, Иорвет, хочешь, с нами поедешь? — внезапно предложил темерец, не успев толком обдумать ничего.
— В смысле? Поехать с тобой в сказочное место за морем? — насмешливо прищурился эльф, криво улыбнувшись. — Нет уж, спасибо. Я не мелкая девица, что верит в сопливые сказки о расчудесной стране.
— Я по-твоему каким-то боком на «мелкую девицу» похож? — развел руками Роше. — Ты не забыл куда мы едем или старческий маразм уже вступил в свои права? Наш путь лежит в город Ковира. Ты сам говорил, что туда часто сбегают преступники и непризнанные ученые.
— Anad'enel, я преступник в твоих глазах? Или же оксенфуртский выпускник? Тем более Ковир и Повисс в хороших отношениях с Нильфгаардом. Прознают, что я — Иорвет, бывший офицер Врихедд, то мигом выдадут, даже не задумавшись.
— По моему мнению ты скоя’таэль, и если не будешь кричать на каждом углу о том что все dh'oine — bloede, все пройдет хорошо. Тебе разве есть куда пойти?
— Я не хочу жить в городе с dh'oine, что присосались к залежам полезных ископаемых, как пиявки, а теперь жируют на деньгах, — шикнул Старый Лис, отвернувшись.
— О, а ты там так часто был, что все знаешь? Или же просто хочешь мучиться всю оставшуюся жизнь от боли в покореженных пальцах?
Повисло тяжелое молчание. Эльф упорно не смотрел на Вернона, словно ожидая, что тот отстанет, бросая безнадежное дело убедить старого врага в верном решении. Но смотреть на чужой затылок не практично, уж лучше взглянуть на небо. Солнце уже прилично так пекло для этого времени года, что еще раз намекало на то, что нужно срочно выдвигаться, чтобы успеть до следующего пункта назначения.
— Как хочешь, Иорвет. Если тебя волнует то, что ничего, кроме войны ты не умеешь, — а эта дорога для тебя закрыта, — то могу сказать, что попытаться придумать что-то новое для себя будет лучше, чем сдохнуть в этой глуши, — усмехнувшись, проговорил Роше.
Вскоре вернулась Хью. Сразу запихнув к себе что-то в портфель, она взгромоздила его на спину. Повернувшись в темерцу, девчонка призывно улыбнулась и побежала к лошади. Да уж, природа наделила ее совершенно неподходящими к ее характеру серыми глазами. Интересно, а когда Вернон успел сказать, что они прямо сейчас выдвигаются?
Уже казалось, что эльф решил отвергнуть чужое предложение. Пока Хьюи и Вернон готовили лошадей, не было слышно ни звука с его стороны. Но когда Роше уже собирался было отъезжать, почувствовал, что кто-то несильно схватил его за рукав. Не успев обернуться даже, он услышал:
— Я с вами, anad'enel, dh'oine.
