Хороший человек

Вода под ногами и вокруг. Голубоватое небо, по которому медленно ползли облака. Солнце лениво приближалось к линии горизонта. Скоро оно упадёт, и вода почернеет, как и яркие небеса. Сергей чувствовал спокойствие. Вода касалась его плеч и подбородка, пустующие пляжи и островки пели тишиной. Чудесное место. Замечательное. Сергей готов был остаться здесь навсегда, вылавливая бесконечные моменты отдыха. Он коротко провёл по водной глади ладонью, опуская взгляд. По дну бегали редкие крабы, а чуть дальше рыбы шевелили хвостами. И ни одного человека, ни одного лишнего или нужного. — Думаешь, этот выживет? — Кто бы знал. Сергей помнил это место. Здесь, рядом с женой, он сидел в маленькой лодке, обнимаясь и наблюдая за закатом. Всю жизнь он провёл в уверенности, что тот называет «заход», но собеседница, поматывая головой, яро объясняла обратное. «Заход» или «закат»? Если «восход» то «закат» то с какого чёрта? — Второго такого найти сложно будет. Если сдохнет. — И что в нём такого необычного? Они часто возвращались сюда, и это море, это место застыло в памяти слишком ярко. Жаль, что дочь оставалась у родственников на время отпуска, но там она неплохо проводила время. В конце концов, у Али отличная бабушка. По возвращению она постоянно рассказывала, как ездила с ней за грибами или устраивали пикнички. — Наоборот. Обычный мужик в обычном доме. — Ага. Обычные мужики по правительственным складам часто шатаются. Однако, за год до трагедии Алю тоже взяли с собой. Она бегала по камням, кричала и улыбалась, кидаясь в прохожих песком. Лизе приходилось отводить девочку в сторону, в то время как Сергей тихо ворчал, что «хорошие девочки так себя не ведут», и Аля дома гораздо спокойнее. — Ну это так… Посмотри на него просто. На ненормального не похож. Лучший вариант. Семьянин. — Мне больше тот нравился. — Какой? — Ну, рыжий. Продавец чего-то. — А он не умер? — Ну… Машина покачивалась из стороны в сторону. В салоне пахло резиной и чем-то кофейным. Сергей понял это быстро, осторожно приоткрыв глаза и попытавшись двинуться вперёд. За окном проносились дома и улицы, гигантские рекламные объявления и высаженные по обе стороны деревья. Воздух всё грязнее в последнее время, потому количество парков увеличивается в геометрической прогрессии. Сергей обратил внимание на очередное дерево и тут же слабо вздрогнул. Рядом с его домом такие явно не растут. Рядом с его домом даже не проезжают такие машины! Сбито выдохнув, Сергей вернулся в прежнее положение. Первые сидения — правое и левое — были заняты незнакомцами. Он ожидал увидеть каких-нибудь бандитов, в его голове промелькнули миллионы вариаций маньяков, убийц и воров, а по спине пробежали мурашки. Сергей вздрогнул, стараясь дышать как можно тише, но почти что подавился воздухом. Ожидания не совпадали с реальностью. Водитель выглядел как типичный мужчина сорока лет — без шрамов, с чистыми волосами и обыкновенной одеждой. Он сосредоточенно наблюдал за дорогой, пока собеседник объяснял что-то про «рыжего» — его сильные стороны и недостатки. — Спортом занимался, кажется. И книги читал. — Продавец? Серьёзно? Он максимум газетки почитывал. — Ага. У нас же та-ак часто продают газеты, — саркастично протянул человек справа. Сергей прижался к сидению спиной. Судя по разговору, не они убили его. По крайней мере не хотели смерти. Эта мысль немного успокоила, однако сознание продолжало подбрасывать беспокойные предположения. Его отвезут в лес? На органы? На опыты? Зубы непроизвольно сжались, и тот сглотнул в поисках ручки. Ужасная идея — выскакивать из машины на полном ходу. Тем более, судя по зеркалу заднего вида, эта машина набрала достаточно высокую скорость. Сергей попытался глянуть в сторону спидометра. О господи. Чёрт. Он разобьётся. Разобьётся, если попытается прыгнуть! На лбу проступил холодный пот. Сергей уже не слышал, что говорили незнакомцы, иногда панически втягивая воздух. Почти весь салон был погружён в темноту, тусклая лампочка освещала лишь передние сидения. Однако Сергей был почти полностью уверен, что его не только слышно, но и прекрасно видно. Стоит водителю едва повернуть голову и Сергей покойник. Дрожащими он потянулся в сторону ручки. Глаза постепенно привыкали к темноте, но Сергей никак не мог обнаружить нужную вещь. Ни кнопки, ни чего-то ещё. Пальцы метались по дверце, Сергей чувствовал, как леденеют его ладони. — А что с этим? — М? — Ты не сильно ударил? А если у него слабое сердце? Сергей сглотнул. — Нормально ударил. И проблем с сердцем нет. Я же не наугад выбираю. — Ты за ним проследил? — Ну, конечно. У меня столько времени было. — Тогда должен уже проснуться. Незнакомец с правой стороны слабо двинул плечом. Сергей, распознав это, прижался к сидению и наклонил голову. Закрыв глаза, он собирался показаться спящим, но бледность лица и капли на лбу намекали на обратное. Когда незнакомец включил свет на задних сидениях, Сергей невольно поморщился. Его руки продолжали подрагивать. Сергей вцепился в выступ на дверце. — Эй, сердечник? Сердце ухнуло куда-то вниз. Незнакомец положил руку на его плечо, слабо потряхивая. Среди общих разговоров Сергей уловил громкое «просыпайся» и испуганно распахнул глаза. — Отлично. Живой, — он повернулся в сторону водителя. — Останавливай. — Здесь? — Да. Машина слабо покачнулась во время поворота. Блестящие фонари остались позади. Автомобиль остановился перед огромным зданием, с виду напоминающим больницу или магазин. Сергей снова вздрогнул, оборачиваясь в сторону света. — У меня нет денег, — тихо выдал он первое, что пришло в голову. — О, не волнуйся. Будут. Сергей растерянно дёрнул плечами. Он почувствовал, как от волнения к горлу подступил ком и готов был попроситься выйти, чтобы прочистить желудок. — Я не понимаю, — продолжил Сергей, хмурясь. Он собирался произнести ещё что-то, но дверца с его стороны открылась. Кто-то со спины, возможно, успевший выйти водитель, сильно схватил его за локти и принялся вытаскивать из машины. На улице очень холодно. Во время очередного крика о помощи Сергей подавился ледяным воздухом, почувствовал сильную боль в горле. Если продолжит кричать, то сорвёт голос. — Я ничего не сделал. Пожалуйста, я ничего не сделал! Незнакомец поставил Сергея на ноги. Он и водитель переглянулись, и, когда Сергей резко дёрнулся, собираясь бежать, его тут же подхватили под локти. В руках одного из незнакомцев мелькнул ключ, и машина прощально моргнула после нажатия на него. — Приехали, — почему-то мелькнуло в голове. — Если закрывают машину, то здесь и остановимся. Приближались двери незнакомого здания, словно призрак стоящего в темноте. Несколько окон горело тусклым светом, и Сергей невольно поморщился, попадая в светлое помещение. Снаружи гораздо темнее, чем внутри. Пол, привычный для многих больниц — белый и чистый, тянулся вперёд по коридору. Сергея протащили мимо приёмного пункта, но ни там, ни где-либо ещё не было людей. Это заставило ненадолго затихнуть. Сергей начал думать. Больница… если больница, то здесь есть инструменты. Для чего они могут быть нужны? Вытащить органы? Вот почему говорили про сердце! — Эй? — заговорил один из незнакомцев, когда Сергей пошатнулся. Он сделал маленький шаг, хватая воздух ртом. — Ты что, блевать собираешься?! Сергей не успел даже кивнуть, оказываясь рядом с мусорным ведром. С рваным выдохом он наклонился и, хватаясь за сердце, тихо всхлипнул, словно не собираясь ничего отдавать. К горлу подступила рвота и Сергей зацепился рукой за урну в попытках устоять на ногах. От сильной хватки покраснели пальцы. Отличный момент, чтобы бежать, однако не получается даже устоять на ногах из-за горькой паники. С потолка свисают новейшие лампы наитупейшей марки «райское освещение». Под Райским Освещением Сергей несколько раз переступил с ноги на ногу и прочистил желудок. — Перенервничал, — до тупости прямо предположил незнакомец, а другой посмотрел на него в недоумении. — Психика слабая. Им пришлось ждать несколько минут прежде чем Сергей успокоился. Страх сменился фальшивым спокойствием, и тот осторожно приподнялся, облокачиваясь на собственные руки. «Психика слабая». Да они же идиоты. Если эти клоуны собираются оперировать его, можно даже не надеяться на лучший исход! Сергей почти что покраснел от накатывающей злости. — Идём, — наконец, продолжает один из них, а второй охладил пыл Сергея, сильно ударив того в живот. Он невольно согнулся, но вскоре выпрямился и двинулся дальше. Все двери закрыты, а они приближались к единственной открытой. Стараясь спрятаться от света, Сергей слабо опустил голову, но мысли продолжили невольно ассоциировать происходящее с фильмами. «Так лампы мелькают, когда кого-то везут на операцию». «Этот кадр показывают, когда кто-то скоро умрёт». Следовало рассказать об этом на школьных курсах Киноколледжа. Сейчас же лекция уж явно оказывается лишней. — У меня…у меня очень слабое сердце, — выдал Сергей, сглатывая. Он даже не знает, на что рассчитывает. Вряд ли эти ребята скажут «О, правда? Ошиблись» и вызовут ему такси. — Оно нам и не нужно. — Что?.. Его затащили в небольшую комнату с медицинским оборудованием. Рядом с каталкой тот заметил кого-то в костюме врача — низкорослого мужчину в очках и серыми волосами. Кажется, ему скоро исполнится (или исполнилось) тридцать, но Сергей не успевает подумать об этом. Сильные руки почти ударили его о каталку и тут же привязали ремнями. В голове неприятно зазвенело. — Осторожнее, — произнёс врач, делая маленький шаг вперёд. Он наклонился и Сергей наконец смог нормально рассмотреть его лицо. — Всё в порядке? Всё охренеть как в порядке. — Меня похитили, — обречённо ответил Сергей, выдавливая слабую улыбку. То ли шутит, то ли давит на жалость, не понимает сам. — Я в порядке? — Сами виноваты. Врач указал остальным куда-то в сторону. Они отошли на шаг и принялись с чем-то возиться. — Я ничего не… Сергей не успел договорить, как его перебили. Собеседник достаточно спокоен, чем-то он напоминает воспитателя или учителя. Паника сбавляет градус, когда этот человек почти что задевает что-то и тут же ловит это рукой. Господи, да он же неловкий. Сергей ненадолго замирает. Господи, да он же ничего не умеет! Руки дрожали, и единственной мыслью было чёткое слово «бежать». Сергей дёрнулся, попытался подняться и почти вырывал ремни. От их натяжения сильно заболели руки и заломило в кистях. — Успокойтесь, — врач шагнул к нему — Пожалуйста. Всё будет в порядке. Это всего лишь… всего лишь крайние меры. — «Крайние меры» для чего?.. — Чтобы вы не пытались бежать, — он поднял взгляд и намекающе покачал головой. Двое тут же куда-то ушли. Что-то начиналось. Сергей вновь дёрнулся. Он сжал руки в кулаки хотя бы раскачать каталку. Та слабо пошатнулась, но осталась стоять. Колёса неприятно царапнули по полу. — Успокойтесь. Это слово начинало раздражать.Сергей почувствовал, как в голове зажигается гнев и страх одновременно, он посмотрел незнакомцу прямо в глаза, не оставляя попыток выбраться. Каталка раскачивалась и глаза врача расширились, когда та почти завалилась набок. — Я сказал, — доктор поднял с пола какую-то папку. Голос его искажается в раздражении. Он с размаху ударяет Сергея папкой по лицу,— успокойтесь! Несколько листов вперемешку с фотографиями упали на пол. Жмурясь от боли, Сергей опустил взгляд. Его фотографии на полу. Его и… Лицо побледнело и к горлу подступила тошнота. Несколько фотографий с камер видеонаблюдения. Он и, ну конечно, его друг, оттаскивают приспособления из коробок. На изображениях дата. Каждый раз разная. Мать твою. Твою же мать. Сергей сглотнул, испуганно поднимая взгляд. Зрачки сузились, со лба стекло несколько капель пота. Из носа алыми каплями вытекает кровь от удара. — Всё в порядке, — повторил врач и вытер его лоб попавшемся под руку документом. — Я не хочу вас обижать. — Я никому не расскажу, — тут же заявил Сергей дрожащим голосом. Его грудная клетка вздымалась от резких вдохов. — Я-я всё верну. Всё, что взял. Моя жена… — Я знаю. Всё в порядке. У Сергея пробежали мурашки и волосы на руках встали дыбом. — Откуда Вы… — Вам повезло не возвращаться сегодня в гараж. Мы немного порылись в ваших вещах. Отличный конец для его ужасной работы. Страшно подумать, что они могли сделать. Сергей готовится хоронить идею возвращения жены, отчего глаза как-то по-детски застилают слёзы. Он, бледный, дрожащий, так ещё и на грани истерики. — И нас заинтересовала эта… странная женщина. — Я не понимаю. Врач поднял фотографии с небольшого столика, и Сергей не может оторвать от них испуганный взгляд. Когда перед ним оказалась фотография недоделанного андроида, всё встало на свои места. — Это ваша жена? Голова словно поражается взрывом. — Лиза, — произнёс он, кусая посеревшие губы. — Похоронена некоторое… некоторое время назад, — задумчиво произнёс врач и подвинул к себе стул, присаживаясь рядом. — Вы хотите вернуть её? В ответ только череда мыслей и беспокойное молчание. — Мы работаем над искусственным интеллектом некоторое время. Вижу, вы тоже. Вы мастер, верно? — Р-ремонтник. — И далеко продвинулись? Сергей фыркнул. Он даже шагу не сделал! — Очень, — выдаёт он так искренне, как только может. Лучше уж соврать и получить…работу? Что они хотят от него? — Не врите. На очередном выдохе начали болеть лёгкие. — Не вру. Несколько секунд приходится терпеть недоверчивый взгляд врача. Его слегка растрёпанные волосы приземлились прядями на очки. — …Некоторое время мы тестируем одну разумную штуку. Сергей почти рассмеялся с этого слова. Серьёзно? «Штука»? Так врачи и генетики называют что-то навороченное? Или его попросту считают тупым? — Система Электронных Модулей. Неопробованный… интеллект. Очередная версия. Не хотите испытать? — Я… — Полагаю, хотите. Не бойтесь, будет немного больно.