My fair Lady. My fair doll.

- Господин, - повторил Себастьян, но Сиэль никак не отреагировал. Тогда дворецкий неосторожно притронулся к плечу мальчика и тут же получил сильнейший удар по руке. - Не смей ко мне прикасаться! - вскричал юный граф, тяжко опираясь на обе ладони. Низко опустив голову над безжизненным телом Элизабет, Сиэль продолжил глухим, прерывающимся не то от слёз, не то от ярости голосом. - Ты не спас её. У тебя было безграничное количество возможностей не дать ей погибнуть, но ты всё упустил! - Милорд... - Себастьян был как никогда бледен, и глаза его как-то странно сверкнули. - Не смей оправдываться! Ты виноват в том, что она разбилась! Ты! Ты! Сиэль вскочил на ноги и принялся бить слугу кулаками по груди изо всех сил. Демон даже не дрогнул, лишь прикрыл веки, стоически держа удары. Вдоволь выместив свой гнев на дворецком, граф закрыл лицо руками и почти рухнул на землю, на миг утратив своё отработанное до автоматизма самообладание. Демон было дёрнулся, чтобы подхватить его, но Фантомхайв вырвался снова, упав под ноги Микаэлису. - Не трогай меня, не понял? - Кхе-кхе... На самом драматичном моменте этот далёкий нарочитый кашель был столь же уместен, как гармошка посреди реквиема Моцарта. Оба - и граф, и слуга одновременно вскинули головы вверх и тут из того самого окна, из которого были выброшены Лиззи и Дорсель, вниз бесшумно спикировала аловолосая гибкая фигурка. - Юноша, вы такой невоспитанный, что позволяете себе бить своих слуг при посторонних. Что за рабовладельческие замашки? - ТЫ! - в глазах Сиэля снова потемнело. На миг в памяти промелькнуло белое лицо мёртвой Мадам и пропало в потоке алой крови, и чувство мести снова разгорелось в нём. - Себастьян! Я приказываю... - Фу-ты, он опять за своё! - Грелль мученически приложил руку ко лбу. - Смени пластинку, дорогуша, повторяешься. Мне надоело выслушивать обвинения про твою незаконно убитую тётушку. Не напрягай Себастьяничка, дело давно травой поросло. - Замолчи немедленно! - сапфировый глаз мальчика сверкнул в лунном свете. Сиэль вскочил и кинулся к Алому, вновь сжав кулаки. - Если ты здесь затем, чтобы поиздеваться... - И вовсе не за этим, утихни. Я, между прочим, на работе, а потому попрошу не повышать на меня голос! - На... работе?... - внезапно Сиэль растерялся. - Именно! - очки Грелля вновь сверкнули. Аккуратно обойдя лежащих на земле, он небрежно смахнул скупую слезу и из-за пазухи извлёк на свет небольшую книгу в изящном нежно-персиковом переплёте. - Элизабет Миддлфорт, маркиза, год рождения - четырнадцатое июня одна тысяча восемьсот семьдесят четвёртого года, дата смерти... м-м-м-м... Восемнадцатое июля одна тысяча восемьсот восемьдесят седьмого года. Потомственная аристократка, а так же просто двоюродная сестра и невеста некоего графа Сиэля Фантомхайва. Причина смерти... - тут шинигами Грелль Сатклифф сверкнул очками и расплылся в акульей улыбке, - остановка сердца на второй секунде полета с высоты тридцать пять ярдов. Бедняжка не пережила таких перегрузок. Юный жених, напрасно вы избили Себастьянчика, тут он был бы бессилен. - Если бы он хотел, он бы предотвратил падение, и Лиззи осталась бы жива! Она не должна была погибнуть... - Вот именно что, не должна, - словно невзначай уронил Сатклифф, разворачиваясь к графу спиной и демонстративно помахивая Книгой Жизни Элизабет. И расплылся в довольной улыбке, буквально физически чувствуя недоумение графа и дворецкого. - А? Наслаждаясь искренними эмоциями обоих, Алый кошечкой прогулялся туда-сюда и, взяв с земли осколок лицевой маски Дорселя с глазом и частью щеки с лилией, ничуть не смущаясь, приложил её к своему лицу, совмещая детали. - Интересно получается, - мурлыкнул он. - Мисс Миддлфорт действительно должна была умереть, но никак не при падении. Сердечко её должно было остановиться, но лет так через... - чётко выдержанная пауза длиною в полминуты, на протяжении которой Сиэль чуть было не сорвался по-новой. - А Уилли его знает через сколько. Но так уж получилось, что девочка невольно стала невинной жертвой. Погибнуть должны были вы, граф Фантомхайв. И снова пауза, во время которой шинигами успел присесть на корточки, сложить обратно по кусочкам лицо Кейнса, закрепив получившееся ладошкой Элизабет, положив её ручку на щёку куклы. Дворецкий, стоявший, подобно монументу, и не произнёсший ни слова, лишь вскинул горящий взгляд на мальчика, который выглядел так, словно его ударили. - Ну, юноша, не ожидали? - Сатклифф поправил очки и неожиданно жёстко продолжил. - Вы валите вину на всех, кроме себя, однако же ваша слепая уверенность в своей непогрешимости просто смешна. Если бы не случайность, пугало схватило бы вас и тогда... Впрочем, чего сожалеть о несостоявшемся? Вернёмся к теме дня. Чучело, чей кукловод неизвестен, вместо одной маленькой заносчивой сво-о... э-э-э... светлости, схватило чересчур впечатлительную маркизу. И кстати, если бы не фарфоровый красавчик, то девчушке настал бы конец от перелома костей грудной клетки. Да-да, Себастьянчик, ты бы вот тут точно не успел, к сожалению, я следил за книгами внимательно. Надо признать - та ещё морока, варианты смертей менялись, как стёклышки в калейдоскопе. Так вот, кукловод, видимо, хотел отвлечь всех от вашей персоны и выкинул некоторых ненужных кукол в окно. Уловка почти сработала, смерть стояла рядом с вами, граф, однако тот, кто некогда был вашим врагом, - кивок на Дорселя, - оказал вам услугу: вместе с собой и Лиззи он забрал Хозяина, который сейчас рассыпался на составляющие и вряд ли сможет функционировать в дальнейшем. Но вы не видели, с какой отчаянностью, рискуя разбиться быстрее падающих, Себастьянчик спешил их поймать! Не видели, как он упал на землю вместе с ними, отлетев в сторону от удара! А потому ваша истерика - пустое и нелепое действо, дешёвый балаган с плохим актёром. Так или иначе, очередная пара пешек сыграла свою роль в вашей партии и сошла с доски... - Подожди! - Фантомхайв едва переводил дыхание, переваривая услышанное и едва стоя на ногах. - Грелль, Лиззи... Она... - Что она? - Сатклифф эффектно развернулся и, изящно обогнув графа по дуге, встал так, чтобы видеть и Сиэля и Себастьяна. - Ну же, граф... - Ты говорил - она не должна была умереть. Но сейчас сердце моей невесты не бьётся. Если она вернётся к жизни, твои списки от этого не пострадают. Однако тело не может жить без души. Отвечай: что ты хочешь за душу маркизы Миддлфорт? - Что-о-о? - Причёска Грелля встала дыбом. Шинигами даже очки поправил, чтобы чётче видеть лицо графа и понять - не издевается ли над ним этот заносчивый малолетка? - Что ты хочешь за душу моей невесты? Назови свою цену, жнец. - Ах вот оно как... - клыки Грелля сверкнули в лунном свете. - Гордый граф торгуется, как бабка на базаре. Прости, мой мальчик, но здесь тебе не лавочка с дешёвыми леденцами, торг неуместен. Сделки на души - это совсем иное, чем сделки на игрушки или конфеты, ты обязан это знать! А раз обязан знать, то покасики, графёныш! - Стой! - Сиэль рванулся вперёд и Себастьян, давненько внимательно глядевший то на господина, то на шинигами, внезапно оказался на пути жнеца. - Я не шучу! Пусть я сейчас всего лишь жалкий торгаш, но хотя бы выслушай моё предложение! - Это становится уже интересным, - азартно сверкнул глазами Грелль, но тут же фыркнул. - Однако, можешь предложить мне всё, что захочешь, но знай - я заочно не верю ни одному твоему слову. При этих словах Микаэлис заинтересованно склонил голову набок и приподнял бровь. - Что за причина не доверять словам моего господина, мистер Сатклифф? - задал он вопрос, опережая тем самым ожидаемый вопрос Сиэля. - А-а-ах, Себастьянчик! - с наигранным вздохом Грелль повесился на шею стоически стерпевшему это демону. - Всё дело в том, что твой ненаглядный господин не умеет держать свои обещания. Видишь ли, милый... - тут голосок Алого стал вкрадчивым. - Я уже помогал в первом деле Дорселя Кейнса твоему господину, работая его личным телохранителем. За эту услугу он обещал мне тебя. На целый день. И можно было делать с тобой всё, что мне хотелось, но! - тут губы Алого задрожали. - Вместо этого меня жестоко обманули, а ты и вовсе посмел отвергнуть мои объятия по окончании операции! Так что сейчас всё, что вы бы ни говорили, я буду заведомо считать неправдой. Жнец ловко отскочил в сторону и, перекинув через плечо непослушные длинные пряди, утёр глаза платочком, которым после помахал графу и демону. - Не вижу смысла оставаться. Я и без того задержался, Уилли меня убьёт, ведь мои сверхурочные - его сверхурочные. Прощайте, обманщики! - и он приготовился к прыжку... - Грелль! Сильные руки в белоснежных перчатках перехватили Алую смерть в полёте и нежно прижали к груди демонического дворецкого. Ошеломлённый жнец увидал перед собой на мгновение глаза, полные страстного огня и неимоверной нежности, миг - и он уже стоял на земле рядом с Себастьяном, растерянный и чего-то ожидающий. Микаэлис плавно опустился на одно колено перед Сатклиффом и, бережно взяв его ручку, поцеловал изящное запястье шинигами. - О прекраснейшая из всех актрис мира, - бархатным, невообразимо глубоким голосом заговорил он. - Я прошу у вас прощения за моего нерадивого господина и за наш невольный обман. Безусловно, своё слово мы держим, а потому... почту за честь пригласить вас на... давно запланированный романтический ужин завтра вечером. Обещаю так же всю ночь быть с вами, вдобавок... - тут голос Себастьяна стал ниже и мягче, - в знак моего личного слова чести, прошу вас принять это... Его глаза полыхнули развратным огнём и, пока Алая Смерть плавилась от восторга в руках демона-искусителя, сам лукавый повернулся к хозяину и ледяным тоном приказал: - Милорд, отвернитесь и закройте уши руками. Живо! Ошеломлённый происходящим не менее Сатклиффа граф, однако, впервые беспрекословно подчинился словам дворецкого. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, мальчик послушно зажал уши руками и, сев на землю - ноги его не держали, принялся ждать неизвестно чего, слыша лишь гулкие удары своего сердца. Ему показалось, что прошла вечность, а потому юный аристократ подскочил от неожиданности как ужаленный, когда его похлопали по плечу, привлекая внимание. С трудом убрав онемевшие руки от ушей и обернувшись, Сиэль услышал, а после и увидел Грелля Сатклиффа, опирающегося спиной на каменную стену башни и переводящего дыхание. Губы жнеца распухли, глаза сияли, как две звезды, а на личике было написано неземное счастье. Микаэлис, аккуратно стерев кровь со своих прокушенных, но быстро регенерирующих губ, окатил милорда самым злым взглядом, какой позволяло ему положение, и учтиво склонился над невменяемым жнецом. - Пожалуйста, Грелль, будьте так добры, отдайте нам душу леди Элизабет. Помните, что я вам обещал завтра ночью... - А-а-а-ах... А-а-а-ах... О-о-о-о да-а-а-а... - Сатклифф, находящийся в плену сладострастных грёз, навеянных коварными речами дворецкого, закатил глаза и, передав Себастьяну Книгу Жизни маркизы, активировал Косу Смерти, снимая с её лезвия нечто невесомое, сияющее всеми красками летнего рассвета. - Бери всё, моя любовь! Всё без остатка! Сегодня - душу, завтра - меня! Прости, Уилли, сверхурочные отменяются! Я буду ждать тебя, о демон моих грёз! И Грелль, по-прежнему находясь в прострации, медленно отлип от стены и побрёл вглубь леса по тропинке, исчезнув на самой границе деревьев. *** Демон, даже не посмотрев жнецу вслед, спрятал книжку за пазуху и замер, держа на руках чистую душу маркизы. Невесомая радужная субстанция, игривая, как солнечный лучик, весело плясала огоньком в ладонях дворецкого, отражаясь в рубиновых глазах Микаэлиса. В уголке пересохшего рта демона мелькнул между клыков кончик языка. Дыхание дьявольского слуги стало хриплым и рваным, а взгляд - голодным и алчным. - Такая чистая... Такая игристая... В моих руках... - Демон, стой! Сиэль - яростный и испуганный одновременно, вырос перед демоном, отрезвив его предельно ясными словами. Вернее, почти отрезвив - потерявший выдержку нечистый чуть опомнился и перевёл горящий взор на господина, оскалившись. - А мне бы стоило сделать это... - как не походил этот режущий дьявольский голос на океан патоки, пролившийся на Грелля!- По вашей милости, милорд, я унизился, обязанный выкупить своим телом у жнеца эту душу, она по законам должна достаться мне... - Если ты немедленно не оставишь душу Лиззи в покое и не вернёшь её хозяйке, я расторгну наш контракт. Пусть месть не свершится, но ты лишишься моей души, которая будет вечно гореть в Аду, не доставшись тебе, после долгих усилий, слышишь?! Не смей поглощать эту душу, это приказ!!! Именно из-за этой твёрдой воли, властного голоса и абсолютной уверенности в своих словах и поступках Сын Ада и выбрал этого ребёнка некогда из тысяч душ считающих себя всемогущими взрослых людей. Перед демоном стоял воистину сильнейший из всего человечества - его истинный господин, чьё слово должно быть для беса неоспоримым приказом. Утихло адское пламя в глазах Микаэлиса, черты лица смягчились и мягкие губы сложились в знакомую хитрую усмешку. - Да, мой лорд. - И впервые после этой фразы добавил. - Только не смейте мне мешать. И демон, поднеся радужный огонёк ко рту, преспокойно захватил душу губами, полностью вобрав её в себя... *** *что называется - Автор психанул... И психанул знатно. Упоротый психованный автор...*