sweet five

      — И последний на сегодня урок.       Взяв подготовленную заранее газету — не самую свежую, но важен лишь заголовок на первой странице, и снимок под ним, — я вновь ощутила, как кто-то сверлит меня взглядом. Когда находишься перед тридцатью парами глаз — это естественно, но мне отчего-то было неуютно.       Отметив, что слушатели напряглись, даже мистер Жвачка в третьем ряду перестал усиленно двигать челюстями, я спросила:       — Что вы здесь видите? Да, Стивен, — и кивнула вытянувшему руку вверх парню, регулярно приходящему на занятия в одной и той же толстовке.       — Влюбленную пару на свидании в парке. Разве нет?       Я улыбнулась. Все действительно так. На первый взгляд.       — Почему? Будьте добры, поясните нам.       Студент поднялся с места и одернул вниз ту самую толстовку, а еще уставился на снимок, словно пытался отыскать йети на заднем плане.       — Ну, они валяются на траве.       — Дальше.       — У них мороженое.       — У вас отличная наблюдательность, — с усмешкой кивнула я. — Что-нибудь еще?       — И заголовок, конечно же.       — Да, заголовок. Но что если мы избавимся от него?       Одним резким движением я оторвала верхнюю полосу газеты, оставляя снимок без подписи.       — Что теперь вы видите, Стивен? — раз уж я наладила с ним контакт, решила продолжать.       — Ту же пару. Тот же снимок, м-мисс Барнс, — сконфуженно протянул он, явно недоумевая, к чему я веду. Понятно, можно его отпускать, рано я обрадовалась.       — Вы что-нибудь добавите? — указала я на рыжеволосую девушку, записывавшую каждое мое слово. Естественно, она сидела в первом ряду.       Пока она колебалась с ответом, кто-то с галерки выкрикнул про ракурс, получив в ответ мое фырканье.       — Эта пара… Они заговорщики? Преступники?       — Это пара, — вздохнула я. — Начали вы неплохо. Но сейчас, без подписи, кто-нибудь видит здесь романтику? Или это может быть прогулка двух друзей? Возможно, коллег? Что-нибудь на снимке указывает, что перед нами пара именно двух влюбленных друг в друга людей?       — Мороженое? — хихикнула блондинка с заоблачно длинными ресницами, но под моим укоризненным взглядом перестала веселиться. Я не злопамятная, но тема для обязательного реферата ей может попасться суперсложная.       — Кроме мороженого.       Студенты начали отрицательно трясти головами, как болванчики на лотке уличного торговца.       — Смысл в том, что этот снимок — чистый лист, пока, — я вновь взяла в руки заголовок, — вы не представите его читателям. В вашей власти заставить их подумать, что это любовь, добрые рабочие отношения или, черт с ним, тайный сговор. Мало кто смотрит на снимок, но заголовок и смысл, вложенный в него вами, — это все. Пользуйтесь этой властью разумно, как и любой другой. Домашнее задание — составить несколько примеров подобных манипуляций. На сегодня все.       После пары ответив на несколько вопросов, я собрала свои вещи и направилась к двери. А в проеме едва не столкнулась к посыльным.       — О, мисс Барнс, как хорошо, что вы еще не ушли!       В руках он держал букет алых роз. К счастью, с карточкой. В ней значилось, что мистер Себастиан Стэн приглашает меня поужинать. Кажется, я что-то слышала о нем. Но через час или даже меньше, буду знать буквально все.

***

      Когда я вошла в полупустой темный зал ресторана, обладала полной биографией мистера Стэна; единственное, что вызывало вопросы — зачем он захотел познакомиться со мной? Полтора года назад я отказалась от клиентов, и начала преподавать. Неужели он не в курсе?       Он уже ждал меня за столиком.       Привстав, представился, протянул мне руку и пригласил присоединиться. Ну, я за этим и явилась.       Заказав бокал вина, но проигнорировав основное меню, я сразу же перешла к делу.       — Я хотела бы уточнить, что вам от меня нужно, мистер Стэн?       Облокотившись на стол, позволяя свету от зажженных свечей выхватить из полумрака его лицо, он спокойно произнес:       — Вы, мисс Барнс.       Еще проглядывая снимки, я отметила, что он привлекательный, чертовски привлекательный. Что там Ирэн Адлер говорила про скулы Шерлока? Уверена, она, при всей ее выдержке, сошла бы с ума, повстречавшись с Себастианом Стэном.       Но я должна была как-то ответить на его довольно неоднозначное заявление.       Передернула плечами и приказала:       — Поясните.       — Мне нужен агент, и я хочу нанять вас.       — Это невозможно, — уверенно отрезала я. — К тому же, насколько мне известно, у вас уже есть агент.       — Она не справляется со своими обязанностями, — признался он, откинувшись на спинку стула и возвращаясь в темноту. — Скажем так, я влип в одну досадную историю. Увы, поначалу она была неимоверно приятной, но как только я узнал, что имеется видеозапись, утратила свое очарование.       Я фыркнула — для любого агента это плевое дело.       — Наймите чистильщика, — всем давно известно, что в Голливуде есть специальные люди, занимающиеся стиркой грязного белья знаменитостей. — К тому же, с вашей суперсекретной личной жизнью вам не помешает чуть-чуть выглянуть из шкафа.       Легко было догадаться, что он гей. Не по каким-то жестам или повадкам, но именно парни, предпочитающие парней, по-прежнему скрывают это от общественности. Голливуд — жестокое место, и принимает не всех, кто признается в своей ориентации.       — Боюсь, мой агент не справится ни с тем, ни с другим.       — Так смените его.       — Именно сейчас я пытаюсь это сделать.       — Боже мой, да неужели это проблема? — официант наконец-то принес мой бокал, и я сделала пару глотков, промочив пересохшее от негодования горло. — Подыщите «бороду».       — Нет таких, что мне по душе.       — Тогда, возможно, вам следует придушить свои капризы, мистер Стэн. Агент вам не тот, «бороды» не те. С этим я ничего не поделаю.       — Вы очень интересно говорили о власти на своей лекции, мисс Барнс, — вновь вынырнув к свету, он заглянул мне в глаза. Его взгляд пригвоздил меня к стулу. Такого сильного влияния я давно не испытывала на себе. — Я не стану предлагать вам деньги, а вот власть, это другое дело.       — Вы были на моей лекции? — изумилась я.       — Бейсболка порой творит чудеса.       Так вот почему я чувствовала себя не в своей тарелке.       — Значит, тоже навели обо мне кое-какие справки?       — Настолько, что мне известна одна ваша тайна. Уверен, вы не желаете, чтобы я озвучивал ее вслух. Скажу лишь имя: Милли Айрон.       Пытаясь сглотнуть возникший в горле ком, я ощутила, как похолодели кончики пальцев на руках и ногах. Не может этого быть. Я слишком хорошо скрыла эту тайну, я уверена, что до нее никто не докопался бы. Как?       И, черт возьми, я надеялась, что больше никогда не услышу о ней!       Заметив мое замешательство и испуг, хоть я и пыталась удерживать самообладание, вцепившись в бокал, как в спасательный круг, мистер Стэн спросил:       — Поэтому вы ушли преподавать?       Я промолчала, не ответила на его вопрос даже коротким кивком.       Но он прав.       В тот роковой вечер я осталась на вечеринке, ибо мне нужно было наладить очередные деловые связи, что сыграют в будущем, а Дэн, мой жених, сел за руль пьяным, причем в компании модели, подрабатывающей официанткой на мероприятиях. Он не справился с управлением — наверное, отвлекся на нее, — и погибли оба. Тогда-то я и воспользовалась услугами чистильщика, а потом поклялась, что никогда больше не стану заниматься этим. Конечно, я не заливала в Дэна алкоголь и не толкала на измену, но я ведь могла отобрать у него ключи, настоять, чтобы он взял такси. А я снова была занята. Как и всегда.       — Так ваше предложение власть? Или шантаж?       — Я не собираюсь шантажировать вас, — мгновенно заверил он, — просто вы — моя единственная надежда.       — И власть над чем я получу, если соглашусь?       Сцепив над пока пустой тарелкой пальцы в замок, он помолчал примерно минуту и выдохнул:       — Надо мной. Над моей жизнью, как профессиональной, так и личной. Мне действительно нужна помощь, мисс Барнс, иначе я потеряю все.       Над нашим столиком повисла тишина. В голосе мистера Стэна было такое густое отчаяние, что оно заглушило все, даже вопль разума, убеждающего меня отказаться.       — Ваш действующий агент останется при вас в качестве прикрытия.       — Похоже, не я выглядываю из шкафа, а вы пытаетесь влезть в него, — впервые с начала нашего разговора он усмехнулся. А вот мне было не до смеха.

***

      Вода в бассейне была такой ярко-голубой и нерушимой, что даже противно. Или это общее ощущение от происходящего. Я всегда оставалась за кадром, руководила процессом, манипулировала, как опытный кукловод, а теперь я марионетка и заложница собственного плана. Как так получилось? Неужели все это лишь влияние Себастиана Стэна? Или надо взглянуть на ситуацию с иной стороны и задать другие вопросы?       — Без клубники.       Перед моим носом возник коктейль в высоком стакане, украшенный зонтиком и долькой манго. Стэн знает, у меня на нее аллергия, как и на моллюсков. А я — что у него непереносимость лактозы. Все это есть в наших досье для ознакомления. Ладно, информацию о нем я заучила наизусть, но и он, похоже, ознакомился с отправленным на почту файлом. Это вселяет надежду, что все пройдет гладко. Правда, пока неизвестно, надолго ли затянется. Я отправила ищеек разнюхивать след того самого видео, тянуть за ниточки, распутывать клубок, увы, пока все глухо.       — Рано. Фотографы будут здесь через сорок семь минут. Пока можешь расслабиться.       — А ты? Никогда не расслабляешься? Это просто коктейль, чтобы ты освежилась, не показательное выступление, — пожал он плечами.       Под карибским солнцем мистер Стэн уже не такой загадочный и мрачный, вселяющий страх перед обнародованием моей тайны, он словно преобразился. Мягкий и проявляющий больше заботы, чем это нужно даже для настоящих отношений, ею он вновь заставил меня чувствовать неловкость. Будто без его опеки все было отлично… Черт! Да он даже в самолете обхаживал меня больше, чем предельно любезная стюардесса. Теперь ясно, почему нельзя допустить, чтобы все узнали о нем правду. Отдача его не просто потреплет, а уничтожит.       — Думаю, твой отдых удался бы больше, будь тут вместо меня твой партнер.       Он мотнул головой и улыбнулся.       — Но здесь ты. Я знал, на что иду.       — Неужели начал спать спокойно?       До этого мне казалось, что одно лишь упоминание того видео способно выбить почву из-под его ног.       — Еще пара-тройка таких коктейлей, и сегодня точно буду, — пропел Стэн. — Как давно ты не была в отпуске? Дьявол! Ты напряжена, как тетива лука перед выстрелом!       Я расправила плечи немного — и вовсе не напряжена, просто нервничаю. Ладно, может быть, напряжение все-таки держит меня в своей удушающей хватке.       — Полтора года, ну, ты знаешь.       — Я так и думал. Тогда точно нужно что-то кардинальное.       — Ты о блестках, текиле и сомбреро? — наморщила я нос.       — Не совсем.       Обхватив одной рукой мою талию, второй он отнял у меня коктейль. Выждал секунд пять, пока я сообразила, что же он задумал, и шагнул вперед, утягивая меня с собой вниз — в ту самую ярко-голубую воду, вздыбившуюся недовольно волнами, когда мы окунулись в нее.       У нас контракт. И я не могу устроить ему сцену, хотя пункт с табу на ссоры я в него не вносила. Но едва я вынырнула на поверхность и, отплевываясь от воды, сделала глубокий вдох, гнев, накативший за какой-то ничтожный миг, схлынул. Отпустило.       — Лучше? — деловито осведомился Себастиан, убирая с моего лба мокрые пряди волос. — Или стоит повторить?       — Лучше. Но больше никогда так не делай, — пригрозила я ему пальцем.       — Ох, мисс Барнс, не умеешь ты развлекаться.       — Зато ты умеешь, и именно поэтому здесь с тобой я, не кто-то другой.       Наслаждаясь тем, как вода в бассейне приятно холодит кожу и освежает мысли, я осознала, что впервые за день не чувствую тяжести на плечах и беспокойства, ворочающегося в груди. Конечно, через пару минут эти чувства вернутся, но даже такой кратковременный перерыв — прогресс. И все благодаря мистеру Стэну. Любопытно, что же будет дальше, и как далеко мы зайдем.

***

      — Если бы чистильщики ускорились, мы бы не делали этого.       Мы не виделись полтора месяца из-за съемок фильма и, должна признать, я даже соскучилась, несмотря на регулярные видеозвонки и общение в мессенджере. Но это больше были отчеты: я писала, что ничего нового о видео сообщить не могу, он — что ведет себя максимально благоразумно, дабы мне не пришлось устранять новые проблемы. Все пристойно и даже целомудренно.       А сейчас, ни на миг не забывая о том, что грядет, я не могла перестать покусывать внутреннюю сторону щеки — во рту уже ощущался привкус крови, — и любоваться Себастианом. Я видела его во мраке и при солнце в зените, а сейчас он снова был другим — уставшим, небритым, напоминающим измотанного щенка. И меня заботило вовсе не то, успеет ли он привести себя в порядок к ужину, а уверен ли он, что мы приняли правильное решение.       — Ну, ты сама сказала, что это сработает.       — Сказала, но я же не знаю наверняка. Если бы я хранила это видео у себя, непременно преподнесла бы его подарком. Это идеальный момент.       Это действительно так. И я боюсь. Боюсь, что могу не успеть, что не все продумала, что просчиталась где-то — черт возьми, я полтора года на лекциях газеты рвала, не поставляла лапшу доверчивым поклонникам нанявшей меня знаменитости, — и что, если сейчас всплывет что-нибудь и обо мне? Найдется свидетель, с которым не успели переговорить, или снимки, или еще неизвестно что. Мы с Себастианом словно на хлипком канатном мосту с прогнившими досками, натянутом над бурной рекой, и следующий шаг может вести в пропасть, не на другой край обрыва.       — Тогда давай сделаем это, — кивнул он, засовывая ладонь в карман.       — Да, в девять вечера, за забронированным в ресторане столиком.       — Я решил внести чуточку спонтанности в происходящее.       — Но я уже купила коль…       И он тоже.       Розовый бриллиант в обрамлении белого золота. Роскошное сочетание. Должна признать, я сделала ставку на классику, и Стэн обскакал меня в этом.       — Только я не буду опускаться на колено, ладно? У меня была одна сцена с прыжком на автомобиль, и все вышло не так, как надо.       Наверное, не так благоразумно он вел себя, как уверял меня в этом.       — А каскадеры — слишком дорогое удовольствие, ведь это бюджетный проект, а не продолжение известной франшизы?       — Да это же прикольно. И не опасно. Казалось.       — И ты совершенно не волнуешься, — изумленно выдохнула я. У меня-то дрожь в руках и коленях. Как в первый раз, с Дэном. Только тогда все закончилось паршиво. Наш с Себастианом финал будет получше, но тоже грустный и разбивающий сердце. Во всяком случае, именно так будут думать поклонники нашей пары. А они уже есть — я мониторила ситуацию в сети.       — Я же готовился, — в его голосе я уловила гордость.       — Чтобы никаких больше сюрпризов. Кульминация близко, — пригрозила я ему пальцем, как и тогда, в бассейне. — Наверное, ты должен бояться: стать моим женихом, словно получить на пиратском корабле метку смерти.       — Ты уже можешь шутить об этом, — улыбнулся он мягко, — значит, идешь на поправку.       — А не должна бы — в этом ничего веселого нет. Давай сюда кольцо, — надев его на палец, я потянулась за телефоном. — Готов поделиться со всем миром радостной новостью, мистер Стэн?       — А ты готова, будущая миссис Стэн?       От этих слов повеяло горечью. Не той привычной — с могильной плесенью, — а новой, свежей, и она стала для меня полнейшей неожиданностью.       Нацепив фальшивую улыбку — с ними я натренировалась за предыдущие девять месяцев нашего не менее фальшивого с Себастианом романа, — я глянула на экран мобильного.       Стэн первоклассный актер — прижавшись щекой к моей щеке, он казался по-настоящему взволнованным и счастливым. Казался моим. И это плохо.

***

      — Ты хотела меня видеть? Я, вроде, не должен смотреть на невесту до церемонии, — зажмурившись, заглянул он в комнатку, украшенную цветами. Сейчас их аромат душил.       Конечно хотела! Все зашло слишком далеко.       Немного оттянув лиф, расшитый бисером, — правда, с туго затянутым корсетом это чертовски сложно, — я попыталась сделать глубокий вдох, но ничего не вышло.       Это конец. Мы вот-вот завершим наше сотрудничество — всего пять минут назад мне доставили флешку, за которой я охотилась весь прошлый год. Видимо, утратила хватку, раз позволила всему этому случиться. Что ж, я предупреждала Себастиана. Но теперь он свободен.       — Твой свадебный подарок, — шурша складками пышной юбки, я подошла к нему и по-честному протянула ему причину, по которой мы сошлись. — Поздравляю. Прости, что так долго…       Открыв глаза, он кивнул и шагнул вперед, плотно закрыв за собой дверь. Что-то у него на лице не видна ни радость, ни изумление. Как это понимать?       Недоуменно моргнув, я уточнила:       — Что-то не так?       — Все так. Ты молодец, мисс Барнс.       — Тогда почему ты не счастлив? Теперь мы можем отменить свадьбу. Условия контракта выполнены. Найди себе отличного парня, обвенчайтесь в Вегасе, и живите в свое удовольствие. Но не попадайтесь в объективы камер, иначе я вернусь, — ухмыльнулась я, чувствуя, как сдавило грудную клетку уже не корсетом. Кто бы мог подумать, что прощание будет таким тяжелым морально.       — Ты не смотрела его, да?       — Не успела. Да и не должна была этого делать.       — Мы должны посмотреть, — твердым голосом приказал он. Я не рискнула возражать. Хотя три сотни ждущих гостей — это серьезная причина отложить просмотр его похождений на более подходящий момент.       Пожав плечами, я вытащила из сумки ноутбук — с тех пор, как я — почти — добровольно вошла в затруднительное положение мистера Стэна, он всегда со мной, — и вставила флешку в разъем.       На ней обнаружился один-единственный видеоролик.       — Ты уверен? В смысле, если после просмотра ты собираешься убить меня, как ненужную свидетельницу, я протестую, — протянула я, поежившись. Происходящее пугало. Пока я была с Себастианом, мне и правда полегчало. Я была занята, я находилась в водовороте событий, и это отвлекало от дня смерти Дэна, заменившего собой воспоминания о месяцах, когда он был рядом.       — Так надо, — коротко бросил Стэн.       Запустив видеоплеер, я глянула на Себастиана — стиснув зубы до того, что на его щеках заходили желваки, он уставился в ноутбук и практически не дышал.       А через мгновение совсем перестала дышать и я.       — Привет, детка…       Не может этого быть.       Оглянувшись, я зажала ладонями рот, заглушая собственный крик, а по щекам уже струились слезы.       Дэн! Господи, там был Дэн! Мой Дэн! Такой, каким я его помнила!       — Когда ты доберешься до этого видео, меня уже не будет в живых. Наверное, я должен был поговорить с тобой, но я не хотел огорчать тебя. Не хотел, чтобы ты считала дни, которые нам остались, — я непонимающе мотнула головой — что это значит? Он был болен? Я и это пропустила со своей чертовой работой и вечной занятостью?! — Знаю, о чем ты сейчас думаешь. И ты права. Я умирал. В группе поддержки познакомился с Милли, и нам пришла в голову эта сумасбродная идея уйти на собственных условиях. Эгоистично. Но прости меня за это, ладно?       — О боже…       Меня трясло. Обхватив руками плечи, я раскачивалась взад-вперед, пытаясь успокоиться хоть как-то, чтобы осознать, что это не жуткий сон, но не могла. Не получалось.       Вдруг Себастиан заключил меня в свои объятия. Крепко прижал к себе и, уткнувшись носом в волосы, сдавленно выдохнул. Его дыхание растеклось по коже почти что животворящим теплом — я смогла снова взглянуть на экран ноутбука.       — Мы с Себом знакомы целую вечность, и когда я рассказал ему о своей идее, он врезал мне. Тогда я еще соврал тебе, что заработал синяк на тренировке. Но я был уверен — эгоист, помнишь? — что ты не отпустишь меня, вот и вымолил у него согласие стать моим соучастником. Если ты смотришь это видео, значит, я оказался прав. Приятно осознавать это. Конечно, эта история не как в твоей любимой книге — детка, я так и не смог прочесть ее до конца, — но я смею надеяться, что ты смогла отпустить меня еще на Карибах. Неплохое место для упокоения души. Прошу, не вини Себа. А еще лучше — будь с ним. По-настоящему. Он хороший парень, и он способен подарить тебе все, что не смог я. И, вопреки твоему предположению, он не гей, зато гениальный актер. Я всегда ему завидовал. Ну все, хватит мне болтать — это уже жутко, я ведь в могиле, — просто наслаждайтесь друг другом. Два моих самых близких человека. И постарайтесь не ненавидеть меня. Но капельку можно.       Послав воздушный поцелуй, Дэн выключил камеру, оборвав запись. А я взвыла, порываясь рухнуть на колени, но Себастиан мне не дал. Продолжал держать меня и ласково умолять, чтобы я успокоилась. Только разве это возможно? Захлебываясь рыданиями, я все шептала:       — Как он мог…       — Да он просто засранец! — сорвался Стэн, разворачивая меня к себе лицом. Я, всхлипнув еще разок, удивленно вскинула на него мутный от слез взгляд. — Так поступил с тобой! Надо было врезать ему еще пару разу! Может, вбил бы в его пустую голову понимание, что это жестоко!       — А сам? Чего не признался, что все это просто часть его плана? — желчно спросила я.       — И-исполнял волю покойного друга? — понизив голос, процедил он. — Я хотел, правда, хотел, но видел, что он — все еще часть твоей жизни, — и убеждал себя, что это тебе поможет.       — Знаешь, а он прав. Я действительно его ненавижу. Не капельку! — заявила я, глянув себе под ноги — сложно представить, что после всего этого Дэн попал на небеса.       — А меня?       От его вопроса меня окатило жаром. И я заметила, что Себастиан тоже плакал. Но так и не разжал рук, словно это было делом жизни и смерти.       — Наверное, нет. Ты ведь, если подумать, тоже пострадавший, — протянула я. — Угробил на меня год своей жизни. И все из-за кого? Из-за одного мудака, у которого не хватило храбрости поступить правильно! Господи, гости… — вспомнив о них, я вновь накрыла лицо ладонями, — что мы им скажем?       — Ну, мы могли бы…       — Да не могли.       — Почему? Ты мне нравишься, история любви у нас уже готова — ты отлично постаралась, — и твой бывший, — он кашлянул, — дал мне неплохие рекомендации. Пусть это будет еще один прыжок в бассейн.       Я сглотнула. Пугающе мрачным, озорным под солнцем, уставшим после работы и довольным моим согласием я мистера Стэна уже видела. А готова ли я взглянуть на него, как на моего настоящего мужа?       — Пусть будет.       Все-таки бывшая миссис Барнс когда-то умела развлекаться. Наверное, пришло время вспомнить, каково это, если жить я заново научилась.