Paint it black

Повозка неторопливо покачивалась, заставляя чайные пиалы, стоящие на низком столике, мерно позвякивать друг о друга. От металлической переносной жаровни исходило приятное тепло, но Сяо Синчэнь всё равно кутался в злосчастную накидку. Во-первых, он не хотел злить Сюэ Яна, а во-вторых, его и в самом деле знобило. Должно быть, вчерашние события всё же обернулись лёгким искажением ци… Стоило подумать о «вчерашнем», как в висках предательски заломило, а по телу пробежала едва заметная дрожь. Сяо Синчэнь тихо вздохнул, стараясь сконцентрироваться на чём-то другом. Ему не хотелось становиться обузой для Сюэ Яна, тот ведь в кои-то веки даже зла не творил, а выполнял поручение главы клана Лань, не собираясь никого убивать. — Гэгэ, сделать тебе ещё чаю? — не отрывая взгляда от бумаг, спросил Сюэ Ян. Ну и вот как, скажите на милость, он это делает? Сяо Синчэнь ведь даже рта раскрыть не успел, а этот безумец всё равно заметил, даже не глядя, точно почувствовал каким-то неведомым шестым чувством. — Если мы будем останавливаться каждые полчаса, то никогда не доберёмся до цели, — мягко возразил даочжан. — Остановимся позже, когда остынут угли в жаровне. — Тебе холодно? — С меня твоими стараниями скоро семь потов сойдёт, — Сяо Синчэнь вздохнул. — Мне в самом деле ничего не нужно. Ему, разумеется, не поверили, но, очевидно, изволили уступить, ибо внимание Сюэ Яна снова вернулось к пожелтевшим листкам, которыми был усеян едва ли не весь пол повозки. Иероглифы на них плясали и скакали во все стороны, некоторые украшали пятна от туши, а иные, судя по всему, были и вовсе начертаны потемневшей от времени кровью. — Что ты читаешь? — спросил Сяо Синчэнь, чтобы то ли подтвердить свои догадки, то ли нарушить тишину, которая всё ещё была для него слишком мучительной. — Записи Старейшины Илина. — Откуда они у тебя? — Откуда и всё остальное, — Сюэ Ян усмехнулся. — Щедрость господина Верховного не знает границ… На самом деле, они у меня достаточно давно, но прежде я изучал только то, что относилось к Печати, а не всю технику. — Ты собираешься использовать заклятия, изобретённые Вэй Ином? — Сяо Синчэнь нахмурился. — Я собираюсь использовать заклятия, изобретённые мной на основе этих, гэгэ, — терпеливо пояснил Сюэ Ян, откладывая в сторону очередной листок. Его голос стал серьёзнее, пальцы едва заметно сжались. — Вчера тебе опять угрожала опасность, а я снова не сумел ничего сделать. Так больше не может продолжаться. Раз уж я теперь последний тёмный заклинатель Поднебесной, значит так тому и быть. Сяо Синчэнь молча комкал мех на рукавах тёплого ханьфу. Когда всё успело пойти по такому пути? Когда разбойник и головорез Сюэ Ян, которого он когда-то отдал под суд за преступления, а после так безумно и безрассудно полюбил, превратился в этого человека? Даже ухмылка на его лице теперь выглядела иначе: вместо прежнего озорства и вызова — холод и высокомерная угроза всему миру, за исключением самого Сяо Синчэня. Это было ново и непривычно, но вместе с тем он понимал: именно таким Сюэ Ян и вырос бы, если бы не был сиротой, а быть может, стал ещё ужаснее… Смог бы Сяо Синчэнь полюбить его тогда? Ответ на этот вопрос он знал слишком хорошо: смог бы — всё той же безудержной, сводящей с ума, кровавой любовью, противоречащей всем правилам земной и небесной логики. — Гэгэ… — снова позвал Сюэ Ян, явно успевший приметить его смятение. — Что с тобой? Секунда — и он уже сгрёб Сяо Синчэня в охапку, покрепче укутывая в плащ. Последнему не оставалось ничего, кроме как страдальчески вздохнуть, позволяя эти бессовестные манипуляции. Он понимал, что просто так Сюэ Ян от него не отстанет, а значит, нужно хотя бы попытаться изобразить причину беспокойства. Рассказывать правду он не собирался, да и не смог бы себя заставить, если бы даже захотел. Как вообще можно о таком говорить?! — Почему Цзэу-цзюнь отправил на поиски брата именно тебя? — уцепился даочжан за первую подвернувшуюся мысль, показавшуюся ему рациональной. — У меня есть парочка догадок на этот счёт, но я не уверен, что они тебе понравятся, гэгэ. Сюэ Ян по-прежнему не выпускал его из объятий, вдобавок принялся играть с его волосами, но на редкость осторожно и бережно. Сяо Синчэнь уже успел изучить своего любимого врага вдоль и поперёк и отлично знал: это — отвлекающий манёвр. — С каких пор ты говоришь только то, что мне нравится? — он не собирался уступать. — Хорошо… Ты не заметил ничего странного возле холодного источника в Гусу? — А что именно я должен был заметить? — Барьеры, гэгэ… там всюду защита, как будто у них сам Небесный Император гостит, не иначе. Я знаю, что где-то там тайник клана Лань, читал в записях Вэнь Жоханя времён Аннигиляции Солнца… Но подумай, гэгэ, зачем так рьяно охранять обычный клановый тайник? Ясное дело — если там спрятано что-то очень ценное. Сяо Синчэнь нахмурился: он, кажется, начинал подозревать, о чём говорит Сюэ Ян. — Ты же не хочешь сказать, что его тело… — Не хочу, гэгэ, потому что это всего лишь предположение, но зачем ещё Цзэу-цзюню так меня обхаживать? — Но ведь ты не можешь… — Пока не могу, а дальше… видно будет. Кто вообще сказал тебе, что я собираюсь это делать? Или ты забыл, что я всё ещё обманщик, лжец, лицемер и разбойник? — Ты — наследник Сюэ Чунхая… — попытался возразить Сяо Синчэнь. — Ого! — Сюэ Ян присвистнул, выпуская его из объятий лишь для того, чтобы в следующую секунду повалить на подушки и усесться сверху. — Вот как мы заговорили? А прежде ты считал, что я негодяй и мелкий пакостник, и собирался отдать меня под суд сильных мира сего… — Я и отдал… — вздохнул даочжан. — И они сделали меня одним из себе подобных, — промурлыкал Сюэ Ян, наклоняясь, чтобы поцеловать его. — Мир переменчив, правда, гэгэ? Он всё же увлёк его в тягучий, обжигающий, жадный, почти болезненный поцелуй, обещающий перерасти в нечто большее. Сяо Синчэнь знал, что его драгоценный враг проявляет чудеса терпения, но недавние воспоминания были слишком живы в его сознании. Разве имеет он право отвечать на эти ласки после того, что случилось прошлой ночью? Разве он заслуживает? Разве он достоин? — А-Ян, — Сяо Синчэнь прикрыл глаза, понимая, что для исполнения задуманного придётся соврать. — Я не могу… сейчас… Мне всё ещё дурно… — В самом деле? — Сюэ Ян опёрся на локоть, пристально вглядываясь в его лицо. — Десять минут назад ты утверждал обратное… — Я тебя обманул. — Гэгэ, гэгэ, кто бы мог подумать… что такой праведник, как ты, может оказаться таким лицемером. За издёвкой в голосе угадывалась неприкрытая нежность, отчего Сяо Синчэнь почувствовал себя ещё хуже. — И ты даже не будешь возражать, если мы остановимся, чтобы развести огонь, нагреть жаровню, сделать чай и поставить тебе иглы? — Сюэ Ян вопросительно изогнул бровь. — Не буду, — покорно согласился даочжан. Всё что угодно, только бы не вспоминать о событиях прошлой ночи. Он не может позволить произошедшему взять контроль над собой — не сейчас. Он и без того слишком часто бросал Сюэ Яна одного лицом к лицу с трудностями, а после… о том, что будет после он подумает по возвращении в Ланьлин. Обязательно подумает…

***

Человек, лицо которого скрывала фарфоровая лисья маска, торопливо шёл по заснеженной тропинке, то и дело оглядываясь по сторонам. Весь его вид свидетельствовал о том, что он очень сильно нервничает. Когда он завидел впереди одинокий силуэт в чёрной накидке с капюшоном, то вовсе ринулся навстречу и, упав в полуметре, жалобно заголосил: — Господин должен наказать меня, этот ничтожный не смог выполнить данное поручение… Мне нет прощения! Они оба остались живы! В его голосе слышались слёзы, но он старался держаться. — Прекрати истерику, — мягко прервал его тот, кого он именовал господином. — Разве я приказывал тебе убить их? Я всего лишь говорил о том, что ты должен наслать иллюзию, разве не так? — Но ведь… вы говорили, что если они погибнут, то это будет вам выгодно… — человек в лисьей маске всё же шмыгнул носом. — Сколько раз я тебе говорил: только глупец пытается перечить воле судьбы. Если им было суждено остаться в живых на этот раз, значит так тому и быть. К тому же я никогда не желал смерти даочжану Сяо. Человек в чёрном покачал головой, глядя на своего подручного, который по-прежнему ползал на коленях по снегу. — Я боюсь, господин, что убить их по отдельности невозможно… Если погибнет один, то погибнет и второй… — С чего ты так решил? — Красная нить судьбы… Я не мог не заметить этого, когда насылал иллюзию. Эти двое связаны в жизни и посмертии. — Вот, значит, как? — «господин» усмехнулся.— Пути судьбы неисповедимы… Что ещё тебе удалось узнать? Он протянул руку, заставляя человека в лисьей маске подняться, тот не стал упорствовать, встал на ноги и принялся излагать подробности того, что ему удалось перехватить во время иллюзии. Он использовал технику, которая основывалась на переживаниях, страхах и страстях жертвы. В этом случае тот, кто насылает иллюзию, контролирует происходящее лишь частично, равно как не способен узреть всех деталей, однако и того, что он успел заметить, было более чем достаточно. — Неплохо, — сказал человек в чёрном, когда тот закончил излагать подробности. — Это многое объясняет… А что насчёт записей, похищенных из Гусу? — Я думаю, Сюэ Ян уже успел передать их Верховному заклинателю. Мне стоило его остановить? — Нет, всё идёт по плану. — Тогда что мне делать дальше? Вернуться и наблюдать за Сюэ Яном и даочжаном Сяо? — Нет, ты останешься здесь. У меня есть одно очень важное поручение, но нам стоит хорошенько спланировать детали. — Как прикажете, господин! — Почему ты всегда зовёшь меня господином? Я не раз говорил, что ты вовсе не слуга… — Вы сделали для меня слишком много… разве я смею? Вы слишком добры ко мне. — Пойдём, — господин в чёрных одеждах усмехнулся, подталкивая его в спину. — Пойдём, пока ты снова не решил ползать на коленях в ближайшем сугробе… И сними уже, наконец, эту маску. Здесь тебе ничего не угрожает…

***

Они успели забраться довольно далеко на северо-запад, прежде чем удалось узнать хоть какую-то информацию. Судя по всему, младший господин Лань предпочитал держаться небольших городков и посёлков, в надежде услышать хоть что-то о Вэй Усяне. Сюэ Ян довольно быстро прикинул, что тот, скорее всего, верил в возможное воскрешение или возвращение последнего. Случись таковое на самом деле, Старейшина Илина постарался бы находиться как можно дальше от мест былой славы. Вот только Сюэ Ян подозревал, что всё было отнюдь не так просто… Так или иначе, душевные переживания Ланя-младшего его не касались. Им удалось напасть на след, а значит, нужно его найти и вернуть под опеку старшего брата, как и требовали условия уговора. У самого Сюэ Яна и без того забот хватало. Сяо Синчэню стало лучше, но его по-прежнему беспокоили раны от дисциплинарного кнута, а погода становилась всё холоднее. Во время остановки в очередном более-менее крупном городе Сюэ Ян продал прежнюю повозку и приобрёл новую, куда более роскошную и комфортную. — Хочешь, чтобы нами заинтересовались все окрестные разбойники? — ворчал Сяо Синчэнь, осматривая эту «обновку». Сюэ Ян расхохотался так, что чуть живот не надорвал от смеха. — Гэгэ… — простонал он сквозь выступившие на глаза слёзы. — Ты бесподобен! Ты путешествуешь с самым опасным преступником и тёмным заклинателем Поднебесной, более того — спишь с ним в одной постели, и тебя всё ещё беспокоят такие мелочи? Даже наблюдавший за ними Вэнь Нин улыбнулся, а Сяо Синчэнь только презрительно фыркнул, но спорить не стал и всё же покорно забрался в повозку, устроившись на покрытой лисьим мехом кушетке. Он вообще теперь спорил подозрительно редко, что, с одной стороны, радовало, но с другой — не могло не удивлять. С чего это вдруг этот упрямый, как стадо ослов, святой вдруг сделался таким покладистым? Сюэ Ян всю дорогу приглядывался к нему, пытаясь разрешить эту загадку, но так и не смог найти подходящего объяснения. Что ещё хуже — он до сих пор не мог даже предположить, кто именно наслал на них иллюзию. Если бы не Сяо Синчэнь, он бы отправился в Ланьлин и доложил об этом Цзинь Гуанъяо, но тратить духовные силы на талисман перемещения и оставлять даочжана одного было слишком рискованно. Чтобы хоть как-то отвлечь себя от мрачных мыслей и не вырезать первую встречную и поперечную деревню, Сюэ Ян целиком и полностью погрузился в изучение дневников Старейшины Илина. Особенно его внимание привлекли записи, посвящённые управлению материей. Вэй Усянь так и не успел добиться весомых результатов на этом поприще, но несколько зацепок всё же оставил. Сюэ Ян намеревался изобрести подобие талисманов перемещения, способных переносить не только в заявленное место, о котором хорошо известно заклинателю, но и просто на некоторое расстояние. Успехи, правда, пока были весьма сомнительные, ибо грецкие орехи, на которых он тренировался, как правило разносило в труху, а в лучшем случае — попросту раскалывало на две половинки. Прошло более десяти дней, прежде чем им удалось нагнать Лань Чжаня. Один из придорожных трактирщиков поведал, что видел совсем недавно молодого господина в белых одеяниях: тот выглядел невероятно уставшим, больным и, кажется, кого-то искал. Сюэ Ян отблагодарил трактирщика серебром, и они снова отправились в путь. Теперь ему приходилось то и дело совершать вылазки, чтобы осмотреть окрестности, оставляя даочжана на попечение Вэнь Нина. К его огромному удивлению, Сяо Синчэнь в такие моменты отказывался оставаться в повозке, предпочитая, несмотря на холод, сидеть рядом с Призрачным Генералом на козлах. С каких это пор Сяо Синчэнь не выносит одиночества? Или он попросту боится, что человек, наславший иллюзию, вернётся? Сюэ Ян злился, но делать было нечего — в конце концов, чем быстрее они отыщут Ланя-младшего, тем быстрее вернуться в Ланьлин. Лань Чжань путешествовал пешком. Трактирщик и в самом деле не соврал, говоря, что молодой господин выглядел больным. Пожалуй, он даже немало польстил ему. Человек, которого увидел Сюэ Ян, куда больше напоминал лютого мертвеца, нежели младшего брата главы одного из самых могущественных кланов. Его одежды истрепались, а местами и вовсе были порваны, лицо, и прежде не выражавшее бурных эмоций, теперь напоминало посмертную маску. У Сюэ Яна по спине пробежал холодок, когда он вспомнил свои давние кошмары времён города И. Каким бы стал он сам, если бы потерял даочжана? «Ну уж нет!» — подумал он. — «Я не такой идиот, как этот гусуланьский истукан. Я бы скорее сдох, чем позволил кому-то отобрать у меня Сяо Синчэня! А после вернулся бы демоном и спалил весь этот грёбаный мирок к хуям собачьим! Так-то!» Лань Чжань этих мыслей, само собой, не слышал. Более того, он и слежки за собой совершенно не замечал. Убедившись, что сбегать и лететь на мече он не собирается, Сюэ Ян вернулся к повозке, чтобы изложить дальнейший план. План был довольно простым. Он собирался подкараулить Лань Чжаня на дороге и вступить с ним в схватку. Конечно, о настоящем сражении не могло быть и речи. Ханьгуан-цзюнь превосходил Сюэ Яна в искусстве владения мечом, являясь едва ли не самым лучшим мечником Поднебесной, но у Сюэ Яна было припасено кое-что получше. Идею эту, как ни странно, подал Цзэу-цзюнь. Он порекомендовал использовать несколько простых заклятий Вэй Усяня, тем самым продемонстрировав, что осведомлён о том, что Сюэ Ян следует Тёмному Пути и что записи Лаозцзу были переданы именно ему, но подчеркнув, что при определённом сотрудничестве он готов закрывать на это глаза. — Как только ты увидишь, что дело зашло слишком далеко, то вмешаешься, — пояснил Сюэ Ян свой план даочжану. — Тебя он точно не тронет, к тому же последних новостей он не знает, а значит, будет удивлён. — И что потом? Как ты собираешься уговорить его пойти с нами? — У меня есть парочка идей… Просто подыграй мне, гэгэ! Сяо Синчэнь вздохнул — другой шанс им вряд ли представится…

***

Место, которое Сюэ Ян выбрал для встречи, находилось на повороте довольно узкой дороги. До ближайшего поселения было далеко, а значит, удастся избежать любопытных глаз, к тому же за поворотом начиналась опушка леса, где можно было легко скрыть повозку. Сам Сюэ Ян приглядел раскидистое одинокое дерево, нависавшее прямо над тропой и, вольготно развалившись на одной из ветвей, принялся караулить свою «добычу». Ждать пришлось недолго. Ханьгуан-цзюнь достаточно скоро показался на дороге. На нём не было зимнего одеяния, полы лёгких одежд намокли от снега. От одного взгляда на него становилось так холодно, что хотелось немедленно забраться в тёплую повозку поближе к жаровне. Сюэ Ян был уверен, что, подойдя ближе, Лань Чжань всё же заметит его, но тот продолжал смотреть себе под ноги, будто бы во всём мире не осталось никого, кроме него самого. Когда он поравнялся с деревом, Сюэ Ян сплёл простенькое заклинание, создавая магическую нить, которая тотчас же обвилась вокруг запястья Ханьгуан-цзюня. Лань Чжань вздрогнул. За считанные секунды на его бесстрастном лице отразился целый калейдоскоп эмоций. Только спустя несколько мгновений он решился поднять взгляд и теперь смотрел прямо на Сюэ Яна. — Привет, Ханьгуан-цзюнь, давненько не виделись, — Сюэ Ян усмехнулся и потянул магическую нить на себя. Лань Чжань по-прежнему смотрел на него слегка растерянным взором, в котором начинала зарождаться злоба. Он уже успел сообразить, что перед ним не Вэй Ин, но ещё не успел признать Сюэ Яна. Ещё бы! Последний раз они виделись в поместье Чан, с тех пор прошло немало лет, к тому же тогда Сюэ Ян был простым головорезом, не носил дорогих одежд и не собирал волосы в затейливую сложную причёску. Сколько воды утекло… — Не узнаёшь? Это хорошо — богатым буду! — продолжал веселиться Сюэ Ян. — Глава клана Сюэ — к твоим услугам. Лань Чжань наконец-то взял себя в руки. Он резко дёрнул магическую нить на себя, вложив в это действие немалую духовную силу, но Сюэ Ян ожидал такого развития событий, потому, сделав изящный кувырок в воздухе, приземлился на обе ноги, на ходу разрушая связывающую их нить. — Ты?! — льдом в голосе Лань Чжаня можно было заморозить всю Поднебесную. — Откуда ты знаешь?.. — Знаю — что? Это? — Сюэ Ян сплёл очередное заклятие из личной коллекции Вэй Усяня, а следом ещё одно. — Или, может быть, это? — Убожество! — Ханьгуан-цзюнь опалил его взором, рука легла на рукоять Бичэня. Сюэ Ян выхватил Цзян Цзай, сразу же позволяя мечу разложиться в полную длину. Он отлично владел оружием… для преступника и убийцы, но большого опыта в схватках с такими мастерами, как Лань Чжань, у него не было, равно как и долгих лет обучения в великом клане. — Как невежливо! Между прочим, я здесь не по собственной воле! — отражая целую серию метких ударов, успел ввернуть Сюэ Ян. — Один человек очень хочет тебя видеть… — Можешь передать господину Верховному, что он зря тешит себя надеждой. Я больше не участвую в делах Поднебесной, — сухо бросил в ответ Лань Чжань. — Кто сказал, что это господин Верховный? — Неважно, кто это. Ответ один. Спорить во время боя, требующего такой большой концентрации, стоило немалых трудов. Сюэ Яну приходилось следить за тем, чтобы отражать удары Лань Чжаня, при этом не задев его самого. — Даже если этот человек твой брат? — Вздор! — Да неужели? Сюэ Ян подбросил вверх персональный жетон главы клана Лань и силой ци запустил его в сторону Ланя-младшего. Это вызвало новую волну ледяной ярости. Очевидно, Ханьгуан-цзюнь не собирался верить ни единому слову. — Ничтожество! — бросил он сухо, совершая очередной выпад. Сюэ Яну удалось увернуться… точнее, почти удалось. Лезвие Бичэня скользнуло по тыльной стороне ладони, оставляя не слишком глубокий, но довольно кровавый порез. На снегу тотчас же появились десятки алых капель. — Ханьгуан-цзюнь! Я прошу вас, остановитесь! Этот человек вам не лжёт, — раздался знакомый голос за спиной Сюэ Яна. — Мы в самом деле приехали по поручению Цзэу-цзюня… — Гэгэ! Ты как раз вовремя! — Сюэ Ян коротко ухмыльнулся, делая несколько шагов назад. Лань Ванцзи опустил занесённый для атаки меч и замер, не в силах скрыть своего удивления. — Даочжан Сяо? — спросил он, глядя на Сяо Синчэня, который, в свою очередь, смотрел вовсе не на него, а на алые струйки крови, стекающие по пальцам Сюэ Яна. В этом взгляде было столько беспокойства и сочувствия, что даже полный глупец догадался бы: этих двоих связывают весьма глубокие чувства. — Надеюсь, мой ученик не доставил вам проблем, — Сяо Синчэнь сложил руки и вежливо поклонился. — Он не желает вам зла. — Ваш ученик? — переспросил Лань Ванцзи. — Но ведь он… Сюэ Ян с трудом сдержал смех. Пожалуй, даже самому Цзэу-цзюню не доводилось видеть такое количество эмоций на лице брата за столь короткий срок. — Следует Тёмному Пути? — он всё же не удержался от того, чтобы вставить очередную колкость. — Кажется, кое-кто тоже следовал Тёмному Пути, но уважаемого Ханьгуан-цзюня почему-то это не смущало… В глазах Лань Ванцзи снова полыхнул ледяной огонь. Сяо Синчэнь покачал головой, украдкой поглядывая на Сюэ Яна. Тот в ответ только пожал плечами, как будто невзначай демонстрируя раненую руку, мол, «он сам нарвался». Даочжан вздохнул, но, судя по всему, сменил гнев на милость. — При всём моём уважении, даочжан Сяо, я вынужден потребовать объяснений, — коротко и сухо произнёс Лань Ванцзи. — Отчего вы считаете, что я должен последовать за вами? — Это просьба главы клана Лань, — всё так же мягко и уважительно ответил даочжан. — Я уже говорил ему, что вернусь, когда сочту нужным. Прошу прощения за беспокойство, но я не смею вас задерживать, — Лань Ванцзи говорил сдержанно, но уверенно. Он явно не собирался менять свои планы. Сяо Синчэнь достал из кармана белоснежный шёлковый платок и, подойдя ближе, обернул им пострадавшую ладонь Сюэ Яна. Последний едва не замурчал от удовольствия. Его пресвятой небожитель так откровенно демонстрировал свою заботу. И перед кем! Перед самим Ханьгуан-цзюнем! Сун Ланя бы постигло искажение ци, имей он шанс это лицезреть! Сюэ Ян так разомлел, что едва не забыл, о чём собирался сказать, но вовремя опомнился. — А если то, что ты ищешь, находится гораздо ближе, чем ты думаешь? Лань Ванцзи, уже было успевший развернуться, чтобы уйти, внезапно замер, а его пальцы сильнее сжали рукоять Бичэня. — Это всего лишь предположение, — добавил Сюэ Ян. — Но у меня есть кое-какие основания… Ханьгуан-цзюнь перевёл вопросительный взгляд на Сяо Синчэня. — Я не исключаю такой возможности, — со вздохом подтвердил тот. — Однако вам стоит выяснить это самостоятельно. Клан Сюэ не имеет права вмешиваться в дела клана Гусу. Сюэ Яну казалось, что он сейчас лопнет от восторга. С каким достоинством и изяществом его драгоценный гэгэ говорил об их клане! Нет, теперь он точно обязан заполучить Куйчжоу в свои владения! От одной мысли, что он может сделать этого святого и чистого человека главным наставником самого преступного и тёмного клана, у него даже голова пошла кругом! У Лань Ванцзи голова, похоже, тоже шла кругом, вот только совсем по иным причинам. Он не вникал в дела Поднебесной с тех самых пор, как потерял Вэй Ина, а теперь на него вывалили слишком много информации разом. — Поясни, — наконец сказал он коротко, глядя на Сюэ Яна. — Поясню, если ты согласишься поехать с нами. Повозка за поворотом, — Сюэ Ян хитро прищурился. Лань Ванцзи молчал довольно долго, после чего, не говоря ни слова, зашагал в сторону повозки. Вэнь Нин, спустившийся, чтобы накормить лошадей, инстинктивно сжался. Он знал, что маскировка, созданная господином Сюэ, очень хороша, но ведь Цзэу-цзюню удалось его узнать… — Кто этот человек? — спросил Лань Ванцзи, указывая на него пальцем. — Этот человек — мой личный слуга. Он тоже принадлежит к клану Сюэ и находится под моей защитой, — не без доли высокомерия пояснил Сюэ Ян. — Мгм… — неоднозначно хмыкнул Лань Ванцзи и забрался в повозку. Сюэ Ян помог сесть Сяо Синчэню и только после этого залез сам. Кажется, их ожидало весьма весёлое путешествие…