поэма о мелочах (эффект холодного сакэ)

Кимин уже девять, и Намджун осознает, что ей немного одиноко. С возрастом она все чаще задаёт вопросы о том, почему у других детей два родителя, а у нее один. Намджун много раз рассказывал ей о том, что такое случается, когда люди перестают любить друг друга и расстаются, но она все никак не успокоится. Она забирает все внимание отца на себя, но ей нужно больше. Кимин постоянно спрашивает, можно ли привести Чонгука в гости, и Намджун никогда не против, разве что родители мальчика не всегда его отпускают. Тогда Кимин, как правило, расстраивается, включает режим актрисы и изображает тоску от одиночества. Даже если через десять минут переключает внимание на что-нибудь ещё. Кимин постоянно задаёт вопросы. Иногда такие, которые выбивают Намджуна из колеи. — А когда у меня будет младшая сестрёнка или братик? — спрашивает она однажды посреди ужина. Намджун совсем этого не ожидал. Кимин смышленая девочка, во многом — совсем не по годам, и Намджун замечает, что в его жизни всё более частыми становятся моменты, когда мысли, навеянные вопросами дочери, выстраиваются в твёрдые, по-японски серые высотки: они такие же статичные и все более напоминают пыльную токийскую массу, из которой все сложнее выцепить кричащий цветами цельный ответ. — А почему они у тебя должны быть? — Ну, у Гуки есть братик, и ещё у моих одноклассников тоже есть… — она тяжело вздыхает, грустно тыча вилкой в салат, — почему у меня нет? Возможно, если бы в какой-то момент он остановил жену от того, чтобы подать заявление в суд, то Кимин была бы счастлива с сестрой или братом. Они думали о втором ребёнке, но не успели вовремя. Вопрос Кимин навевает Намджуну воспоминания о жене, о том, как начиналась их совместная история и о том, какой, оказывается, короткой она была. После ужина он будет листать их общие фотографии и, может быть, даже найдет несколько снимков, где будет изображена молодая женщина с Кимин на руках. Прошло так много времени, и он скопил в себе достаточно новых чувств, чтобы ему больше было не больно. — Пап? — Кимин прерывает его размышления, так как хочет получить ответ. — А зачем тебе братик или сестрёнка? — с интересом спрашивает Намджун, даже зная, что его дочери хочется немного разбавить одиночество, в котором она от скуки пребывает. — Ну, вот ты заботишься обо мне, Гуки заботится о своем братике, а о ком я забочусь? — размышляет девочка. — Ты заботишься обо мне, правда ведь? — с надеждой в голосе спрашивает Намджун. — Это другое, — она грустно вздыхает и продолжает отделять помидоры в салате, — мне хочется тоже кого-нибудь, кто будет меньше меня. Когда у меня будет братик или сестрёнка, м? Намджун не знает, что ей сказать. — Кимин, ты же понимаешь, что это не так просто, да? — Угу, — ее взгляд становится ещё более поникшим. Она отставляет тарелку в сторону и складывает руки на столе, чтобы улечься на них головой. — Хей, ну ты чего? — Намджун тоже отвлекается от еды, чтобы аккуратно погладить дочь по волосам. Кимин только хмыкает и утыкается носом в стол. — Ты же знаешь, что очень непросто сделать так, чтобы у тебя появился кто-то помладше, — ему самому немного тяжело это признавать. — Мне придется найти кого-нибудь, и тогда нужно будет заботиться ещё о ком-то, кроме тебя. Давай пока что заботиться друг о друге, хорошо, дорогая? — Угу, — нехотя соглашается девочка, и кажется, что она вот-вот заплачет. — Все хорошо, правда? — спрашивает Намджун и широко раскрывает руки для объятий. Кимин отрывает лицо от стола и, как только видит надежду во взгляде отца и его раскинутые руки, аккуратно слезает со стула и сама цепляется за эти объятия. Намджун обхватывает ее маленькое тело руками и нежно гладит по спине. Затем он оттягивает девочку от себя, мягко целует в лоб и усаживает обратно на стул, чтобы она могла спокойно доесть ужин. Кимин больше не хочет плакать, а Намджуну приходит в голову классная идея.

***

Намджун считает, что Кимин уже достаточно взрослая, чтобы возвращаться домой самостоятельно. Она редко остаётся на продленный день и в основном уходит сразу по окончании занятий. До конца рабочего дня в аптеке оставалось ещё несколько долгих часов, когда Намджун получил звонок от дочери. Ее уроки и дополнительные занятия закончились, и под присмотром Чонгука и его мамы она доедет до нужной станции метро. В целом, Намджун правда благодарен госпоже Чон за то, что она помогает ему следить за дочерью в определённые моменты. Может быть — Намджуну кажется — она делает это из жалости к нему, однако, пока это не приносит вред, он будет благодарен. Сегодня — особенно. Когда белый аптечный халат уже свисает с крючка в комнате отдыха, Намджун прощается с коллегами и рабочий день оказывается закончен. Осенний вечер встречает его приятно теплой погодой, и это ощущение дарит Намджуну чувство умиротворения и наивного счастья. После покупки продуктов на следующие несколько дней (бумажные полотенца, чай, две упаковки риса, набор цветных ручек, пачка мармеладок в виде покемонов), он заходит в ещё один, немного более особенный магазин, на который Кимин любит засматриваться по дороге домой, и тратит там кругленькую сумму (белый шпиц).

***

Когда Намджун наконец-то попадает домой, Кимин не выбегает его встречать. Она в очередной раз залипла на любимое аниме с Тоторо, которое, кажется, видела уже тысячу раз. — Я дома, — кричит Намджун, параллельно пытаясь снять обувь без участия рук. — Я тоже, — отвечает из какой-то комнаты Кимин, но так и не показыватся. — Не хочешь мне помочь? — Намджун пытается под ненавязчивым предлогом позвать дочь. — Нет, не очень, — безэмоционально отвечает она. Намджун слышит, как из телевизора доносятся звуки аниме из сцены с ливнем. — Ну хорошо, тогда тебе ничего не достанется, — говорит он, играючи, пытаясь заинтересовать дочь. Он понимает, что ему это удалось, когда слышит, как Кимин, скользя в носках по паркету, пытается как можно скорее выбежать в прихожую. Когда она видит в руках отца маленькую собаку, ее глаза переходят в режим «глаза-звездочки». Намджун берет лапу животного в руку и машет ею. — Привет, Кимин, я классная собака, будешь обо мне заботиться? — говорит Намджун мультяшно-высоким голосом, пытаясь правдоподобно изобразить собаку. Кимин начинает пищать. Ее глаза зажмуриваются, руки сжимаются в маленькие кулачки и поджимаются к пухлым щекам, а рот открывается с криком счастья. Она радостно подбегает к отцу, прося его передать ей животное. — Она еще нас боится, давай пока не будем её трогать, хорошо? — с надеждой спрашивает он. Кимин понимающе, но с широкой улыбкой на лице кивает. Намджун аккуратно ставит собаку на паркет и даёт ей немного осмотреться. Кимин садится на корточки и начинает с ней разговаривать на японском. — Я Кимин, — игриво представляется девочка, протягивая руку и имитируя рукопожатие с лапкой собаки, — а тебя как мы назовём? Когда та ожидаемо молчит, Намджун переключается на японский язык и вмешивается в разговор. — Ты можешь выбрать ей любое имя, но только оно должно быть на катакане, — рассудительно говорит Намджун. — Я ещё подумаю, — игнорируя японский, отвечает Кимин на чистом сеульском сатури.* Намджун аккуратно купает собаку, расстилает ей коврик, насыпает в миску что-то мясное, что было в холодильнике, и наливает воду. Несмотря на то, что заботиться о ней обещала Кимин, на первое время это его задача. Ему и самому кажется, что он уже любит нового члена их семьи. Когда собака спит, он сажает дочь доделывать домашнюю работу по японскому, с которым у нее все ещё есть проблемы, а потом они вместе смотрят «Удивительный мир Гамбола» ближе к ночи. Когда Намджун возвращается из душа, он заглядывает к Кимин в комнату, чтобы убедиться, что та спит. Он замечает на ее письменном столе большой лист бумаги с перечеркнутыми много раз иероглифами катаканы, хираганы и кандзи, которые Кимин путает между собой. かおり каори ♥️ ┊ ласковая 相野 айно ♥️ ☽ любящая シュガー сату ♥️ ✩ сахар マヨコ маёко ♥️꧁꧂ честный ребёнок たんせいтэнсэй♥️ ┊преданная Ему нравится последний вариант, и он со счастливой улыбкой на лице идёт в кровать. Кимин снится, как они с Тэнсей вместе смотрят "Унесённые признаками". Намджуну снится уют.