Ио и Безжалостный Мэвен

      Анна — опытный оратор (и по совместительству сестра короля) — уже переступила порог молодости. Лишь еле заметные морщинки на лбу и под глазами выдавали мудрость и вдумчивость, не предавая однако идеалов красоты. Блестящие тёмные волосы красовались на хрупких плечах, обрамляя вытянутое лицо с большим карими глазами и тонкими губками. Белесая ухоженная кожа не имела изъянов, шея и талия — грубых штрихов. Подчёркивало очертания женщины зеленоватое платье с виртуозной нитчатой вышивкой. На тоненьких ножках переливались в дневном свете полупрозрачные туфельки с усиленными каблучками и инкрустацией. От солнца защищала лёгкая шляпка с широкими краями.        Четвёрка отборных сытых лошадей с завитыми гривами неторопливо бороздила протоптанный путь, перевозя большую, укрытую цельной тканью поклажу на двух деревянных повозках. Металлические колёса повидали немало дорог, хотя смазаны были отменно. В качестве охраны груз сопровождали мускулистые «лошателые» в лёгких доспехах и с разнообразным оружием. Облегчённые ошейники всё же выдавали рабскую природу. Спереди лошадьми управлял сидящий на передней планке повозки возничий, прикрикивая и держа в руках поводья, смахивающий пот со лба. Анна вглядывалась дальше поверх головы возничего. Зенит заливался жаром.       Миновав обширную лесную полосу, торговый караван двинулся вдоль отменно выстроенного забора с локоть шириной. Каменная кладка выдавала пот строивших её. В центре же ограждённой территории возвышалось двухэтажное деревянное строение с восьмиугольником с надстройкой в основе. Вокруг красовался сад с небольшими, удивительно стройными деревьями. Тогда как в дальней стороне лишь пеньки напоминали о красотах, ближняя «раздевалась» постепенно под влиянием двух фигур. «Почему же должно рушить такую красоту, — задумалась Анна, уже находя ответ» — Остановимся здесь ненадолго, — пронзал уши возничего милый девичий голосок. Обоз затормозил у железных ворот, судя по структуре — давно без руки мастера. Управитель натянул повода, останавливая лошадей. — Напоим пока наших милых лошадей, — спрыгнул меж стражниками возничий, протягивая руки к покрову груза, намереваясь приподнять его. Там уже дожидались своего часа очаровательные тазы и стеклянные бутыли с чистой водой. — Госпожа, Вы уверены, что Вам это нужно? — Громыхнул голосом один из стражников, обозревая фигуры вдали, пока второй спустил лёгкую Анну на пыльную дорогу, — мы пойдём туда, дабы обезопасить Вашу жизнь. — Не стоит, мой друг, — Анна взглянула в глаза лошателого, — я знаю правила, и знаю, что моя жизнь в пути стоит всех ваших, но… здесь для меня нет опасности, — улыбнувшись, направилась ко входу (о воротах уже позаботился ещё один стражник), — или есть, но вы меня здесь всё равно не спасёте, — повернувшись, раздвинула руки в стороны. Стража сдержала улыбки, не двинувшись вперёд, и лишь возничий ухмыльнулся. — Всё Вы играетесь… — тихо проговорил он, подливая воды лошадям.       Милейшие туфельки ступили на вымощенную камнем дорожку, ведущую ко входу в дом. Направляясь же к загадочным фигурам, Анна грациозно подняла по очереди обе на вид хрупкие ножки, снимая обувь, и ступила на взрыхлённую землю, усеянную небольшими пеньками — остатками былой растительной жизни. Наблюдая за всем этим сзади, стражники лишь покачали головой, снова сдержав улыбку. Для них явно было не впервой видеть такие проказы человека, которого они должны защищать любой ценой (некоторые защищали и сейчас, удобно пристроившись дабы выстрелить из своих наручных арбалетов или же кинуть копьё). Анна немного волновалась, глядя на лица, уже повёрнутые к ней, оторванные от работы.       Анна немного волновалась, то ли это лёгкий летний ветер заставлял её мелко дрожать. Ноги неприятно, не глубоко проваливались в рыхлую землю, но девица отчаянно старалась не уделять этому внимания, упорно двигаясь к своей цели… Цель заметила её приход, разогнув вспотевшую, мускулистую, хоть и узкую спину, вполоборота повернулась к гостье, обозревая ту молодыми, живыми глазами. Дыхание её было неровное: сказывался труд с лопатой. — Всех вам благ, хозяева, — обратилась Анна к присутствующим, слегка поклонившись. Волосы спали с плеч, выпрямившись. — И вам… — с улыбкой проговорил молодой парень, поклонившись и себе немного. Повернувшись быстро к третьей фигуре, массивной во всех смыслах, вкрадчиво посмотрел в её лицо. — М-м-мр-р-р… идите, потрещите, «хозяин», — попыталась правильно выговорить та, явно имея с этим проблемы, — а я здесь дальше долбаться буду, м? — Хорошо… — согласился парень, поворачиваясь к Анне, — хм… пройдёмте в тень? Хотите пить? — Поинтересовался гостеприимно. — Благодарю, не откажусь, — склонила взор девица, двинув плечами.       Пока Анна, наклонившись, умывалась и пила воду с простого железного ведра, парень стоял в дверном проёме, бросая взгляды то вглубь зала-восьмиугольника, то на гостью. Молодость заигрывала статностью фигуры и ясностью движений, некоторой нетерпеливостью; солнце одарило равномерным загаром. Лоснящиеся волосы были перевязаны позади в лаконичную косичку. Сквозь лёгкую рубаху просматривались мышцы, шея и руки же усеивались шрамами, следами неведомых влияний. Но глаза утратили своё сияние, как и кожа вокруг них, и на лбу — эластичность. «Много пережитого, печалей, утрат… Сжатые зубы… Мудрость в глазах… Но он столь молод для такого, — поглядывала краем глаз Анна, раздумывая о природе парня» — Большое вам спасибо, господин, — наконец проговорила Анна, выпрямившись. Затем добавила, — отменное выстроили себе хозяйство, господин. — Да… Но это не я один, — просто высказался в свою очередь парень, смочив и себе прелую шею, — а вы… — Я здесь проездом, — поспешила ответить Анна, — торговый путь здесь удобен, и южные пределы Торгового Тракта притягивают своей… своими свободными деньгами, — поправила себя, наивно улыбаясь. — Вы… не похожи на торговца, — подметил парень, вернув свой взор на зал без энтузиазма. — Вы частично правы, господин. Наш караван не из этих мест. Мы приехали… — Анна вышла из небольшой (для лошателого) кухоньки в зал, проскользнув мимо юноши, -…из северо-запада Тракта. У нас другие представления об одежде, уюте, еде… Поэтому прошу вас не удивляться, господин. Со своей стороны спрошу и вас интересующий меня вопрос, если позволите, — парень лишь кивнул, не прерывая осторожной речи Анны, — эти шрамы на ваших руках, и на шее… я слышала об одном человеке, который истекает кровью и покрывается ужасными шрамами когда… колдует, — парень слегка насторожился, смотря Анне в глаза, — скажите, господин… Вы этот самый человек? — Добавила следом, — Вы… маг Света? — Парень переменился в лице, однако лишь на единый момент. — Да, это я. — Значит вы Ио, маг Света? — Да.       Неловкое молчание прервало беседу. Анна раскрыла глаза полностью, всматриваясь в, казалось бы, обычного раба на службе у великого мага Света. На своём веку она повидала достаточно магов и людей зажиточных. И вот он, Ио, маг Света, по определению один из сильнейших — работает на пару со своей рабыней, заливаясь потом в ничтожных одеяниях. «Юста не была таковой… — домысливала Анна, — это ли новое поколение магов, не имеющих тяги к деньгам и власти?» — Хэх, мне несказанно повезло с вами познакомиться, Ио. Моя жизнь изменилась навсегда! — Анна выплеснула волну позитива, обернувшись вокруг своей оси, — а меня зовут Анна — простой торговец на службе у нашего славного короля. Сам Ио! Я… я слышала о произошедшем возле южной замковой заставы! По рассказам очевидцев, это было нечто… говорят, приходилось глаза закрывать руками и через щёлочки смотреть, чтоб не ослепнуть. Стража вся полегла, как ветром сдуло — вот уж трусы. А вы тех просто… ух, а потом как — остановили, и по одному… вот это да! С вами нам ничего не грозит! — Голос Анны волной гонялся за воспоминаниями, в тот же побег ринулась и жестикуляция. — Хэх… — раскраснелся Ио, протирая лицо руками в попытках скрыть реакцию, — ну… спасибо. Старался как мог. — А там, на земле трудится та самая ваша рабыня, которая так бодро раскидывала их мечом? Говорили что она крутилась как никто! Раздавала удар за ударом, и быстро так! Некоторые вообще бредили, что она светилась, представляете! От счастья ли? Вот уж небылицы, да? — Конечно, хэх. Как такое может быть? — Чётко подтвердил неверие Анны собеседник, явно сдержав негодование, — и да, её зовут Сентия.       Анна обменялась испепеляющим взглядом с Сентией. Отвлечённость на торговца не мешала ей голыми руками очищать очередной ствол от мелких веточек и неровностей — это позволяли пальцы, будто металлические щипцы.       Сентия не была человеком в полном смысле, что Анну и прочих в Торговом Тракте не удивляло. Это была лошателая, «центавр» по их личному общению с «братьями и сёстрами». Половина её тела представлялась мощным и мускулистым аналогом тела лошади. Тонкий шерстяной покров лоснился от пота и переливался мышцами в любом обозримом месте. На месте шеи лошади тело плавно переходило в человеческое, с животом, защищённым не раз испытанным прессом, объёмной грудью, толстой шеей и длинными напрягшимися руками. От работы вспучились и вены, что устрашало ещё больше. Рядом с Сентией, как и рядом со стражниками, Анна казалась ребёнком, и они у ворот не зря были в полной готовности — такому существу не составляло труда свернуть голову человеку или проломить её одним ударом. — Интересный у Вас лес готовится, позвольте, — окинула взглядом сложенные позади дома деревья, часть из которых уже лишилась своих крон и всех боковых ветвей, — короткий и мощный… осмелюсь предположить, что это… — артистично приложила согнутую ладонь к подбородку, — …для тренировочных мечей заготовки будут, — выстрелила фразой. — Хэх, м-м-мр-р-р! А не все людишки умом сошли, м? — Ио посуровел, вглядываясь в лицо слуги, — что?! Я на своей земле никого не бью, — негодующе ответила Сентия. — Даже и не знаю, радоваться ли мне или грустить с этого, — удивительно легко приняла данное утверждение Анна, — но, ввиду того, что в моей зоне интереса нашего королевства не безопасная обстановка… если я куплю у вас эти заготовки, господин, ваша рабыня поменяет своё мнение? — И сколько ж? — Лошателая смачно фыркнула. — Всё, — улыбнулась Анна, поворачиваясь к Ио. Лошателая хмыкнула. — Ценой у нас Сентия занимается.       Дебаты привели Анну в восторг. Оказывается, некоторые рабы умеют превосходно торговаться, но и сама девица не хотела отвергать своё ораторское искусство. Итого, цена была поставлена за счёт жестоких вербальных схваток, однако быстро. — Мои люди заедут с рабами максимум через два дневных. Будьте любезны оставить лес возле входа в имение — мы всё заберём на обратном пути. Полагаю, вам, Ио, можно доверять, — парень лишь кивнул, — я заплачу по счетам прямо сейчас. Проведём «пересчёт» и… кресты пойдут в дело, — Сентия размяла руки, довольно улыбаясь.       Стараниями не только Сентии с Ио, но и стражников Анны, «пересчёт» был проведён быстро. Плата производилась за один ствол дерева, так что была необходимость пересчитать все стволы, которые пойдут на продажу. После этого, решив все вопросы и скромно распрощавшись, Анна поехала дальше, абсолютно удовлетворённая встречей и сделкой. На всякий случай она оставила Ио знак своего торгового представительства — длинную ленту с характерной меткой в её середине — округлый листок, окружённый замкнутой ветвью. Разместив ленту на товаре и уйдя, можно не бояться, что возьмут что-то лишнее, или кто-то возьмёт то, что ему не принадлежит. В Торговом Тракте очень опасно переступать дорогу торговцам…

***

— Встретились? — Да. Ты же… сам всё видел, — воцарилось недолгое молчание.       Мышцы Ио приятно гудели от прошедшей работы. Труд был закончен этим же днём, и вечер с растущим ночным светочем представился отличным временем для отдыха души и тела. Компанию ему составил незнакомец, полностью закутанный в непроглядные серые ткани. Особенно странно они выпирали в области рук, будто человек держал что-то под покровом… Да и человек ли? — Сказала что торговец. — Ложь, — удовлетворенно проговорил незнакомец, — как всегда… парень. Власть извращает. Власть… творит ложь, ибо ложь… необходимость для народа. Лучше паники, лучше… разбоя. Как всё наивно, — Ио молчал, внимательно слушая и обдумывая речи собеседника. — Помнишь птицу… парень? — Да… — Ио вздрогнул и напрягся, всматриваясь в темноту на месте лица. — Сорвалась с ветки. — Ох… Когда? — Сегодня. День. Немного до встречи с Анной. — Сильная…? — Тебе хватит. — Сколько у меня времени? — Хм… Один дневной и здесь будет. Малым больше, малым меньше.       Ио ухватился за голову, грузно вздохнув. С первых новостей о «птице» он упорно отказывался понимать причину её существования. Ведь он, маг Света, не сделал ничего плохого. Спаситель, надежда людей на спокойную и размеренную жизнь… или хотелось бы так думать. Но ведь причина, объективная, понятная, должна была быть. — Амбиции способны затмить всю мораль. Смирись, — лишь кинул незнакомец, поднимаясь над Ио, — бери Сентию, тебе пригодится. Здесь её уберут… Продумай дорогу… извести. Тяжёлый путь ждёт… парень.