Немурэ

Спустя двое суток медики разрешили посещения. Правда, перед этим требовали одевать медицинскую хамелеон систему. Венму, который и капсулу на голову оденет, лишь бы не навредить, все предписания выполнял, четко следуя правилам. В данный момент он сидел рядом с кроватью на стуле, сжимая теплую руку супруга. Как же он благодарил того неизвестного Бога, которого иной раз упоминает супруг, только за то, что рука таяк не врезалась в его тело раскрытой ладонью, попадая выемкой между большим и указательным пальцами. Если бы это случилось, то даже выживи, он остался бы инвалидом. Увы, без активации генного ряда, чтобы запустить регенерацию, даже биоботы не смогли бы восстановить нервные волокна. Как же им повезло, что Айдани дернулся вбок, и тем самым спас себе жизнь и не сделался калекой. Прижав к губам его руку, оплетенную медицинской перчаткой, прикрыл глаза. Как же глубоко сидит это чувство, коему название любовь. Он жизни не мыслит без этого гордого и независимого немурэ. И пусть он не имеет пола, пусть его не сжать в объятиях, как любимого партнера в постели, пусть. Зато рядом с ним тепло, уютно и, кажется, что все будет только так, как он задумывал, как ему удобно и выгодно. От этого Венму испытывает моральное ни с чем несравнимое блаженство. Улыбающийся Айдани — владыка его сердца. Открыв глаза, Венму обласкал каждую черточку этого безмятежного лица. Если бы только его не попытались убить в первый раз, то это была бы ошеломительная женщина. И под нее, под эту живую сталь, он прогнулся бы, не поднимая глаз. Холил бы и лелеял еще больше, чем делает это сейчас. И защищал бы лучше. Не допустил такого промаха. Расслабился, поверил, что, обезвредив таяк, нельзя его запустить до снятия блокировки вручную. Вот и расплата за самоуверенность. — Айдани, прошу тебя, просыпайся. — Венму перевернул ладонь и прижал ее к своей щеке. — Как же без тебя холодно и одиноко. У нас тут учения проводятся, родич твой прибыл. Говорят, некоторые сектора уже закончили, и глава кое-какие семьи отправил обживать новые просторы. Здесь всего столько происходит, а ты спишь. — Не бубни… спать мешаешь… — едва слышно прошептал Богдан, еще не до конца овладев голосом. — Айдани? — Венму чуть со стула не подпрыгнул, быстро огляделся, рукой махнул следящему сомат, а сам приблизился. — Айдани, ты проснулся? — Угу. — Чуть приоткрыв глаза, Богдан увидел неимоверно счастливого медведя, который горячо целовал его ладонь. — Что ты такой заполошный, успокойся. Подошел сомат, всмотрелся в немурэ, лежащего перед собой, после чего быстро прибыли медики. Венму чуть-чуть отстранили в сторону, но не стали отбирать руку супруга. Это могло бы стоить им головы. Оно и так прекрасно осмотрится, подумаешь, рука чуть вбок и вверх, совершенно не мешает. Медики хлопотали над Богданом несколько минут, поставили какие-то растворы, уколы, после чего на груди сменили пластырь, который почернел. Как потом ему рассказали, чернота — это нано-колония биороботов ремонтников, которые восстанавливали его легкое и сердце. Сейчас данные колонии дорабатывают мягкие ткани и кожу. После процедур он сразу заснул, не подозревая, что медведь не просто сидит рядом, он форменно ревет от облегчения. Прижимая ладонь к своему лицу, не стесняясь, проливая слезы счастья. Очнулся, заговорил — выздоровеет и на ноги встанет! Мадаи, твои слова правду режут, как лазер камень! *** Богдан, в очередной раз проснувшись, чувствовал себя точно также, как бывало на больничной койке после ранения. Смешно сказать, боевая рана в мирное время. Хотя, медицина здесь на уровне. На Земле с такой раной был бы готовенький труп, а тут ничего, вытянули, спасли, бегать скоро будет. — Что такое? Болит? — рядом обозначилась Мариша, которая не отходила от него ни на шаг. Лучшая сиделка в мире — даже в туалет не надо. — Нет. — Шепотом отозвался Богдан. — Пить хочу. И туалет бы посетить. — Вставать нельзя. — Мариша тут же взяла откуда-то сбоку бутылочку с трубочкой. — И питье только несколько глотков. — А что такое? Мне же не живот ранило. — Не спорь. — Строго погрозила пальцем. Плавно рукой провела по консоли с настройками. Кровать в верхней части, где пациент лежит головой, медленно пошла вверх, увеличивая угол наклона. Мариша улыбнулась, приставила к губам трубочку. — Здесь сильный коктейль поддерживающих препаратов. Кисловат, не выпьешь много. — Понятно. — Также шепотом отозвался Богдан, обхватил трубочку губами и чуть втянул в себя воздух. Жидкость была действительно с кислинкой, такую за раз не выпьешь, да и большими глотками тоже. Туалет пришлось терпеть медицинским методом. Утки тут не имелось, зато был какой-то прибор, который прикладывался к паху, плавно облегал его, после чего легко убирался. Что любопытно — сразу дезинфицировал кожу не только у отверстия, но и везде, где касался ее. — Суперский туалет. — Заулыбался вялой улыбкой Богдан. — Спорить не буду. — Мариша убрала аппарат в специальную подставку, которая находилась на уровне ее колена. — И сразу утилизирует все отходы. Всегда чисто. — Заулыбалась она, словно рекламирует товар. Богдан ответил ласковой улыбкой. — Ты — очень красив, когда улыбаешься. — Произнес слова медведь, вошедший в палату и не нарушающий беседу любимого со своим сомат. — Угу, краше только в гроб. Но комплимент зачтен. — Он подарил улыбку Венму, который расцвел, приблизившись. — Как чувствуешь себя? Спина болит? — Нет, не болит. И ноги чувствую. — Это хорошо. — Став серьезным, Венму присел на стул, тут же взял за руку супруга, еще страшась того, что может потерять его. — Что говорят? Я спрашивал, молчат. Улыбаются только. — Богдан просительно посмотрел на Венму, который просто не мог не ответить. — Предположительно, восстановление займет до полугода. Чтобы у тебя не было рецидива со сдвигом позвонков, проведут операцию. — И зачем? — Введут эластичную защиту столба позвоночника. Она не позволит сдвинуться позвонкам, также защитит, если… — Венму сжал пальцами его пальцы. — Я не допущу этого если, но защита будет. — Из-за нее полгода, да? — Ей полтора месяца надо, чтобы ты смог ходить сам, не испытывая болей. До этого будешь в корсете. — И когда резать будут? — Не волнуйся, к тому моменту ты уже сам встать с постели сможешь. Сейчас еще нельзя такое серьезное вмешательство проводить. Сначала ты должен окрепнуть. — Подняв его руку, нежно поцеловал, затем прижал к щеке. — А где эта…? — Богдан смотрел на медведя, что на глазах превратился в хищного и опасного: заострились черты лица, напрягся, глаза потемнели и заблестели, кожа побелела от плохо скрываемой ярости. — Не волнуйся, ее скоро накажут. — Венму взгляд не отвел, чуть оскалился, проявляя клыки, как истинный хищник. — Слишком много на себя взять захотела, вот ей и дадим мощь. — Некрополь, да? — Богдан догадался, потому что иные пути наказания не даруют мощь. Так говорят только тогда, когда собираются отправить живого немурэ в усыпальницу, без своих таяк. — Заслужила. — Медведь вновь прижался щекой к ладони, блаженствуя, прикрывая глаза. — Понимаю, Венму. — Богдан тоже прикрыл глаза, но все же договорил свою мысль, что вертелась в голове. — Будь я на твоем месте, ограничил бы ее право уйти из жизни до тех пор, пока она не сойдет с ума. Венму открыл глаза и посмотрел в лицо супруга. Решительно и жестко — вот что увидел в глазах медведя ослабленный Богдан. Этот взгляд говорил о том, что будет так, как супруг желает. Немурэ Санима Кетуш не сможет покончить с собой до тех пор, пока в ней есть хоть капля разума. Богдан заснул, даже не представляя, что приговорил немурэ к страшнейшему наказанию, сверх того, что уже есть. Если ранее глава Дома Аталь планировал завершить допрос и отправить в вакуумную камеру, а его наследник еще не озвучил желание казни через усыпальницу, то сейчас решающим голосом был голос пострадавшего Богдана. Он частично сошелся во мнении с супругом, только из краткого времени, когда Санима наложит на себя руки, превратил в длинную и мучительную экзекуцию, запрещающую самоубийство. Его супруг еще посидел рядом, после чего покинул палату. Пройдя к взлетному, забравшись внутрь и устроившись с удобством, набрал по закрытому каналу связи своего предследа. Пока взлетный плавно набирал скорость, отправляясь к ближайшей станции капельного пути, глава Дома ответил. — Что случилось, Венму? — Эльмайн прекрасно знал, что в это время его наследник посещал супруга. — Айдани сказал свое слово. — Выражение кровожадности на лице Венму, оно пробрало даже главу Дома Аталь. — Чтоб с ума сойти, и только после этого жизни лишиться. Глаза у Эльмайна округлились, но возражать он не стал. В ответ лишь кивнул головой, соглашаясь с прошением пострадавшей стороны. Посмотрел на особый график, мысленно что-то подсчитал, после чего произнес: — Еще два часа, и все будет свершено. — Глава Дома, как и все посвященные, не говорил конкретно кто и что, зачем и почему делает, если это относится к семье Кетуш и ультре. Венму согласно кивнул головой, молча принимая решение и подтверждение удовлетворения слова Айдани. По сути Санима прыгнула не просто выше головы, она поставила себя над Домом. Для отдельного немурэ это немыслимо. Физически, психологически, политически и этически — она нарушила все эти пункты. Тем более, что немурэ чтут данное кому-либо слово, никогда не нарушают подписанные договора, тем более не отступают от своих обязательств. За подобные нарушения, во все времена, была смертная казнь: долгая и мучительная, либо быстрая и милосердная — это решает пострадавшая сторона. Бунты, которые нередко вспыхивали в древние времена, приводили к гибели корабля, так что жестокая расправа с теми, кто нарушает, подняла уровень дисциплины, а также снизила процент восстания, вписывая незыблемые правила в подкорку. Немурэ воинственны, так что жесткий хват манипулятора, что тисками сдавит грудь, оно самое, для встряски и воспитания. *** Плавно перевернув страницу, наложница Мекхик призадумалась. Время, для разбора с переданными материалами по константам областей, вышло. Советник уже должен был проработать план, согласно которому атакует Дом Аталь-Кебеж. Ее шпионы донесли, что на данный момент он не отправил ни одного послания в нужные руки. Это озадачивало. Причем сильно. Согласно тому, что знает сама Мекхик, однозначно есть три стороны, желающие укоротить крылья Аталь-Кебеж. Это чисто торговые Дома. Есть также парочка боевых соседей. Пусть они средней величины, но все же рынок был с ними последние годы, а теперь плавно утекает, как шлейф кометы. И еще семейство Кетуш. Эти, прикормыши, точно не потерпят плохого отношения к своему последышу. Тем более, что им сулил неплохой кусок власти, добейся она своего. Мекхик, которая имела шпионов во многих Домах разных констант областей, прекрасно знает, что Санима Кетуш заигралась, ступила на палубу, а там вакуум. И назад не шагнешь, кислород бьет в спину. Вот и вылетела вперед, как выбитый шлюз. Станет ли ее полет, полетом кометы с хвостом и последствиями, или будет забыт в темноте вакуума — вопрос открытый и интересный. — Какова вероятность того, что ее определили более чем простую забывшуюся фаворитку? — не оглядываясь за плечо, зная, что там стоит верный таяк-координатор, женщина сложила руки на колено. Она сидела на подушке, поджав одну ногу под себя, а другую поставив. Перед ней был стол на низких ножках, много открытых экранов голографических и интерактивных окон. В последнее время думалось лучше всего именно в этом помещении, называемом в данный момент: «кабинет». — 35%. — Какова вероятность, что советник Вайшун подтолкнет семью Кетуш к ссоре с немурэ Эльмайном Таиш? — 0%. — Оу, — сощурилась Мекхик. — Осторожен, хоть и молод. Интересно, послушает ли прогнозы или разыграет партию с добавкой ссоры? — Согласно данным, что имеются, проще собрать вокруг Аталь-Кебеж кокон недовольства Средних Домов. Они расшатают со всех сторон их позиции, а ссора придет сама. В случае знания, что рука ультры причастна, со-главы Аталь-Кебеж будут молчать до прояснения ситуации с немурэ Айдани Маише. В случае инкогнито ультры — ссора будет, но позже, когда немурэ Айдани Маише очнется и станет понятен полный ущерб ему нанесенный. — Пакка Айдани Маише, — Мекхик усмехнулась, — везде именно ты тот, кто сдвинет с мертвой координаты замершие корабли. Уже двадцать дней прошло. Медицинский маяк еще работает в красном положении? — Десять минут назад перешел на оранжевый. — Оу! — заулыбалась женщина. — Юношу перевели из капсулы в палату. Уже веселее. Скоро узнаем, куда и как будут плясать провода под током. Мекхик, в прошлом капитан группы особого назначения, человек убирающий проблемных субъектов, ныне обладает властью и руками собственными ничего не делает. Достаточно раздать указания, и ты волен строить новый план. Итоги будут принесены в герметичном кубе, с прозрачными стенками. Все хорошо, если бы не противоборство с Келдаей. Эта выскочка, как появилась, так всюду совала свой нос. Уж сколько крови попила, не взвесить. От одного только ее имени бросает в волну ярости. Емейне предупредил, что не следует сейчас лезть. Она и не полезет. Есть куча способов сдвинуть с места «ссору» и взорвать пространство константы области Нетваль. Совершенно не нужно что-то делать специально, случай все сделает сам. — Передай в дом Уноун, что я согласна посетить их прием.