Мой дом там, где ты

В школе наше появление с Рихом произвело фурор. Ганс, видимо рассчитывавший, что я перестану общаться с Рихардом, демонстративно отсел на уроке подальше от нас. Его дружки сделали то же самое. Весь класс разделился посередине безлюдной полосой. Но на удивление, близнецы остались на месте. Ганс обернулся и что-то шикнул им, но они не сдвинулись с места. В столовой Ганс со свитой лишь буравили нас гневными взглядами, но не приставали. Лишь изредка, когда мы держались за руки, он изображал приступ рвоты, а все его друзья начинали ржать. Так и пролетела вся недели. В пятницу мы сидели в коридоре перед уроком химии и, как обычно, занимались ерундой. Настроение мне не мог испортить никто, потому что сегодня Генрих наконец-то должен бы привести парней из приюта. За неделю он успел подготовить все документы. -Слушай, - Подпрыгнул на месте Рихард. – Папа с ребятами приедет часам к трем. Предлагаю отменить это дело. Хочется чего-то с музыкой намутить. Поиграть и все дела. Я закивал и сказал, что это отличная идея. *** Весь день после школы мы просидели в трепетном ожидании. Когда Генрих вернулся, и из машины вылетели парни, мы дружно заулюлюкали. -Да здравствуют мои братья – Набросился на нас Шнай и сделал троекратное ура. Позже Тиль мне пояснил, что он насмотрелся исторических фильмов. И это произвело очень сильное впечатление на его тонкую актерскую натуру. Наперегонки парни побежали выбирать комнаты. -Только не с Оливером, - Верещал Тиль на бегу. – Не могу больше терпеть его храп по ночам. Олли толкнул его в бок и забежал в соседнюю комнату с Флаке. Шнай же расстроено вошел за Тилем. На самом деле, Тиль храпел не меньше Олли, но никак не желал этого признавать. Через час все вещи были разобраны. Я стал обходить их комнаты и просто не узнавал их. Стены, которые до этого слепили своей белизной, сейчас с пола до потолка были покрыты плакатами, рисунками (и как они успели?) и амулетами. Все полки и тумбочки еле умещали на себе всякую мелочь. И это было самое радостное, что я видел в жизни. Наконец все немногое то, что я любил в приюте, оказалось вне его стен. В новом родном доме. *** Позже мы, вооружившись инструментами, решили отправиться на школьное футбольное поле. -Сейчас отличная погода, грех сидеть дома, - утверждал Рих, упаковывая гитару. – Заодно покажем школу. Идея всем понравилась и уже через полчаса мы валялись на траве стадиона. -Было бы круто создать группу, - мечтательно вздыхал Тиль. – Гитаристы есть, барабанщик и клавишник есть, а я могу петь. -И ходить на нас будет только Ансель. – грустно подвел Флаке. Я уже было хотел возразить, что все не так плохо, как вдруг нас отвлек шум у школы. Мы огляделись и увидели Ганса с шайкой, выходящих из школы. -Знакомьтесь, парни, местная мафия – Рихард сделал гримасу и передразнил голос Ганса. -Это с ним ты подрался? – спросил Тиль, указывая пальцем на парня. -Именно с ним, - повредил я. - Может, они и сейчас готовятся на нас напасть? -А, может, нападают друг на друга?– Предположил Олли. – Они ссорятся. Я прислушался и понял, что он прав. Они разговаривали очень громко, Ганс махал руками, а близнецы жались друг к другу и косились на нас. -Черт с ними, – отмахнулся Рихард. – Сейчас численное преимущество на нашей стороне. Мы отвернулись, но уже через несколько минут услышали, как в нашу сторону кто-то несется. Этими кем-то оказались близнецы, остановившиеся прямо перед нами. Они стояли одни, без Ганса, и с мрачными лицами и теребили цепи на шее. Я пригляделся и увидел, что на цепочках были бирки. На одной «В», а на другой «Р». Они были потускневшие, и все время переворачивались не той стороной. Поэтому разобрать, кто из них кто, не помогали. Близнецы смущались и перетаптывались с ноги на ногу. Тощие, пучеглазые, они походили на богомолов. Из-под челок торчали веснушчатые носы. Но от них не чувствовалось никакой вражды. -Вы от Ганса? – спросил я -Мы сами по себе, - хором ответили братья -Мы пришли с вопросом.. -Хотели узнать.. -Можно ли мы.. -Короче, нельзя ли нам общаться с вами.. -С чего это вдруг? – удивился я. Близнецы опустили головы и прижались друг к другу. Мы с Рихардом переглянулись, а остальные с интересом разглядывали гостей. - Скажите, юные рыцари, - В своей новой актерской манере начал Шнай. – Не дьявольские силы ли вводят меня в заблуждения, представляя столь подобных друг другу два образа? -Колдовство, да и только. – Подхватил Олли. -Нет-нет, - пропищал один из братьев. – Мы с хорошими намерениями. -Тогда садитесь, - не унимался Шнай. – И поведайте нам свой доблестный рассказ. Я уже хотел сказать, что это не самая лучшая идея, но братья, кажись, действительно не собирались ссориться. Без Ганса они выглядели очень добродушно и безобидно. -Мы сами их не любим, - Присев, начал один из них. – Мы их, а они нас. А еще они считают нас слабаками. Потому что мы не хотели бить вас. А зачем это вообще, спрашивается? Второй брат вздохнул: -Вы нас, скорее всего, не примите, - говоря это, он покосился на меня с Рихардом. Это был Ральфи, я разглядел букву Р на цепи. Я подумал, что по идеи они действительно были единственными, кто не смеялся над нами всю эту неделю. - Мы не против, - произнес я непослушными губами.- Если вы правда этого хотите… Рихард посмотрел на меня ошарашенными глазами, а близнецы радостно переглянулись. Я ему подмигнул и беззвучно прошептал, что все окей. Почему то я поверил им. -Спасибо, - прошептал близнец с буквой «Р» на груди. Они оба улыбнулись. При улыбки их рты всегда искривлялись, но по-другому у них улыбаться и не получалось. Только у каждого приподнимались разные уголки рта. «А они совсем разные, - удивился я про себя. – Если хорошо приглядеться» В таком составе мы просидели часа два. Близнецы были смешные. Без Ганса они могли быть совсем спокойными и дружелюбными. Идея с группой им очень понравилась, и они даже успели нам составить прайс и смету для наших будущих концертов. -А вы что-нибудь умеете? – поинтересовался Олли. -Они умеют фокусы показывать, - быстро вставил я, краснея за Олли. – С картами и шляпой. -Оооо, - уважительно загудели парни. И близнецы показали нам несколько фокусов, из которых получилось только два, а закончили все раскладом пасьянса. -Сыграешь что-нибудь? – спросил Вульфи, закончив последний расклад и указыв на гитару Риха. Рихард кивнул. Достав гитару, он откашлялся, как певец перед концертом. Он заиграл и, действительно, запел, хотя его об этом никто не просил. Голос у него был низкий, но очень приятный и с хрипотцой. Играл и пел он очень хорошо и уверенно, как настоящий профессионал. Все заслушалсь. -If they could love like you and me, imagine what the world could be*, - драматическим баритоном закончил он и как-то странно посмотрел на меня. Мне от его песни стало приятно, остальным, как мне показалось, тоже. Когда он закончил, мы все зааплодировали. -Так что у вас случилось с Гансом? – все же решил уточнить я у близнецов. -Да он совсем с катушек слетел, - Начал Ральфи -Его бесит, что вы постоянно ходите под ручку, - тут же подхватил второй. -И он хотел всей сворой вас поколотить -Но мы отказались -И он сказал, что если мы такие же нюнчики, как вы, то и наше место с вами -А нас они давно бесят своими драками -И наконец-то подвернулся повод послать их Я слушал их, а мои глаза скакали от одного к другому. Я привык, что мои друзья тоже говорят хором, но близнецы это делали с какой-то невозможной скоростью. -Значит нас теперь восемь, - с видом Аристотеля подытожил я. – Это почти половина класса. - Представьте вообще рожу Ганса, когда он узнает, что нас теперь столько, - довольно заулыбался Рих. – Небось, сразу захочет вас поколотить. Либо переманить к себе. -Пусть только попробует, - сурово сказал Тиль. – И этот Ганс что-ли тяжелый, как танк? -Не знаю насчет танка, но доводить он всех умеет, - сказал Рих. – Короче моральное состояние парня удручающее. И думаю надо подкинуть ему пару грязных носков Олли. Мы засмеялись. Все над шуткой Риха, а я просто от удовольствия. Наконец-то все, кого я люблю, были в сборе. *** Перед сном мы посидели в нашей с Рихом комнатой и неохотно стали расходиться. Рихард вышел с парнями, чтобы добыть им постельное белье, а я залез на подоконник и уперся носом в окно. -О чем задумался? – одернул меня через пару минут голос Риха. -О песне, которую ты пел днем, - честно ответил я. -Это были Nickelback. Понравилась? -Да, а о чем она? –Я практически не знал эту группу. -О любви, конечно,- Заулыбался Рих. Я тоже улыбнулся и еще сильнее уперся носом в окно. Со стороны можно было подумать, что я смотрю на уличный пейзаж, но на самом деле я разглядывал Риха в отражении. Он какое-то время постоял в дверях, а потом двинулся ко мне. Еще мгновение и его голова лежала на моем плече. Я чуть повернулся. Наши лица оказались в опасной близости. -Крутой день сегодня – прошептал Рих, а я просто не мог оторваться от его обласканного луною лица. Еще никогда он не казался мне таким красивым. Тут же я впервые не смог удержаться. Потянувшись к нему, как подсолнух к солнцу, я осторожно и коротко коснулся своими губами его полуоткрытого рта. Тут же я откидываюсь, чтобы посмотреть на его реакцию. -И это все? – удивился Рих, а через секунду его губы снова касаются моих. Он несколько раз провел по моим губам своими, лишь легонько дотрагиваясь. Мои губы помимо моей воли затрепетали, отвечая на его прикосновения. Я, как безумный, прижался к ним и резко отпустил. Быстрый вдох…Секунда паузы… и вот наши губы вновь соединяются. Его язык ловко соприкоснулся с моим, и они слились воедино. Счастье туи же наполнило мою грудь. Счастье, смешанное с чувством стыда и страха. Такое было со мной впервые, но я понимал, что именно этого я хочу. Очень хотелось, чтобы это ощущение длилось вечно, никогда не кончаясь, но в то же время казалось, что я могу не выдержать, если такое блаженство продлится еще хоть одну минуту. Когда Рихард отпустил мои губы, я стоял и медленно приходил в себя, боясь двигаться. Мне казалось, что пошелохнувшись, я спугну это ощущение трепета и счастья. Новые ощущения теснились, стремились вырваться наружу, но им удавалось только залить красной краской мое лицо и наполнить счастьем каждую клеточку моего тела. -Ну как тебе? – поинтересовался Рих. Его щеки тоже покрывал легкий румянец. -Великолепно, - Ответил я и боднул своим носом его нос. Рихард в ответ хихикнул и, быстро чмокнув меня в нос, спрыгнул с подоконника и лег в кровать. Я тут же нырнул за ним. Теперь я точно знал – чтобы не случилось, этот сладкий вкус его губ навсегда останется со мной.