Let the sky fall.

Задержи дыхание и считай до десяти. - …и поэтому сейчас приоритетным направлением исследований для нашей организации является разработка различных методик и средств, что позволят развить возможности человеческого тела… Въедливый голос господина Пака настойчиво проникал в сознание, заставляя отвлечься от собственных раздумий и обратить внимание на говорившего. Енгук поморщился и потянулся к стоящей неподалеку бутылке минералки. Этот чертов сон не давал ему покоя уже пару месяцев. Все 24 года своей жизни Бан Енгук был на редкость рациональным человеком. Он не был фаталистом, он не верил в приметы и знаки судьбы и считал, что все можно объяснить с помощью науки, а что нельзя объяснить с помощью нее сейчас, будет возможно объяснить в будущем. Но, почему уже которую ночь подряд ему снится, как мир сгорает к чертям, он понять не мог. Енгук напряг память и вспомнил, что Зигмунд Фрейд утверждал, что человеческие сны – это есть отражение его подсознательных сексуальных желаний. Бан вспомнил огромную, всепоглощающую огненную стену и мысленно усмехнулся: это насколько же глобальным должен быть его недотрах, чтобы снилось подобное? Надо съездить в выходной в Сеул и снять там какую-нибудь девочку. Глядишь, и сны начнут нормальные сниться. Такую, хорошенькую, фигуристую, с большими черными глазами. Енгука будто окатило кипятком. Черные глаза. За все то время, что ему снился этот сон, он так и не смог понять, что за человек стоит с ним рядом. Почему-то в тот момент это казалось абсолютно неважным. Енгук просто знал. Знал, что это его вторая половина. Некто, кто идеально его дополняет. С кем можно встретить свой конец. Черные глаза. Молочно-белая кожа на изящных кистях рук. Хриплый голос, что пробуждал в нем любовь. Любовь. Будучи убежденным скептиком, Енгук не верил в любовь. Все это лишь химия человеческого тела. Игра гормонов. Рано или поздно это пройдет. Реакция прекратится, состояние организма стабилизируется, железы эндокринной системы перестанут вырабатывать гормоны, пробуждающие влечение, и любовь уйдет. Останется лишь привыкание. Но почему-то некто из сна заставлял сердце сжиматься от неведомого доселе чувства. В жизни Енгук не зацикливался на людях. Во сне Енгук любил. Но, черт подери, кого?! - …и поэтому руководство «SkyRise» приняло решение о создании специальной лаборатории, сотрудники которой займутся разработкой вакцины, что позволит существенно развить человеческие возможности и станет первым шагом к рождению Сверхчеловека – того, о ком мы привыкли читать в фантастических книгах. Прошу поприветствовать заведующего лабораторией, ведущего генетика, обладателя правительственного гранта и прекрасного молодого ученого – господина Бана Енгука! Енгук встал со своего места и учтиво поклонился, наслаждаясь громкими аплодисментами. Его солидные успехи и незаурядный талант ученого позволили Бану к двадцати четырем годам стать известным на весь научный мир и получить предложение о работе в закрытой правительственной организации, носящей дурацкое и странное, по мнению Енгука, название «SkyRise». Научный комплекс «SkyRise» находился в семидесяти километрах от Сеула, на тщательно охраняемой, закрытой от гражданского населения территории. Там же располагалось комфортабельное общежитие, где жили сотрудники «SkyRise», небольшое кафе, несколько скверов, библиотека и спортивный комплекс, где все желающие могли поддерживать физическую форму. Территория организации была надежно скрыта от посторонних глаз густым лесом. Создатели «SkyRise» четко рассчитали, как и где построить комплекс. Несмотря на близость к столице и населенным пунктам, здания «SkyRise» было весьма трудно разглядеть за цепочкой высоких холмов, покрытых густой сетью деревьев. Когда Енгук впервые оказался здесь, он был весьма удивлен. Он не раз проезжал на машине мимо неприметной заасфальтированной тропинки, ведущей к «SkyRise», но ему и в голову не могло прийти, что эта дорога ведет не к маленькой деревушке, вроде той, где живет его бабушка, а к засекреченному правительственному объекту, оснащенному по последнему слову техники и тщательно охраняемому доброй сотней вооруженных до зубов военных. Он жил в общежитии на территории комплекса и был абсолютно доволен предоставленными ему условиями. Несмотря на секретность службы, с территории сотрудников отпускали охотно, при условии, что они будут крепко держать язык за зубами. Енгук никогда не был болтливым человеком и очень любил в свой законный выходной съездить в Сеул, чтобы выпустить пар и хорошенько отдохнуть. Ведь естественные потребности еще никто не отменял, верно? - …в коллектив лаборатории, помимо господина Бана, также войдут следующие сотрудники «SkyRise»: Чон Дехён, 21 год, лауреат премии Гарвардского университета, специалист по вопросам органической химии. Сидящий напротив Бана Дехён шутливо закатил глаза и встал, раскланиваясь. Енгук ухмыльнулся. Одним из направлений политики «SkyRise» был поиск молодых талантов и привлечение их к работе над проектами организации. Енгука и его брата Еннама завербовали, когда они учились на четвертом курсе медицинского факультета Сеульского государственного университета. Братья Бан считались лучшими студентами своего набора: бакалаврская работа Енгука, посвященная вопросам программирования генетического кода, произвела фурор на ученом совете и получила высочайшие оценки и только восторженные отзывы. Еннам же поразил членов жюри на ежегодной научно-практической конференции, презентовав свой проект по иммунологии, результатом которого стала усовершенствованная вакцина от малярии. Енгуку предложили работать в пригороде Сеула в компании лучших специалистов. Он согласился, не раздумывая. Еннам же уехал в другой филиал «SkyRise», расположенный на острове Чёджу. Никакой тоски по родному Ичеону брат не испытывал и был абсолютно доволен жизнью, проводя дни в компании нежно любимых с детства микробов и бактерий и закрутив бурный роман с девушкой из своей лаборатории. Кажется, ее звали Гаин, и она была весьма и весьма привлекательна. Второкурсника Пусанского университета Чон Дехёна Енгук знал достаточно давно: он приехал в «SkyRise» одновременно с Баном. Проект Дехёна, связанный с альтернативными методами вакцинации, победил на международном конкурсе, получив грант от Гарвардского университета. Как рассказывал сам Дехён, ему предлагали уехать в США и Китай и сулили баснословные гонорары, но Чон отказался, отдав предпочтение «SkyRise». Он утверждал, что сделал это из патриотических соображений, но Бан подозревал, что Дехёну было элементарно лень ехать в другую страну: Чон терпеть не мог перемен обстановки, больше всего на свете обожал опаздывать на работу и любил подремать, сосредоточенно уставившись в микроскоп. - …Ю Ендже, наш лучший специалист в области программирования и медицинской техники! Сидящий рядом с Дехёном паренек встал со своего места и помахал аплодирующим ему сотрудникам рукой. Несмотря на серьезное выражение лица, в карих глазах плясали бесенята. Ю Ендже, 20 лет, IQ - 230. Ендже привлекли к работе в «SkyRise» после того, как тот со скуки взломал систему безопасности Центрального банка Кореи и снял со счета около 500 миллионов долларов. Государственная служба безопасности искала таинственного хакера несколько месяцев, и, когда агенты национальной разведки обнаружили восемнадцатилетнего парнишку, мирно игравшего в своей комнате в Starcraft, у руководителя Центробанка случилась форменная истерика: такого поворота событий не ожидал никто. Деньги Ендже, кстати, так и не потратил, ибо хакерством занимался чисто из спортивного интереса. В «SkyRise» Ендже занимался разработкой медицинских компьютерных программ и конструированием оборудования. Периодически они с Чонопом взламывали какой-нибудь крупный сервер, доводя руководителя организации господина Пака до предынфарктного состояния. Последний раз это, кажется, был банковский счет крупного российского олигарха, и службе безопасности «SkyRise» стоило немалых хлопот и усилий урегулировать ситуацию. Что Дехён, что Ендже были хорошими приятелями Бана. По вечерам они часто сидели в общежитской квартире Енгука, пили соджу и резались в компьютерные игры. Ендже отчаянно мухлевал, Дехён отчаянно его палил, и тогда эти двое начинали ругаться, как ненормальные, доводя Бана до истерического смеха. Они в ответ в унисон говорили, что хён – придурок и смеется, как глупая девчонка. - Мун Чоноп, еще один превосходный программист! Невысокий юноша, по виду, совсем еще мальчик, застенчиво улыбнулся, привстал со своего места, и тут же сел обратно. Несмотря на совсем еще юный возраст, Чоноп был настоящим докой в вопросах компьютерной техники и программирования. Его неизменным напарником был Ендже, и эти двое очень любили потрепать нервы господину Сон, начальнику службы безопасности «SkyRise». Енгук вспомнил их недавнюю выходку и едва удержался от смеха: поспорив с Баном на небольшую сумму, эти двое взломали центральный сервер «SkyRise» и поставили в качестве стартовой страницы на все компьютеры организации сайт официального фанклуба SHINee. Девушки были в восторге, мужская половина – смеялась и улюлюкала, а господин Пак устроил Ендже и Чонопу тотальную головомойку и орал на них благим матом в течение часа. Ендже предположил, что, возможно, Пак-сонбенним просто не любит SHINee и предложил в следующий раз подписать его на фанклуб Big Bang. Чоноп подмигнул господину Сон, и тот побагровел, видимо, вспомнив последнюю выходку Муна и Ендже. Енгук тихонько рассмеялся и услышал, что многие из собравшихся последовали его примеру. Рядом хихикнул Джело. - Чхве Чунхон, наша гордость и надежда корейской медицины! Чхве Чунхон, для друзей Джело, отчаянно покраснел и опустил глаза. Енгук ободряюще подтолкнул его. Джело благодарно посмотрел на хёна и встал, пунцовея от всеобщих аплодисментов. Джело был потрясающим ребенком. В свои 17 лет парнишка из Мокпо был феноменально умен и талантлив. Школу он закончил в 11 лет, проявляя недюжинный интерес к биологии и химии. Руководство «SkyRise» тряслось над Джело, как курица над самым дорогим яйцом, понимая: такой самородок упускать нельзя. К Джело Енгук относился по-отечески. Мальчик обожал своего хёна, считая его примером для подражания и поддерживая Енгука во всем, чем Бан занимался. Для Бана Джело был кем-то вроде младшего брата, и Енгук заботился о юноше, как мог. Джело был пятым неизменным участником их дружеских посиделок и единственным человеком, кто мог обыграть Ендже. Ю каждый раз обиженно надувался, Джело и Чоноп начинали его подкалывать, а Дехён злорадно смеялся, ибо неудачи Ендже вызывали у него просто детский восторг. Их будет пятеро. Идеальная команда, никого лишнего. Енгук почувствовал невероятный прилив гордости: именно его выбрали руководителем лаборатории, состоящей сплошь из молодых дарований. Он знает их характеры как свои пять пальцев, он сможет направить их активность в нужное русло, и вместе они добьются… - И, наконец, шестой член нашего нового научного коллектива! Енгук вынырнул из пучины приятных раздумий и пораженно уставился на господина Пака. Вокруг послышались удивленные перешептывания: о шестом сотруднике не слышал никто. Пак заметил всеобщее удивление и громко продолжил, указывая пальцем в противоположный конец конференц-зала. - Этот человек – новичок в нашей организации, но вы, несомненно, будете поражены его талантом и умственными способностями. Поприветствуйте же нашего новобранца, гениального химика, Ким Химчана! Наступила неловкая тишина. В противоположном от Енгука конце стола послышался шорох и звук отодвигаемого стула. Бан перевел взгляд на источник шума и увидел, как со своего места поднимается незнакомый парень. Незнакомец приветливо улыбнулся и, низко поклонившись, сказал хриплым голосом: - Здравствуйте, меня зовут Ким Химчан, и с сегодняшнего дня я буду работать вместе с Вами. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне. Енгук скривился: будто типичная фразочка из школьной дорамы. Сидевшая рядом с Джело Хесон из отдела электрических машин восторженно ахнула: - Вы только посмотрите, какой красавчик! Бан внимательно посмотрел на продолжавшего улыбаться Химчана. Ким Химчан был тем, кого называют «цветочными мальчиками». Смазливый, с девчачьими чертами лица, он напоминал Бану о тех тошнотворных парнишках-модельках, которые обильно мажутся ВВ-кремами и делают милые фотографии с дутыми губками. Наверняка у него есть свой блог, где много розового и кавайных смайликов, куда он постит свои отфотошопленные фотографии, собирая кучу восторженных отзывов девочек-подписчиц. Продолжая улыбаться, Химчан сосредоточенно осматривал присутствующих, и, наконец, его глаза остановились на Бане. Они встретились взглядами, и Бан вздрогнул: это была химия. Черные глаза смотрели на него в упор, и Енгук понимал, что пошла реакция. Он возненавидел Химчана с первого взгляда. Слишком похожими на его собственные были эмоции в прищуренных, антрацитовых глазах. Химчан определенно был парень с характером. Властный, уверенный в себе, завоевавший право на то, чтобы быть лидером, Енгук был таким человеком всю свою сознательную жизнь. И именно таким человеком, судя по калейдоскопу эмоций в завораживающих глазах, был чертов Ким Химчан. Внезапно Химчан усмехнулся и насмешливо подмигнул Бану. Енгук почувствовал, как со дна его сознания поднимается удушливая волна гнева: этот парень явно понял, о чем думает Бан. Одноименные заряды всегда отталкиваются друг от друга. Абсолютно одинаковых зарядов в природе не бывает. Ким Химчан и Бан Енгук были практически идентичными элементарными частицами. И Енгука отталкивало от него с такой силой, что хотелось бросить все и убежать. Чертова физика тела. - Поприветствуем же Ким Химчана! – повторил Пак. Вокруг раздались громкие аплодисменты и приветственные крики. Бан присоединился к всеобщему ликованию, машинально хлопая и не сводя глаз с Химчана. Тот кланялся, повторяя какие-то общие благодарственные фразы, и белозубо улыбался, заставляя девушек восторженно перешептываться. Чертов позер. Пак подошел к Енгуку и настойчиво прошептал: - Я знаю, мы этого не обсуждали, но ты не представляешь, насколько Химчан умен и талантлив. Я уверен, он идеально вольется в вашу компанию. Енгук выдавил из себя улыбку и пробормотал: - Конечно, Пак-сонбенним. - Он будет жить в соседней с тобой квартире. Покажи Химчану территорию комплекса и познакомь его с ребятами. Справишься? Твою же мать. - Не сомневайтесь, - фальшиво улыбаясь, ответил Бан, - я помогу Химчану поскорее адаптироваться в «SkуRise». Пак облегченно выдохнул и громко заорал: - Эй, Химчан-ши! Ким, стоявший в окружении восторженно галдящих девушек, учтиво поклонился и поспешил на зов. Подойдя к Енгуку и господину Паку, он ослепительно улыбнулся: - Да, господин Пак? - Познакомься, Химчан-ши, это Бан Енгук, руководитель лаборатории, где ты будешь работать. Он пообещал показать тебе территорию и познакомить тебя с остальными. Надеюсь, вы подружитесь! - О, я в этом даже не сомневаюсь, - ухмыльнулся Химчан и перевел глаза на Енгука. Внезапно Бану стало жарко. Что-то в облике Химчана показалось безумно знакомым и каким-то родным. Хриплый голос, черные глаза, бледная, молочно-белая кожа… Енгук помотал головой, чтобы справиться с наваждением. Не думать об этом. Скорее всего, видел его в каком-нибудь журнале или на рекламном постере. Смазливые мальчики часто подрабатывают моделями. Пак ободряюще хлопнул Енгука и Химчана по плечам: - Значит, теперь я спокоен. Развлекайтесь, ребята! Енгук поклонился и, не оборачиваясь, быстро пошел к выходу. Все его нутро кипело от злости и необъяснимого гнева. Химчан нагнал его возле лифта. Они молча зашли в кабину, и Енгук нажал на кнопку «0». Стальные двери начали со скрипом закрываться… - Ты ведь тоже это почувствовал, да? Хриплый голос прорезал тишину, заставляя Енгука вздрогнуть. Химчан внимательно смотрел на него и выстукивал по стенке лифта какой-то ритм. - Я возненавидел тебя с первого взгляда, Бан Енгук, - продолжил Химчан, запуская руку в красиво обрамляющие лицо черные волосы. - Знаешь, это очень странно. Обычно я хорошо схожусь с людьми, а тут увидел тебя и сразу понял: ненавижу. Он беззаботно улыбнулся. Бана перекосило, и он сказал отрывистым шепотом: - Я презираю таких смазливых мальчиков-ольджанов, как ты. Наверно, любишь французскую косметику и стоять раком, когда тебя ебут богатые извращенцы-спонсоры? Я не знаю, какой ты химик и специалист, но… Договорить Бан не успел. Сильный удар под дых – и он уже сидит на холодном металлическом полу кабинки и судорожно пытается перевести дыхание. Химчан брезгливо отряхнул руку и облокотился на стену: - А ты наверняка такой крутой и неприступный мужик. Ходишь с видом независимого мудака, слушаешь крутую музыку и изображаешь из себя холодного мачо в компании восторженных девочек. Где ты их снимаешь? В Каннаме? Вообще-то, в Кванджине. Там они посимпатичнее. Енгук перевел дыхание и парировал: - Завидуешь, что мне есть, кого ебать? Ты ведь из тех, кто сидит одинокими вечерами и дрочит на плакатики SNSD. - По крайней мере, мне есть, что дрочить, - не растерялся Химчан. Енгук поднялся на ноги и приблизился к Химчану. Тот продолжал стоять у стены лифта, глядя на Енгука прищуренными глазами с густыми, черными ресницами. Бан подошел к нему вплотную и вцепился руками в ворот серого кашемирового свитера. Химчан не шелохнулся. От него пахло мятой и дорогим мужским одеколоном. Таким же, каким пользовался Енгук. От ощущения знакомого запаха Бану стало жарко. Удушливая волна гнева поднялась от кончиков пальцев к голове. Енгук выдохнул и процедил, тщательно выговаривая каждое слово: - Уж поверь, мне есть, что дрочить. Химчан приоткрыл красиво очерченные розовые губы. Енгука обдало жарким дыханием. Ким приблизился к его уху и отрывисто прошептал: - Ты предлагаешь мне проверить, сладкий мальчик? Двери лифта начали со скрипом открываться. Химчан спокойно отстранился от Енгука, высвободил ворот свитера из настойчивой хватки Бана и танцующей походкой двинулся к выходу. Внезапно он обернулся и издевательски протянул: - Не переживай, хён, я сам осмотрю территорию и познакомлюсь с остальными. Увидимся в лаборатории. Енгук вышел следом за ним, обгоняя Химчана и чувствуя, как от гнева дрожат руки. В спину ему донесся низкий голос: - Хён! Енгук обернулся. Химчан лучезарно улыбнулся и прошел мимо него. - Я обязательно подарю тебе пару плакатов SNSD. В качестве приветствия и гуманитарной помощи. Или ты предпочитаешь проводить досуг с бумажными 2NE1? С этими словами он скрылся за стеклянной дверью. Бан помотал головой и со свистом выдохнул, мысленно считая до десяти и надеясь, что в лифте не было скрытых камер. Пропади ты пропадом, чертов Ким Химчан… ***** Их лаборатория функционировала уже две недели. Как и предполагал Енгук, коллектив, состоящий из людей, которые уже успели хорошо изучить друг друга, работал слаженно и эффективно. Они уже успели добиться первых успехов в разработке формулы вакцины. Во многом эта была заслуга Химчана. Химчан влился в их компанию мгновенно. Он моментально подружился с Дехёном, Ендже, Чонопом и Джело, и Бан только диву давался, наблюдая за тем, как недоверчивый и чурающийся незнакомых людей Чунхон лезет к Киму обниматься. С Енгуком Химчан был подчеркнуто вежлив. Он оказался действительно превосходным специалистом, и Енгуку пришлось признать, что он ошибался насчет Химчана. Был ли он моделью, дрочил ли он на SNSD - хороший вопрос, но химиком Химчан был от бога. Все поручения Енгука Ким выполнял точно в срок и настолько хорошо, что Бану приходилось лишь скрипеть зубами от бессильной злобы: Химчан делал свою работу так, как ее выполнил бы сам Бан. Несмотря на взаимную ненависть, команда из них получилась очень хорошая. Химчан единственный из ребят не стеснялся вежливо, но твердо оспаривать точку зрения Бана, что доводило Енгука до белого каления. Порой они орали друг на друга до хрипоты, но поправки, внесенные Химчаном, всегда позволяли добиться идеального результата. Он был слишком хорош. Они были слишком, до противности, похожи. Остальные ребята сразу заметили напряжение между ними. Джело огорчался, стремясь помирить любимых хёнов. Чоноп молча переживал и опускал глаза, когда Ким и Бан начинали выяснять отношения на повышенных тонах. Дехён смеялся и говорил, что от ненависти до любви один шаг. А Ендже всегда молчал, и только карие глаза загадочно поблескивали. В один из дней они с Енгуком вместе обедали в местном кафе, сидя за укромным угловым столиком. Бан поглощал горячую отбивную и мрачно наблюдал за тем, как Ким заразительно смеялся в компании Хесон, ДжиЫн и других девочек из соседнего отдела. - Вы с ним как два электрона. Или как два протона. Одинаково заряжены, - внезапно сказал Ендже. Енгук недоверчиво покосился на него. Донсен закатил глаза: - Хён, не делай вид, что ты меня не понимаешь. Бан с хлюпом втянул в себя длинный кусочек лапши и, усмехнувшись, сказал: - Я просто удивлен, насколько четко ты озвучил мои мысли. Меня отталкивает от него, меня раздражает его присутствие, я ненавижу все, что с ним связано. Ендже закатил глаза: - Это очень трудно не заметить. И это взаимно. Он поднялся со своего места и стал аккуратно ставить пустые тарелки на поднос. Бан последовал ему примеру. Неподалеку послышался громкий голос Кима и хихикание Сонхвы. Енгук поморщился, как от зубной боли. - Только помни, хён, - внезапно сказал Ендже, - заряд – понятие непостоянное. Он поставил поднос на стойку. - В любой момент заряд может поменять полярность. И тогда вас будет тянуть друг к другу не по-детски. Он кивнул замеревшему Енгуку и заговорил с подошедшим к ним Чонопом. Бан перевел глаза на Химчана. Будто почувствовав его взгляд, Ким повернулся к нему и посмотрел на него в упор. Енгук ощутил непреодолимое желание оказаться где-нибудь в другом месте. Подальше от чертового ублюдка. Внезапно Химчан хлопнул себя по лбу и начал рыться в щегольском, бежевом портфеле. Наконец он вытащил нечто, свернутое на манер свитка. Развернувшись всем телом к Бану, он широко улыбнулся и ловким движением развернул таинственный свиток. Гигантский плакат с SNSD. Енгук почувствовал, что багровеет от злости, и быстро пошел к выходу. В спину ему донесся громкий крик Кима: - Хён, ну куда же ты? Не переживай, я занесу его тебе вечером. Гребанный мудак Ким Химчан! Но почему-то Енгуку было немного смешно. ***** - Это новый образец? – спросил Крис, держа в руках надежно закрытую колбочку. Бан кивнул: - Да, мы усовершенствовали состав. Образец 6 по-прежнему ведет себя нестабильно, образец 23 слишком слаб, а вот на 27-ой мы возлагаем большие надежды. Крис аккуратно поместил колбу в герметичный контейнер и встал со стула. - Отличная работа, Енгук-ши. Мы изучим образец и постараемся довести его до ума. Он вежливо поклонился и направился к выходу. Бан поклонился в ответ и устало потер виски, провожая взглядом высокую фигуру. Крис был одним из руководителей лаборатории, которая занималась тем же направлением исследований, что и коллектив Бана – созданием вакцины для усовершенствования человеческих возможностей. По приказу начальства, Енгук должен был докладывать ему о любой положительной динамике проекта и давать для изучения наиболее успешные образцы: проще говоря, лаборатория Бана находила алмазы, а коллектив Криса и его напарника Сухо огранял их, превращая в сияющие камни. Енгук выдохнул и встал, нащупывая в кармане белого рабочего халата ключи от лаборатории. Найдя желаемое, он вышел из просторной комнаты и тщательно закрыл все замки. Проверив, надежно ли закрыта дверь, он нажал на кнопку счетчика и ввел сложную комбинацию цифр. Лампочка на счетчике мигнула. Значит, современная система безопасности активирована и за сохранность образцов можно не переживать. Енгук медленно двинулся к лифту. Усталая после долгого дня голова нещадно болела. Бан вяло подумал о том, что, наверно, сегодня не пойдет к Ендже. Ребята звали его на партию в маджонг, но Енгук слишком вымотался, чтобы куда-то сегодня идти. Хотелось есть, спать и забыть обо всем. Енгук вызвал лифт. Раздался мелодичный звук, и двери медленно открылись. Енгук выбрал кнопку нижнего этажа. - Погодите, пожалуйста! Бан машинально нажал на кнопку паузы. В лифт влетел запыхавшийся Химчан. Он громко выдохнул и благодарно пробормотал: - Спасибо Вам большое! Он заметил Бана и моментально помрачнел. Лифт бесшумно двинулся вниз. Воцарилось гнетущее молчание. - Ты действительно хорошо справляешься, - неожиданно для себя произнес Енгук. Химчан хмыкнул: - И наверняка тебя это безумно бесит? - Не без этого. - Я знаю. Меня тоже безумно раздражает, что ты – невъебенно талантливый мудак. Енгук подавил тихий смешок: - Одинаковые заряды, да? Химчан удивленно посмотрел на него: - Черт, откуда ты знаешь? Я не раз говорил об этом Дехёну. - Потому что я – невъебенно догадливый мудак. - Знаешь… меня не покидает странное ощущение, что я тебя где-то видел, -задумчиво пробормотал Ким. - Я не знаю, откуда, но ты, твой голос, твое поведение – все мне кажется каким-то знакомым. Енгук открыл рот и хотел сказать, что, черт возьми, он думает абсолютно о том же, как внезапно лифт дернулся и резко остановился. Свет погас. Енгуку стало как-то не по себе. Он мысленно сказал себе успокоиться и опустил руку в карман халата, нашаривая телефон. Разблокировав клавиатуру, он разочарованно вздохнул: сеть была недоступна. Он перевел глаза на Кима: он тоже достал навороченный смартфон и остервенело тыкал пальцем в экран. Бан подавил смешок: - Бесполезно, сеть не ловится. Химчан нажал на кнопку вызова оператора. Раздалось тихое шипение, но за этим ничего не последовало. Просто замечательно. Химчан перевел глаза на Енгука: - Что здесь, черт возьми, происходит?! Бан сел на пол и прислонился головой к прохладной металлической поверхности. - Похоже, мы застряли в лифте. И, судя по всему, надолго. Ким громко выругался и съехал вниз по стене лифта, усаживаясь рядом с Баном. Закусив красивую губу, Химчан прикрыл глаза и обхватил руками колени. Енгук машинально проводил взглядом изящные длинные пальцы и похолодел. Осознание ситуации пришло к нему неожиданно, заставляя кровь пуститься по телу с бешеной скоростью, а внутренности – сжаться от странного обжигающего чувства. Они с Ким Химчаном застряли в лифте. Одни, в замкнутом пространстве. С чертовым, мать его, Химчаном, который бесит его одним своим присутствием. Енгуку захотелось провалиться сквозь землю. Отталкивающая сила стала бесконечной.