Рейд с SeQretом на борту

После того как вертушка благополучно перенесла отряд с полигона в форт Йеллоустоун, старательно огибая все туристические тропы, у "девяток" появился целый час свободного времени. Об этом их уведомил сержант, тащившийся обратно на отдельном наземном транспорте вместе со своей аппаратурой, и предупредил, что ничем хорошим его возвращение не грозит. "Мы проведем ретроспективный разбор вашей тренировки! – пообещал он. – И я буду беспристрастен и абьюзивен!" – Арктика начинает обрастать все большими перспективами, – пожаловался Гэвин, полируя парадно-выходной ботинок замызганной, видавшей виды щеткой. – Там хотя бы нет песка или воды. – Вода там как раз есть, – рассеянно возразил Лютер. – В твердой форме. – И не только, – кивнула Норт. – По здравом размышлении перспектива вмерзнуть жопой в лед меня не прельщает. Нахер медведей и пингвинов. – Пингвинов в Арктике нет, – не менее рассеянно исправил Лютер. – Тем более! – От Арктики мы защищены, – уверенно сказал Коннор. – Наши андроиды такие минуса не тянут. Верно, Скала? – Я рассматриваю это как ущемление моего эго, – сообщил тот. – Чего? – Указывать кому-то на его недостатки – это неэтично. – Вы посмотрите! – сощурился Гэвин, откладывая щетку. – А кто называл нас... кем? Я и не вспомню! – Цехами по выработке говна, – охотно напомнил Маркус. – Протеиновыми консервами в коллагеновых мешках, – присоединился Ральф. – Биологическим мусором, – поддакнула Норт. – Ошибкой эволюции! – Клеточной массой! – Начинкой для гробов! – Это – не недостатки, – Скала выставил ладонь жестом оратора. – Это факты! – Так я тоже говорю о фактах, – сощурился Коннор. – Ты не тянешь минуса! – А ходячая биомасса вполне тянет, – злорадно уточнил Ральф, тоже щуря прицельный глаз. – Божьим чудом, знаешь ли. – Это дискуссия с дураками, я не согласен в ней участвовать, – с достоинством ответил андроид. – Гони бухло, дурак металлопластиковый, – оскалился Гэвин. – Или что, за свои слова перед венцом эволюции ты тоже не тянешь отвечать? "Отряд! – гаркнули по внутренней связи. – Прибыть в корпус Четыре-А!" Скала проверил шевроны на идеальную параллельность с полом, провел ладонью перед визором, развернулся и помаршировал на выход. – Не убегай от ответственности! – Я обещал, и я сделаю, – мрачно отозвался Скала. Гэвин выставил оба больших пальца и умудрился подмигнуть всему отряду обоими глазами сразу. В здании, отведенном под центр повышения квалификации и разбора полетов, забронированы были шесть малых залов из десяти. Большой зал пустовал, и Ральф рвался туда, восклицая, что после клаустрофобных переходов по подвалам ему нужен воздух и атмосфера кафедрального собора. Но пришлось проследовать в зал "Черной Горы". Сержант Аллен, свежий и подтянутый, уже возвышался на подиуме, держа лазерный указатель, как нож для метания. На огромном проекционном экране за его спиной развернулась модель лабиринта, поставленная на паузу. Семь фигурок на старте – шесть желтых и одна оранжевая – застыли в ожидании. – Бойцы! – поприветствовал он. – Поздравляю с выполнением учебного задания, готовьтесь внимательно слушать, что вы сделали не так! Я записал несколько отличных блуперсов! Дверь за спинами мягко закрылась, отсекая возможность побега. Маркус достал смарт и сделал вид, что фотографирует проекцию, хотя Коннор видел, что поворот камеры настроен на самого снайпера. – Разрешите спросить, сэр! – тут же заныл Ральф. – А можно раздвинуть двери? Чтобы бойцы не падали в обморок от недостатка кислорода? – Если кто-то упадет, – торжественно сказал сержант, – то остальные его поднимут. Будет усиление общественного духа! "Не вздумайте портить воздух", – трагически простонал Ральф на внутриотрядном канале. – И не болтать, – подстрелил его сержант. – Я все вижу. Еще полторы минуты, нужных отряду, чтобы занять места, раздобыть воду, открыть планшеты и, в случае Лютера, тут же начать косить туда одним глазом, сержант выдержал со стоическим терпением, а потом грянул. Самой ужасной была его манера бесшовно переходить от разноса к похвальбе, снова к разносу, к блиц-опросу аудитории, чтению теории, а потом через разнос снова к внезапным задачам на логику. От невероятных умственных стараний по сосредоточению Коннор вспотел. Безобразие на голове Ральфа приобрело космические масштабы, а шрам то и дело дергался, словно пытаясь стянуть глаз и губу к одной точке. Уши Гэвина страшно горели, Лютер, дважды подловленный сержантом на мыслях о другом, выпрямился, как гриф от штанги, и преданно ел глазами старшего по званию. Норт с Маркусом внезапно вступили в кооперацию и делали пометки асинхронно, явно разделив, кому записывать полезные знания, а кому – указания на недопустительные мудацкие проебы. Судя по выражению лица и периодическим хватаниям за задницу, проебы достались Маркусу. Удивительно, но единственное, что сержант не стал разбирать – это кейс с ядерным фугасом на нижних уровнях. Видимо, тут придраться было просто не к чему. – ...перерыв, – завершил сержант. – Двадцать минут, и мы перейдем к геймифицированному, – он выделил это слово особо ядовито, зыркнув на Скалу, – перепроходу вашей миссии. "Мы умрем!" – заголосил Гэвин. – Руки отваливаются, сэр, – одновременно простонал Ральф. – Не страшно, – утешил его сержант. – Возможно, это новая эволюционная ступень. За три миллиона лет можно расстаться с руками. Страусы тому пример. – А некоторые даже эволюционируют в сторону апгрейдов, – пробубнил себе под нос Коннор. – Что ты сказал, рядовой? – Что андроиды, сэр, могут служить прекрасным примером искусственной эволюции, сэр! Сержант Аллен с отвращением оглядел Скалу, обвешанного интерактивными экранами. – Не то слово, – пробурчал он. – Свободны! "Бухло, – зловеще сказал Гэвин. – Еще два часа, и меня вынесут ногами вперед". "Ты дурак, – расставила точки над "i" Норт. – Сержант дает кучу полезной информации". "А я что, скипаю, что ли? Я все записываю! У меня мозги просто не успевают, я не хакер с микросхемой вместо левого полушария!" Коннор растянулся в усмешке и чиркнул большим пальцем по горлу. "Протоплазма", – презрительно обличила Норт. "Плохого качества, – поддакнул Скала, до сих пор прячущийся за экранами. – Просроченная на пару десятков лет. Ха. Ха. Ха". Несколькосекундный ступор, охвативший группу после сержантского разрешения, испарился. Все яростно зашебуршали, на пол посыпались опустевшие бутылки из-под воды, взлетела пара листков, которые Лютер по привычке использовал для записи самых кристаллизовано ценных мыслей, и отряд поспешил в коридор, точно школьники по звонку на ланч. На ходу Коннор успел оценить удивительное ощущение – ему не хватало скина. Новейшее оборудование, аккуратно сложенное в персональные чемоданчики, покоилось в казарме. Приходилось бегать вот так, нагишом под одеждой. – О недоступный автомат! – зарычал Гэвин, едва они оказались в коридоре. – Вот же он! Вендинговый параллелепипед, обклеенный яркими стикерами производителей алкоголя, приветливо подмигивал у стены. Метрах в двадцати шумно обсуждали какой-то рейд "морячки", собравшись вокруг спроецированного на стену экрана. Проекцию обеспечивал андроид, похожий на Скалу как две капли воды. Только нашивки отличались. – Миссия по взлому невыполнима, – с сожалением сказал Коннор. – Я узнаю эту модель. Хотя... Норт? – Норт всегда Норт, – охотно отозвалась та. – Но разбивать его голыми руками я не буду. – А если с помощью маленького славного тарана? – оживился Ральф. – Лютер? Ты не забыл его случайно где-нибудь в кармане? Лютер, не отрываясь от вожделенного бука, покрутил пальцем у виска. – Маркус, – шепотом окликнул Ральф. – Слышь, может, на точку? Вышка, расстояние триста, ветра нет... А? Маркус схватился за жопу, потом опомнился, вытер руки о штанины и тоже покрутил у виска. – Я сказал, что достану вам алкоголь, – надменно промолвил Скала, пялясь на своего собрата. – И я это сделаю. – Че это вы переглядываетесь? – тут же прицепился Гэвин. – Обмениваетесь впечатлениями? – У нас гильдийная солидарность, – неожиданно кивнул Скала. – Это полезные связи. – Надеюсь, вы личными видеофайлами не обмениваетесь? – внезапно забеспокоился Маркус. – Мне дорога моя репутация! К радостному хохоту присоединился даже Лютер, оторвав взгляд от бука. – Маркус и репутация! – торжественным голосом сказал он, просмеявшись. – Неслыханная смесь! В коридор вывалилась еще одна группа, в зеленых беретах – вид у всех был очумевший, и шедший за ними андроид выглядел, как сторожевой пес при стаде. – А я смотрю, здесь у нас тоже сплошь спецотряды, – отметила Норт. – Ну что, подышим кислородом? Коннор присоединился к общественному согласию, что конечно подышим – и все поспешили на крыльцо. – Пока вы пассивно впитываете канцерогены, – сказал им в спины Скала, – я буду о вас молиться. – Рафики, вы созданы друг для друга! – захлебнулся восторгом Маркус. – Мой капеллан... Не дав Ральфу продолжить обличительную речь, Маркус ухватил его под локоть и потащил к выходу. Почему-то от вида этого прикосновения Коннор почувствовал жар на кончиках ушей. Изо всех сил скрывая ощущения, он пару раз оглянулся, но Скала уже повернулся спиной, и казалось, что он пристально рассматривает всех вышедших передохнуть. Не особо надеясь на успех, Коннор стукнулся к Скале по открытому каналу, пробросив простенький запрос на подключение. "Доступ запрещен. Причина: идите на хер". * * * Ко второму раунду разбора полетов Скала не явился, и это вызвало легкую обеспокоенность у всех, кроме сержанта. Пока тот упоенно разбирал поведение группы на восьмом уровне, поясняя, что только сопливая зелень забывает проанализировать состав воздушных смесей, в группе обменивались тревожными корчами. Носы, уши, жесты – все пошло в ход. Скала отсутствовал, и связи тоже не было. "Его поймали", – наконец нацарапал Гэвин крупными буквами на экране планшета. "Я ничего не ломал", – на всякий случай такими же крупными буквами открестился Коннор. "Не нагнетайте!" – кривым почерком потребовала Норт, поглядывая на Маркуса. Тот стремительно бледнел, краснел и норовил схватиться за жопу, невзирая на то, что сидел на стуле. Судя по всему, его одолевали ужасные подозрения. Тревогу за андроида и возможные неприятные последствия его поступков кое-как удалось запихать на задний план, когда сержант перешел к геймификации и заставил отряд перепроходить "максимально заваленные" уровни, используя для этого большую трехмерную проекцию. Движимые общим на всех желанием поскорее сбежать и отыскать родное ведро, члены отряда молниеносно синхронизировались и проскакали уровни как по нотам. Сержант даже перестал отпускать язвительные замечания и только щелкал языком. – Вот так бы всегда, – подытожил он. – Отряд! Вопросы есть? Коннор открыл рот, чтобы все-таки уточнить про ядерную ловушку, но не успел. – Нет, сэр! – гавкнул Маркус, слегка приподнимаясь с места. – Разрешите идти?! – А кстати, где технологический член команды? – почти с садистским удовольствием поинтересовался сержант. – Вы его куда-то отправили? Маркус плюхнулся на обе подставленные под задницу руки. – Нет, сэр, – уверенно ответила Норт. – Вероятно, он находится на гильдийном сборе. Сержант перевел прицел взгляда на Коннора. – Так точно, сэр, – спокойно подтвердил тот. – Андроид SQ800 как обычно обозвал нас нехорошими словами и, по моим наблюдениям, отправился общаться с коллегами. Вероятно, они тоже обмениваются опытом, сэр! – Возможно, в форме геймификации, – задумчиво сказал Ральф и аж подавился, когда сержант Аллен повернул к нему голову. – Прошу прощения, сэр! – Разобраться и устранить, – велел сержант. – Завтра свободный день, надеюсь, вы проведете его с пользой согласно составленному мной плану. Свободны! План в виде файла бахнулся к Коннору на планшет, точно так же маякнули уведомления на остальных планшетах. Отряд поднялся, с великолепной синхронностью отдал честь и таким же потрясающим маршем проследовал на выход. На хренов фугас Коннор решил махнуть рукой. В коридоре синхронность была тут же нарушена, и толпа обуреваемых страшными подозрениями бойцов ринулась к автомату. – Руками не ломали, – тут же определила Норт. – Коннор? – Пять секунд... Так, понял. На первый взгляд – тоже ничего, но гляньте на счетчик запросов. Алчущие прильнули к окошечку, куда Коннор тыкал пальцем. – "Джек Дэниелс" – сто сорок запросов, – вслух прочитал Гэвин. – И что? – На вендинге запросы считаются за сутки, – пояснил Коннор. – Думаешь, набралось бы сто сорок офицеров, желающих набухаться? – А если каждый брал по десять? – скрупулезно уточнил Лютер. – Они так мелочиться не будут, – отмахнулась Норт. – Я тоже за то, что минимум сто двадцать из этого выдоил наш приятель. Ну... – Если он его взломал, – неожиданно сказал Маркус. – Я не переживу позора. Фокус внимания переместился с ограбленного автомата на Маркуса. – Чего это? – прищурился Гэвин. – Кстати да, чего так нервничал? – поддакнул Ральф. – Мы все видели, – обличительно добавил Коннор. Норт не произнесла ни слова, но выбрала самый подходящий момент, чтобы хрустнуть костяшками. – Я поспорил, – мрачно пояснил Маркус. – Что наш андроид самый стабильный и не склонен к идиотским выходкам. И если что... плакали мои триста баксов! – Скала и стабильность, – опять тоном пастора озвучил Лютер. – Неслыханно! Бойцы зафыркали. – Ладно, во-первых, свалим от этого автомата, – взмахнул рукой Коннор. – Еще не хватало, чтоб на нас подумали. Во-вторых, конечно он его взломал, думаешь, попросил у кого-то из офицеров корочки? Похорони свои баксы. – И мозги, – наконец добавила Норт. На этот раз ради разнообразия Маркус схватился за уши. – В-третьих, раз уж он добыл нам выпивку, – витийствовал Коннор, пока они топали по коридору, – то давайте его поищем. У кого-то есть догадки, куда он делся? – Пошел в гильдию? – с честным лицом предположил Ральф. – Геймифицироваться, конечно, – опять не выдержал Гэвин. – Глядишь, там-то ему апгрейд и отвинтят. – Еще чего! – нервно взбрыкнул снайпер. – Я должен его вернуть! Норт многозначительно произнесла "хм!", и Ральф нечленораздельно замычал, страдальчески хватаясь за шрам. – Да сидит он в казарме, – проронил Лютер, пялясь в бук. – Куда ему деваться еще? К психологу ходить? – Да конечно, – явно в пику воспротивился Маркус. – Может, еще и поднос приготовил и бабочку надел? Я этому ведру не доверяю. "Что не мешало тебе с ним трахаться", – почти брякнул Коннор, но вовремя спохватился. – Когда я выйду на пенсию, – торжественно сказал Гэвин, – я заведу андроида. Я буду стар, ворчлив и пердлив, а со мной всегда будет угодливо обращаться механический краб! – Почему краб? – так же между делом изумился Лютер. – Почему не домохозяйка? – Это скучно, – охотно пояснил Гэвин. – Я мечтаю сожительствовать с гигантским крабом. На крыльцо все высыпали под смешки и предположения, с какими частями крабьего тела Гэвин планирует сожительствовать. – Так что, сразу в казарму? – Норт потянулась. – Честно говоря, даже ради "Джека" я взаперти торчать не хочу. Я б вон поплавала... Лодки в канале качались на заманчиво гладкой воде. – Я тоже за свободное время, – воодушевился Коннор. – И правда, чего мы везде, как стая орланов, перемещаемся группой? Я уже скоро в сортир в полуприседе ходить начну! На решение своих дел и поиск Скалы установили час. Пожелали друг другу не попадать на глаза офицерам – и разбежались. Норт совершенно честно ринулась к лодкам, Лютер взял курс на группу деревьев, стыдливо жмущихся к серебристому ангару, Маркус устремился к дальним баракам, невнятно восклицая про триста баксов и форс-мажор, а Гэвин с Ральфом дернули куда-то в противоположном направлении. Коннор твердо вознамерился найти несколько подопытных андроидов и попробовать договориться с ними на полный доступ. Хотелось убедиться, что Скала действительно получил апгрейд от своих психологов. Ну или что он просто вредительский мудак. Полчаса исследований подтвердили, что все андроиды – вредительские мудаки. Пятеро из пяти встреченных отказывали ему в интимной информационной близости под разными надуманными причинами. Среди причин было и "ваш ключ устарел", и "согласуйте с руководством", и даже "мне сержант не разрешает". Автора этого высказывания Коннор оглядывал с особым пристрастием, подозревая, что кто-то в модулях этого SQ800 тоже чего-то навертел. Глубоко неудовлетворенный, он с расстройства прикупил в очередном вендинговом автомате банку колы – в профайле тут же сердито замигал индекс превышения по быстрым углеводам – и, покачивая холодную банку в ладони, направился к казармам. Неподалеку от крыльца оккупировали стол для стратегических игр Гэвин и невероятно бодрый и жизнерадостный Маркус. Над столом стратегически росла сосна, спасая игроков от полуденного жара. На подходе Коннор успел услышать финал истории о трехстах баксах, которые теперь Маркус никому не был должен, а вместе с историей завершился и путь Коннора. Остановившись, он наконец-то получил право открыть крышку и припасть к живительному углеводному потоку. Пузырьки весело щипали за язык. – Че ты травишься? – накинулся на него Гэвин. – Мы ж собрались напиться! Коннор сделал последний глоток. – Я в рамках скепсиса, – охотно пояснил он, тщательно сминая банку в кулаке. – Вдруг он просто сломал этот цельнометаллический гроб и все? К тому же, вы видели у него тару? Бойцы озадаченно переглянулись. – То-то же, – сказал Коннор и броском отправил алюминиевый комок в урну. – Он мог за ней сбегать, – уверенно сказал Гэвин. – Одолжить у... Эй, Лютер! Я думал, ты не придешь! – Конечно, – с достоинством прогудел Лютер из-за спины Коннора. – Все надеются, что я опоздаю к празднику. В одной руке у боевика находился и бук, и ветка, которой он лениво обмахивался. Правую предусмотрительно держал пустой, чтобы всегда иметь возможность взять под козырек. – На рынке появились новое приложение и гарнитура, – изрек Лютер, опираясь бедром на стол. – Анонсирован перевод со всех языков в режиме реального времени. Открыта подписка на опытные экземпляры. – А перевод с андроидского есть? – заинтересовался Гэвин. – Зато, если он ничего не раздобыл, он должен мне доступ, – мечтательно сказал Коннор. – Нет, но зато встроен сурдоперевод, – уточнил Лютер. Из-за ангара вынырнул Ральф и бодро замаршировал к казарме. Увидев своих, он еще и ускорился. В левой руке он легкомысленно нес черный тубус. – Очередная стрелялка? – озаботился Гэвин, подтягивая штаны. – Я был бы в курсе, – отверг идею Маркус. – Как знать, может, он изменяет тебе с каким-нибудь пулеметчиком, – заухмылялся Гэвин. Снайпер презрительно оттопырил губу. – Микроскоп, – глубокомысленно сказал Лютер. – Для рассматривания в окуляр половой жизни микробов. – Это почему? – заинтересовался Коннор. – Почему именно микробов? – Потому что кроме них никому и ничего здесь не светит, – проворчал Лютер. Маркус самым естественным образом схватился за задницу, и Коннор с огромным трудом подавил желание посмотреть ему прямо в глаза. Они оба так замечательно делали вид, что ничего не происходило в душевой, что казалось, будто и впрямь случилась одна большая галлюцинация. По дорожке бежала группа в "пустынном" хаки, периодически подбадривая себя криками. Ральфу пришлось рвануть им наперерез, группа ускорилась, но снайпер успел проскочить, а в спину ему посыпались оскорбления. – Во! – издалека крикнул Ральф, сияя во все тридцать два зуба и один шрам. – Раздобыл! – Чего раздобыл? – бодро заорал Гэвин. Лютер нервно вздрогнул и едва не уронил бук. Ральф замахал, перешел на легкий бег и через несколько секунд затормозил у точки встречи. – Посуда! – многозначительно сказал он и потряс тубусом. – Виски надо пить из красивой посуды! – Делаю прогноз, что посуду ты спер, – усмехнулся Маркус. – Удваиваю, – подключил собственные аналитические мощности Коннор. Ральф показал средний палец обоим одновременно. – Я все еще сильно сомневаюсь в перспективах, – сердито сказал Лютер, отправляя бук в чехол. – Не выпил же он его! Ральф снова потряс тубусом и ухмыльнулся. – Где Норт? Мы ж не будем пить без нее? Все задумчиво вздохнули. Помимо прочего, частым свойством "полуторок" была высокая сопротивляемость к алкоголю. Пить надо было либо очень много, либо очень крепкое. А лучше и то, и другое сразу. – Кто видел ее последний? Лютер безмолвно указал за спины основному почтенному собранию. Коннор обернулся и узрел бодро топающую через плац специалиста Норт Элмерз. С собой у Норт было весло. – Она им кого-то убила, – опять спрогнозировал Маркус. – Насмерть. – А что, убить можно на чуть-чуть? – механически удивился Коннор. – Если андроидов, разве что... – Ты зачем эту бандуру волочешь? – громогласно поинтересовался Гэвин, указывая пальцем. – Трофей! – Так я и знал, – подытожил Маркус. – Победа в гребле, – разъяснила Норт. – В военной! Судя по остекленевшим глазам соседей, представляли они то же самое, что и Коннор: морской бой с участием байдарок, где соперников изничтожают могучими ударами весел по головам. – Ну, – опомнился Коннор, – ты хотя бы сможешь избить Скалу, если он откажется от пари. Норт ухмыльнулась и согласно крутанула веслом, после чего возложила его на левое плечо, как парадную винтовку. Коннор немедленно встал по стойке смирно и отдал честь. За ним с разной степенью успешности последовали остальные. – Возглавляю миссию, – подражая Скале, отчеканила Норт. – Операция "Нажраться в сиську" начата! И первой направилась ко входу. Валандаясь где-то посреди группы, Коннор терзался равномерно сильными чувствами: с одной стороны, если Скала и правда добыл выпивку, то они наконец-то нажрутся. С другой, если он облажался – то доступ к электронным мозгам... К этим петлям обратной связи, к половодью багряного цвета... Он втянул воздух, почти плывя от одной этой мысли, и едва не влетел в спину обогнавшему его Гэвину. Норт повелительно взмахнула веслом перед дверью, та распахнулась, и отряд внедрился в казарму. Андроид-смотрящий лениво проводил их взглядом и вернулся к экранам. Покой и порядок соблюдались неукоснительно. На общей территории тоже тусовались какие-то грешники, явно вырвавшиеся из когтей ретроспективно настроенных сержантов. Проигнорировать весло они не смогли. – А это чего? – озвучил один из них, медно-рыжий, даже с учетом стрижки под миллиметр. – Далеко ли плывет отважный экипаж? – тут же присоединился его сосед. – В Майами? Норт сняла весло с плеча и крутанула его одним движением пальцев. Лопасть из карбона свистнула в воздухе, два с половиной метра углеродных материалов совершили полный оборот. Пятка рукояти со стуком опустилась на пол. – Счастливого пути! – мгновенно исправился сосед рыжего. Норт издевательски салютовала двумя пальцами. Грешники засуетились и сместились к окну, в район плоского экрана, транслирующего какой-то ситком, наверняка бы понравившийся Скале. Приглушенный до минимума звук то и дело радовал слух взрывами наигранного смеха. Норт развернулась, Гэвин молча показал сразу два средних пальца неудачникам и даже сымитировал ими какую-то жестовую хореографию. Рыжий, следивший за ситуацией вполглаза, скривился так, будто глотнул уксуса. Без малейшего сочувствия Коннор тоже показал средний палец, развернулся на пятке и устремился за Норт. Топая по коридору, он даже слегка ударился в философию. Все-таки было в ней – даже не как в полуторке – что-то особенное. Из-за чего их отряд готов был следовать за ней, как верная свита, внимающая распоряжениям. Хорошо, что постельные баталии теперь достались Скале, и к живым людям Норт стала относиться гораздо снисходительнее. В последний раз Коннор даже не получил синяков... Он вспомнил изукрашенную спину и задницу Маркуса и мгновенно споткнулся на ровном месте. – Ага! – громовым голосом сказала Норт Коннора толкнули меж лопаток, он выругался и буквально влетел в комнату отряда. – Твою ж! В последний момент славировав, чтобы не влепиться в Норт, он успешно прошел низким юзом под веслом и выскочил на свободное пространство. Скала, как обычно, занимал свою зарядную платформу. – И где же наше бухло? – немедленно заинтересовался Гэвин, тоже проникший в спальню. – Не вижу ни одной малюсенькой бутылочки! Кажется, кто-то зря пиздил посуду! – Я ее одолжил, – недовольно возразил Ральф. – С благородными целями. – Андроид SQ800! – патетически провозгласил Гэвин, простирая руку. – Где обещанное? Нам что, не переодеваться в гражданское? Норт опять со стуком уперла весло в пол. Лопасть угрожающе качнулась в воздухе. Скала пару секунд сохранял каменную неподвижность, но потом все же шевельнулся и шагнул с платформы. Коннор обратил внимание, что у этой чертовой платформы зарядные кабели уходили в стену через точно расположенные выводы. Похоже, новые армейские бараки проектировали уже так, чтобы в них с удобством размещать андроидов. – Я всегда абсолютно объективен, беспристрастен и честен, – сообщил Скала. – И я не нарушаю обещаний, в отличие от вас, непостоянные... – И где оно? – перебил Гэвин. Скала демонстративно поправил яйца. Челюсти у всех страждущих отвисли одновременно. – Чего? – опомнился главный алкоголежелающий. – В смысле? Не понял! – Я транспортировал его в наиболее безопасном месте, – удовлетворенно прояснил Скала. – Ты что, его выпил? – страшным голосом спросил Маркус. – Сто сорок стаканчиков? – Чем, балбес? – сказал Лютер, механически пихнув ветку в чехол к буку. Норт сдвинулась с места, прошла к ближайшей койке и привалилась к ней плечом, поставив весло рядом. – Так-так, – удовлетворенно произнесла она. – Что-то интересное. – Я его употребил без потери свойств, – подчеркнул Скала. – Чем?! – заорал Гэвин. – Че ты ходишь вокруг да около, как диджей вокруг официантки? – Апгрейдом, – сказал Скала. Несмотря на ровный тон голоса, Коннор услышал в этом ответе столько злорадства, что хватило бы завалить все сраные учебные тоннели от нулевого до десятого уровня. Ральф звучно поперхнулся. Получилось у него настолько чудовищно, что все головы обернулись к нему. – Моими... вот этими руками... – страшным шепотом выдал Ральф. – Вот этими руками одолженным... Дорогим как сволочь хером – и всосал?! – Изъял, – подсказал Скала. Коннор почувствовал искренний восторг творца, чье творение окончательно освоилось и творит, что ему вздумается. – А-а! – Ральф воздел руки вместе с тубусом. – А смазку куда? Куда ты ее дел, гад проклятый? Две пинты! – Я бы снял про это ролик, – простонал Маркус. – И он мгновенно пробил бы все рейтинги! – Не пробил бы, – "утешил" Лютер. – Ютуб недавно подытоживал рейтинги за последний тридцать лет. Так вот, у клипа "Гангам Стайл" набрался один триллион просмотров. Тебе не догнать. – Куда ты ее дел, чучело еретическое? – наконец совладал с голосом Ральф. – Ты знаешь, чего стоило ее раздобыть?! – Успокойся и не вопи, – теперь Скала говорил почти презрительно. – Я перелил ее в другую полость. – Ограбили, – несчастным голосом сказал Ральф. – Лучше б я в Арктике замерз или червяку на ужин попался. Виски – в апгрейд! В хер, мать его! – Еще и тубу у кого-то стырил, – меланхолично подлил керосину Лютер. – Кому нацедить? – вежливо осведомился Скала. Если Скала и запланировал сбить отряд с толку, он крупно облажался. Коннор был уверен, что андроид обращался к простейшим психологическим паттернам, гласящим, что люди слишком горды, однако вряд ли скрипты учитывали, что некоторые за свою жизнь успели повидать столько всякого дерьма и трэша, что предложением нацедить из силиконового краника их не испугать. – За скилл и апгрейд! – подняла Норт очередной тост. – За хер и бухло! – слегка заплетающимся языком поддержал Гэвин. – Эт, конечно, не "Олд фэшн", но пойдет! Профайлы, которым полагалось истерить в тревоге, скорбно молчали. Коннор бестрепетно ковырнул их, временно заблокировав передачу информации. Несколько часов – не повод для беспокойства, особенно в официально назначенное свободное время. Скала сидел на единственном столе, демонстративно гоняя по визору желтые закорючки, штаны на нем были расстегнуты, и хер, поднятый примерно на полдевятого, то и дело ронял алкогольную каплю с конца. Любители выпивки, предусмотрительно переодетые в гражданское, расположились прямо на полу, произнося один тост за другим. Как только чей-нибудь стаканчик пустел, владелец подымался на ноги – с каждым разом это давалось все труднее – и шествовал к Скале, чтобы подставить пиалу под живительный родник. "Не дергайте за кран! – периодически вскукарекивал Ральф. – Мне его еще возвращать!" Нелепые надежды отнять у Норт то, что однажды ей было подарено, восхищали Коннора настолько, что он перешел от дерганья к сомнительному выдаиванию. Он сделал аж три подхода, прежде чем его экзерсисы заметили. – Киберковбой, чего ты там ему дрочишь? – уличил его Лютер. – Надеешься градус поднять? Скала отчетливо скрежетнул. – Напрасные мечты, – с интонациями Гамлета сказал он. – Все тлен. – Может, я пытаюсь как-то наладить контакты! – возмутился Коннор, взмахнув стаканчиком. Чуть-чуть содержимого выплеснулось. – Вот! Все из-за тебя! – Из-за твоего расшатанного центра равновесия, – исправил Скала. – А тебе что, не нравится? – обрадованно ухмыльнулся Коннор. – Ну там, сто двадцать петафлопс, а? – Че? – встрепенулся Гэвин. – Да не обращай внимания... ну че скажешь, мистер силиконовые мозги? – Максимум это смешно, – сухо уведомил его Скала. – Но-орт? А ты замечала за ним веселые реакции, а? Что скажешь? – Что тебе надо от него отлипнуть, – добродушно посоветовала Норт. – Не то он тебя этим же хуем и забьет насмерть. И не сломается. – Пфэ! Скала, а Скала? – Коннор поставил стаканчик на стол и оперся руками на раздвинутые ляжки андроида. Под пальцами был камень в горячей ткани. – Ты нас хоть вот на столечко, на малюсечку любишь? – Не знаю такого слова, – строго ответил Скала. – Мужчина, отойдите, от вас идет выхлоп. – А если я тебя поцелую? – заартачился Коннор. – А? Прямо вот в, м-ма... Скала едва заметным движением убрал голову назад, и Коннор вхолостую чмокнул воздух. – Что ты творишь, – укоризненно сказал Лютер из-за спины. – Это ж у него глаз. На кой хер ты лезешь к нему целоваться в глаз? Коннор откашлялся. – Если вам в глаз попал цемент, а руки запачканы бетоном, то попросите коллегу достать мусор из глаза языком! – выдал он армейскую инженерную мудрость. – У меня ничего не запачкано цементом, – хладнокровно информировал его Скала. – Тьфу, – огорчился Коннор, слезая с него. Невнятная тревога, почти томление в паху его так разволновали, что он немедленно подхватил стаканчик и выпил. И сделал широкий шаг назад. Под ступней что-то влажно хрустнуло. – Твою мать, собака сарацинская! – завопил Ральф. Коннор слегка подпрыгнул, мгновенно вообразив, что наступил Ральфу на улучшенный глаз. Почему на глаз – сознание уже сообразить не могло, лишь подкидывало какие-то апокалиптические картины, в которых Ральф вынимал глаз, бережно купал в стаканчике с виски и откладывал полежать. Отдохнуть. Прямо на полу, почему бы и нет, виски же дезинфицирует... Наконец он сообразил обернуться и присмотреться. – Крокодил безногий! – шумел Ральф. – Что за люди! Не успеешь отвлечься, как все изгадили! На полу жалкими останками красовался стаканчик. Мягкий пластик не треснул, но согнулся и застыл, раздавленный тяжелой пятой. Лужица виски вокруг расплывалась, как кровь. Ральф уже достал нож и пытался подковырнуть смятое. – Я же не допил тост! – продолжал шуметь он. – Вот бля! И че ж теперь делать... – А ты как в кино! – захохотал Гэвин. – Берешь и прям ложишься под краник! Главное, пасть открой пошире! – Ах так? – воинственно сказал Ральф и распутал скрещенные ноги. – Вот как? На слабо? – На слабо! – охотно поддакнул Гэвин, тоже порываясь встать. – И на скорость! Маркус бурно зааплодировал. Норт опрокинула очередную порцию, дотянулась до весла, умудрилась поднять его и подбадривающе постучать им в пол. – Щас! – торжественно объявил Ральф, воздвигаясь на ноги. – А ну! – Уровень алкоголя в крови нарушает ваши когнитивные способности, рядовой, – постно сказал Скала. – Я рекомендую немедленно лечь и проспаться. Гэвин тоже поднялся. – Да я выпью всего еще разочек, – честно сказал Ральф и попробовал невинно заморгать. Вместо этого получились жуткие кривляния, спонсированные шрамом. Держась за стол, Коннор пытался сообразить, что происходит. Ральф сделал несколько шагов и бухнулся перед Скалой на колени. Силиконовый хер с интересным содержимым оказался напротив его лица. Ральф страстно вцепился Скале в правое колено, промахнулся мимо левого и так нырнул вперед, что чуть не ткнул себе хером в глаз. Увернулся он в последний момент, и хер прошелся по шраму на щеке. – Сразу виден недостаток боевой подготовки, – прокомментировал Гэвин. – Плохое знание предмета! И низкий уровень этой, как ее... квалификации. – А ты что, спец? – обиделся Ральф. – Не-ет. Но готов поспорить, что мой природный талант и в этом сделает меня лучшим! Ральф начал было длинное высказывание, что он думает по поводу хвастовства некоторых подрывников, озабоченных лишь тем, чтобы бабахнуло погромче, но Гэвин решительно прервал его речь, плюхнувшись рядом. Левое колено Скалы оказалось в его власти, и несколько секунд он с пьяным интересом разглядывал хер. – Ага, – наконец изрек он. – Это гидравлическая система, и в ней надо создать вакуум. Маркус поднялся и приставил обе руки к глазам, имитируя бинокль. – Люц, записывай, – велел он. – Открой новую страницу и пиши! – Я женат, – непримиримо отозвался Лютер. – Я ж не прошу тебя участвовать! Коннор вцепился в стол еще крепче, открыл рот, и в этот момент Гэвин попробовал поймать хер Скалы губами. – А-а! – искренне взвыл Ральф. – Куда! Я первый это придумал! – С чего? Я подсказал! Напротив хера состоялась короткая и невразумительная драка. Участники пытались выпихнуть друг друга с территории, но поскольку у каждого было занято по одной руке, а в головах отчетливо бродил алкоголь, то выглядело это, как отчаянное махание свободными руками друг у друга перед носом. – А зачем вы деретесь, – сказал Коннор, чувствуя, что непрошеное и опасное возбуждение начинает затягивать мозги. – Вы, наоборот, объединитесь. – Да-а? – удивился Ральф – Это как? – Как-нибудь, – высокопрофессионально посоветовал Коннор. И засунул стаканчик в зубы, чтобы не начать руководить. Ужасное ощущение, что он встревает в аферу с гомосексуальным подтекстом, все росло, ширилось и крепло. Количество свидетелей было кошмарным, тревога стучала в голову, приговаривая что-то на дремучем, из начала нулевых, о безупречной личной репутации, взысканиях, увольнении и безработице. Он метнул взгляд на Норт, и в карих глазах увидел хищное предвкушающее любопытство. – Это покушение на имущество армии США, – сообщил Скала. Но, насколько Коннор слышал, сделал он это не очень уверенно. На черном визоре дрожала тонкая красная нить. Коннор и сам до сих пор не верил, что эти придурки реально воплотят в жизнь свои обещания... Ральф махнул рукой, нырнул вперед и смачно обхватил губами силиконовую головку. Основы мироздания в голове Коннора треснули и поехали к херам. – Первый пошел! – ликующе вскричал Маркус, складывая из пальцев объектив. – Лютер, записывай траекторию! Рядовой Гарднер сразу с наскоку берет препятствие за щеку! Гэвин выматерился и так же стремительно пристроился сбоку, мотнув головой. Высунул язык и лихо провел им по всей длине апгрейда, извернулся, чтобы достать до яиц, и наконец присосался сбоку. – Бля, ну это вообще, – сам себе сказал Коннор. Потом вспомнил завирусившийся пару лет назад ролик, где какие-то даже не очень пьяные пехотинцы на спор делали глубокую глотку розовому искусственному хую на присоске, и осознал, что его представления о мире были несколько... уже, чем действительность. – Второй номер начинает играть на кожаной свирели, – энергично сказал Маркус. – Фиксируй! Зрители ликуют! Норт снова постучала веслом по полу. Сверху Коннор прекрасно видел, как Ральф двинул головой, надеваясь на хер еще больше, почти столкнул Гэвина и снова дернулся. А потом резко подался назад, снимаясь. Высвободился и высунул язык. С конца упала несчастная капля. – Че? – до глубины души возмутился Ральф. – Облом! – прокомментировал Маркус. – Нулевой результат, минет был говно, что же сделает второ... а-а! Второй номер пробует тот же прием! Ого! Одобрительный вопль относился к тому, что Гэвин решил заглотнуть чуть ли не весь хер целиком, и по точно такому же судорожному движению головы, как и у Ральфа, Коннор понял, что он поперхнулся. Снялся он еще быстрее. – Херовая подготовка участников, – огорчился Маркус. – Будет ли замена на поле? – Я женат! – повторил Лютер. Коннор подарил ему мимолетный взгляд и подавил усмешку. Бук исчез, а сам Лютер с неистовым интересом пялился на происходящее. Опасения слегка отступили, тревожность перестала щелкать по диафрагме, и Коннор почти с чистой совестью снова уставился на неудачливых минетчиков. В этот момент они, кажется, пришли к соглашению, потому что обменялись кивками. Ральф неторопливо лизнул блестящую головку. Секундой позже повторил Гэвин. Ральф поцеловал ее сбоку, и Гэвин отстал от него всего на миллисекунду. Они столкнулись губами, атакуя четко обрисованную силиконовую плоть, точно так же синхронно начали подниматься по стволу, облизывая и обсасывая его, Ральф схватил Скалу за яйца и начал наминать их, утыкаясь носом в гладкий пах. Гэвин вернулся к головке, опять обхватил ее губами и так отчетливо начал сосать, что Коннор почувствовал, как что-то слабеет у него в коленях. Возможно, это были последние опоры его ориентации. Он метнул взгляд на черный визор. Тонкая нить превратилась в толстенную красную полосу, протуберанцами расползающуюся вверх и вниз к границам экрана. Скала не дышал, не потел, не дергался, но это безумное свечение говорило само за себя. Многослойные нейронные сети, складывающие из себя личность Скалы, сейчас точно так же пылали, обрабатывая происходящее. – Вот это слаженный подход, – с восхищением сказал Маркус. – Это заявка на победу! Ральф полирнул губами ствол – Коннор даже увидел, как невероятно правдоподобно под ними проминаются и вновь набухают венки, – и пихнул Гэвина в плечо. Тот с непотребным хлюпаньем выпустил головку изо рта. Коннор убедился, что хер был запрограммирован действовать как настоящий: головка побагровела, глянцево заблестела и отчетливо стала больше. Примерно то же самое вот-вот грозилось начать происходить в его штанах. На этот раз Ральф мастерски взял две третьих хера в рот, тормознул на секунду, взял еще чуть-чуть – и задвигал головой, сопя и чуть ли не постанывая. Полуприкрытые глаза пьяно и возбужденно блестели, светлые волосы упали на лоб, тонкими прядями прилипая к разгоряченной коже. – Рекорд, – простонал Маркус, бросая воображаемый бинокль и хватаясь за задницу. – Где мой холст и мои краски? Гэвин двумя пальцами обхватил не поместившееся богатство и принялся надрачивать. Красный цвет почти залил визор Скалы, и Коннор почему-то резко уверился, что вискиизвержение случится одновременно с полным блэкаутом. – Участники повышают квалификацию прямо на глазах, – не совсем твердым голосом поведал Маркус. – Зрители аплодируют. Ральф выпустил член Скалы, едва не облившись слюнями, Гэвин страстно лизнул силикон, поцеловал головку, раскрыл рот пошире, высовывая язык, и пошлепал себя головкой по нему. Визор вспыхнул багрянцем от и до. Расставленные бедра дернулись, столешница скрипнула – и струя виски цвета жженого сахара брызнула крутой дугой. – Страйк! – радостно заорал Маркус. – Раунд закрыт кончой! Оргазм в цель! – Браво! – искренне согласилась Норт. – Умгмм-м! – захлебнулся Гэвин. Ральф отпихнул его и сунулся под струю сам, широко разевая рот. – Они все выпьют без нас, – констатировал Маркус. – Что ж, они заслужили! Снова аплодисменты! Норт постучала пяткой весла в пол. Коннор, чувствуя предательский стояк, развернулся так, чтобы его не видели самые трезвые. Самым упившимся было все равно, они буквально купались в виски, булькая и торопясь глотать. До сих пор Коннор был уверен, что такие счастливые лица бывают только в хорошо отрежиссированном порно, но, похоже, он сильно заблуждался. Прежде чем любитель бухла внутри Коннора сломался и рванул участвовать, струя начала иссякать. – Женатому человеку страшно смотреть на такое, – жлобски сказал Лютер. – Если что, вы свидетели, я жмурился! – А я с удовольствием смотрел, – без всякого раскаяния признал Маркус. – Уф-ф! – О да-а... – Извращенцы, – простонал Коннор. Косые лучи закатного солнца врывались в окно, обливая Скалу теплым оранжевым светом, и на этом фоне красный визор полыхал просто неистово. Коннор прислонился к столу, потянулся, чтобы похлопать Скалу по плечу, и тот резко обернулся. Показалось даже, что было слышно, как сработала его гидравлика. Внизу добулькивали и вовсю радовались, что почти ничего не пролилось. Маркус приставал к Лютеру с вопросом, записывал ли тот или только смотрел сквозь пальцы. – Ну, сколько петафлопс насчитал? – слегка улыбаясь, поинтересовался Коннор. Скала оторвал одну руку от столешницы, медленно поднял и перехватил Коннора за запястье. Багрянец на визоре стремительно сжался в точку. В голове призрачно зазвучал электронный шепот, мир вокруг слегка окрасился розоватым. Коннор заморгал. Глянцевая тьма посмотрела на Коннора очень пристально, а потом из нее родилась узкая полоска, закрутившаяся в восьмерку, лежащую на боку.