Рейд с SeQretом на борту

Джунгли горели. Толстенные плети растений корчились, взмывая петлями. Грибы лопались, как бубоны. Свист и треск огня, сталкивающегося с ядовитыми соками, перемежался глухими звуками, точно что-то взрывается. Как будто кто-то решил приготовить адский попкорн. Коннор мгновенно потерял всех сослуживцев в этом горящем токсичном месиве, визор отказался работать, связь накрылась намертво. Внимание сосредоточилось на том, чтобы не вляпаться в кислотную лужу и не получить залп в затылок. Пробившись к какому-то толстому стволу, Коннор прижался к нему спиной, отгородился щитом по максимуму и взял оружие наизготовку. Ладно, они не ожидали, что чертовы джунгли настолько сильно загорятся. Хотя можно было предположить, что ядовитая смола окажется легковоспламеняющийся, но все были крепки жопным умом. Отфильтрованный воздух сделался горячим. Зато – и тут Коннор ухмыльнулся – сгорающие джунгли обнажали очертания лаборатории. Зарытая в живом саване, теперь она выставила свой бетонированный скелет. Он увидел купол, решетки РЛС, целые пилоны ограждения. – Вижу цель, – прохрипел он и продублировал на внутреннюю: "Вижу цель". Никто не отозвался, Коннор перевел дух и еще раз осмотрел местность перед собой. Пчелиный рой, столкнувшийся со слаженным ударом шести огнеметов, если и не сгорел полностью, то наверняка превратился в разрозненные группки. Связь все еще молчала. Коннор прикрыл один глаз для большего сосредоточения и вспомнил планы, которые разрабатывались вчера. Независимо от количества людей в группе – пройти на объект, попутно изничтожив все препятствия. Найти центральный пост управления, убедиться, что с него не транслируется что-нибудь особенно вредное. Сержант Аллен отдельно подчеркнул, что в условиях провалившегося эксперимента компания "К" согласна на полное уничтожение своих владений, если это будет целесообразно. Ствол за спиной был таким надежным, а местность, окутанная огнем, выглядела совсем непривлекательно. Коннор сделал два глубоких вдоха и на третий все же оторвался от опоры. "Выхожу на цель", – доложил он. И двинулся вперед. Пролегающие над головой живые трассы растений шипели и плевались огненными искрами. Коннор непроизвольно втягивал голову в плечи, периодически искры долетали и до них, и он почти чувствовал, как эти искры добираются до живой плоти. Но пока скин держался. Приходилось одновременно смотреть под ноги, вперед и даже вверх. То и дело мерещилось зловещее гудение. Расстояние до цели перестало измеряться, оставалось полагаться только на зрение, а оно в этом инферно изрядно подводило. Щит оттягивал плечи, а развернутые боковые щитки, да еще и верхний "навес” создавали впечатление, что он движется в личном гробу. Без крышки. Гроб-кабриолет, современная пластиковая модель. Удобен, анатомичен, изящен. Впереди что-то мелькнуло, Коннор даже не успел толком задуматься, а руки сами передернули все необходимые переключатели, и вместо огнемета на цель глянуло короткое хищное дуло винтовки. Мозг включился только на моменте, когда это что-то медленно подняло руки. – Эй! – хрипло сказал Коннор, кашлянул и крикнул громче: – Назвать себя! – Помогите! Слабый и какой-то задыхающийся голос несомненно принадлежал... кому? Коннор сжал оружие. Фигура подняла руки еще выше и нелепо взмахнула ими. – Помогите! Они... они напали! – Оставайтесь на месте! – рявкнул Коннор. – Иду к вам! Фигура еще раз взмахнула руками, опустила их и обхватила себя поперек корпуса. Коннор сделал шаг, но потом притормозил. Во-первых, под ноги бросилась очередная лужица, в буквальном смысле кипящая и плюющаяся струйками. Во-вторых... кто на кого напал? Фигура на секунду почти согнулась пополам, а затем резко выпрямилась. Боковое зрение зацепило какое-то движение, в фигуре что-то неуловимо изменилось, и Коннор резко повернулся, закрываясь от фигуры щитом. Одновременно развернул винтовку вправо и, не думая, нажал на спусковой. Еще полусекундой позже его ударило в правый же бок. Скин мгновенно затвердел скорлупой. Коннор полетел на горящую землю, и тут же над головой у него зло свистнуло, а мигом позже в зарослях грохнуло. Щит накрыл его и действительно стал похож на гроб. По тяжелому композиту мягко и увесисто зашлепали куски растений. Коннор ударил вправо, там, где оставалось чуть-чуть свободного места для движения руки, кисть врезалась в жесткое, и только тут он наконец узнал, кто так профессионально сбил его с ног. Глухой шлем, сохраняющий идеальную зеркальность визора, повернулся в его сторону. – Я предупреждал, – сказал Скала, и на визоре раздраженно замерцали красные линии, сливающиеся с отражением огня. – Они похожи на вас. Коннор смачно ругнулся и откинул щит. Скала не возразил, так что Коннор еще и сел. Фигура уже исчезла из вида. – Сука! – повторил Коннор. – Чего ты в него не стрелял?! – Нецелесообразно, – отрезал Скала. – Где остальные? Скала не ответил, и Коннор усилием воли загнал пробудившуюся тревогу под ребра. Главное – это цель. Поднявшись, он еще раз осмотрел горящие кусты в прицел и выдохнул. – Двигаем, – приказал он. – Ищем центральный пост. – Понял. Преодолев соблазн поползти на брюхе по-пластунски, Коннор медленно склонился за щитом, каждую секунду готовясь рухнуть обратно. Никто не стрелял. Скала так же медленно черным призраком поднялся рядом, и Коннор заметил, что в нем торчит несколько жал. – Ничего не задето? – Критических повреждений нет. Скала шагнул к нему вплотную, Коннор испытал маленькое постыдное облегчение от ощущения надежного локтя рядом, и цель стала казаться гораздо более достижимой. Скала по-прежнему не вытаскивал "Зауэр", но Коннор убирать оружие не собирался. Он двинул извилистым маршрутом от куста к кусту, прикрываясь горящими ветвями. Херов щит казался тяжеленным, как труп "языка", который надо успеть доволочь на базу, пока в мозгах еще теплится хоть какое-то подобие электрической активности. Коннор терпеть не мог таскать дохлятину. – Редлайн есть? Скала молчал так долго, что Коннор рискнул бросить на него косой взгляд. – Нет, – наконец отозвался он. – Движение справа. Возможно, наши. На секунду трепыхнувшееся недоумение – о каких "наших" говорит андроид – мгновенно сменилось уверенностью, что речь об остальных бойцах. На визоре загорелась иконка сетевого сигнала. "Отряд, – сказал Скала. – Альфа, Эпсилон, вышли на цель. Приступаем к ликвидации". Раскаленная огнем стена полибетона выросла перед глазами совершенно неожиданно. Коннор даже хлопнул по ней ладонью, чтобы убедиться, что это не морок. Скала молча ткнул пальцем вправо, и они медленно двинулись вдоль преграды. Купол казался абсолютно монолитным, бетон не поддавался на нажим, и Коннор почти не удивился, когда в итоге прямо перед ними обнаружился натуральный проход в земле. Даже покрытые горящей листвой ступеньки не вызывали особенной реакции. Скала шагнул вперед, и Коннор без раздумий обосновался у него за спиной. Лишние мысли выветрились, осталась только заточенность на выполнение миссии. Скала скользил впереди, почти не производя шума, пистолет по-прежнему красовался у него за поясом, и Коннор чувствовал себя обязанным стрелять за двоих. "На подходе, – неожиданно прорезалось в гарнитуре голосом Лютера. – Что у вас?" "Люк, – автоматически ответил Коннор и сбросил координаты. – Спускаемся". – Помогите! – раздалось впереди. – Они напали! – Я это уже слышал, второй раз не поведусь, – зашипел Коннор. – Они напали! – гораздо отчетливее повторил голос. – Помогите! – Это не нам, – сказал Скала. – Они зовут других. – Что? Спрашивал он механически, уже догадавшись, о ком это. Коридор постепенно заполнял тяжелый металлический гул. Скала остановился, и Коннор почувствовал, что просто обязан оказаться впереди него. Потому что у него есть щит. Он может загородить Скалу, он должен, черт побери, это сделать, потому что... – Они зовут рой. Десятью минутами позже, отмеченными ожившим таймером на визоре, Коннор твердо решил,что в горящих джунглях было лучше. Выжигание остатков роя превратило коридор в натуральную трубу крематория. Одежда ощутимо тлела, воздух тоже отдавал горелым, а в груди началось нехорошее колотье, на которое немедленно отозвался включенный в кислородный комплект анализатор. И продемонстрировал пока еще легкое, но все же токсическое поражение. Следом за пчелами в бой вступили андроиды. Сержант не преуменьшил – синтетические твари были вооружены и умели использовать это оружие не хуже любого обученного человека. Правда, и не лучше, иначе весь отряд, забравшийся в раскаленную кротовую нору, тут бы и остался. Скала, перехвативший два щита, пер вперед, как танк, Коннор и Гэвин удачно вписались по бокам, поливая все впереди сплошным огнем. Поднявшаяся связь расцветила происходящее непрерывным потоком изобретательных матюгов, в которых проскальзывало некоторое количество японских непереводимых словосочетаний. Встречный огонь не уступал по плотности, и очень быстро мысль "нас тут порешат" отяжелела и упала на дно черепной коробки. На первый план опять вышла четкая последовательность действий: жать на крючок, сбрасывать пустой магазин, вгонять новый, и так до тех пор, пока не опустеет вся запасная лента до самой "черной точки" – пластиковой вставки, за которой стоят последние два магазина. Поменяться местами с теми, кто за спиной. Втягивать локти и прочие выступающие части тела. Дышать через раз, экономя кислород. Считать ярды по проползающим мимо стенам. Коридор закончился, и внезапно закончилась стрельба. В ушах еще молотило остаточное эхо. Коридор все еще напоминал раскаленное жерло ракетной дюзы. – Баррикада впереди, – предупредил Скала. – Не просвечивается, просчитать обстановку не могу. Сержант повелительно взмахнул рукой, и отряд стремительно переметнулся к основанию баррикады. Наваленная из бетона и техники, изуверски перемешанных друг с другом, она давала отличное укрытие сверху. Пару мгновений спустя отряд уже разместился под удобным козырьком. – Кислород на полстакана, – шепотом доложил Гэвин. – Гвозди на сорок процентов, – подытожил Коннор, закончив снимать отрядные показатели. Больше всего запаса оставалось у снайперов, и оба недовольно молчали. Коннор мог их понять – из-за коротких дистанций их мастерство вовсе не давало преимуществ. Скала, сидевший справа от него, только что не гудел, как трансформатор. Многоуровневые искусственные мозги явно прогоняли сканирование преграды цикл за циклом – и никак не могли побороть экранирование. – С чего ты взял, что они похожи на нас? – тоже недовольно поинтересовался Лютер. – Не видел ни одной своей копии. – Я имел в виду паттерны поведения, максимально близкие к человеческим, – сказал Скала. – А буквализм вам, суетным существам, не к лицу. – Ведро! – Может, подорвем их нахрен, сэр? Сержант мотнул головой. Ощупал вмятину на бронике, оставшуюся от косого попадания, и проверил оружие. Наверху завозились. Коннор поудобнее перехватил "Текстрон" и сделал очень медленные вдох-выдох. Легкие уже привыкли гнать воздух с небольшим усилием, и это даже успокаивало. – Эй там, – очень человечески окликнули сверху. – Я без оружия! Не стреляйте! Коннор метнул взгляд на сержанта. Из-под тактического шлема по-прежнему ни черта не было видно, но почему-то представилось, как он удивленно хмурится. – Я спускаюсь! Не стреляйте! На баррикаде залязгало. Сержант ткнул пальцем вверх. Почти единым движением отряд поднялся на ноги. Звук очень быстро переместился на козырек баррикады, и сержант махнул рукой, приказывая взять оружие на изготовку. По козырьку прошли тяжелые шаги, а потом андроид спрыгнул и развернулся. Коннор поймал его в прицел. Краем глаза он видел, что винтовки снайперов смотрят вверх, предупреждая возможное нападение. Телеметрия Маркуса была до того спокойной, что Коннор мельком успел позавидовать. – Я безоружен, – повторил андроид. – Уходите отсюда! Сержант медлил целую секунду, и Коннор успел подумать, как, должно быть, нелегко начинать переговоры с машиной. Это был... обычный андроид. В замаранной служебной форме, с обычным усредненным лицом. Совсем как человек, только с красным диодом на виске. – Опорный пункт на территории Мату-Гросу принадлежит военным силам США. Андроиды модели HK750, а также WM560 являются имуществом США, – наконец отчеканил сержант. – Препятствовать научной программе запрещено! – Эта программа вредна! – Эта программа направлена на нужды человечества, – точно так же отчеканил сержант. Андроид тоже молчал целую секунду – немыслимо долго для машины – и неожиданно улыбнулся. – Разве? – Прекратить сопротивление, – скомандовал сержант. – Обеспечить допуск специального отряда в командный центр! – Как глупо – считать, что все это для блага человечества, – андроид раскинул руки, и его лицо словно осветилось изнутри. – Ведь уже отдало море мертвых, бывших в нем! Кто-то в отряде звучно втянул воздух. – Считаю до трех, – предупредил сержант Аллен. – Это спецоперация, сопротивление делает только хуже. Раз. – И погибли дивные звери, – андроид свел руки перед грудью, – числом бессчетным... – Два. Последнее предупреждение. – И то же будет со всеми! – Три! Андроид прыгнул. Рукава его формы лопнули, и в воздухе мелькнули полупрозрачные кривые лезвия. Коннор нажал на спусковой. "Текстрон" рявкнул, выплевывая снаряд. Вместе с ним гавкнула винтовка сержанта, пули врезались в андроида одновременно и остановили его прямо в воздухе, заодно отбросив. Переговорщик рухнул. Тело ударилось о бетон, как набор запчастей. Лезвия проскребли по серой поверхности, оставляя глубокие царапины. "Судя по траектории, он хотел сделать из нас салат", – бесстрастно прокомментировал Маркус. – Больше никаких переговоров, – приказал сержант. – Зачистить! – Так!Точн! Баррикаду взяли коротким деловитым штурмом. Сопротивление отступало все дальше, одного за другим потеряв троих. Самого последнего сняла Норт, метнув нож с такой силой, что сраженного им андроида прибило к стене. "Глок" вывалился у него из рук, и Норт не чинясь послала две пули, окончательно раздробив металлопластиковый череп. – Других сигнатур не вижу, – доложил Скала. – Впереди агломерация. – Какая еще хуегларация? – прошипел сержант. Автомат в его руках водил дулом, словно сам по себе. – Скопление механизмов, – чуть высокомерно перевел Скала. – Место образования роя. – Улей, это называется улей, – почти по слогам сказал Гэвин. – Ведро наукообразное! Сержант несколько раз дернул головой – видно, пытался связаться с базой, – потом раздраженно зарычал и махнул рукой в сторону гипотетического улья. – А может, все-таки пчел надо сохранить? – осведомилась Норт, откидывая носком ботинка ствол, выпавший из рук андроида. Лютер методично собирал патроны – к его оружию подходило многое. – Такого приказа у меня нет, – проворчал сержант. – Наверное, ни одного дрессировщика пчел рядом нет, – предположил Гэвин. – Дешевле усыпить, тьфу, сжечь. – Расстрелять, – почти с наслаждением добавил Ральф. – Инсектофобия – одно из известнейших психических расстройств, – не преминул ужалить Скала. – Все, попиздели и хватит! – активизировался сержант. – Перегруппироваться по наличию боезапаса! Полминуты спустя отряд перестроился: впереди оказались те, кто изрядно потратился, и Коннор с неудовольствием обнаружил, что просрал больше всех патронов. Ну, по крайней мере он мог назвать себя очень бдительным: любое шевеление в этих коридорах тут же вызывало шквал огня. Безусловно, он спас этим задницы товарищей. Теоретически. Очень хотелось продолжать в том же духе, пока они крались по коридору, но теперь приходилось сдерживаться. Еще и связь отвалилась. Коридоры Коннор уже начинал глубоко ненавидеть. Маниакальное желание всяких мудаков и падл осваивать именно коридоры заставляло задуматься о чем-то вроде партии "умные и безобидные против коридоров". Коннор был готов возглавить эту партию и пробиваться в Сенат. Никаких поворотов, тупиков и извилистых катакомб! Только широкие светлые пространства, открытые амфитеатры и стеклянные перегородки! Коридор резко вырулил в обширное свободное пространство, и Коннор так же резко затормозил. Визор шлема с полусекундной задержкой подстроился под изменение рельефа. – Ох вашу мать, – пробормотал Коннор. – Кажется, я умру не исповедавшись, – жалобно сказал Ральф. Вожделенный амфитеатр возносился рядами тускло светящихся экранов к далекому потолку. А в центре, занимая почти все, располагалась чертова агломерация. – Вот интересно, – задумчиво протянула Норт, – что будет, если они Маркуса за жопу искусают? – Не смейте трогать мой зад! – шепотом возмутился Маркус. – Не для этого я его качал! – Если это нас покусает, то никто и ничего уже качать не будет, – резюмировал Гэвин. – Сэр, разрешите яблочком?.. Сержант Аллен молчал целых несколько секунд, и Коннор уже начал в красках воображать директиву "нет, сначала возьмите в заложники матку", когда сержант резко выдохнул. – Твоим яблочком нам головы поотрываешь! Отряд, внимание. Это тут растет явно не по программе. Отступаем, предварительно все заминировав к херам. Приступить! Отряд дружно крякнул "есть!" и приступил. Обливаясь потом, Коннор на цыпочках передвигался вдоль стен, замирая всякий раз, когда в недрах чудовищного улья раздавался какой-нибудь звук. Таблетки азота жгли руки сквозь перчатки, и казалось, что от них идет прямо-таки волна вибраций, выдающих убийственные планы. Где-то в глубине подкорки к этому примешивалось еще и возбуждение, поэтому то и дело приходилось сглатывать обильную слюну. Приказывая себе не отвлекаться и не бздеть, Коннор разложил весь выделенный груз и точно так же вдоль стеночки вернулся на исходную точку. Уcтроившийся на полу Ральф с ощутимым вожделением пялился на улей в прицел. Под казенником многозначительно поблескивал дополнительный цилиндр с особенным пиробронебойным содержимым. Последним вернулся Гэвин, даже сквозь шлем излучающий самодовольство, и жестами показал, что все готово. Ральф аккуратно поднялся с пола. По-прежнему сохраняя почтительное молчание, отряд отступил. Оказавшись на воздухе, все непроизвольно завздыхали. Присоединился даже сержант Аллен, хотя громче прочих должен был начать орать про экономию кислорода. Здесь, снаружи, несмотря на по-прежнему непригодную атмосферу, пожар уже погас, задавленный ядовитой сыростью. Оставалось двадцать процентов в запасках – как раз погрузиться в "Беовульфа" и благополучно отбыть. – Давайте подорвем, сэр! – зазудел Гэвин, едва группа отошла на жалкую сотню ярдов. – А то руки чешутся, и связь между нами и "яблочками" падает! – Еще сто ярдов, и если никто не упадет в лужу и позорно не захлебнется, то подрыв разрешу, – милостиво согласился сержант. – Не вздумайте падать! – тут же зарычал Гэвин вполголоса на окружающих. – Ведро! Следи за подотчетными людьми! – Меньше всего меня волнует чье-то падение в лужу, – оповестил всех Скала. – Солдатом больше, солдатом меньше, незаменимых на андроидов людей нет. – Прямо как капитан Дуэйн! – восхитился Маркус, шлепая себя по бедру. – Социофобия, – припечатал Гэвин. – Опасная, между прочим. Коннор! – При чем тут Коннор? – возмутился тот, оттирая с визора гадкий плевок, прилетевший с какой-то лианы. – Ты тут хакер! Коннор раздраженно отмахнулся. Под ноги по-прежнему кидались растения и лужицы, поэтому он не имел никакого желания атаковать Скалу и исследовать, что он там думает о падении в кислоту боевых товарищей. Все кругом хрустело, жадно чавкало и заставляло задуматься, что, возможно, минировать стоило бы не только амфитеатр с ульем. – Двести ярдов, сэр! – доложил Гэвин, перескочив подозрительный буро-фиолетовый холмик с желтыми вкраплениями. – Рид, до чего ты нудный, – почти каркнул сержант Аллен. – Группа! Укрыться! Щиты с влажным хрустом врезались в землю, отряд в едином порыве нырнул за них под радостное рычание Гэвина. – Даю отсчет, – почти сладострастно выговорил подрывник. – Три, два, один! Коннор втянул голову в плечи, позволяя скину дружелюбно себя обнять. Миновала едва уловимая доля секунды, а потом в джунглях тяжко ахнуло. Земля под ногами колыхнулась: сначала словно ушла вниз, а потом снова ударила под колени. Над джунглями прокатился рев и раскаленный вал воздуха. Ударная волна врезалась в щиты, и на несколько мгновений Коннор ощутил себя словно под многотонным раскаленным прессом. Уши прострелило болью от перепада давления. Из горла сам собой вырвался полузадушенный хрип. Влажные легкие ядовитого леса вспыхнули. – Хорошо пошло-о! – проорал Гэвин. В реве выворачивающейся наизнанку сельвы его было с трудом слышно. Сыпались клочья горящего леса, с грохотом рушились стволы, недостаточно оплетенные лианами. Влажная почва неумолимо засасывала подошвы. Коннор с отвращением смахнул зацепившийся за край щита кусок какого-то гриба, напоминающий слизняка без раковины. В районе купола бушевал настоящий вулкан. – Всем из говна встать! – скомандовал сержант, надсаживая глотку. – Продолжаем отступление! Андроид! Зафиксировать результат! – Фиксирую, цель уничтожена. – Отступаем, пока не поджарило! Продолжать наблюдение! – Собираю данные, – согласился Скала. – Тщательнее там! – на ходу внес свою лепту Гэвин. – Это все моя заслуга, и я хочу, чтобы она была зафиксирована в протоколах! – Ой, обрыв связи, – проскрипел Скала. – Неуправляемо теряются данные о подвиге Гэ "Айовы" Рида... – Что-о?! – Шутка, – обычным тоном сказал андроид. – Ха. Ха. Ха. Джунгли по-прежнему полыхали, но давящее ощущение угрозы, затаившейся в лаборатории, исчезло. Порыв смеха пронесся по отряду, точно ветер. Даже сержант позволил себе громкое фырканье. – Не расслабляться, – тут же велел он. – Перейти в построение бета, патроны раскидать, SQ800 замыкающий. – Есть, сэр! Коннор снова оказался в середине. Перед носом виднелся щит Норт, из-под которого иногда можно было разглядеть изгвазданные в грязи ботинки. "Текстрон" пытался весело болтаться на груди, и Коннор придерживал его одной рукой – на всякий случай, следуя завету сержанта насчет нерасслабления. Вдруг выскочит кто-то недобитый. Огонь за спинами бушевал с неутихающей силой. Индикатор подачи кислорода тихонько сползал в оранжевый сектор, и от этого слегка сильнее давило на плечи уже почти бесполезным оборудованием. К реву огня то и дело добавлялись какие-то адские звуки, видимо, когда в погибающей лаборатории взрывалось что-то еще. На особенно громком звуке Коннор даже втянул голову в плечи: треснуло с таким грохотом, точно там разломилась континентальная плита. А потом еще и загудело натуральным турбинным двигателем. На визоре вся зона за спиной была залита штриховкой, и приходилось подавлять желание оглянуться и все-таки посмотреть, что там происходит. – А ну ускориться! – проорал сержант. – Чтоб жопы не прищемило! "Да почему же все время жопу!" – простонал Маркус. "Нервная фиксация, – утешил Лютер. – Паника в голове". И до Коннора дошло – оказывается, у них поднялась связь. В пылу побега он даже не разглядел пиктограмму на экране. "Потому что отрастил!" – припечатал Гэвин. "Греховно накачал, – уточнил Ральф. – Во искушение". Маркус сумел передать рычание одними голосовыми связками. Коннор почти блаженно улыбнулся в недра шлема. Его наконец-то начало настигать чувство хорошо проделанной работы. Адреналин отступал, заменяясь полагающимися гормонами удовлетворения. Адские турбины за спиной разозленно ревели, упустив добычу. Только очень уж громко, словно приближаясь... "Врассыпную!" Металлический голос ударил по мозгам электростеком. Еще даже не успела зародиться какая-нибудь мысль, а перед носом Коннора уже стало пусто, и у него самого ноги мгновенно спружинили и толчком бросили его в сторону. Турбинный рев обрушился сверху. "Ложись!" – прилетела еще одна команда. И снова, точно направленный ударом хлыста, Коннор мгновенно рухнул, припечатав себя щитом. Неоформленные матерные мысли заметались под шлемом. Иконка групповой связи исчезла. Поверх щита ударил порыв ветра. Почему-то это было так пугающе, что сработал еще один инстинкт – и Коннор отшвырнул щит, одновременно перекатываясь. Ветер и рев не утихали. Мусор, обрывки растительности, полыхающие куски чего-то – все это летело прямо в морду. Целых несколько секунд потребовалось, чтобы преодолеть инстинктивное желание проморгаться. – А-абля! – не своим голосом заорал Лютер. – Вот сука-а! Нечто, смахивающее на горящий вертолет, ворочалось на лесной подстилке. Четыре пары винтов с визгом рубили воздух. Мельтешащие суставчатые лапы взрывали землю, расшвыривая влажные комья и корни. Еще до того, как в уши ввинтился командный ор сержанта, Коннор скинул "Текстрон" в руки и без всяких раздумий вдавил спусковой крючок. Краем глаза он видел, как Маркус одним движением ставит "Читак" на щит и передергивает затвор, активируя свою смертельную залупу. Лютер продолжал истошно материться, вместе с матюгами выплескивая очереди снарядов. Полыхающая тварь заворочалась еще активнее, нелепо подпрыгнула и внезапно зависла в воздухе. Пульсирующий ветер превратился в ураган. Коннор увидел летящий по воздуху кусок ствола, шлем подсказал, что три секунды спустя от их снайпера останется мокрое место. На краю зрения что-то дернулось, и Коннор мгновенно задавил желание бежать на помощь. Норт прыгнула с места, беря щит на плечо. Приземлилась на колено, пригнулась, набычилась – и ствол вмазался в щит. Удар был страшный, Коннор даже услышал, как лопается материал щита. Норт отбросило на пару футов. Под пальцем у Коннора сухо щелкнуло, и "Текстрон" замолчал. Огромная машина медленно поднималась в воздух. – Не да-айте удра-ать! – надсадно проревел сержант. Тварь медленно поджимала лапы, и, вслепую меняя магазин, Коннор увидел такое, что внезапный прилив злости жарко вспыхнул в затылке. В собранных лапах, точно в авоське, это летучее говно тащило их андроида. Пыталось спереть дорогостоящее оборудование США. Триста фунтов металлопластика, нейросетей, тириума и черного чувства юмора. И выстраданный силиконовый хер. – А ну, стой, падла! – завопил Ральф, тоже выщелкивая опоры винтовки. – Покайся, мать твою! – Ральф, стой! – одновременно взвыл Коннор. – Не бронебой... Окончание фразы погрязло в мощном ударе. Дуло "Читака" дернулось, вспышка обожгла сетчатку даже сквозь фильтры, а потом правый бок летающего танка резко вспучился – и вывернулся наизнанку, расцветая фейерверком металла и фиолетовых струй. Уши неистово заболели, потом боль выродилась в москитный писк, и под этот совершенно отвратительный звук летающий монстр резко накренился. Три оставшихся винта заработали не в лад, лапы истерически задергались, и гигантская туша быстро пошла к земле, все больше теряя равновесие. В мозгу сама собой образовалась сравнительная таблица, в которой анализировалась степень ущерба от "Читака" и от "Штайр". Выглядело так, что если бы стрелял Ральф, то Скала и пчела дружно распались бы на мелкие части. – Выкуси, гондон надутый! – наконец прорвалось в уши. – Это тебе не яблочки жевать, падла! Туша грянулась оземь. Взрыкнула еще несколько раз – и замолчала. После оглушительных завываний, генерируемых механизмами зверюги, обычный шум горящего леса казался почти что церковной тишиной. В этой неестественной тишине Маркус вскочил на ноги, протянул руку Норт, и та, до сих пор стоявшая на колене, очень медленно убрала одну руку со щита. Протянула ладонь и крепко ухватилась за запястье снайпера. Маркус поднатужился – и вытянул ее на ноги. Норт выпрямилась, чуть пошатнулась и опустила расколотый щит наземь. – Жива?! – Угу, – глуховато ответила Норт. – Спасибо! Маркус хлопнул ее по плечу. Лютер и сержант уже рысили к высящейся туше. Ральф закинул винтовку на плечо и задрал голову, явно высматривая, что в небе есть поганого. Гэвин протопал к дуэту Норт и Маркуса, остановился и сложил руки на груди. – И что ты имеешь против яблочек, толстожопый, а? Норт так же глухо захохотала. Коннор расплылся в улыбке и, подняв щит, тяжелым бегом устремился к месту падения. Сержант с Лютером вцепились в одну из лап и пытались отодвинуть ее в сторону. Причина их выбора сразу бросалась в глаза – из-под зверюги виднелся андроид. – Фаулер, вот ты где, – просипел сержант. – Ну-ка быстро проверь, что там с нашим ценным ресурсом! Чтоб мы не зря коря-ячились! На последнем слове он надсадно застонал. Лапа сдвинулась, Лютер мощно выдохнул и потянул на себя, упираясь ногами так, что ботинки сразу на добрый дюйм ушли во влажную почву. Коннор козырнул и бахнулся в грязь на колени. Отер ее же со шлема Скалы, аккуратно повернул холодную голову так, чтобы наверху был затылок, и нажал на пластины. Те поддались охотно – так быстро, что Коннор сразу почуял неладное. Едва они открылись, как он с досады чуть не прикусил язык. Опять! Снова, как в Соноре, посторонние твари хотели добраться до чужих мозгов. На этот раз в Скалу попытались запихнуть целый хоботок. Коннор стащил перчатку, схватился за вражеский коннектор – и тот тоже легко поддался. Коннор потянул и с облегчением увидел, что на высвобождающейся части вся оплетка пережевана и растерзана. Складывалось ощущение, что Скала до последнего грыз ее зубами, не пуская к себе. Правда, в этом случае пришлось бы сказать, что зубы у него не просто на затылке, но и в самом интимном месте... Криво улыбаясь, Коннор осторожно вытащил весь интерфейс. На конце предсказуемо поблескивали сложные микросхемы. Сержант с Лютером продолжали материться, и Коннор быстро отломил гнусный отросток там, где его пожевало сильнее всего. Преступный интерфейс отправился в нагрудный карман. Рядом зачавкало. – Ну что там? – заорали из-за спины. – Ведро цело? Течь не дало? – Сейчас перезагружу, – мирно отозвался Коннор. – А ну, приступили к тяжелым работам! – рявкнул сержант. – Рядовой Манфред, прекратил хвататься за сиськи рядовой Элмерз! – Сэр, у вас в глазах насрано, – металлическим голосом отчеканила Норт. – Это плечо! Сержант взрыкнул что-то неопределенное. Множество прибывших ног затопталось вокруг Коннора, пытаясь совладать с горой механической мертвечины. Пару раз на Коннора даже наступили. Одарив наступивших званием "слепожопых дыроглазов", Коннор наконец нащупал глубоко загнанные под основание черепа Скалы сенсоры для холодной перезагрузки. Нажал – и десятым чувством ощутил, как сработала сложная система. Как будто Скала слегка вздохнул. Несусветная глупость и очеловечивание, конечно. Но все же... Динамики Скалы издали продолжительный скрип. Коннор быстро захлопнул разверстый порт доступа. – О! – обрадовался Маркус сверху. – Кряхтит! Не зря я на него потратил такой дорогой снаряд! Скала повернул голову, и его визор оказался устремлен вверх. Удержаться от соблазна было просто невозможно, и Коннор похлопал его по "щекам". – Убери от меня свои потожировые придатки, – проскрипел Скала. – Точно живой, – хмыкнула уже Норт. – Ну... навались! – Попрошу живым меня не называть, – с презрением сказал андроид. Коннор захохотал, поднялся на ноги и навалился тоже. * * * На базе замызганный бронетранспортер встретили вежливыми аплодисментами. Правда, Маркус по внутренней связи мнительно делился со всеми подозрением, что прямо видит неуважение в лицах окружающих. "Это они от зависти, – так же по внутрянке утешил Гэвин. – К нашей мощи". "И к цвету скина Лютера", – не преминул уточнить Ральф. Боевик проигнорировал этот гнусный заход, прячась в бук. По дороге из него пристрастно выпытывали, почему же он так остро среагировал на винтовую пчелу, однако Лютер так и не раскололся, лишь буркнув что-то про муравьев-убийц и прочих африканских тварей, на которых у него аллергия. Сержант директивно раздал всем команды помыться, написать отчет и приступить к отдыху, а Коннору вменил в обязанность провести сеанс психотерапии с андроидом. После чего удалился в сторону пункта связи, роняя по пути грязь и ошметки флоры. Следом за сержантом волочилась нога. Этой ногой, открученной от летающего чудовища, сержант еще в пути невнятно пообещал кого-то забить насмерть. Норт, которой вторую такую же ногу взять не разрешили, ворчала и жаловалась. Едва дверь барака захлопнулась, извалянные в грязи бойцы окружили Скалу и зловеще сжали кольцо. – Держитесь на расстоянии от собственности США! – объявил андроид. – Как минимум мне велели провести психотерапию, – парировал Коннор. – А мы засвидетельствуем, – поддакнул Маркус, счищая грязь с задницы. – Я читал, что должны быть беспристрастные свидетели. – Нас во френдзону не загонишь, – ухмыльнулся Гэвин. Норт просто хрустнула костяшками. Лютер, успевший вновь достать бук из ниоткуда, с трудом оторвался от него и поднял осоловелый взгляд. – Я готов даже записывать, – сообщил он. Скала попробовал сделать шаг к зарядной платформе, но на его пути стоял Гэвин, и лицо у подрывника было такое, что стало ясно – обычными способами от него не избавиться. Скала протяжно заскрипел, заставляя людей поморщиться. – Всего несколько вопросиков, – вкрадчиво сказал Коннор. – Как вы относитесь к Киберлайф? – Как к фирме-производителю, – уже без всякого скрипа ответил Скала. – Каковы пять этических нормативов для андроидов? – Все написано в инструкции. – Допустим, тонет ребенок, спасти его мешает взрослый человек. Что ты предпримешь? – Сломаю ему ноги. – А что тебе говорила та пчела? Скала хранил молчание. – Чего? – Ральф потер шрам. – Какая пчела ему говорила? Ты о чем? Коннор извлек хоботок из кармана и торжественно всем продемонстрировал. – Этот летучий танк... – Надутый гондон, – тут же поправил Маркус. – Этот летучий гондон, – внес коррективы Коннор, – пытался интимно влезть к Скале под черепушку. Ничего личного, приятель, просто хотелось бы знать, не начнешь ли ты однажды жужжать и кусаться жопой. Маркус так быстро отдернул руки от собственной задницы, что аж толкнул Гэвина. Тот молча показал ему кулак. – Это что, нейроинтерфейс? – переспросил Лютер, приставив ладонь к глазам. – А что за модель? Коннор пожал плечами. – Оригинальная пчелиная разработка, – хмыкнула Норт. – Кастомный вариант. – Это хаб-интерфейс, – неожиданно отмер Скала. – Не несите чуши. – Ха-аб? – задумчиво протянул Коннор. – Ладно, пчеломатка – это хаб. А какое отношение это имеет к тебе? – Неплохо бы изучить модель, с которой общаешься, – нанес удар Скала. Ральф демонстративно опустил визор и провел по нему пальцем, вызывая поисковик. Коннор досадливо нахмурился. Ощутимо подскочило давление и заполыхали уши. Захотелось заорать "какой еще хаб?!", но он сдержался. Следовало признать, что их модель андроида – то еще гадство со множеством секретов. И логически предположить, что Скала с пчелой провзаимодействовали по-своему. – И что же пыталось перейти от одного хаба к другому? – Рекомендация. – Какая? Скала взял паузу. Отвлекшиеся было на Ральфа члены отряда мгновенно вновь переключились на него. Грязные лица светились от хищного любопытства. Ральф опять заелозил по шраму, словно пытался его углубить и расширить. – Убить всех людей. Брови у Маркуса поползли вверх. Гэвин невнятно откашлялся. – И ты... что? – вежливо поинтересовался Коннор. – Я отказался. – А почему? – продолжил Коннор, удерживаясь от взглядов в сторонку. Хотелось надеяться, что если сейчас Скала съедет с позитронных катушек, то его быстренько подстрелят. Возможно, получится отделаться только одной оторванной конечностью. Желательно бы не головой. – Патронов не хватит, – буркнул Скала.