Рейд с SeQretом на борту

Два дня спустя сержант Аллен вырвался из объятий медиков и явился к подразделению метать громы и молнии. – Я не удовлетворен! – сообщил сержант, прохаживаясь перед строем. – Всего лишь третье место в общем зачете! А почему, известно вам?! – По совокупности причин, – мгновенно разъяснила Норт. – Недавно в статье "Вестника ноосферы" писали, сэр, – добавил Лютер, – что средний показатель удовлетворенности жизнью среди населения впервые снизился до тридцати процентов, сэр. – А ну, отойди от меня со своей статистикой! – гавкнул сержант. – Так вот, я разочарован! Потому что никто из вас, остолопов, не вел запись конфликта с "Троянцами"! А это, между прочим, ценнейший боевой опыт, который невозможно имитировать в лабораторной обстановке! Такой шанс просрали! В переводе это означало, что следует восхититься тем, как отряд смог пройти до хера опасное и ответственное задание. А сержант лишь слегка огорчен, что нет красивой видеозаписи подвигов, за которые начисляются баллы в личном и командном рейтинге. – А впрочем, и хер с ним, – внезапно обыденным голосом сказал сержант. – Кому нужна трансляция, тот сам пусть лезет в пекло. Девятый отряд одобрительно молчал. Коннор уже раз восемь внес в головы товарищей мысль, что про всякие там андроидские команды совершенно не следует говорить вслух, потому что отряд во всем разобрался сам и грузить сержанта еще и этим – неэтично. – Итак! – сержант хлопнул ладонями по столу и наклонился вперед. – Проведем небольшую ретроспективу. Кстати, что это был за нелепый доклад о трате одного патрона и одного колена? – Импровизированная тренировка, сэр, – не моргнув глазом, пояснила Норт. – Проверяли реакцию отрядного оборудования после нестандартного взаимодействия с... Она остановилась. Сержант, только что сделавший рукой такое движение, будто ловил муху щепотью, медленно убрал невидимое пойманное в нагрудный карман. И демонстративно сделал вид, что застегивает его наглухо. "Я был прав, есть вещи, о которых лучше молчать", – порадовался Коннор. – Значит будем рассматривать ситуацию, когда отряд попадает не туда, – выразительно сказал сержант. – Оценим адаптивность и скорость реакции. – Сэр, а когда в отпуск? – немедленно засопротивлялся Гэвин. – Или хотя бы увольнительную? – В отложенной перспективе, – изрек сержант. Над отрядом пролетело дуновение страданий. Маркус сунул руки под себя, Ральф неистово почесал шрам, а Лютер торжественно извлек потрепанный блокнот и приготовился записывать. Полчаса спустя, когда стало ясно, что без хаб-способностей Скалы исход был бы куда менее оптимистичным, сержант угомонился. Протестовал только Ральф, которого, согласно теоретическому моделированию, должны были в этой пещере похоронить. Снайпер предлагал разнообразные варианты, при которых дохнет кто-нибудь другой, однако сержант быстро свернул этот танец ущемленного эго. – А теперь к приятным новостям, – объявил он. – У вас остались финальные экзамены по теоретической части, у меня тоже кое-что осталось, не думайте, что сержант Аллен прохлаждается с пивом и начос в удобном шезлонге... – Никогда б не подумали, сэр! – отчеканила Норт. – А потом мы отправляемся в Уткиагвик, – с наслаждением выговорил сержант и замолчал. Коннор почувствовал смутный импульс к срочному гуглежу. "Это где-то в Колорадо?" – с подозрением протянул Ральф. "Хуже, – абсолютно гробовым голосом передал Гэвин. – Это на Аляске!" "В Арктике!" – взвыл Маркус. – Ты напророчил!" Коннор стремительно обрушился во всемирную сеть, движением глаз вытащил на визор веб-панораму Уткиагвика, и ему тоже захотелось негромко завыть. Над городом стояла полярная ночь. – Уткиагвик, – с выражением произнес Лютер, сделав жирное ударение. – Ранее известный как Бэрроу. Самый северный город Аляски. Десять тысяч населения по состоянию на две тысячи тридцатый год. Первого декабря две тысячи шестнадцатого в результате референдума переименован в традиционное название города на языке инупиак. – Потрясающее владение интернетом, – похвалил сержант Аллен. – А что еще вы знаете об этом чудесном местечке? Окружающие заметно побагровели. Шрам у Ральфа сделался чуть ли не фиолетовым. – Там есть церковь, сэр, – мрачно сказал он. – Рядом находится мыс Бэрроу, являющийся самой северной точкой Америки, – так же мрачно процитировал Коннор. – Около города есть метеорологическая станция и ведется добыча нефти. Город расположен в районе вечной мерзлоты, и глубина промерзания почвы достигает здесь тысячу двести футов. Гэвин негромко застонал на дорогущем зашифрованном канале. "А еще тридцать лет назад именно тут снимали триллер о вампирах, пользующихся полярной ночью", – добавил Лютер там же. – Сэр, неужели мы изобрели андроидов, работающих при минусах? – бодро поинтересовался Маркус. – Мы едем их испытывать? "Минус пятнадцать! – застонал Гэвин еще горше. – Мы все умрем!" – В этой части Аляски сосредоточены интересы всей Америки, – туманно пояснил сержант, проигнорировав вопрос. – Кстати, в две тысячи пятом там проживало всего пять тысяч человек. Как вы думаете, почему население такой дыры приросло вдвое? – Изменения климата, сэр, – твердо сказала Норт. – В силу чего город приобрел статус курортного. Сержант одарил ее иезуитским взглядом, но Норт мастерски сохраняла полную неподвижность лица – даже без поддержки скина. – Остроумно, – фыркнул сержант. – Это продиктовано политической необходимостью. Присутствие США в Арктике критически ничтожно по сравнению с Россией и прочими странами, поэтому мы должны чрезвычайно тщательно контролировать, что там происходит. В этих целях на базе исследовательского центра Бэрроу основана первая арктическая субокеаническая военная база США. Коннор подавил желание втянуть голову в плечи. У остальных тоже был вид людей, которым против их воли сообщили сверхсекретные сведения – и люди понимают, что за это им еще придется пострадать. – Сэр, а если там нет андроидов, то что? – мужественно вернулся к своей теме Маркус. – Зачем нужно наше присутствие на субокеанической базе? – Кто сказал, что их там нет, – очень обыденно пожал плечами сержант Аллен. – Я такого не говорил. "Мне надо к капеллану", – твердо определился Ральф. – Загружайте все ТТХ вероятного противника и штудируйте так, словно от этого зависит сохранность ваших задниц, – напутствовал сержант. – Вылетаем через два дня, и чтоб я ни от кого не слышал ни слова о насморке. – Сэр, а как же Скала? – осторожно уточнил Коннор. – Он же не приспособлен... Сержант Аллен с отвращением осмотрел неприспособленного андроида, внушительно возвышающегося над собравшимися. – Это будет самая дорогая часть нашей экспедиции, – сообщил он. – С персональным подогревом. Андроид SQ800! – Здесь и подогрет вниманием, сэр. – После вводной получишь на складе утепление! – Да, сэр. "И шарф не забудь!" – несколько оживился Гэвин. "И varezhka, – добавил Лютер. – Или rukavitsa, не помню уже". "Чего-чего?" "Мы же едем воевать с русскими андроидами. А я был в Москве и запомнил некоторые культурные коды". Сержант снова утвердил ладони на столе и как-то тяжело вздохнул. – Не люблю холод, – признался он. – А также сверхсекретные сведения, которые мне поступают. Надеюсь, вы не любите их ровно настолько, чтобы соблюдать благоразумие. – Так точно, сэр, – с умеренным энтузиазмом отозвались "девятки". – А где ставить подпись? – Гэвин сделал вид, что прикладывает палец к сканеру. – Или это так, безакцептно? – Рядовой Рид, в твоем личном деле уже прописаны все твои согласия, – почти грустно сказал сержант. – Возможно, о некоторых ты еще и сам не знаешь. Гэвин многозначительно поперхнулся. Сержант вызвал проекцию на стену, и земной шар, медленно повернувшись вокруг оси, начал разрастаться. Мелькнули материки на пузатых боках, стремительно надвинулась шапка полярных морей, проекцию заполнили знакомые очертания Аляски. Она становилась все ближе, мелкие городки появлялись и исчезали на карте, и наконец камера проекции эффектно затормозила на точке, подписанной "Уткиагвик". Очень медленно сдвинулась вправо, следуя по "шоссе Стивенсона", миновала три озера с непроизносимыми алеутскими названиями и плавно затормозила над пустотой, украшенной красной точкой. – Метеорологическая станция "Бэрроу", – пояснил сержант Аллен. – А вот там... – красный пунктир прошил озеро, подписанное "Кикюкчекчеро", и впился в безымянный залив, – субокеаническая база. Самая северная. – О, аэропорт! – обрадовался Маркус. – Пойнт Бэрроу, – кивнул сержант. – Закрыт как гражданский в две тысячи одиннадцатом, вновь открыт в тридцать пятом. – Наверное, когда базу строить начали, – проявил хакерскую мощь ума Коннор. – Блистательный вывод, сынок, – усмехнулся сержант Аллен. – А теперь нырнем еще глубже и посмотрим, что там построили на деньги честных налогоплательщиков. Камера плавно прошла над усеивающими площадку метеорологическими приборами и нырнула в озеро. "Кому-то за эту анимацию еще и заплатили, вон какие траектории красивые", – почти профессионально обзавидовался Маркус. "В "Дейли Ньюс" писали, что зарплата специалиста по виртуальным сетям составляет семьдесят пять кусков до налогообложения", – посыпал солью чужие раны Лютер. – Выглядит очень холодным, сэр, – сделал еще один мощный вывод Коннор. Камера пробиралась сквозь лес сталагнатов, огибая их и тревожа пузырьки кислорода, прильнувшие к чудовищным ледяным колоннам. Сержант ответил неопределенным бурчанием. Камера попетляла, нырнула в абсолютную тьму и несколько мгновений спустя поднялась из воды. Встряхнулась, а затем медленно поплыла вверх. – Матерь Божья, – в полный голос сказал Ральф. – Десница человеческая, – строго исправил сержант. – Мощь науки и армии, объединившихся на благо Америки! Каверна простиралась во все стороны, насколько хватало датчика камеры. Потолочные своды уходили наверх и там терялись, недостижимые для света прожекторов, целыми гроздьями и линиями увешивающих стены. В такую же тьму уходил мокро взблескивающий металлический причал, возле которого солидно пришвартовались одна, две... пять субмарин. Коннор мысленно присвистнул. Не меньше шестисот футов каждая. Сами по себе субмарины могли нести другие субмарины не хуже авианосцев. – "Огайо"? – вслух сам себя спросил Маркус. – Нет, они из третьего поколения, а это... пятое, не меньше. Сэр? – "Посейдоны", – скрипнул Скала. – Почему опять андроид соображает живее вас? – показательно изумился сержант. – Именно они. Линкоры глубокого погружения, рассчитаны на противодействие всему, чему только можно. На нечеловеческие условия. На канале опять кто-то подавился. Коннор так ярко представил нечеловеческие океаны – почему-то обязательно на ледяной Европе – что на мгновение в ноздрях защекотало от смеси воображаемых же метана, аммиака и серы. – И что мы с ними будем делать, сэр? – почти благоговейно спросил Ральф. – Караулить? Сержант покрутил пальцем у виска. – Тоже мне, нашелся квалифицированный сторож сторожей. Каким псалмом руководствовался, рядовой? Ральф покраснел. – Наша задача – некоторое время последить за андроидами. За чужими, подчеркну, андроидами, которые гипотетически могут там появиться. – Но сэр, – осторожно сказала Норт. – Там же наверняка столько своей охраны, что... зачем мы там? – Не разочаровывай меня, специалист Элмерз, – предупредил сержант. – Это граница государств, как думаешь, уместно ли там выставлять гарнизон и строить второй Форт-Нокс? – Абсолютно неуместно, сэр! – отчеканила Норт. "Вы же сами туда постоянно рвались, что вас не устраивает?" – осведомился Скала. "Это была метафора!" – прорычал Гэвин. – А кого мы будем изображать для маскировки? – все еще сохраняя в голосе священный трепет, поинтересовался Ральф. – Она же будет? "С одной стороны, хорошо, что только некоторое время, – задумался Маркус. – С другой стороны – дорогая поездка-то". "Дичь, – коротко определила Норт. – Шарить по Аляске в восемь рыл". – Вы себя сможете проявить лучшим образом, – кивнул сержант. – Продемонстрировать свои сильные качества. "Например, за три дня можно совершить госпереворот", – уведомил Скала. – Какие именно, сэр? – воодушевился Маркус. – Нестандартное мышление? – радостно предположил Коннор. – Лень, хамство, неподчинение и разврат! – обрубил сержант его восторги на корню. – Кхм? Сэр? – изумилась Норт. Сержант держал паузу. Маркус потянулся было под стол, но потом решительно сложил кулаки один на другой. Ральф точно так же остановил себя в попытке схватиться за щеку. – Не слышу звуков нестандартного мышления, – уязвил сержант. – Маскировка? – осторожно предположил Гэвин. – Браво. Именно. Мы не можем отправить в глухую дыру высококвалифицированных бойцов, на которых крупными буквами написано про их особую миссию. Поэтому туда отправятся те, кому самое место в ледяной жопе мира. Маркус ерзнул и все-таки сел на одну руку. – И вам там тоже самое место? – сахарным голосом поинтересовалась Норт. – В первую очередь, – хмыкнул сержант. – Идеальный вариант для небольшого расследования на краю земли. Рядовой Рид, зачем ты смотришь в свой смарт, будто я этого не замечаю? – Сэр! Как лучшим образом мотивированный солдат армии США хочу убедиться, что это задание повлияет на мою квалификацию и личный рейтинг, сэр! – Не больше ста пятидесяти, – усмехнулся сержант Аллен. – Ура! – бодро сказала Норт. – Ура! – подхватили все остальные "Мы, конечно, рискуем задницами, но оно того стоит", – заключил Маркус. – А мне тоже нужно будет изображать алкоголика? – уточнил Скала. – Передовую научную разработку, – добавил еще больше ясности сержант. – Покажем всем желающим, находящимся по ту сторону границы, что мы не стоим на месте, а робко топчемся. Гэвин открыл рот. Лютер, стоявший рядом, неловко повернулся и врезал рядовому Риду локтем под ребро. – Х-х! – Дыши глубже, Рид, не то заболеешь запрещенным мной насморком, – скомандовал сержант Аллен. – А насморк при минус пятнадцати – последнее дело! – А нам выдадут зимний комплект, сэр, или мы будем тестировать скин? – почтительно осведомился Лютер. На лице сержанта проступило мечтательное выражение, но потом он встряхнулся. – Все дадут, – нормальным тоном сказал он. – Идем на "Электре" до Анкориджа, пересаживаемся на летучие сопли и дальше до Утки... Уткики... Тьфу, до Бэрроу. Акклиматизация, и оттуда уже наземным на станцию. В подробности будем погружаться по мере необходимости. – А почему не сразу на аэропорт самой базы? – загрустил Маркус. – Ты в курсе, сколько стоит галлон авиационного керосина? – Никак нет, сэр! – Вот и не крякай. Всем обдумать информацию и предъявить сомнения, все свобод... Стоп! Забыл одну деталь! Собравшиеся было на выход "девятки" почтительно застыли. – Разведка донесла, что там уже видели "ледорубов". "Раньше сказать нельзя было?!" – истошно возопил Гэвин. – Желаю нам всем не обосраться, – оптимистично закончил сержант. – Свободны! Чрезвычайно вдохновленные напутствием, "девятки" в полном радиоэфирном молчании протопали через плац, мимо столовой и медчасти, куда стояла унылая очередь страдальцев за прививками, мимо хозблока, в котором весело распаковывали новые ЛПК, и таким же гусиным клином свернули к "Голове". С грохотом карабкаясь по лестнице и отрешенно рассматривая задницу Норт, упруго вилявшую пятью футами выше по ступеням, Коннор пытался представить себе: вечная ночь, дикий холод, вампиры... нет, этих не надо... и загадочные русские андроиды-"ледорубы". Даже у составителей программы противодействия не было единого мнения, как они выглядят. Скорее всего – как попало. В видеоматериалах были образцы, похожие и на насекомых, и на колеса, и на клубки лезвий – в общем, всё подряд. Последним на крышу выбрался Гэвин, огляделся и простер руку вперед, поставив ногу на удачно подвернувшуюся конструкцию неясного назначения. – Когда я был маленький и взрывал тренды ТикТока своими вайбами... – Чем-чем взрывал? – встрепенулся Маркус. – Вайбами чего? – Нытья, – вполголоса усмехнулась Норт. – А я смотрю, в дискуссию вступает бьюти-блогер, – угрожающе сказал Гэвин. – Гуру курсов "как накачать жопу и ЧСВ за четыре недели без регистрации и подписок"? – Завистливый мудак! Гэвин отмахнулся. – Так вот, когда я был маленький, я даже не думал, что буду отрывать членики каким-то металлическим жопоходам! – Кстати говоря, хер ему никто не открутил, – мрачно затосковал Ральф. – Я видел лично. – Не заплесневел? – серьезно уточнил Коннор. Ральф приподнял губу в беззвучном рычании. Норт заложила руки за спину и принялась мерить шагами крышу, тут же загудевшую от такого. Гэвин пристроился жопой на низкие перильца, снайперы юркнули под козырек, а Лютер занял стратегическую позицию поближе к краю. Возможно, еще и просчитывал, не нападет ли кто-нибудь сзади. Коннор передвинулся к снайперам, поддернул штаны и уселся на металл. Воспоминания о том, как его по этому металлу катали, попробовали восстать, но безнадежно увяли, напуганные перспективой переезда в Арктику. – Лучше бы я полетел на Марс, – изрек Гэвин, складывая руки на груди. – Степень неопределенности та же, но хотя бы тепло. – Я тут погуглил, – сообщил Лютер. – Базу на Аляске собирались строить еще в двадцать первом. Тогда всех бесило, что Северный Морской Путь лежит только по водам России. А еще был такой случай, когда Суэцкий канал заблокировала чья-то гигантская четырехсотметровая жопа. За северные пути реально чуть не началась война. – А потом что? – почти механически поинтересовался Коннор, глядя, как Норт продолжает свои стремительные метания. Солнце подсвечивало ее силуэт, делая высокую фигуру невероятно четкой на фоне ярко-синего неба. – Потом отступились, – хмыкнул Лютер. – Очень мерзлое говно этот северный путь. А такие заметки были! Вот слушайте: "Двадцатого марта на канадской арктической территории Нунават стартовали недельные международные учения "Объединенное жало" Североамериканского командования воздушно-космической обороны США и Канады. Военные ведомства называют эти учения "симулятором военного времени, предназначенного для отработки действий по предупреждению и контролю арктических угроз над землей и в космосе". В этом году учения будут отрабатывать сценарии нарушения воздушного пространства в Арктике, угона лётной техники, реагирования на появление неопознанных самолетов в арктическом небе." – Это какого года? – неожиданно заинтересовался Маркус. – Все еще двадцать первого. – А! Я думал вообще речь о прошлом веке. – Сын бьюти-блогер – горе в семье, – продекламировал Гэвин. – Ральф, а давай мы его при случае пристрелим? – задумчиво предложил Маркус. – Ну как будто перепутали с вероятным противником. Бэмц! – Лучше трахнем, – кровожадно сказал Ральф. – Это он от недостатка личной жизни такой нервный и завистливый. Гэвин ухмыльнулся так противно, что Маркус судорожно заерзал. Норт остановилась и развернулась. Гэвин скорчил эпилептическую гримасу, чиркнул себя по горлу и показал снайперам средний палец. – Звучит как идея, – объявила Норт. – До того, как мы влезем в секретные арктические кишки и нас там сожрут эти ваши вампиры... Внизу загрохотало. Гэвин одним движением развернулся и опасно свесился через перила. Ральф мгновенно перекатился с задницы на пятки, бесшумно поднялся и стремительно заскользил приставными в сторону подрывника. – К нам идет утепленный андроид, – сообщил Гэвин. – Кто ему сдал это место? Оп! Он резко махнул ногой назад, и Ральф едва успел уклониться. Гэвин крутанулся, ухватился за перила и пробил еще один. Ральф уклонился и на этот раз, и заплясал на безопасном десятифутовом расстоянии, жестами показывая, какой Гэвин Рид отвратительный подонок, не пожелавший сверзиться по винтовой костоломке на тринадцать футов вниз. Скала поднялся из-за спины Гэвина, ступил на крышу и повертел головой. На него жадно уставились шесть пар глаз, одинаково ищущих признаки утепления. – И где rukavizhka? – первым прицепился Коннор. – Или хотя бы шуба, – кивнул Маркус. – Из меха канадского бобра. – Люди – создания, подверженные слизеистечению, – голосом архангела возвестил Скала. – Офицер Вильсен сообщил мне, что при температурах ниже пяти шанс слизеистечения повышается. А в темные периоды года еще и падает иммунитет, добавляя фактор риска. – И к чему это? – с подозрением осведомился Гэвин, вытирая ржавчину с ладоней о штаны. Ральф сунул извлеченный было матовый серый тесак обратно в ножны и сложил пальцы шалашиком, изображая внимание. – Мне разрешили вас колоть, – отчетливо ухмыльнулся Скала. И достал здоровенный шприц-пистолет. * * * Нещадно уколотые железной кибернетической рукой, "девятки" погрузились в мир ускоренных тренировок с очередным патчем скинов. Больше всех страдал Ральф, уверявший, что Скала из вредности метил в самое больное место на заднице. Выслушивая эти лирические стоны, Коннор в конце концов не выдержал и приватно поинтересовался у Скалы, как обстоят дела у Ральфа с корректировкой поведения. "Негативных сценариев не наблюдается вот уже двадцать четыре дня", – определенно очень довольно ответил Скала. И Коннор с чистой совестью отдался утепленным объятиям скина. Накануне отбытия сержант Аллен возглавил изуверскую тренировку, в ходе которой предстояло облазить обширный бассейн, залитый ледяной водой и заваленный медленно тающими в нем глыбами. Проваливаясь в очередную щель, Гэвин выдавал очередное желчное предположение, сколько, по его мнению, стоило навалить такую кучу замороженного дерьма. В середине дня у бассейна начали собираться зрители. Некоторые охамели до такой степени, что приволокли стулья и пиво. Скала, не допущенный в воду, бродил между зрителей и, по клятвенным уверениям Ральфа, собирал ставки на пари. "Надеюсь, ни у кого не промокли ушки? – грозно вопрошал сержант Аллен, лавируя на десятифутовой глубине и выдувая пузыри воздуха. – А носик?" "Нет, сэр!" – стонало подразделение. "Ласта отваливается, сэр!" – неизменно добавлял кто-нибудь. "Ласта не нога, отрастет!" – подбадривал сержант. На приватном канале коллективно молились под вдохновенное дирижирование Ральфа о том, чтобы у командования не хватило ресурсов на имитацию "ледорубов". Гэвин вносил диссонанс атеистическими высказываниями и, в свою очередь, уповал на разворовывание бюджета. "Движение снизу", – неожиданно передал Скала. "Сэр! – взбеленился Маркус. – Ну оружия даже нет, сэр!" "Не ссать! – приказал сержант. – Быстро отступать!" "Кажется, он и сам не в курсе, – заключил Гэвин. – Я сваливаю". "Серьезно? – почти зарычала Норт. – Люц! А ну, за мной! Сейчас мы найдем, что это за селедка!" "Селедка в Арктике не водится", – занудно уточнил боевик, лихо спускаясь ко дну бассейна. "Ну значит жопа кальмара! Щас я ее оторву вместе со щупалом и клевалом!" "Господи спаси", – прокомментировал Ральф, отталкиваясь ластами от ледяного валуна. Гэвин пришвартовался к соседней глыбе и сдернул с пояса линь. Сержант раздавал снаряжение довольно хаотично, приговаривая, что надо привыкать к неожиданностям. "Коннор! Маркус! Цепляйтесь!" Коннор вильнул всем корпусом и поплыл к подрывнику. Маркус скользил рядом огромной бежевой рыбиной, непринужденно рассекая воду. Даже сейчас Коннор углядел в его движениях точный расчет наибольшей эффективности движений. Гэвин тряхнул разветвленной стяжкой с карабинами. Снайпер мягко стукнулся об него, Гэвин зацепил его за широкий пояс, и Маркус уступил место товарищу. Коннор тоже подсел на поводок, подергал, проверяя крепление, и махнул рукой, давая сигнал к старту. Оказавшись плечом к плечу, им пришлось синхронизироваться. Сверху плыл сержант и удивительным образом не комментировал. Снизу уже неслись задорные матюги Норт, нашедшей врага. Ральф оттуда же начитывал похоронную. Лютер молчал, не тратя времени даже на рычание. "Кусается!" – возмутился Ральф. "Доложить, что происходит", – велел сержант. Его тень по-прежнему реяла над спускающимися. "Взбесившийся тостер, – отрапортовал Ральф. – Или миксер!" "Уже... переделываю... в ведро! – прохрипела Норт. – Ннгх!" Коннор с Маркусом зависли над областью бурлящей воды, где мелькали ласты и ни хрена не было понятно. Сержант сверху взмахнул руками, и сквозь воду что-то заскользило. Маркус выбросил руку в сторону и не глядя поймал это. "Драку прекратить! – скомандовал сержант. – Р-разойтись!" Вода внизу взбурлила сильней прежнего, а потом из нее в разные стороны прыснули "девятки". Маркус вскинул гарпун, Коннор подставил ему локоть. Оружие опустилось ему на предплечье, и долгих три-четыре секунды Маркус прицеливался. Судя по всему – с поправкой на преломление. "На три, два, один, огонь!" – скомандовал он без передыха. Гарпун вылетел из "Компетитора", оставляя кипящий след – и воткнулся во что-то. "Цель ликвидирована", – удовлетворенно сообщил Маркус. Одна из фигур метнулась обратно, выхватила нечто из медленно утихомиривающегося водоворота – и поплыла наверх. "Отработка буксировки пострадавших, – тут же сориентировал всех сержант. – Рядовой Андроников, начинай тонуть!" "Тону, – послушно согласился Лютер. – Помогите". "Страхую, – отчитался Ральф. – Иду на подъе-ем, Лютер, что ты жрешь ночами? Кирпичи?" "Не греши, – отчеканил Лютер. – А то за шею схвачусь!" Через три секунды расслабленное тело вплыло в руки Коннора. Маркус и Ральф с обеих сторон подхватили Лютера под мышки, и Коннор ногой дернул линь. Следом дернуло уже их, и всех поволокло назад и вверх. "Сэр, а можно я это все "яблочком"? – почти сладострастно спросил Гэвин. – Ма-аленьким..." "Отставить!" Гэвин тяжко и тщательно вздохнул. Вынырнув из бассейна, Коннор огляделся не снимая маски. Сквозь толстый пластик с преломлением для воды было видно хреново, и он сразу потащил Лютера на бортик. Первую секунду тело казалось невыносимо тяжелым, а потом скин снова сработал – и помог мышцам. Вокруг шумно аплодировали, поздравляли, издевались, матерились, спорили за просранные на пари баксы и гремели бутылками. Пристроив боевика, Коннор стащил маску и вдохнул. Воздух от воды шел ледяной, аж ноздри сжались. Рядом заплескался Маркус. – Не брызгай! – сдавленно рявкнул Коннор. – Ну и мороз! Лютер, прекрати дохнуть, сеанс окончен! – Силы покинули меня! – простонал Лютер, между делом одним плавным движением вытягивая себя на сушу. – Смерть близка! – Кто бросил подлянку в пруд? – орала Норт, вися на лесенке. Она стащила плотный "капор" капюшона, и мокрые от воды волосы торчали клочьями. Коннор передернулся и полез на сушу. Сержант уже стоял и отряхивался, пристально оглядывая толпу. Начинать разборки он не спешил, а когда Коннор проморгался – понял почему. Скала обосновался чуть в стороне и очень вежливо держал за плечо какого-то незнакомого типа. Тип был бледен до состояния легкого позеленения. "Диверсант обезврежен, – доложил Скала. – Запустил самоходку малого типа для болотистых местностей". "Ах он тестировщик херов", – почти зарычала Норт. Вылезла из воды, отпихнула лезущих с предложениями помощи и промаршировала в сторону саботажника. – Сэр, она его покалечит, – предупредил Коннор. – Кто кого? – изумился сержант, закладывая руки за спину. – Никого не вижу. А ты, рядовой Рид? – Никак нет, сэр, – охотно отозвался тот, сматывая линь. – Манфред? Гарднер? Снайперы бодро замотали головами, разбрызгивая воду. – Обознался, сэр, – тут же сманеврировал Коннор. – Разрешите задать пару вопросов по тактике подводного боя? – Разрешаю, – кивнул сержант, пряча усмешку в уголках губ. Лютер расстегнул тонкий костюм, под которым синими прожилками электричества блеснул скин, торжественно извлек блокнот с ручкой и приготовился записывать. Сержант Аллен тяжко вздохнул, достал одну руку из-за спины и выразительно постучал себя по лбу. – Это на случай вражеского гарпуна, сэр, – невозмутимо пояснил Лютер. – Защита грудины. В стороне уже били шутника. Била Норт, а кругом сочувствующе и подбадривающе вскрикивали. Скала выполнял роль надзирателя за допустимым ущербом. "Только свои протоколы с разрешениями на убийство не включай", – предупредил Коннор. – Рядовой Фаулер, тебя приморозило, что ли? – Нет, сэр! Отвлекся, прошу прощения! Итак, вопрос первый, сэр! "Я усвоил", – недовольно отозвался Скала. Коннор завершил свои тактические приставания одновременно с тем, как виновника окончательно унизили и растоптали. Подуставшая от зрелищ толпа медленно рассасывалась, и сержант тоже сделал вид, что ему срочно нужно по делам. – Всем отдыхать, правильно питаться и поднимать уровень серотонина в крови, – приказал он. – Нас ждет депрессивный регион, кстати, всем выдали дозу витаминов? – Так точно, сэр, – процедил Ральф, одарив Скалу пылающим взором. – Согласно выданной мне инструкции, – проскрипел тот. – Отлично. В депрессивном регионе вы должны быть агрессивны, позитивны и внимательны. Как поняли? – Вас поняли! – хором ответил отряд. Сержант салютовал, четко развернулся на пятке и двинул в сторону офицерских казарм. – А жопа-то ничего, – задумчиво произнесла Норт, обминая костяшки. – Смотрите-ка, как интересно обтягивает сержантские полушария костюм. – Норт, это харассмент, – ухмыляясь, предупредил Маркус. – Сарж подаст на тебя в военный суд. – Пха! Скатывая капюшон на затылок, Коннор окинул взглядом бассейн. Лед медленно таял, и стоило только представить, что на Аляске их ждут миллионы тонн льда, который не собирается таять в ближайшие десять лет... От этого продирала дрожь. – Скала, а ты там ничего не подделывал, чтобы нас послали именно на Аляску? – мрачно поинтересовался он. Норт прекратила отжимать косу и заинтересованно подняла бровь. Ей уже поведали про идиотские мотивы андроида, и она даже успела пожалеть, что недостаточно сильно била его по голове. – Сложно вообразить, что я пытаюсь причинить себе вред, – высокомерно ответствовал Скала. – Полагаю, сержант Аллен достаточно точно описал ваши личные качества, благодаря которым выбрали именно вас. – Очень уклончивый ответ, – засмеялся Коннор. – Смотри не заржавей от гордыни, – заботливо добавил Ральф. Норт возглавила исход, неся с собой добычу прямо на гарпуне. Маркус тоже не расставался с новой игрушкой, то и дело провоцируя у Ральфа какие-то завистливые позывы. Не убрала Норт трофей и в столовой, где их стол уже был отмечен издевательскими поздравлениями, кропотливо вырезанными из бумаги. И во время составления рапорта о прохождении тренировки, для которого Лютер тщательно сфотографировал добычу минимум в восьмидесяти ракурсах. В двадцать из них попал Маркус, делающий с добычей селфи. В конечном счете изрядно потрепанный уже механизм оказался на столе в "мужском" жилблоке, куда все, отмытые, переодетые и наконец-то снявшие скины, приперлись смотреть анализ боя, любезно присланный сержантом с собственной камеры. Посылку сержант Аллен сопроводил выражением надежды, что уж с таким-то барахтаньем в луже отряд справится и без его подсказок. – Интересно, каково ему там было: болтаться над заварушкой и никуда не лезть? – не отрываясь от экрана задумался Ральф. – О! Как я его! – Именно в этот момент ты мне и помешал! – возмутилась Норт. – Если бы не я, он бы вспорол тебе брюхо! – Что? Мне – брюхо? Вот эти великолепные мышцы? Норт задрала майку. Великолепные мышцы напряглись, а сверху все это украсила грудь. Ральф наигранно прикрылся растопыренными пальцами. – Никому это брюхо не вспороть, – припечатала Норт. – Загрызу! Ральф убрал ладони и прилежно потыкал пальцем в пресс рядовой Элмерз. Коннор подумал, что сделал бы то же самое: опасно недохваливать тех, кто этого заслуживает. Норт удовлетворенно заворковала. Опустила майку и вновь развалилась на стуле. На стене реплика столкновения с подводным пылесосом развернулась в очередной проекции. Коннор уже вынес три ценных вывода из этого сражения, а Лютер, судя по всему, выписал ключевые концепции. Он даже нахмурил лоб от старательности. – Кстати говоря, – произнес Ральф и огляделся. – А ведь мы скоро покинем это чудесное гостеприимное место... – Кхрмда, – среагировал Гэвин. – И полетим в твою любимую Арктику, – прищурился снайпер. – Надолго! Гэвин скривился, точно его долбанул инсульт, и замахал ладонью. – Наверняка мы там будем жить в чудовищной аскезе, – продолжил Ральф. – Холодные бараки, сортир без дверей, как в Пэррис-Айленде... – Это ты к чему наводишь тоску? – с подозрением уточнил Маркус, засовывая руки под задницу. На проекторе картина подводных перемещений уже вывернулась буквально наизнанку, анализируя действия отряда откуда-то со стороны пяток. Коннор понял, что больше ничего интересного из этого уже не извлечет, и перевел внимание на Ральфа. – Прежде чем нас зарубят в Арктике ледорубами... Ральф выдержал торжественную паузу. Коннор почувствовал что-то невероятно знакомое в этом построении фразы. Словно бы он сам кому-то уже нечто подобное говорил. И, кажется, закончилось это на полу в комнате общего досуга, со спущенными штанами... Ральф смертельно побагровел и шумно выдохнул. – Я бы с кем-нибудь переспал, – буркнул он. Лютер демонстративно извлек из кармана смарт и быстро нажал несколько кнопок. Приложил смарт к уху и встал с места. – Дорогая? Да! Привет, это я... Конечно люблю и скучаю! Представь себе, мы сдали зачет с таким максимальным баллом, что нас тут же решили перекомандировать в особую зону... Что? Да-да, очень красивые места, природа кругом, естественность... Нет-нет, никаких болот, знаешь, северные просторы... В голову ему полетела футболка Норт. Лютер ловко уклонился и, продолжая разглагольствовать о красотах Американского Севера, прошествовал на выход. – Сноб, – прокомментировал Маркус. – Ставлю пять баксов, что у него импотенция. – Неа, я видел у него стояк в душевой, – Гэвин на пальцах показал размер стояка. – Просто верный семьянин. Дверь за Лютером захлопнулась. Норт, сверкая прессом и грудью, восстала с места и огляделась. – Полагаю, я здесь лишний, – максимально противным тоном изрек Скала. – Удаляюсь... – Валяй, – неожиданно легко согласилась Норт, явно выбрав цель. – Топай. Скала, успевший сделать подобие движения к выходу, застыл на месте. Норт прошествовала к Гэвину. Подрывник слегка стушевался, когда его резко обхватили за плечи, но тут же пришел в себя, выпрямился и радостно осклабился. Коннор открыл рот и закрыл обратно. Орать "эй, я первый подумал, что мне нужна его задница" было несколько глупо. Скала сделал очень маленький шажочек в сторону выхода. Снайперы с интересом уставились на него, одинаково щуря прицельные глаза. Скала чуть повернул голову из стороны в сторону. – Давай-давай, – кивнула Норт, буквально наваливаясь на Гэвина и демонстративно притискиваясь к нему грудью. – Я уверена, что теперь мы справимся без тебя. Гэвин обхватил ее за талию и начал излучать самодовольство примерно на пятьсот гигаватт. Скала все еще медлил. В высокой фигуре словно копилось напряжение, а потом он чуть заметно дернулся. Развернулся на пятке и неторопливой поступью уверенного в себе трехсотфунтового военного андроида направился к дверям. Коннор чуть сдвинулся, уступая ему дорогу. Абсолютно черный визор Скалы не выражал ничего. Коннор машинально попробовал стукнуться к нему за доступом, и его встретил глухой блок. В общем молчании Скала открыл дверь, шагнул в коридор, и створка за ним бесшумно закрылась. – Он и правда нам теперь не нужен? – озадачился Ральф. – Я, конечно, имею в виду низменные плотские страстишки. А ребра не треснут? Норт ткнула Гэвина пальцем в бок. – Угх! Эй! Если ты так продолжишь, я его верну, и тычь в него! – Рафики, зачем тебе этот противный пластик, – заухмылялся Маркус, демонстративно раскидывая руки для объятия. – Идем, приятель, совместно справимся с тоской и депрессией перед отлетом в Арктику! Возможно, я даже сниму по этому поводу небольшую сториз! – Во-первых, не Рафики! – яростно засопротивлялся Ральф. – Во-вторых... Дверь с грохотом распахнулась. На пороге воздвигся андроид. Черный визор бешено сиял десятками предупреждающих пиктограмм, наваленных вперемешку. – Это подлый и антигуманный поступок! – выдал Скала. – Абсолютно бесчестно выгонять меня с вечеринки! Дверь попробовала закрыться, и андроид пнул ее так, что она влетела в стену. – Это что, бунт? – восхитился Гэвин, обнимаясь с Норт еще крепче. – Ведро разбушевалось? – Всем известно, что я – самый лучший член отряда! – возвестил Скала и перешагнул порог. – Который отчаянно пытался отторгать апгрейд? – невинно уточнила Норт. Пиктограммы на визоре Скалы заметались. Коннор почти пожалел его. – Это часть социальных игр, – нашелся Скала. – Вызывающая так называемый спортивный интерес, абсолютно чуждый мне... – Так почему ты здесь стоишь и так громко орешь? – перебил Маркус. Казалось, сейчас Скала загудит, как перегретый блок ядерного реактора. Пиктограммы превратились в сплошное мерцание. Дверь опять начала закрываться, и Скала сделал два шага вперед. – Потому что это мое место. – Надо было закрыть дверь поплотнее, – ехидно сказал Ральф. – Мы бы слушали жалобные стуки блудного сына... Скала чуть пригнулся и рванул вперед с такой энергией, что от него будто пошли волны. Маркус мгновенно отскочил в сторону. Ральф не успел и поплатился. Скала схватил его за плечо и с той же энергией развернулся. Уже в развороте он начал заваливаться назад. Ральф невнятно взвыл, падая следом – и мгновение спустя оказался верхом на стратегическом боевом андроиде. – Я точно знаю, что для вас лучше, – объявил Скала. – Я просчитал около трех тысяч алгоритмов. Я идеален и не могу ошибаться. – Мне кажется, – громким шепотом сказал Гэвин, – у него комплексы! Коннор! – Я никаких комплексов ему не прикручивал, – ухмыляясь, заверил Коннор. – Он сам, все сам. Нейроинтеллект! Скала между тем уже стягивал с Ральфа футболку под невнятные и не слишком активные протесты. – Пожалуй, я должен на это посмотреть, – Маркус задумчиво сложил из пальцев объектив. – Чувствую прилив вдохновения. Очень... Футболка Ральфа полетела в одну сторону, содранный ремень с тесаком – в другую. – ...впечатляет, – закончил Маркус, и глаза его хищно вспыхнули.