Рейд с SeQretом на борту

Скала ухватил Ральфа за волосы и потянул к себе. Ральф уперся, мышцы у него на руках проступили жилистыми канатами. Второй рукой Скала провел по напряженной спине, едва заметно перебирая пальцами по позвоночнику. Ральф уперся еще сильнее, но каким-то естественным образом умудрился при этом прогнуться в пояснице. Скала добрался до ремня, попробовал оттянуть его большим пальцем, но потом все же переместился к застежке. – Н-нгх... Первый звук прилетел вовсе не от Ральфа, а со стороны Гэвина и Норт. Коннор метнул туда взгляд и обнаружил, что Норт времени не теряла. Гэвина она уже так решительно тащила вниз, что трещал стол, а трофейная хреновина опасно съехала на самый край. На ходу Гэвин тоже стягивал футболку. Коннор испытал будоражащее чувство предвкушения. Еще далекое от возбуждения, но достаточное, чтобы совершенно точно остаться и никуда не уйти в ближайшее время. Он даже готов был определить для себя крайнюю меру, после которой необходимо было бежать: два оргазма. В крайнем случае два с половиной. – С-скала, – зашипел Ральф. – Ты мне оторвешь что-нибудь! Коннор мгновенно переметнулся взглядом к месту действия. Скала действительно стягивал штаны с Ральфа так, словно собирался открутить ему ноги в районе колен и таким образом решить проблему ботинок. – Рядовой Фаулер, – металлически сказал Скала. – Подойди сюда и помоги боевому товарищу. – Почему я? – заинтересовался Коннор. – Я не могу, я записываю, – важно пояснил Маркус. – Веду трансляцию онлайн практически. – Куда, в свою голову? – Коннор! – теперь зарычал уже Ральф. – Если ты... м-мх... не подойдешь и не сделаешь этого... я тебя... убью! Это был тот самый момент, когда предвкушение превратилось в возбуждение. Резко, одним толчком. В голове словно сложился паззл: черная фигура андроида, затянутая в униформу, гладкое зеркало визора, пластиковая идеальность – и в противовес ему человеческое тело. Живое, голое, с поблескивающей кожей. Ральф умудрился повернуть голову, хотя Скала держал его за волосы, и смотрел своим черным глазом, вздернув губу так, что шрам на щеке исказился еще сильнее. Коннор скользнул взглядом от этого диковатого глаза по вздыбленным в усилии плечам, линии спины и наконец сосредоточился на оттопыренной заднице. Более светлые ягодицы, темная ложбинка между ними, тяжелые налитые яйца и почти не видный со спины вставший член. Возле стола уже игриво-взаимно рычали на два голоса, и внезапно этот дуэт мужских и женских обертонов, полных желания, словно пустил по венам кипящий тириум. Коннор сделал шаг вперед. Ладони закололо иголками, во рту сначала пересохло, а потом наоборот – слюни потекли, как у голодного пса. Скала убрал руку с бедра Ральфа, и еще пару секунд после этого иллюзия черного пластика сохранялась на светлой коже. Коннор шагнул еще раз – и оказался вплотную к дуэту. Скала зазвякал пряжкой собственного ремня. Коннор еще пару секунд раздумывал, почему андроидам выдают точно такую же форму со всеми ширинками, пуговицами и ремнями, а потом Скала сделал очень характерное движение, доставая собственный хер, и все разумные мысли тут же сместились на задний план. Коннор схватился за ботинки Ральфа. Правый, левый, носки, штанины... Ральф умудрился раскорячиться так, что штаны застряли на уровне колен, и Коннор издал какой-то невнятный звук, не в силах объяснить, что ему нужно, чтобы Ральф ненадолго сдвинул ноги. Скала помог ему – перестал возиться со своим членом и абсолютно нечеловеческим движением приподнял Ральфа одной рукой. – Эй! Подставил ладонь под живот – и поднял. Дурея от этого технически выверенного движения, Коннор сдернул проклятые штанины, и Скала сразу перестал изображать домкрат. Ральф хлопнулся обратно, и колени у него разъехались еще больше. – Н-ни хрена себе... О-оу! Коннор плюнул на то, что в одежде ему уже было жарко и местами тесно. Видя перед собой сочетание живого и пластикового, белого и бездонно-черного, он не мог больше держать руки при себе – и ухватил Ральфа за член. Столкнулся пальцами со Скалой, получил чуть ли не полную пригоршню смазки и медленно сжал налитую головку. – О-оу! – опять застонал Ральф. – Да... что-то типа такого... м-мх... М-м! Скала отпустил его волосы, но мгновенно обхватил за лицо, закрывая рот. Широкая ладонь по размеру оказалась словно намордник из какого-нибудь дешевого порно: Коннор видел только затылок Ральфа, основание ладони и кончики пальцев, ну и неестественно вывернутую в суставе кисть Скалы. Ральф опять замычал, и Коннор задвигал рукой, уже раздувая ноздри, – он чувствовал запах. Немного пота, немного возбуждения, немного синтетических ноток от Скалы. Придрачиваясь, он наклонялся все ниже и ниже, пока не уткнулся носом практически в крестец Ральфу. Провел свободной рукой по ягодице, скользнул вдоль спины вверх и дотянулся до плеча. Потом спустился обратно и словно сам себя потянул магнитом. Слюна потекла еще сильнее, и с мыслью, что такому добру зря пропадать не стоит, он высунул язык и тоже повел им вниз от копчика. Ральф замычал так вдохновенно, что перекрыл успевшую разохотиться Норт. Стол уже не трещал, вместо этого были слышны столкновения бедер и, кажется, ладоней. Коннор не менее вдохновенно лизнул снизу вверх. – А-ах!.. Если до сих пор где-то в нем были смутные опасения, что мужская жопа может чем-то отличаться в худшую сторону от женской, то сейчас они испарились. Ральф заелозил на месте, ягодицы напряглись и расслабились. Коннор разжал кулак, оставив только два пальца, и принялся сноровисто ласкать торчащий, чуть загибающийся влево хер. На головке он притормаживал, сжимал пальцы чуть сильнее – и снова опускал вниз по стволу до самой мошонки. Ральф начал дергаться. В очередной раз проводя языком снизу вверх, Коннор поднял взгляд и увидел, как уже склеились от пота волосы на затылке Ральфа, и как светлое становится более темным от влаги. Плечи залило розовым цветом, едва заметный кончик левого уха – тоже. Конор вновь обхватил член всей ладонью и принялся энергично надрачивать. На фоне уже вовсю трахались. Норт командовала парадом, выбивая из Гэвина стоны и вскрики, и Коннор опять так ярко вообразил себе это действо почти с двух сторон – и со стороны входящего в него твердого ствола, и со стороны жаркой плоти, страстно обжимающей пульсирующий член – что в штанах стало действительно болезненно. Скала чуть поднялся на локте. Визор затянуло колышущимися красными линиями, и Коннор уставился в них, как загипнотизированный. Пики взмывали и опадали, и он вдруг поймал себя на том, что движет рукой и лижет в том же мерцающем гипнотическом ритме. Ральф поскуливал, двигая бедрами. Сквозь все эти стоны и вопли он все равно услышал движение, но не смог оторваться и обернуться. Его обхватили за пояс, уверенные руки расстегнули пряжку и взялись за нехитрую процедуру стягивания одежды. Коннор охотно помогал. Высвободившийся член встал так резко, что в глазах мелькнула пара звездочек. Маркус избавил его от ботинок и штанов в рекордные несколько секунд, а потом обострившимся от возбуждения слухом Коннор услышал очень хорошо знакомый и почти привычный звук – треск разрываемой упаковки с презервативом. Маркус поймал его за член, Коннор судорожно втянул воздух и чуть не клацнул зубами по разгоряченной заднице – и на него натянули тончайшую пленку латекса. Одна рука исчезла, вторая осталась небрежно лежать на пояснице. Коннор все-таки обернулся. Маркус стоял над ним, блаженно ухмыляясь, и в одной руке держал воображаемую камеру. Коннор чуть наклонил голову, посмотрел в иллюзорный объектив исподлобья и медленно провел языком по губам. Маркус поперхнулся. – Гэ-эв! Н-нх! Да! Гэвин невнятно зарычал и в обе ладони с размаху приложился к ягодицам Норт. Коннор дернулся сам, будто его пришлепнули. Ральф замычал так выразительно, что буйный дуэт тут же вылетел из головы. Коннор развернулся и вслепую нашарил член Скалы. Тот предсказуемо обтекал смазкой, и Коннор набрал ее побольше. Продолжая поддрачивать снайперу, щедро осчастливил его задницу этим запасом и, не удержавшись, сразу же запустил средний палец в приоткрывшееся отверстие. – Мгхм-м! Одновременно с Ральфом динамики Скалы издали электрический стон. Коннор медленно покрутил пальцем, и в этот же миг ладонь Маркуса заскользила по его спине. Остановилась между лопаток и слегка надавила. Ральф почти зарычал сквозь металлопластиковую ладонь. Коннор подвигал пальцем туда-сюда, наслаждаясь тем, как его пытаются не отпустить. Член в руке словно потяжелел и сделался еще горячее. Коннор убедился, что нащупал простату – Ральф весь поджимался от прикосновения к плотному узелку. Ладонь Маркуса соскользнула на крестец. Коннор опять повернул к нему голову и столкнулся уже не с воображаемым объективом, а со знакомыми разноцветными глазами, жадно заглядывающими чуть ли не в изнанку сознания. Зрачки медленно расползались в возбужденную черноту. Сзади точно решили обрушить стол, врезаясь в него с размаху. Коннор честно поиграл с горячей задницей еще немного, пока в другую ладонь не начало подтекать – и только после этого медленно потянул пальцы наружу. Не медля ни секунды, тут же взял себя за член и приставил ко все еще раскрытому анусу. Ральф дернул головой, и Скала наконец перестал зажимать ему рот. Коннор слегка надавил, и Маркус толкнул его вперед – плавно, но настойчиво. – О-ох! Их с Ральфом голоса прозвучали в унисон, и этот звук отдался у Коннора под кожей. Горяченная ладонь на собственной заднице горела, словно тавро, которое щедро приложили и ни в какую не убирают раскаленное железо. Скала вновь перехватил Ральфа за волосы и слегка потянул вверх, вынуждая выпрямляться, словно гребаного балетного танцора. Коннор согнулся вперед, кусая губы от затопивших его ощущений. Ткнулся лбом Ральфу меж лопаток, высунул язык и поднял голову, чтобы прочертить дорожку по позвоночнику. – А-ах... Кон... Н-нх... Д-двигайся... Больше всего Коннору сейчас хотелось обхватить Ральфа поперек груди. Притиснуться к нему не только бедрами, но и всем телом. Но не получалось – ему и так пришлось пошире расставить ноги для равновесия, а наклонись он вперед – и вовсе свалился бы. Поэтому оставалось просто хвататься за гладкое бедро. Под ладонью едва заметные светлые волоски охотно встопорщились, и Коннор несколько раз просто для своего удовольствия погладил кожу, наслаждаясь напряжением мускулов. И наконец плавно качнулся: назад-вперед. – О-ох! Сдвоенные стоны и вскрики с пола наполняли комнатушку жилблока жидким огнем, растворяющимся в воздухе. Маркус рядом хрипло дышал, будто этого воздуха ему не хватало. На визоре Скалы плясали кровавые пики. Коннор закрыл глаза и погрузился в мир упоительных ощущений. Его член скользил туда-сюда почти без сопротивления, кроме разве что приятного напряжения стенок, нежно обхватывающих его раз за разом. Он не был уверен, что сможет, как Скала, точно попадать в простату, поэтому сосредоточился еще и на том, чтобы как следует надрачивать. – Д-да... а... а-а... Ральф стонал сквозь зубы, и Коннор волей-неволей следовал за этими стонами. Еще, еще, не сбиваясь, четко и так приятно... Маркус не отнимал от него ладони, подталкивая снова и снова. Сразу три человека и один андроид слились в охренительно крышесносящем ритме. Розовые облака поплыли по обратной стороне век. Одновременно Коннор как будто начал слышать происходящее на нескольких уровнях. Колючие искры виртуального электричества пробегали по спине, и он слышал: как стонет Норт и как едва не чавкает вязкая смазка в его кулаке, обхватывающем член Ральфа. Как электронный пульс пронизывает сложные механизмы Скалы и как бешено колотится сердце Маркуса. Как вкрадчиво хлюпает та же смазка, когда его член входит в горячий тоннель между светлых ягодиц, и как такой же мокрый звук получается, когда Норт резко опускается на Гэвина, вбирая его в себя по самые яйца. Он почти слышал, как стук пяти сердец и одного тириумного насоса объединяются в дрожащий рокот удовольствия. – А, а-а, ао-о! О-о! Ральф почти завыл, лихорадочно дергая бедрами. Коннор резко выпустил член и вцепился в задницу снайпера обеими руками, с трудом открывая глаза. Язык онемел и отказывался воспроизводить внятные фразы, но Коннору очень хотелось сказать... – Не дергайся, – пролязгал Скала. – Смирно, рядовой! – О-о! Ральф его не послушался, но теперь Коннор мог удерживать его обеими руками. Маркус прижался к Коннору почти вплотную, щелчком закрыл свою воображаемую камеру – и сунул руку Ральфу между ног. – А-ах! – М-м! – согласно выдохнул Коннор сквозь зубы. Глаза опять закрылись сами собой. Маркус дышал ему в самое ухо, и даже не видя, Коннор мог почувствовать, как быстро и ритмично он выдрачивает Ральфа. Коннор сам ускорился, торопясь за этим ритмом. Пот стекал по лбу и по шее, щекотными каплями устремлялся между ягодиц, ладони скользили по такой же мокрой коже. В какой-то момент он притормозил, почти остановился, жадно хватая воздух, и Ральф тут же зарычал-застонал, дергаясь ему навстречу. Коннор выдохнул-вдохнул всей грудью и снова толкнулся. Маркус хлопнул его по заднице, Коннор вздрогнул и качнул бедрами намного сильнее. – О-оух! Маркус хлопнул снова, Коннор опять рефлекторно попытался избежать шлепка – и Ральф снова отозвался довольным вскриком. Маркус врезал еще раз, и Коннор послушно взялся набирать темп. Смачные хлопки приходились то на одну ягодицу, то на другую, постепенно становясь все легче и все быстрее, и в этом безумном темпе Коннор таранил раскаленное жерло, совершенно потеряв представление обо всем, что происходит вокруг него. Всё сосредоточилось на Ральфе, его стонах – и еще на механическом пении чужих серво, звучавшем словно у Коннора в позвоночнике. Сам Скала не издавал ни звука, но все равно казалось, что где-то под пластиковой оболочкой он точно так же стонет. – А-аха-а! Коннор дернулся. Розовые облака вспыхнули и развернулись в экран, на котором он непостижимым образом увидел лицо Ральфа – нарисованное какими-то нечеловеческими линиями в сдвинутом спектре, но все равно очень хорошо различимое. Глаза у снайпера закатились, "прицельный" залился тьмой полностью, рот открылся, язык свесился набок, и все это лицо выражало такую муку и одновременно такой восторг, что Коннор не выдержал. Яйца стремительно поджались, зажатый в пульсирующем плену член ответно вздрогнул. – О-о-о! Собственный вопль превратился в надсадный стон. Коннор все-таки нырнул вперед и в самые последние мгновения, когда его сперма выстреливала в латекс, накрыл собой Ральфа полностью. Руки соскользнули с окаменевших от напряжения ляжек, и он отчаянно уперся в Скалу. Ральф под ним содрогался, словно сквозь него пустили ток. Ходящие ходуном плечи, бедра, лопатки – Коннор изо всех сил притиснулся к этому живому буйству, сам содрогаясь в протяжном и сладко выворачивающем экстазе. Горошинка в голове полыхала сверхновой. Коннор вытянулся вперед насколько мог – и поцеловал Ральфа в шею. Все еще дрожа, тот обернулся, рискуя выдрать себе клок волос. Лицо у него застыло в гримасе удовольствия – и Коннор подался вперед еще больше, с трудом поднял ногу, уперся куда-то коленом для равновесия и все-таки дотянулся. Влепился поцелуем в дико искривленные губы. Ральф мгновение не отвечал, а потом поцеловал его в ответ. Скала помог ему выкрутить шею еще сильнее, потянув за волосы. Ральф застонал, Коннор тоже. Его все еще потряхивало. В паху аж ломило от резкой разрядки. Но все-таки он прервался. – Скха... ла... ты его... убьешь... – Ничего подобного, – прошелестел Скала. – Я все контролирую. Я... – его динамики выдали мелодичный то ли стон, то ли помеху. – Я-а... Он разжал пальцы. Ральф свесил голову, шумно выдыхая. Маркус медленно вытащил руку из-под него. Коннор очень хотел закрыть глаза, но вместо этого смотрел, сражаясь с тяжестью век. И не прогадал. Маркус пару мгновений разглядывал забрызганные пальцы, а затем потянул их в рот. – А-ах! На полу достигли экстаза. Норт протяжно вскрикнула. Гэвин застонал, срываясь на утробное завывание, перешел на хрип и умолк с блаженным "о-оо...". Коннор увидел какое-то движение, инстинктивно дернул головой, уклоняясь, и все-таки не успел. Жесткие черные пальцы ухватили его за волосы. Скала потянул в сторону. – Э-эй? Он съехал с Ральфа. Мокрые тела легко разлепились. Член выскользнул, и Ральф глухо вскрикнул, поджимаясь. Подался в сторону и хлопнулся на койку рядом со Скалой. Андроид потянул к себе, и Коннор, едва соображая, что происходит, подчинился этому движению. Скала дернул – и перехватил его за горло. – Акх! Механическая рука проволокла его вперед. Коннор попытался удержать равновесие, край койки врезался ему прямо под колено, и секундой позже Скала просто поднял его и усадил на себя верхом. В задницу уперся силиконовый хер. Коннор обеими руками схватился за черное запястье. – Какого хрена? – озаботился где-то за пределами сузившегося поля зрения Маркус. – Я все контролирую, – выговорил Скала. – Просто... немного... страха. С каждым его словом пальцы на горле сжимались и разжимались, и перед глазами у Коннора вспыхивали искры. – Ко-он? Коннор отлепил одну руку и через силу помахал ладонью. Пальцы снова сжались-разжались. Ральф распластался поперек койки, словно пристреленный. Голые вытянутые ноги подрагивали. Скала вытащил из-под себя вторую руку и почти лениво расстегнул форменную рубашку, одновременно сгоняя собственный скин. Четкие абрисы в обрамлении ткани почти резали глаза своим механическим совершенством. Несмотря на убранную поддержку, Скала даже не думал откидываться назад – так и остался в невозможном для человека положении, приподняв корпус. Расстегнув рубашку до пояса, он потянулся еще чуть дальше и погладил одним пальцем член Коннора. Зацепил резинку и медленно потянул. – У-умгх! Коннор неистово заерзал. Резинку с него сняли окончательно, и Скала щелчком пальцев отправил ее на пол. За спиной опять заскрежетал злосчастный стол. – Айо-ова? – протянула Норт. – Угу! Прям... полминуты... ух... Коннор попытался зашипеть, когда его член оказался в твердой ладони. Слишком агрессивная ласка для только что отстрелявшегося ствола была почти болезненной. Скала слегка разжал пальцы и повторил движения уже гораздо легче. Коннор поперхнулся почти с благодарностью. Никогда в жизни он не думал, что будет благодарен за то, что его дрочат слабее, чем могли бы. Скала чуть приподнял его снова, и теперь Коннор почувствовал, что силиконовый, но очень горячий и скользкий хер начинает упираться ему не просто в ягодицы, а точно в анус. Коннор рефлекторно сжал коленями черный корпус, пальцы на ногах впились в сбитое покрывало, и он приподнялся сам. Даже не очень понимая, хочет ли он ускользнуть, или это просто такое движение, которое кажется правильным. – Ну, если тут у вас все хорошо, то я пойду в другое место, – промурлыкал Маркус из-за спины. – Х-х... м-м... – У нас все очень хорошо, – металлически сказал Скала. – Я позову, если по нелепой случайности окажется, что я не могу справиться. – За-аткнись, – простонал Ральф. – Не порть отдых... своими... высказываниями... Коннор, в чью жопу хер уже не просто упирался, а грозился вот-вот настойчиво войти, промычал что-то, что он сам считал согласием. Скала перестал двигать рукой, сосредоточившись только на привычно будоражащем скольжении большого пальца по головке члена. И медленно ослабил поддержку за шею. Коннор опустился ниже, надрывно вздохнув. Силиконовая головка надавила на анус, и мгновение спустя Коннор почувствовал, как она преодолевает инстинктивное напряжение мышц. Горячий ствол медленно въехал в него. Коннор застонал, закрывая глаза. Разведенные бедра подрагивали от напряжения. Пальцы ног подогнулись снова, почти до боли. Испарина под мышками начала собираться в капли пота. Скала притормозил, снова погладил его член и еле заметно двинул бедрами. Коннор резко распахнул глаза от изумления. Оказывается, это было не все. Оказывается, Скала мог войти в него еще немного. Это уже само по себе было так удивительно, что в голове зашумели помехи. – Гэ-эв! – застонала Норт. – Давай приходи в себя, придурок! Гэвин ответил невнятным стоном, и, судя по тому, как несколько мгновений спустя Норт удовлетворенно замурлыкала, двустволкой его все-таки назвали не зря. Коннор умудрялся слышать все это и даже как-то анализировать. Словно у него было два, а может и три сознания, каждое из которых было занято каким-то своим куском происходящего. Хотя больше всего его занимало давление в собственной заднице, медленно расширяющее задний проход. Скала почти не двигаясь погладил его член несколько раз. а потом очень отчетливо вздохнул. – Люди. Всего две руки, – сказал он. – Маловато. – Мхм-м? Коннор почувствовал, как на его горле расслабляется хватка – и решительно схватил запястье Скалы с новой силой. Он не хотел, чтобы его отпускали. По визору Скалы прошлось несколько багряных вспышек. Взамен он медленно разжал пальцы, выпуская член Коннора. Оперся на освободившуюся руку. Коннор скользнул одной ладонью по собственной груди, провел по животу, запутался пальцами в волосах на лобке и почти игриво коснулся головки. Удовольствие было таким острым, словно он опять оказался в скине и создал замкнутый контур. Скала ощутимо передвинул ногами, и Коннор оценил это как намерение андроида упереться в пол. Чтобы начать... – Н-нгах! Скала толкнулся в него одним мощным движением. Пальцы на горле стиснулись, и этот толчок словно разом вышиб Коннору мозги. Обратное движение, выворачивающее края ануса, было точно таким же ослепительно прекрасным. Коннор стиснул хер в кулак и принялся яростно надрачивать. Скала толкнулся снова, потом еще раз, еще – и Коннор потерял возможность считать эти толчки. Счет был слишком логическим занятием, требующим концентрации, а когда тебе вытрахивают мозги, одновременно почти не давая дышать – совсем не до того-о... Коннор застонал, захлебываясь. Как Скала и говорил раньше, кажется, примерно миллион лет назад, у него был не просто силиконовый хуй на сервоприводах, а усовершенствованная модель, которая вытворяла внутри человеческого тела умопомрачительные вещи. Непонятно вообще, почему Норт до сих пор использовала обычных мужчин, а не слилась со Скалой в вечном эротическом экстазе. – Хга-ах! За спиной почти заорали в голос. Коннор дернулся, пытаясь обернуться. Скала несколько секунд не пускал, а потом ослабил хватку. И, не слезая с восхитительно таранящего его хера, Коннор умудрился оглянуться через плечо. Скала не упустил шанса толкнуться в него именно в этот момент, выбивая очередной стон. На месте окончательно оттесненного стола творилось безумие. Норт оседлала Гэвина, но ее почти не было видно, потому что весь обзор закрывал Маркус, явно не просто так пристроившийся между раздвинутых ног подрывника. Он очень характерно качнулся вперед, и Гэвин снова вскрикнул. Совершенно одуревая от того, как движения Маркуса начинают совпадать с толчками в его собственную простату, Коннор остатками рассудка допер, что снайпер умудрился успешно пристроиться третьим. Одинаково сильные мысли "почему не я на месте Маркуса" и "почему не я на месте Гэвина" столкнулись в одной перегретой голове, и он аж застонал. Скала дернул на себя, вынуждая развернуться обратно, и снова помог сосредоточиться на происходящем. Стоны и вскрики сзади участились. Коннор и сам бы застонал и, может быть, даже покричал был, но Скала опять взялся перекрывать ему кислород, и получались только всхлипывающие торопливые вдохи. Содрогающийся от таранных ударов анус сжимался в спазмах, а продирающие движения внутрь и наружу не останавливались. Слишком хорошо, слишком приятно, слишком частое и ритмичное давление на простату... За спиной начали вскрикивать на три голоса. Коннор опять сфокусировал закатившиеся было глаза. Ральф завозился и начал приподниматься. Коннор почти перестал дрочить, оставив член сжатым в ладони. Из-за толчков снизу ладонь непроизвольно дергалась, и этого было более чем достаточно. – О-о... Ох! Ральф вцепился в плечо Скалы и поднялся на обе ноги. Визор Скалы заполнился дрожащим багровым сиянием. Динамики выдавали едва слышную ноту, которую Коннор ощущал голой кожей. Ральф выпрямился. Коннор почти закрыл глаза, но неожиданно зацепился взглядом за свидетельство того, что Ральф тоже может претендовать на звание... На звание кого, он уже не мог сообразить. Нужные слова высыпались из головы, выколоченные тяжелыми ударами в распаленную задницу. У Ральфа встал хер. Гордо поднялся часов на девять-десять. Коннор еще раз убедился, что он действительно чуть загибается в сторону. – Бля-я! – стонали сзади, и в этом стоне Гэвина было столько сладостного напряжения, что Коннора почти затрясло. Ральф сделал движение, будто пытался шагнуть прямо с койки, и Коннор оторвал от запястья Скалы вторую руку. Махнул ей, перегораживая Ральфу дорогу. Ральф пошатнулся, и Коннор ухватил его за колено. Мышцы под ладонью напряглись. – Скх-ха... От... от.. кх... – Ты думаешь, что сможешь? – в ровном механическом голосе звучала тень насмешки, резко контрастирующая с жадно горящим визором. И с движениями. Даже с тем, как спрятанный за нагрудной броней регулятор выдавал едва заметные голубые блики. Коннор попытался повернуть голову в сторону Ральфа. – Н-не надо, – сказал Ральф. – Я... Я хочу, но... Скала сделал движение запястьем, и вот теперь голову Коннора повернуло механизмом. Палец нажал возле уха, нижняя челюсть опустилась сама собой. – Задохнешься, – почти прошипел Ральф. Но Коннор смотрел прямо ему в глаза и видел там то же электрическое безумие, что плясало в визоре Скалы. Коннор провел рукой вверх по ноге, добрался до паха, где яростно пульсировала набухшая вена. Потом еще чуть дальше – и обхватил основание вздыбленного члена пальцами. Потянул Ральфа к себе, и тот со стоном сделал нужный крошечный шаг вперед. Почти наступил на Скалу, схватился за его плечо покрепче. Скала по-прежнему не давал Коннору закрыть рот, и из-за этого слюни уже текли через край. Ральф подался вперед еще немного, подчиняясь пальцам Коннора, и застонал еще громче, когда Коннор облизал темно-розовую головку. Скала чуть ослабил давление возле уха, и Коннор сам удивился, как машинально поднялась нижняя челюсть. Он едва успел округлить губы, чтобы не задеть Ральфа зубами. Вместе с этим Ральф дернул бедрами и одновременно с тем, как Скала в очередной раз толкнулся в изнасилованную простату, снайперски-точно въехал Коннору за щеку. Коннор изумленно замычал. А когда Ральф снова качнул тазом, до него дошло – этот чертов кривой хер реально загибался, он так работал и поэтому оказывался у него за щекой. – Ах-х... Кон... Следом за Ральфом застонал Скала: в своей манере, выдавая треск и скрип. Коннор чуть ли не захлебывался, позволив Ральфу самому двигаться как ему нравится и лишь иногда придерживая самые яростные порывы. От Скалы шпарило жаром, и часть этого жара проникала в Коннора вместе с погружением члена в его зад. И он представил, как давление человеческой плоти на искусственный инструмент передается Скале по каким-то неведомым трансмиттерным путям, обрабатывается и превращается в петафлопсы данных. Ненужных, нелогичных, но таких восхитительных... Динамики Скалы выплюнули скрежещущий вскрик. Горошина в голове Коннора взорвалась розовой ядерной вспышкой. – Уо-о-о! Он сам взвыл, широко открывая рот. Ральф глухо взвизгнул, резко почти перегибаясь через Коннора. Вцепился ему в лопатки мокрыми дрожащими ладонями. Коннор еще пару секунд видел, как его пресс напрягается от удовольствия, а потом красно-розовое зарево застило глаза. По языку и подбородку рассыпались горячие капли. Он повис на железных пальцах, держащих его за горло. Анус сокращался, яйца туго сжимались, между собственными пальцами вязко хлюпало. Сперма не брызнула, как у Ральфа, а вытекала медленно-медленно, почти прожигая себе дорожку. Сладостная пытка, которую не хотелось прекращать. Хотелось навечно остаться в этом красно-розовом пульсирующем райском экстазе. Ладони на спине поднялись вверх, его облапили за плечи, по щеке прошлось что-то горячее и влажное, – и его губы накрыло мягким прикосновением. Коннор шевельнул губами, вдоль его языка скользнуло что-то подвижное, и уже когда это жаркое и приятное прикосновение внезапно исчезло, до него начало доходить, что это был поцелуй. Напоследок Ральф чиркнул большим пальцем по его подбородку, стирая следы собственного оргазма. "Как жаль, – чистым безголосым эхом прозвучало в голове. – У вас, людей, есть лица, у меня нет..." "Все.. ок... – ответил Коннор, даже мысленно выдавливая слова через силу. – Ты... лучший... андроид..." Пальцы на горле разжались, и Коннор тяжело опустился на бедра Скалы. Ноги тут же задрожали. Загнанный в него хер все еще был твердым, и наверняка мог оставаться таким же часами. Но когда Коннор начал заваливаться вперед, эта твердость тут же обмякла. Распаханная задница отозвалась несколькими вспышками болезненного удовольствия. Сквозь розовый туман постепенно пробивался внешний мир. В этом мире все еще стонали и наслаждались сексом. Растекаясь по Скале всем обессиленным телом, Коннор прижался ухом к жесткому пластику и услышал, как быстро и ровно на высоких оборотах работает тириумный насос. Сдвоенный пульс сразу двух кругов тириумного обращения отдавался сквозь тяжелую броню, и Коннор все так же наполовину вслепую провел ладонью по гладкому материалу, наслаждаясь тем, что вся эта машинная мощь сейчас принадлежит только ему. От стола внезапно донесся такой звук, что Коннор вздрогнул. Одновременно с этим хер Скалы полностью выскользнул из уже порядком растянутого заднего прохода, и Коннору даже показалось, что потекла смазка. А может и... – Т'што... к'нчил в меня?.. – Нечем, – четко ответил Скала. – Мгмф! – опять раздалось сзади. Коннор попробовал обернуться, и ничего из этого не получилось. – Ты хочешь посмотреть? – осведомился Скала. – Мнмм... Скала отчетливо хмыкнул, в точности сымитировав чью-то очень знакомую интонацию, – Коннор не смог сообразить чью, – и дальше на мгновение его зрение исчезло. А потом перед глазами внезапно проступила настолько странно развернутая картина, что Коннор вцепился в Скалу, чтобы удержать равновесие. Он словно смотрел у себя над головой и видел все в каких-то странных оттенках. – О-о, – протянул Коннор, – твое зр'ние, д-да? Скала промолчал, явно отказываясь комментировать очевидное. И Коннор с удовольствием вгляделся в происходящее. Чтобы практически сразу обалдеть от кончиков ушей до кончиков пальцев. Помимо Маркуса туда успел переместиться Ральф, видимо, за то время, пока Коннор терял разум в экстазе. Вообще даже Скала видел от него только часть, потому что и Маркус, и Норт его загораживали. Но Ральф слишком выразительно пристроился в районе головы Гэвина, его широко расставленные ляжки и голые пятки не оставляли никаких сомнений. К тому же Гэвин одной рукой вцепился в его бедро. И вся эта почти слившаяся воедино группа двигалась так страстно и почти слажено, что Коннор поймал мгновение прихода. Восхитительная гармония, которую мог оценить только андроид. И одновременно – охренительный хаос вожделения, который мог оценить уже только человек. Коннор даже почувствовал тень возбуждения. Опустошенные яйца от такого аж заболели. Он скривился, царапнул Скалу по груди и постарался улечься поудобнее, чтобы не отдавливать собственный хер, казалось, надроченный до мозолей. – Очень типично для белковых, – изрек Скала, – находиться на грани истощения и все же рваться за продолжением. – Мгм-м? – Я чувствую, как ты собираешься туда ползти. Коннор зажмурился и покраснел. Он не краснел ни когда пялил Ральфа, ни когда его отшлепали, ни когда он, черт побери, отсосал Ральфу насколько мог, прыгая на резиновом хуе, – но сейчас он покраснел. Потому что он действительно распаленным нутром уже тянулся в ту сторону. Руки и ноги, налитые тяжестью и дрожью, не слушались, но все-таки он тянулся. Скала под ним пошевелился – и Коннор поехал по внезапно поднявшемуся корпусу. Съехал на колени Скалы и аж застонал от соприкосновения пережившей любовную атаку задницы с высокотехнологичными ногами, до сих пор облаченными в форму. Скала продолжил вставать. Коннор сосредоточенно вцепился в него, чувствуя, насколько слабо сжимаются его пальцы. Скала поймал его за плечи. Подхватил под мышки и заставил поднять руки. Кое-как поймав андроида за шею, Коннор повис на нем, держась исключительно за счет ладоней, переместившихся на спину и теперь поддерживающих его под лопатки. – Все, что вам хочется, – внезапно очень глубоким голосом сказал Скала, – я сделаю. – М-м... Коннор выдохнул ему в то место, где мастерами "Киберлайф" была проработана межключичная ямка, расположенная между имитацией мышц. За спиной у него все еще сладострастно и напряженно стонали, и мокрые шлепки тел друг о друга сохраняли все тот же бешеный оргаистический темп. Скала шагнул вперед, Коннору пришлось попятиться. Еще несколько шагов, от которых у него то и дело подкашивались ноги, закончились прямо вплотную к сношающимся "девяткам". – Коснись их, – приказал Скала. – Чт-то? Скала перестал его держать, перехватил за руки и медленно снял их со своей шеи. Коннор на мгновение словно повис в невесомости, потом попробовал все-таки встать – но Скала уже наклонился вперед, и Коннор начал падать. – А-а...х! Скала опрокинул его на Маркуса. Всей спиной Коннор приложился к горячему телу. Все еще мерцающая горошинка вновь ярко вспыхнула. Визор Скалы распахнулся темно-красным окном в какое-то гребаное иное измерение. Маркус под Коннором содрогнулся, и показалось, что содрогнулись все остальные. Скала развел руки еще шире, растягивая Коннора, точно на кресте. – А-ах! – О-о! – Мнм-м! – Аааах! Живые голоса перемешались с электрическими, Коннора еще раз тряхнуло, и отголоски чужих оргазмов превратились в еще один – его собственный. Скала разжал руки. Коннор мгновение балансировал на мокрой спине Маркуса, а потом резко съехал в сторону. – О-ох! Приземлиться он умудрился на Ральфа и плечо Гэвина. В другую сторону свалилась Норт, и на Коннора хлопнулась длинная женская нога. И наконец сверху опустился Маркус, погребая под собой большую часть этой прекрасной ноги и заодно лучшего и единственного подрывника в девятом отряде. В насквозь потной жаркой тишине волнами прокатывалось дыхание. Потрескивал оттесненный и встретившийся со стеной стол. – Вы... меня... затрахали, – прохрипел Гэвин. – Я, блядь, ног... не чувствую... Коннор вслепую потянулся и впихнул ладонь между ним и Маркусом, наслаждаясь мокрой топкой, охватившей его кисть. Исключительно на правах второго затраханного человека. Дерби верхом на Скале, приправленное электричеством, выжало из него все, включая желание покушаться на задницу рядового Рида. Конечность, прижавшая Коннора, дернулась. Маркус охнул и завозился, приподнимаясь. Норт вытащила на свою сторону захваченную часть тела. – Ральф! – скомандовала она. – Ты ж начал бояться помереть в Арктике? Иди сюда! – Возможно, я тогда помру до Арктики, – слабо завозражал Ральф откуда-то сверху из-за головы Гэвина. – Не уверен, что я морально готов и... – Я сейчас встану, – пригрозила Норт. Бедро под плечом Коннора вздрогнуло, и Ральф заерзал. Под приглушенные проклятья он высвободился, и Коннор даже сподобился задрать голову, чтобы посмотреть, как он поднимается. Ральф воздвигся на четвереньки, покачнулся и опустился на бок. – Мне нужен перерыв, – глухо сказал он. Норт презрительно хмыкнула, но угрозу приводить в исполнение не стала. Тяжелые шаги Скалы зазвучали совсем рядом. Он присел на корточки рядом с Ральфом. Волей-неволей взгляд Коннора переполз на силиконовый хер, внушительно и тяжело свисающий меж раздвинутых бедер. – Групповой секс расходует много энергии, – выдал мудрую сентенцию андроид. – Мне норм, – блаженно сказал Маркус. – Всегда считал, что по пять человек в постели – это весело. Что-то в этом есть эстетическое. С оттенком Китая. – Это как? – прохрипел Гэвин. – Ну в смысле их много. Значит и трахаются они наверняка мобильными группами. – Под музыку? – так же прохрипел Ральф. – С-синхронно. Вытворяя задними нефритовыми вратами невообразимые вещи. – Возможно, жуя, – механически сказал Скала. Гэвин издал замогильный сип, Норт всхлипнула, и в груди у Коннора что-то заклокотало. А потом он понял, что, задыхаясь и упираясь лбом в плечо Гэвина, хохочет до слез.