Рейд с SeQretом на борту

К вечеру сержант пришел в бодрое состояние и погнал подчиненных наружу. Вопли и стоны огласили "Обсерваторию Бэрроу", и Коннор с удовлетворением отметил, что понадобилось всего три дня, чтобы постоянные обитатели базы потеряли всякое желание следить за гостями. На истошные крики сержанта не высунулись даже роботы-пылесосы. Впрочем, их могло отпугнуть и то, что одного из них Ральф позавчера таки пристрелил, впотьмах "приняв" за врага. Наверху отвратительно вьюжило. Ледяной стерильный воздух терзал легкие, и сержант молча махнул в сторону океана. Узкая дорога, подсвеченная вешками, провела их до бесконечного шоссе Стивенсона, а потом уже протоптанная тропинка спустилась к побережью. – Через два дня сюда приходит субмарина-истребитель, – сообщил сержант, закрываясь ладонью от снега. – "Айова", ядерный реактор, лаборатории, экипаж сто двадцать человек. Мы с вами попрыгали на осином гнезде и попрыгаем еще немного, пытаясь найти что-нибудь полезное. "Тезка Гэвина, – порадовался Ральф. – К добру!" – И сильно мы его потоптали, сэр? – осторожно поинтересовалась Норт, выдыхая длинные струи пара. – Потоптали изрядно и, кстати, не нашего ума дело, зачем в северных водах находится лодка нашей с вами страны. Ваше мнение, бойцы? – Так точно, сэр! – выпалили все, на мгновение окутав тесный кружок молочным дымом. "Чрезвычайно непродуктивное посещение, – влез подслушивающий с базы Скала. – Зачем я четыре дня носил бесполезный скафандр?" "Молчать, андроид! – снова перешел в модус солдафона сержант. – Твое дело – обучаться и подчиняться!" "Обучение проходит успешно", – загундил Скала. "А что с подчинением? А?!" "Временный сбой связи, повторите обращение позднее". Легкое хихиканье предательски отметило головы "девяток" паром. – Сэр, "ледорубов" мы так и не нашли, но проанализировали следы их присутствия, – внушительно сказал Лютер. "Придурок, нас отсюда теперь не выпустят!" – перескочил на второй канал Гэвин. "Тараканье ДНК сдадим?" – присоединился Маркус. – Лучше бы это было что-то не очень сверхсекретное, – пробурчал сержант. – Это следы тириума, сэр, – вздохнул Коннор и осторожно откашлялся. – Он какой-то гибридный. Не подумайте, что мы шутим, сэр, но в нем есть органика. – Дрова? – мученически спросил сержант. – Сэ-эр, – врастяжку сказала Норт. – ДНК насекомых-холодофилов, – уточнил Лютер. – Антифриз, в общем. Сержант схватился за лоб. Отдернул руку, едва слышно зашипел. – И вы, конечно, махали в лабораториях этим говном на камеру? Махавшие стеснительно принялись ковырять снег. – Отряд! – шепотом гаркнул сержант Аллен. – Почему никому не пришло в голову спрятать от камер, как вы лазили грязными пальцами в микроскоп? Рядовой Фаулер, где твоя паранойя? – Сэр, я... – Это моя оплошность, – влез Маркус. – Простите, сэр. – Наша, – сурово исправила Норт. – У-у, боевое братство, – прошипел сержант. – И сестринство, рядовой Элмерз, я в курсе! – Нам очень стыдно, сэр, – вздохнула Норт. * * * Собранные рюкзаки демонстративно горбились друг на друге у выхода. Отряд шарахался по обсерватории и напоследок мотал нервы всем, до кого дотягивался. После передачи сержанту образцов ДНК всем было как-то стыдновато, и два дня "девятки" несли службу с неистовым рвением, пытаясь выследить зловещих русских андроидов в течение условного дня. А вечером дневное раздражение честно сливалось на местных, все больше укрепляя старательно взращенный миф. Старший научный офицер Нарчадулли точно так же из последних сил изображал радушный гостеприимный энтузиазм. Даже порывался наливать чаю. С этим предложением он снова подкатил как раз в тот момент, когда вся группа уже собралась в комнате общего пребывания и то и дело поглядывала на допотопные электронные часы, висевшие на стене. Отбытие планировалось через пятнадцать минут. Долгожданная подводная лодка уже должна была выпускать из своих недр толпу специалистов, алчущих тайно разобрать Уткиагвик по камешку. – Свежезаваренный чай! – провозгласил научный офицер. – Для улучшения пищеварения и снятия похмельного синдрома! – Меня от него тошнит, – отказался Гэвин. – Вы в нем насадку для швабры, что ли, завариваете? – Это травяные сборы, чувак! – возмутился Маркус. – Ты че, все вкусовые сосочки своим карри сжег нахрен? – Иди ты! – Это действительно травяные сборы, – закивал Нарчадулли. – Но если вам не нравится... Дверь в комнату пнули. И она, разумеется, не поддалась. Все злорадно зафыркали. Потом дверь рванули, и в проеме нарисовался сержант Аллен. И что-то в его облике было такое, что смех немедленно застрял в глотках. – Отряд, – металлическим голосом сказал сержант. – Стройся! Коннор подскочил так, словно его пнули в зад. Не возникло даже мысли отыгрывать надоевшую уже личность параноика. Остальные тоже заняли места в построении четко и без вопросов. Научный офицер застыл с чайником в приподнятой руке. Скала повернул голову, и по черному визору сквозь белые лохмы прыгнуло несколько красных линий, тут же сгладившихся в тонкую нить. – Объект не выходит на связь, – оповестил сержант. – За мной! Подошвы ботинок ударили об пол так, что истертое временем мягкое покрытие не смогло заглушить этот грохот. Скала сделал два гигантских шага, поднял махом все обвесы, лежавшие на рюкзаках, включая снайперские бандуры, и замкнул строй. Сержант ринулся в один из хорошо знакомых переходов, ведущих к запасным ангарам. – Отря-яд, бегом! – гаркнула Норт, изгнав из голоса пропитые хрипы. Нарчадулли отпрыгнул в сторону. "Девятки" устремились бегом. Пару мгновений спустя Коннора хлопнули по плечу, он не глядя подхватил протянутые обвесы, накинул один на плечо, а второй так же по хлопку передал Норт. Привычная тяжесть оружия приятно оттянула ремни, Коннор на бегу проверил, как открываются страховочные петли, и еще через несколько секунд отряд свернул в проход, ранее всегда закрытый. В ноздри пахнуло холодом и сыростью. Пожалуй, даже морозом. Мимо полетели тусклые металлические стены, под ногами загрохотали решетки, лишенные всякой подложки. Коннор опустил визор, и ночное зрение тут же активировалось. Тоннель шел под уклоном вниз. "Обстановка следующая, – прорезался сержант. – Подводная лодка "Айова" ВМС США, находившаяся в полярных водах на международной территории, перестала отвечать. Допустимое время таймаута – два часа. Допустимые слоты на таймаут – три. Итого шесть часов. Связи нет уже двенадцать". Коннор попробовал просчитать, что именно может в такой ситуации сделать команда из семи человек и одного андроида и какую пользу это принесет – и спасовал. – Стой! – скомандовал сержант. Отряд резко затормозил. Сержант хлопнул по контактной пластине, и шлюз окантовался подсветкой. Но не открылся. Сержант матюгнулся, вытер ладонь о штанину и снова приложил. Прошло несколько секунд, сержант выругался еще раз и дополнительно полез под панель, откуда почти сразу запиликало. "Он что, набирает код? – изумилась Норт. – Это такая древняя база?" "Ничего удивительного, – вздохнул Лютер. – Думаю, строили ее очень долго и очень медленно. Если смотреть на прирост населения, то это самый конец двадцатых. Потом снова отток в начале тридцатых, потом опять прирост в последние три года. Думаю, где-то тогда и строили основное". Шлюз наконец среагировал и без особой помпы раскрылся. – За мной, – опять скомандовал сержант. Еще один коридор вывел отряд прямиком на знакомую пристань. Правда, совершенно пустую. И дико холодную. Как будто вместо воды под каменным куполом плескался жидкий азот. – Сэр! – на бегу возмутился Маркус. – А где все "Посейдоны"? В видео же было! – Имитация, – на ходу бросил сержант. – Проект на будущее. "Айова" – первая. "Везде обман", – уныло пожаловался снайпер. "Зато Айова всегда первая во всем", – как бы утешил Гэвин. Темная ледяная вода тяжело ударялась о причальные фермы. Прожектора ярко сияли, и вся эта металлическая безжизненность давила на нервы. Сержант держал курс к впаянному в скалу подобию рубки – за ее мягкое желтое свечение сразу цеплялся глаз. Кто-то за спиной сдавленно чихнул. Коннор сморщил нос на бегу. Запах йода, водорослей и соли царапал носоглотку, измученную арктическим воздухом. Сержант вскочил на подъемник, остальные попрыгали следом – Будем прочесывать окрестности, – все так же коротко разъяснил сержант. – Инструкция есть, но придется попотеть. Фаулер! – Так точно! Когда подъемник остановился, Коннор уже пригарцовывал от нетерпения. Очередная дверь снова потребовала от сержанта сверхчеловеческих усилий по вводу кода, и наконец отряд был допущен в контрольный центр. – Даже экраны не цифровые, – пробормотал Ральф. – Иисусе. – Людям свойственно считать, что аналоговые механизмы более долговечны, – разъяснил Скала. – Потрясающее заблуждение. Ха. Ха. Ха. – Молчать, – без выражения приказал сержант. – Фаулер, держи инструкцию. Коннор козырнул, и прямо на визор ему прилетела коротенькая инструкция. Никого не спрашивая, Коннор тут же движением глаз перекинул ее на иконку Скалы. Мозг еще дочитывал последние скупые строки, а руки уже действовали сами: запускали, выполняли нужные последовательности, вводили коды и команды. Экраны включались один за другим, и постепенно центр оживал, наполняясь едва слышным гудением. Скала шагнул к нему и привычно положил горячую ладонь на плечо. – О, – Маркус ткнул в экран слева. – Я в Алабаме такое видел! Это морское дно. А чем пеленгует? Старлинк? – Донные радары, – сказал Лютер. – Я читал. – Представлены в четвертом номере "Армия-2037", – согласился Ральф. – Опытные экземпляры. – Значит, и база не такая уж старая, – прищурился Гэвин. – Если бы я знал, что вы такие умные, никогда бы не стал вашим командиром, – заехидничал сержант. И сразу же сделалось ясно – ситуация стала немножечко лучше, чем полное говнище, раз сарж опять язвит. – Теоретически донники должны нащупать то, что не видят обычные? – экстраполировала Норт. – Сэр. – Так точно. – А вот это что? – Маркус переместился к еще одному экрану. – Мониторинг скального основания, – без запинки прокомментировал Гэвин. Теперь головы повернулись к нему. – Это очевидно, – высокомерно добавил Гэвин. – Я же вижу, на чем этот индейский шалаш стоит. В смысле, какая у него несущая конструкция. И кстати, вон в двух местах если подкинуть по паре кило азота, то рванет так, что все это схлопнется. – Рядовой Рид, больше ни слова, – предупредил сержант. – Это чертов внутренний терроризм. Хватит с меня ваших тараканьих какашек в пробирке. – ДНК, – исправил Скала. Гэвин заухмылялся и взял под козырек. Скала, не отпуская плеча Коннора, сделал движение вперед к мониторам, точно всматривался в них. – Рядовой, ты что, слил ему данные? – с подозрением спросил сержант. Коннор сделал вид, что не слышит, погруженный в работу со сканированием. – Ни с-слова больше, – снова прошипел сержант. – Это все должно уйти с вами в могилу! – Есть контакт, – сказал Скала, делая вид, что тоже ничего не слышал. – Пятьдесят пять морских миль. Лежит на дне. Радарная сетка на экране словно прыгнула в сторону, и в паутине тонких линий замигала одинокая точка. Коннор сверился с инструкцией и запустил сканер частот. По черному фону заскользили размытые строчки – об их четкости не заботились, они демонстрировались только для поддержки визуального интерфейса. Норт потыкала в клавиатуру у какого-то отдельного блока, и сержант немедленно переместился к ней. Они обменялись парой фраз, сильно приглушив голоса, на экране высветился некий список. – Коннор, – позвала Норт. – Ты можешь подхватить справочник границ и наложить его сеткой на радар? Скала обернулся, но Норт повелительно подняла ладонь. Коннор молча кивнул. Разобраться в справочниках было несложно, система сама угодливо подсовывала их, отзываясь на обычные ключевые слова. Обновление прогрузилось почти мгновенно, радарная сетка на мгновение мигнула, а потом снова обрела четкость. Картина дополнилась очередным набором линий. – Вот, – сказала Норт. – Черт побери. – В Алабаме такого не поясняли, – категорически сказал Маркус. – Я не понял. – Это границы, – мрачно пояснила Норт. – "Айова" в чужих водах. – В наших водах, – металлически исправил сержант. – Это наша территория влияния. – Сэр, позвольте возразить, – проявил неуступчивость уже Лютер. – Эти территории считаются спорными именно из-за шельфа. Русские считают, что часть шельфа от хребта Ломонософф измеряется по континентальной плите и принадлежит им. – Это только их мнение, – отрезал сержант. – Интересы США не учитывают мнение каких-то там... Тьфу! Сканирование частот показало ноль результатов. – Тишина, – подытожил Коннор. – Сэр, вызываем помощь? – Сэр, прошу разрешения на доступ к системам дальнего анализа, – внезапно сказал Скала. – В чем проблема? – насторожился сержант. На визор Коннору прилетело короткое сообщение от андроида. Машинально пробежав его глазами, Коннор не смог остановить брови от изумленного подъема. – Сэ-эр, – протянул он. – Это же новый "Посейдон" модели четыре-си? – Только не говори мне, рядовой, что ты опять полез куда не надо? – мгновенно среагировал сержант Аллен. "Скала, мать твою!" – так же среагировал Коннор. "Мне взламывать архивы запрещено программой, а людям нет", – обстоятельно пояснил Скала. "Ты только что меня подставил, ублюдок!" – Вычитал в журналах Лютера, сэр, – кленово-сиропным голосом вслух сказал Коннор. – Так точно, – слегка поперхнулся тот. – Чертов интернет, – прошипел сержант. – Ну и? – Пишут, что у них бывают проблемы с утечками, – обреченно вздохнул Коннор. Висящий перед глазами документ с грифом "совершенно секретно" однозначно указывал, что современные модели имеют определенную слабость. О которой, разумеется, предпочли промолчать те, кто отдавал приказ о запуске четвертого "Посейдона" в производство. Теперь это было совершенно очевидно. Брови сержанта сошлись в единую нахмуренную линию. Норт длинно присвистнула. Ядерный реактор, протекающий в океан – от такого у Гринписа и Тунберг-эко должны были случиться массовые инфаркты. В принципе у любого человека должно было сжаться очко. Даже если он военный. – Разрешаю доступ, андроид SQ800, – тяжко вздохнул сержант. – Лютер! За мной. – Есть, сэр, – слегка недоуменно отозвался боевик. "Не забывай делиться увиденным, что бы ни увидел", – тут же напутствовал Гэвин. Сержант с Лютером на третьей космической вымелись с командного пункта. После чего Скала начал стремительно сдирать белую шубу. Связь мигнула и отрубилась. – Какого хера? – вопросил Гэвин. – Лишняя изоляция мешает процессу, – отрезал Скала. – Тишина в эфире. Гэвин впился гневным взглядом в черную широкую спину. – Скала в загрузе, – прокомментировал Коннор. – Всю мощь кремниевых мозгов направил на обнюхивание шельфа, ресурсов на локальный интернет нету. Маркус, недолго думая, снял верный "Читак" и двинул наружу. – Нет бинокля – смотри в прицел, – разъяснил он всем желающим. – Сарж просто так не уйдет. – Признайся, что ты просто дрочишь на задницу нашего самого женатого члена, – мрачно пошутил Гэвин. Снайпер устроился прямо на решетках, парящих в промозглой высоте, и уставился в прицел, одновременно показав товарищу средний палец. Гэвин мстительно прикрыл дверь, оставив лишь крохотную щель. – Интересно, двенадцать часов это много? – призадумался Ральф. – Воля господня, конечно, и не то еще допускает, но они там не задохнутся? – Современный "Посейдон"? Думаю, они там год проторчать могут без проблем. – Но что-то же с ними случилось, – заметил Ральф. – Не копье же Лонгина воткнулось им в задницу. – Какое копье? – Это библейское, – отмахнулся Ральф. – Короче, почему-то же они сели на брюхо. Норт продолжала шарить в каких-то микросправочниках, но, судя по нахмуренной половине физиономии, результат ее не устраивал. – Эй, ведро, есть что? – нетерпеливо окликнул Гэвин. Ральф уже успел достать нож и задумчиво поглаживал им себя по щеке. Коннор не выдержал и постучал по прямому линку в черную голову. "Доступ разрешен", – высветилось на визоре перед самым носом. – Ого! – от неожиданности вслух выдал Коннор. На него обернулись – Я пошел на прямой коннект, – объявил он. – Отключаю вентральный... Короче, перехожу в режим мухи. Ближайшие десять секунд меня не трогать. – Вы о чем, какая муха? – не отрываясь от винтовки, заинтересовался Маркус со своей позиции. – Кибермуха, – разъяснил Гэвин. – Та самая, мозгов нет, но очень быстрая. Коннор тоже обрадовал его демонстрацией среднего пальца – и сорвался в мысленное пике. Синтетический рай принял его распахнутыми объятиями. Белые абстракции, плавные изогнутые формы, бесконечный фрактальный лес – на несколько субъективных мгновений Коннор потерялся в этом совершенном искусственном пространстве. Но все же взял себя в руки и ринулся к цели. Скала искал набор химических и радиационных откликов, обшаривая океан по спирали. Коннор мягко подхватил его поисковую лозу и перенаправил. Холодные течения, рыбы, торопливый дрейф микроорганизмов – те знания, которые более-менее сохраняются в голове любого однажды гуглившего про океаны. Скала, конечно же, знал больше, но в этом и была его проблема: слишком обширный круг интересов. Коннор искусственно сузил границы поиска, подтолкнул машину еще раз – и почти сразу Скала наткнулся на нечто. Еще мгновение анализа, и находка обросла визуальным шлейфом. Коннор откинулся назад, машинально еще чуть-чуть полюбовался великолепием чужого разума и, понимая, что легко может встрять тут навечно, принудительным усилием вышвырнул себя на поверхность. – М-мх! – ...одна-ажды, – завершил растянутую фразу Гэвин. – И будет у нас свой личный идио... ой, Коннор, а ты уже все? – Уже. И я все слышал! – Ладно-ладно. Я извинюсь. Попозже. Гэвин улыбнулся так по-волчьи, что на мгновение кольнуло в животе. Но важность найденного тут же вытеснила лишние размышления. – Вкратце: пока не фонит. Но всегда есть шанс, что говнище вот-вот ливанет в океан. Норт нахмурилась еще сильнее и раздраженно забарабанила по панели. Ральф тоже нахмурился. Оба одинаково не любили, когда речь шла о причинении вреда природе. Если с Норт Коннор еще мог понять, что она сама пережила разрушение собственной природы, то Ральф до сих пор оставался загадкой, несмотря на аккуратные раскопки в его биографии. – И что? Мы можем с этим что-то сделать? – почти прорычала рядовой Элмерз. – О, наши вышли, – одновременно доложил Маркус. – Возвращаюсь на базу. И, пнув дверь, вкатился внутрь, ловко перехватывая монструозную винтовку. – Отряд! – крикнул сержант снаружи. – Всем, кроме андроида, – вниз! Не дожидаясь подъемника, вышедший первым Гэвин начал энергично спускаться через несколько ступеней, и остальные последовали за ним. Десяток секунд головокружительных прыжков спустя отряд выстроился перед сержантом. За спиной у того красовались поднятые и раскрытые створки люка, уходящего куда-то в глубь скального основания. Оттуда струился ледяной воздух. – Здесь есть ремонтно-грузовые субмарины, – без предисловий сказал сержант. – Всего три. Совокупная мощность рассчитана на буксирование одного судна класса "Посейдон". Вопросы? – И это заранее было предусмотрено, сэр? – уважительно спросил Ральф. – Хорошо, что я не услышал ни слова про божий замысел, – осклабился сержант. – Конечно, здесь предусмотрено обслуживание подлодок. Первыми, кто этим займется в боевых условиях, будет отряд сухопутных ВС США номер девять, поздравляю. – Да, сэр! – хором сказал поздравленный отряд, украшаясь паром от дыхания. – А с радиацией субмарины тоже могут иметь дело? – уточнил Коннор. – Если вдруг что, сэр. Сержант пару мгновений смотрел в точку перед собой, явно считывая с визора данные. Потом его зрачки двинулись из стороны в сторону, и последовала еще одна пауза. – Справятся, – коротко сказал он. – Экипаж "Альфа": Элмерз, Гарднер. Экипаж "Бета": Андроников, Манфред. Экипаж "Чарли": Рид, Аллен. Коннор мгновение обдумывал назначение. Кажется, чья-то фамилия прозвучала неправильно. – На дежурстве, – продолжил сержант, – экипаж "Дельта": Фаулер, андроид SQ800. – Сэр, – почти без выражения сказал Коннор. Ему очень хотелось заорать "почему я остаюсь?", но подобные вопросы все равно ни к чему не приводили. – Если что-то произойдет, вы двое эвакуируетесь, – распорядился сержант. – Точка назначения: Анкоридж, база "Эльмендорф-Ричардстон". Доклад предоставить генерал-лейтенанту Стивену Хугу. Вопросы? – Так точно, сэр, – по-прежнему без выражения сказал Коннор. Но на этот раз ему хотелось кричать, что он вовсе не хочет эвакуироваться, если что-то случится. Он хотел сказать, что это нечестно – просиживать штаны, пока весь отряд подвергает себя риску. Он много чего хотел бы сказать – и молчал. – На борт! – скомандовал сержант. На визоре замигала иконка восстановившейся связи. "Не ссы! – подбодрила Норт, разворачиваясь к Коннору спиной. – Следи там, чтобы нас никто не укусил за жопу!" "Как ангел, присматривающий за детьми божьими", – подлил сиропу Ральф. Сержант начал спускаться. "И чтобы мы выглядели очень эстетично", – добавил Маркус. "В свежем выпуске "Дейли" анонсировали космический туризм, – поделился важным Лютер. – Агентство "Чистое небо" предлагает клиентам первый коммерческий полет в космос. Так что наблюдай внимательно, иначе у меня пропадут еще не купленные билеты". Норт и Ральф исчезли в темных недрах. "И не вздумай взломать унитаз, когда я пойду отлить", – грозно добавил Гэвин. Коннор почувствовал, как уголки губ сами собой приподнимаются. Подрывник нырнул вниз, напоследок показав Коннору кулак. "Это будет самый трендовый ролик ютуба, – пообещал всем Коннор. – Жалкие попытки рулить субмаринами в полярных водах!" "Ха. Ха. Ха", – прилежно добавил Скала. И Коннор действительно заулыбался. Пятью минутами позже, обосновавшись в главном кресле, Коннор закинул ноги на консоль и посвятил себя пристальному всматриванию в движение трех точек на мониторе. Субмарины ползли уверенно, треугольник построения соблюдался неукоснительно, и Коннор разочарованно оттопырил губу. А ведь он мог бы находиться там! Торчать в тесной рубке и собачиться с Ридом или Норт, кидая на пальцах, кому вести металлопластиковый пузырь к цели, а кому – цеплять тушу "Айовы" на крюк. – У меня вопрос, – внезапно изрек Скала, не отрываясь от экранов. – Если вы все социопатичные одиночки, то почему у тебя так скачет давление? – У меня? – высокомерно изумился Коннор. – Тебя глючит. – Температура выше нормы на полградуса, – безжалостно уличил его Скала. – Не твоего пластикового ума дело. – Мои нейросети построены на основе полимеров, – надменно исправил Скала. – Да хоть из бриллиантов сложены. Ты все равно не поймешь, почему лучше быть там, а не здесь. – Психопатическая привязанность, – смело диагностировал Скала. – Не надо иметь докторской, чтобы разобраться. Рекомендую психотерапевта. – В жопу себе засунь свои рекомендации, – с удовольствием послал его Коннор, перекладывая ногу на ногу. – Диагност по аватаркам. Сиденье под задницей тут же удобненько и ортопедически подстроилось. – К счастью, жопы мне никто из вас, извращенцев в пакетиках, не приделал. – Почему в пакетиках? – рассеянно удивился Коннор, не отрывая взгляда от двигающихся точек. – Потому что в целлофане, – гадким голосом сказал Скала и скрипнул. – Хах! Субмарины практически по океанскому дну крались к государственной границе дна на тридцати пяти узлах, соблюдая режим тишины. Маскировались под ледовые торосы, словно хитрые рыбки-разведчики. Такими темпами пятьдесят пять морских миль пришлось бы преодолевать почти два часа. Коннор честно проанализировал свое состояние и понял, что все два часа переживать стресс не сможет. Разумнее всего было бы задремать на это время. В крайнем случае – погрузиться в интернет. Коннор вытащил скинутые сержантом спецификации на субмарины и с мрачным упорством принялся их читать. Тридцать минут спустя, обогатившись сверхсекретными сведениями, за которые он наверняка тоже уже заранее подписался, сам не зная того, Коннор убрал инструкции с экрана. На экране три точки приблизились к цели едва на треть. – Скала, возлагаю на тебя обязанность тщательно следить, – сказал он. – Я займусь аналитикой. – Борда "Кэтниббл"? – неуловимо подобострастно поинтересовался Скала. – Откуд... что? В смысле? С чего ты взял? – Аналитическое предположение, – так же издевательски-подобострастно ответил андроид. – Это у тебя перегрев логических цепей, – с достоинством сказал Коннор, чувствуя, что мягкая подушка под жопой как будто бы сделалась неудобной. – Все, я занят! И спроецировал на визор подборку новостей за три последних гребаных недели, трусливо не став открывать упомянутую борду. Первым делом он вчитался в истоки арктического конфликта. Традиционное разделение "северного пирога" по-прежнему не устраивало старушку Америку, упорно желающую воткнуть вилку в кусок соседа. Тем более сосед подгадил еще в начале двадцатых, заявив, что ему принадлежит не только половина пирога, но и тарелка под ним, а также кусок обеденного стола, включая одну ножку. И ослы в ООН признали эти претензии обоснованными, даже не подозревая, чем это обернется. Теперь же Россия объявила, что на шельфе, простирающемся за границы двухсотмильной экономической зоны, недавно обнаружены залежи ценных минералов, многие из которых используются при синтезе тириума. Северный флот русских вывалил в ледяные воды несколько авианосцев и, возможно, тоже подводные лодки. Обладая этим мизером знаний, не требовалось быть гением, чтобы понять, на кой понадобилось строить базу именно здесь. До границы – рукой подать. А точнее рукой подать до шельфа, где на этой официально чужой территории и прикорнула "Айова". На какое-то время умом Коннора завладела ослепительно прекрасная картина, в которой "Айова" совершенно спокойно брала плановые образцы и вообще воровала пирог у соседа. Как вдруг к ней врывались нежданные гости и, игнорируя злобные матюги командования, начинали срочно всех спасать. Затем он наткнулся на озвученные Лютером новости про полеты: алгоритмы поисковой системы подслушивали и таргетировали, совершенно не стесняясь. Первый в мире космический уик-энд предлагал трехчасовой полет вокруг Луны, в ходе которого туристы смогут наслаждаться потрясающе красивыми видами Земли со специальной смотровой палубы. Абсолютно против своей воли автоматически подсчитав, сколько это будет стоить, Коннор мрачно переложил ногу на ногу еще раз. Следом опять шли новости про Арктику, но уже с точки зрения глобального потепления. Коннор занервничал. Гребаные алгоритмы подсовывали ему исключительно плохие новости, и из-за этого казалось, что апокалипсис уже не за горами. Мельком глянув на движение точек, он решительно убрал всю подборку и с головой ухнул в ремонтный форум. Одним из многочисленных тайных постыдных удовольствий Коннора Фаулера было чтение топиков про ремонт, сделанный своими руками. Особенно в условиях кризиса жилья и поднявшихся на этом арендодателей, предлагавших неслыханной роскоши апартаменты в Большом Яблоке: по сто квадратных футов. Разглядывая фотографии кроватей, поднятых к потолку, крошечных холодильников и кухонь, встроенных едва ли не в санузел, Коннор как никогда чувствовал себя защищенным государством. Даже их казармы на десятки человек выглядели просторнее. Там хотя бы можно было свободно дышать. От апартаментов Коннор перешел к аренде домов, от них – к строительству, а от него – к рейтингу бункеров для оголтелых выживальщиков. Наконец его выкинуло на целую подборку о купоньерах, охотящихся за акционными консервами. Эти забивали подвалы стройными рядами жестяных банок, которых должно было хватить на два-три умеренных апокалипсиса. Следом посыпались видео про хордеров. Коннор даже снял ноги с консоли, погружаясь в удивительный мир скруджей макдаков, померших под горами собственного барахла. Обычно об их смерти сообщали соседи, очень недовольные тем, что жилец сверху начинает постепенно просачиваться в интерьер. Следом алгоритмы подсунули серию историй о спасении кошек из хордерских домов, собак с живодерен и диких зверей из случайных ловушек. Бездумно тыкая в ролик за роликом, Коннор добрался до историй о содержании в домах гепардов, пум, тигров и даже медведей. Когда его выкинуло на рекламу вот-вот открывающегося в Детройте первого в мире киберзоопарка, Скала многозначительно откашлялся. – Вирус подхватил? – участливо осведомился Коннор, не отвлекаясь от разглядывания белого жирафа. Последнюю самку белого жирафа, как гласила лента под видео, убили браконьеры в двадцатом. Самый распоследний одинокий жираф прожил еще десять лет, на протяжении которых ученые тщетно бились над воспроизводством редкой мутации – но безуспешно. В тридцать втором последний белый жираф на планете умер. А теперь в тридцать восьмом его точную искусственную копию поместили в просторном вольере зоопарка. – Группы Альфа, Браво, Чарли на месте. Специально медля, Коннор как бы очень неохотно закрыл вкладки. – Есть что-то особенное? – почти скучающим тоном поинтересовался он. – Не наблюда... На экране замигал открывшийся канал связи. Скала начал какое-то движение, но Коннор его опередил: выбросил руку вперед и стремительно нажал нужную комбинацию клавиш. – Дельта, Дельта, Чарли на связи, прием. Коннор погрозил Скале кулаком и открыл рот сам. – Чарли, это Дельта, прием. Почему нарушили режим молчания? Открылся второй канал, а за ним и третий. – Дельта, нам молчание сейчас не поможет, – очень по-человечески сказал сержант Аллен. – У нас проблемы. Коннор зачем-то покосился на Скалу. – Чарли, вас понял, какие проблемы? – "Айову" съели. В зародыше удавив гражданское "что-о?", Коннор опять не удержался от взгляда на андроида. Скала поднял руку и очень выразительно покрутил пальцем у виска. Криво ухмыльнувшись от неожиданности, Коннор обратился к микрофону вновь. По крайней мере, Скала не делал умозаключений типа "галлюцинации от радиационного отравления". – Чарли, повторите, не понял. – Прочисть наушники! – прорезался еще один очень знакомый голос. – "Айову" сожрала какая-то херовина, устроившаяся на дне! – Браво, не вмешивайтесь, – велел Коннор. – Чарли, можете подтвердить? – Дельта, подтверждаю, – глухо сказал сержант. – Подлодка класса "Посейдон" захвачена предполагаемым противником и частично им же переработана. Коннор схватился за затылок. Бюрократические выражения были изобретены, чтобы тушить пылающие эмоции, которым не место в докладах и на поле боя. Но даже в этом бюрократическом виде донесенная сержантом мысль просто не поддавалась воображению. – Чарли, вас понял, – повторил он, чтобы не молчать. – Можете определить характер переработки? Каковы повреждения? Прогноз количества выживших? – Дельта, хуй бы его знал, – отчетливо выговорил сержант. – Здесь какая-то блядская подводная мясорубка. – Чарли, опишите подробнее? – чувствуя себя психиатром, попросил Коннор. – Можете определить происхождение явления? – Да кто бы мог! – снова не выдержали на соседнем канале. – Из океанского дна торчат хреновы щупальца, а из них – жопа "Айовы"! И ее жрут! С головы! – Тишина, Браво, – гавкнул сержант. – Дельта, подтверждаю, "Айова" захвачена. – Чарли, данные принял, – внезапно ожил Скала. – Маскировка уже нарушена, дайте полный видеообзор. – Дельта, а мощностей хватит? – с подозрением уточнил сержант. – Субмарины типа "Игла" снабжены новейшими пойнтами связи, – почти страдальчески сказал Скала. – Включите видео, сэр. Чарли, сэр. Иконка некоторое время помигала, а потом под ней начали стремительно раскрываться миниатюры видеопередачи. – Охренеть, – механически сказал Коннор. – Извините, сэр. Дельта принял, визуализирую. Подчиняясь движениям пальцев Коннора, миниатюры разлетелись по экранам и превратились в полноценные окна. Еще пару секунд пометавшись взглядом, Коннор перестроился, перекинул несколько экранов и получил полное изображение, слитое со всех камер. Полусфера экранов окружила командный мостик. – Скала, почему мы это все не засекли? – обреченно поинтересовался он. – Проблемы дальней связи, – невозмутимо отозвался тот. – А "Иглы" более совершенны. Радарный экран оброс новыми метками. На видео все еще шел рендер, но Коннор уже мог разглядеть, что именно происходит с "Айовой". – Чарли, данные получены, – на всякий случай доложил он. – Каков план действий? Сержант Аллен угрюмо молчал. Коннор попробовал проанализировать несусветную картину с экранов. Тяжелая атомная подводная лодка легла на дно и даже чуть ушла носом вниз, точно рыбка в поисках корма. Но, как иногда бывает с рыбками, под песком ее поджидал хищник. Тускло сверкающая металлом гигантская актиния выпростала с десяток щупалец, оплела ими рыбку и неумолимо затаскивала в желудочный мешок. Скала металлически цокнул. – Чарли, с учетом всех визуальных данных, а также территориальных сведений и слухов в сети Интернет, экстраполирую: предположительно автономная фабрика, предположительно связанная с производством тириума. Он выговорил всю фразу без пауз. Коннор машинально посчитал, что даже попал в реальный диапазон дыхания. А потом брови у него полезли на лоб. – Каких слухов? – страдальчески выговорил сержант. – Дельта, повторите, не понял. – Чарли, уточняю. Слухи о добыче тириума на шельфе в Арктике. Если просчитать коэффициент частоты упоминания, рейтинг источников, убрать дубли и почистить данные от зашумленности, то... – Дельта, вас понял, – прервал сержант. – Звучит так абсурдно, что согласен принять за теорию. Экстраполяция предусматривает безотходное пожирание атомных подводных лодок? Скала молчал, и Коннор взял на себя нелегкий труд по составлению сомнительных предположений. – Пятьдесят на пятьдесят, Чарли, – оптимистично сказал он. – Либо нет, либо им кранты. Скала с отвращением скрипнул. Коннор молча развел руками. Его натренированные на анализ мозги просто не были готовы к подобному. Фабрика тириума в них не укладывалась ни вдоль, ни поперек. На всех трех каналах молчали. – Чарли, следов эвакуации нет? – на всякий случай уточнил Коннор. – Нет. Они бы и не стали. Задавать бессмысленные "а почему?" Коннор тоже не стал. И так ясно, что в ситуации, грозящей практически третьей мировой, лучше было сдохнуть молча. Одновременно в голове сами собой выстраивались цепочки. Три субмарины в состоянии поднять одного мастодонта, но Коннор никогда не слышал, чтобы кто-то занимался перетягиванием каната под водой. Может ли операция по спасению подлодки привести к взрыву? Можно ли вообще отступить, зная, что в любой момент реактор "Айовы" может превратиться в перегретый котел? И Коннор знал, что раз уж эти вопросы пришли ему в голову, то сержанту должны прийти тоже. – Фаулер! – резко сказал тот, словно подслушал. – Включай мозги и найди мне, как вырезать из этой туши реакторы. Даю три минуты. – Вас понял, Чарли! Машинально взяв под козырек, Коннор тут же вытряхнул из системы схемы пяти самых современных и больших атомных подлодок. Тон сержанта был настолько решительным, что не оставалось никаких сомнений – если понадобится, он лично выйдет в ледяной океан и будет саперной лопаткой выковыривать реактор из-под брони "Айовы". Поэтому Коннор точно так же решительно взялся за дело. Среди найденных схем, разумеется, никаких "Посейдонов" не значилось, но это были хотя бы аналоги. Пару секунд он их пристально разглядывал, затем свел воедино и принялся чиркать виртуальным стилусом поверх образовавшейся склейки. Скала сделал к нему два шага и положил раскаленную ладонь на плечо. Изображение на экране на мгновение потеряло четкость, а потом к движению стилуса присоединилась виртуальная тень. Она то вилась следом, то начинала подталкивать руку Коннора, и в уме завертелись шестеренки, складываясь в рискованное предположение. Отпущенное в свободное плавание подсознание, помноженное на постоянное алчное желание что-нибудь анализировать и тестировать, бешено перебирало альтернативы, откидывая лишнее. И, хватая подсказки от тени, оно сводило все к одному-единственному, все более ясно вырисовывающемуся варианту. Стилус закончил плавное движение, и Коннор посмотрел на свою схему. – Гипотеза, – почти не веря сам себе, сказал он. – Сэр, тьфу, Чарли, передаю развертку. Коннор сделал еще несколько взмахов стилусом, как скальпелем, и отправил схему "Игле". И поймал себя на том, что стискивает злосчастный стилус, словно рукоять "Зауэра". Разжал пальцы и покосился на Скалу. Андроид молчал, и Коннор тоже не произнес ни слова. Он фактически предложил сержанту Аллену взвалить на себя еще больше ответственности. Рискнуть взрезать "Айову" по соединительным линиям вдоль верхних люков. А еще разломить корпус, снабженный двумя ядерными реакторами, и попробовать сбежать со смертоносным грузом, надеясь, что он не взорвется прямо в руках. Они уже даже не говорили о людях. – Чарли, почему не запрашиваете инструкции у "Айовы"? – поинтересовался Скала. – Потому что они молчат, – ответили с Браво. – Ведро! – А вы проверяли на всех диапазонах, протеиновые мозги? – мерзким голосом уточнил Скала. – Дельта, заварите андроиду пасть, – утомленно велел сержант. – Нет связи с "Айовой". Скала заскрипел так, словно кто-то попытался отодрать лист железа от ангара. Коннор глянул на него повнимательнее. По визору злыми трассировками разлетались красные тонкие линии, то и дело взбивающиеся острыми пиками. – Чарли, стойте на месте, – скомандовал Коннор, поймав за хвост какую-то сильно взволновавшую его мысль. – SQ800, выкладывай. У тебя есть идея, я все вижу. Скала едва заметно дернул головой, и пики стали еще острее. Молчание было таким упрямым, что хвост мысли словно ощетинился. Что-то неуловимое, будоражаще опасное трепетало прямо перед носом у Коннора. Он потянулся и медленно, демонстративно убрал в ноль звукопередачу с микрофона. Скала следил за его пальцем пристальным неподвижным взором черного экрана. – Ты что-то хочешь сказать, но не при всех? Шлем повернулся к нему. Красные пики дрожали, как под напряжением. – Иридиум, – произнес Скала. – На "Иглах" стоят ресиверы, с помощью которых я могу подключиться к Иридиуму. "Посейдоны" экранированы, однако есть еще сам объект-захватчик. Вероятно, полностью автономный. – И что? По спине побежали ледяные мурашки. – Моя гипотеза в том, что можно связаться с объектом по протоколу rA7. Мурашки превратились в ледяной дождь. Стук сердца подскочил до грохота танковых гусениц на крутом склоне. Почти против воли Коннор представил эту невероятную последовательность: секретная база, специализированный андроид, стратегическая спутниковая сеть и еще более секретная чужая фабрика. Ладони вспотели даже под скином. – Но-о... – выразительно протянул Скала и умолк. – Дельта, что у вас? – нетерпеливо спросил сержант Аллен. – Мы приступаем. Коннор крутанул регулятор. – Минуту, Чарли. Ожидайте. Он снова убрал звук и нетерпеливо дернул подбородком. – Что "но"? Какие проблемы? – Андроиды не используют глобальные сети, – почти неохотно поведал Скала. – Только ограниченный доступ. Что будет, если андроид попадет в сверхзащищенную стратегическую сеть? – Понятия не имею, – искренне признался Коннор. – К тому же ты к ней уже подрубался, когда мы потрошили кубинцев, и ничего чудовищного не произошло. Скала чуть наклонил голову. – Ты уверен? Коннор открыл рот – и закрыл. В голове включился фрезерный станок и бешено закрутился, обтачивая гипотезы быстрее, чем сам Коннор успевал толком их обдумать. С какой стати Скале задавать вопрос в такой формулировке? Андроид вовсе не походил на Терминатора, а будь он, например, коварным искусственным разумом, то не стал бы так активно намекать на свои планы, если, конечно, он не обладает типичной психикой маньяка, больше всего мечтающего, чтобы его поймали и выдали ему ослепительной славы... Сложно, слишком сложно. Бритва Оккама широкими взмахами отделила чрезмерно вычурное и лишнее. Больше всего Скала походил на того, кто сомневается в себе. Не умеет просить поддержки и поэтому действует по единственной известной ему схеме, пробуя выбить себе приказ или разрешение, гарантирующие, что он-то уж точно не будет виноват. Проще говоря – как и любой рядовой, Скала хотел свалить ответственность на другого. Коннор чуть улыбнулся. – Конечно, – сказал он. – Главное, не отдай случайно приказ начать ядерную войну. По визору Скалы метнулись хаотично закрученные полосы. – Шутка, – быстро уточнил Коннор. – Так, ладно, послушай. Объясняю: мы пытаемся предотвратить катастрофу. Я не пацифист и не святоша, я солдат. Но принцип армии США – защищать и охранять своих граждан. – При этом вы одиночки, – скрипуче произнес Скала. – Разве люди в целом тебе интересны? Станок снова закрутился. Это опять из каких-то внутренних тестов? А кто назначал эти тесты – сам андроид или директива сверху, призванная определить самых подходящих специальных бойцов? Следит ли кто-то сейчас сквозь затянутый красной паутиной визор? А может быть, так изощренно работает тот чертов модуль с чувством юмора? Или это переобучение искусственного интеллекта? Возможно ли, что это спонтанная девиация? – И еще мне не нравится идея засирать уязвимый океан ядерными отходами, – пожал плечами Коннор. – В конце концов, мне просто жалко нашу Землю. Если можно попробовать, то я за. Багровое свечение сместилось в отчетливый розовый спектр. Коннор вспомнил жаркую Сонору, пропахшую потом казарму и жесткий широкий подоконник. – И потом, – он опять слегка улыбнулся. – Ты же помнишь, что мы гораздо слабее, и мы будем рады, если ты нам поможешь. Ты машина, ты сильнее, твои расчеты более точные – и мы это ценим. По визору пронеслась розовая вспышка, эхом отдавшаяся в чипе, и "лицо" Скалы вновь сделалось нейтрально черным. Коннор выкрутил микрофонный регулятор обратно. Ужас и предвкушение бушевали в груди. – Чарли, на связи. Сэр. У андроида SQ800 есть гипотеза. Сэр, вы помните Кубу? На канале стояла тишина. – Чарли, сэр. Почти гарантировано, что фабрика действует самостоятельно, иначе нам бы уже прислали привет. Мы можем попытаться провернуть то же самое, что и на Кубе. Но для этого нужен Иридиум. – Альфа, Браво, отключить связь, таймаут десять секунд, – приказал сержант. Пиктограммы погасли. Еще несколько мгновений томительной тишины канули в ледяной океан. – Код доступа к сети Иридиум – "Луна красный Сатурн черный", – сухо сказал сержант Аллен.