Рейд с SeQretом на борту

Полет по трапу промелькнул в одно мгновение, и Коннор даже сносно соскочил, приземлившись на полусогнутые. Огляделся и, увидев какую-то очень строгую фигуру в синем мундире с характерной эмблемой, тут же рванул к начинающим строиться бойцам. Инстинкт солдата подсказывал, что эвакуироваться мало, нужно еще продемонстрировать боеспособность. Пальцы опять на мгновение сжались – но автомат, рюкзаки и прочее остались в самолете. При себе имелся только скин, броня, визор, намордник, нож, набор экстренной помощи... В общем-то, не так уж и плохо. На Луне выжить вряд ли удастся, а вот по той же Бразилии еще можно побегать. Некоторое количество опоздавших грустно высыпалось из самолета и тоже побежало строиться. На самом деле выходил очень приличный показатель: Коннор подсчитал, что облажавшихся всего около двух процентов. – Добро пожаловать в Техас! – могуче рявкнул человек с капитанскими нашивками. – Вы находитесь на территории базы "Старбэйс", и я, капитан О'Рейли, буду вашим проводником по пути становления настоящими космическими пехотинцами! – Ура! – тут же грянул строй новоприбывших. "Сразу крупнокалиберными зашел", – с уважением отметил Маркус. "Арктика, Тибет... Мелко плавали!" – подхватил Ральф. "Гибнуть будем в марш-бросках по Сатурну", – похоронно резюмировал Гэвин. – Все здесь присутствующие выбраны за выдающиеся личные качества и отрядные достижения! – гремел капитан. – То, что вы стоите передо мной – это свидетельство приложенных вами усилий, которые были оценены по достоинству! "Гхм", – выразительно сказал Маркус. – Ваше присутствие на сорок второй базе "Старбэйс" как никогда лучше свидетельствует, что мы меняемся! – не утихал капитан, видимо, решивший произнести торжественную речь без долгих оттяжек. – Если раньше космические силы были направлены лишь на опосредованное участие, то теперь настало время нового подхода! За долгие годы тщательной подготовки и экспериментов мы приняли решение, которое, возможно, полностью изменит наше общее будущее! "Господь с нами", – не выдержал уже Ральф. – Итак, отныне и впредь! – капитан возвысил торжественность до поистине космических масштабов. – Помимо пехотинцев, маринеров, летчиков и космических гвардейцев, в рядах армии США появятся звездные центурионы! – Ура! – прогорланил Коннор вместе со всеми. "Опять римские заимствования, – подосадовал Маркус. – И не самые правильные притом". – Некоторые из вас спросят – почему центурионы, – продолжил капитан. – Ответ прост: каждый из вас – уже выше обычного рядового! Каждый из вас – потенциальный командир в мире будущего! А ваши нынешние командиры могут взойти еще выше! – Ура! – громче всех заорал Маркус. "Не повлияет ли это на скорость получения баллов? – корыстно обеспокоился Гэвин. – Говорят, у командиров они медленнее прирастают..." – Все вы прибыли в составе уже сформированных подразделений, – продолжил капитан уже чуть менее оркестровым голосом. – Теперь вашей задачей становится укрепить эти взаимоотношения и вывести их в новую плоскость! На внутреннем канале отряда воцарилась такая многозначительная тишина, что на ноябрьском ветру стало жарковато. – У каждого отряда будет свой куратор, помогающий как можно быстрее войти в курс дела. Центурионы! Здесь будет чертовски нелегко! Кто-то из вас сломается, кому-то нагрузки окажутся не по силам! Но те, кто пройдут – выкуют себя в горниле звездного пламени! Опять надрывая голосовые связки, Коннор все-таки сумел скептически оценить последнее красивое словосочетание. Возможно, в его жизни просто было слишком много дерьма, чтобы искренне верить в такие слова. – И помните! – капитан вскинул руку к виску. – Вы – первые, кто станет фундаментом для превращения исключительного в обыденное! Справитесь вы – по вашим следам пойдут другие! И тогда, центурионы, наш девиз станет реальностью! – Небо – не предел! – вместе с еще полутора сотнями глоток выпалил Коннор. Вот тут он был готов признать, что у него даже пробежали мурашки по спине. Знаменитая фраза сопровождала абсолютно все учебные ролики и красовалась на главном сайте Космических Сил. – Свободны! – рявкнул капитан. – Следуйте за кураторами! Десятки голов поворачивались к браслетам, единый строй мгновенно разделился на группы, и все они двинулись примерно в одном направлении, но слегка разными маршрутами. Коннор покосился на свой браслет дважды. Потом попытался закатить глаза настолько, чтобы посмотреть на поднятый козырьком визор. Нигде не было никаких оповещений. Пять минут спустя на летном поле в стремительно наползающих сумерках остались только девятый отряд и капитан О'Рейли. Капитан заложил руки за спину. Подчиняясь бессловесному излучению со стороны сержанта Аллена, "девятки" по-прежнему стояли по стойке смирно. – Девятый отряд, – как бы сам для себя произнес капитан. – Алабама, "Рэдстоун Арсенал". – Так точно, сэр, – четко ответил сержант. – Всегда путешествуете в полной комплектации? Капитан выразительно пощелкал себя по невидимой преграде перед лицом. Коннор мысленно проанализировал себя и соседей и пришел к выводу, что вопрос капитан задавал не зря. Еще в "Боинге" на них посматривали, хоть и не задавали вопросов. Отряд выглядел слишком тяжело экипированным. – Всегда готовы к чему угодно, сэр, – с едва заметной улыбкой отозвался сержант. – Похвально. Мексика, Куба, Аляска... Ядерный Детройт? – Так точно, сэр, – вновь невозмутимо ответил сержант. Коннору нестерпимо захотелось взволнованно почесать бровь. Усилием воли он отодвинул все телесные надобности далеко-далеко за стеклянную стену. После того крышесносящего тройного секса он внезапно научился делать это по желанию. Правда, с трудом и не всегда полноценно. Но сейчас вышло идеально. – Сержант, разрешите задать несколько вопросов вашему отряду? Последовала крошечная, миллисекундная пауза, практически незаметная. Однако она хорошо демонстрировала, что сержант Аллен действительно размышляет, прежде чем дать разрешение капитану. – Да, сэр, – кивнул он. – Благодарю, – капитан повернулся к Лютеру. – Рядовой Андроников, "Тайфун-два"? – Так точно, сэр, – откликнулся Лютер, вроде бы как всегда добродушно, однако невероятно обострившимся чутьем Коннор почувствовал, что ему неприятно даже слышать это словосочетание. – Рядовой Элмерз, "Зомби Кэтс"? – Так точно. И снова вербальный сигнал: чуть более равнодушные и механические интонации, чем нужно. – Рядовой Манфред... Кодовые названия следовали одно за другим. Коннор за эти несколько секунд успел почти с любопытством перебрать свой послужной список. Перед ним капитан ткнул Ральфа в больную мозоль, упомянув только одно слово – Кентукки, – а потом сфокусировал внимание на Конноре. – Рядовой Фаулер, – и тут капитан впервые за весь опрос тоже сделал крошечную паузу. Словно тоже перебирал список и не мог определится. – "Амбрелла Ген"? Это был словно удар под дых. Мысли отчаянно вскипели, и в считанные доли секунды перед внутренним взором пронеслись обезображенные тела, слепо ползущие куда-то и щелкающие зубами, чистые лабораторные коридоры, гребаный мейнфрейм, не отвечающий на команды целой группы обученных специалистов... – Так точно, сэр, – ответил он. – В фазе два. Капитан кивнул. Снова обвел взглядом всю группу. – Сэр, вы не спрашивали меня, – беспардонно влез Скала. – Мне это не нужно, – невозмутимо ответил капитан. – Про андроидов я знаю абсолютно все. Итак. Общий вопрос, сержант, если вы позволите. – Да, сэр, мы слушаем. На этот раз ответ сержанта содержал целых два дополнительных слова, а это означало, что он уже слегка теряет терпение. Вероятно, одиннадцать лет с грифом "Х-1" в личном деле позволяли ему подобное. – Как вы полагаете, почему вы находитесь здесь? В воздухе повисло точное понимание, что сейчас кто-нибудь брякнет "благодаря статье в журнале" или, что хуже, "по рекомендации нашего андроида". Поэтому Коннор немедленно открыл рот. – Благодаря теории совпадений, сэр! – выпалил он. – Очевидно, что мы не вписываемся в типовой стандарт военнослужащего Космических Сил, сэр, поэтому есть предположение, что были учтены какие-то дополнительные факторы! – Возможно, нас рекомендовали андроиды, сэр, – все-таки влез Гэвин. Очевидно, что серьезность происходящего его доконала. Именно поэтому никто из них не соответствовал стандарту идеального бойца каких угодно сил. Кроме тех, которые носили гриф "Х-1". "Растерзаю!" – пообещал сержант. И капитан О'Рейли неожиданно улыбнулся. – Что ж, нестандартности мышления вам не занимать. Желаю удачи, девятый отряд. Держите в уме мысль, что на вас будет обращено гораздо больше внимания. Он сделал движение, которое однозначно показывало, что капитан собирается уходить. – Сэр! – словно со стороны услышал себя Коннор. – Так все же! Кто нас рекомендовал, позвольте спросить, сэр? – Если это не военная тайна, – тоже развязала язык Норт. Капитан задумчиво осмотрел весь отряд, точно оценивал, стоит ли делиться с ними важным секретом. И наконец принял решение. – Все прибывшие на "Старбэйс" выбраны по спискам, проанализированным десятками специалистов. Но ваш отряд рекомендован предсказательными алгоритмами квантового суперкомпьютера "СТАР Альфа". * * * В рядах пятьсот двадцать седьмой сбылись худшие прогнозы Гэвина, несравнимые с Аляской и кислородным голоданием в Тибете. Куратором девятого отряда тоже оказался сержант – со звучной фамилией Даннингс и неожиданными лычками Е-7. Очень хотелось спросить его, почему он будет курировать маленький отряд, а не целый батальон, но Коннор благоразумно свернул язык в колечко. Первым делом куратор поинтересовался технологическим обеспечением отряда и искренне восхитился имплантами-передатчиками, чуть насмешливо похвалив "девяток" за мастерскую маскировку под андроидов. Скины его тоже впечатлили, в основном потому что были "толстые, как жопа отставника". И, наконец, он пояснил отряду, что прекрасно осведомлен об их проштампованных досье, и это вселяет в него надежду, что такие прожженные бойцы понимают – ничего хорошего их тут не ждет. Пока отряд проходил общие тренировки вместе со всей ротой, куратор слился в противоестественном методическом экстазе с сержантом Алленом, и вдвоем они породили программу "универсальный звездный солдат". Презентовав ее ровно на день благодарения. Вместо индейки. Наименование вызвало припадки остроумия в отряде, но надолго их не хватило. Программа, которую Даннингс назвал смелым экспериментом, выглядела чистым убийством. В итоге Лютер переименовал ее в экспериментальный геноцид и почему-то припомнил какие-то живодерские опыты с людьми в Гане. Все стадии неверия, эйфории, восторга и чуть ли не радостной истерики, в которых девятый отряд до сих пор купался, отхлынули перед этой программой и трусливо ушли в канализационную трубу. Со всей очевидностью сделалось ясно, что за красивым званием звездных центурионов скрывается не просто тяжкий труд до седьмого пота, а самая настоящая адская мясорубка, из которой вылететь полуобглоданным и ногами вперед – раз плюнуть. Комплекс "Старбэйс", ежедневно запускавший на орбиту самые разные корабли, любезно предоставлял полигоны для отработки боевых операций в буквальном смысле на внеземных плацдармах. Несколько гигантских сооружений занимали огромную территорию в десятке миль от базы. Космодром и эти сооружения постоянно порождали чудовищный шум. Исчезал он только когда тренирующиеся попадали внутрь инфернальных пирамид. Больше всего девятый отряд единодушно возненавидел "Тессеракт" – невероятную глыбу, расположенную в системе подвесов и ротаторов. Внутри глыбы создавалось переменное поле тяготения: от невесомости до чудовищных нагрузок, от которых печенка норовила профаршироваться сквозь тазовое дно. Снаружи работу "Тессеракта" сопровождал рев, перекрывающий даже грохот двигателей стартующих шаттлов. А внутри было почти тихо, и от этого особенно остро слышались матюги тренирующихся. – Звездный десант! – рычал Гэвин в один из одинаковых дней, закладывая петлю вокруг развесистой внутренней конструкции. – Что-то мне это напоминает! – Битву с тараканами! – соглашался Лютер, вписываясь в узкую дырку, одну из сотен, пронизывающих нечто сыроподобное. – Было такое кино. Отвратительное! Блядь! Тихий луч ударил откуда-то с условного потолка. Коннор пнул воздух и смог увернуться, разминувшись с лучом на считанные дюймы. – Опору! – скомандовал Маркус, разворачиваясь в плавном полете. Лютер, ближе всех находившийся к жестким поверхностям, ударил ботинками, лязгнули захваты, и он вытянул руки. Коннор почти увидел, как скин и бронекомплект фиксируют его мышцы. Маркус уперся подошвами в растопыренные ладони, мягко присел, гася инерцию, и так же мягко поднял "Лазермена" к плечу. По его телу тоже прошли едва заметные волны фиксации. Маркус чуть повел дулом из стороны в сторону и нажал на крючок. На визоре у Коннора едва заметно мигнула красная точка. – Есть! – порадовался Маркус. – Ха-ха, ну, кто здесь элита? "Держи язык за зубами", – посоветовала Норт, но в ее голосе слышалось удовлетворение. Перестроившись, отряд двинулся дальше. – Внимание! – встревоженно сказал женский голос из пустоты. – Стабилизирована орбита, возвращение тяготения через три минуты! Вектор Си-четыре. "Ориентир!" Сраный будущий пол находился по четвертому вектору, то есть сейчас располагался где-то на стене. "На восемь часов и тридцать градусов, пятьдесят футов! Трасса прямая, одна гребенка, успеваем". "Скала?" "Подтверждаю, оптимально". "Погнали!" Гусиный клин бойцов, закованных в маскировочную броню, устремился на восемь часов. В уголке визора мигали цифры обратного отсчета. В разных направлениях метнулись группы, зафиксированные на визоре как иные отряды. Отталкиваясь от воздуха, Коннор лирически мечтал, что однажды у каждого центуриона еще и будет свой реактивный миниатюрный ранец. Пока что в программе тренировок было жестко прописано, что все ситуации отрабатываются только в сценариях внезапного нападения, когда никто ни к чему не готов и нужно ориентироваться прямо на месте: в трусах и с "Зауэром". Успели они даже с запасом. Тяжесть надавила на плечи. На мгновение привычно показалось, что вся масса земная садится на шею, но потом позвоночник привычно подсократился, а на визоре высветилось 0.75 G. – Сейчас я блистательно исполню лунную походку, – пообещал Маркус. – Ни в одном ТикТоке еще такого не выкладывали!.. – Обнаружена пробоина корпуса, – грустно сказал женский механический голос. – Ближайшая станция кислородной подзарядки – сектор четырнадцать. В отряде хором застонали. День, как всегда, закончился внезапно, хотя мерещился абсолютно бесконечным. Устало потирая красные от перегрузок глаза, бойцы расползались по казармам, волоча кажущееся неподъемным после многочасовых тренировок оружие. Коннор в первую очередь полагался на скин. Удивительно, но кроме них подобных мощных версий ни у кого не было. Лютер уже успел найти какую-то крохотулечную статью про сложности выпуска "полимерных экзоскелетов класса два", а Коннор, в свою очередь – разродиться теорией, что подобные скины нормально сидят только на тех, у кого в голову вделан передатчик, наверняка контролирующий нужный уровень биоэлектричества. Скала традиционно потащил лавровый веник на свою сторону, утверждая, что контроль над состоянием скинов осуществляет лично он. Куратор Даннингс, до которого долетали отголоски этих споров, поставил точку, разъяснив, что раз уж девятый отряд больше трех месяцев уже таскался в этом облачении едва ли не во сне, то лично для их группы было принято решение включить в план тренировок данный фактор. И если все будет и дальше так же неплохо, то остальные отряды получат свои версии уже совсем скоро. "А вот в "Рэдстоуне"..." – затянул было тогда Гэвин. И куратор Даннингс немедленно назначил всем дополнительную тренировку. Гэвина даже никто не обматерил – настолько не хватало на это физических возможностей. – Слушайте, а мне кажется, или мы реально уже неделю вместе не собирались на отдых? – отчаянно зевая, поинтересовался Лютер, пока они топали по дорожке из красно-белого известняка. Далеко за горизонтом взревывали стартующие "Фальконы", озаряя холодное небо бледными вспышками. Там же неустанно сновали многочисленные андроиды, которых на "Старбэйсе", кажется, было даже больше, чем людей. Модель их называлась GW890. Коннор твердо был уверен, что название расшифровывается как "Галактические воины", и никакие воззвания Лютера к здравому смыслу и номенклатуре не могли его переубедить. – Кто сказал отдых? – проворчал Маркус. – Это слово из какого-то вымершего языка? – В моем словаре есть только "нервно поспать", "жадно пожрать" и "спешно поссать", – поддакнул Ральф. – И не умереть, – внес дополнение Гэвин. Сержант Аллен шел молча, преступно заглядывая в планшет на ходу. Коннор тоже косил туда глазом, не в силах удержаться от соблазна. Даже если на экране не было ничего интересного, все равно было приятно посмотреть на какие-то обыденные вещи. А еще он вспомнил, как на первой же "каютной" вечеринке по поводу нового назначения вырубился ближе к полуночи наглухо. Не потому что напился, а просто устал. И пришел в себя только от храпа над ухом, издаваемого еще одним центурионом. – Мы можем прийти к тебе в гости, – наконец подала голос Норт. – Правда, есть риск там и уснуть... В планшете светились ежедневные медицинские корректировки. Два сержанта, посовещавшись и даже, как поведал Скала, притянув его за микросхемы как эксперта, составили еще один план. Он заключался в индивидуально определенных дозах то ли витаминов, то ли энергетиков. Их девятому отряду надлежало поглощать каждый день, а иногда даже два раза в день. "Куратор Даннингс сообщил, что человеческие организмы склонны к разрушению начиная с тридцати лет, – не преминул уточнить Скала. – И что в центурионы принимают лиц от двадцати пяти до тридцати пяти, но лучше ближе к двадцати пяти". Все лица, которым тридцати пяти вовсе еще не было, повозмущались. В итоге решили для успокоения считать, что в первую очередь сержант Аллен заботился о своей пригодности к несению службы, а остальных тащил прицепом. Из чувства ответственности. – А интересно, здесь есть пойнты для отдыха? – осоловело задумался Коннор вслух. – Сэр, вы не в курсе? Бары, лаунжи, парки аттракционов... – Кому мало аттракционов на полигоне, могу добавить, – рассеянно ответил сержант. – Ни в коем случае, сэр! – Только если вы чувствуете, что мы способны на большее, – героически добавила Норт. – Если рветесь в бар, значит, точно способны! – Ой, я к Лютеру не пойду, – тут же определился Ральф, хватаясь за шрам. – У меня еще два покаяния в приложении не прочеканы... – Не вздумай каяться вслух после отбоя, – буркнул Коннор, запинаясь о плитку. – Уй... Я буду спать! По загадочному стечению обстоятельств, в котором Гэвин сразу же усмотрел злой умысел, их казарма находилась дальше всех. Коннор, наоборот, был склонен оптимистично рассматривать это как демонстрацию того, что их считают достаточно квалифицированными, чтобы дать им отдохнуть нормально среди сосен. Бойцов расселили по двухместным комнатам. В самом начале все бодро шутили на тему укрепления отношений и перевода их в новую плоскость, но после первых дней тренировок стало вообще не до шуток. Либидо упало туда же, куда и желание заниматься хобби или хотя бы читать новости. За последнее все еще цеплялся Лютер, но в гораздо меньших объемах. Самая свежая новость от него была три дня назад – "Киберлайф" таки выкатил свой аддон, и количество отслеживаемых девиаций упало почти до нуля. Независимые журналисты даже подсуетились со своим собственным расследованием, опросив много десятков андроидов. Пытались выяснить, не является ли патч просто "кляпом", удерживающим стресс в узде. Судя по всему, "Киберлайф" не наврали. На горизонте маячили смутные законодательные перспективы о присвоении андроидам специальных прав, регулирующих защиту искусственного интеллекта третьей категории. "И вы все еще не достигли тысячебалльного скоринга, – мстительно напомнил Скала. – Поэтому про предсказательные алгоритмы я вам не расскажу. Ха. Ха. Ха". На внутренней связи повисло шипение и сипение, выражающее общие мысли отряда. "Мы скорее умрем, чем дорастем! – Маркус перекинул винтовку на другое плечо. – С момента назначения капает по баллу в неделю!" "Не преуменьшай", – строго сказала Норт. "Ну по два!" "Это потому что кто-то – мазила", – сладко пропел Ральф. Маркус зарычал вслух. Сержант сделал вид, что ничего не слышал. "На самом деле вам нужно немногое", – тоном Сатаны-искусителя сообщил Скала. И даже взял подобающую паузу. "И что же это?" "Вам нужно попасть в «Куб»". Канал вновь переполнился стонами. Скала явно подгадал свое высказывание, синхронизировав его с медиаэкраном, мимо которого отряд топал. На экране медленно вращался "Куб". Орбитальная станция, настолько большая, что в "Старлинке" из-за нее возникала дырка. Для компенсации на орбиту станции вывели несколько отдельных спутников, которые торжественно летали вокруг нее, словно важные крохотные луны. Станцию начали возводить еще в двадцать седьмом. Автором амбициозного проекта предсказуемо был гений Илона Маска, поэтому инвесторы не скупились, и даже федеральное правительство вступило в долю. К настоящему моменту на станции постоянно тусовался целый дивизион ученых, включая зарубежных гостей, и каждый там осваивал какой-то свой грант. От размножения млекопитающих в невесомости до выращивания сортов гигантской кукурузы. Причем никто из них не был хоть сколько-нибудь обученным специалистом для космических изысканий. Гигантская станция работала по принципу пятизвездочного отеля, где совершенно не нужно было сдавать экзамен на умение ремонтировать в прямом смысле внеземную технику с помощью гаечного ключа и справочника. Вся эта сверхзащищенная махина стоила очень, очень дорого. Перспективы отправки в "Куб" были весьма призрачными. "Ну, если ты напишешь еще одну статью о пользе солнечной радиации для роста скиллов, то может быть и попадем", – заключил Гэвин. * * * – Итак, помните, центурионы! – капитан О'Рейли прохаживался перед ротой. – Сейчас вы лучшие из лучших, но вам необходимо запомнить одну вещь! Вы – не элита! Вы – не исключение! Вы должны всегда держать в голове, что вы бойцы обычной пехоты! – Да, сэр! – отозвались ряды. – Сегодня мы сражаемся за наше государство на Земле! Завтра это же может случиться и в космосе! В будущем – на любой другой планете! – Да, сэр!!! – Сможете вы – смогут и другие! – Да, сэр! – Запомните! Небо... – Не предел!!! Лишенное предельности серое небо равнодушно посматривало с высоты. Его абсолютно не волновало, что центурионы собираются ступить на хрустальную твердь тяжелыми основательными ботинками "Вирджин галактик" – с прослойкой, магнитной подошвой и автоматически выпускающимися зацепами. Такой же равнодушный ветер свистел в ушах и стремился забраться в шлем. Совершенно не элитные, но отлично подготовленные сто двадцать человек смотрели прямо перед собой – на многофутовую башню "Супер Игл", тянущуюся к этому самому небу. Свой первый полет в космос Коннор представлял совершенно не так. Точнее, он его вообще не представлял. Но даже если и поддаться такой безумной фантазии, вспомнить неземные кущи в местечке на букву "М", то скорее мерещились привычные по фильмам тяжелые скафандры, круглые прозрачные шары шлемов, кислородные ранцы и прочий старый добрый антураж. Вместо этого скафандр напоминал чуть более продвинутую версию водолазного костюма. Скала уже успел изойтись на комментарии, что электронная начинка каждого из скафандров в среднем умнее своего биологического носителя на один и четыре. Один и четыре чего именно – он не уточнял. Шлемы больше смахивали на мотоциклетные, ранцев для полетов на орбите не предлагалось, кислород поставлялся в таблетках целыми штабелями. – Сорок восемь часов, программа максимального погружения, – воодушевленно произнес капитан. – Пакеты с программой будут автоматически распакованы, как только вы высадитесь в "Куб". Желаю удачи! – Ура-а! "Ведро, готовься, – ликующе добавил Гэвин. – Тысяча баллов скоринга – и все твои грязные секретики будут вскрыты!" "Ауф-ауф!" – согласился Ральф. "Сначала не облажайтесь", – высокомерно ответил андроид. Повинуясь подсказкам на визоре, Коннор захлопнул шлем, и на прозрачном пластике едва заметно зеленым подсветились показатели: пульс, кровяное давление, насыщенность кислородом... Все остальное было за границами маленького виджета. Вообще, было немного странно еще будучи на Земле уже начинать тратить космический паек, но тут лучше было не спрашивать. Потом можно было написать ревью – это поощрялось и одобрялось. Куратор даже сказал невероятное для армии слово "эджайл", когда раздавал доступ к порталу обратной связи. Типа, такие системы, тестируемые живой силой, готовы меняться, если это действительно необходимо. Норт в тот момент беззвучно призвала всех держать себя в руках. И на следующий день первой настрочила на портал, что в костюме гравитационной поддержки неудобно лежать и бездельничать, а также нет охладителя. Строго организованный людской поток постепенно втягивался на платформы подъемников, мотающихся вверх-вниз без передышки. Коннор успел заметить, что сначала они задерживались на десять секунд, потом стали сокращать интервал, и к моменту, когда дошло до девятого отряда, сновали уже как поршни в двигателе. Видимо, сначала пассажиров доставляли на самый верх "Супер Игл". По крайней мере это-то не было секретом – супершаттл, предназначавшийся для транспортировки почти полутора сотен человек, был утилитарно набит посадочными местами, как банка килькой. Сидячих мест там не было вообще – только вертикальные ложементы с фиксацией живого груза во всех потенциально отрывающихся и ломающихся местах. "Если начнем разваливаться – не забывайте красиво гореть", – наставлял Гэвин, когда подъемник уже тащил их к погрузочному люку. "Господь не допустит", – уверенно ответил Ральф. "Согласно статистике падения летательных аппаратов..." "Заткнись, Лютер!" Внутри корабля их встречал еще один подъемник, уже кольцевой. Не теряя скорости, прибывшие разбежались согласно нумерации на визоре. "Тринадцатый номер, – кисло сообщил Ральф. – Уверен, это Скала подстроил". Подъемник взлетел на десяток ярдов, отжав внутренности и желание разговаривать куда-то к пяткам. На визоре строго замигало требование занять место. Коннор развернулся и четко, затверженным до автоматизма на тренажерах движением внедрил себя в ложемент. Номер четырнадцать, третий ряд снизу. "Будет на кого блевать", – порадовался Маркус, занявший пятнадцатое место. Ремни, застежки, фиксаторы – руки сами собой выполняли нужные движения, а мозг все силился осознать, что сейчас вот так вот – обыденно и неэлитно, как учил капитан О'Рейли, – они рванут за пределы атмосферы. Посмотрят на Землю с небывалых высот и изрядно потеснят ученых. Вопрос про них тоже задавали во время общей теоретической вводной по "Кубу", и капитан уверил всех, что гражданских надежно изолируют. "Взлетная готовность две минуты, – вкрадчиво прошептали из наушника. – Ожидаемая перегрузка – четыре, цикл пять, по одной минуте, интервал одна минута. Расчетное время прибытия – полдень по тихоокеанскому". Коннор мгновенно подсчитал соотношение впихнутого в них с утра сержантом энергетика с пятью циклами умопомрачительных перегрузок и неожиданно повеселел. Выглядело нормально. Абсолютно стандартно и в каком-то смысле даже скучно. Можно тиражировать на любых крепких парней и девчат, решивших, что отныне они будут нести службу во имя Америки не только на голубом шарике. "Тысяча баллов, – размышлял Гэвин. – Конвертируем в валюту и рекомендации после окончания контракта, получаем приличную жизнь..." "А ты лишь о своей личной жопе думаешь! – неожиданно взбрыкнул Маркус. – Эгоист херов!" "Не понял?" "Мы летим в космос, а он баксы считает. Тьфу!" "Я реалист, отвали!" "О душе неплохо бы подумать", – подпел Ральф. "Посмотрю я на вашу духовность, когда жрать нечего будет! Не одна Аризона с капустой рассталась!" "А ты что будешь делать, дивиденды жрать или купоны стричь?" "Уж найду, как не помереть, не плачь обо мне, детка". Обменявшись пылающими взглядами, спорщики гордо отвернулись, насколько пускали головные крепления. "Я бы смотрел в сторону лунной гидропоники, – дипломатично сказал Лютер. – На случай продовольственного кризиса". "И купол на Марсе", – успел сказать Коннор. После чего в ушах предупреждающе щелкнуло, освещение в "Супер Игл" погасло, и пальцы сами собой нервно стиснули страховку. Внутри корабля топорщилась мягкими шипами знакомая звукоизоляция, и тем не менее, когда движок "Раптор-Х" пошел на разгон, всю многофутовую башню наполнил глухой рев. Ощущение исчезающей опоры накатило волной. Следом сработали механизмы ложемента, разворачивая вертикальные "поддоны" в тщательно рассчитанное расположение почти по горизонтали. Коннор почувствовал, как его ноги ориентируются относительно головы, а следом пришла первая из перегрузок. Раз – и дыхание выжало из легких. Два – и на глаза словно начал давить какой-то садист-массажист. Три – и желудок попробовал обернуться вокруг позвоночного столба. Коннор успел подобрать еще массу удивительных сравнений, и когда стало совсем херово, гигантский невидимый пресс все-таки сжалился. Отступил и дал передышку. Не было слышно ругани или стонов. Скорее чувствовалось внимательное напряжение во всем "Супер Игл", как будто сто двадцать человек заняты исключительно анализом своего внутреннего состояния. Все готовились писать вдумчивые ревью. Корабль ходко карабкался вверх, преодолевая тяготение, и вскоре на визоре снова появились предупреждающие пиктограммы, и весь цикл от нарастающей перегрузки до невесомости повторился вновь. "Вся надежда на оздоравливающий эффект, – простонал Ральф. – Как обливания холодным душем закаляют насморк, так и перегрузки должны закалять позвоночную грыжу!" "Рядовой Гарднер!" – грозно озвучил сержант. "Здесь, сэр", – уныло откликнулся Ральф. Скачком наступившая невесомость уже задумчиво перемешивала внутренние органы невидимой ложечкой. "Если у кого-то есть грыжа, то этот кто-то будет принудительно улучшен сразу после возвращения в лагерь!" "Улучшить меня может только покаяние, сэр", – вздохнул Ральф. "И целибат", – бухнул Лютер уже на приватном канале. "Значит, по возвращении пойдем каяться вместе, – твердо сказал сержант. – Я с вами, чтобы любые ваши намерения приносили максимум пользы, поэтому оценим эффективность по десятибалльной шкале". "Не вздумай сбрасывать оковы целибата вместе с сержантом", – радостно хихикая, призвал Маркус на отдельном канале. "Спасибо, сэр", – опасливо отозвался Ральф. И добавил на втором канале: "Заткнитесь, еретики". Остальной полет ничем особым не выделялся, и, невзирая на чудовищные качели, Коннор успел даже добросовестно заскучать. На этом можно было построить первый пункт будущего фидбэка: по шкале стандартности, унылости и обыкновенности от одного до десяти полет можно было оценить на девятку. Один балл зажилить на нервное ожидание возможных проблем с двигателем. Маневрирование "Супер Игл" тоже прошло удачно, его явно повторяли не один раз и даже не десяток. Любопытно, что, судя по голосу в динамиках, кораблем управляли настоящие пилоты. То ли еще не набрали специализированных под такое андроидов – например, все летели на Ио, – то ли не доверяли. Стыковка ознаменовалась мягким глубинным толчком, от которого весь мир вокруг увесисто содрогнулся, а потом ложементы начали занимать вертикальное положение. Пара минут – и все в корабле оказались "стоя". Фиксаторы ослабели. – Стыковка "Супер Игл" – "Куб" проведена успешно, – оповестил всех пилот. – Выгрузка через главный люк, расчетное время двадцать минут, резерв пять, очередность на мониторах. На визоре засветилась иконка ожидания. Коннор подергал оставшиеся ремни, проверяя, насколько быстро сможет расстегнуть замок. Примерно в середине корпуса раздался звучный хлопок, и слабое световое пятно обрисовало выход. "Надеюсь, баллы начисляют уже за то, что мы не разбились", – снова побеспокоился о своем Гэвин. Высадка шла быстро и четко, иконка сменилась на оранжевый, потом на желтый и наконец мигнула зеленым. Коннор расстегнул ремни, подсел и оттолкнулся. Прижимая руки к бокам, полетел наверх. Несколько раз сделал движения пловца, скорректировал смещение из-за принайтованного к телу оружия – и выплыл на траекторию люка. Снизу поднимались и занимали места в воздухе остальные пассажиры третьего уровня. Еще несколько мгновений – и все поплыли наружу. "Куб" встречал просторными световыми корридами, в точности соответствующими иллюстрациям в многочисленных статьях различных журналов. Даже смотровые панели были именно такими: широкими, прозрачными, позволяющими выглянуть в космос и ужаснуться его бесконечным пространствам. Сто двадцать человек заняли воображаемый амфитеатр, растянувшись между полом и потолком. – Внимание, рота! – взял слово ответственный за операцию сержант Браун. – Всем вскрыть пакеты и ознакомится с тренировочным планом! Коннор движением глаз активировал еще одну иконку на визоре. Ярлычок, до сих пор отвечавший на все попытки уверенным "нет доступа", на этот раз милостиво среагировал. Мгновенно развернулась план-схема, изображавшая "Куб" в разрезе со стрелками указателей и примерной разбивкой на сектора. Схему усеивали кодовые обозначения каждого отряда. Свой родной номер был любезно выделен голубым, чтобы уж точно не запутаться. "Ого, на самый верх переть", – вздохнул Маркус. Схема пошла помехами. Коннор нахмурился и тряхнул головой. Край взгляда уловил такие же непроизвольные движения, прокатившиеся по всей роте. "Что за помехи?" – строго спросила Норт неизвестно кого. Помехи усилились еще больше. Коннор успел возмутиться тоже, потому что цифра помехами идти не может, может только прерываться и зависать. Экран залило белым шумом. В наушниках послышался треск. – Всем оставаться на местах! – приказал сержант Браун. – Приготовиться! Коннор плавно, без лишних движений перетянул оружие под руки. Его лишь чуть-чуть повело, слава бесконечным тренировкам. Помехи словно разъехались к краям экрана, а посредине выскочил такой олдскульный поп-ап, что аж зубы заломило. В этом крошечном фрейме с плохой цветопередачей находился кто-то невероятно взъерошенный и вертящий головой. – Вы меня слышите? – голос прорывался едва-едва. Коннор максимально подкрутил звук. – Здесь кто-то есть?! Цветовая гамма изображения слегка сдвинулась, и стало видно, что это человечек в белом халате, заляпанном свежими красно-бурыми пятнами. Одну руку он неловко прижимал к груди – обмотанная тряпками во все тех же бурых пятнах, она напоминала неестественно изогнутую ветку дерева. – Они повсюду! – неожиданно закричал человечек. – Помогите! Помогите нам! Через экранчик метнулась какая-то тень, и трансляция оборвалась. На экране снова светилась схема "Куба". – Рота, внимание! – металлическим тоном сказал сержант Браун. – Чрезвычайная ситуация на объекте. Потенциальный захват противником. Кто смог определить, что это было? – Робот, сэр? – не очень уверенно откликнулся кто-то по громкой связи. – Похоже на то! – Все слышали? Учесть вводную при выполнении задания! Отряды занимают всю территорию объекта, ликвидируя сопротивление! Схема... Тут сержант слегка запнулся. Чертова схема опять пошла помехами, расплылась и задрожала, и неожиданно Коннор ощутил мозжащее тянущее чувство прямо под черепом. Непроизвольно он метнулся взглядом к Скале. По черному визору расплескивались багровые тени. Схема вновь "собралась" воедино. Но кое-что изменилось, и даже очень. Маршрут девятого отряда теперь пролегал не по верху, а уводил в самое основание. Судя по раздраженным восклицаниям вокруг, у других отрядов было то же самое. – Сэр, вопрос! – подал голос кто-то из сержантов. – Ориентируемся на старую схему или на эту? – На эту, – решительно сказал сержант Браун. – Учтите, это может быть признаком того, что вся система объекта взломана противником! Смотреть во все стороны, лишний раз не моргать! Проверять, в кого стреляете, иначе это могут оказаться ваши же! "Что вверх, что вниз, одна срань", – с отвращением сказал Ральф. "Это почему же? Внизу-то ад, а сверху райские кущи", – поддел Гэвин. "Тут все кругом – сплошной вакуумный ад", – твердо сказал Ральф. На этой жизнеутверждающей ноте рота начала разделяться на группы. Посадочный сектор по-прежнему светился такой стерильной пустотой, что спина начинала чесаться от адреналина и дурных предчувствий. Скала скользил впереди, диковинным дельфином проходя через воздух. Механическое совершенство его движений давно уже вызывало у девятого отряда ядовитую зависть, но сейчас его привычное хвастовство выглядело несколько успокаивающе. Следом за "девятками" шли еще три группы, и вся связь перешла на общий канал. Сержанты периодически корректировали движение, и в итоге группы выстроились так, чтобы полностью занимать коридор сверху донизу. Девятый отряд по-прежнему держался чуть впереди и посередине, остальные занимали условные лепестки, и когда Коннор мысленно начертил эту конструкцию на плоскости, она сразу же превратилась в черные лепестки ядерной маркировки на желтом фоне. Мысль зацепилась за это сравнение и ринулась дальше: внизу "Куба" располагались горячие отсеки и основная часть маневровых двигателей. Вообще применимо к такой гигантской станции, где в разных секторах были даже разные векторы тяготения, говорить о двигательном отсеке было нелепо. Куб щетинился этими двигателями во все стороны и способен был корректировать свое положение на орбите с точностью до дюйма. Однако в том месте, куда направлялись отряды, двигателей значилось все же чуть больше. Видимо, конструкторам этого чуда было невыносимо представить, что где-то может не быть главного двигателя. Всегда должно быть сопло, торжественно изрыгающее фонтан плазмы, чтобы потом великий ковчег устремился к звездам. Коннор моргнул, отгоняя непрошеные фантазии. Одного только топлива потребовалось бы столько, что пришлось бы сворачивать всю программу освоения Венеры, да и полеты к засекреченному Марсу отменить. Скалу догнали еще два андроида: один человекоподобный, один с явным закосом под анатомию насекомых. Супердлинные руки и ноги подозрительным образом легко складывались и распрямлялись. "До чего криповые хреновины", – прокомментировал Лютер. Коннор кровожадно оценил закосивших на предмет возможного носительства для кого-нибудь из черепушки Скалы и вздохнул. Как бы еще добраться до этих вот запасных тел. Внезапная звездная во всех смыслах программа сильно нарушила планы. Какое уж там выяснение, кто подставил девиантных андроидов, когда в конце дня сил хватает только не промахнуться мимо унитаза. Коридор плавно загибался – то ли вниз, то ли в сторону, смотря как глядеть, – и пока что никаких потенциальных захватчиков не выскакивало. Конечно, вся ситуация была постановкой, но сделанной настолько хорошо, что обманутый мозг то и дело робко пытался задуматься, а может быть, это все же правда. Может быть, действительно кто-то успел пробраться в "Куб" и порезвиться среди толпы рассеянных гражданских? Архитектура коридора впереди как-то странно дернулась. Одновременно дернулись все три андроида, и наносекундой позже чип в голове Коннора предупреждающе послал волну того, что теперь Коннор уверенно мог назвать предсказательными алгоритмами. "Голограмма!" – еще секундой позже сообщила сержант Кэмпбелл. "Всем приготовиться!" – пролетело через коридор. "Рамирес, гранату!" – скомандовала сержант. Где-то за спиной в верхней трети коридора произошло движение. Кажется, сначала защелкнулись зацепы на ботинках, а уже потом слух отчетливо поймал знакомое лязганье затвора. Гранатомет выплюнул подарочек почти бесшумно. Впереди полыхнуло белым. Коннор почти успел зажмуриться, визор почти успел потемнеть, но даже сквозь полуопущенные веки сетчатку лизнуло искаженным зеленым пламенем. "Есть контакт, – отчитался Скала. – Вражеская техника, двадцать шесть единиц!" "Альфа вниз, остальным огонь!" Сержант Кэмпбелл успела раньше, чем вражеская техника начала стрелять. Услышав название своей группы и направление движения, Коннор действовал на чистых рефлексах: изогнулся, взмахнул руками, сделал движение пловца ногами и заскользил вниз. Над головой уже свистели модифицированные для низкой гравитации и невесомости снаряды. Скатываясь почти к самому полу, Коннор еще раз уже по привычке испытал легкий восторг, что боевые действия действительно возможны в таких условиях. Невероятный рывок развития технологий. "Браво, Чарли, вниз! – снова прорезалась сержант. – Дельта в зачистке и дальше в сектор «С»!" Учебные пули били по сторонам, и волосы на загривке вставали дыбом. Капитан О'Рейли много рассказывал о том, как скучно и учебно будет отрабатываться специальное снаряжение, занимающее небольшие футляры – по два на каждого бойца. Снаряжение должно было в буквальном смысле искажать траекторию пуль. Правда, на случай плазменного выстрела, о чем Коннор прилежно не забыл спросить, снаряжения не было. Капитан посоветовал в случае чего справляться подручными средствами. Гэвин тогда еще по внутренней связи предложил носить с собой карманную шаровую молнию, чтобы ловко аннигилировать несущийся на солдата поток раскаленных плазменных частиц. Наполовину выкошенная техника не могла задержать рвущиеся к высоким оценкам группы. Все три без потерь проскочили фронт и рванули дальше. Выстрелы за спиной становились все реже – Дельта успешно исполняла приказ командира.