Пакт Риббентропа и Молотова

«Мы уже почти приехали…» — подумал Вячеслав Михайлович, смотря в окно. Мимо проносились жилые улицы, скверы и небольшие торговые точки. Министр сидел и любовался видом из окна, но всю дорогу его не покидала одна весьма тревожная мысль… «И о каком пакте говорил этот Риббентроп? — с подозрением и недопониманием думал он, то и дело вздыхая. — И самое главное, почему я еду один? Ведь для такого важного события просто необходим присутствовать товарищ Сталин! Эх… возможно, Иоахим что-то не договаривает, но обратной дороги у меня, к сожалению, нет…» Вскоре Молотов подъехал к Рейхстагу. Выходя из машины, он чувствовал какую-то странную дрожь по всему телу. «Странно, на улице сейчас весна, конец марта, а трясусь я так, словно суровый русский мороз…» — вдруг промелькнуло в голове министра. — Может, я зря волнуюсь, я же подписывал пакты с другими министрами иностранных дел, и с этим тоже подпишу! — решительно произнёс Молотов, ударяя себя кулаком в грудь. Пока он шел к нужному кабинету, его рассматривали другие работники Рейхстага, и это напрягало еще больше. «Чего это они на меня так смотрят?..» — напряжённо думал Молотов, пытаясь не смотреть в их сторону. Дойдя до кабинета Риббентропа, Вячеслав неуверенно постучал в дверь, при этом стараясь не обращать внимания на взгляды арийцев. — Кто там? — послышался серьёзный голос из кабинета министра иностранных дел. — Это я, Вячеслав Михайлович Молотов, — как можно увереннее ответил мужчина. — А, это вы? Ну проходите, проходите~ — голос Риббентропа вдруг поменялся на более ласковый, и Вячеслав вошел в кабинет. — Здравствуйте… Вернее, Guten Tag, — неловко поздоровался он, поднимая взгляд, и тут так и охренел. Кабинет Иоахима фон Риббентропа больше напоминал интимную комнату из любого Берлинского лав-отеля: сама комната была полупустая, рядом с небольшим рабочим столом стояла небольшая двухспальная кровать, а весь пол был усыпан лепестками алых роз. За столом сидел сам Иоахим фон Риббентроп и, похотливо улыбаясь, смотрел на российского гостя. Тот просто застыл в ступоре и ничего не говорил, думая, а не ошибся ли он кабинетом. — Ну приветик, Слава~ — похотливо выдал Риббентроп, облизывая свои губки. Не сказав ни слова, Молотов обернулся опять к двери и подергал ручку, но дверь не открывалась. — Ты только пришёл, а уже сбежать хочешь? ~ — всё так же похотливо продолжал Риббентроп, вставая из-за стола. — В-вы… В-вы… Вы з-зачем так оделись?! — ответил вопросом на вопрос ошарашенный Молотов, продолжая дергать дверную ручку. «Бля! Почему ничего не открывается?!» — А что тебя смущает, сладкий? — промурлыкал ариец, подходя к министру товарища Сталина. — И вообще, я специально для тебя так оделся, Слава~ Риббентроп и в правду был одет ВЕСЬМА странно: черный кожаный ошейник с шипами на шее, черные стринги и длинные полупрозрачные чулки. — Ну как тебе мой «строгий» имидж? ~ — с пошлинкой поинтересовался Иоахим, прижимая министра к двери. — К-какой еще имидж?! — вскрикнул тот, пытаясь выбраться из крепкой хватки немца. Но его попытки оказались напрасны. Несмотря на то, что Молотов казался больше и массивнее Риббентропа, это было далеко не так… — Какой же ты милаха, Слава, — все так же пошло прошептал тот и потянулся за поцелуем, а Молотов не смог увернуться. — О Слава~ «Да что он себе позволяет?!» — возмущенно и недоуменно подумал Вячеслав, предпринимая еще попытки вырваться, но у него по-прежнему ничего не получалось. Риббентроп был готов растянуть этот поцелуй на долгое время, уж очень сладким он был. А вот Молотов был против этого. — Пустите! — пытался сказать он сквозь поцелуй, но ничего внятного не вышло. Но Риббентроп его по-прежнему не слушал. Прервав поцелуй, немец подхватил Вячеслава на руки и понёс его в сторону кровати. — ПУСТИ МЕНЯ, ИЗВРАЩУГА! — вдруг рявкнул тот, абсолютно ничего не понимая. — Ай-ай-ай, нехорошо такие слова говорить! — притворно строго заметил Риббентроп, поправляя ошейник на своей шее, — ну куда же ты, Славочка? А пакт подписать? ~ — К-какой ещё пакт?! — растерянно выдал Молотов, медленно отползая к изголовью кровати, — л-ладно… Вячеслав решил сделать вид, что ничуть не напуган странным поведением немца. — А ручку надо доставать? — как можно непринужденнее задал он вопрос. — Нет, ни ручка, ни бумага нам не понадобятся! — счастливо выпалил Риббентроп, подползая к Славе поближе. — К-как не понадобятся?.. — уже испуганно спросил Молотов, чьи зрачки уменьшились с молниеносной скоростью. — А как же мы тогда будем подписывать э-этот пакт?.. На это Иоахим лишь пошло улыбнулся, однако по его взгляду становилось понятно, о каком «пакте» он говорил… — Вы меня пугаете, Иоахим! — вскрикнул Слава, пытаясь сделать угрожающее выражение лица. — Не подходите ко мне, или я буду кричать!!! — Тише~ Слава, не надо криков, мне надо, чтобы ты стонал~ — проворковал Риббентроп, уменьшив расстояние между их лицами, и снова поцеловал возлюбленного, но в этот раз поцелуй был ещё нежнее и страстнее предыдущего. Слава опять пробовал позвать на помощь сквозь поцелуй, но вновь ничего не вышло. Вместо этого он нечаянно ответил на поцелуй Риббентропа. Тот очень обрадовался этому, а потому стал прижиматься своим телом к телу Молотова. — Ммммммм! Помогите! Ммммммм! — отчаянно мычал Вячеслав, пытаясь позвать на помощь. — Тише, сладкий~ — нежно проворковал Риббентроп, поглаживая одною рукою талию Молотова. — Я т-тебе не сладкий! — почему-то малость хрипло выдал тот. — А как же мне тебя называть? — кокетливо осведомился Риббентроп, слегка приподнимая одну бровь. — Я пришел сюда для дела! — Приятно познакомиться, а я Иоахим! — Отпусти меня, извращенец! — сердито огрызнулся министр, пытаясь привстать с кровати. Тогда Риббентроп, ни слова не говоря, заткнул его третьим поцелуем. «Он издевается на до мной?! " — мысленно задался вопросом Молотов и не заметил, как случайно ответил на поцелуй своего немецкого «товарища». Тому это очень понравилось, и он принялся потихоньку раздевать советского гостя. — Мх~ Булочка~ — сквозь поцелуй промямлил советский министр, помогая ему себя раздевать. Риббентроп почувствовал это и очень обрадовался. — Так ты все-таки решил сдаться? — с ухмылкой спросил он, нехотя оторвавшись от губ возлюбленного. Молотов лишь промолчал, не зная, что и ответить, и тогда Риббентроп продолжил: — А чаю не хочешь? — Не отказался бы, — уже более культурно ответил Вячеслав Михайлович. — Вот и отлично! — с улыбкой на лице выпалил Риббентроп, вставая с кровати. Не отрывая улыбчивого взгляда от Славы, он подошел к столу и взял небольшую чашку из немецкого фарфора, которую Молотов почему-то сначала не заметил. — А он… Он без снотворного? — аккуратно спросил он. «А то кто его знает!» — Ну что ты, зефирка, абсолютно нет, — ласково ответил ему Риббентроп. Смотря на Иоахима по-прежнему недоверчиво, Вячеслав Михайлович все-таки принял чашку, немного помедлил и сделал небольшой глоток. — Ммм… Какой вкусный чай, чёрный, мой любимый. — Понравился? — продолжая улыбаться, осведомился ариец, как вдруг Слава почувствовал себя немного странно… Голова у него немного закружилась, а колени затряслись. — Р-Риббентроп?! — панически выкрикнул он, делая обеспокоенное выражение лица. — Что? — с лёгкой ухмылкой задался тот, делая вид, что ничего не знает. — Т-ты что мне подсыпал, мать твою?! — продолжал Молотов, непонятливо смотря в чашку. — Ах ты ж мой Шерлок Холмс, всё-таки догадался… Я не знал, что она так быстро подействует на тебя~ — КТО ОНА?! — яростно вскрикнул Молотов, подпрыгивая на кровати, словно ошпаренный индюк. — Ладно, раскрываем карты — виагра~ — ласково промурлыкал Иоахим, откладывая чашку гостя на прикроватную тумбу. — ВИАГРА? Зачем и, главное — нахуя?! — все так же яростно продолжал Вячеслав. — Для лучшего эффекта, зефирка~ — нежно прошептал Риббентроп прямо на ухо министру. — Н-не смей называть меня так, падла! Я от этого возбуждаюсь, — неловко пробормотал Молотов, покрываясь лёгким бардовым румянцем. — Так это же хорошо, — ухмыльнулся подлый немец и добавил: — очень хорошо~ Он медленно и сексапильно снял с себя стринги и так же медленно провел каблуком по паху Молотова. — Как чувствуешь себя, Славик? ~ — поинтересовался он. — Мх… Прекрати… — сквозь тихие стоны выдал Вячеслав, чуть закидывая голову вверх. Тот в ответ толкнул его на кровать и навис сверху. — Нет, не прекращу… Виагра должна была уже подействовать~ — Прошу, Иоахим, я никому не расскажу, что между нами было, только отпусти меня. — скулил Молотов, жалобно смотря на арийца. — Знаешь, а я удивлен тому, что ты даже после виагры сопротивляешься, — усмехнулся Риббентроп и вновь поцеловал Славу. Язык Иоахима стал медленно, но язвительно проникать в рот Молотова. Вскоре советский деятель понял, что сопротивления бесполезны, и в конце концов сдался! — Я так больше не могу! — вдруг выпалил он, подскакивая и отталкивая немца от себя, — иди ко мне, мой сладенький нацист! ~ Тот довольно улыбнулся и прошептал: — Ммммммм~ Майн зефирка~ — Только твоя! — подтвердил тот и вдруг перевернул Риббентропа, а сам навис над ним сверху. — Хе-хе, что это ты делаешь?.. — Я… Я не знаю! Это все виагра!.. — объяснил тот. — Извини, Славочка, но сверху здесь только я~ — улыбнулся Иоахим, возвращаясь в исходную позу. — Ну хорошо, мой жокей! ~ — бесспорно ответил русский, ложась на кровать. Риббентроп снял с Молотова всю оставшуюся одежду, и тот остался обнаженным. — А у тебя такое сочное и красивое тело~ — ласково проворковал немец, кладя свою ладонь на лобок Молотова. — Я правда такой аппетитный? ~ — смущаясь, поинтересовался Слава. — Правда, правда, — подтвердил тот, кивая головой, — хм… А в какой позе нам будет лучше заняться сексом? — В позе?.. — напряженно уточнил тот, слегка отодвигаясь к изголовью кровати. — Ну… Да. — Извращенец ёбаный! — агрессивно отозвался министр, дав Иоахиму смачную пощёчину. — А что такого? — непонятливо спросил тот, улыбаясь, — хм-м-м… Знаешь, мне не очень хочется, чтобы ты был в позе собачки… Так что это вычеркиваем~ Есть идейки? — НАЙН! Отвечаю на твоём языке!!! Собака сутулая… — всё так же грубо отозвался Молотов, отворачивая голову от Риббентропа. — Ой, да ладно тебе… Какой же ты злой, — ухмыльнулся тот, прижимая Молотова к кровати. — Пусти! Я сюда н-не для этого приехал! — напряженно напомнил Слава. — Славочка, солнышко, просто сдайся мне и всё. Я удивлён тому, что даже под воздействием немецкой виагры ты пытаешься бороться~ — с пошлинкой говорил Риббентроп, медленно проводя указательным пальцем по груди и животику Молотова. — РУССКИЕ НЕ СДАЮТСЯ!!! — победно выкрикнул тот, резко приподнимаясь с кровати. Риббентроп на это лишь снова усмехнулся и лизнул шею Молотова, потом — живот. — А-ах~ Риббентропик! ~ — вдруг закричал Вячеслав на весь кабинет. — Ну что ж, приступим? — Риббентроп закинул ноги Молотова себе на плечи и незамедлительно вошел в него. — Ах~ — чуть громче застонал министр. — Моя булочка! ~ — страстно воскликнул Риббентроп, начиная двигаться. — Только твоя!!! А-ах! — простонал тот. В один момент Риббентроп взялся обеими руками за член министра и принялся его поглаживать, а потом — дергать туда-сюда. Вскоре член Молотова тоже стал немного мокреньким, а из его ярко-розовой головки уже небольшими струйками вытекала природная смазка. Иоахим тем временем вошел еще глубже, а Слава впился в одеяло обеими руками от такого удовольствия. — Нравится? ~ — с пошлинкой поинтересовался Иоахим, делая пару резких толчков. — Д-да! ~ — трясясь, ответил Молотов и закатил глаза. Прошло еще около пяти минут, и Риббентроп начал понимать, что он сам уже на грани. — В-все, пакт мы подписали! — довольно выпалил он, кончая, и вышел из Славы. Риббентроп лёг рядом со своим любовником и слегка приобнял его. — Риббентропик~ — отозвался Молотов, нежно водя своими пальцами по груди Иоахима. — Что такое, Слава? — уже нормальным тоном поинтересовался министр, опирая голову на руку. В ответ тот лишь приблизился к его лицу и провел своим языком по губам министра. — Какой ты у меня проказник, Слава, — эротишно выдал Иоахим и прижался к нему всем телом. — Еще какой, — тот улыбнулся и встал с кровати, начиная одеваться. — Куда это ты? — Обратно в Кремль, а иначе товарищ Сталин будет сердиться. — отозвался Молотов, натягивая на себя штаны с трусами. — Да наплевать на него, останься со мной, все-таки, ты долго сюда ехал и наверняка устал, — подмигнул Риббентроп. — Ну ладно, останусь, — робко улыбаясь, ответил Вячеслав Михайлович, он снова лёг на мягкую и уютную кровать, а после тихо приобнял своего возлюбленного. Тот обнял его в ответ. — Вот бы чаще подписывать такие пакты~ — промурлыкал Молотов, нежно целуя шейку Риббентропа. — Я полностью согласен с тобою… — тихо зевая, пробубнил Иоахим и, прижавшись к Молотову ещё крепче, просто уснул.