Спаси и сохрани

Но сегодня все было хорошо. Этот день ещё не случился и все было поставлено на своих привычных местах. Местах, где было удобно для этого. Точного времени в этот момент никто не запомнил, но на улице уже были сумерки и чувствовалась легкая прохлада в воздухе. В этот день Оффендермен и Белладонна куда-то пропали по важным делам. А на вопросы «куда именно» лишь усмехались и выбегали из дома. Это было особенно странно для Беллы, потому что она только недавно «вырвалась из тюрьмы», а теперь снова выходит на улицу. Беллум в этот момент размышляла о многом, стоя около камина, вовсе не согревающего, а даже прохлаждавший. В руках у нее был этакий алкогольный напиток для нелюдей- жидкий огонь, придуманный греками в далеком Средневековье для военных целей. Для таких как Беллум, по вкусу он ничем не отличался от бензина. Гадость ужасная! Она медленно начала погружаться в свои мысли, как вдруг к ней в гостиную забежал кто-то: -Он умер! — забежав с убийственным взглядом, Слендер ворвался в ее личное пространство. -Прости? Ты про кого? — на его лице не была видна печаль или горечь, а в руках он держал открытую на последней странице книжку. -Ну, король Лир у Шекспира. Приведённый из тюрьмы король умирает у тела дочери в последнем пятом акте. Великий Шекспир написал, что он умер. Поэт решил не посвящать его кончине много слов. Сам гений Шекспир не решил ничего не лучше, чем написать два кратких слова выражающих в себе истину. Хомо сапиенс потрясающие! — он потихоньку начал отходить от потрясения после прочитанного. Похоже, что на него эта книга произвела огромное впечатление. -Любишь книги? — поинтересовалась собеседница, делая глоток греческого огня. -Я тоже своего рода писатель. Только больше люблю анализировать прочитанное, чем писать самому, — появилось ощущение, что Слендер хочет произвести хорошее впечатление на Беллум. И в первую очередь, это поняла именно она. -Выпьешь со мной? — она показала на несколько бокалов-акелеев и стоящий рядом с ними графин, опустошенный уже наполовину. С того самого дня, как Беллум поселилась у братьев, в ее и их жизни произошло много необычного, интересного и очень сплачивающего. Она будто стала одном из хозяинов дома. Она поведала множество комнат, коридоров, лестниц и подвалов. Для нее это место стало «родным домом». -Почему бы и нет, — он усмехнулся и взял в одну руку бокал, а в другую графин, осторожно начал наливать содержимое для себя, иногда поглядывая на спутницу и ухмыляясь. -Во мне есть что-то смешное? — она заметила его косые взгляды и поинтересовалась. -Нет, мадам. Просто любуюсь. Вы сегодня чрезвычайно сексуальны, — объяснил он, вкладывая в свой ответ некий контекст. -В каком это смысле? — недоумевающе спросила Беллум, осматривая свой внешний вид. Она не отличалась сверхизысканностью или чрезвычайной женственностью. Например, сегодня на ней было одето белое хлопковое платье, заметно прикрывающее колени. Оно не покрывало ее рук, что было несвойственно для этой девушки. Наверное, именно поэтому она накинула вязаную шаль такого же цвета. Именно такой стиль предпочитал второй всадник апокалипсиса, наконец-то вырвавшись из адского пламени. -А какой может быть смысл у слова сексуальный? -Мы много считаем сексуальным. Кого-то возбуждают мышцы, кого-то харизма, некоторым нравятся ухоженные волосы, а другим чувство ритма. Хочешь знать, что возбуждает меня? Мозг! Меня до жути привлекают умные люди. Дипломаты. Да хоть просто люди в очках. Это будто повышает их уровень интеллекта. И когда я смотрю на таких людей, внешность для меня совсем не важна, — появился долгий зрительный контакт. Они буквально пожирали друг друга глазами, пока собеседник не ответил: -Знаешь, я ведь тоже очень умный. -Неужели? — Беллум громко поставила на столешницу свой недопитый бокал, многозначительно посмотрев на собеседника, и игриво закусила бровь. Ее голова повернулась немного на бок, и она медленно и неторопливо начала подходить к парню. Походкой, идентичной с приближением хищника, Беллум встала напротив Слендера, взяла его за руку, держащую бокал и бросила его на пол, наблюдая за реакцией мужчины. А он и вида не повел, все еще не отводя взгляда от предмета вожделений. Все происходило очень медленно, будто в замедленной съемке. Еще секунда и их лица соединились в нежном поцелуе. Она буквально расслабилась, отвечая этому парню желанным поцелуем. Она начала ловить себя на мысли, что он ей привлекателен, а может, даже симпатичен. Она вспоминала его в такого рода мыслях и раньше, но страшно боялась сознаться об этом прежде всего себе. Все было настолько волшебно, что оба даже не заметили, как начали передвигаться, не отсоединяясь друг от друга. И таким образом они оказались в комнате. Беллум еще ни разу не видела ее, зато Слендеру она была очень знакома. Это его комната. Он поднял девушку и посадил её на свой стол, буквально впиваясь в её губы от сильного порыва страсти. Он целовал её, специально оставляя дорожку поцелуев от щек до её ключиц. Ему страшно нравилось, как девушка изгибала свою шею, подставляя её под его поцелуи. Мужчина покрывал её шею не только жаркими поцелуями, но и засосами, которыми вскоре стала покрыта вся шея женщины. Девушка оторвалась от губ парня и напористо сменила их позиции. Она толкнула его в сторону стола и взмахом руки свалила все бумаги, которые были до того момента на столе, на пол. —Эй, что ты делаешь? Это же документы! —Не думай о них. —Что ты творишь со мной? — говорил он, томно дыша, не смея куда-то отпускать от себя девушку. Они хотят друг друга прямо сейчас. —Сейчас не время об этом думать. — Ответила она ему, грубо отталкивая парня от себя, и хватаясь пальцами за края его рубахи. Через секунду она разорванная, валялась в другом месте, а пуговицы, разлетевшиеся, лежали по всему кабинету. —Что ты… — Пытался возмутиться Слендер, но Беллум тут же отвесила ему пощечину, оставляя на его прозрачном белом лице темно-багровый след от своей ладони и пальцев, и давая понять, что сегодня у нее серьёзные намерения. —Расслабься, — проговорила девушка, встав рядом с ним. Она потянулась к ремню брюк, ослабила ремень и подошла к нему вплотную. -Ты у меня первая, — выпалил он неожиданно, считая, что девушка его не услышит. -Всегда мечтала попробовать это с девственником! — ответила она абсолютно уверенно. Она сразу понял прямой намек, не испытывая никакого смятения или стеснения, в отличие от Слендермена. Сейчас он был невероятно разгорячен. И это не только от возбуждения. Беллум стала медленно расстегивать ширинку, любуясь каждой эмоцией, появляющимися на лице Безликого. Ей казалось, что его лицо стало более человечным и, в порыве эмоций она даже увидела брови. Буквально через секунду перед её глазами предстал вибрирующий половой орган, который пульсировал прямо над её лицом, как бы намекая, что ей нужно сделать. -Не догадывалась об этом, — Беллум медленно провела рукой по его горячему достоинству, наклонилась над головкой и подняла глаза вверх. После чего начала сначала медленно проводить одной рукой по всей длине ствола, но потом все увеличивая темп, быстро дрочила ему двумя руками. Для парня это были абсолютно новые чувства, которые ему довелось испытать впервые. Слендер схватил обеими руками голову, и бедрами стал шевелить, проводя кончиком твёрдого члена, дабы давая понять, чтобы она раскрыла рот. Когда та его открыла, он резко вошёл в неё, и начал быстро трахать её в рот. Кабинет тут же наполнился запахом секса, страсти и похоти. Спустя какое-то время он вытащил член изо рта, и несколько раз проведя своей ладонью по стволу, кончил, изливая спермой на лицо и шею женщины. Позже, спустя буквально пару минут, они вместе лежали на его кровати, укрывшись пушистым и теплым одеялом, которое, по сути, им не нужно было. Они пристально смотрели друг на друга влюбленным взглядом, начерчивая и запоминая в своем подсознания черты лиц обоих. И тут тишину прервала Беллум, сказав шепотом: -Расскажи три самые хорошие вещи о тебе… -Прости? — спросил Слендер, абсолютно не понимая, о чем именно хочет узнать Беллум. -Ты же меня услышал, — она насупила бровки в детской обиде и легонько пнула его ногу под одеялом. -Ну ладно, — он недолго подумал и ответил, — Я…не знаю даже. Меня раньше о таком не спрашивали. -Ну придумай что-нибудь, — было видно, что для девушки этот вопрос значил многое. -Зачем нам это? Давай просто поспим, — его перебили еще одним толчком, и она снова нахмурила брови, преграждая любые попытки на «побег». -Нет! Всевышний… Ты даже придумать их не можешь! Ну смотри, ты очень талантливый, умный, красивый, очаровательный, решительный и роскошный. Видишь, это не так и сложно. Я назвала тебе уже больше трех! — после этого повисла небольшая пауза. -Ты так считаешь? — прервал он тишину, рассматривая реакцию Беллум. -Да, считаю… — с этими словами они одновременно закрыли глаза и начали погружаться в мир снов. Что будет потом — никто не знает. Сейчас Беллум в его объятьях. Веки тяжелеют. И последняя мысль перед погружением в мир грез: если это был сон, то она не желает просыпаться. Это было примерно четыре часа утра. Я не проснулась своим сном: меня кто-то разбудил. Очень мягко разбудил…поцелуями и нежным дыханием в шею. Внутри меня растет ощущение тепла, которое направляется из груди вниз по моему телу, вдоль рук и ног, заполняя все мое существо. Я еле как выбралась из-за его ласки и повернулась к нему лицом, чтобы задать вопрос. Но вместо этого он жадно целует меня, не давая сказать ни слова. Я буквально раскрываю глаза от удивления и пытаюсь легонько оттолкнуть его от себя. Тщетно. Вместо того, чтобы удовлетворять меня, поцелуи имеют обратный эффект — заставляют хотеть большего. Я растворяюсь вместе с ним. Как же это все приятно! Чувствую каждой клеточкой, как парню меня мало. И вот, оторвавшись, жадно хватаем пару глотков воздуха. Этого хватает, чтобы наконец спросить у него: -Что происходит? -Я так и не сделал тебе приятно, — я улыбаюсь как придурошная. Никто еще раньше не смущал меня больше него. Мы понимаем друг друга по глазам. Так это не оставить, слишком поздно. Тяжело дыша, он жадно и беспощадно впивается в мои губы снова и снова, не оставляю на мне живого места. Ощущение, будто я скоро упаду в обморок. В глазах двоится, тело размякло и такое невероятно сильное чувство по всему телу. Руки перестали меня слушаться, я вцепилась в продольные мышцы его спины, как только нащупала голую горячую, как огонь, плоть. Они напряжены совсем как струны. Я абсолютно не в силах сопротивляться. Другой рукой я, дрожащими от возбуждения пальцами, проникаю под и без этого растрепанную рубашку; поднимаюсь к лопаткам, сжимаю, изучая новое тело для меня. Оно такое сильное и неподвластное. Рука блуждает по спине и ему это чересчур приятно, а затем я испытываю головокружительное желание от удовольствия в тот момент, когда он кусает меня за ухо, нежно, словно, разрывая плоть. Откуда он этому, вообще, научился? Моя рука ложиться на его торс. Свободная рука поднимает ткань его одежды вверх и… застревает на самом интересном месте. Похоже, я нашла его скрытую от глаз общества конечность, будто живущую своим мозгом. В пылких порывах, перебиваясь то на поцелуи то на, туманящие разум прикосновения, я незаметно перенеслась в положение лежа, а он сверху. Его рот щекотит мне шею своим шероховатым длинным языком, ласково почмокивая, а руки уже уверенно тянут мое платье наверх, оголяя мои груди. Я не хочу отставать, поэтому раздевание превращается из интимного момента в «кто быстрее разденет другого». Но в своем же состязании я проигрываю ему, потому что на нем одежды в разы меньше, чем на мне. Он проходится длинным изучающим взглядом и произносит: -Твое тело прекрасно… Больше не медля, взял мою грудь и погрузил в свой рот, поддразнивая шероховатым языком, чего я никак не ожидала, и ощущений, которые последовали за этим. Голова закружилась, я закатила глаза от незабываемого наслаждения. Я таю и мякну, пока Слендер продолжает сводить меня с ума. Я стону, не в силах более держать все одолевшие меня эмоции в себе, иногда переходя на крик. Прерывистый звук вырывается из него, когда мои ногти впиваются в его спину — похоже, он тоже теряет самоконтроль. На миг он выпускает сладкий вздох изо рта. Его обжигающее дыхание на моей шее еще сильней возбуждает, а губы уже скользят по второму соску. Мне не хватает воздуха, но он не останавливается, одновременно бережно опуская меня под него. А губами прорываясь вниз, оставляет за собой влажную дорожку из поцелуев. Я простанываю его имя и одновременно «улетаю» от судороги по всему телу. Мои руки уже заняты новым делом — схватив его за рубаху, стараюсь сдержать себя от желания порвать ее в клочья. Нужно снять всю одежду! Мной двигает вожделение и страсть. Я забыла, кем я являюсь и что тут делаю. Но все, что я знаю, так это то, что я не могу остановиться прямо сейчас. В следующее мгновенье я опускаю взгляд на него, а он поднимает свой на меня — в них танцевали черти. Меня будто током пробило и я почувствовала бешеный пульс, только не свой, а его. Просто моя рука случайно коснулась его шеи в районе артерии и я почувствовала быстрое сердцебиение. Пока мои мысли были заняты его ритмом сердца, он, недолго думая затянул меня в водоворот похоти, сладко лаская губами все мое тело. Но я не сопротивляюсь. Нет, ни в коем случае. У меня не было такой ночи никогда! В порыве я приподнимаю таз, стараясь впечататься в его тело. Слендермен робко спускает руку по талии, рисуя спиральные линии и сжимая мои ягодицы, как вдруг по спине поползли мурашки. Невероятно! У меня прошелся табун мурашек только от его легкого прикосновения! Почувствовав это, он запустил обе руки в штаны, поглаживая кожу. Я утопаю в блаженстве, когда ощущаю, что его губы так сладостно облизывают низ живота и продолжают спускаться все ниже и ниже. Платье вместе с трусиками летят в сторону. Напряжение нарастает до предела, когда он прикусывает артерию, проходяющую рядом пахом. Я начинаю перебирать его волосы. Поглаживая спину и рисуя узоры на талии, он снова поднимается вверх к моему лицу, впивается в мои губы и, наконец, входит в меня. Очень медленно, как бы дразня. Затем осторожно проникая все глубже, водя членом немного в стороны. И вот оно. Я перестала слышать себя и ненароком сказала: -Хочу всего тебя, — проговорила куда-то в пустоту и схватила его за один из щупалец, желая, чтоб он продолжал. Сначала он невероятно опешил от прикосновений к такому чувствительному органу, но потом покорно вошел во влагалище снова, от чего вогнал меня в забвение от удовольствия. Он по-настоящему дал мне предел сладости, ускоряясь и заходя все глубже. Движения, вздохи и снова нескончаемые крики удовольствия. Он хватал меня то за бока, то за спину. Но в один момент я все-таки покрылась «гусиной кожей» и вскрикнула сильнее прежнего. Табун мурашек прошелся по всему телу. Обессилевшая, почувствовала, что больше не хочу и не могу вставать. Он упал напротив моего лица, и подарил волшебный поцелуй и взгляд наркомана, только что получившего дозу после долгой ломки. Не дав ничего сказать в свое оправдание, пролепетала: -Это было самое незабываемое путешествие в моей жизни…