the smell of loneliness.

— кто был твоим первым поцелуем? — грейнджер заливается смехом, не стесняясь задавать провокационные вопросы. — скажи, скажи! — боже, гермиона! — также смеётся элис. — давай не здесь, ты ведь знаешь, — шепчет девушка. — ладно, убедила, — отмахивается та. — но потом ты должна мне раскрыть свой секрет. во всех деталях! — ох уж эти девчонки, — вздыхает рон. — да, гарри? грэйс продолжает смеяться вместе с подругой, даже если уже больше не смешно, бросая мимолетные взгляды на поттера, сидевшего напротив неё. — да, рон, — тихо ответил гарри после некоторого молчания, теребя в руках очередную безделушку, не удостоив поднять глаза. элис задумчиво поджимает губы и, кажется, на несколько секунд пропадает из этого мира, погрузившись в свои догадки. лицо поттера от чего-то грустное, и мысль об этом плотно засела у неё в голове. гарри был каким-то отстранённым: на него накатывает невообразимое чувство печали, и не без причины, ведь ревность полыхает внутри него ярким пламенем, как камин в гостиной гриффиндора, где они сидят, даже если уже давно пора спать. тоска и непреодолимое чувство одиночества заполнило каждую эмоцию внутри него, он ещё никогда не ощущал себя настолько лишним в чьей-то жизни. — гарри, правда или действие? — правда. у поттера нет ни настроения, ни энтузиазма участвовать в этой глупой бессмысленной игре, которая только напоминает ему об его ничтожности в глазах грэйс. — насколько ты хорошо целуешься? — спрашивает рон, из-за чего на него все переводят взгляд. — мне необходимо это знать, я не хочу быть единственным лузером в этой сфере, — оправдывался рыжий. — почему все вопросы о поцелуях, вы о другом думать не можете? — возмущается поттер. — хочешь, чтобы он тебя научил? — шутит элис, обращаясь к уизли. — он все равно отстой, рон. я уверена. — спасибо, — недовольно отвечает гарри, а затем соглашается: — я и вправду отстой, рон. так что учись у кого-нибудь другого. хотя, чжоу понравилось, так что не мне судить. думаю, твёрдую восьмерку из десяти мне поставить можно. элис в лице меняется при упоминании имени бывшей девушки гарри, а кровь в жилах закипает до предела. поттер словно пытается отыграться за моральный ущерб, и, сам того не подозревая, отыгрывается на отлично. у грэйс внутри весь мир рушится, а гарри сравнял счёт в ее воображаемой игре «кто кому сделает больнее». один-один, поттер. ничего личного к бедной когтевранке она не имеет, но когда ее имя срывается с уст гарри, она не может держать в себе все недовольство, накопленное в глубинах ее души. что-то внутри неё постоянно ломается, а на гарри в двойном масштабе обрушиваются неприятные шуточки, которые для него уже просто перерастают в открытые унижения.

***

— что с тобой не так? — поттер хватает грэйс за запястье, решаясь расставить все по местам. наконец-то они могут поговорить наедине, кажется, единственный раз в жизни. — почему впервые, когда я действительно счастлив, ты так хочешь все испортить? — гарри не выдерживает и выпаливает все раздраженно и быстро. — сколько можно меня ненавидеть? или ты завидуешь, что тебя никто не сможет полюбить так же, как я люблю чжоу? «вау, — проносится в мыслях элис. — ты просто превзошёл себя. это было особенно больно. сто очков поттеру за разбитое сердце». — да, — наконец грэйс находит в себе силы ответить. — ты прав. я завидую, — тихо и спокойно шепчет девушка дрожащим голосом, от чего сердце гарри медленно пропускает удары и он ослабляет хватку ее запястья, которое все ещё держал в своей руке. — завидую терпению бедной чжоу, которая все еще выносит такого ублюдка, скорее всего из-за жалости. грэйс вырывает запястье и бежит прочь, опустив голову, толкая поттера плечом, пока тот не успел увидеть ее слёзы. гарри задумывается, почему он не чувствует себя счастливым, когда у него наконец появилась девушка, а школьная задира, вроде как, впервые оставила его в покое, по крайней мере на сегодня уж точно. что-то в его жизни определенно идёт не так.

***

поттер даже не помнит, в какой момент она начала его ненавидеть, словно так было всегда, с самого начала их взаимоотношений. гермиона лишь смеётся и просит гарри не принимать так все близко к сердцу, а рон сочувствующие хлопает друга по плечу, не в силах помочь. он итак чувствует себя самым невезучим в мире человеком, но влюбиться в девушку, которая является твоим задирой — финальный уровень. элис словно испытывает его чувства, проверяет на прочность его терпение, постоянно бросая в сторону гарри не просто острые, обидные шуточки, которые оставляют ожоги в его огромном сердце на долгое время. бесконечные издевки с ее стороны не были бы настолько болезненны (ведь у поттера есть и малфой, который тоже не упустит момента сыграть ему на нервы), если бы необъяснимое чувство, которое только разгорается с каждым днём все больше и больше, притягивает к себе, словно магнит: элис хочется узнать получше, хочется гладить ее волосы и не бояться смотреть на неё влюблённым взглядом, даже если она заметит. — крути, рон. твоя очередь. часы, кажется, уже давно пробили полночь, но смех как обычно заполнил гостиную гриффиндора, а поздние посиделки четверых — в порядке вещей. они любили делиться секретами, любили смеяться и мечтать, даже если у двоих в группе были натянутые отношения, это не мешало им быть настоящей семьей. рон осторожно вращает бутылку и улыбается, придумывая в голове коварный вопрос или безумное действие, что-то, что точно сделает эту ночь незабываемой. элис хитро и довольно улыбается, когда горлышко бутылочки плавно замедляется, указывая на неё. — правда, — моментально выпаливает она, не дав уизли задать вопрос. — слишком много действий на сегодня. — что ты делаешь, когда влюбляешься в кого-то? у гарри неожиданно появилось желание быть в центре игры, и, усевшись поудобнее, он уже не мог дождаться ответа. элис лишь нервно сглатывает и улыбка с ее лица постепенно пропадает. она опускает голову, а затем поднимает печальные глаза на рона, поджимая губы. — я делаю вид, что ненавижу. гарри от этих слов почему-то передергивает и он прожигает девушку грустным взглядом. бесконечный поток мыслей неожиданно посетил его голову и множество вопросов появились у него на уме, начиная с простого «что это может значить», заканчивая наиглупейшим «неужели она была влюблена», от последнего было особенно больно и тоскливо. — твоя очередь крутить, — голос гермионы одновременно вывел элис и гарри из своих мыслей, и девушка послушалась подругу. поттер сам не понимает, как возможно, чтобы сердце остановилось и забилось со скоростью света одновременно, но это с ним случилось, когда горлышко бутылки указало на него. он бросил испуганный взгляд на грэйс и почему-то чувствовал себя виноватым, как будто он причастен к тому, что игра выбрала его. в гостиной, казалось, молчание царило слишком долго, а поттер и грэйс пристально смотрели друг другу в глаза из-под своих волос, которые падали им на лицо, и так продолжалось бы вечно, пока слова элис не застали всех врасплох. — поцелуй меня. — ч-что? — испуганно переспросил гарри, задаваясь вопросом, правильно ли он услышал ее слова. — посмотрим, тянешь ли ты на восьмерку, поттер. гермиона и рон лишь сидели в шоке, молча переглядывались и хитро улыбались, поражаясь упорству этой упрямой юной леди. грейнджер поджала губы, с интересом ожидания развития событий; рон, наоборот, выпучил глаза и отводил взгляд, словно вот-вот произойдёт что-то незаконное. гарри колебался ещё несколько секунд, а затем подвинулся ближе к элис. его ладошки вспотели, а взгляд беспокойно бегал по лицу девушки, останавливаясь на пухлых губах персикового цвета. осторожно наклоняясь к грэйс, поттер был напуган, рассеян и потерян, совершенно не обратив внимания, что грэйс даже не предоставила ему выбора между правдой или действием, но даже если бы парень заметил это, он был бы не против. их губы зависают в миллиметрах друг от друга, но гарри слишком страшно, несмотря на главные качества истинного гриффиндорца. — ты долго ещё будешь церемониться? — нетерпеливо шепчет грэйс прямо в губы поттеру. — могла бы и помочь мне. этих слов было достаточно, чтобы элис взяла холодные руки гарри, положив его ладошки на ее щеки. — ты итак неплохо справляешься. только вот я не люблю ждать, — это было последнее, что с улыбкой сказала девушка, прежде чем прильнуть к губам гарри, сделав первый шаг. неумелые движения заставляют элис чувствовать себя неловко перед гарри; она боится, тот раскусит, что это ее первый поцелуй. поттер же, в свою очередь, поначалу напрягся, но затем решительно ответил, мягко прижимая неуверенную девушку к себе. губы гарри на вкус как осень со вкусом тёмного шоколада, а в гостиной от чего-то неожиданно стало жарко, но камин был тут не причём. элис чувствовала улыбку гарри сквозь поцелуй и не смогла сдержать свою. она отстранилась первой, и в ту же секунду, когда гарри убрал руки с ее лица, она немедленно залилась ярко-красной краской, как цвет их факультета. избегая зрительного контакта с парнем, она отвернулась от него, приковав свой взгляд к полу, облизнув губы, еле сдерживая улыбку. дыхание гарри все никак не восстанавливалось и он, казалось, был в трансе, не в силах воспроизвести эмоции на своём лице, пока его мозг обрабатывал произошедшее. из такого состояния их вывел рон, который будто был счастлив больше них: — это было... — заткнись! — одновременно выпалили оба и переглянулись. — поттер, — наконец начала элис, — я знала, что ты отстой, но чтоб на столько... где твоя обещанная восьмерка? рон, не переживай, ты определённо не единственный лузер. — эй, — возмущённо отвечал гарри, который все ещё сидел в нескольких сантиметрах от девушки, — я думал, тебе понравилось. — на двоечку сойдёт. тебе нужно практиковаться, поттер, — улыбнулась грэйс. — в следующий раз будь добр, снимай очки, а то мешают. уж я-то тебя научу по-человечески целоваться. рон и гермиона продолжали переглядываться, слушая их диалог, и широко улыбаться. и почему-то совершенно неожиданно у гарри появилось настроение и энтузиазм участвовать в этой игре, которую он полюбил всем своим сердцем. ночь действительно получилась незабываемой, как и хотел этого рон. и уже позже элис, как и обещала, раскроет гермионе все секреты про ее первый поцелуй и охотно признается ей, что поттер, на самом деле, целуется на все сто. сто очков поттеру за то, что сделал элис грэйс самой счастливой девочкой на свете.