Иллидан Баратеон

      Ночь. Яркая луна, гордо плывущая по небосклону в окружении искорок-звёзд, была словно маяк для каждого, кто осмелился ступить на тропы, ведущие по Асшаю. Мрак, что его окружал, был абсолютным. Это не было красочной метафорой, которую частенько используют менестрели в трактирах, нет, это было правдой. Чёрный камень с масляным блеском отдавал холодом, проникающим под кожу, заставляя кровь стыть в жилах. Все здания были выстроены этим загадочным камнем, похожим на обсидиан или драконье стекло, как его звали в Вестеросе. Он поглощал тепло и душу тех, кто на него слишком долго смотрит, лишая всякого желания к жизни.       Но больше всего внушал страх именно предстоящий перед путником момент лицезрения всего композита зданий. Круглые купола могли издалека напоминать септу, покрытую пеплом и золой, но не всё здесь подчинялось единому правилу строительства - были среди них остроконечные башенки, угловатые бараки и сонмы других вариаций человеческого, а может и не только его, разума.       Первым тревожным звонком для одинокого путника стал бы туман. Вечный, никогда не уходивший непроглядный защитник мрака. Казалось, ступишь в эту пустоту - и тебя захватят в свои жадные лапы тысячи демонов, чей голодный взор скрывали тени зданий. Даже звуки медленно поддавались местным законом, теряясь в закоулках умолкающим эхом - сама жизнь теряла свои силы, отступая.       Пустоватые улицы сплетались паутиной путанных и иногда совершенно нелогичных переходов. Невидимый дирижёр-паук, нависающий над городом, мог быть доволен - никто и никогда не сможет ощутить себя “как дома” в этих ужасающих лабиринтах чёрного камня. Размеры поражали даже самое смелое воображение. В стенах Асшая могли поместится пара Королевских Гаваней, и ещё осталось бы место. Однако в Столице всегда текла жизнь, а тут... Словно никогда и никого не было с момента основания. Так ведь?       Вот - в доме зажегся огонёк, затем в другом доме, ещё и ещё... Туман медленно отступал перед пламенем, словно грозное чудище, боящееся лучей света. Однако стоило лишь приглядеться и понимаешь - живущие здесь не могут подходить под определение "нормальные" - разве кто согласился бы жить в таком месте, кроме безумцев? Их ритм, общения, деяния - всё олицетворяло самое тёмное и грязное, что было в человеческих возможностях: культисты, убийцы, работорговцы, преступники и колдуны самых разных мастей — вот местные жители мёртвого города.       Девушка, чей тонкий стан обрамляла красная мантия, медленно двигалась по улочкам, привычно держась в напряжении, но умело скрывая его, — это не тот край, где наивность и свет могли защитить своего верного слугу. Её лицо было аристократично, выделяя острые скулы и уставшие зелёные глаза. Бледный цвет кожи, почти как у трупа, и прерывистое дыхание - можно было с легкостью сказать, что туман выпил все силы из своей жертвы, но леденящий самую душу ветер, шквалом проносящийся то тут, то там, не причинял никаких неудобств путнице, что наталкивало на многие мысли.       Край Теней — это не просто название. Это место, куда свет не проникал никогда, кроме полудня, - привычная страшилка многих матерей тем непослушным детям, что осмелятся расспрашивать о старинной легенде сих, укрытых мглой, гор. Но сказки эти не передавали и толику опасности этого места. Лишь стоит совершить один шаг по природным каменным ступеням-холмам в направлении долин и ущелий - смельчака настигнет хладный ужас - вечно идущий снег, игнорирующий любое время года, и всевозможные капризы погоды - здесь мрак правит бал.       Огромные пики низвергали огромную тень на город, служа верными защитниками от любых попыток солнца осветить хотя бы края Асшая. Это служило очередными поводами рассуждать на тему того, какой творец был так безумен, что сотворил адское святилище, презирая законы жизни. Многие люди, что только прибыли - строили свои собственные догадки и теории, нередко прибегая к не самым цивилизованным способам получения ответов на свои вопросы. Но всякий раз любопытные люди исчезали прямо на глазах своих друзей и знакомых, становясь очередными блуждающими тенями, несущими вечную стражу стен города.       Алесандрия укуталась в чёрный плащ, но не от холодных порывов ветра — это было бесполезно. Её зелёные глаза внимательно осматривали каждый угол. В Крае Теней были опасности, что не может постигнуть обычная человеческая мысль. Иногда простые магические узоры на ткани могли помочь действенней, чем самые прочные доспехи в мире.       Волосы девушки были белые, будто бы поседели, что весьма резонировало с задумчивым выражением на молодом лице. После, она расслабилась, заменяя мыслительный процесс полным равнодушием, свойственным всем магам, что скрывали свои истинные намерения за хитросплетениями чар.

***

      Серая мораль - основа каждой сделки в городе колдунов. Никогда и никто не задавал лишние вопросы, понимая, что любопытные долго не живут. Человеческая жизнь ничего не стоила, становясь лишь выгодным приобретениям для чародеев. Итогами таких экспериментов становились инвалиды и калеки, нередко приобретающие уродливые формы из самых страшных детских сказок.       Каждый из жителей города знал - есть две стороны медали. Днём, если его так можно было назвать, происходила обыденная повседневность. Жители завершали свою работу, проводили сделки, либо заводили новые знакомства. После захода "солнца" наступает время таинств и ритуалов, чья значимость напрямую влияла на судьбу города, а быть может, всего мира.       Промозглая погода, когда капает едкий дождь с каплями, что могут разъесть даже камень, - обычное явление в Асшае. По его темным улочкам медленно прошлась загадочная процессия, оставляя позади себя испуганных жителей тёмного города. Всевозможные колдуны и чародеи, оборотни и алхимики - самые яркие представители - поспешно покидали насиженные места, стараясь отдалится от выбравших такой странный путь группы магов. От них шла зловещая аура Смерти, пугающая даже самых смелых. Вёл эту группу высокий мужчина, обнаживший каплям дождя своё абсолютно белое лицо. Его глаза были полностью лишены эмоций - он словно не был живым. Шипящие искры факела сражались с тенями темного города, медленно проигрывая неустанному напору мрака.       Никогда такого стены Асшая не зрели. Редко среди волшебников находился один, способный своими силами и возможностями превозмочь взаимную ненависть колдунов и ведьм своим личным могуществом. И сейчас он их собрал для только ему известной цели.       Безразличное лицо чародея исказилось. Многие бы приняли это выражение лица за отвращение, однако всё было куда прозаичней - Валериан улыбнулся. Процессия за ним остановилась, некоторые выглядывали из-за спин магов, чтобы рассмотреть, почему они все вдруг остановились.       Вблизи лицо некроманта было похоже на голый череп, столь пустыми и ненужными казались на белом полотне глаза и рот. Тонкие сухие губы распахнулись, являя темному миру колдунов его слова:       - Алесандрия, какая радостная встреча. Неужели послушница мёртвого культа решила почтить своим присутствием нас в нашем небольшом путешествии? - Голос тёмного мага был лишён типичных для злодеев шипящих, либо сиплых оттенков. Он был живым и полным силы, и это определение сильно контрастировало с образом. То, что люди могли бы назвать радостью, скользнуло в голосе, но остальных эмоций было не разобрать.       - Ты сам знаешь, почему я решила это сделать. Ты обещал отвести меня... сам знаешь куда. - Холодно ответила ему девушка, поправляя спавший капюшон. В отличие от Валериана она была не в восторге от его компании, однако долг её веры был выше желаний.       - Можешь не сомневаться, свои обещания я держу, но ты не из тех, кто верит на слово. Ты увидишь храм своего бога, как я и предвидел. - Усмехнулся некромант, щелкая пальцами. Остальная группа оживилась, тоже начиная делать странные пасы руками, закрывая глаза.       Диалог закончился так же быстро, как и начался, и та, кого звали Алесандрией, заняла своё место среди других чародеев, присоединяясь к плетению чар. На губах многих играла зловещая ухмылка, когда они то шептали, то пели на странном языке. Вот теперь уж точно случайным наблюдателям стоило поскорее скрыться и не пытаться даже подслушать этот безумный хор голосов.       В Асшае не просто так одни чародеи ненавидели других. Столь разномастные, они носили общее определение лишь из необходимости, хотя их "колдовство" могло весьма сильно различаться. Это могли быть простые врачевательные навыки, молитвы невидимым духам и богам, или же выглядящие эффектно склянки с зельями. По крайней мере именно так "магия" осталась далеко на западе, и теперь под чародейством теперь понимают любое хотя бы издалека сверхъестественное действо. Но было не всегда. Когда-то в мире магия протекала везде, и чудеса творились то тут, то там. Но века прошли, и лишь далеко на Востоке остались ее частицы, в загадочном Крае Теней.       И потому даже кажущиеся бесполезными всевозможные культисты могли взывать к неведомым силам и получать ответ, что уж говорить о древних и могучих заклинателей вроде некромантов и пиромантов? Сама мелодия, столь ужасная и прекрасная в своем хаотичном исполнении, создавала ауру, ощутимую почти физически.       Леденящий ветер пробегался по улицам, где шли колдуны, следуя по пятам за их безумным хором. Мгла окутывала их толпу, туша все факелы и свечи в домах, мимо которых проходили маги. Под таким сопровождением процессия покинула стены города, направляясь в сторону узкой горной тропы - их ждал Край Теней.

***

      И вот какой день они брели всё выше и выше, продвигаясь всё глубже в Край Теней, но это было лишь начало - их цель лежала слишком далеко, чтобы в один миг до нее добраться. За это время могут пройти дни, недели, даже месяцы, но что это значит для чародеев, чары многих из которых позволяют жить несколько смертных жизней?       Каждый день был схож с другом из-за вечной темноты, окружающей группу волшебников. Создавалась некая иллюзия, что это всё один день, длящийся целую вечностью. Их лидер запретил разводить костры, а во время полудня прятаться от солнца, что на этих тропах друг для других существ, которые им явно не друзья. Периодически среди слабых духом начали проносится волнами протестные шепоты. Такое высшими волшебниками решалось быстро - несчастные становились жертвами для их ритуалов.       Алесандрия с всё тем же равнодушным выражением лица всматривалась в вечную тьму, выбрав момент во время их очередной стоянки. Мрак поглощал любой крик очередного дезертира, что предался малодушию и наивности, решив, что может вернуться в Асшай. Логика была проста - глупец мог привести с собой те опасности, которые мудрый Валериан предпочитал обходить стороной. Девушка в красном периодически задумывалась, почему же он вообще взял столь слабых духом в это дальнее путешествие - не для того же, чтобы поразвлечь себя их муками или набить свои скляночки глазами и сердцами? Возможно, Валериан хотел использовать многих как живой щит или же воинов - у тех, чей магический дар был не так велик, с собой были луки, мечи и прочее оружие. В этом был смысл, поскольку магия была не всесильна.       Во мраке слышался ещё один, звук, но он не страшил. Ее, заклинательницу теней, мрак не пугал - тени были ее союзниками. Алесандрия разобрала, что это был звук текущей воды. Единственный источник воды, что был в этом крае - это река Пепельная. Проходить рядом с ней не было смысла - те, кто мог пить из отравленного источника, в принципе могли обходиться без еды и воды, а для остальных такое пополнение запасов станет долгой и мучительной смертью.       Следить за временем было довольно трудно, но жрица старалась это делать. Должна была минуть уже как неделя их странствий, и Валериан говорил, что скоро они прибудут в горную долину, откуда путешествие пойдет быстрее. Он не обманул - ее зоркие глаза угадывали вдалеке описываемый ландшафт. Это было простым совпадением - в горах почти всегда шёл снег, и он, вместе с туманом, создавали почти непроницаемую для взора завесу, но сегодня всё было иначе.       Девушка, чей истинный возраст был загадкой, предавалась воспоминаниям в весьма подходящий для того момент, когда пространство было слегка освещено и очищено, но недостаточно, чтобы это было похоже на солнечный свет.       Совсем как тогда, далекой ночью, десять лет назад.       Алесандрия сидела на крыше небольшого дома, наблюдая звёздное небо. Очень редко туман отступал, даруя жителям небольшой перерыв. В такие дни очень немногие бросали все свои дела, просто наслаждаясь отличным видом - безразличие было болезнь, поразившей магов, кто перестал видеть простую красоту жизни. Но заклинательница теней была другой.       Тогда ее мысли прервали - вдруг на небе засияла искра, медленно набирающая размер, словно приближаясь к городу. Глаза девушки сощурились, пытаясь понять источник этого сияния. Пространство искажалось, создавая иллюзию расстояния, хотя объект уже приблизился достаточно, дабы обратить внимание на его внешний вид - ярко-зеленая звезда, которая после краткого взгляда резко исчезла так же, как и появилась.       Раздался небольшой хлопок, и яркая вспышка магического фона вспыхнула на мгновение в небе, заставляя прикрыть глаза. Зелёный взрыв на краткий миг озарил город, разделившись на две хвостатые кометы, одна из которых скрылась далеко на западе звёздного неба, а другая - в диаметрально противоположной стороне.       Она оторвалась от своих мыслей, почувствовав что-то... Сказать более определенно было нельзя, хотя и несомненно хотелось. Алесандрия поднялась с небольшого валуна, покоящегося на каменном плато, откуда она предавалась воспоминаниям, чтобы вернуться к сети пещер, в которых велел им остановится Валериан. Самого некроманта заклинательница приметила несколькими метрами далее. Он тоже смотрел в даль, как видно, раздумывая об их дальнейшем пути.       Странный шепот раздался впереди, когда она приблизилась к пещере, откуда исходило что-то, передать что она не смогла бы словами. Шепот стал более различимым, стало понятно, что это были человеческие живые голоса. Мрак расступился перед взором колдуньи - она увидела пару темных фигур, других магов. Ей хватило всего пары мгновений, чтобы понять, что они стоят с закрытыми глазами и... спят?       Это открытие произошло одновременно с другим - голоса шли не из пещеры. Они раздавались прямо в ее голове. Не в силах шевельнуться, она увидела, как одного из магов опутали шершавые путы, очертание которых было единственным, что могла разглядеть чародейка, но ей было достаточно.       Рука выскользнула из рукава мантии, руны на котором вспыхнули одновременно с ее глазами. Тени сгустились вокруг их заклинательницы, даруя ей силу за гранью понимания смертных, и пещеру осветила ярко-рыжая вспышка, и голоса в голове превратились в истошный крик тысяч голосов. В пещере раздался запах паленой шерсти и чего-то гнилого.       Восьмилапое существо из кошмаров с неизменно меняющимся лицом, чьи длинные конечности уже успели захватить двоих магов с необычайной быстротой, и с такой же скоростью пыталось добраться до колдуньи, но в него прилетело несколько стрел и один флакон с чем-то неясным с другого входа в пещеру, и вопль тысячи лиц заставил всех схватиться за уши, и мохнатое существо скрылось в дыре в потолке.       Алесандрия отняла ладони, с которых стекала кровь и глянула наверх, где скрылось существо. И не ей одна пришла тревожащая мысль.       - Надо срочно уходить отсюда. Чем бы оно ни было, вряд ли оно охотится в одиночку. - Голос Валериана привёл ее и всех окружающих в чувство, и колдуны поспешно покинули проклятые своды пещеры.       Их стоянка немедленно прекратила своё существование, и они продолжили свой путь. Процессия продолжила двигаться - тропа вела немного ниже, к горной долине, но путь казался почти бесконечным, совсем рядом с бездной, что жадно распахнула свою беззубую пасть перед возможными жертвами. Произошедшее в пещере мало кого не оставило с мрачными думами, но всё только начиналось - тени воспоминаний и призраков будто сошли с привычных природой позиций, крутясь вокруг магов, нашептывая им свои безумные песни. Периодически, один или два волшебника сдавались этому шёпоту, падая в бездну, однако идущие впереди даже не обратили на это внимание.       Аура Края Теней действовала даже на самых посредственных магов - они выглядели увереннее с каждым шагом, но плата была проста, и ее подтверждали кровавые пятна, расползшиеся на камнях внизу, напоминавшие о слабоволии погибших.       Алесандрия тоже чувствовала это влияние темной ауры, столь извращенное, что оно даже наполняло ее силой, словно в мир возвращалась магия... Но это была всего лишь сила Края Теней, куда не успела дотянуться уродливая рука людских цивилизаций, скептицизм которых как будто пожирал любую магию. Это было красивое объяснение для затворников-магов, и мало кто помнил, что именно людская империя валирийцев расселила магов по всему Вестеросу и Эссосу. Но Валирия пала, сраженная ужасным Роком, пали и ее драконы, а с ними из мира утекла и магия...       Когда процессия достигла конца тропы, ступив в долину, перед глазами чародеев раскинулось целое море цветов и трав, совершенно иной природы, нежели привычной человеческому понимаю. Призрак-трава пожирала жизнь, оставляя лишь кости и смерть от осмелившихся пройтись по этому зелёному полю. Алесандрия тихонько вздохнула, вспоминая всё, что она знала об этом месте.       Совершенно не к месту ей вспомнились старые поверья дотракийцев, которые верили в неизбежность конца всего. Их шаманы диктовали - мир поглотит призрак-трава, что пожрёт всю жизнь мира. Глупость, конечно, однако глядя на это "живое" и голодное чудище, многим становилось действительно не по себе.       Припасы медленно кончались, как и люди, идущие следом за Валерианом и Алесандрией - среди них было не так много "настоящих" чародеев, чья сила была не в простых заговорах или амулетах. Среди них изначально были простые лекари, ворожеи и ведуны - расходный материал для поистине могущественных колдунов. Но вдруг природа Края Теней начала проявлять себя с совершенно новой стороны. Магия перестала привычно отзываться, что стало для многих шоком, а ритуалы получали новые эффекты, увеличивая жертвы среди личного состава.       Укрыться от солнца, что заглядывало в долину в полдень, было почти что негде - Валериан велел даже не приближаться к пещерам, поворачивая путь процессии магов вдоль Пепельной. Но даже вся их осторожность и мудрость предводителя не помогали избегать лишних жертв - они могли просто пропасть среди высокой призрак-травы навсегда.       Процессия упорно двигалась вдоль реки Пепельной, но не слишком близко, опасаясь её возможного влияния, хотя в последние дни некоторые всё же прошли к ней и обратно, пополнив запасы воды. Такие маги как Валериан могли спокойно пить отравленную воду на глаза у публики, вызывая удивление у одних, и недоумение у других.       Сама заклинательница теней так и вовсе видела в этом некоторый риск - мало кто из магов забирался в Край Теней так далеко, но закономерность того, что чем севернее уходит река, тем опаснее преграды, была ведьме отчетливо видна. Подтверждая ее мысли по этому поводу, погибать стали не только второсортные ворожеи и оборотни вместе с их зверушками. Мысли Алесандрии по этому поводу прервал сам Валериан, на очередной остановке их группы.       - Я не нарушил твоё одиночество? - Некромант присел рядом, не смущаясь неприветливого выражения.       Девушка стала замечать в нём некоторые изменения с каждой милей. В других магах тоже, даже в себе, но Валериан с каждой милей менялся более отчетливо. Его аура становилась всё более жуткой, а некоторые из оставшегося "расходного материала" буквально сходили с ума только от попытки взглянуть на него - Край Теней поглощал своих жертв всё быстрее и быстрее.       - Меня волнует лишь то, что эта долина не хочет заканчиваться, и горы, похоже, были местом куда более безопасным, чем эти места. - Алесандрия безразлично пожала плечами, даже не пытаясь ответить на вопрос.       - Здесь обитают существа пострашнее даже гигантских пауков и драконов. Ты никогда не задумывалась, откуда многие жрецы своих божеств берут свою силу? От их идолов. А откуда берут свою силу боги?       - Ты хочешь сказать, что..? - Маска безразличия слетела, на миг обнажая прозрение и шок, впрочем, тут же скрывшееся за скептицизмом. Некромант безрадостно рассмеялся, несомненно, успевая за этой пляской лиц.       - Истина бывает к нам так близка, как и сила, но мы упорно ее упускаем. Человеческая глупость. Или мудрость? Мы ведь боимся и того, и другого не просто так.       Алесандрия не заметила, как осталась наедине со своими мыслями... Или не наедине. Она теперь вообще не могла быть уверена в собственной защите, зная, что где-то могут блуждать древние духи и божества.       Аура Края Теней продолжала давить, и делала она это сильнее с каждой пройденной милей. Даже если здесь нигде не было физических опасностей, мистические исчезновения, самоубийства и сбои в заклинаниях продолжали происходить. Кто-то просто сходил с ума от давящего присутствия неизвестно чего, но Алесандрия и ее воля были сильнее. Их осталась всего дюжина.       Каждый был сильным волшебником, чьи силы превосходили жажду Края Теней лишить их жизни. Они уже отдалились от Пепельной на более приличное расстояние. Ее ядовитые испарения были не страшны оставшимся чародеям, но воздействие, которое она оказывалась тем сильнее, чем глубже они заходили в Край Теней, подтвердил и Валериан. По-прежнему они использовали ее как ориентир, ведь даже их ритуал, позволяющий взглянуть на всё окружение с высока, стала туманить странная аура. Ошибок больше не должно было быть, понимал это каждый, и в силу своей силы и мудрости они и выжили. И цель их была уже так близко...       Медленно они вновь взбирались наверх, оставляя долину духов позади. Каждый шаг был словно попыткой преодолеть сильный поток ветра - дыхание сбивалось, а пот застилал глаза. Древний шёпот призраков стал привычным фоном, на которой уже перестали обращать внимание. Ничто более не имело значения, когда почти обессилившие от долгой дороги маги предстали перед своей конечной точкой. Город-призрак Стигай встретил их тишиной, прерываемой лишь завыванием ветра.

***

      Они брели по этому странному городу, узнавая то тут, то там архитектуру разных народов. Среди городских структур была даже башня, выполненная в стиле валирийских архитекторов. Насколько могла судить Алесандрия, это было просто невозможно, но сил на удивление и размышление не было. Колдунья чувствовала, что что-то упускает, но упорно продолжала лишь двигаться. Город был ещё более зловещ, чем Асшая, по настоящему пустой и мёртвый. Но в этом таилась и своя извращённая красота - одиночество посреди моря опасностей.       Словно подчеркивая эту атмосферу, по улицам вместе с ветром, подкидывающим в воздух горсть листьев, стали проносится голоса, едва слышимые. Они пели о чём-то... Это было ещё более невероятно, как и голые деревья, с которых сошла крона - они просто не могли расти в Крае Теней.       Ничего из этого более не волновало оставшихся чародеев, они осматривали здания, восхищаясь архитектурой. Многие здания были выполнены в такой манере, о которой не слышали даже эти долгожители, что уж говорить о неизвестных камнях, из которых они были выстроены. Музыка голосов становилась тем громче, чем дальше они забредали в город. Алесандрия на грани сознания понимала, что уже перестала понимать смысл своих действий, но каждая ее мысль заканчивалась незавершенной. Хор голосов медленно стирал всё, что она могла знать или делать.       Маги медленно разбредались, рассматривая различные реликвии прошлого, однако их лидер Валериан строго-настрого запретил трогать что либо, комментируя их попытки словами о возможных проклятиях.       Маги теряли терпение, не понимая, зачем они тогда сюда прибыли. Они гневались, их настроение сменялось с небывалой скоростью. Алесандрия сохраняла нейтралитет, однако понимала, что ей рано или поздно придётся принять чью-то сторону.       Голоса становятся всё громче и заунывнее, а песня на неизвестном языке кажется такой грустной и... отдаленно знакомой. Девушка заметила, как один из чародеев не выдержал и выхватил кинжал из-за пояса с явными намерениями. Полное безразличие внезапно заполнило девушку. Картина группы магов, что готовы были схлестнуться друг с другом, стала медленно отдаляться, и их ругань, перешедшая в стычку, заглохла посреди заполонившей уши мелодии.       Зачем ей вмешиваться? Что она вообще здесь делает, и как сюда попала? Деревянными движениями она стала отдаляться от других магов, слушая шепот-песню и медленно разбирая слова песни. Ей казалось, что если она поймет все, то всё встанет на свои места, но что-то ей мешало... Голос, поющий вразрез с другими. Он раздражал и мешал сосредоточиться на голосах и смысле их песни, но вперемешку с этим раздражение на миг проясняло мысли, и суеверный ужас охватывал всё тело заклинательницы. Опутанная им, она едва могла двигаться, хотя в действительно только благодаря этому чувство она могла ещё переставлять ноги.       Страх прояснял разум, сбрасывая ужасающее влияние голосов на способность мыслить. Почему-то резко стало понятно, что ей не стоит знать, о чём поют голоса, и не стоит пытаться разобрать их смысл. Адреналин ударил в кровь внезапно, и сердце заколотилось так, словно хотело выскочить из клетки бренного тела. Эта боль, эти спазмы отделяли её от возможности стать очередным призраком, бездумно бредущим по улочкам города.       Она перестала осознавать, в каком направлении движется. Само время перестало существовать. Кажется, прошёл день... Или неделя? Сколько она здесь бредет, и почему город не кончается? Улицы и переходы сменяли друг друга, как и здания, каждое из которых было разным.       Алесандрия видела странные образы: мёртвых людей, идущих по улицам; образы прошлого, которые она давно забыла и даже тех магов, шедших с ней в группе. Она ещё слышала песню теней, которая вела её целую бесконечность. Огромная площадь появилась будто из воздуха. По периметру расположились ещё более странные строение, но одно из них... Сердце на мгновение остановилось, прекратив свой безумный ритм. Перед чародейкой была небольшая часовня, с проломленным потолком, полом которой безраздельно правил скелет дракона, который, по-видимому, и разрушил прекрасное здание. Кости величественного крылатого змея благородно распростерлись по длине здания, завладев каждым углом.       Приглядевшись к лапам дракона, Алесандрия заметила странную шкатулку, которая резко в её голове вызвала взрыв голосов. Целый хор и череда воспоминаний входили и покидали её разум. Предупреждение Валериана о том, чтобы не касаться ничего в этом городе, набатом раздалось в ушах, заглушая все мысли. Калейдоскоп чужих воспоминаний и действий заполонил взор, но что-то помогало сопротивляться... Всё тот же, поющий вразнобой с другими голосами. Заклинательница всеми силами пыталась дотянуться до шкатулки, что была всего в каких-то нескольких дюймах...       С необычайным усилием воли она преодолела это расстояние, чувствуя, что сейчас просто потеряет сознание от сюрреалистичности и хаотичности происходящего, но стоило ей прикоснуться прохладной поверхности артефакта прошлого, как всё резко прекратилось. Ей стало намного легче, и ужасная магия Стигая покинула ее разум, оставляя мысли в тишине.       Она вновь владела собой, вновь могла спокойно мыслить, дышать, смотреть. Череда событий, через которую она прошла, будучи завороженной, теперь выглядела просто безумно и нереально. Совсем так, как видела она и другие этот город. Как он показывал себя: хаотичным, нереальным местом, средоточием безумия и сюрреализма.       Действуя по наитию, заклинательница поднялась с пола, чувствуя, как силы возвращаются к ней с каждым вздохом, и поспешила выбежать на площадь, где увидела жуткую картину. На земле корчились от боли могущественные колдуны, искажённые ужасом. Над ними стоял Валериан, с лёгкой усмешкой оглядевший девушку.       - Прекрасная погода, не правда ли? - Спросил он, подставляя лицо усилившемуся ветру. - Это место не радо посетителям, а эти идиоты действительно не понимают, что артефакты прошлого должны остаться в прошлом. - Его взгляд коснулся шкатулки в руках Алесандрия, после чего он с улыбкой кивнул. - Значит, ты нашла, что хотела. Я рад. А теперь будь паинькой - беги как можно дальше от этого места.       Колдун был так спокоен, что её начало трясти. Это не было нормальным. Ничего в этом месте не было нормальным. Ветер усилился до настоящего урагана, снося всё на своём пути. Что-то в голосе некроманта заставило девушку оглянуться, и ее вновь сковал ужас. Костяной дракон медленно поднимался. Кинув взгляд на фигуру некроманта и увидев в них сталь и решимость напополам со знанием того, что сейчас произойдет, девушка кивнула ему, а он - ей. Алесандрия принялась бежать, доверившись своим инстинктам и единственному оставшемуся шепоту.       Она слышала ужасный рев позади, но была не в силах даже обернуться, в голове осталась лишь одна мысль: преодолеть арку входа в город. Стоило ей сделать это, как она остановилась как вкопанная, оборачиваясь назад. Всё прекратилось. Ее руки дрожали от страха, но ужас медленно отступал.       Она смотрела и видела лишь пустые улицы с необычными зданиями, по которым изредка пробегал поток ветерка, поднимавшего ворох листьев. Ни скелета, ни магов, ни Валериана. Их больше не было, лишь только город, мрачно и величественно возвышающийся, и она вдруг осознала - она была посреди Асшая.       Пройдя пару шагов, она упала без сил, упершись спиной о стену переулка. Ей точно надо отдохнуть.

***

      Валериан расслабленно глядел на летающего по городу чудовище.       - И такое бывает. Воистину занимательное место. По-своему романтичное. - Пробормотал тёмный колдун, медленно бредя по городу. Знали бы идущие с ним колдуны, что их ничего тут и не ждало. Его цель была совершенно иная, в отличие от жадных до сокровищ прошлого колдунов.       Некромант искал способа проверить собственные силы, проникнув в место, недоступное простым смертным. Простая и незамысловатая проверка возможностей, эгоистичная и безумная. Судя по тому, что он ещё жив - проверка удалась.       - Посмотрим, что из этого выйдет... - Философски подытожил некромант своё положение, медленно повернувшись к дракону, летящего прямо на него. Перед тем, как чудище накрыло его, одинокие тени города могли различить улыбку на лице мага, такую живую, в отличие от его совершенно мертвого лица.