Иллидан Баратеон

      Прохлада игривым потоком разнеслась по коридорам Красного Замка, задевая полы плащей идущих господ по своим покоям. Слуги послушно разносили еду и напитки, иногда ежась от приходящего мороза. Атмосфера медленно переходила в полушёпот закулисных интриг и любовных романов. Большая политика требовала своих собственных жертв.       Иллидан медленно обводил взглядом тонкий стан колдуньи, продолжая держать руку на мече, тем не менее, не вытаскивая его наружу. Судя по реакции девушки на его присутствие, она тут не случайно — это не заблудившаяся служка или очередная воровка, чьи попытки завладеть королевскими богатствами принимали любые ипостаси для достижения цели.       Ярость Бури прикинул в уме, насколько безопасно находится в комнате с той, что назвалась ведьмой из Асшая, и заметно успокоился. Она не сделает ему ничего, к чему он не был готов. Он был охотником, но никак не жертвой... Принц сделал пару шагов по направлению к незнакомке, а она, словно в противовес, пару шагов назад, во мрак. Ее лицо, скрытое доселе низко опущенным капюшоном, теперь скрывала и тьма, которую не мог разогнать тусклый лунный свет, выбивавшийся из-под штор на окнах. Она не отступала в страхе, а словно призывала его окунуться в царство теней, как змея своими изгибающимися движениями гипнотизирует жертву...       Полудемон ступил за ней вслед, воскрешая в памяти, как выглядит комната, и нащупал спинку стула. Глаза быстро привыкали к темноте, и несложно было заметить в ней движение - это его ночная гостья присела за другой стул, прямо напротив него. Иллидан последовал ее примеру, и теперь, кроме мрака, их разделял ещё и стол. Словно вторя его мыслям, совсем рядом вспыхнул огнями канделябр, но Ярость Бури и бровью не повел - существовало огромное множество всяких порошков и зелий из-за моря, которые могли заставить что-либо вспыхнуть. Ярость Бури пытался разглядеть черты лица девушки. В первые мгновения их знакомства он успел лишь мельком понять, что она далеко не так проста, о чём говорила мудрость в глазах.       Словно следуя за его мыслями, девушка полностью сняла капюшон, и по плечам рассыпались жемчужные волосы, обрамляя острые скулы и молочно-белую кожу, словно давно не видевшую света - из того, что Иллидан знал о жителях Асшая, несложно было поверить в это предположение. Она была весьма привлекательна и молода, и это совершенно не укладывалось с тем, что Ярость Бури всегда видел в таких, как она.       Куда большую бурю эмоций вызвал цвет волос, но... он не выдал и толики своих чувств. Пряди не выглядели седыми и сухими, как солома, напротив, были шелковисты и мягки. Это слишком сильно напоминало... безумную королеву, что погубила собственный народ и мир. Иллидан моргнул, и облик Азшары перед его глазами расплылся. Это уже неважно - за свои ошибки Высокорожденная расплатилась.       Ярость Бури, наконец, поднял свои собственные янтарные глаза. Золото и зелень встретились в сражении, и уступать не хотел ни один. Саркастичный и гордый характер Баратеона боролся с равнодушием представительницы Асшая. Молчание затягивалось, и юный принц соизволил первым его прервать.       - Теперь понимаю, о чём болтали Паук, Варис и другие... - Взгляд Идана Баратеона рассеянно заскользил по поверхности стола. - Обещанный мессия, говоришь? Тот, кто развеет моё любопытство?       Тьма уже расступилась под мягким напором света от канделябра, и Иллидан нашарил взглядом графин с жидкостью и стоящий рядом бокал. Тонкие королевские пальцы коснулись кубка с напитком, и Иллидан позволил себе сделать пару небольших глотков, а после продолжить безмолвную дуэль взглядов. Полудемон в теле юноши держался идеально, поддерживаемый опытом эльфа, чья жизнь была далеко за пределами понимая смертных. Он продолжил свой монолог скучающе-обыденным тоном так, будто паузы не было.       - Как-то парочка шарлатанов попыталась убедить меня в том, что в моих венах течёт чистая кровь драконов, после чего предложили для проверки поджечь меня заживо. Представь себе, я согласился... - Ему удалось вызвать в глубине изумрудов напротив некий намек на любопытство - ...и приложил ладонь к горящим углям. Ожог зажил за неделю - примерно за это время сгнили их трупы на королевской висельнице.       - Юный принц умеет вести переговоры. Ваши дипломатические способности вызывают восхищение у простой жительницы Асшая. - Тон незнакомки был равнодушно-заинтересованным, от чего трудно было понять - говорит она с сарказмом или нет. - Я не пришла бы сюда, если желала бы смерти себе. История о Идане Баратеоне, чья жестокость в отношении мошенников вошла в народные пословицы, разнеслась далеко за пределы Вестероса. Мне предложили много денег, дабы я показала вам настоящую магию, как юный принц желает. Вот и всё.       Иллидан наклонил голову вправо, ведя свой взгляд по белому лицу девушки, отмечая для себя некоторую фальшивость пустых попыток подсластить речь комплиментами. Он не мог быть уверен наверняка, но инстинкты буквально кричали в его разуме - она врёт. Это не её цель! Баратеон раздражённо фыркнул, для пущей убедительности частично вытащив клинок из ножен.       - Не стоит пытаться обмануть того, кто вырос в змеином гнезде из интриганов и лжецов. Было много авантюристов, которые понадеялись на свою удачу, пытаясь обмануть меня или тех, кто живёт рядом со мной, своими словами о магическом происхождении. Они умерли в страшных муках, пожалев о своих попытках. - Конечно же, далеко не все случаи заканчивались именно так, в конце концов за глупость Иллидан не наказывал, но слухи, которые он велел распускать, купили ему дурную славу. - Моё терпение на исходе, и тебе лучше его не испытывать. Задам простые вопросы: кто ты и зачем явилась сюда?       Он начал злиться, теряя контроль над своими эмоциями. Его способности к сотрудничеству с фокусниками из этого мира достигали своей точки кипения, а коммуникативные навыки после ужасного вечера были на пределе. И пусть сейчас перед ним был человек со схожим характером, осознать это рациональной частью ума было невозможно.       - А кто ты и откуда явился сюда? - Словно не услышав всей гневной бравады и не узрев на лице принца целый спектр негативных эмоций, колдунья ответила вопросом на вопрос. Это было так же неожиданно, как и внезапно ставший острым взгляд зеленых глаз, впившийся в удивленное лицо Баратеона-среднего.       Иллидан на мгновение опешил, сбитый формулировкой вопроса. Но он не мог дать ей насладиться даже мгновением своей выходки. Взгляд снова стал раздраженным.       - Как это кто? Ты явилась к принцу Идану Баратеону, именуемому первым...       Колдунью начало его полного титула не впечатлило, и настал ее черед сердиться - брови взлетели выше необходимого от не отразившегося на лице возмущения. Словно вторя ее эмоциям, огни на канделябре гневно вспыхнули, прерывая Ярость Бури, и потухли.       - Юному принцу не пристало врать. Если он настаивает на честной беседе, так пусть она будет честной с обеих сторон.       Лунный свет окончательно скрылся за облаками, оставив их в полной темноте. Иллидан было потянулся зажечь потухший канделябр, однако его опередили.       - Вам не стоит утруждать себя такой мелочью. - Небрежно протянула Алесандрия. В абсолютно пустой комнате явственно раздался щелчок пальцев, и огоньки вновь осветили парочку. - Именно это вы хотели увидеть?       Принц прищурился, откидываясь на стуле. Теперь он был уверен в своих смутных ощущениях. Он чувствовал её ауру чародея. Столь незаметную и слабую, что он сначала принял ее за игры своих ощущений. Такая не встала бы и в самый слабый ряд волшебников Азерота, однако пропорции магии этого мира сильно отличались тех, что были привычны его родине, а потому многие формулы вычисления силы не могли работать абсолютно верно.       Я не понимаю твоих слов, колдунья. Я есть, кто есть - наследник рода Баратеонов. И если ты пытаешься сбить меня с толку, тебе лучше не играть с огнём. - Холодный тон Иллидана намекал, что ей не стоит даже пытаться манипулировать словами, дабы контролировать его поведение. С нее достаточно и того небольшого удивления.       На эту очевидную угрозу колдунья слабо улыбнулась. Зловещие тени играли на ее аристократичном лице. Ярость Бури почувствовал ее влияние на себя - скорее инерция привыкшей к играм разума ведьмы, чем реальная угроза.       - Всё слишком туманно, скрыто за завесой из огня даже от моего взора. Но даже того, что я вижу, хватает, чтобы ощутить всю... фальшь. - Голос стал медленнее, в нём появились завораживающие нотки, словно ведущие тех, кто ими наслаждается, по тропам беспамятства... Иллидан моргнул, ощущая, что наваждение пропадает. Если колдунья и была разочарована, они ничем это не выдала, продолжая уже говорить совсем тихо:       - Голос воззвал ко мне посреди ночи. Он вещал, что среди рода вашего короля находится иной... Это трудно передать, но я ощущаю, что передо мной стоит... не человек... - Она не успела договорить, ощущая лёд металла у своей шее.       - Прости, но это тайна останется со мной, ведьма. Никто не должен знать правду. - Голос Иллидана был мёртвым, сиплым облаком окутывая комнату эхом. Он всё ещё сомневался в том, что она действительно знала, однако он не имеет права рисковать. Эта тайна останется лишь его тайной. И всё же он колебался. Кое-что сбивало его с толку.       Колдунья напротив была... спокойна. Она и бровью не повела, словно и близость смерти не могла разрушить ее невозмутимости. Будь это какое-либо проявление магии, Иллидан бы это ощутил - такие трюки проделывали многие фокусники. Бедняги даже и не знали, с какими крохами силы ментальной магии они пытаются заигрывать...       Алесандрия, казалось бы, заметила его замешательство. Лукавая морщинка пролегла меж ее бровей.       - Разве принц не понял, почему я всё ещё так спокойна? Я приехала в Королевскую Гавань к принцу, что жестоко расправляется с колдунами-шарлатанами, не из-за денег. Не из-за желания обрести власть при дворе, ведь я только что дала Вам знать, что осведомлена о лживой сущности, что скрывается в этом теле. Не из-за простого любопытства, ведь никакая раскрытая тайна не стоит потерянной жизни.       Клинок в руке Иллидана дрогнул, оставляя небольшой порез на шее, и принц неуверенно отвел клинок. То, что не давало ему покоя... Словно идя по пятам за его мыслями и действиями, колдунья еле заметно двинулась вперед, снова почти вплотную остановившись у лезвия. Ее глаза были устремлены прямо в янтари Ярости Бури.       - Тогда зачем я это сделала?       Меч вернулся обратно в ножны, а Иллидан вновь уселся за стул, с которого несколькими мгновениями ранее так опрометчиво вскочил. Он был несколько обескуражен потерей контроля над ситуацией, и это слегка бесило. Впрочем, он был рад, что ведьма вовремя успела остановить его. Он всё ещё не понимал, зачем же тогда эта девушка находится сейчас в Красном Замке, и до тех пор, пока он не будет уверен, что цель этого пребывания не стоит перед ним угрожающей стеной, голова жительницы Асшая останется у нее на плечах. Ярость Бури лениво поднял бровь, скрещивая руки на груди. Он ждал ответа на полученный вопрос, и колдунья это прекрасно поняла.       - Я единственная, кто может Вам помочь, мой принц. - Голос был терпелив и мягок, будто и не ей же минутой назад угрожал этот самый принц. - Я дам Вам то, что вы так желаете - научу магии...       Атмосферу тишины разрушил мрачный саркастичный смех принца, который он и не пытался скрыть. Саркастичный, полный боли, смех лишённого магии существа. Однако смех исчез так же быстро, как и появился. О Элуна! Она думает, что может помочь ему. Высокомерие отразилось на его лице, и он ядовито ухмыльнулся.       - Ты не понимаешь, ведьма? Твоя магия ничтожна по сравнению с тем, чем я работал. - Презрение Иллидана было обосновано его гордостью и идеологией победителя.       В ответ девушка загадочно улыбнулась, наклоняя голову набок. И словно следуя за этим движением, за пределами теней нечто качнулось в так.       Вдруг перед принцем вспыхнули магический потоки, которые он пытался разобрать, но у него никак не получалось. Единственное, что он успел понять, так это чей-то испытывающий взгляд за пределами теней — это был полный абсолютно иного понимая взгляд - чистый меркантильный интерес и не более.       - Так значит, у нас сделка? Я говорю правду тебе, а ты - мне? И каждый получит то, что желает.       Одним морганием девушка дала ему понять, что условия ее устраивают. Такая невозмутимость в очередной раз усмирила Иллидана, и он продолжил уже более спокойно, отмечая участливую улыбку на лице девушки:       - Я не из этого мира. Моя родина полна магии, но эти земли... словно иссыхают. Я уже и не думал, что найду хоть малейшие ее проявления, но ты, очевидно, не одна из тех, кого я встречал прежде. - Теперь он чувствовал это куда более отчетливо. Само присутствие асшайки создавало магический фон. Столь незаметный и столь желанный спустя года без малейшего ощущения хотя бы крох магии... Баратеон расслабленно устроился в кресле, начав свой рассказ. От его ритуала до попадания в мир в тело ребёнка. Его речь прерывалась небольшими вопросами, однако он последовательно на них отвечал, отметив предметность каждой фразы собеседницы.       - Магия ушла из этого мира, когда ушли драконы. - Просто произнесла ведьма. Иллидан только сейчас заметил, что руки она держала под мантией, словно... словно там что-то есть, и это "что-то" она упорно скрывала... - Сохранилась она лишь далеко на востоке, в самом Краю Теней.       Жажда магии внутри Иллидана вспыхнула огнём боли, но он этого даже не заметил. Разумеется, Ярость Бури читал об этом загадочном месте, где по слухам вестеросцев ещё были живые драконы, но верить слухам далеко на западе от тех земель было бы крайне неразумно... И, конечно же, совершенно иное, узнавать об этом от той, кто была там - пусть и на самом его краю, в Асшае. Или же была?       - А ты сама была в Крае Теней? - Задав свой вопрос, полудемон услышал звонкий смех.       - Юный принц забыл, что я буду говорить правду лишь тогда, когда он сам удостоит меня своей? - Иллидан нахмурился, сражаясь взглядом с колдуньей, и она в конце концов пошла на уступки: - Моё имя Алесандрия, я из заклинательниц теней. И, как и любая из них, я была в Крае Теней. Разумеется, там бывают не только заклинатели теней - могущественные колдуны населяют Асшай испокон веков, а сам он стоит лишь благодаря их безрассудству и храбрости, что позволяют поставлять в город редкие ресурсы, что мы продаем на западе...       Иллидан нетерпеливо взмахнул рукой, давая понять, что политика Асшая ему неинтересна, и он уже успел об этом вдоволь начитаться прежде. Из того, что он услышал, Ярость Бури смог получить информацию, что Алесандрия была одной из жительницей города колдунов, оказавшись среди тех, чьи сапоги истоптали земли драконов. Волшебница поделилась с Иллиданом легендами этого мира, о человеческой глупости и гордости и последствиях этого... Многое Ярость Бури успел вычитать из книг королевской библиотеки. Многие факты он узнавал для себя впервые...       Однако его до сих пор смущал уровень магического фона ведьмы - она была слишком слабая по его меркам, хоть и назвалась заклинательницей теней. А они, по меркам многих легенд и сказаний, были опаснейшими из всех колдунов... Неужели все россказни о могуществе порождены сказками прошлого? Словно отвечая на его невысказанный вопрос, Алесандрия добавила:       - Среди жителей города есть те, для кого этот мир - лишь ступень на пути к нечто большему. Могущественные колдуны и некроманты, для которых нет ничего сложного в осуществлении того, о чём мы можем лишь мечтать. Я знакома с некоторыми из них... - После этих слов Алесандрия поежилась, вспоминая слова и лицо Валериана. Сколько она не пыталась выяснить его судьбу после того случая, её попытки оканчивались всегда неудачей. Загадочная личность, которая навсегда изменила её судьбу.       - Интересно. Очень интересно. - Иллидан был задумчив, как никогда прежде. Так много нового за одну ночь... Этот разговор грозил стать весьма и весьма продуктивным к своему окончанию...       - Я думаю, мой принц, настал ваш черед. - Сладко улыбнулась девушка, передавая ему ход. Словно желая вернуть ей своё, по его мнению, позорное удивление, Иллидан саркастическии продекламировал.       - Я не только не из этого мира, но и не человек. Раньше я был эльфом, расой, которой нет на ваших землях. Но это не важно, ведь под конец жизни многие считали меня демоном.       Ярость Бури умолчал о том, что он сам думал по этому поводу. Это не играло никакой разницы... Демон он или эльф - его путь один, и он останется неизменным. Его слова, если и произвели удивление, которого Иллидан хотел добиться, оставили лицо Алесандры бесстрастным, но чему-то он был уверен - они достигли своей цели.       - Что ты можешь, Алесандрия? Как ты собираешься "помочь мне"?       Принц разорвал вновь возникшую тишину своими словами. Ему самому не нравилось, что они прозвучали почти что как усталый вопрос отчаявшегося, затерянного в Великой Запредельной Тьме эльфа...       - Есть много способов, мой принц. Даже здесь, в Вестеросе, где магии почти что нет, многие могущественные колдуны могут творить магию. Но это слишком слабо для Вас, не так ли?       Ответом стал нетерпеливый взгляд янтарных глаз. Так значит маги этого мира столь же зависимы от наличия этой магии вокруг? Иллидан почувствовал разочарование, его словно бы почувствовала его собеседница.       - Моя собственная магия здесь по большей части зависит от воли Владыки... Он питает этот мир даже здесь, в этих далеких и пустых на магию землях. Нужно лишь знать, где найти его силу...       Ощущения чужого присутствия заполнило комнату, ветер распахнул окна, вздернул шторы, но лунный свет не залился в комнату, отражаясь от сгустившихся теней. Канделябр вновь погас, Ярость Бури вскочил, но он был спокоен. Это было то, с чем он был так знаком - магия. И ее было много... больше, чем он видел когда-либо здесь. Он раскинул руки в стороны, собираясь ее поглотить, но... ничего не произошло. Она проходила сквозь него, как песок утекает сквозь пальцы, словно дым, словно... словно тень. Этот вывод заставляет Иллидана внезапно успокоиться.       Пляска теней прекращается, свет возвращается в комнату, и Ярость Бури теперь чувствовал, что эта хаотичная энергия скрылась в стоящей с Алесандрией.       - Как? - Это было единственное слово, что смог произнести полудемон, оно прозвучало так, будто оно было просьбой воды пробывшего неделю в пустыне путника...       Заклинательница теней едва заметно улыбнулась и, наконец, вытащила то, что скрывала у себя под мантией - изрезанную письменами, богато инкрустированную шкатулку.       - А это мы с Вами совсем скоро узнаем, мой принц.