Непроизвольно закатив глаза, отставив ножку машинально

«Вот не думала, что придется стать еще и героиней сказки. Мало мне было попасть в женское тело, так еще и этот тупой квест! Честно сказать, я надеялась, что дед и весь этот абсурд был бредом. Но ведь не бывает так, чтобы это длилось несколько дней, а? А бродила я по непонятному сказочному миру в поисках того, не знаю, чего. Классика! Только ноги совершенно натурально были сбиты до крови неудобными и жаркими резиновыми сапогами. Все тело чесалось, потому что не мылась я нормально черт знает сколько времени. Штаны, поддетые под платье, были велики, и я задолбалась их подсмыкивать. Все это безобразное походное шмотье мне отжалел дед Шон со своего могучего плеча. И ноги. Шла я по лесам и полям в тридевятое царство. Там, по неподтвержденным данным, росли молодильные яблоки. И этот, как бы мой родственник, утверждал, что сможет соорудить из них зелье, которое вернет мне мою сущность альфы. А его оживит что ли? Иначе, зачем все это? Есть хотелось невыносимо, но единственное, что мне оставалось — это собирать ягоды, похожие на малину. — Мясо, — мечтательно протянула я, — все бы отдала за хорошо прожаренное мясо. — Точно все? Девственность отдашь? — хрипло спросил кто-то. Я самозабвенно завизжала. А вы бы что сделали при виде здоровенного волка? Говорящего? Волк присел и съежился от звуковой волны, сразу показавшись не таким и огромным. Уши он свернул в трубочки и прижал к голове. Я все это видела, но продолжала орать. Воздух в легких кончился, в ушах зазвенело, я приостановилась, чтоб вздохнуть поглубже. — Заткнись, а? Уж и спросить нельзя! Мясо точно хочешь, али прикидываешься? — успел вклиниться волк в паузу между визгами. — Хочу, — мрачно ответила я. — Девственность гони. — Зоофилия не интересует. Деньгами возьмешь? — Зачем мне деньги в лесу? — озадачился волк. — Затем же, зачем и тебе моя мифическая девственность. Мясо давай, — рассердилась я. Ноги гудели от усталости, и я была рада присесть, а еще лучше прилечь. Но сначала пожрать. — Вот, держи, — ухмыльнулось это мерзкое животное и протянуло мне мышь. Он ловко зажимал когтями тонкий хвост и покачивал маленькой пушистой тушкой. Тушка жалобно попискивала и сучила лапками. — Отпусти несчастную, — насупилась я, — ей же больно. — Ты смотри, добрая какая девушка! Ладно, ладно. Пошутил я. Ну не прокатило, — с этими словами он небрежно крутанул грызуна и запустил в ближайшие кусты. Там достаточно громко бухнуло и затрещало, как будто приземлилась не мышка, а крупная собака. — Чтобы я еще раз участвовала в твоих разводах! Идиот! Я сломала ноготь, — раздался из зарослей сердитый девичий голосок. А я, забыв о голоде, хлопала глазами и вертела головой. И пока мой взгляд метался от волка к кустам, с ним успела произойти трансформация. На тропинке сидел, скрестив ноги в позе лотоса, крупный мужчина. — Оборотень? И эта тоже? — строго спросила я и кивнула на кусты. Тот радостно закивал. — А почему в одежде? Вы же вроде должны быть голышом, — недоумевала я. — А надо? Могу раздеться, — осклабился мужик. — Я тебе покажу, как перед посторонними тетками мудями трясти! — заверещала вылетевшая из зарослей девчушка. Она вцепилась в буйную шевелюру оборотня, задергала его голову туда-сюда. Тот с хохотом обнял ее, агрессия «мышки» пошла на спад. А я поняла, что сейчас стану свидетелем непристойного совокупления, потому что парочка оборотней повалилась на землю, принялась беззастенчиво лапать друг друга и стаскивать одежду. — Слушайте, не знаю, как там вас. Не могли бы вы пропустить меня? Сил нет по бурелому ломиться, а там впереди вроде река, если я не ошибаюсь. Хотелось бы сполоснуться, отдохнуть и поесть. Хоть чего-нибудь, — пробормотала я. — Герман, фу, отцепись, видишь же, что девушка в сложной жизненной ситуации, — девочка-мышь отпихивала ладонью морду, то есть лицо своего бой-френда, или как это в сказке может называться? А я охреневала просто вот совсем. Откуда столь высокий канцелярский штиль? Но ведь прекратили устраивать стриптиз на тропе, поднялись, отряхнулись и потянули меня вперед. Эта девушка-оборотень звалась Татьяна. Я фыркнула, припомнив какой-то костюмный фильм и чопорные манеры. Они привели меня к стоянке у реки. Все! Я готова была простить им глупые выходки за ароматный суп из котелка, за ягодный взвар, за возможность просто отдохнуть и поболтать. — Слушай, Аерина, куда ты так целенаправленно двигаешься? — поинтересовалась Татьяна. — За молодильными яблочками, — призналась я. — А тебе зачем? Молода, здорова, щенок тоже здоровенький будет, — высказал свое мнение Герман. — Ка-кой щенок? — заикнулась я. — Обыкновенный, волчий, — пожал плечами оборотень, поводя носом, — не из наших будет. Где и встретила такого сильного самца? — В клубе, где еще? Я только успела подумать, что ничего не понимаю в этой жизни, оборотни, оказывается, по клубам тусят, сказка становится реальностью. И тут эта мелочь в кудряшках заявила: — Обманул тебя дед. Не станешь ты обратно мужчиной, кстати, странный оборот такой, впервые слышу. Яблоки ему самому нужны — они с того света вернуть могут. Могу поделиться. Один мешок сухофруктов остался. — Сушеные яблоки??? — Ага. — Молодильные? — Ну. А что такого? Удобно же. Меньше места занимают, легче таскать с собой, — мышь-Татьяна похлопала глазами, — да и врут про то, что достаточно одно яблочко съесть и все. Я вон постоянно принимаю, — она немного смутилась. — Разрыв шаблона, — вздохнула я, — а тебе-то зачем омолаживаться? И так девчонка! — Думай, что говоришь! Какой срок жизни у мыши, а какой у волка, прикинь. Я уже старше своего муженька раза в два, — Татьяна жизнерадостно оскалилась и ткнула Германа острым кулачком в бок. Тот снова сгреб жену в объятия. А я отвела взгляд. Не хотелось даже думать, какое именно чувство жжет, как кислотой в желудке. Лучше растянуться на спине, подложить руки под голову, смотреть на трепещущую листву, шевелить пальцами ног и не строить планов. Хоть полчаса. Дурная сказка получается, недобрая. Попался бы мне тот, кто создал этот мир, вломила бы с ноги, блядь. Тут даже не Триединый, как у нас. Тут какой-то многостаночник гребаный. Штампует и штампует хрень всякую. Не удивлюсь, если сейчас по этой узенькой речушке проплывет пиратский корабль, нас схватят и продадут в гарем какого-нибудь султана, а я стану любимой наложницей и серой кардинальшей Империи Ебанько. — Герман, глянь-ка! Это парус? Или мне мерещится? — вскрикнула Татьяна. А я истерически захихикала» Девин растер ноющие пальцы. Подумал, вернее попытался. Мысли странным образом расползались, образы мелькали, сюжет расходился сотнями дорожек. Он сохранил файл, скопировал текст на КФ, свернул пока все и потащился готовить жрать. За окном было подозрительно темно. Он отметил это краем сознания, включил чайник, достал овощи. Но тут звуковые уведомления забулькали интенсивнее, и омега кинулся к компу. «У тебя уже льет?» — спрашивал старый приятель из реала. «Ты про что?» «Да ливень же! И гроза идет, сверкает за окном» «Да? Ничо не вижу, занят был» Еле отвязался, отбиваясь короткими репликами, намекая изо всех сил, что времени в обрез. Какая может быть гроза, если у него сюжет поплыл??? Тут вся комната озарилась потусторонним светом и треснуло так, что у Девина все внутренности сначала подпрыгнули, а потом ухнули вниз, как на скоростном лифте. — Ебаныйврот, — испуганно пробормотал он. На улице продолжалась погодная аномалия, орали сигналками автомобили, по подоконникам забарабанило. Свет погас без предупреждения. А вместе с ним и все достижения цивилизации. — Блядский боже, — это был почти что крик отчаяния. Потом он вспомнил, что документы не должны пропасть, все это ненадолго и вообще… Телефон был вполне жив и продолжал побулькивать сообщениями ВКонтакте. Девин нашел свечку, недогоревшую с нового года, запалил уютный огонек. Нет, все равно никуда не деться от сети, в которую он попал! «Волчок, у меня тут ахтунг. Грозища и вырубило электричество. Глянь там новый кусь. Сохранился хоть?» «Ща припаду. Малацца, быстро ты. У нас тихо. И холодно уже жуть. Побуду твоим рыцарем в титановых доспехах. Спасу шыдевер от пропажи» «Да понесло меня» «Слышь, а чо ты ударился в мифологию-то? Оборотни поперли. Думаешь, в жеверсе тоже можно? А обоснуй? Там-то женщины откуда??? Там альфа и омега — это основа основ! Ты ебнулся с новаторством своим» «Не говнись. По делу говори. Чо не так?» «Хз. Может и прокатит. Ну ты постмодернизмом не сильно увлекайся. Проще надо быть. Оборотней смешных этих потрахать надо! Свет дадут — пиши пропущенную сцену. Неча мелодраму давить» «А пираты не лишку будет?» «Не, норм. И гарем пусть будет! А дитенка пусть делят потом. Может он окажется наследником крутого клана городских оборотней, пойдет борьба за власть и всетакоэ. Как тебе?» «Блядь, тогда надо до кучи еще и кому добавить! На год» «Амнезия! Ёбана! Самый трендище» «Еще зона» «Аномальная? Не, это перебор» «Нормальная! В которую садят, когда подставляют мою трепетную героиню» «Хуясе трепетная!» «У нее гормональный сбой и разжижение мозга в связи с беременностью. Уж я-то знаю, как это бывает» «Ага. Это когда будут делить ее волчонка-наследника финансовой империи» «Слушай, я это за пять лет не напишу» «Я в тебя верю. И не забудь про еблю!!! Давай в гарем прямой наводкой» «А там властный властелин» «Беременная для олигарха. Или это уже было?» «Дохулион раз. *злорадно бью в бубен* Это ты меня соблазнил и развратил, Волчок» «А я-то думал, что это название нового шыдевера» «Идинах. О, свет включили. Щас пожру и как!» «Идипеши» «Иду» Девин прищурился на загоревшуюся лампу, задул свечу, потянулся включить комп, но суеверно отдернул руку. Вдруг опять выключат все. Плавали, знаем. Он снова двинулся на кухню, размышляя, показалось ему или нет, но с тех пор как он стал больше приключать свою героиню и меньше трахать, сон перестал нарушаться потусторонними звуками. Да. Определенно. Вот сейчас он включит технику и посмотрит, не прилетело ли странных примечаний, авторство которых он даже мысленно определить боялся до усрачки.