Непроизвольно закатив глаза, отставив ножку машинально

Воображать себя героем боевика Девину нравилось всегда. С детства. Насмотрится, бывало, фильмов, начитается триллеров, да и начнет разыгрывать сценки в голове перед сном. Вот в мрачно-черный автомобиль, припаркованный на обочине, втаскивают нежного омежку. А тут он, Девин тоже омега, но такой крутой донельзя тайный ниндзя — бац-бац, тремя ударами четверых альф укладывает разбитыми мордами в асфальт. А потом они, два независимых существа уносятся в закат на реквизированной машине. Или еще того красивее — он спасает альфу, заложников, все человечество без особых усилий, на одной харизме. После таких воображаемых фильмов, расцветающих от вечера к вечеру все более сочными деталями и оргазмическими подробностями, спалось сладко. Сновидения были просто феерическими. Это ничего, что в постели похрапывал муж номер два, потом и номер три. Все они оказались далеки от книжного идеала. Правильнее сказать, жизнь в целом несколько не вписалась в формат мечтаний. Кто бы мог подумать, что эти полусонные мысленные видеоролики - предвестники его нынешнего увлечения писательством! Любопытно, что мечтать перед сном он совершенно перестал. Если и выстраивал мизансцены, то не с собой в главной роли, а со своими персонажами. Но это все днем. Ночь была отдана здоровому сну. В жизни все нормализовалось по максимуму. Мысли были заняты только одним — станет ли его Аэрина королевой, султаном или еще кем. Поэтому немолодой омега Девин Кавана, неспешно прогуливающийся по зимнему городу, не заметил зловещего серого авто, так же медленно сопровождавшего его минут пять как. Собственное похищение увлеченный автор прохлопал самым позорным образом. В машину его усадили мягко и вежливо, не оставив синяков и не привлекая постороннего внимания. Девин продолжал ошеломленно молчать, когда его вдавило в спинку сиденья при ускорении, когда нос учуял слабый, явно заглушенный препаратами альфий запах от мордоворотов, сплюснувших его своими плечами. — Что вам от меня надо? — жалко пискнул он, более всего изумленный самим фактом того, что он вообще кому-то нужен. За свою задницу он был совершенно спокоен. Лет двадцать назад первой в голову влетела бы паническая мысль о сексуальном насилии. Ну, может, десять лет назад на самый край. А сейчас-то на кой ляд сдался, скажем откровенно, бодрый пенсионер? В салоне автомобиля продолжало царить молчание. И Девин, смирившись, принялся крутить головой, пытаясь сообразить куда они движутся. Вроде бы уже и город закончился. Все, что он видел — мелькающие ангары, цеха, длинные бетонные заборы. После промзоны точно будет многополосное шоссе на северо-запад. Ага. — Да что вы меня стиснули, козлы драные, никуда я не денусь. А ну расступись, — недовольно проворчал омега, двинул острыми локтями одному и второму кабану в бок. Зашипел от боли. Броники у их там поддеты, что ли? Но немножко личного пространства отвоевал и немедленно принялся нащупывать в кармане смартфон. Зараза, как включить телефон, не вынимая из кармана? Если он в чехле книжкой? Так, вроде кнопка сбоку. Но экран разблокировать? Палец влез, может и получилось, а дальше-то что? Куда тыкать? Значок с зеленой трубкой в левом нижнем углу. Кому он звонил последний раз? Вот гадство, это же ему спамеры названивали. Не к ним же переадресацию жать! Этак и без денег остаться можно… «Не вышло из меня последнего героя», — запечалился фикрайтер, — посмотрим, куда кривая вывезет». Поскольку сидел Девин посреди заднего сиденья, вид на простирающееся полотно шоссе открылся во всей красе. Машина просто уже летела с бешеной скоростью. И все молчали. На горизонте замаячили Цыберские горы. Тут Девина прорвало. — Мальчики, очень хочется писать, вы даже не представляете, как! — заголосил он дурниной, — я сейчас вам весь салон уделаю. И завоняет. А потом еще и обкакаюсь со страху. Я же омега, блядь! Мне положено истерить, а я и так потерял кучу времени! Отпустите меня, альфачи проклятые, чтоб вы сдохли, чтоб вас приподняло и грохнуло, да поимей вас наркоконтроль во все дыры за пять минут до вылета на курорт!!! Да чтоб у вас нестояк на всю оставшуюся жизнь случился! Чтоб вам в тести самые змеи подколодные достались, а в мужья кролики злоебучие, да чтоб ваши младшие все бетами оказались и мозги вам задачками вытрахали… Девин ощутил, как два человеческих шкафа по бокам шевельнулись. Скосил сначала правый глаз, потом левый на своих охранников. Похожие на бодигардов из дешевых фильмов категории С альфачи смотрели на пленника с каменными выражениями на рубленых физиономиях. И омега продолжал завывать проклятья вперемежку с угрозами, чувствуя, что отлить и в самом деле не помешает. А еще пересохло в горле и желудок немузыкально просигналил о потере сил. — Мы уже почти приехали, заткнись, папаша, — лениво процедил водитель. Бритый затылок, плавно переходящий в плечи, минуя шею, намекал на борцовское прошлое. Девин закашлялся и был вознагражден маленькой пластиковой бутылочкой, сунутой в руки. — Спасибо, — благовоспитанно поблагодарил он похитителей после того, как напился. Вот теперь в туалет хотелось совершенно неподдельно. Надпись на указателе перед поворотом прочитать не удалось. Слишком длинная она была, а мелькнула за секунду. Второстепенное шоссе уносило в какие-то заснеженные дебри, а Девин начал впадать в ступор. Кажется, в воду было подмешано седативное, на это соображалки еще хватило. Как и на то, что помимо успокоительного там было что-то еще. Еще три поворота, подъездная аллея из кряжистых дубов, а за ней немалое строение, пузатыми колоннами и портиком напоминающее усадьбу позапрошлого века. Машина, описав петлю вокруг фонтана с медной рыбой, что красовался перед широкой лестницей крыльца, остановилась. Девина снова выдернули, как морковку, быстро, но профессионально-заботливо, поставили наземь, вернее на чистые каменные плиты двора. Омега с кряхтением повел плечами, в спине что-то щелкнуло. — Это кто такой? Вы кого притащили, кретины? — взвизгнул ссыпавшийся по ступеням молоденький альфа. Девин разинул рот от изумления. Парнишка был одет под стать этой усадьбе, в незамутненном стиле барчука — узкие бриджи, белая рубаха с просторными рукавами, широкий пояс-кушак. И даже уставился на широкие входные двери, ожидая, что прямо сейчас с причитаниями «вы же простудитесь, молодой господин», высыплется толпа гувернеров и постельничих. — Кого просили, того и доставили, — прогудел левый шкаф. — Но он же старый! — закричал мальчишка. — Никакого уважения к слабому полу, — картинно вздохнул Девин, — вымыть рот с мылом и выпороть я тебя и в старости смогу, сопляк. Показывай, где тут у вас туалет. Но отлить вовремя и куда надо Девину было не суждено. Черный лимузин чуть не влепился в зад «их» машины. — Джонни, что ты наделал, сынок! — трагичным тоном возвестил импозантный господин, с трудом выбравшийся с пассажирского сиденья. Он тяжело опирался на трость, переводил встревоженный взгляд с Девина на своего, надо полагать, родственника. — Я просто доставил твою игрушку раньше времени, — процедил Джонни, — что ты нашел в этом потрепанном омеге, дед, я не понял. — Девин, ты не узнаешь меня? — обратился вновь прибывший к заторможенному фикрайтеру. Тот нахмурился, присмотрелся внимательнее. Что-то забрезжило в глубинах памяти, практически на дне школьных лет. Девин с сожалением покачал головой. — Я Колин. Забыл? Старшая школа, региональный финал по футболу. Я был капитаном, а ты так отжигал в группе поддержки… Помнишь? — Ё, — начал было Девин, замолк, смущенный своим лексиконом. Совсем он в одиночестве расслабился. И тут прямо с чистого и прозрачного зимнего неба грянул механический голос: — Всем лечь на землю, руки за голову, проводится операция по задержанию бандформирования. Джонни, явственно дрожащий в своей рубашонке на морозе, развернулся бежать в дом, бодигарды дисциплинированно и не спеша улеглись на каменные плиты. Только Девин, снова разинув некультурно рот, вперился в появившиеся ниоткуда вертолеты и страшноватые фигуры в закрытых шлемах, стремительно падающие по тросам. Наземь его сшиб героический старый знакомец. И накрыл своим телом. — Это очень мило, Колин, только я сейчас реально обоссусь, — задушено прохрипел омега, — слезь с меня, а? — Я тебя спасаю, дурашка, — обиделся школьный приятель. — Слушай, уровень ай-кью мы обсудим позже. Может, под машину заползти? Но между ними уже грохотали армейские берцы, слышались короткие команды, потом прямо над головой кто-то буркнул «вроде этот» и Девин почувствовал неимоверное облегчение. Тяжелое тело с него сняли. — Сэр, вы не пострадали? — к нему склонился сферический шлем. — Нет, — неуверенно пробормотал омега, встал на четвереньки, потом поднялся. — Пальто пострадало, — вздохнул он и сунул руку в карман. Телефон был не только цел, но и включен. И звонил Триединый знает куда уже пару часов. — Сэр, мистер Кавана, благодаря вашим действиям мы смогли отследить передвижения похитителей. Операция проведена успешно, бандиты задержаны. По оперативным данным, сюда неоднократно привозили омег для неясных целей, — принялся бодро докладывать омеге какой-то боец. Забрало было поднято, Девин имел сомнительное удовольствие созерцать исполненное служебного рвения лицо молоденького полиционера. — Вы меня ни с кем не путаете, юноша? — осторожно спросил он, — тут какое-то странное недоразумение, мне кажется. Я приехал к давнему знакомому в гости. Вот же он, Колин ээээ, — омега махнул рукой на застывшего памятником самому себе одноклассника. Наручники придавали трагизма напряженно выпрямившейся фигуре в стильном черном пальто. Девин слегка завис, засмотревшись на четкий профиль. Но, самое главное, фамилию-то своего так называемого друга вспомнить не смог, как ни напрягался. — Сэр, — отвлек его полицейский, — вы сумели набрать на телефоне тревожный номер. И не отключили аппарат. Очень умно. Кроме того, операторы все слышали. И вы произнесли три кодовые фразы, обозначающие, что агент под прикрытием в опасности, что требуется помощь и вражеская база полна бойцов. Девин и полицейский синхронно покраснели. Все, проститриединый, фразы были нецензурными. — Да, офицер, — отмер хозяин особняка, — это дикое недоразумение. Я хотел устроить сюрприз для возлюбленного, а мой внук, мучимый детской ревностью, все превратно истолковал. Подозреваю, что он хотел скомпрометировать омегу и бросить мне в лицо очередной упрек. Я компенсирую ложный вызов, не беспокойтесь. Отпустите малолетнего идиота, пока он вам ядом машину не заплевал. Следующие два часа были воистину незабываемы. Подсчет ущерба с обеих сторон, разбитая ваза эпохи Хрям против керосина для вертушки и зарплаты бригады спецназа, траченые нервы против дырки в брендовой рубахе… Поэма. Торжественный ужин при свечах, новое-старое знакомство и одинокая бабочка в животе, опасливо расправившая крылья — это будет чуть позже. Бонусом. А контрольным в голову был вопрос снедаемого профессиональным любопытством полицанёнка: — Сэр, только между нами, как ваше кодовое имя? Я никому-никому. А про задание даже не спрашиваю! Девин держался из последних сил: хотелось ссать, жрать и спать. Только этим можно объяснить помрачение рассудка, в котором он мрачно выдавил: — Аэрин.