(the heart i wanna hear) When I Fall Asleep

чонгук чувствует, как чья-то рука ласкает его затылок, и оставляет нежный поцелуй на щеке. мужчина с красивыми глазами и пухлыми губами смотрит прямо на него, и чонгуку кажется, что он на небесах. вокруг них больше ничего нет, ни звуков, ни душ, только пустота; и этого достаточно для младшего. этого достаточно, когда мужчина обнимает чонгука и мягко улыбается, глядя в его прекрасные глаза. - я хочу тебя, - шепчет чонгук, ища губы другого мужчины. - я у тебя уже есть. - нет, - качает головой мальчик. - я действительно хочу тебя, но не так, не так... - сон? чонгук моргает, его разум затуманивается. повсюду появляются новые звуки, звуки, которые нарушают его покой. - почему ты не смотришь на меня? - удивляется чонгук голосом, который уносится прочь, как мучительный бриз. - юн— - проснись, - шепчет мужчина, вздыхая над губами чонгука. - проснись, дорогой— - чон чонгук, - внезапно раздается голос в сознании чонгука, и он просыпается, подпрыгнув. мир появляется в поле зрения, заставляя чонгука почти задохнуться, когда он видит учителя мин, стоящего перед ним с хмурым видом. - ты не можешь спать на моем уроке, чон. - я не спал, - сонно произносит чонгук, быстро моргая, чтобы избавиться от тяжести в веках. чонгук улыбается в ответ на взгляд юнги, чтобы отыграться, и юнги просто игриво закатывает глаза. когда юнги поворачивается и продолжает бродить по классу, он продолжает говорить о чем-то, на что чонгук не обращает слишком много внимания. в последнее время его голова была слишком отвлечена из-за дружбы, которая у него с юнги, но это не отменяет того факта, что он уже глубоко влюблен в своего учителя. чонгук испускает неуверенный вздох поражения, глядя на красивый и беззаботный силуэт юнги. он понимает, что чувствует себя глупо. глупо до такой степени, что чувствует и хватается за надежду в каждой мелочи о старшем. "все в порядке" - думает он. в последнее время не было никаких серьезных инцидентов. юнги ведет себя нормально рядом с ним, и чонгук чувствует, что ситуация улучшается с каждым днем. даже сейчас, у чонгука этот момент все еще остается в глубине его сознания и все еще стучится в дверь его сердца; момент, когда он просто сказал все юнги, и юнги просто смеялся над ситуацией. было бы больно, если бы чонгук не понял, что юнги смеется от смущения, а не над ним, и что его красивое лицо покраснело, потому что он чувствовал головокружение от этого. возможно, кружится голова от чонгука. чонгук не понимает, что все это значит. он просто знает, что его сердце болит от тоски и желания, но он обещал учителю мин быть довольным всем, что тот даст ему. он будет в порядке, даже если его любовь будет потрачена зря и забыта, и только пепел ностальгии останется, как только она исчезнет. однако трудно сохранять самообладание. чонгуку приходится хвататься за собственные руки, глубоко и тяжело дышать и подавлять любые импульсивные действия, которые ждут своего часа. его глаза смотрят на юнги, и он видит кого-то, кто жаждет быть любимым, чтобы о нем заботились. чонгук хочет стать для него тем, на кого юнги может положиться, но это всего лишь иллюзия глупого сердца, которое бьется в глубине его груди, как барабан в открытом космосе, каждый раз, когда учитель мин приближается к нему. чонгук все еще чувствует себя виноватым за свои чувства. глубокий вздох вырывается, когда он пытается сосредоточиться на своей домашней работе, и вскоре он чувствует похлопывание по спине от своего друга рядом с ним. - в чем дело, кук? - удивляется хосок, с любопытством наклоняя голову. - ничего, - чонгук качает головой и снова вздыхает. он наклоняется через стол, стараясь говорить тише, чтобы его не услышали ни сунхи, ни ян ми, ни даже остальные одноклассники. - просто… ты когда-нибудь влюблялся? лицо хосока становится комичным, глаза расширяются, а рот складывается в букву "о", заставляя чонгука хихикать. - ты влюблен? только не говори мне, что тебе нравится сунхи, - шутливо поддразнивает его хосок. чонгук хмурится и щурит глаза, быстро качая головой в ответ: - что? нет. я говорю не о ней, - бормочет он, оглядываясь, боясь, что его услышит кто-то рядом. - неужели? о, я просто подумал, что ты вроде как... ближе всех к ней. но я думаю, ты нравишься сунхи. чонгук морщит нос, отводя взгляд, когда слышит звонок на перемену. все начинают вставать, в то время как учитель мин начинает говорить о следующих занятиях в торопливой манере, прежде чем кто-либо действительно покинет класс. хосок и чонгук начинают собирать свои вещи, и в конце концов за ними следуют сунхи и ян ми. - чонгук! - говорит сунхи, улыбаясь ему. - не хочешь потусоваться попозже? и ты тоже, хоби! - о, мы договорились поиграть с другими учениками сегодня днем, - объясняет хосок, надувшись. - но вы можете пойти с нами. - о! во что вы играете? - футбол, - говорит чонгук, посмеиваясь. они начинают медленно проходить между партами, и чонгук не может не бросить быстрый взгляд на юнги, хотя он едва может его видеть. он окружен группой студентов, как всегда, дружелюбных и готовы помочь с домашним заданием. чонгук не удивлен тем, насколько популярен юнги, но иногда ему хочется поговорить с ним более свободно и без препятствий на пути. но сейчас он просто уходит со своей группой друзей, не желая быть обузой для своего учителя. - ах, так мужественно, - сунхи игриво закатывает глаза. - ладно, мы можем прийти и посмотреть, как вы играете, но это значит только то, что мы должны пойти поесть что-нибудь потом! - да, мы всегда делаем то, что вы, ребята, хотите, - ян ми толкает хосока, и он громко смеется. - мы всегда ходим за вами по пятам, и вы тоже должны идти за нами, верно?! - обе девушки энергично кивают, а хосок и чонгук только хихикают, делая вид, что не слышат. - ах, как досадно! - сунхи заканчивает смеяться, хватая руку чонгука и притягивая его к себе. - да ладно, не будь злым. мы можем потусоваться без того, чтобы бегать вокруг и кричать, как вы, сумасшедшие? чонгук откидывает голову назад с громким смехом, эхом разносящимся по коридорам: - ах, ты такая забавная. ладно, ладно. мы можем пойти выпить чего-нибудь в парке позже, не сердись. - угу, - удовлетворенно кивает сунхи, чем получает свист хосока. - она достает тебя, да, чонгуки? - хосок подмигивает, и чонгук не замечает, как покраснела сунхи, чонгук снова смотрит на своего друга, нахмурившись и угрожающе сжав кулак. - заткнись, чувак, - толкает он хосока, но в ответ получает лишь мягкий смешок. он собирается извиниться перед сунхи за комментарии хосока, но внезапно раздается другой голос, и чонгук оборачивается, когда его имя эхом отдается вокруг них. - чонгук! - кричит учитель мин из дальней двери класса, размахивая в воздухе пачкой бумаг. - ох, - чонгук клянется, что его сердце замирает, не в силах скрыть улыбку, его тело мгновенно начинает тянуться к своему классу. - я поймаю вас позже, ребята! я кое-что забыл, - говорит он своим друзьям, махая рукой, прежде чем последовать за юнги, который уже снова в классе. чонгук не оглядывается, чтобы посмотреть, ушли ли его друзья, так как его голова полностью заинтересована учителем. - ты забыл домашнее задание, - говорит ему юнги, когда чонгук, наконец заходит в знакомую комнату, учитель сидит за своим столом. - ах, да, - чонгук торопливо шагает к нему, становясь рядом со своим учителем, когда тот наклоняется, задерживая дыхание в ожидании. юнги пахнет шампунем. сладкий, мягкий аромат, который заставляет чонгука хотеть пробраться в объятия юнги, его лицо почти касается его волос, возможно, шеи тоже. юнги указывает на некоторые небольшие ошибки, которые сделал чонгук, но в общем хвалит за усилия, которые он приложил. чонгук одной рукой обнимает кресло юнги, а другую кладет на стол, кивая на каждое слово, слетающее с губ учителя. - и помни, в египте мы говорим не о смерти, а о загробной жизни, хорошо? - напоминает юнги. когда он поднимает взгляд, поворачивая голову, чонгук замечает, как близко они стоят, замечает, как их глаза впиваются друг в друга, заставляя чонгука забыть, как говорить. - да, - быстро кивает он, прочищая горло и делая шаг назад, выпрямляя спину. - не смерть, а загробная жизнь. да, понял. чонгук жалеет, что он не увидел, как юнги прикусывает губу, заправляя прядь своих рыжих волос за ухо, отводя взгляд с таким смущением, которое видно на его щеках. сердце чонгука бьется так быстро, что он может сойти с ума прямо здесь. боже, юнги выглядит так...так красиво, он возобновляет свою речь, но теперь более застенчиво и тихо. руки чонгука покалывают от необходимости прикасаться, гадая, как юнги отреагирует на это. что бы он сказал, если бы чонгук просто обнял его, прошептал ему на ухо что-нибудь и поцеловал в губы. - ты что, совсем меня не слушаешь? - юнги хихикает, и, да, это звук капающего меда, в котором чонгук сразу же тает. - простите, я отвлекся на вас, - не подумав, бормочет чонгук. он слышит, как юнги почти давится воздухом, но знает, как быстро это скрыть. - ты... ты отвлекся на меня, когда я говорю? - юнги вопросительно поднимает брови, прикрывая рот, прежде чем разразиться смехом. - почему ты такой? я просто разговаривал! - это было просто... - чонгук двигает руками, указывая на всего юнги, пытаясь объясниться. юнги поднимает бровь, наклоняя голову. - весь я отвлекаю тебя? - спрашивает он. юнги требуется секунда, чтобы понять, как это звучит, и когда румянец покрывает его лицо, делая его красным, он прочищает горло и берет домашнее задание чонгука, чтобы вернуть его ему. - хм, в любом случае. теперь можешь идти, все остальное в порядке. ты хорошо поработал. - хм, - слегка кивает чонгук, глядя на юнги без всякого стыда. он видит, что юнги не знает, как реагировать, что сказать. чонгук остается там, как щенок, ожидающий награды, и то, как это заставляет юнги выглядеть нервным и застенчивым, заставляет улыбку расползтись на лице чонгука. - и что теперь ? - спрашивает юнги, как будто он злится на младшего, но смех, который следует за этим, не указывает на его злость. он откидывается на своем сиденье. - ты тоже хочешь, чтобы тебя погладили по голове? и, прежде чем чонгук успевает ответить, застигнутый врасплох внезапным вопросом, юнги трогает его волосы и гладит по голове с такой осторожностью, что почти заставляет чонгука издать довольный звук. пальцы юнги скользят по его волосам, когда он шепчет: - ты хорошо поработал. а затем его глаза встречаются с другими. юнги смущенно моргает и убирает руку, как будто только что обжегся. - ах. ты не? я думал… - юнги издает дрожащий смешок, тряся руками в воздухе. - другие просили об этом, потому что хорошо поработали. я тоже гладил их по головам. типо этого. потому что я был горд. чонгук чувствует, как огонь горит в его легких. у него подгибаются колени, а грудь так сдавливает, что ему хочется вырвать сердце из собственной груди. неудержимое чувство расцветает, как расширяющаяся вселенная, и чонгук на мгновение закрывает глаза, снова склоняясь над телом юнги. у чонгука сердце застревает в горле, когда он это говорит: - сделайте это еще раз. и юнги... юнги подчиняется, на этот раз с гораздо более мягко, видно, как он немного колеблется, но это чувство мгновенно исчезает, как только он касается волос чонгука кончиками пальцев. юнги все еще сидит, и он выглядит напуганным большой фигурой чонгука, нависающей над ним, но он все еще гладит его голову, как будто его руки должны оставаться между прядями волос его ученика. чонгук испускает вздох, дрожащий и сдавленный, ему становится легче, когда он выпускает то, что чувствует. когда он снова открывает глаза, то видит кошачьи глаза юнги, смотрящие на него. и это должно что-то значить. что-то большее, чем можно объяснить словами, потому что на чонгука никогда раньше так не смотрели, и он никогда не чувствовал себя легче перышка, как сейчас. он не понимает, в какой момент он берет руку юнги, переплетая их пальцы, в эту секунду они становятся ближе друг к другу, как будто душа учителя хочет обнять его. - мистер мин, - шепчет он, крепко вцепившись в спинку кресла юнги, словно пытаясь удержать отчаяние в голосе. учитель мин выглядит испуганным, смущенным, нервным, нерешительным, но он также выглядит полным желания, как будто он ожидает чего-то еще, что заставит его чувствовать себя хорошо. он не убегает, он не разрывает зрительный контакт. он не отталкивает чонгука. но затем это нарушается так внезапно, что чонгук вздрагивает на месте и делает шаг назад, когда юнги слегка толкает его в грудь. студент довольно скоро осознает, что звук шагов приближается из коридора. - чонгук? чонгук оборачивается, его дыхание застревает в горле, он пытается выглядеть как можно спокойнее. хосок с любопытством выглядывает из-за двери. - да? я буду через минуту, - отвечает чонгук, пряча дрожащие руки за спину. - о, извини, я хотел узнать, сколько времени это займет у тебя, - хосок кланяется учителю, и юнги откашливается, вставая из-за стола. - не волнуйся, он уже закончил. вы оба можете идти и наслаждаться своим перерывом. быстрее, позже у вас не будет свободного времени, - говорит юнги, собирая свои вещи. - спасибо, учитель мин! хорошего дня! - хосок машет рукой со своей обычной солнечной улыбкой, жестом говоря чонгуку следовать за ним. чонгук сглатывает. он чувствует, как его тело напрягается, грудь горит и болит из-за того, что он создал вулкан, полный эмоций, которые ему нужно немедленно успокоить. чонгук ерзает на месте, его внутренности скручиваются, и он смотрит на юнги, как будто просит о чем-то. пожалуйста, хоть что-нибудь. однако глаза юнги больше не смотрят на него, и он не может сделать ничего другого, чтобы вернуть себе этот взгляд. его сердце падает, а вместе с ним и эйфория, которая начала клокотать в нем. юнги забирает все свои вещи из класса, заставляя чонгука следовать за ним, как дурак, который не знает, что делать. но, юнги как будто он знал, каковы были намерения чонгука, он останавливает его и поднимает руку в воздух, вытягивая ее вперед, создавая пространство между ним и учеником. - прекрати это, - говорит юнги, его голос почти трескается, звуча так низко, как чонгук когда-либо слышал. юнги не смотрит на него, даже когда слова слетают с его губ. даже когда продолжает уходить, в обратном направлении, которым должен идти чонгук. чонгук почти мгновенно скучает по близости, по теплу его глаз и проклинает себя за то, что так отчаянно хочет его. *** - ты собираешься рассказать мне, что с тобой происходит? чонгук отдыхает в тени дерева, тяжело дыша, он закончил бегать по игровому полю всего несколько минут назад. он наблюдает за остальными одноклассниками, которые все еще пинают мяч и кричат, когда забивают гол. сунхи сидит рядом с ним, дав ему бутылку воды, которую чонгук спокойно принимает. - а что со мной такое? - спрашивает чонгук, не сводя глаз с футбольного поля. ему снова хочется пойти бегать, чтобы развязать узел, который сдавливает грудь и не дает дышать. - ты просто играешь... странно, - замечает сунхи. она придвигается немного ближе к другу. - ты же знаешь, что можешь рассказать мне все, что угодно, я не стану тебя осуждать. чонгук вытирает пот со лба собственной рубашкой и вздыхает, чувствуя на себе пристальный взгляд девушки рядом с ним. - я не веду себя странно, - говорит чонгук. - хосок сказал мне, что ты ушел, не попрощавшись, и что ты на что-то рассердился. чонгук проводит рукой по волосам и заканчивает тем, что фыркает в ладонь, вытирая лицо со слабым раздражением. - я не знаю, что тебе сказать, сунхи, - бормочет он слегка раздраженно. - быть честным со мной? - настаивает она, морщась. - это... о твоем отце? его взгляд обращается к сунхи, как только он слышит ее голос, произносящий эти слова. игла грозит разорвать то немногое терпение, что осталось у чонгука, и его взгляд становится холодным от неприятных эмоций, подступающих к горлу. он терпеть не может упоминать своего отца в разговоре, который не имеет к нему никакого отношения. чонгук знает, что у сунхи нет плохих намерений, но это не причина, по которой он открыл ей свои чувства и объяснил ситуацию в своей семье. его кулаки сжимаются, и он снова переводит взгляд на игровое поле, делая глубокий вдох, прежде чем ответить. - даже не доводи до этого, пожалуйста. - хорошо, да. извини, - отвечает она, с ее губ срывается легкий вздох, когда она сжимается. - тогда... - мне может понравиться кто-то, кому я не нравлюсь, вот и все, - вздыхает чонгук, начиная вставать и вытирая траву со своих спортивных штанов. - тебе нравится... кто-то? - сунхи моргает, внезапно широко раскрыв глаза. она следит за движениями чонгука, глядя на него с какой-то яркостью в глазах. - что ж, спасибо. как ты думаешь, почему этот человек не любит тебя взаимно? губы чонгука мгновенно складываются в тонкую линию, не зная точно, как ответить на этот вопрос. - не беспокойся, это не имеет значения. - но ты не думаешь, что ты мог бы, ну, быть не прав? что ты просто запутался или что-то не так понял? чонгук хочет ей сказать. хочет сказать ей, что она ничего не знает, что она неправа. он хочет посмотреть, какова будет реакция сунхи, если он расскажет ей, как он влюблен в их учителя, как он был и продолжает быть отвергнутым юнги каждый раз, когда просто приближается к нему. он хочет поговорить с кем-нибудь о своем больном сердце и ослабить давление, которое продолжает мешать ему. чонгук даже не может поговорить об этом с чимином или тэхеном, потому что он слишком боится их реакции. будут ли они смеяться над ним? подумают ли они, что он ведет себя как подонок? неужели и его друзья скажут ему прекратить? чонгук не отвечает на ее вопросы. внезапные крики приковывают его внимание к игровому полю, и вскоре чонгук замечает мяч, летящий в них, прямо на сунхи со всей силой. он шлепает по мячу тыльной стороной ладони быстрым движением, и сунхи визжит, инстинктивно прячась за его спиной. - эй, мог бы быть поосторожнее с этим! - кричит им чонгук, хмурясь из-за того, как жжет рука. - черт, неужели ты так слаб? - хаджун, идиот класса, кричит с другой стороны поля, идя к ним, чтобы забрать мяч. - не знал, что ты такой плаксивый. - ты мог ранить сунхи, - невозмутимо произносит чонгук. - ну, она моя сестра, она могла бы выдержать удар лучше, чем ты, - продолжает провоцировать его хадж, поднимая бровь, держа мяч под мышкой. - у тебя проблемы, чувак? - чонгук, просто не обращай на него внимания, - перебивает сунхи, хватая чонгука за руку в тот момент, когда чувствует, что ситуация становится напряженной. - в чем твоя гребаная проблема, им хаджун? - слова чонгука вылетают из него. хаджун издал резкий смешок. их одноклассники издалека кричат ему, чтобы он вернулся в игру, но хаджун даже не утруждает себя их слушать. - я устал видеть таких людей, как ты. ты действуешь мне на нервы с самого начала года. - хаджун, прекрати это, - пытается сунхи. - перестань защищать этого чувака, сунхи, это унизительно—видеть, как ты пускаешь по нему слюни. возьми себя в руки и перестань быть шлюхой. кровь чонгука закипает, и его зрение затуманивается от того, как его грудь наполняется яростью. он не может смотреть на него. он не может его слушать. его руки сжимаются в кулаки прежде, чем он успевает это осознать, и он делает шаг вперед, и никто уже не может его остановить. он слышит приглушенный крик, который издает сунхи, но в этот момент он даже не может контролировать движение своих рук, и в ту же секунду его кулак мгновенно сталкивается с челюстью хаджуна. все происходит слишком быстро. хаджун внезапно падает на пол, и чонгук не может удержаться, чтобы не залезть на него, чтобы ударить его снова и снова. хаджун тоже бьет его куда-то в лицо, но чонгук не может остановиться, чтобы понять, куда именно; его гнев усиливается с каждой секундой, и он справляется с ним самым нездоровым образом. хаджун толкает его, и тело чонгука падает на землю, теперь он чувствует невероятную боль. чонгук тоже не сдерживается, не позволяет ему взять верх. он ослеплен адреналином, болью и наносит удар, оставляя хаджуна в крови. все происходит так быстро, что к ним подбегают одноклассники, пытаясь растащить их в разные стороны. - эй, чонгук, стой! - раздается голос хосока из ниоткуда, возвращая чонгука в чувство. - черт возьми, ты же его убьешь! чонгук тяжело, прерывисто дышит. моргая, он приходит в себя, когда его оттаскивают, его ноги ползут по земле. некоторые тоже хватают хаджуна, пытаясь остановить его взрыв эмоций. чонгук чувствует вкус крови, его лицо и грудь болят от ударов хаджуна. он все еще чувствует потребность разбить лицо хаджуна, но то, как он видит плачущую сунхи и всех остальных, окружающих их, как будто они какие-то дикие животные, он решает оставить это и замечает, как его конечности становятся легче. - я убью тебя на хрен, ублюдок! я сделаю это, чон! - хаджун сплевывает, пока его держат два других парня, его рот красный от крови. чонгук остается неподвижным, внезапно чувствуя, что мир слишком большой, слишком громкий, слишком тяжелый. хосок говорит что-то остальным членам группы, что чонгук не хочет слышать, чувствуя, как последствия драки распространяются по его легким. в мгновение ока перед ним присели ян ми и сунхи, помогая ему встать, когда другие люди начинают покидать это место, не желая присутствовать, когда появятся директор и завуч школы. - боже, чонгук, ты в порядке? - ян ми выглядит испуганной, пытаясь вытереть кровь, капающую с губы чонгука. чонгук прерывает контакт, отступая назад, он использует свою собственную рубашку, чтобы остановить кровотечение. - я в порядке, - удается ему сказать, нахмурившись. хосок хватает его за руку, и чонгук замечает, как трудно удержаться на ногах. - я в порядке. - нет, черт возьми, нет, - почти кричит хосок, его глаза сверлят другого. - ты что, с ума сошел? - он оскорбил сунхи, - хмурится чонгук, прижимая ко рту кусок рубашки. - какого хрена ты хотел, чтобы я делал, когда он ходит вокруг и ведет себя так, будто он хозяин всего мира? - тебе не следовало так реагировать, - фыркает сунхи, и на ее лице появляется беспокойство. - твоя голова… я видела, как ты ударился головой о землю. ты действительно в порядке? мы должны вызвать скорую помощь? чонгук качает головой, отмахиваясь от помощи, и выплевывает кровь, которая собирается у него во рту. - ты слишком доверяешь ему, - почти смеется он, все еще держась за плечо хосока. - давай уйдем отсюда, пока нас не увидел учитель или, что еще хуже, чертов директор. хосок морщится, помогая ему выйти из здания после того, как они идут в ванную и промывают раны чонгука, останавливая кровотечение почти мгновенно. у него тоже порез на щеке, но это не так плохо, поэтому сунхи накладывает на него милую повязку и целует в то же место, а затем мягко благодарит . чонгук ничего не говорит. он молчит, даже когда они провожают ян ми и сунхи по своим домам, помахав им на прощание. он ничего не говорит, когда идет с хосоком в парк, когда солнце садится, темнота расцветает вместе с луной самым прекрасным образом. хосок громко разговаривает, повторяя снова и снова, как это опасно, что чонгуку могло быть хуже, и что ему повезло, что рядом не было учителя, чтобы увидеть этот беспорядок. а потом голос хосока успокаивается, и он говорит ему, как сильно он любит чонгука, и что он не хочет для него ничего, кроме счастья. - прости, - говорит хосок, и чонгук не понимает, почему ему хочется плакать. - за что ты извиняешься? - удивляется чонгук, когда они вдвоем лежат на траве и смотрят на ночное небо. - за то, как ты себя чувствуешь, - гримасничает хосок. - ты был без настроения весь день, и... я не знаю почему, но мне просто плохо, и я все еще сожалею о том, что произошло. чонгук пораженно вздыхает. его тело все еще болит, но его сердце болит еще сильнее. он хихикает, и этот прерывистый звук заставляет его осознать свою собственную гипер-уязвимость. - ты бы рассмеялся, если бы я сказал тебе, почему я такой, - говорит чонгук, кладя руку на глаза. - наверное, да.… я бы не дрался с хаджуном, если бы уже не чувствовал себя идиотом. хоть он и заслужил это, я немного переборщил. - я не буду смеяться, - хосок поджимает губы, толкая чонгука в бок. - ты можешь мне сказать, кук. чонгук искоса смотрит на него, чувствуя, как колотится его собственное сердце. он долго смотрит на звезды, позволяя своей собственной любви успокоиться, прежде чем снова заговорить. его голова тонет в мыслях. от этого его кожа становится теплой, но в то же время холодной. это заставляет его дрожать и желать, чтобы он сам был другим человеком, другой душой, чтобы он мог любить и быть любимым. чтобы, по крайней мере, иметь возможность быть со своим возлюбленным. он не мог оторваться от пары глаз, которые смотрели прямо на него, как будто глаза учителя хотели того же, как будто они хотели покончить с расстоянием между ними. чонгук не может перестать думать о том, как юнги гладил его мягкие волосы и оставался неподвижным, как будто ожидая, что мир остановится только для них. было ли это только в голове чонгука, или это была крупица правды, которую показал юнги? - кажется, я влюбился, - говорит он. это почти шепот, как будто он боится быть живым в присутствии кого-то другого. хосок, кажется, ждет мгновение, позволяя чонгуку подумать еще немного, прежде чем продолжить спрашивать. - утром ты мне что-то рассказывал об этом.… кто это? чонгук закусывает губу. его живот скручивает, и он хочет закричать, желая, чтобы его эмоции наконец-то были свободны. он закрывает глаза и проводит рукой по лицу. - учитель мин. - прошу прощения? - я сказал.. - фыркает чонгук, проглатывая комок в горле. на этот раз он пытается быть более ясным, - мне нравится учитель мин. тишина, которая следует за этим, не заставляет чонгука закрыться. на самом деле, это лучше, чем если бы хосок смеялся над ним. но это просто чистая тишина, окружающая их в понедельник вечером. только собаки воют вдалеке, и звук автомобилей слышен на улицах; чонгук чувствует себя странно, сказав это вслух, но это не катастрофично. - типо, ээ… - хосок пытается подобрать правильные слова, пристально глядя на своего друга. - влюбленность? это просто... просто влюбленность или...? - нет, хоби, - вздыхает чонгук, качая головой. - все не так просто. это... - он делает паузу, - это большее. - большее, - повторяет хосок. - окей. ладно, ладно. хм, - хосок садится на траву, почесывая шею. - черт, я не знал, что ты.… - что я гей? хосок улыбается и кивает. - я бы даже не спросил тебя о сунхи, если бы знал, чувак. чонгук улыбается вместе с ним, но более сдержанно, более нервно. - я не думаю, что мне стоит... рассказывать всем. ты же не рассказываешь всем, что ты натурал, правда? хосок смеется, откидывая голову назад. - хорошо, хорошо. тогда… - хосок скрещивает ноги, теперь он выглядит более заинтересованным и любопытным. - как тебе наш учитель, приятель? я имею в виду… да, наверное, он хороший. но действительно ли ты влюблен? за что? он дает нам много домашних заданий. чонгук морщит нос, хихикая от того, насколько очарователен хосок. - что ты имеешь в виду, говоря "за что" ? он просто...эм. он может быть строгим, да, но... черт, я не знаю, как это объяснить, это неловко, - он смеется громче, надевая кепку, чтобы прикрыть лицо. - ах, чонгук! - хосок со писком трясет конечностями, словно испытывая секундное смущение. - ну же, ты должен рассказать мне все сейчас! чонгук закатывает глаза, глядя на свои руки. на костяшках его пальцев начинают проступать первые синяки от недавней драки, но его разум теряется в воспоминаниях о своем юнги. та сладость, которую учитель излучает одним своим присутствием. - я чувствую, что… он видит во мне то, чего не видят другие. он верил в меня, когда никто другой не верил. он помог мне и... - чонгук отводит свой взгляд. - мне просто нравится, как он говорит, как двигается, как ведет себя. мне нравится, что он умный, и, ну... - он замолкает, задумавшись еще на секунду. - он очень, очень красивый. девушки, которые говорят о нем, не преувеличивают, как ты или другие парни могли бы подумать, - он хихикает, пожимая плечами. он на мгновение замолкает, позволяя своим глазам следить за движением деревьев, ласкаемых ветерком. - я никогда не чувствовал этого ни к кому раньше и никогда. я знаю, это... это глупо, я знаю это. но это... боже, я чувствую, что способен летать каждый раз, когда он просто смотрит на меня. у меня была возможность поговорить с ним иначе, чем мы обычно говорим в классе, и он просто очень проницательный и красивый человек. у меня внутри есть чувство, что я жажду защитить его, позаботиться о нем, полюбить его. может я просто не в своем уме. я просто хотел бы... не быть глупым учеником, и чтобы он не был моим учителем, и я мог бы узнать его получше. чонгук чувствует, как его лицо горит, качает головой и прикрывает его одной рукой. он смеется от собственных слов, не замечая, как слезы собираются у него на глазах, грозя пролиться рекой. он чувствует себя глупо из-за того, что чувствует так много , но ничего не может с собой поделать; все в юнги заставляет его снова чувствовать себя живым, но в то же время обиженным. но хосок не смеется вместе с ним, когда замечает, как чонгук дрожит, сдерживая рыдания. чонгук чувствует себя одиноким на мгновение, пока его не обнимают, как бы говоря ему, что он не один. - спасибо, что дал мне знать о своих настоящих чувствах, кук. ты очень храбрый, - говорит хосок, заботливо похлопывая его по спине. когда чонгук не отвечает, он хихикает и крепче обнимает его. - айгу! ты что, плачешь? неееет, чонгук, не плачь! - какого хрена, я не плачу, - неуверенно бормочет чонгук. хосок отстраняется, чтобы посмотреть ему в лицо, и издает пронзительный звук, пытаясь вытереть слезы с глаз чонгука. - ах, я не плачу! - ты совершенно прав, ну а это что такое!? - чон хосок! хосок разражается смехом, что заставляет смеяться и чонгука. и... ну да, он мог бы разрыдаться, но отныне это останется тайной между ними. хосок гладит его по голове, как щенка, и успокаивает, пока чонгук пытается успокоиться. - это нормально—плакать, понимаешь? в конце концов, ты сказал мне все, что чувствуешь, и это должно быть очень много. - я знаю, - шмыгает носом чонгук, глубоко дыша, - мне просто грустно, наверное. — мне просто... мне грустно, наверное. что эта... любовь пропадет. хосок надувает губы и вздыхает, расчесывая волосы чонгука и поднимая маленькую травинку, которая лежит на его макушке. - ты очень популярен, чонгук, и очень красивый парень. и вообще, ты забавный и милый. ты найдешь кого-то другого, кто сможет любить тебя так, как тебе нужно. чонгук вздыхает и опускает голову. он кивает, потому что больше ничего не может сказать. он мог бы потерять свою любовь, позволить этим эмоциям уйти со временем и, наконец, найти кого-то другого, чтобы разделить его сердце. возможно, он скоро найдет способ отказаться от своих чувств к юнги. или, может быть, они будут следовать за его путешествием по жизни до его тихого, последнего вздоха. *** он замечает слезы мамы, когда она застает его с синяками и разбитой губой. у чонгука внутри все переворачивается, когда он слышит, как плачет его мать, и ругает его за то, что он действовал без раздумий. он выслушивает длинную и утомительную лекцию о том, что насилие-это не выход, и что он мог быть ранен еще хуже. но затем, после минутного молчания, его мать заботится о нем с такой нежностью, что чонгук не может не чувствовать себя виноватым и рыдает в ее объятиях. в ту ночь он засыпает с неразберихой в голове. в последнее время у него не было никаких приступов паники, только это странное чувство, которое остается на коже, когда он нервничает, но через некоторое время исчезает. однако теперь он имеет дело с вещами, которые выходят за его рамки, и боль постоянной потери заставляет его желать, чтобы он не вставал в первый день занятий и не шел навстречу своему будущему. гравитация тянет его вниз, утопая между простынями кровати. он действительно не хочет вставать на следующее утро и посещать занятия, как будто все в порядке. ему придется разговаривать с людьми, притворно улыбаться и смеяться, когда его легкие просто хотят сделать минимальное усилие вдоха и выдоха. когда он лежит в темноте своей комнаты, его разум действительно прокручивает последствия того, что он бросил школу, и если это действительно того стоит, бросить все это еще раз. но мир не дает ему времени почувствовать себя еще хуже, потому что через некоторое время его телефон загорается, оповещая о новом сообщении, и чонгук не может не свернуться калачиком, когда видит, кто это... учитель мин юнги: ты спишь? учитель мин юнги: ты идешь в школу? и чонгук ненавидит то, как только одно упоминание конкретного контактного имени пробуждает глупых бабочек в его животе. он должен быть сильнее этого. чонгук: не знаю. почему вы спрашиваете учитель мин юнги: я хочу поговорить с тобой завтра после урока, если это возможно. чонгук: зачем? учитель мин юнги: я расскажу тебе завтра. чонгук чувствует прилив крови к голове, заставляя его выпустить воздух, который он держал в себе. это все, что нужно. это все, что ему нужно, чтобы влюбиться сильнее, чтобы полностью посвятить себя своей любви. больно быть таким слабым перед юнги. но... ладно, неважно. он может это сделать. он может встретиться с ним лицом к лицу и сохранить все в норме, даже после того, что случилось утром. они друзья, юнги-учитель, а он-ученик. чонгук будет стараться изо всех сил держать это напоминание внутри, и постепенно забудет, как глаза юнги осветились от их близости. “ты можешь это сделать", - говорит он себе. но это не простая задача. с юнги всегда нелегко, и он, наконец, понимает это на следующее утро. с тех пор как он переступил порог школы, на него все утро поглядывали из-за синяков на лице. для него не имеет значения, были ли это незнакомые люди в коридорах, учителя, которые вели у него в прошлом году или даже его одноклассники, которые помнят вчерашнюю драку. чонгука даже не волнует, когда он встречает жесткий взгляд хаджуна, выглядящего таким же раненым или, возможно, хуже. с юнги все по-другому. учитель мин входит в класс со своим обычным и мягким пожеланием доброго утра, идет к своему столу, ожидая, пока все успокоятся. юнги поглядывает на своих учеников, роясь в портфеле в поисках своих маркеров. у юнги уходит секунда, чтобы заметить чонгука, но когда он это делает, чонгук может поклясться, что все в классе слышат вздох учителя. - о боже, что с тобой случилось?! - глаза юнги широко открыты, он тревожно хмурится. класс бормочет, каждый из них начинает оглядываться на чонгука. - я упал с лестницы, - почти комично лжет чонгук, зная, что никто в это не поверит. невдалеке раздается ироничный смешок, взгляд чонгука падает на хаджуна, сидящего в другом конце комнаты. чонгук не замечает, что слишком сильно сжимает ручку, пока хосок, сидящий рядом с ним, не стучит по его руке, чтобы остановить. - что, и ты тоже? - недоуменно спрашивает учитель мин. затем ему требуется всего лишь мгновение, чтобы соединить точки: - вы двое поссорились? - это было дико, - отвечает парень на переднем сиденье. - я думаю, кто-то снял это, - добавляет другой. - чонгук сошел с ума! - мы играли в футбол, а потом вдруг началась бойня, - говорит кто-то, сопровождаемая громким смехом. - они могли бы вести себя более по-взрослому по отношению друг к другу и… класс внезапно наполняется мнениями, комментариями и шумными голосами, которые звучат слишком восторженно по поводу ситуации. - стоп, стоп, стоп! - юнги трясет руками в воздухе, делая шаг вперед, чтобы привлечь всеобщее внимание. - это не то, над чем можно шутить! это серьезная ситуация, и если вы подрались внутри школы, вы двое и все, кто был вовлечен в нее, столкнетесь с серьезными последствиями, - он указывает на чонгука и хаджуна, глубоко хмурясь, выражая свое разочарование. - я не могу поверить, что вы зашли так далеко, и что все здесь, кажется, не заботятся об этом, я действительно разочарован в вас всех. это не то, о чем можно говорить так радостно. тишина, которая обрушивается на всех, смертельна, большинство студентов опускают головы, когда их ругают. - он начал это, потому что— - мне все равно, кто это начал и почему, хаджун, - перебивает его юнги, его голос становится громче. - ничего нельзя решить насилием. если у вас есть проблема с кем-то, вы решаете все через слова. никто в этом классе уже не ребенок, чтобы не уметь правильно говорить. и если вы думаете, что не сможете спокойно поговорить с этим человеком, тогда приходите ко мне или к любому другому учителю, чтобы мы могли вам помочь, - заканчивает юнги с тяжелым взглядом, поворачиваясь, чтобы начать писать на доске. - я не хочу больше ничего слышать от вас, если это не касается урока. ни слова. никто не осмеливается идти против слов юнги, поэтому тишина, которая следует за всем этим, меняет настроение, заставляя всех чувствовать себя неловко. чонгук чувствует себя особенно виноватым из-за этого, учитывая тот факт, что он был тем, кто начал драку, ведя себя как зверь без каких-либо ограничений. хосок пытается подбодрить его в спокойной манере, даже сунхи говорит ему, что это не его вина, но чонгук не перестает чувствовать вину, которая начинает заполнять его, заставляя задыхаться. он никогда раньше не видел юнги таким расстроенным. или, что еще хуже—разочарованным. еще больнее от того, что он подвел его из-за внезапной потери самообладания, и у него не было никаких оправданий, когда он смотрел в эти карие глаза, как будто они ожидали, что он все объяснит. чонгук смотрит на свои ушибленные костяшки пальцев и вздыхает с явной болью, пряча их как можно больше под рукавами своей униформы. он не поднимает головы на протяжении всего урока, позволяя чувству вины утопить его, пока он пытается придумать надлежащее извинение для всех присутствующих. в том числе, несмотря на собственную гордость, и для хаджуна. юнги говорит о домашнем задании на следующую неделю. все тихо бормочут, когда урок заканчивается, по-видимому, утомленные атмосферой и руганью ранним утром. прежде чем кто-либо покинет комнату, чонгук собрал всю свою храбрость и поднял руку в воздух, призывая учителя к вниманию. - э-э, учитель мин, - говорит он, сглатывая. - могу я кое-что сказать, пока все не ушли? юнги смотрит на него с любопытством, слегка кивая: - все, слушайте, пожалуйста. чонгук чувствует прилив тепла на лице, когда каждый взгляд направлен на него. он встает, прочищая горло и почесывая затылок в попытке выразить себя должным образом. - я… я хочу извиниться перед всеми присутствующими. я действительно действовал неправильно и в тот момент не думал о последствиях. это я виноват, что всех отругали, и мне очень, очень жаль, - говорит он, глядя на одноклассников извиняющимся взглядом. - простите, учитель мин, что разочаровал вас. у меня нет никаких оправданий, но я не хочу, чтобы вы думали обо мне хуже из-за этого. и... - он ерзает на месте, глубоко дыша и глядя на хаджуна, - прости, хаджун, что ударил тебя. каждый на мгновение замолкает. чонгук чувствует некоторое облегчение на сердце, хотя ему все еще больно, что он подвел всех. он смотрит на хосока, который мягко улыбается ему, как будто гордится чонгуком. а потом, когда он осмеливается посмотреть на юнги, он сталкивается с глазами, которые смотрят с заботой и любовью. - мне тоже жаль, - тихо говорит юнги, опуская голову. - я не хотел сказать, что разочарован. я не хочу, чтобы кто-то из вас чувствовал, что я разочарован в вас, я... я волновался. я все еще волнуюсь. за тебя, чонгук, за тебя, хаджун. и ради общей безопасности здесь, - объясняет он себе, вздыхая. - я не разочарован, хорошо? я просто хочу, чтобы каждый из моих учеников знал, что я забочусь о них, и мне больно, что вы так сильно ссоритесь, чтобы дойти до драки. пожалуйста, найдите способ поладить друг с другом. я не говорю, что вы должны стать лучшими друзьями, но ведите себя хорошо и не провоцируйте друг друга. чонгук кивает, кланяясь в качестве еще одного выражения своего извинения, тяжело вздыхая, теперь он как будто может снова дышать. несколько одноклассников похлопывают его по спине, благодарят и успокаивают его. а потом, когда почти все вышли из класса, хаджун тихо подошел к нему, едва взглянув в глаза. - эй, - говорит хаджун, морщась. кажется, ему не по себе. - мне тоже очень жаль. чонгук моргает, широко раскрыв глаза, оставаясь неподвижным от удивления. он не ожидал, что тот тоже извинится, но, заметив, что хаджун все еще пытается бороться со всей своей гордостью, это заставляет чонгука улыбнуться. - все хорошо, - кивает чонгук. - и все же я думаю, что ты должен извиниться перед сунхи, а не передо мной. - ну да, - хаджун поворачивается, отводя взгляд. его голос все еще резкий, но чонгуку на это наплевать. - это семейные проблемы, тебе не нужно в них вдаваться. - хм, - чонгук щурит глаза, но предпочитает не слишком углубляться в это. хаджун покидает класс так быстро, как только может, и чонгуку не нужно сейчас растягивать с ним разговор. поймав взгляд юнги, чонгук велит хосоку и девочкам уйти раньше него. его друзья шутят, говоря ему, что он всегда отстает и заставляет их ждать, но они понимают, что учитель мин хочет поговорить с ним наедине, поэтому они уходят без дальнейших комментариев. когда они остаются в одиночестве, чонгук закусывает губу и садится за один из передних столов, наблюдая за юнги, не говоря ни слова. он ждет, когда тот заговорит, потому что на самом деле не очень понимает, зачем он здесь. юнги смотрит на него, подходит к двери, чтобы закрыть занавески и запереть ее. руки чонгука начинают потеть в предвкушении. юнги поворачивается, но остается стоять, упершись руками в дверь. он выглядит не намного спокойнее, чем чонгук. - я хотел поговорить здесь, потому что, знаешь , в учительской комнате иногда бывает беспорядок, люди приходят и уходят, а я… - юнги вздыхает, - я не хочу, чтобы люди перебивали. чонгук сглатывает и кивает, пытаясь сохранить самообладание. - все в порядке. юнги закусывает губу, глядя на чонгука так, что младший чувствует тепло во всем теле. учитель качает головой и опускает взгляд на пол, как будто останавливает поток мыслей в своем сознании, прежде чем они выскользнут из него. - извини, просто… - юнги почесывает затылок, - смотреть на тебя с синяками - это действительно… - простите, - гримасничает чонгук, глядя в сторону. - нет, нет, просто… я волнуюсь. я буду беспокоиться, - юнги говорит тихо, медленно отходя от двери , чтобы приблизиться к своему ученику. - зачем ты сделал это со своим лицом, чонгук? со своим сердцем? - спрашивает он, и чонгука проходит дрожь по спине. то, как он говорит, как он смотрит на него с таким пристальным вниманием; это слишком для него, и чонгук просто хочет, чтобы у него была сила, чтобы заглушить свои чувства прямо здесь. - посмотри на себя, - бормочет юнги с легкой грустью в своем тихом голосе. дыхание чонгука застревает в горле, когда учитель мин нежно приксается к бинту на его щеке. - мне не нравится видеть, как тебе больно. - я был расстроен, - почти шепчет чонгук, умоляя свое сердце перестать колотиться в груди. - но почему? чонгук отводит взгляд, уставившись на свои израненные руки. он качает головой, предпочитая не говорить о своих причинах. он слышит, как юнги вздыхает, и от потери его прикосновения в легких появляется комок. - спасибо, что извинился перед всеми, это было так.… я этого не ожидал. это было очень смело, мягко говоря, - продолжает юнги. - опять же, я не хочу, чтобы ты верил, что я, думаю о тебе по-другому только потому, что ты подрался, хорошо? мне жаль, если это заставило тебя так думать. несмотря на это, я все еще извиняюсь за свои слова, я был потрясен и использовал их неправильно. - вы не должны извиняться за это, учитель мин, - бормочет ученик, почти позволяя себе усмехнуться. - вы всегда слишком милый. я вроде как заслужил это, так что все в порядке. юнги качает головой, но предпочитает больше не говорить об этом. - а теперь о том, почему я попросил тебя поговорить наедине.… я имею в виду, что хочу, чтобы мы прояснили некоторые вещи, я думаю. чонгук хмурится, слегка нахмурив брови, и в замешательстве наклоняет голову. - я ничего не понимаю. - я говорю о том, что случилось вчера утром. - чонгук замолкает, избегая взгляда юнги. юнги кусает губу, покачиваясь всем телом из стороны в сторону. - знаешь, я не хочу, чтобы ты думал.… думал, что я играю с тобой. мы уже говорили об этом и уточнили, что будем вести себя нормально друг с другом, что мы можем быть друзьями. - но мы не можем? - спрашивает чонгук. - я этого не говорил. - вы говорите так. - чонгук, - почти задыхаясь, говорит юнги. - ты чувствуешь себя так, словно я играю с тобой? легкие чонгука внезапно сжимаются, он ненавидит то, как его тело заставляет издать странный звук, похожий на смех. - да, немного, - признается он. - это не... клянусь, это не мое намерение, - бормочет юнги, явно пристыженный. - я думаю, вы не понимаете, когда делаете это, - указывает чонгук. в его голосе нет упрека, но это причиняет юнги боль где-то глубоко внутри. - вы сбиваете с толку. иногда я действительно не знаю, пытаетесь ли вы заморочить мне голову или это просто так. - не говори так, - сглатывает юнги, внезапно почувствовав себя слишком уязвимым. чонгук наблюдает, как он наклоняет голову и делает несколько шагов от него. - я просто... я сам запутался, - признается он тихим мягким голосом. он колеблется, но он не останавливается, чтобы поправить себя. чонгук замечает, что он пытается найти способ отвлечься, когда берет тряпку и начинает чистить доску. - я не знаю, чего хочу, - шепчет он. правильно ли расслышал чонгук? о, он все правильно расслышал. осенний ветерок ощущается прямо как ветер, и чонгук дрожит. с сердцем, которое жаждет большего, он встает из-за стола и медленно идет через переднюю часть класса, пока не оказывается ближе к своему учителю. на расстоянии он чувствует, как юнги вздрагивает, как его тепло переплетается с его собственным. - учитель мин, пожалуйста, посмотрите на меня, - шепчет он приглушенным голосом, нежность обволакивает каждый слог. чонгук внезапно чувствует, что ему нужно задержать дыхание, когда юнги, наконец, повинуется, его подбородок слегка приподнимается, чтобы посмотреть в смелые глаза чонгука. и... он такой красный, у юнги такие красные щеки, что чонгук просто хочет схватить его красивое лицо и целовать его без конца. - скажите мне, - шепчет он, как будто боится, что его услышат, его глаза сосредоточены на нем и только на нем, - скажите мне, чего вы хотите. - я, - юнги заметно сглатывает. он не уходит, он снова остается там, где хочет чонгук. он смотрит на доску, как будто напряженность в глазах чонгука слишком велика, чтобы справиться с ней. - даже не знаю. - вы не можете так поступить со мной, вы же знаете, правда? - шепчет чонгук, и на его лице появляется отчаянное выражение. он придвигается на дюйм ближе к нему, слыша, как у юнги перехватило дыхание. - пожалуйста, я умоляю вас, пожалуйста, скажите мне что-нибудь. хоть что-то. - разве имеет значение, чего я хочу или нет? то, что я могу хотеть, это... совершенно неправильно, чонгук. это неправильно, - выдыхает он, - я просто... черт, я даже не могу говорить. - если вы не можете говорить, поцелуйте меня, - внезапно выпаливает чонгук, но вовсе не жалея об этом. юнги задыхается от его взгляда, его лицо сильно краснеет от слов студента. чонгук говорит с сердцем в горле, каждый дюйм его тела горит и болит от желания. - чонг— - забудьте обо всем остальном, забудьте на одну чертову секунду, кто мы такие, и просто поцелуйте меня. если после этого вы решите, что это неправильно, если вам это не понравится и вы больше никогда не захотите говорить об этом, я клянусь вам, что никогда больше не буду поднимать эту тему и оставлю вас в покое. юнги лишился дара речи, его глаза больше никуда не смотрят, все его внимание сосредоточено только на его ученике. чонгук никогда не видел юнги таким: с приоткрытыми губами, остекленевшими взглядом и дрожащим телом, словно оно было слишком тяжелым, чтобы выдержать даже вес своего собственного тела. но ему это нравится, ему нравится видеть эту сторону юнги, сторону, которая заставляет его сердце биться быстрее, потому что чонгук знает, что это зрелище для него и только для него. именно в этот момент, когда они совсем одни и невероятно близки, чонгук видит звезды в глазах юнги, говорящие прямо с ним, говорящие ему, что юнги чувствует то же, что и он сам. юнги держит руку чонгука, не отпуская ее. его прикосновение обжигает, оно горячее и лихорадочное, но оно обжигает так приятно, что это заставляет чонгука наклониться еще ближе. чонгук замечает, как нервничает, как отчаян и робок юнги, поэтому он тянется к подбородку юнги, чтобы поднять его, заставляя их смотреть друг другу в глаза. там он видит океан страхов и сожалений, волну вины, скручивающую его внутренности, но что выделяется больше всего— это та же самая потребность, что и в глазах чонгука. юнги хочет его. и он целует его. их губы соприкасаются. это почти ничего, лишь дуновение воздуха, которое ласкает рот чонгука, словно ангел, пробужденный вечной страстью бога. огонь занимается любовью с существом чонгука, позволяя чему-то сверхновому родиться в самой глубокой части его души. а потом все исчезло, так, так, так быстро, внезапно, как будто осознание проходит через юнги, и он не может закончить это. но чонгук видит состояние юнги. его учитель выглядит так, как будто он вот-вот растворится и исчезнет прямо перед ним, потому что этот огонь тает и внутри него. чонгук больше не может сдерживаться, не тогда, когда юнги смотрит на него, как будто он умоляет, не произнося ни слова вслух. тогда чонгук толкает юнги к доске, он атакует его рот теплом, словно тысячи солнц, и мир полностью останавливается на момент. их момент. юнги задыхается, его руки держатся за чонгука, как будто он боится упасть, отпустить, но чонгук держит его крепко, крепко, крепко, не допуская появления расстояния между ними. чонгук целует его так, будто это его последний день на земле, и юнги тоже... он отвечает взаимностью на каждое движение губ, наконец, соприкасающихся друг с другом. поцелуй твердый, грязный. их языки сталкиваются, раскрывая рты друг друга; это ошеломляет, поскольку они оба испытывают это впервые в своей жизни, и захватывающее чувство становится еще более сильным с каждой секундой, которая проходит. чонгук решает обнять юнги за талию, почти приподнимая его, когда поцелуй становится более глубоким. юнги стонет, его руки блуждают по шее чонгука, его волосам, пальцы слегка тянут их, заставляя колени чонгука подгибаться. чонгук слаб, у него кружится голова, он пьян и, кажется, не может насытиться этим. не может насытиться юнги. чонгук может поклясться, что он летает высоко в облаках, и все это - лихорадочный сон, но ощущение рук юнги, притягивающих его все ближе и ближе, кажется настолько реальным, что его сердце разрывается и заставляет влюбляться в него еще сильнее. он никогда раньше не чувствовал этого. это заставляет его гореть, и кажется, что все боги дают ему волю продолжать стоять, держась за юнги. он даже забывает, как болит его разбитая губа и то, что она может кровоточить, когда его целуют таким образом; не то чтобы его это волновало тогда, когда мин юнги тает у него в руках, давая его губам что-то, что запомнится на всю жизнь. руки юнги создают беспорядок. он прикасается к нему повсюду, хватается за каждую часть тела, и это сводит чонгука с ума. чонгук поглощает каждый звук, который издает юнги, он стонет громче, когда чонгук осмеливается погладить спину юнги и медленно проникает пальцами под его белую рубашку, играя с ее краем, как будто это игра в шахматы. как легкое землетрясение, дрожь тела юнги усиливается, и чонгук может чувствовать, как он выгибает спину под его прикосновением, пробуждая дрожь по его спине, и с его губ срывается легкий стон. так нежно, но жестоко. их легкие молят о глотке воздуха, и юнги первым толкает чонгука в грудь, медленно отстраняясь. губы чонгука наклоняются к нему и он снова целует приоткрытые губы юнги, получая жалобный звук от старшего. точнее, хныканье. - хэй, чонгук, чонгук, остановись, - юнги шепчет, задыхаясь. глаза чонгука все еще закрыты, он едва стоит на месте. его руки держатся за талию юнги, а дрожащие руки юнги нерешительно лежат на плечах его ученика. - боже, я... - он делает несколько глубоких вдохов, но не смеет посмотреть на чонгука. - давай остановимся, давай… перемена скоро закончится и...э-э... чонгук тяжело вздыхает, его губы и сердце все еще жаждут большего. юнги выглядит убитым: его волосы растрепаны, лицо блестит от пота, а губы красные и пухлые от издевальств, которые получили. он весь красный, и чонгук не может удержаться, чтобы не поцеловать его в обе щеки, нежная улыбка не покидает его лица, когда он прижимается своим телом к другому. тихий звук, который вырывается у учителя мин, заставляет чонгука прижать их лбы друг к другу, вдыхая один и тот же воздух. - скажите мне, - бормочет чонгук хриплым голосом. - это было хорошо? все было в порядке? юнги избегает его взгляда. он дрожит, его зрачки подергиваются, как будто он не знает, где находится. он стесняется, но все еще крепко держит младшего за плечи. - да, - нежно шепчет он, и чонгук едва слышит его. - это было… действительно хорошо. чонгук так влюблен. его сердце жаждет большего, и поэтому он целует его снова, на этот раз более нежно, более успокаивающе, как будто он ласкает губы юнги на всякий случай, если они болят. - этого достаточно, - бормочет чонгук ему в губы, целуя в уголок его рта. - этого достаточно для меня.