Сердце, ещё не сгоревшее дотла

Земля под ногами казалась слишком мягкой, пока он бежал. Каждый шаг будто заставлял проваливаться его внутрь. Это слишком медленно. Домик перед глазами всё дальше и дальше с каждым его шагом. Он словно бежал от него, играя в догонялки. Но в данном случае это были догонялки со смертью. Если подземный взрыв был действительно тем, о чём думал Маэс, то были люди, которые нуждались в спасении. И был человек, который ждал своего друга. Лишь бы успеть. Телу становиться жарко от бега. Он думает, что неплохо было бы хоть иногда поддерживать тренировки. Если он сможет сделать то, что должен. Холодный металл метательного ножа приятно охлаждает кожу. Он всегда спрятан вместе с остальными по всему телу Хьюза, и мало кто догадывается о существовании подобного оружия. Скрытое оружие, которое Маэс скрывал даже от себя. Он постоянно прятал и прятал его, точно также как и все свои чувства и мысли, которые обещал прятать. Скрыть, чтобы выжить. Он считал это правильным. И он всегда молчал Грейсии об этом. Она не говорила, но понимала его. Её утешения, когда Маэс в те редкие разы подскакивал в кошмаре среди ночи, помогали ему. Но у него был друг. Друг, что тоже молчал, и они вместе всегда разделяли это молчание. И этот друг ждёт его, чтобы вместе помолчать. Стиснув зубы, он ускорил бег, заставляя адреналин овладеть им. Некогда сейчас отдыхать, жалеть себя. Не сейчас. Перед входом очутился человек. Два автомата крест-накрест обволакивали его грудь. Сигарета была зажата между зубов, а лицо перекошено. Где-то сзади послышались четыре выстрела. Ровно четыре выстрела. На каждую конечность человека. Он упал. Хьюзу не было необходимости оглядываться, чтобы узнать, кто это был. Старший Лейтенант Хоукай. Идеальный снайпер. Идеальный телохранитель. Хьюз лишь задавался вопросом, почему она не убила его. Но он быстро понял, стоило взглянуть на мальчика Элрика. Эдвард мог драться с людьми, сражаться с ними довольно сильно, но он никогда не заходил далеко, чтобы убить их. И не позволял другим делать это. И Маэс, и Риза, и Рой, и остальные члены команды понимали это, и старались сдержаться, если это позволяла ситуация. Ребёнок не должен видеть убийства. Оставив несколько раненых людей позади, в числе которых находились с метательными ножами в разных частях тела, они вошли в дом. А здесь уже происходил ад. В довольно широком холле в самом разгаре было настоящее сражение. Множество людей в военной форме, еле держащиеся на ногах, пытались отобрать оружие у своих противников и уничтожить их самих. Они пытались брать числом, но их состояние до сих пор мешало им. Это, без сомнений, пропавшие без вести военные. С паникой в груди, Хьюз оглядел всё, что было доступно глазу, вглядываясь в каждую деталь. Нет. Нет. Нет. Роя здесь не было. Маэс рванул глубже, помогая сражаться военным, но его глаза продолжали искать. Он втянул воздух и уловил знакомый, едва заметный запах. Запах сожжённой плоти. Словно в подтверждение, его взгляд переместился на руки военных. Ожоги. Запястья окольцовывали ожоги, а люди, которым следовало испытывать боль от них, явно держались на одном адреналине. Их шаткое состояние также о многом говорило. Чуть дальше что-то прогремело. Это привлекло внимание Хьюза, когда он подбежал в ту сторону. Если он не ошибался, это должен быть вход в подвал. Рука с метательными ножом поднялась, готовясь пронзить возможного врага. Но Маэс питал надежду. Сердце билось уже практически в горле. Хьюз сглотнул и тихо позвал: — Рой? В ответ раздался лишь хриплый смех, но Хьюз сильнее сжал нож. Голос не принадлежал его другу. На свет вышел человек, и неприятный, преследующий много лет, запах усилился. Хьюз непроизвольно отошёл на шаг назад, давая дорогу человеку, но не выпуская его полностью. На нём был докторский халат, довольно смешно выглядящий на крупной и сильной фигуре бандита. Тем не менее, он практически весь сгорел, а оставшаяся белой, часть была уже чёрной. Где бы ни был Хьюз, он везде узнает этот отпечаток — Где Рой? — задал вопрос Подполковник. Но почувствовал, как сам он начал буквально рычать, подобно злому псу. В ответ человек лишь рассмеялся: — Всё! Покончено с вашим Полковником! — его лицо перекосилось, и Хьюз невольно сравнил его с выражением лица Кимбли во время ареста И именно из-за подобного сравнения, он сделал несколько громких шагов вперёд. Его кулак соединился с щекой неизвестного, от чего последний рухнул на пол, тяжёлой кучей. Не сказать, что это сделало ему больнее. Во-первых, он явно был не в себе, это Хьюз уже давно уяснил, стоило одного взгляда. Во-вторых, он, чёрт возьми, был сожжён. В нескольких местах. Но это всё равно должно быть невыносимо, а то и смертельно: зависит от болевого порога. Но человек будто и не являлся самим собой. Хьюз почувствовал жгучее желание, как минимум, хорошенько избить его сейчас. Уничтожить его лицо, чтобы оно больше не смотрело этой ухмылкой и не говорило подобные слова. — Хавок! Подполковник решил пока что позвать сюда Младшего Лейтенанта для задержания. Остальные пусть заканчивают эту битву. Риза Хоукай и Эдвард Элрик были одними из сильнейших людей, которых Хьюз знал. Они смогут это сделать с минимальными потерями. Хавок своё дело сразу понял и не задавал вопросов. Не зря Мустанг всегда держит его рядом, также как и Хоукай. Эти двое точно знали свою работу. Хьюз мог им доверять. На секунду Маэса действительно одолел страх. Что если Рой действительно мёртв? Он бы не оставил людей одних, поэтому помешать выйти ему может только смерть. Или не смерть. В любом случае, он увидит всё, когда найдёт Роя. Железная дверь была нараспашку. На папу шагов разливался тонкий слой воды, противно звуча под сапогами. Здесь отчётливо чувствовался запах сожжённой плоти. Рою удалось убить кого-то? Или же… Маэс не хотел об этом думать. Он вообще не хотел думать ни о чём. Рой должен быть жив. Это была его единственная мысль. Более твёрдым шагом подполковник вошёл, но ноги затряслись против его воли, угрожая подкоситься и упасть. Такое чувство, что они всё предвидели, прежде чем он поднял глаза. В тот же момент всё внутри Хьюза перевернулось. И он бы упал, если бы рядом не находилась стена, ставшая сомнительной опорой, а вода не доходила бы уже до щиколоток. Рой был там. Конечно, его лица не было видно, только синяя форма. Но Маэс где угодно узнает своего друга. Он лежал лицом вниз, но то, что Хьюз мог видеть — очень много крови и безжизненная поза, изломанная углами, как выброшенная игрушка. Рукава формы обгорели, обнажая руки, скованные полуразрушившимися цепями за спиной. Запах сожжённой соломы подтверждал то, что здесь горели чьи-то волосы. А на полусогнутых ногах подойдя ближе, Маэс заметил признаки возгорания его растрёпанной причёски. Рой никогда не любил официальные зачёсы. Вода успела потушить то, что начало гореть на упавшем теле. Стена позади Роя была разрушена, а Подполковник не был идиотом. Огонь Роя был очень мощным и неконтролируемым, а в такие моменты он был похож на взрывы Багрового. Рой взорвал эту стену и разрушил проходящую там трубу. Герой-идиот, ничего не скажешь. Маэс не знал, почему не мог быть быстрее. Он хотел бежать, но ноги не давали. Может, просто оттягивал время до того, как узнается непоправимое? Рой бы убил его. Он сел рядом, всё ещё не дотрагиваясь до тела Полковника. Хьюз хотел уловить звук его дыхания, но его перебивала льющаяся вода. И да, она постепенно повышала свой уровень. Надо было срочно отсюда бежать. Он достал метательный нож. В этом случае, он сгодится как обычный кинжал. Стараясь оттянуть момент, Маэс занёс нож и разбил цепи. Они распадаются легко, царапая своими острыми углами тощие запястья. Хьюз заметил на его руках ещё кое-что. И в тот же момент, внутри него появилось ярость, и он не был уверен из-за чего именно. Потому что у Роя на ладонях были остатки его боевых перчаток. Тут же Маэс схватил его за запястье, пытаясь уловить желанное. Пока он прислушивался, его взгляд устремился на его ноги, в крови и грязи, присланные бинтами и верёвками к палкам. Что, ради всего святого, здесь произошло? Вот оно. Желанное. Редкие удары отзывались в пальцах Хьюза. Рой жив. Он жив. Он действительно жив. Но он ещё мог успеть умереть, если Хьюз что-нибудь не предпримет. Подполковник не был уверен во всех травмах своего друга, а Мустанг в данный момент не мог ему сказать. Рискованно. Наиболее лучший вариант — носилки, но Хьюз вряд ли унёс в одиночку. К тому же, носилок в здании не наблюдалось, бой мог продолжаться, а вода продолжала поступать, грозясь утопить Полковника. Выбора нет. Хьюз осторожно перекатывает на спину Роя. Его лицо напряженно до предела. Продолжив руку под колени, стараясь не повредить ту конструкцию помощи, что Рою уже оказали, Маэс начал подъем с другой рукой, подложенной под спину. Как раз вовремя. Труба, не выдержав давления, разлетается на мелкие кусочки, а вода, усилившись в несколько раз, начала литься под ещё большим напором. Надо всего лишь добежать до машины или хотя бы на улицу. Развернувшись, Хьюз зашагал отсюда прочь, насколько это позволяла хрупкая ноша. Маэс усмехнулся. Когда Рой в последний раз был в Централе, а Маэс вытаскивал его из бара, сам полковник был тяжелее, чем сейчас. Мустанг был слишком хрупким для военных, особенно сейчас. Пока Хьюз шёл по коридору, он почувствовал, как что-то начало шевелиться. Со рта Роя сорвался грубый вздох, прежде чем он приоткрыл глаза. Тут же всё его тело затряслось в судорожном кашле, от которого у Маэса защемило где-то внутри. Помимо всех ран, известных и неизвестных, у Роя были признаки более серьёзной болезни. — Рой? — Подполковник приостановился и подождал, пока Мустанг не поднял на него глаза. Он выглядел уставшим. — Хьюз… — его лицо скривилось в страданиях, — Я действительно всё ещё жив? Тут же Мустанг затрясся в рыданиях без слёз, как бы он не хотел их выдавить. Его руки инстинктивно хотели схватиться за форму Хьюза, но разум остановил их. Маэс уже заметил искривлённые пальцы, а теперь убедился окончательно. Но он лишь сильнее прижал Роя к себе, ускорив шаг. — Конечно, идиот, ты всё ещё жив.

***

Эдвард трансмутировал ещё метр верёвки для последнего бандита, удерживаемого Хавоком. Риза оказывала первую помощь солдатам, стоявшим вокруг связанных террористов. Но все они рвались в другое место. И единственным отмеченным человеком, из уже арестованных, был неизвестный в халате. Он бешено улыбался и сидел, даже сейчас будто возглавляя остальных. Эдвард почувствовал шевеление сбоку. Подполковник Хьюз вышел из подвала. Полковник был у него на руках, и Эд почувствовал жгучую обиду. Не может этот человек, давший ему надежду, постоянно насмехаюшийся над ним, один из сильнейших Алхимиков, его начальник, быть таким разбитым и покалеченным. Этого не должно было случиться. Эд не должен был видеть это. Но он видел. И сжатое лицо Хьюза, когда тот шёл к Хоукай. И напуганный взгляд Мустанга, пока он оглядывался вокруг. Когда его глаза остановились на Стальном, он будто бы нарушался ещё сильнее, а Эдвард мог просто стоять. Он не мог ничем помочь человеку, который помог ему. Это было невыносимо. — А я смотрю, наш Полковничек то живой-здоровый. Лицо Хьюза ожесточились и он остановился. Эдвард отметил, что говорил тот странный террорист в халате. И когда он сказал это, его лицо выражало злобную усмешку. А Мустанг, наоборот. Его лицо наполнилось неподдельным страхом. Так не должно было быть. Это неправильно. Прошло несколько напряжённых секунд в полном молчании. Словно всё вокруг застыло. Сердце Эдварда забилось в страхе, словно в предчувствии. А затем всё случилось мгновенно. Полковник вскинул руку, прежде засунув её в форму Хьюза, и нацелил её на этого человека, сжав единственные здоровые пальцы в щелчке. По коже Эда ощутилось электрическое покалывание. И тут же Старший Лейтенант Хоукай вытащила пистолет из кобуры, нацелив его в голову Полковника. Её карие глаза стали непроницаемыми. Риза Хоукай. Идеальный снайпер. С такого расстояния она точно не промахнётся. Террорист лишь усмехнулся. Его глаза были безумны, и у Эда перехватило дыхание. — Давай же, Полковник, убей меня. Но что тебе это даст? Что мы? Мы всего лишь маленькая группка одной огромной организации. Ты убьёшь меня, остальные арестуешь, и что дальше? Ваша смерть многого стоит, Полковник Мустанг. Наши лидеры просто так этого не оставят. К тому же, как я и говорил, наша цель гораздо выше. Мы бы не стали совершать такой опрометчивый поступок, не имея поддержки сверху. Просто покончи с этим и живи в страхе дальше! Мустанг сжал зубы. Его рука затряслась. Лицо совмещало в себе страх и ярость. Ещё чуть-чуть, и Огненный Алхимик убьёт его. Снятие с предохранителя. Чёткий голос. — Опустите руку, Полковник. Палец занял свою позицию. Ястребиный глаз не может промахнуться. В ответ Полковник ещё сильнее сжал пальцы, поморщившись от боли. Его обожжённые руки говорили о многом. Хьюз прижал его к себе, судорожно глазами ища способ, как снять перчатку, неведомо откуда взятую. Или Хьюз знал, откуда у него перчатка? — Лейтенант! Сейчас не время! — хрипло прокричал Мустанг, всё время задыхаясь. Эдвард обвёл взглядом комнату. Он не хотел в этом участвовать. Не сейчас. Он не должен видеть это. Все вопросы на потом. — Убей меня, Полковник. Всё внутри Стального кричало. Это не то, к чему должно было прийти. Почему Хоукай так поступила? Что случилось с Мустангом? Почему у Эдварда такое чувство, будто прямо сейчас оборвётся чья-то жизнь. — Вы не можете адекватно всё оценить, Полковник, и мои слова не подействуют. Прямо сейчас, опустите руку! Эд не был к этому готов. Он был напуган и нервничал так, как никогда раньше. Рой Мустанг был в шаге от своей смерти в любом случае. Маэс Хьюз разрывался. Риза Хоукай выходила из своего спокойствия, став женщиной, которую он не знал. Надо было действовать. Надо было что-то сделать для этого человека! Он сорвался с места. Полковник начал кричать. Послышался единственный выстрел. Рука в перчатке упала. Тело обмякло в руках лучшего друга. Нервы Эда были на пределе. Почувствовав себя обессиленным, он позволил тьме забрать его.