Until the stars do us part

Тёмный, освещённый лишь городскими огнями в преддверии Нового года зимний вечер и яркое пятно среди этого приятного сумрака — ослепительно белый городской каток, подсвечиваемый мощными прожекторами и разноцветными гирляндами. Блестящий в их свете снег приобретает самые причудливые цвета и ещё больше сверкает, а счастливо суетящиеся на льду люди только дополняют радостную и праздничную атмосферу. На узкой скамейке за бортом катка сидит такой же счастливый, как и все здесь, парень, поправляя слегка растрёпанные тёмные локоны и за улыбкой всё же скрывая лёгкое волнение. Но оно переходит лишь в еле уловимый трепет, стоит ему встретиться взглядом с сидящим перед ним на коленях очаровательным парнем с крашеными голубыми волосами, который с доброй улыбкой затягивает младшенькому шнурки на коньках. — Коньки должны прилегать максимально плотно, чтобы нога не двигалась. Не слишком туго? — интересуется старший, вставая и подавая парню руку. — В самый раз, — кивает тот, на пробу двигая ногами. — Спасибо, Субин-а, — счастливо тянет и, берясь за руку, встаёт, глядя блестящими глазками снизу вверх. И без того высокий Субин на коньках становится ещё выше, а Бомгю так и остаётся крошкой, чья ладошка всегда утопает в руке старшего. — Так, а теперь потихоньку давай за мной, — произносит тот, выходя на площадку и аккуратно выводя на неё младшего. Который, неуверенно ступив на лёд, только крепче сжимает руку Субина, боясь упасть… Но тепло в глазах напротив расслабляет как ничто другое на этом свете, и Бомгю доверяет ему больше, чем себе. — Всё хорошо, держись за меня и попробуй толкнуться одной ногой, — шепчет Субин, пристраиваясь сбоку. — Главное — не бойся, я всегда рядом. Но об этом Бомгю точно никогда не забывает — и только мило улыбается в ответ сейчас, покорно пробуя оттолкнуться коньком, и делает своё такое короткое, первое движение вперёд. — Молодец, давай теперь второй ногой, точно так же, — улыбается Субин. — Только немножко наклонись корпусом вперёд и слегка согни ноги в коленях. — Так? — спрашивает младший, следуя советам парня, и неуверенно отталкивается второй ногой, слегка запинаясь, и чуть не падает, вовремя подхваченный Субином. — Всё хорошо, я держу, — успокаивающим тоном говорит тот, помогая Бомгю вернуться в прежнее положение. — Хочешь, я тебя сам повожу, пока ты не привыкнешь к конькам? — Угу, — энергично кивает младший. Субин же встаёт перед ним, держа его крохотные ладошки обеими руками, и начинает ехать спиной вперёд, потихоньку разгоняясь. А Бомгю с блеском в глазах смотрит на него и широко улыбается, начиная заливисто смеяться, когда они едут ещё быстрее, пока Субин с трудом отрывает взгляд от светящегося в свете гирлянд счастливого Гю, чтобы посматривать себе за спину и никого не сбить. — Нравится? — с улыбкой спрашивает он, глядя младшему в глаза. — Очень, — смеётся тот в ответ. И не перестаёт радоваться, даже когда они чуть не сбивают какую-то пару, врезаются в борт, объезжая небольшую компанию, и останавливаются, чтобы перевести дыхание. — Попробуешь теперь сам? — предлагает старший, становясь в прежнюю позу спиной вперёд и беря парня за руки. — Попытаюсь, — тянет Бомгю, крепче хватаясь за руки Субина и слегка отталкиваясь одной ногой. — Не забывай немного сгибать их в коленях, — мягко говорит Субин, наблюдая за ногами младшего. — Вот так, да. Следуя указаниям парня, Бомгю очень медленно, но старательно выполняет каждое движение. Он знает: торопиться всё равно некуда, а если ошибётся — рядом всегда тот, кто никогда не даст упасть. И, впрочем-то, не только на льду. — Так, хорошо, хорошо, а теперь слегка поверни влево, — говорит Субин на повороте, шустро разворачиваясь и становясь сбоку от младшего. — Не торопись, всё хорошо. Просто повторяй за мной. И, крепче сжимая замок из рук, Бомгю внимательно смотрит за движениями ног старшего, а затем пробует повторить сам и… Немного не доводит одну ногу, запинаясь, но тут же падает в крепкие объятия. — Ничего страшного, милый, — очаровательно тянет Субин, поглаживая пушистые чёрные кудряшки слегка напуганного Гю, который тут же расслабляется в его руках. — Я рядом. Попробуем снова? — Угу, — кивает младший, выпрямляясь и беря Бина за руку. И в этот раз у него получается, и парень не может сдержать радостного смеха, когда успешно поворачивает и не падает, продолжая отталкиваться медленно и неумело, но уже куда увереннее. — У тебя очень хорошо получается для первого раза, — довольно произносит Субин, расплываясь от гордости и счастья, которые переполняют его изнутри при одном только взгляде на его крошку Гю. — Я горжусь тобой. — Перестань, — отмахивается младший, смеясь и смущённо розовея щёчками, но всё равно зная, что тот не прекратит хвалить своего парня — кто угодно, только не Субин. — Не перестану, — ехидно улыбается старший, останавливаясь вместе с Бомгю около бортика и глядя в такие родные глаза напротив, чей блеск уже кажется неотъемлемой частью существования. — А знаешь, почему? — Почему же? — лукавит Гю. Он всегда знает ответ на подобные вопросы — один на все сто тысяч. — Потому что я люблю тебя, — улыбается Субин, сгребая младшего в тёплые объятия, зарываясь носом в волнистые локоны и вдыхая сладкий запах яблочного шампуня. — Мой любимый малявка Боми. — Башня, — смеётся тот, слегка ударяя маленьким кулачком по груди старшего и слыша в ответ тихий смешок. — Но я тоже люблю тебя, Субин-а. И, слегка отстраняясь, тянет на себя за шею своего великана, заставляя того наклониться, и мягко целует в тёплые губы, пальцами перебирая на затылке голубые пряди цвета снега в сумерках. — Мой крошка, — шепчет в поцелуй Субин, в ответ ощущая лёгкую улыбку, и прижимается ближе, обнимая руками за талию и плечи. И пусть вокруг них начинает крупными хлопьями падать снег, а люди — тихо ворчать, объезжая стоящую у бортика парочку — им сейчас всё равно. Обоим абсолютно всё равно, потому что у них — свой собственный мир, в котором только великан, крошка, лёд под ногами, тепло в сердце и праздничная атмосфера счастья вокруг. А остальной мир пускай подождёт.