Золотая Змейка

      В то самое время, когда Брусничка с Ивором покинули дом Болотницы, на подводной станции «Тахал — 1», во внутреннем отсеке медблока проснулся Ксаш. Разбудило его недовольное шипение Хиссура. Стараясь не тревожить больного, тот тихо, но в то же время весьма энергично шёпотом распекал кого-то в приёмной: — У меня просто нет слов! Что за вопиющая беспомощность! Поймала? Нет? Так иди, ищи. И пока не найдёшь, можешь не возвращаться. В ответ прошипели что-то жалобно и невнятно. Хиссур тут же спросил: — Прямо так и нигде? А к шлюзу ходила? А в столовку? Нет? Так сходи! — и добавил раздосадованно: — С кем приходится работать… Инкубатор какой-то. Будто вчера из яйца. Ксаш скользнул глазами по виварию и увидел, что вольер таха пуст. Усмехнувшись про себя, он осторожно и медленно попытался сесть. Получилось гораздо лучше, чем накануне: голова почти не кружилась, и сердце не частило, пытаясь выпрыгнуть из груди. Похоже, отвратительная Хиссурова микстура подействовала, что не могло не радовать. — Доктор Хиссур, — позвал Ксаш. — Можно вас на минутку? Голос его звучал всё ещё хрипло и слабо, но боль в горле почти прошла. Ксаша услышали. Шипение в приёмной прекратилось, и на пороге отсека появился Хиссур. Из-за плеча его выглядывала Махтана Кхалит-су, стажёр последнего призыва. Личико её было печально, глаза смотрели виновато. Хиссур, больше не обращая на неё внимания, приблизился к лежанке. — А, вы уже проснулись. Я вижу, вам лучше? Позвольте-ка, — сказал он деловито, прихватывая Ксаша за запястье и нащупывая пульс. — Значительно лучше, благодарю. Скажите, Хиссур, за что вы так ругаете этого бедного ребёнка? «Бедный ребёнок» Махтана, ростом и шириной плеч заметно превосходившая и старого доктора, и наблюдателя, повесила нос и тяжко вздохнула. — Это бестолковое создание упустило таха из вивария. Теперь он шляется где-то, — невозмутимо ответил Хиссур, водя по груди и шее Ксаша эхоскопом, — а потом нагадит в центральной рубке, перегрызёт какой-нибудь важный кабель или попортит в кухне припасы. Думаю, стажёр медблока должен понимать, что подобное безобразие недопустимо. Махтана, не стой столбом, приступай к поиску и отлову. — Я бы мог с этим помочь, — живо предложил Ксаш. Хиссур пожал плечами. — Не думаю, что вы уже в состоянии бегать по коридорам с сетью и арбалетом. Предоставьте это стажёрам. — О, бегать и не потребуется, — Ксаш улыбнулся и подмигнул Махтане. В глазах той вспыхнула надежда. Хиссур подавил смешок и спросил с добродушным интересом: — Хотите сказать, что знаете, где искать таха? Это как-то связано с вашими исследованиями? — В некотором роде. — Очень любопытно. И как вы намерены действовать? — Непременно расскажу. Но прежде я хотел бы задать вам один вопрос: что вы собираетесь делать с тахом? — Контактных животных, как вы знаете, не рекомендуется возвращать в естественную среду, после окончания исследований их обычно усыпляют. Но конкретно этот тах мне пока ещё нужен. У него в крови присутствуют посторонние клетки, скапливающиеся в повреждённых тканях и выделяющие вещества, стимулирующие их восстановление. Возможно, мы имеем дело с кровепаразитом, разновидностью инфекции или спонтанной мутацией. Эти клетки размножаются в крови таха только тогда, когда его тело имеет повреждения. Если тах здоров, клетки-лекари исчезают. Видимо, их размножение связано с работой иммунной системы. Но главное — их способность стимулировать заживление ран может быть полезна нам. Эти клетки заметно ускоряют восстановление повреждённых тканей у шен-су, но притом сами довольно быстро теряют активность и погибают. Поэтому для выраженного терапевтического эффекта больному нужно постоянно вводить свежую вытяжку из крови донора, в организме которого клетки-лекари живут и активно размножаются. Прошу прощения, но вы послужили мне материалом для клинических испытаний. Жидкость, прошедшая через фильтр вашей брони, вызвала обширный аллергический некроз слизистых в верхних дыхательных путях. Лечению обычными средствами полученные вами повреждения не поддавались, и я взял на себя смелость использовать непроверенный препарат — клеточную вытяжку из крови таха. Опыт оказался успешным, так что теперь я хотел бы сделать столь мощное средство доступным всем шен-су. Но для этого надо выяснить, как именно и где в организме таха образуются нужные клетки. — Вы уверены, что сбежавший тах уникален? У других в крови ничего похожего не найдено? — Нет, до сих пор ничего подобного мне не встречалось. Я надеюсь выяснить, какие именно свойства организма таха важны для сохранения клеток-лекарей. Также я планирую попытаться заразить этими клетками другого таха. Недавно безопасники отловили для меня молодую самочку. Она пока заперта в инфекционном боксе и проходит обследование, но как только я получу подтверждение, что она полностью здорова, можно будет начать опыты. — Хм… — задумчиво сказал Ксаш. — Ну ладно. Надеюсь, что я сумею вам помочь. Могу я воспользоваться внутренней связью? Махтана, будь добра, помоги мне пересесть за пульт. Угнездившись перед центральным компьютером медблока, первым делом Ксаш по очереди связался с дежурными постами при каждом шлюзе и убедился, что ни на одном из них за прошедший вечер не случилось ничего необычного. Затем он набрал код ремонтного блока. Довольно долго на вызов никто не отвечал, потом окошко внутренней видеосвязи ожило. В нём появилась Тэсса. — Приёмная ремблока, дежурный техник Тэсса Кхалит-су, — сонно, нараспев произнесла она. — Что у вас случилось? — Доброй ночи, — сказал ей Ксаш. — Прости, что отвлекаю от работы. Пришли мне, пожалуйста, данные обо всех вызовах, поступивших к вам от блоков охраны и жизнеобеспечения за последние пять часов. Это срочно. Тэсса застыла в полной неподвижности, обдумывая услышанное. Потом за кадром послышалась какая-то возня, и Тэсса вдруг исчезла (судя по всему, её просто отодвинули в сторону вместе со стулом), а на её месте возник Тэффлах в криво застёгнутом комбинезоне. — А, наблюдатель! — воскликнул он, энергично помахивая рукой. — Привет! Куда там тебе что прислать? Я сам сделаю, а то пока некоторые очешуятся, хуфф на горе цхатнет. — Привет, Тэффи. Скинь мне, пожалуйста, свою статистику за последние пять часов. Меня интересует то, что поступило от безопасников и жизнеобеспечения. — Не вопрос. Тебе в личку или прямо к Хиссуру? — Лучше в личку. — Ага, принято, — и почти тут же ноутбук Ксаша просигналил вибрацией о полученном сообщении. — Благодарю, — сказал Ксаш, отключился и набрал номер приёмной отдела жизнеобеспечения. На экране появилось сосредоточенное лицо Хэтси. Увидев, кто именно её вызывает, она расцвела улыбкой и воскликнула радостно: — Ой, Ксаш! — но тут же, взяв себя в руки, исправилась и произнесла чинно: — Рада видеть вас вне камеры репарации. Чем могу быть полезна? — Скажи, Хэтси, у тебя есть схема вентиляционных и технологических проходов станции? Официальное деловитое выражение на лице Хэтси сменилось лёгким удивлением. — Да. — Выведи её, пожалуйста, на экран. Можешь показать мне места, в которых чаще всего случаются затруднения в движении роботов-уборщиков? — Вот здесь, возле вытяжки четвёртого шлюза, очень неудачный заворот, мы его регулярно проверяем. А ещё — вытяжка над кухней и окно для промывки мусоропровода. Видите? Карта интерактивная, места, где скапливается больше пяти роботов-уборщиков, автоматически помечаются красным. Серым отмечены участки, не посещавшиеся уборщиками дольше трёх часов. В конце смены мы всегда их проверяем. — Отлично. Благодарю, Хэтси, ты мне очень помогла. Развернув перед собой отчёт Тэффлаха и карту, Ксаш некоторое время сосредоточенно изучал их, а потом сказал: — Ну вот, поле для поисков заметно сужается. У шлюзов наш тах не появлялся, вот здесь, здесь и здесь недавно побывал Тэффлах и ничего подозрительного не заметил. Оставшееся пространство включает в себя жилой блок, инфекционный бокс, кухню и две лифтовые шахты. Жилой блок — место довольно оживлённое, появись там тах, мы бы об этом уже узнали. Так как жалоб на работу лифтов в ремонтный блок не поступало, я полагаю, что там таха тоже нет. Теперь посмотрим, как поживают «красные» места на карте Хэтси. Вот интересный нам участок. Вот кухня. Над ней всё красненькое, но это нормально. Мусоропровод и четвёртый шлюз зелёные. А вот тут интересно. Видите? Проход над коридором возле инфекционки прямой, застрять в нём исправный робот-уборщик не должен. Однако почему-то участок красный. Потом — серое пятно, дальше — опять краснота. Я думаю, мы нашли то, что искали. Махтана уставилась на Ксаша с неприкрытым восхищением, а Хиссур насмешливо прищурив глаза, поинтересовался: — Вы полагаете, тах находится в вентиляции над инфекционным боксом? — Скорее всего. Это серое пятно — место, в которое уборщики не могут проникнуть с обеих сторон уже больше трёх часов подряд. Что ещё им может мешать? К концу смены Хэтси отправит туда стажёров, так что советую тебе, Махтана, присоединиться к ним. Меня смущает только одно: почему тах столько времени лежит неподвижно? — Например, потерял сознание из-за недостатка кислорода, — спокойно предположил Хиссур. — Или просто спит. Ксаш, ваши рассуждения мне нравятся, но должен вас огорчить, в них имеются слабые места. Во-первых, напрасно вы возлагаете столь большие надежды на наблюдательность Тэффлаха. Он обращает довольно мало внимания на то, что выходит за пределы его компетенции. Во-вторых, дежурные на постах у шлюзов почти не смотрят по сторонам. Их задача — убедиться, что все, кто вышел в прошлую смену, вернулись назад, а выходящие в новую имеют исправное оборудование и пропуска. Во время пересменки сельхозбригад мимо шлюза можно проехать голым верхом на хуффе, и никто ничего не заметит. В-третьих, серое пятно может оказаться банальной закупоркой, засором шахты. — Ничто не мешает нам это проверить, — с довольным видом ответил ему Ксаш. — А чтобы было интереснее, предлагаю спор: если я ошибся и серое пятно окажется просто пробкой из мусора, я пришлю вам с Шенна комплект новейшего оборудования для лаборатории. Если же я прав, и в вентиляции обнаружится тах, вы мне его подарите. — Заметьте, вы сами это предложили, — невозмутимо сказал Хиссур. — Лаборатория «Тахала — 1» давно нуждается в обновлении. К концу смены в тихом коридоре перед инфекционным боксом собралось весьма занятное общество. Кроме присланных Хэтси стажёров к технологическому ходу пришли Ксаш с Хиссуром, Махтана с готовым к использованию мягким контейнером, Тэффлах с неизменно плавной Тэссой и шеф безопасников, заинтересовавшийся столь подозрительным оживлением в обычно тихом месте. В торжественном молчании стажёры приставили к ходу лесенку, взобрались под потолок, и одна из девиц ловко скользнула в тёмный тоннель. Через миг на руки к её оставшейся снаружи напарнице вывалился вяло скребущий лапками робот-уборщик, затем ещё один, и ещё… Стажёрка принимала их, передавала вниз, Тэффлаху, а тот после беглого осмотра отключал и складывал в аккуратную башенку на полу. Наконец, когда в руки Тэффлаха перекочевал уже восьмой «жук», из хода вдруг раздался удивлённый вскрик, в темноте зашуршало, забулькало, и на пол хлынул поток жидкой грязи, вынесший наружу незадачливую устранительницу затора, а следом ещё пятерых роботов. Не долго думая, Тэффлах кинулся к маленькой узкой дверце в стене, открыл её и дёрнул находившийся за ней рычаг. Над потолком тихо скрипнуло, грязепад прекратился. Хиссур поспешил к неподвижно лежащей на полу девушке: её не только смыло с лестницы грязной водой, но и ударило по голове одним из «жуков». Стажёрке, побывавшей внутри прохода, повезло чуть больше, она хоть и ушиблась при падении, была в сознании. — Что там, Кхатя? — торопливо спросил её безопасник. — Разгерметизация, — ответила она жалобно, баюкая сломанную руку. — Роботы перекрывали собой место протечки. — Цхат! — воскликнул Тэффлах и бегом устремился к маленькой дверце на другом конце коридора, такой же, как та, с помощью которой он остановил потоп. Безопасник принялся быстро набирать что-то на своём переговорном устройстве. — Махтана! — строго сказал Хиссур. — Неси аптечку КС-2, живо! — Я могу быть чем-нибудь полезен? — спросил Ксаш. — Вернитесь самостоятельно в медблок. Лучшей помощью с вашей стороны сейчас будет не путаться под ногами. Ксаш кивнул и послушно поковылял следом за удаляющейся Махтаной. А Тэффлах, уже нажавший на второй рычаг, поманил к себе Тэссу: — Пошли переодеваться. Придётся лезть как минимум в серебрянки. И брать с собой сварочный аппарат. — Ой, Тэффи, — протянула Тэсса задумчиво, — а я не знаю, где моя серебряная броня. Там у шлема лицевой щиток заело. — Да починил я уже! Разве ты её не забирала со стола? Тэсса невинно захлопала глазами. — Нет… — Пст! Значит, наденешь золотую. Всё, переставляй лапки. Некогда тупить.