Это конец?..

Наверно, у нас с Франциском разные понятия о слове «скоро». Прошло уже больше двух недель с того момента, как он явился в первый раз. И эти дни для меня тянулись невыносимо долго. Дольше, чем прошедшие годы в этой камере. Я даже боюсь уснуть. До последнего борюсь со сном. Вдруг он придет, а я сплю. За это время я даже местоположение почти не меняю. Позволяю себе немного утолить голод, когда стражники приносят еду, но в основном я просто сижу на своей лежанке и смотрю неотрывно на небо. Вот и сейчас я так же сижу, подтянув колени к груди, и только еле заметно шевелю губами, твердя только имя любимого мужа. Зову его днем и ночью. Да, я помню, он говорил, что налаживать связь между нами долго и тяжело, но я же ему помогаю отсюда. Просто я с момента его появления только и живу этим ожиданием. Мне кажется, я начинаю сходить с ума. Может, тогда это просто было мое видение? Может, я медленно схожу с ума от горя, вот мое подсознание и сыграло со мной злую шутку? Даже если и так, я боюсь подумать, что это было единичное видение. Я все отдам, лишь бы снова увидеть Франциска. Я тяжело вздохнула и прикрыла глаза, утыкаясь лбом в свои колени. - Мэри… - тихо, еле слышно донеслось до меня. Я вскинула голову и принялась оглядываться, боясь, что это мне снова кажется. В дальнем темном углу что-то засветилось, а потом свет сформировался в такой милый мне образ. Я просияла и спустила ноги на пол. Мышцы тут же отозвались болью от того, что я долго просидела в одной позе. Но я проигнорировала затекшие суставы и, боясь спугнуть видение, медленно направилась к свету. В этот раз образ Франциска был менее прозрачен, и это меня радовало. Может, он так долго не появлялся, чтобы сильнее настроить связь между нами, как и обещал? - Здравствуй, – улыбнулся мой любимый, когда я встала напротив. Я подняла руку и снова попробовала его коснуться, но мои пальцы прошли сквозь его лицо. – Прости, любовь моя, но все еще нет, – грустно вздохнул он, когда я не смогла скрыть разочарования, что по-прежнему не могу его коснуться. - Это не важно, – тут же взяла я себя в руки и улыбнулась. – Главное, что ты снова здесь. Я уже начала грешным делом думать, что ты привиделся мне тогда. Думала, что это мое подсознание играет со мной, и я начинаю медленно сходить с ума. - Нет, просто мне требуется больше времени и сил, чтобы настраивать и поддерживать эту связь, – пояснил Франциск. – Оттого и паузы между прибытием приходится делать большие. К тому же я только учусь, осваиваюсь в своем новом амплуа призрака. Но не буду тебя нагружать этими ненужными пояснениями, просто поверь на слово, что я делаю все, что могу. - Я верю, Франциск. Я готова ждать каждое твое появление сколько угодно. Я счастлива, что у меня вообще есть такая возможность. Без этого я точно сойду с ума наедине со своими мыслями. А так у меня есть занятие в этих стенах. Ожидание твоего появления, мой любимый. - Мне тоже нужны эти встречи, моя королева, – нежно улыбнулся мой «ангел». – А потому я делаю все, чтобы усилить эту связь и быть с тобой дольше. Прости, что оставил тебя, Мэри. Я бы не допустил, чтобы ты так закончила свою жизнь. - Нет, Франциск, ты точно ни в чем не виноват. - Зато виноват Баш. Он не должен был оставлять тебя. Он пообещал мне, что позаботиться о тебе, но отпустил тебя одну. - У него свой путь, – тяжело вздохнула я, вспомнив друга, что всегда был надежной опорой. – Я не имела право его принуждать идти со мной. Как королева, я должна была попытаться сама спасти свою страну. Он мне ничего, по сути, не должен. Надеюсь, что у него все хорошо. А ты не можешь… к нему? – неожиданно пришла мне в голову мысль. - Увы, любовь моя, я не настолько силен, чтобы приходить, когда хочу и к кому хочу неограниченное количество раз. Не знаю, как потом, но пока я могу только выбирать. И, конечно, я предпочел быть с тобой, Мэри. - Тогда просто буду верить, что у Баша все хорошо, – полностью разделяя желание любимого, согласилась я. – Ты говорил, что наблюдал за мной. Полагаю, я не всегда тебя радовала. Я совершила много ошибок, Франциск. И в основном именно по отношению к тебе. Я виновата перед тобой. Очень, я знаю. - Мэри, прошу, не трать наше время на сожаления, – ласково попросил Франциск. – Я уже сказал, что простил за все, за что мог простить. А что произошло после, в том ты точно не должна извиняться. Ты делала то, что считала нужным. Так, как казалось тебе правильным и верным, на благо своего народа и страны. Я тоже не всегда поступал правильно, но оправдывал себя именно тем, что делал это на благо своей страны. Нам, монархам, постоянно приходиться принимать решения. Они не всегда этичны, не всегда оправданы с той или иной точки зрения, но это выбор. У нас нет дара заглянуть в будущее и понять, к чему он приведет. Поэтому и делаем ошибки, за которые потом корим себя и расплачиваемся. И чаще дорогой ценой. Просто это нужно принять. И простить себя, потому что изменить этот выбор мы уже не можем. Я простил тебя, Мэри. Теперь ты должна простить себя. Простить и отпустить. - Я стараюсь, Франциск. Просто это сложнее, чем я думала. Принять выбор гораздо труднее, чем его сделать. - Да, ты права. Но у тебя есть для этого время. И я помогу тебе, насколько у меня получится. Собственно, я здесь для этого. Тебе будет проще, если ты будешь знать, что это необходимо, чтобы Там мы были свободны и счастливы, когда придет время. В том числе свободны и от бремени сожаления от совершенных поступков. Мы сделали все, что могли на благо своих стран. Да, мы монархи, но все равно всего лишь люди, а людям свойственно ошибаться. Нельзя всегда совершать только идеальные поступки, о которых потом не будешь сожалеть или стыдиться. Просто знай, моя любовь, что ты сделала все, что было в твоей власти. Ты всегда была сильной, и я в тебе это любил и уважал. Теперь ты должна найти в себе силы, чтобы принять каждый свой выбор. И когда придет время, мы снова будем вместе. Навечно. И мы просто будем наслаждаться своим счастьем. - Звучит замечательно, – заулыбалась я, чувствуя, как мои глаза снова увлажняются. Мой любимый король говорил так вдохновенно и убедительно, что мне захотелось этого прямо сейчас. Но он прав: я должна отринуть все сожаления и достигнуть гармонии сама с собой, тогда я смогу просто наслаждаться долгожданным единением со своим избранником, не оглядываясь на свою мирскую жизнь с ее ошибками. – Ради достижения этой цели я на все готова. Но пообещай, что не оставишь меня здесь одну. Пообещай, что будешь приходить так часто, как сможешь. - Легко обещать то, чего сам желаешь всем сердцем, – ответил мне на улыбку Франциск, и от этой улыбки мне стало так тепло и спокойно, будто груз ответственности и боли уже постепенно спадает с моих уставших плеч. И мне становилось все легче и легче от этого осознания. Я даже потерлась щекой о его ладонь, хотя и не могла чувствовать его прикосновений. Но я позволила себе прикрыть глаза и вспомнить мягкость его кожи. – Мне пора, Мэри, – услышала я тихий шепот спустя несколько мгновений. Открыв глаза, я увидела, как образ моего любимого начинает расплываться. Чтобы не расплакаться, я закусила нижнюю губу почти до крови. Снова он появился так ненадолго, и мне опять предстоит остаться здесь одной, в ожидании новой встречи. Это моя пытка, мой персональный Ад. И я должна пройти через это, чтобы заслужить счастье снова увидеть любимого и уже не расставаться. Когда в углу стало темно, я вернулась на лежанку и, свернувшись клубочком, позволила своим эмоциям вырваться. Я скулила, как побитое животное, захлебываясь в своих слезах и твердя только одно имя: «Франциск». Так сон и сморил меня, и прежде чем провалиться в спасительное небытие, я только молила, чтобы наша следующая встреча прошла как можно скорее. Эти встречи стали для меня важнее воздуха.