Ведьма для шехзаде

      На праздник уже пришли все султанши. Спасибо некоторым, я опоздала. Естественно, под всеобщими взглядами, я пошла на поклон.  – Госпожи... – Главное не поднимать глаза. – Так это ты, та маленькая госпожа! – раздался звонкий голос, а затем смех. – Простите? – Всё же подняла я взгляд. Султанша, имя которой я благополучно забыла, смотрела на меня с нескрываемым интересом и смеялась. Одета она была роскошно, ярко–красное платье, украшения в тон, она не была похожа на тех, кого интересует чужое мнение.       Рядом сидела изящная девушка, которая тоже рассматривала мою скромную персону. Она была одета в наряд светло–лазурного цвета, на ней было мало украшений, но они были очень аккуратными. Девушка, увидев мой интерес, вдруг очень нежно и по–доброму мне улыбнулась. – Так тебя прозвали слуги, – пояснила мне она. – Не знала... – Садись, Агапья. – Это уже была Хюррем–султан. – Это госпожа Фатьма–султан, сестра повелителя, а это Хуриджихан–султан, дочь покойной Хатидже–султан. – И Ибрагима–паши, – добавила Фатьма–султан, переводя многозначительный взгляд на Хюррем–султан.       Я ещё раз поклонилась и села. – Ты знаешь, что о тебе говорят во всех уголках империи? – видимо Фатьма–султан решила продолжить развлечение, но теперь уже со мной. – Нет. – Я посмотрела ей в глаза. – Я, в основном, нахожусь в своей комнате. – Почему? Тебе запретили выходить? – И очень выразительный взгляд в сторону Хюррем–султан. – Госпожа... – Что такое, Хуриджихан, разве тебе не интересно? – Я только улыбнулась. – Я просто не люблю попадать в неприятности, поэтому сижу в комнате. Да и дворец очень большой, я могу заблудиться. – Понятно... Ты умеешь что–то ещё? А грамоте ты обучена? Я слышала, ты русская... – Да, я приехала из Москови, а родилась в Нижнем Новгороде, что на Волге. – Я посмотрела в глаза султанше и решила, что, раз я ей так интересна, то расскажу всё. – Я обучена грамоте и счёту, умею рукодельничать. Всему этому научилась ещё до десяти лет. Позже, помогала отцу с работой. Он купец. На родине остались семь племянников и зять. Сестра, царствие ей небесное, умерла в родах. Переехала в Стамбул с отцом. Я горячкой переболела, а в Москови тогда холодно сильно было, поэтому мы перебрались ближе к теплу. Лекарскому делу меня обучали на родине, да и тут, у госпожи Айше, кое–чему научилась. – Какое–то время Фатьма–султан молча смотрела мне в глаза и о чём–то думала. – А что ты ещё умеешь делать? Или любишь? – Решила разрядить обстановку Хуриджихан. Я повернулась к ней, и мы улыбнулись друг другу. Хорошая она, мне нравится. – Умею на пианино играть, пою, когда никто не слышит. – Почему, когда никто не слышит? – Удивилась молодая госпожа. – Берегу чужую душевную организацию. – Пожала я плечами. Задумалась и добавила. – Стихи люблю. Писать я их совершенно не умею, но я люблю их читать, а понравившиеся учу наизусть. Я вообще люблю читать. Про приключения, про любовь... – Я тоже. – Улыбнулась мне Хуриджихан. – Жалко, что не всегда конец счастливый. – Жалко, – согласилась я. – Но так и в жизни, не всегда всё хорошо получается. – девушка мне грустно улыбнулась. – А прочитай какой–нибудь стих. – А какой вы хотите? Про любовь? Может сказку? Или что–то печальное? – Сказку? Я не слышала раньше стихов про сказку. – Хуриджихан–султан, стих не про сказку, а сам стих–сказка. Он собрал в себе народные легенды и сказания. – Он с твоей родины? – Да. Он мне очень нравится! – Прочитай.       Старшие султанши в наш разговор не вмешивались, а только смотрели и слушали. Я вопросительно посмотрела на Хюррем–султан, та взмахнула рукой, и музыка затихла, потом посмотрела на меня и кивнула. Я вздохнула поглубже и прочитала предисловие к «Руслану и Людмиле». Про кота, русалку, богатырей, лешего... Любила я это стихотворения ещё со школы, поэтому читала без запинки, с чувством, с толком, с расстановкой. Когда закончила, улыбнулась. – Удивительное стихотворение... – Выдохнула Хуриджихан–султан. – По истине, госпожа. – Фатьма–султан смотрела на меня уже без веселья. – Сложно представить, что ты просто лекарка. – Мне повезло получить достойное образование. – Пожала я плечами. Не говорить же им, что я родилась такой. – Я из Крыма, – заговорила Хюррем–султан. – Я русская, как и ты, но таких стихов я никогда не слышала в родных краях.       И тут я язык прикусила. Естественно, не слышала. Сейчас какой век? Правильно, XVI. А стих этот был написан когда? Правильно! В XIX! Вот это я лоханулась... Затравлено посмотрела на госпожу, потом прикинула. Ага, Крым... – Это в Москови такой стих написали! Не так давно, лет пять назад... – И в глаза смотрю, преданно! Как верная собака, чтобы ни дай Боже не стали меня больше расспрашивать. Не стали. Пронесло... – Ты танцуешь? – Спросила меня Фатьма–султан. – Если научите... – Ой! Кто ж так с госпожой разговаривает! Ну всё, щас меня выпрут с позором и скажут правила дворца учить. И тут я услышала... задорный смех. – Нет, девочка! Что хочешь мне говори, но я не поверю, что ты простая лекарка, дочь купца из Москови! – И опять смех. Фатьме–султан понравилось, как я ответила. Хюррем–султан тоже улыбалась. Выдохнули... Жить будем... – А почему ты в платке? – Хуриджихан–султан, ну тебе–то мой платок что сделал? – Я... просто мне нравится. – Снимешь? – Хуриджихан–султан, а могу я остаться в платке? – Тут же нет мужчин... – Всё равно не сниму. – Потом подумала и добавила. – Шехзаде Джихангир мне его подарил. В благодарность за лечение. – А эту брошку... – Зря я так сказала. Теперь Хюррем–султан заметила брошь от Джихангира. – Тоже... в благодарность. – Я кротко склонила голову. – Ладно... Музыку – веселее, девушки танцуйте! – Да будет веселье! Да будет праздник! – воскликнула Фатьма–султан.       Праздник... Одно название! Это были смотрины. Смотрели всех на всех. Меня начали разглядывать сразу после моего появления. Некоторые вежливо склонили головы, некоторые, скорее всего фаворитки, рассматривали меня с долей презрения. Рассматривали и новых султанш. Все в основном пытались произвести хорошее впечатление. Особенно на Хюррем–султан. Она же наложниц выбирает для сыновей.

***

      Сказать, что праздник меня вымотал, это не сказать ничего. Расспросы, изучающе–оценивающие взгляды... М-да... И это называется не влипать в историю& Утро наступило как–то слишком рано. Я не выспалась. Сходила к шехзаде. Выслушала недовольство по поводу моей одежды, пообещала исправиться, послушала ворчание в адрес корсета, который «совершенно неудобный», заверила, что снимать ещё рано, вышла из покоев Джихангира вымотанная. Дошла до своих и поняла, что хочу окрошки... Прям очень! Когда я объясняла девушкам и агам, чего хочу, поняла, что они вообще без понятия, что такое холодный суп... В итоге, я стою на кухне и его готовлю. – Вай–вай–вай! Да разве ж суп может быть холодным?! – Может. Я сейчас его доделаю, попробуете. Понравится – оставлю рецепт. – Вай–вай–вай. Маленькая госпожа, да кому ж холодные супы нравятся–то?       Объяснять я устала, просто посмотрела на толстенького повара, вздохнула и продолжила резать зелень. Всё перемешала. Попробовала – вкусно. Налила в тарелку, села за стол и стала есть. Жадно, с аппетитом. Повара на меня посмотрели, позавидовали, пошли пробовать мой суп. Распробовали. Смотрю, идёт ко мне ага с листочком и карандашом. – Маленькая госпожа, напиши рецептик. Мы его тебе, слугам готовить. Господа вряд ли есть станут. – Напишу. Только сначала, объясните мне, почему вы так странно меня прозвали? – Маленькой госпожой? – Да. – Да как все зовут тебя, так и мы. Слуги это... боятся перечить тебе. Вот и прозвали госпожой... – Так, ладно. А почему маленькой? – Так это, самая младшая ты тут... – А боитесь почему? – Ага замялся... – Так это... ну... шехзаде... – Вопросительно посмотрела на повара и до меня начало доходить...       Джихангир кричал, слуги приходили сначала, а потом не стали... Так они меня поэтому боятся? Потом подумала и вспомнила, как приказывала Джихангира к кровати привязать, и расхохоталась. М-да... обеспечила я себе тут репутацию. Написала рецепт смущенному повару и, как только вышла из кухни, ко мне подошла служанка. – Агапья? – Я кивнула. – Вас Хуриджихан–султан зовёт... – Вот это новость. – Веди.       Пришли мы в, довольно большие, покои. Я поклонилась, встала и вопросительно уставилась на молодую госпожу. – Как хорошо, что ты оказалась не занята! Пошли со мной в сад! А после книгу тебе дам, почитаешь. Потом расскажешь, понравилась или нет? – Как прикажете. – Она грустно улыбнулась. – У меня тут друзей нет. Госпожа к султану пошла, а мне тут совсем скучно одной. Может получится у нас подружиться? Я тебе на скрипке играть буду, а ты мне те чудесные стихи читать... – Я почту это за честь, вот только... – Только что? – Не пристало мне, с Вами, госпожа, дружить. Вы благородных кровей, а я простая лекарка. – Простые лекарки столько сколько ты знаешь и умеешь... Ладно. Опустим это. Надень красивое платье и приходи ко мне. Погуляем.       Я поклонилась и пошла переодеваться. Мне и самой тут было очень скучно. Из дворца меня особо не выпускали, а сама я бродить по нему не стремилась, да и в саду ещё ни разу не была. Всё боялась неприятности на свою голову поймать. Головой я понимала, что идти с Хуриджихан – плохая идея, но она такая искренняя, добрая. В общем подкупили меня!       Переоделась и пошла к госпоже. У гарема мы встретились и пошли в сад. – Ты опять в платке. – Опять, моя госпожа. – Тихонько рассмеялась я. Всем не давал покоя мой платок.       Мы немного погуляли. Хуриджихан рассказала, как познакомилась с шехзаде Джихангиром. Как они стали настоящими друзьями. А я шла, слушала и вспоминала, что по канону он в Хуриджихан влюблён был... Подняла глаза на девушку, м-да... В такую сложно не влюбиться. – А вчера перед праздником, думала разыскать его, и пошла к шехзаде Баязиду. – Она немного смутилась и продолжила. – Он оказывается посуду красиво расписывает. А я слышала, что он только воевать и умеет. Но знаешь, Агапья, молва была права. Он очень хорош собой. – Шехзаде Джихангира говорите искали... – Лукаво протянула я. – А я вот Вас слушаю и понимаю, что с другим шехзаде вы искали встречи... – Ну что такое ты говоришь! – В ответ я пожала плечами и хихикнула.       Мы ещё немного погуляли по саду и вернулись во дворец. Не успела я до своей комнаты дойти, как меня к себе позвала Хюррем–султан. А я поняла, что все мои отчаянные попытки не влипать в историю были тщетны. В конце концов, я прочла достаточно фэнтези в своё время, чтобы понять – в подобных местах у попаданок спокойного житья–бытья не бывает...