Ведьма для шехзаде

      Новое утро, новый день, старые покои, тот же шехзаде. Мрачный.       - Шехзаде, о чём Вы думаете в последнее время? Вы такой пасмурный...       - Какой?       - Хмурый.       - Да так. – Шехзаде как-то беспомощно на меня посмотрел. – Брат Мустафа. О нём думаю. Много бед на него свалилось, а я и помочь ничем не могу.       - Не переживайте, всё образуется. – Сказала я, однако в голове пронеслась картинка казни старшего шехзаде. Я посмотрела на Джихангира, и в душе всё похолодело...

***

      - Сечиль. Сечиль!       - Да. – Выглянула девушка из лекарской.       - Рецепты на проверку сегодня есть?       - Да. Сейчас, – и помощница принесла мне кипу бумаг, – и ещё свидетельство о смерти.       - Что? Кто умер?       - Муж Фатьмы-султан.       - В смысле? У них же только вчера свадьба, то есть никях был...       - Верно. А ночью он умер. – И девушка улыбнулась. Чем меня поразила. Вот садизмом она точно раньше не грешила...       - А что смешного-то?       - Так он от обжорства умер... – И одна из лекарок, что стояла не так далеко, хихикнула.       - М-да... Бывает. Ну показывай.       День прошёл в уже привычных делах. Проверить рецепты, посидеть над сборником ядов, проверить готовность лекарств и так далее и тому подобное. Вечером же, ко мне зашла Хуриджихан. Было довольно прохладно, так что я попросила Сечиль принести нам что-нибудь тёплое ко мне в покои.       - Мне тут тётушка идею подала, но я как-то не знаю.       - А что за идея? – Пока моя подруга устраивалась на тахте, я взяла немного винограда и села за рабочий стол. Получение яда из прополиса меня не отпускало.       - Она предложила съездить к Баязиду в Кютахью.       - И что тебя смущает?       - Отсутствие ответа на письма, мною написанные. – Язвить она от меня научилась. Горжусь! И собой и ею.        — Вот и спросишь, где твои рукописи... Только кто тебя туда одну отпустит? Как я поняла, по сегодняшнему отчёту, Фатьма-султан поле битвы покидать не намерена...       - И всё-то ты знаешь, – улыбнулась подруга, – да. Но госпожа в качестве сопровождающего предложила Джихангира.        — Вот как? А ты?       - А что я... Я пришла к подруге за советом, а она от книги не отрывается. – Я повернулась к Хуриджихан.       - Я считаю надо ехать. – Учитывая, как это отразиться на ваших отношениях. Ух чего буде-е-ет...       - Я еду с Джихангиром.       - И что?       - Слушай! А давай и ты поедешь?       - С какой радости? Да и я главная лекарка. Мне нельзя отлучаться.       - А ещё ты личная лекарка Джихангира. Все ещё помнят, чем закончилась охота без твоего присмотра.       - Я подумаю.       - Агапья. А давай ты подумаешь потом?       - Тебе сначала надо Джихангира уломать, а потом ему надо уломать своих родителей.       - Ладно. Но я буду ждать положительного ответа. – Я только фыркнула. Мы ещё немного поболтали и разошлись.       Следующий вечер, перед процедурами меня вызвала Хюррем-султан. Я сначала думала, что мы будем говорить, как всегда, о здоровье шехзаде, однако, ей удалось меня удивить.       - Ты едешь в Кютахью вместе с моим сыном и Хуриджихан-султан.       - Госпожа?       - Она слишком много времени проводит с ним. Я беспокоюсь. Если между ними что-то есть...       - Я бы знала, госпожа. Я же близкая подруга молодой госпожи и личная лекарка шехзаде. Могу Вас уверить, что они просто близкие друзья.       - Близкие... Ладно. Но ты всё равно поедешь с ними. И если что-то будет...       - Я сразу Вам сообщу. Не переживайте.

***

      - Я так и знала, что ты согласишься.       - Не обольщайся сильно, Хуриджихан, это приказ госпожи.       - Ой, только не надо делать вид, что ты не рада.       - Как прикажете. – И я присела в насмешливом поклоне. Подруга же тихонько толкнула меня локтем.       - Шехзаде Джихангир Хазрет Лери. – И мы присели в положенном поклоне.       - Доброго тебе дня, Джихангир.       - И тебе, Хуриджихан. Агапья.       - Приветствую.       Потом мы забрались-таки в карету. Очень повезло, что у нас была одна общая тема. Книги! Сначала мы молчали. Потому что обсуждать шехзаде, при нём странно, обсуждать его брата тоже. А я видела, что подругу так и подмывает на эту тему поболтать. Подкалывать Джихангира или Хуриджихан мне как-то по статусу не положено. По крайней мере, при других. Так что, со временем, мы разговорились только на тему книг. Очень интересная, к слову, тема.       Приехали мы днём. Приходилось делать остановки и довольно часто. Это, каюсь, я просила. Как бы мой подопечный не храбрился я старалась отслеживать его состояние и, как только, ему становилось хоть капельку хуже, я тут же велела тормозить карету, выгоняла Хуриджихан и укладывала парня на полежать. Он сопротивлялся, но мои угрозы, что если он будет так себя вести, то мы вернёмся обратно, работали даже, когда мы подъезжали к санджаку Баязида.       Сначала вылезла я, потом Джихангир, затем Хуриджихан. И если братья просто и по-семейному потискали друг друга в объятьях, то с Хуриджихан был диалог взглядов. Хотя всё там было понятно, ибо их лица были открытыми книгами, на всем понятном языке, я старательно делала вид, что всё в рамках приличий. Очнулся парень не сразу.       - Стража, калфам сообщите, что девушкам нужны личные покои. – Он снова повернулся к Хуриджихан. – Ну что? Пойдёмте?       - Вам стоит нанести мазь. Мы были в дороге очень долго. – Вещала я Джихангиру. Впереди шли Баязид с Хуриджихан, сзади лала – верный помощник и наставник при шехзаде в санджаке. Я всеми силами не пускала рвущегося к своему шехзаде лалу. То тормозила, то виляла.       - С тобой всё хорошо? – Заметил мои манёвры Джихангир.       - А? Да... С дороги просто подустала. Но мазь Вам нанести всё же надо!       - Как скажешь. – Засмеялся парень. – В такие моменты я путаюсь, кто кому должен служить. Ты мне или я тебе.       - О чём Вы?       - Да так... Мысли вслух.

***

      - Слушай. Я с дороги устала. Можно я к себе пойду?       - Погоди! Давай поговорим? А то я успокоиться никак не могу.       - Говори. – Я устроилась на тахте поудобней, принимая свою судьбу.       - Оказывается мои письма до него просто не доходили! А его до меня! Это всё его лала устроил. Он мне всё объяснил, пока мы шли до дворца.       - Ну вот! Я же говорила. А ты, не любит, не любит... – Передразнила я её.       - Слушай, а давай ты ему весточку передашь?       - С какой радости? Ты уже тут. Он тебе всё объяснил. Скоро он к тебе придёт.       - А вдруг замотается и забудет?       - Ну-ну.       - Тебе сложно подругу выручить? Ну передай ему весточку! Мне спокойнее будет... – Я внимательно посмотрела на розовую лужицу передо мной, и поняла, что я вляпалась.       - Ладно уж, - горестно вздохнула я. – Пиши свою весточку! Отнесу.       Подруга же быстро меня обняла, достала из шкатулочки маленький свёрток бумаги и протянула мне.       - Только чтобы никто не видел. А я в хамам.       - Ладно. Отдам записку и присоединюсь.       И я, горестно вздохнув, под весёлую песенку подруги пошла к выходу из её комнат. Потом узнала, где находится шехзаде Баязид и как к нему добраться, меня послали, я пошла. В шехзаде я почти врезалась. Он вылетал из своих покоев.       - Агапья? – Вообще подругу я понимала. Такой парень... Ух! Широкоплечий, высокий, как и Джихангир. Но гораздо более мускулистый. – Ты что тут?       - Я от Хуриджихан. – Я огляделась по сторонам, заглянула ему за плечо, никого не нашла и протянула записку. – Вот, она велела передать.       Шехзаде сразу оживился, разулыбался, я ему тоже улыбнулась. Рада я за них... Красивая пара. Поклонилась и пошла к себе. Надо было взять вещи для хамама. <center>***<center>       Вечер. Я подорвалась от неожиданного стука в дверь. Посмотрела за окно, фиг знает сколько времени. Может это Джихангир пришёл напомнить о том, что его пора лечить. Встала, надела платок, открыла дверь. Угадала! Ну, частично. Передо мной стоял очень злой шехзаде...Он ворвался в комнату, обошёл всё, будто кого-то искал, потом тормознул по центру и очень многообещающе уставился на меня.       А я что? Вздохнула, закрыла дверь, поклонилась, подошла. Пока всё это делала, а делала я это нарочито медленно, пыталась вспомнить, где накосячила. Решила, что всё дело в том, что я проспала процедуры. Что-то такое уже было... Аж двадцать минут. Хихикнула.       - И могу я узнать, чему ты так рада? Не приезду ли в Кютахью?       - Шехзаде?       - Отвечай!       - Ну... – Я даже как-то растерялась. – Тут интересно... – Неопределённо ответила я. Джихангир, видимо, расценил это как согласие.       - Понятно. Тогда следующий вопрос...       - Простите, это допрос? – Меня окинули оценивающим взглядом. Я даже поёрзала.        — Это письмо, - он показал мне листок. – Оно было в книге. Ты его тогда отдавать не хотела. Почему?       - Просто... – Чего вообще происходит. – Шехзаде, может я Вам просто вечерние процедуры сделаю и спать?       - Просто... Может потому, что оно не мне? – Избирательный слух... Ладно. Вдох-выдох. Живу не первую жизнь, а этого, шибко молодого и эмоционального ещё повоспитываю.       - Да, не Вам.       - А кому? Может моему брату? – Он свирепел с каждой минутой, а я всё больше уходила в прострацию... Чего твориться в этом бренном мире?        — Это для шехзаде Баязида. – Ну а что? Правда же. Вот попадёт мне от Хуриджихан, конечно...       - Ясно. – Как-то убито проговорил Джихангир. Сразу вся злоба и прочие эмоции как-то ушли. Он посерел.       - Раз мы с этим разобрались, может уже перейдём к процедурам?       - Не надо. Сегодня без процедур.       - Но...       - Я. Сказал. Не. Сегодня. – он посмотрел на письмо, усмехнулся, бросил его на пол и вышел.       Я проводила его взглядом, подняла письмо, прочла. Ну обычная любовная записка... Тут я начала вспоминать, то, что было в тот день, то, как он добывал эту записку, то, как я повела себя в ответ, прочла записку снова, и меня как током шарахнуло. Он решил, что это я написала! Ему написала! А я, только что... Теперь он думает, что я и Баязид... Чё-о-орт!       Я понеслась следом объясняться, прихватив записку. В покои я зашла без препятствий, увидела шехзаде на кровати. На звук открывающейся двери он даже не пошевелился.       - Шехзаде... – Он поднял голову, посмотрел на меня, сел.       - Уходи...       - Вы не так всё поняли...       - Как я мог что-то не так понять, когда ты сама мне всё сказала. Предельно чётко.       - Нет же... Это письмо не моё...       - А то, что ты ему отдала сегодня? – Так вот чего он взбеленился. Штирлиц хренов! – Я видел, как вы улыбались друг другу, так счастливы были... – Идиот!       - Да нет же...       - Уходи...       - Шехзаде...       - Уходи!!!       - Джихангир!       - ПРОЧЬ! ВОН!!!       Я ушла. Было обидно, даже больно... Чёрт! Как всё глупо вышло...