Избавь меня от стресса

      

***

      Пахло дешевыми чернилами. Это был резкий и долгое время не выветриваемый запах исходящий от мужчины напротив. Разливать же чай было приказано главной служанке, чьё присутствие было едва заметным. Женщина поклонилась им и покинула чайную кабинку, не смея и повернуться к ним спиной. Когда они остались одни, Итачи тихо обратился к троюродному брату Лорда Страны Огня: – Такахаси-сама, помнится мне, вы обещали не попадаться в мою ловушку. Ему в ответ лишь ухмыльнулись. Итачи скорее услышал, чем увидел. Смотреть в глаза приближенным правителя разрешалось не всем, тем более представителям клана Учиха. – Сделка есть сделка, – спокойно продолжил. – К сожалению, вы обвиняетесь в покушении на жизнь правителя Страны Огня. – Доказательства? – ухмылка спряталась за керамической чашкой. Итачи отвечать не спешил. Потянулся к кобачи, на котором было красиво уложен знаменитый в столице бисквит Касутэра. Было бы невежливо оставить стол нетронутым. – Угощайтесь, – он пододвинул к мужчине кобачи. – Вышел из семейства Учих и думаешь, все позволено? – Чернила, – Итачи поражался недогадливости Такахаси. – Люди, которым вы отдали приказ, получили письма, написанные дешевыми чернилами. Вы пользуетесь только качественными, поэтому оснований подозревать вас меньше. Однако… Итачи любезно наполнил чашу Такахаси зеленым чаем. – Час назад была перехвачена записка с новым приказом. Запах чернил, к вашему сведению, долго не выветривается. Вам следовало отказать мне и перенести встречу. Впрочем, вам с самого начала следовало не соглашаться на мою сделку. Стол дрогнул. Итачи придержал его за края, чтобы не дать посуде разбиться. За испорченное имущество наказана будет ни в чем неповинная главная служанка, а Итачи терпеть не мог напрасные жертвы. – Чернила? – смешок. – Моя любовница в порыве страсти пролила свои чернила. Молодая девушка без права голоса – очередная жертва. Приказать безвольной солгать проще простого. – В вашем саду обитает птица. Крылья её черны. Глаза наливаются красным. Непростая птица одним словом. Вам показать, что она видела? Если позволите посмотреть вам в глаза. – Шаринган, говорят, искажает память. Значит, исказит и правду. – Вы готовы нести ответственность за своё обвинение? – его врожденное чувство справедливости порой было хуже гордости Учих. – Лично я готов, а вы, Такахаси-сама? – Поискал бы доказательства поубедительнее. – Один ваш давний знакомый как-то обмолвился, что продал вам свой домик у озера. Заключил договор он на ваше имя. Проверять вы не стали. Или совершенно забыли о такой мелочи, ведь этим всегда занимались ваши верные слуги, – в ответ на это Такахаси тяжело задышал. – Да, найти Рокеро-сана было непросто. Опережая ваш вопрос: он хромает, и в детстве его укусил шмель, оттого и след на голове. Пока вы пьете со мной чай, ваш домик обыскивают. Как думаете, что мы там найдём? Такахаси сомкнул в молчании губы будто знал, что любое сказанное слово используют против него. Итачи продолжил трапезу. – Что мы найдем в саду? – он сделал паузу, смакуя сладость десерта. – Точнее кого? От болезни умер ваш отец. Из наследников по мужской линии остались вы, ваш старший брат и Лорд Огня. Первым вы убрали родного брата. Теперь до трона вас отделяет один шаг. Такахаси-сама, мне продолжать? – Вы не докажете мою причастность, – сдавленным голосом произнес мужчина. – Возможно, – не стал спорить Итачи. – Я вернусь обратно в Коноху, а вы останетесь жить со своими грехами. В вечном страхе быть пойманным. Вернуть доверие правителя будет сложно, а самоубийство лишь докажет вашу вину. – К чему ты ведешь? – оскалился Такахаси. – Если вы признаетесь в покушении, вас будет ждать пожизненное заключение. Но вот весть о том, что вы убили родного брата, избавит правителя от ненужных родственных чувств. Не пройдет и дня, как вы будете казнены. Пожизненное заключение в комфортных условиях – не самое плохое развитие событий. Согласны? – Вы, Учиха, горазды сделки заключать. – Приму это за согласие. Ещё чаю? – Итачи поднял голову и посмотрел прямо ему в глаза. Вежливо улыбаясь. Мужчина вздрогнул и кивнул. Итачи даже не пришлось активировать Шаринган. Миссия была выполнена успешно.

***

      У выхода чайного домика его ждал Шисуи, он прятал лицо за маской совы, хотя в АНБУ не состоял. Итачи считал это забавным. – Кончай таскать сладкое, – покачал головой друг. – Младшие уже шепчутся. – Не тогда, когда я их угощаю. – Интересно, что на это скажет твоя родственная душа. Итачи задумался. Он хорошо запомнил выражение её лица. Шаринган отпечатал на подкорке памяти её широко открытые в ожидании глаза, в которых плескалась надежда на то, что огонь ослаб. Линии печати Бьякуго обрамляли лицо, и ему хотелось, любопытства ради, прикоснуться к этим линиям: почувствовать силу печати. Румянец на щеках и зацелованные губы он старался не вспоминать. Признаться, Итачи сам от себя не ожидал, что поцелуй выйдет таким... долгим. Единственным объяснением был порыв ей помочь. И чем лучше он будет стараться, тем скорее проблема будет решена. Это вполне отвечало его принципам. – Попросит поделиться? Итачи был уверен: она любит сладкое. Возможно, не так сильно как он. – Хотел бы я увидеть, кого тебе судьба уготовила. На протяжении многих лет Шисуи искал способ смутить Итачи, и хоть каждый раз проигрывал, сдаться ему не позволял упрямый характер. Итачи же мыслями сейчас был далеко. Его беспокоил предстоящий разговор с Лордом Огня, потому и ответил, не особо придавая этому значение: – Она не заинтересована. – В тебе? Сочувствую, друг. – В отношениях, – терпеливо объяснил, не став отнекиваться. Что сказано – то сказано. – Так прямо и сказала? – Звучало убедительно. – Женщина говорит так, чтобы мужчина попался на её крючок и начал за ней бегать. Это игра такая. Она ждёт твой ход. – Давно пора бы не выдавать слова женщины за желаемое, Шисуи. – Когда ты вообще успел с ней встретиться? – пробормотали пристыженно в ответ. – Выдвигаемся, – отдал приказ Итачи. – А сам-то ты заинтересован? – Шисуи хватался за любой шанс. – Я об этом не задумывался, – последовал честный ответ. Первое время Итачи волновала причина внезапно появившейся регенерации, а как только первая загадка была разгадана, стало любопытно, кем же является женщина, предназначенная ему самой судьбой. Встретившись с ней, пришлось думать над тем, что связывает её с Саске, и решать, что делать, если они состоят в близких отношениях. Когда были получены ответы на все вопросы, Итачи принял её просьбу отступить и более не помышлял о большем. Грядущая миссия требовала от него полной отдачи, а Итачи всегда умел расставлять приоритеты. С признанием вины Такахаси разговор с Лордом Огня вышел коротким. Правитель попросил передать благодарность Конохе двумя сундуками золота и пожелал процветание клану Учиха. Лично Итачи он пообещал познакомить с самой красивой и прелестной особой, его младшей сестрой. Услышав столь щедрое на взгляд Лорда предложение, Итачи нервно сглотнул. Почти каждый из королевской семьи втайне мечтал связать свою дочь, сестру или кузину узами брака с наследником клана Учиха. – Боюсь, что вынужден вам отказать, – и прежде чем Лорд потребует объяснений, поспешно добавил: – В Конохе меня ждёт предназначенная мне судьбой женщина. – Вот как? – не поверил Лорд, такие отговорки он слышал часто. – И кто же она? Итачи тянул с ответом. Правитель ненавидел ложь, а после покушения на убийство и предательства брата был уязвим, потому необходимо было быть особо осторожным. – Вы хотите знать её имя? – Хотелось бы узнать самым первым имя жены следующего главы Учиха. – Она может не захотеть быть моей женой, – Итачи надеялся, эта правда сумеет утолить любопытство правителя. Внезапно Лорд рассмеялся. – Теперь я обязан узнать, кто она. Назвать её имя – все равно что поставить в известность всю Страну Огня. Прямо сейчас Итачи с удовольствием бы вернулся в Коноху с проваленной миссией, чем с сундуками золота и осознанием того, что не менее чем за неделю чуть ли не весь мир шиноби узнает о его связи с Харуно Сакурой. Дворец правителя разносил сплетни как заразу. – Её назвали в честь цветущей сакуры, – очередной завуалированный ответ. Лорд задумчиво протянул: – Моим лечением в прошлом году занималась одна ирьенин из Конохи. С похожим именем. Талантливая ученица Пятой Хокаге. Она произвела сильное впечатление. Такие женщины могут отказать мужчинам клана Учиха. В последней реплике были нотки веселья. – Сочувствую вам, Итачи-сан. После двух таких сердечных пожеланий, сначала от Шисуи, после от Лорда Огня, Итачи мог бы почувствовать себя уязвленным, но он не испытывал к Харуно Сакуре сильную привязанность, лишь вежливую симпатию. – Не теряйте надежду, – приободрил правитель. – Нанесите мне визит как-нибудь вдвоем. Титул правителя не позволял воспринимать это как слова поддержки. Итачи поклонился и попрощался с Лордом, желая как можно скорее убраться из дворца. Покинув зал, он смог наконец спокойно выдохнуть последние три суматошные недели.

***

      Плотность населения и новые технологии испортили столичный воздух. Загрязненность чувствовалась даже в помещении. Итачи подавил кашель и направился к команде. Расслабленные отсутствием капитана младшие по званию – спокойная и неразговорчивая Ясуко Абураме вместе с самым младшим в команде послушным Мэнобу Хьюга – сидели на диване, подперев подбородки. За год работы они настолько притерлись, что неосознанно копировали движения друг друга. Шисуи же стоял неподалеку и внимательно изучал лицо Итачи. – Капитан? – осторожно окликнул он, соблюдая субординацию в присутствии других. – Возвращаемся в Коноху, – Итачи жестом дал понять, что обсудит позже подробности разговора с правителем. Младшие приободрились, но когда слуги правителя поставили перед ними обещанные два сундука, на лице Мэнобу появилось жалостливое выражение, он так надеялся, что сундуки наполнены чем-то легким. Ясуко вытащила два свитка и пояснила: – Мэнобу-сан, есть для этого свитки наши. В моих мы можем спрятать вещи личные, а в сумках это понести, – она указала на сундуки. Хьюга повел плечами, явно вспомнив насекомых, что поселились в его вещах после того, как он любезно принял предложение Ясуко спрятать одежду в её рюкзак. – Выдвигаемся завтра на рассвете. – Капитан, – Шисуи достал из кармана жилета запечатанный свиток. – Карасу вернулся. Взглянув на свиток, Итачи предчувствовал надвигающиеся неприятности. Ворон отлучился в Коноху известить Хокаге об успешной миссии, потому за шесть часов не успел бы добраться до деревни. Это означало одно: Саске призвал Карасу. Что-то случилось дома. Они с Шисуи обменялись понимающими взглядами. Итачи поспешно распечатал свиток и пробежался глазами по письму. Размашистым почерком брата оно гласило: Отец хочет поговорить. Возвращайся как можно скорее. – Планы изменились. Отправляемся немедленно. Путь от Конохи до столицы занимал три дня, Итачи планировал преодолеть за два. Они уже покинули главные ворота города и дошли до Западного леса, когда Шисуи нагнал его одним прыжком, оставив младших позади. – Думаешь, всё серьезно? – Возможно. – В клане в последнее время всё спокойно. Никаких бунтов не прогнозируется. Не о чём переживать. О чём вы говорили с Лордом? – конечно, Шисуи заметил его напряженность, за долгие годы дружбы научился читать между строк. – О талантливой ученице Пятой Хокаге. Итачи никак не мог выбросить из головы слова Лорда. Он и подумать не мог, что Харуно Сакура имела славу в королевских кругах. Как часто Пятая Хокаге посылала её к высокопоставленным чиновникам и будущим правителям? Почему его отряд никогда с ней не работал? И почему Саске ни разу не упомянул в разговоре свою сокомандницу? Итачи было известно о посиделках седьмой команды, но имя Харуно Сакуры терялось в громких именах Узумаки Наруто и Хатаке Какаши. Почему он, житель деревни, знал о ней меньше, чем правитель Огня? – Из команды Саске? – получив утвердительный ответ, спросил: – Кто-то нуждается в лечении во дворце? Итачи неопределенно промычал и закрыл тему, не готовый рассказывать детали последней встречи с Харуно Сакурой. Перед его глазами так некстати мелькнуло короткое воспоминание Карасу, что сидел на ветке и смотрел в открытое окно её квартиры. Смотрел на неё спящую. Прикрытую тонким одеялом. Едва не потерявшую свою жизнь из-за их связи.

***

      Коноха встретила освежающей прохладой. Итачи остановился у главных ворот, вдыхая чистый воздух и блаженно улыбнулся. Кашель никогда не донимал его в родной деревне. Больше всего ему нравились миссии в Стране Волн, где воздух был влажный и солнце приятно грело, но как бы хорошо там не было, в сердце разливалась радость при каждом возвращении домой. В Резиденции Хокаге команда задержалась на час. Шестой внимательно выслушал ход миссии и попросил подробного отчёта, своим вздохом выказывая свою нелюбовь к бумажной работе. За восемнадцать лет, что они были знакомы, внешне Хатаке почти не изменился: появились морщинки у глаз, да круги под глазами от недосыпа. Однако Хатаке времён АНБУ никогда не стал бы Хокаге, потому для Итачи до сих пор было загадкой что именно стало причиной такой большой перемены. Если Итачи его уважал и во многом доверял, то отношение клана к нему было двоякое: одни признавали, другие были не прочь припомнить подарок погибшего на войне Обито. – Есть что-то предназначенное лишь для моих ушей? – поинтересовался Хокаге после того, как попросил Итачи ненадолго задержаться, отпустив остальных. Разговор о Харуно Сакуре доверить ему Итачи не мог, потому упомянул лишь младшую сестру Лорда. – Интересно, – протянул Хокаге. – До тех пор пока принцесса не выйдет замуж, выполнять миссии Лорда будут другие команды. Неделя отдыха хватит? Хьюга выглядит потрёпанным. – Он отвечал за сохранность сундуков, – Итачи хотелось бы выбить для команды больше свободных дней. – Двух недель будет достаточно, Хокаге-сама. Хатаке посмотрел на сундуки и кивнул. Добытое золото для развития Конохи было хорошим аргументом для продления отпуска. – Ещё кое-что, – с сомнением начал Хокаге. – Хотя об этом с тобой поговорит Фугаку-сан. Свободен. Итачи напрасно надеялся, что это не то, о чем он подумал в первую очередь.

***

      Гостиная особняка могла вместить десять человек. В детстве комната казалась огромной, маленький Саске старался обходить её стороной, либо заходил с кем-то вместе. Сейчас же комната такой не казалась: то ли дело было в широкоплечем младшем брате, то ли с возрастом менялось восприятие. Микото разлила каждому чай и жестом дала разрешение начинать чайную церемонию. Серьезные вопросы по её мнению нужно обсуждать в спокойной обстановке. Отец сидел с прикрытыми глазами, ладони его лежали на коленях. Саске молчал. Никто не потянулся к чашкам кроме матери. – Как прошла миссия? – участливо спросила Микото, тепло улыбаясь. В морщинках пряталось её волнение. – Заняло меньше времени, чем мы рассчитывали, – Итачи редко вдавался в подробности. – Итачи, – она посмотрела сначала на него, а после перевела взгляд на брата. – Саске. Мы с отцом хотели поговорить с вами. Отец громко прочистил горло. Он умел внушать страх, но Итачи никогда его не боялся в отличие от Саске, который когда-то прятался за старшим братом и не осмеливался даже поднять глаза. Маленьким он был ранимым и милым, и иногда Итачи скучал по такому Саске. Тогда брат разрешал тянуть его за щеки, а сейчас за такое можно было получить мощный разряд молнии. – Моя болезнь прогрессирует. Шизуне-сан гарантирует год, максимум два, – отец был спокоен: у него было гораздо больше времени, чтобы принять действительность. – За этот срок я должен успеть передать власть. Разговор о следующем главе клана поднимался каждый год, но на этот раз все было серьезно. Отступать было некуда. – Саске молод, – за этим словом пряталось: не готов к подобной ответственности. – Никто не станет выступать против твоей кандидатуры, Итачи. Этот день должен был когда-нибудь настать, но Итачи и подумать не мог, что поводом станет болезнь. Он был готов к большой ответственности, но не до конца осознавал, что через год или два отца не станет. – Мы решили, что будем постепенно вводить тебя в курс дел и приглашать на собрания, – мягко вмешалась Микото. Саске залпом выпил чай и даже не заметил как обжёг себе пищевод. Их всех тревожило совсем не то, что Итачи станет следующим главой клана. – И мы не будем торопить тебя со свадьбой, – на последнем слове голос матери дрогнул. – Изуми-сан станет прекрасной женой и матерью. – Расстались они, – Саске всегда говорил прямо, его раздражала манера брата ходить вокруг да около и он решил покончить со всем одним взмахом. Что и стоило ожидать, мать округлила в удивлении губы, а отец издал недовольный хрип. – Как год назад, а охладели друг к другу года два уж точно. Микото уважала личную жизнь сыновей и старалась не надоедать расспросами. Вот и сейчас она как можно дипломатично предложила: – Тогда мы организуем несколько встреч. У меня на примете есть прекрасные куноичи. Два с половиной месяца назад Итачи не раздумывая согласился бы на предложение матери и женился на выбранной матерью женщине, к которой относился бы со всем уважением. Однако встреча с Харуно Сакурой спутала все карты. Итачи впервые с того дня не знал, как поступить. Случайность – так он назвал их встречу. Их дороги не должны были пересечься. В тот день на командную тренировку явился один лишь Хьюга. Не став переносить встречу, Итачи предложил размяться, но стоило младшему активировать Бьякуган, тело его обмякло – и он свалился в обморок. В госпитале выяснилось, что Хьюга, недавно вернувшийся с одиночной миссии ранга C в Тумане, был укушен местным насекомым. По словам Абураме насекомые проявляли к нему большой интерес. Лечением Хьюга занималась старшая медсестра. Черкнув в папке с зажимом, она шепнула что-то своей помощнице и обратила-таки внимание на Итачи, которого в итоге выставила за дверь. Не теряя времени, Итачи направился прямиком в квартал Хьюга сообщить о случившемся. Из близких родных у Мэнобу была жива одна старшая сестра из побочной ветви. На главной улице с торговыми лавками суета и выкрики не были чем-то из ряда вон выходящим. Итачи шагнул влево, чтобы уступить дорогу спешащему мужчине, не придавая значения раздавшемуся позади громкому: «Держите вора!» Однако на просьбу среагировал кто-то другой, и этим кем-то оказалась она, Харуно Сакура с бумажным пакетом спелых персиков. Тогда, конечно, он не знал её имени, зато запомнил цвет её волос: цвет кровавого рассвета в Стране Волн. Поставив на землю пакет, девушка вытащила один персик и нацелилась на воришку. Фрукт попал прямо ему в голову – и тот упал. Когда он был схвачен, губы её изогнулись в довольную улыбку. Затем она наклонилась к своему пакету, из которого успели выкатиться несколько персиков. Один из них покатился в его сторону. Нет, они не встретились с ней взглядом, все было куда проще: Итачи протянул ей персик, предварительно протерев краями рубашки от дорожной пыли. Пальцы коснулись её ладони. Прикосновение было почти неощутимым, но достаточным, чтобы их связь пробудилась. Она быстро поблагодарила его и повернулась в противоположную сторону, затерявшись в толпе. Девушка с персиками. Так он её прозвал. – Итачи? – окликнула Микото, пробуждая от воспоминаний. – Что скажешь? – Так ли обязательно условие с женитьбой? Саске окинул его странным взглядом. Мать растерялась, отец нахмурился и строго ответил: – Таковы правила. Не нам их нарушать. Меньше всего Итачи хотел начинать спор. – Мне нужно время подумать. Он глубоко поклонился отцу с матерью, извиняясь за то, что закончил разговор первым. Если он останется, то у родителей получится вытянуть из него всю правду, уж в этом они были мастера. Саске вскочил следом и пробормотал что-то вроде: «Я поговорю с ним». Это был первый и вероятно единственный раз, когда он адресовал эти слова родителям, говоря о старшем брате. – Думать о чём? – резко спросил Саске, перехватив его в коридоре. Отец с матерью скорее всего услышали. Итачи кивнул в сторону сада. Непонимание в глазах Саске в какой-то степени забавляло, напоминая о былых днях, когда брат дулся на его занятость, искал его поддержки и огрызался вместо вразумительного ответа. – На твоих плечах клан, на моих – родители. Уговор был таков, – Саске садиться рядом отказался, так что Итачи занял всю скамейку. – Проблема в невесте, – спокойно пояснил Итачи. Для любой проблемы имелось решение, главное его найти. – История дедушки может повториться. Подрастающее поколение девочек клана Учиха случившееся с дедом Ичиро пересказывало с налетом романтики. Учиха Ичиро был амбициозным мужчиной с задатками лидера. Его отношения со старшими братьями испортились, когда отец предложил ему занять место главы клана. На тот момент Ичиро было двадцать четыре. Женат он был на выбранной матерью девушке, Кейко, к которой ничего кроме уважения не испытывал. Вскоре у них родилась дочь, а следом за ней – Фугаку. Жизнь текла своим чередом, но всё изменилось, когда Коноха приняла в свои теплые объятия жителей разрушенной тайфуном деревушки. Среди них была одна девушка – на этом моменте девочки обычно задерживали дыхание, предвкушая нечто грандиозное, – не обладающая выдающимися способностями и не блещущая умом, но добрая и отзывчивая Ренко. Бабушка Кейко наняла девушку в качестве прислуги. И тогда это случилось: Ичиро Учиха встретил свою судьбу. Измены случались часто в главных семьях, Кейко и слова бы не сказала, но Фугаку был иного мнения. Ренко, не желая разрушать семью, покинула деревню. Дедушка смирился и продолжил заниматься привычными вещами, да вот отношения с Фугаку наладить у него не получилось, и он втайне находил утешение в алкоголе. Когда Фугаку исполнилось пятнадцать, мать умерла от тяжёлой болезни. Не долго думая Ичиро отправился на поиски Ренко, пообещав себе, что вернётся с ней и только с ней. На поиски у него ушел год. Жить в счастливом браке, однако, им удалось недолго, Ренко была отравлена. Месть не принесла успокоения Ичиро и вскоре за ней он покончил с собой, не выдержав тоски. Связь, что была между ними, была сильна и вместе с тем разрушительна. Неожиданная смерть отца сильно повлияла на Фугаку. В одночасье на плечи восемнадцатилетнего парня навалились проблемы клана, в тот же год на войне убили старшую сестру. Тогда Фугаку поверил в карму. – Отец не будет против, – возразил Саске. Он тоже был свидетелем того, как отца трясло от одного разговора о родственных душах. Чуть позже ему стало известна причина: единственное, чего так сильно боялся Фугаку – это необъяснимая сила, которая притягивала двух людей, наделяя способностями, а против такой силы не мог пойти даже сам Мудрец Шести путей. В детстве родители казались всесильными, а наблюдая за ними сейчас, Итачи видел страх отца перед силой судьбы и неготовность матери принять приближающуюся смерть мужа. – И кто он? Итачи непонимающе моргнул. – Твоя родственная душа, – раздражённо пояснили. – Ты бы так не переживал, не будь он мужчиной. Клану нужны наследники, до любовников никому нет дела. Саске иногда выдавал грандиозные идеи. Совершенно не обидевшись, Итачи подавил смех и желание взъерошить брату волосы. Однако исправлять не стал, раздумывая, как лучше начать разговор о Харуно Сакуре. Итачи предполагал, Саске неспроста ничего ему не рассказывал о сокоманднице. – Просто храни это в тайне от отца, ему не так долго осталось жить. Женись и забудь об этом. Пока ты путешествовал и выполнял миссии за пределами Конохи, месяцами пропадая, за родителей отвечал я. Пришел твой черед выполнять часть уговора. Забота о других всегда была бременем для Саске. Младший брат не знал, что верная служба Итачи была платой за попытку государственного переворота, если быть точнее платой за ошибку отца, не сумевшего вовремя подавить бунт. – Если это все же девушка, – Саске понял свою оплошность. – Отец будет настаивать на свадьбе. – Знаю. Фугаку никого кроме неё не примет в качестве невестки. – Я не буду заставлять делать то, чего она не хочет. Это не её проблема. – Ты с ней виделся, – догадался Саске, сощурившись. В детстве они любили играть в загадки и решать задачки на логику, и не обладая гениальностью Итачи, ему приходилось прикладывать куда больше усилий, но в каких-то аспектах он был куда проницательнее. – И какая из твоих способностей передалась ей? Если верить словам Сакуры, между ними не дружеские и даже не приятельские отношения, а значит, ему ничего не известно о появившейся у неё способности. Итачи наивно полагал, что ступал на безопасную дорожку. – Природная стихия. Саске отвел глаза будто что-то вспоминал или сопоставлял в голове. – И как она справляется с твоей стихией? – он подбирал слова подозрительно осторожно. – Этот вопрос давно решен и... Нет, никто не перебивал его, выражение лица младшего брата говорило само за себя, потому Итачи встал с места и бочком двинулся вправо, маскируя свои движения под простое желание прогуляться. Затевать драку в любимом саду матери идея не самая лучшая. Об этом подумал и Саске, потому и применил удушающий прием с захватом головы сбоку. Итачи знал, как минимум два способа, как выбраться из захвата, но дал брату время отыграться. – Не зря я вас не знакомил. Что вы первым делом сделали? Избавились от стихии огня? Будто я такой глупый и не знаю каким образом. Перед глазами начало двоиться от нехватки кислорода – Саске переусердствовал. – Этого требовали обстоятельства, – прохрипел Итачи и просунул руку за спину Саске, чтобы дотянуться до его лица и отодвинуть голову назад. – Этого требовали обстоятельства, – передразнил Саске, только сильнее сжимая его шею. – Чего еще обстоятельства требовали? – Это тебе знать не положено, – наконец Итачи смог освободиться от захвата. – Ещё как положено. Если они продолжат таким темпом, то спор превратится в мальчишескую перепалку и закончится слезами матери. В третий раз она им не простит разрушенный сад. Итачи вздохнул и отступил, поднимая руки вверх. – Исчезать с радара у тебя прекрасно получается. Соблазнил и уехал? – никак не успокаивался Саске. «Кто кого ещё соблазнил?» - мелькнула мысль. – Вся эта история влияет на нашу семью. Однако я не буду заставлять её общаться со мной или иметь более близкие отношения только потому, что этого требуют родители. – Даже если ты попросишь притвориться и сыграть фиктивную свадьбу, она не согласится. Убежит, – в какой момент своей жизни Учиха Саске начал разбираться в девушках и тонкостях отношений? Признаться, Итачи не улавливал связи в словах брата. – Но если ты влюбишь её в себя, то она передумает. – Гениально, – сложно было удержаться от сарказма. – Я в курсе. Так что будешь делать? Итачи знал свою сильную сторону: успешные переговоры. – Заключу сделку, конечно же.