Голоса, которые лучше не слушать

Рей прислушалась. И подождала какое-то время, не двигаясь, застыв в достаточно, как оказалось, неудобной позе. Странный звук застал ее за попыткой разбудить Бена, и она сидела, припав на одно колено и положив ладонь ему на плечо. Звук не повторился. Рей теперь толком не могла его вспомнить и даже утверждать, что ей не показалось. Едва ли то, что походило на треск ветки, насторожило бы ее в любой другой ситуации, но здесь, казалось, в принципе не могло быть ничего случайного. Рей обратилась к Силе, хотя даже ей не могла здесь довериться вполне. Ничего. Возможно, ей действительно очень нужно было поспать. Она прекрасно понимала, что геройствовать и стоять на страже до последнего — глупая затея. В один момент она сама может не заметить, как уснет, и тогда стеречь остальных будет некому — даже дроидам нужно было беречь энергию. Рей поглядывала на них иногда — С3ПО прислонился к дереву и завалился набок в какой-то момент, не упав только потому, что его подпирал Р2. Что-то в этом зрелище Рей очень не нравилось, хотя она прекрасно понимала, что их просто нужно включить. В конце концов, если однажды им придется нести дроидов на себе, это здорово осложнит всем жизнь. Никто не знал, когда они найдут следы цивилизации и найдут ли вообще. Рей моргнула — возможно, впервые за целую минуту — ей показалось, что глаза жжет от сухости. — Кайло! — Позвала она шепотом. — Что? Разрушить его сон всегда было легко. Иногда ей даже было досадно от того, насколько. — Все в норме. Просто на следующие несколько часов это мои дети и моя Роуз. Бен привстал, подтянулся ближе к ней на локтях и оглянулся, с интересом изучая темноту у себя за спиной. — Взгляни-ка, все-таки не придавил. Знаешь, все эти предубеждения — это вообще-то обидно. — Такова доля бывшего диктатора — люди вечно будут ждать от тебя какой-нибудь гадости, — трагически прошептала Рей, — сам виноват. Пока ее муж преувеличенно осторожно выбирался из-под спутников, стараясь никого не разбудить, Рей стянула с плеч его куртку. Стоило ему встать, как она набросила ее уже на него, на несколько секунд задержав ладони на его спине. Он отошел, и Рей собралась уже занять освободившееся место — Роуз успела начать ворочаться, видимо, чувствуя, что за ее спиной ощутимо похолодало. Однако Бен быстрым движением сгреб ее, прижал спиной к груди и зарылся носом в волосы над ухом. — Тебе просто необходимо имя, которое только для тебя, верно? — Ага. Ты против? Рано или поздно он должен был спросить. Она действительно начала испытывать нечто странное, обнаружив, что старое имя слишком уж часто теперь звучит из чужих уст. — Нет. Это льстит. Уже справившись наполовину с тем, чтобы втиснуться между подругой и учениками, Рей вдруг бросила взгляд на соседнюю лежанку, расположенную по другую сторону костра. Рыжая кошка размеренно топтала передними лапами одеяло на плече спящего — устраивала себе место. До этого она какое-то время пропадала в лесу. Впрочем, Рей точно знала, что она не потеряется. И с помощью Силы иногда проверяла, чтобы зверь не уходил далеко. А потом кошка вернулась и стала тереться о ее ноги, и только теперь, когда Рей встала с места, вернулась к хозяину. — Он выглядит… Одиноко. — Вздохнула она и устроила голову поудобнее. Роуз повернулась во сне и забросила руку ей на талию. Сама Рей подтянула одеяло — Сет, как обычно, раскрылся почти до пояса, но Рей не сомневалась, что на этот раз он непременно пожалел бы об этом с утра. Было холодно и сыро. Бен едва слышно фыркнул. — Конечно, давай теперь еще и Хакса пожалеем. — Ты что, ревнуешь? *** Даже на дредноуте Миллисент периодически умудрялась находить, кого прикончить и принести Хаксу в дар, а уж в последнее время, когда он проводил большую часть времени в своей резиденции на Эриаду, это и вовсе было в порядке вещей. Так что дохлая ящерица (вернее, половина дохлой ящерицы), аккуратно положенная у самой подушки, Хакса совсем не смутила. На этом типичные для утра вещи заканчивались. Начиная с того, что никакого утра, по сути, и не было — стало даже темнее, чем когда Хакс засыпал. И освещали эту темноту едва тлеющие угли в яме, а не точно настроенная система. Кроме того, он слышал голоса — и тут Хакс даже не мог сказать, случалось ли ему вообще прежде ночевать в окружении такого количества людей. Хакс сел на постели. Тронул себя за плечо, огляделся в поисках кителя, но вспомнил, что так и не забрал его накануне. Он поискал глазами посла. Посол обнаружилась в паре метров от него — она зачем-то смотрела вверх, как, впрочем, и все остальные. Искомый китель по прежнему был на нее наброшен, и она в нем смотрелась даже меньше, чем была на самом деле. Армитаж растер ладонями лицо, пригладил волосы, впрочем, совершенно не сомневаясь, что этим нисколько не исправил ситуацию на собственной голове, и присоединился к остальным — подходить ближе, чем нужно, не стал, но тоже посмотрел наверх. Сквозь густые ветви он не разглядел ничего. Эти ветви шевелились — и это было единственное, что могло привлекать всеобщее внимание. Скоро картина прояснилась. Зайгеррианка спускалась. Наконец она уселась на одной из толстых нижних ветвей и в том, как она приглядывалась, примеряясь, как удобнее будет спуститься, Хаксу увиделось нечто очень знакомое. Точно Миллисент, застрявшая по дурости на дереве — он почти ждал, что вот-вот услышит жалобное мяуканье. Впрочем, как это часто бывает и с кошками, моментально нашлось множество желающих помочь — оба старших джедая уже тянули к ней руки. Зайгеррианка осторожно спустила ноги, уцепилась руками, повисла на ветке, и ее тут же обхватили, страхуя. Это все вызывало у Армитажа вялое недоумение — разве джедаи не должны прыгать, лазать и вообще заниматься всяческой акробатической ерундой? Впрочем, очевидно, эти двое слишком переживали за этот свой выводок, только и всего. Ему, Хаксу, вовсе не было до этого дела. А вот остальное было уже интересно. Девчонка, как оказалось, лазала на дерево вовсе не по зову кошачьей натуры. — Солнца уже нет, я уверена, но там что-то горит. Совсем в другой стороне, — Зайгеррианка ткнула пальцем в направлении, противоположном тому, откуда все они пришли. — Тусклое зарево на облаках, так? — Уточнила Рей. — Точно. — Город. Или что-то вроде того, — задумчиво сказал Рен. Посмотрел хмуро в сторону, указанную девчонкой, будто отсюда мог увидеть предполагаемый город и этот город ему уже заранее не нравился. — Похоже на то, — кивнула девчока. — По крайней мере, теперь понятно, куда идти, — сказал Хакс. Голос подвел его — ему пришлось прочистить горло, чтобы нормально закончить фразу. — Мы не пойдем туда. Взгляды их встретились едва ли не впервые за все время. — Это еще почему? — Потому что мы понятия не имеем, чего ждать от местного населения? Потому что результат единственного контакта — разбитый корабль посла Тико? — Мы этого не знаем. — Я не парковалась на самом краю, — бросила джедайка, не оборачиваясь к ним. Она была занята тем, что выуживала из походного рюкзака завтрак, попутно стараясь привести остальное его содержимое в порядок. — У вас есть истребитель, Рен. Вы могли бы вылететь в разведку. — Не вижу в этом смысла. Мы только обнаружим свое присутствие. Это очевидно изолированная планета в неизведанных регионах. Я все еще считаю, что лучшее, что мы можем сделать — это не привлекать к себе лишнее внимание. Зайгеррианская девчонка неуверенно прокашлялась. Хакс даже не сразу понял, откуда раздался звук — он успел забыть о ее существовании. — Там абсолютно незнакомые звезды, — тихо сказала она. — Ты заметила что-то еще? Тико сидела, обхватив себя за плечи, и почему-то глядя на нее, Хакс и сам почувствовал, что замерзает. Китель она вернула ему со смущенным благодарным кивком перед тем, как сесть у костра, а он до сих пор смутно жалел, что не отказался его забрать. И злился сам на себя — сейчас стоило думать совсем о другом. — Их очень мало. Звезд, — сказала ученица Рена после некоторых размышлений. — Ты же говорила, там облака. Те самые, которые светятся? — Парень, ученик джедайки, выглядел довольным собой. Хакс мог его понять — сам любил ловить других на логических ошибках. — Только над горизонтом, — возразила девчонка и прижала уши. Должно быть, такой была ее защитная реакция, — Большая часть неба чистая, и от звезд в том числе. Их очень мало, и они тусклые. — Мы на самом отшибе галактики, — заключила Роуз. Вдруг высказался астродроид Рена. Хакс едва сдержался от того, чтобы осуждающе покачать головой, хотя по существу с высказыванием был согласен. — Трипио, есть идеи, где может быть эта самая… То есть, это место? — Рассеянно спросила Тико. — В моей базе данных нет ни одной известной системы со схожими характеристиками. — Отозвался протокольный дроид из темноты под густыми ветвями. — Но спасибо, что наконец спросили. — Эй, ты в порядке? — Рен нахмурился, оборачиваясь, и сощурился, будто приглядываясь. Так, словно надеялся разглядеть выражение лица дроида, что, конечно же, было бы абсурдно. — Спасибо, что спросили, — ответил дроид. Ровно тем же тоном, что сказал эту же фразу раньше. — Отлично. Я понял, вы считаете, что контактов с местными нам стоит избегать, — сказал Хакс, и понадеялся, что презрительную насмешку в его голосе было прекрасно слышно, — и что вы предлагаете? Разумеется, этот вопрос должен был поставить Рена в тупик. Вариантов ответа не существовало — Хакс обдумал вопрос со всех сторон. Джедайка протянула ему его порцию завтрака, он благодарно кивнул. И едва не подавился первым же куском. — Здесь были ситхи когда-то. Походный паек показался Хаксу не просто пресным, у него вдруг появился мерзкий горьковатый привкус. — И… Что? Рен посмотрел на него так, словно Армитаж был умственно неполноценен, и он, Рен, вроде как понимает, что должен относиться к нему снисходительно, но ничего со своим глубоким презрением поделать не может. А потом отвернулся. — Должен быть храм. Бункер, лаборатория, что-то еще. И это — источник проблем. Наверняка, некое устройство, которое искажает сигналы и выводит из строя корабли. И его наверняка можно отключить. Не исключено, что транспорт там тоже есть. — Говоря все это, на Хакса Рен даже не смотрел — он обращался ко всем остальным. — А можно поподробнее, почему именно «были»? — Спросил мальчишка. Сразу после того, как достаточно громко нервно сглотнул. — Потому что «были», — заявил Рен. И потрепал его по голове. — И достаточно давно, — добавила зайгеррианка, словно бы прислушиваясь к чему-то внутри себя. — Хорошо. Отлично. И как вы намерены искать на целой планете какой-то там… Храм? — Сила приведет, — объяснила джедайка. Она не потрудилась до конца прожевать, и Хакса передернуло бы от этого, если бы он не был слишком занят медленно, но неотвратимо закипающей яростью. «Силой» он был сыт по горло еще в те времена, когда Верховный лидер Сноук был жив. Но прежде, чем его негодование успело принять форму, Тико успела спросить: — И вы уже знаете, куда?.. Рен молча указал пальцем себе за спину. По крайней мере, ему хватало воспитания не говорить с набитым ртом. Однако он, очевидно, как-то уживался со своей неотесанной девицей, что в его пользу, разумеется, не говорило. — То есть, там же, где предполагаемый город. Рен неопределенно покрутил кистью руки, как бы отвечая, что да, примерно, более или менее. — Значит, по крайней мере первое время разницы нет. Мы можем двигаться и понять, что лучше сделать, позже. — Заключила Тико. Остаток завтрака прошел в тишине. Хакс отвлеченно размышлял о том, что в назначении послом именно этой женщины был определенный смысл. *** Они не стали затягивать с тем, чтобы отправляться в путь, и хотя бы в этом Хакс был согласен с Реном. Ему и самому не терпелось убраться оттуда, где с его экипажем произошло нечто не поддающееся нормальной человеческой логике. К тому же, он действительно не знал, что произошло с кораблем Тико и джедайки. В общем, непонятного было слишком много, а с тем, чтобы двигаться вперед, все было предельно ясно. Увы, не все теперь Хаксу было понятно с ним самим. Например, по какой такой причине ему пару часов назад казалось недопустимым идти налегке, позволив джедайке взвалить на себя их второй походный рюкзак. Теперь ее спина маячила впереди, она высвечивала своими мечами дорогу. Рен замыкал, то и дело оглядываясь назад и замирая на секунду-другую. Точно настороженная кошка в незнакомом месте. Могло статься, что он прекратил это делать уже давно — Хакс в какой-то момент перестал смотреть хоть куда-то, кроме как себе под ноги. Рюкзак был тяжел, последний такой марш-бросок случался с ним еще в кадетские времена. Армитаж не знал, кому и что он пытался доказать. Впрочем, какое-то время назад его самообладание дало трещину — зайгеррианская девчонка предложила понести Миллисент, которая до того момента с комфортом ехала на рюкзаке. Предложение было встречено с горячим энтузиазмом. Не то, чтобы ноша облегчилась так уж сильно, и все же разница была ощутимой. У Хакса словно бы открылось второе дыхание. Правда, ненадолго. Как раз тогда, когда он размышлял, чего в сущности такого плохого в том, чтобы спать на голой земле, и не будет ли целесообразнее избавиться от спальников, джедайка впереди вдруг замерла и подняла руку. Она слегка наклонила голову. Прислушивалась. И скрылась в темных зарослях где-то справа. Ветви трещали какое-то время — она куда-то бежала. Вернулась она довольно скоро, но Хакс к этому моменту уже знал, в чем дело. Он задумался, и понял, что слышал тихое журчание воды вот уже несколько минут, но его мозг почему-то не придал этому звуку никакого значения. Тико подошла, сочувственно взглянула на него. Должно быть, он совсем позабыл о том, что стоит держать лицо, и то, насколько он устал, стало слишком очевидно. Она протянула ему флягу, к которой Армитаж тут же приложился. Они нашли ручей, но это вовсе не означало, что из него можно будет пить. *** Все достаточно единодушно решили, что это подходящее место для ночлега. Или, скорее, стоянки — было не похоже, чтобы за время их перехода с местным временем суток произошли какие-либо изменения. Роуз проанализировала воду в узком ручье при помощи маленького походного тестера и торжественно сообщила всем, что это самая обыкновенная вода, не содержащая в себе ничего ужасного. Пить ее все равно никто не стал, но, немного подумав, Хакс выдохнул и с наслаждением ополоснул лицо. А потом смочил пальцы и тщательно пригладил волосы. И удивился тому, как мало ему понадобилось, чтобы почувствовать себя почти счастливым. Впрочем, Рен не был бы Реном, если бы не ухитрился косвенно испортить ему настроение. Ужин подошел к концу, и все готовились ко сну, кто как. Рен, например, уселся на поваленное отсыревшее бревно и запрокинул голову, пока джедайка в свете костра и клинка, который держал ее ученик, водила по его шее… Лезвием. И это зрелище вызывало у Хакса смешанные чувства. Острая металлическая грань, отражающая голубой свет, едва-едва придавливала кожу, а джедайка от усердия то и дело закусывала губу. Движения ее были твердыми, но было видно, что она осторожничает так, будто неаккуратное движение может стоить жизни ей, а не тому, кто подставил ей свое горло. Что же до Рена — он довольно щурился и выглядел совершенно расслабленным. Беспечным. — Эй, а ну не дергайся! — Возмущалась она. На деле, дернулась она сама — стоило Рену слишком сильно вздохнуть, и она испуганно отшатнулась. — Я не хочу остаться вдовой! — Не останешься. Даже если и так, я буду постоянно за тобой таскаться и ты однажды начнешь упрашивать убраться в Силу хоть ненадолго, обещаю. — А знаешь, почему ты не захочешь туда убираться? Потому что там тебя засмеют за самую глупую смерть. Зато бедняга мастер Иди порадуется, что теперь не он главный неудачник. — Кто это? — Один джедай времен старых войн ситхов. Он пережил сотню боев, но однажды чихнул в горах и… Это все не укладывалось у Хакса в голове. Он прекрасно помнил, как некогда бывший соперник выставлял прочь даже дроидов-обслугу, прежде чем отойти ко сну, и не поворачивался лишний раз спиной вообще ни к кому. И это было понятно. Хакс жил так же, это было разумно. Добровольно позволить другому человеку тыкать в свою шею острыми предметами? Что же, Рен растерял остатки здравого смысла и это было не дело Хакса, если уж на то пошло. Он очень надеялся, что не доживет до такого расстройства ума однажды. Он отвернулся, чтобы не смотреть более на это сумасшествие. Должно быть, слишком резко — плечо, болезненно ноющее вот уже несколько часов, отозвалось вспышкой резкой боли. Должно быть, лямки за время перехода слишком пережали мышцы. Хакс выругался себе под нос. И вдруг поднял глаза на посла Тико. И выругался еще раз — уже мысленно, потому что она смотрела прямо на него. И выражение лица у нее было… Вот только жалости ему не хватало. Не говоря ни слова, она поднялась, поправила на плечах его китель — он, в общем-то, уже смирился с тем, что на стоянках китель ее. Хакс размышлял над этим и пришел к выводу, что она все-таки не виновата в том, что застряла в этом месте в совершенно не подходящей одежде. Она поднялась и ушла к ручью, а, вернувшись, набросила ему на шею влажное, обжигающе-холодное полотенце. Хакс вздрогнул всем телом, а она только пожала плечами и пояснила: — Это снимет боль в мышцах, вот увидите. Вместо того, чтобы возразить, Хакс только кивнул. Очевидно, она не приемлила долгов. Наверняка, особенно долгов перед ним. Она ведь была из сопротивления. Он ее чуть не казнил однажды. Да, так было правильно. Так не было похоже, будто он оказывает знаки внимания. Любезность за любезность. Вынужденное партнерство. Основа выживания. Хакс бросил быстрый взгляд на Рена. Джедайка, похоже, закончила свое дело и теперь медленно терлась щекой о его лицо. Проверяла качество бритья, не иначе. Армитаж отвернулся снова, дабы уберечь свою психику от потрясений. И порадовался тому, что уж с ним ничего подобного точно не происходит.