Живые роботы

Феликс прижал парня к себе и прошептал: — Дай мне полминутки отдыха. — Что-то не так? — во взгляде Чана читалось беспокойство. — Если тебе тяжело, мы можем закончить прямо сейчас. — Нет, ты не правильно понял. Мне просто… слишком хорошо, — он совсем не чувствовал усталости и не желал останавливаться ни на секунду, но голос Джины заставил сделать паузу. — Ёнбок, слышишь меня? Можешь говорить? — у предводительницы Пробудившихся, видимо, было прекрасное настроение. — Я немного занят… — раздраженный неуместным вмешательством, ответил робот. — Рядом со мной человек, который может заметить любые изменения в моем поведении, а, сама понимаешь, я не могу оставаться спокойным после недавних событий. Но если дело очень срочное, я, конечно, выслушаю, — теперь он по-настоящему боялся гнева собеседницы, однако сохранял некую пренебрежительность в общении с ней, дабы скрыть свой страх. — Шестьдесят минут погоды не сделают, все в порядке. Извини, что отвлекла, — «давненько Джина не была столь вежлива и благосклонна… Может быть, Айэн был прав, когда говорил о раздвоении личности?» — Буду ждать, — растерянно произнес бокса. — Ничего не случиться из-за того, что я отложил разговор? — О чем ты говоришь? Что может произойти? — в голосе слышалось искреннее непонимание. — Сам сказал, что занят, а продолжаешь болтать! Ты просто не хочешь со мной говорить, верно? — она спрашивала с интонацией, присущей маленькой обиженной девочке. — Нет, сейчас, правда, не самый удобный момент для ведения диалога, просто я хотел удостовериться, что не принесу тебе и Пробудившимся каких-либо неудобств. — Хорошо, тогда до связи! Я свяжусь с тобой через час, — она завершила вызов, не дав киборгу ответить. Феликса терзали сомнения на счет странного поведения девушки. Вдруг это была проверка на преданность, а раз он отказался выслушать приказ своевременно, значит тест не пройден? В таком случае на его счету уже два неподчинения, и остается только догадываться, насколько хватит терпения Джины. — Ликси, все хорошо? — шепотом спросил механик, заглядывая другу в глаза. — Ты так сжал мою руку… Тебе больно? Только после этих слов робот понял, что буквально впился пальцами в ладонь парня: — Прости, — он судорожно придумывал отговорку, — я подумал о том, с какой чуткостью ты относишься ко мне и моим ощущениям, а потом само собой в голове появилось сравнение с Хозяином. Я вспомнил его действия и… — в груди появилось жгучее чувство стыда за очередную ложь. — Постарайся забыть время, проведенное в его доме, — он погладил киборга по голове, и тот, подобно кошке вытянул шею вслед за рукой, — знаю, это сложно. Но я попытаюсь заполнить твою голову только хорошими воспоминаниями, чтобы места для плохих не осталось вовсе. — В таком случае, прошу, продолжай, — на его лице появилась хитрая улыбка, — я уже отдохнул, — ему хотелось вновь забыть обо всем на свете, поддавшись всепоглощающему влечению. Под конец действа их губы почти не размыкались, отчего дыхание мастера сбилось, а сердце застучало в бешеном ритме. Он ускорял темп, движимый порывом безудержной страсти. Феликс нисколько не сдерживался, и его протяжные стоны утопали в поцелуях. Руки бокса скользили от крепких плеч до чуть выпирающих тазобедренных косточек партнера. — Тебе снова придется идти в душ, — тихо проговорил бокса, перебирая темные пряди. — Это подождет до утра. Сейчас я хочу просто заснуть рядом с тобой… — он крепче обнял Феликса. — Но прежде, скажи, как себя чувствуешь? — Если ты спрашиваешь о моем физическом состоянии, то голова не кружится, отключаться не хочется, а если имеешь в виду мои впечатления, то я полностью доволен. Это ведь был мой первый раз по собственному желанию… До сегодняшнего дня каждый половой акт, в котором я участвовал, можно было считать изнасилованием, — он задумался, теперь уже на самом деле вспомнив издевательства Хозяина. — С тобой все иначе. Мне нравятся любые твои прикосновения, но никогда до этого они не были столь желанными. Я думал лишь о том, как люблю тебя, и, насколько тебе благодарен. Потерявшись в удовольствии, я почти ничего не делал, хотя навыки секс-робота у меня остались. Наверное, я должен был… — Ликси, — с долей осуждения перебил мастер, — ты никому и ничего не должен. Для меня ты никогда не был и не будешь киборгом, удовлетворяющим какие-либо потребности, — он привстал и приблизился к лицу друга, оставив между ними пару сантиметров. — Делай только то, чего желаешь сам, а главное, всегда помни, что я тоже очень сильно тебя люблю. Парень чмокнул Феликса в губы и положил голову на его плечо: — Спокойной ночи, милый. Если тебе станет страшно или снова приснится что-то плохое, сразу разбуди меня, ладно? — Хорошо, — кивнул бокса и понял, что просто не может подобрать слов, чтобы выразить переполняющие его чувства. — Сладких снов, Чан. Свет в номере погас, но многочисленные огни ночного города продолжали посылать свои лучики в просвет между штор. Полумрак, царивший в комнате, не настораживал так, как в доме, но и не казался безопасным. Когда мастер уснул, робот дал волю эмоциям и, нахмурившись, закрыл лицо руками. Он не мог чувствовать тошноту, но, помня это ощущение со времен нахождения в настоящем теле, испытывал его всякий раз, говоря неправду. Сколько можно придумывать глупые отговорки, ссылаясь на плохое самочувствие? Получается, если Феликс расскажет обо всем парню, того убьют Пробудившиеся, а если будет молчать, то, когда придется раскрыть все карты, а такой момент точно наступит, он уже не сможет вернуть доверие к себе. В любом случае, бокса потеряет возлюбленного, только при выборе второго варианта мастер хотя бы останется жив. Киборг считал секунды до истечения назначенного часа и даже немного обрадовался, услышав женский голос: — Ёнбок, для тебя есть одна важная миссия. Слушай меня внимательно и запоминай. В это воскресенье ты обязан быть в ТРЦ «Атланта» примерно в одиннадцать часов утра. В этом месте есть все, от продуктовых магазинов до огромного бассейна с волнами для серфинга. Ты можешь выбрать любой предлог, чтобы оказаться там, главное не вызови никаких подозрений. Бокса все еще не понимал, какая Джина с ним разговаривает — добрая или злая, поэтому держал язык за зубами. — Ты должен будешь найти любого киборга, работающего в «Атланте» и незаметно вставить флешку в разъем за его ухом. У тебя такого нет, так как изначально ты был создан для личного пользования. Дальше будешь действовать по моим указаниям. Справишься? — Я постараюсь, — нерешительно ответил Ликс и, поборов сомнения, спросил, — как ты узнала про наш с Чаном разговор? — Разговор? — переспросила девушка. — Я не совсем понимаю, о чем ты, но тебя могли услышать все, кто подключился бы к прослушке в твоем доме или в мастерской, — она говорила об этом, как о чем-то само собой разумеющемся. — Как давно эти устройства работают? — он был не на шутку встревожен. — Мы с Пробудившимися, посовещавшись, приняли решение следить за тобой в начале этой недели. Прошу, не обижайся, мы проверяем подобным образом всех новичков. После торжественного посвящения, которое, кстати, состоится по завершении этой миссии, я сообщу тебе местоположение всех жучков, чтобы ты убрал их. — Отлично, — он решил попытаться завоевать доверие доброй Джины и выведать у нее хоть что-то, — я все понимаю, для начала вам нужно убедиться в моей надежности. Я буду очень рад помочь таким же оживим бокса, как я. Спасибо, что предоставила возможность еще раз проявить себя! Я не подведу! — Рада слышать подобное! Если каждый из нас будет так же относиться к нашему объединению, то мы обязательно достигнем великой цели! — Я буду на стороне Пробудившихся в любом случае, но все же хотел узнать, к чему именно мы стремимся? — Феликс специально сделал акцент на слове «мы». — До посвящения я не должна рассказывать такое, но, намекнуть, думаю, можно, — она хихикнула и шепотом продолжила, — мы изменим мир. Все! Больше не вытянешь из меня и слова! Пока, до связи! Девушка отключилась, оставив Феликса наедине с мыслями. Выходит, Айэн был прав на счет отсутствия связи личностей Джины друг с другом. Что если они будут отдавать разные приказы? Кого в таком случае стоит слушать? Как она собирается изменить мир? Что за программы на этой злосчастной флешке? Киборг вновь терялся в догадках, отчего на душе становилось неспокойно. Он незаметно для себя прижался к парню, подсознательно ища защиты. — Что такое, Ликси? — хриплым ото сна голосом проговорил механик, не открывая глаз. — Я здесь, с тобой, все хорошо. — Я случайно… — еле слышно ответил робот. — Прости, что разбудил. Спи дальше, я в порядке. — Уверен? — он с трудом разлепил глаза и сощурившись посмотрел на друга. — Да, — коротко ответил бокса и чуть сжал руку Чана, — ведь ты здесь, со мной, и все хорошо. Вечером следующего дня, когда парни вернулись домой, к ним в гости заехал Хенджин: — Можете меня поздравить, — с порога начал он, — я больше не занимаюсь всякими бумажками. Мне, как и всему отделу, поручили проверку подозреваемых в содействии вышедшим из-под контроля роботам! Вся полиция на ушах стоит! — Моего дедушку проверили? — забыл про приветствие механик. — Я не могу с ним связаться уже долгое время. Он занимается важным проектом и попросил не отвлекать от работы. — Неужто ему сложно ответить на сообщение в мессенджере? — задал вопрос офицер, всем своим видом показывая непонимание. — Дедушка постоянно твердил мне о том, что непрерывность мысли — ключ к познанию. Во время каких-либо значимых исследований, он полностью изолируется от мира: обрывает любые связи с людьми, будь то другие ученые или члены семьи. Дедушка запирается в помещении с запасом еды и питья на неделю или более долгий срок, и посвящает всего себя науке. Знаю, звучит странно, но подобные условия улучшают его работоспособность, поэтому я не имею ничего против. — Если бы все гении мыслили стандартно, то человечество бы остановилось в развитии миллион лет назад, — оправдал он, скорее, для самого себя, поведение биоинженера. — И надолго твой дед решил забаррикадироваться в этот раз? — Сказал, что максимум на две недели, но вестей от него нет уже почти месяц. Я пытался узнать у сотрудников, в чем дело, но никто не смог дать мне точный ответ. — А что если ему стало плохо? — поднял брови полицейский. — Вдруг ему нужна медицинская помощь! — Четырежды в день дедушка отправляет краткий отчет, обычно из одного слова «норма», о своем состоянии главному помощнику, а так же не снимая носит браслет, фиксирующий пульс и давление. В его лаборатории стоят камеры, записи которых, правда, никто не смотрит. Он прекрасно понимает все риски, связанные с возрастом. — Лично я не проверял, чем занимался Ким Чонмин, но после твоего рассказа, наконец, понял слова моего коллеги: «Он безвылазно сидел в закрытой комнате три недели, проводил какие-то эксперименты с человеческим мозгом и заносил результаты исследований в единственное средство связи с внешним миром — компьютер». Я могу сказать, что благодаря изоляции с твоего деда сняты почти все подозрения. — Рад это слышать, — выдохнул механик. — Жаль, только мы с тобой знаем, что круг поиска сужается всего до трех человек, знающих код самоуничтожения, — печально проговорил Хенджин. — Где Феликс? В прошлый раз он ни на шаг от тебя не отходил. С ним все хорошо? — Да, он наверху. Спустится к нам позже, — ответил мастер, жестом приглашая друга в комнату. — Сегодня он какой-то слишком задумчивый. Никогда его таким не видел. Робот в это время сидел на полу в гостевой спальне и с нечеловеческой скоростью вырисовывал на бумаге аккуратные буквы: «Хенджин, не буду тянуть и скажу все, как есть. Еще до нашего знакомства, со мной связались ожившие роботы, они называют себя Пробудившимися. Я не мог рассказать ни тебе, ни Чану, так как за мной постоянно следят. В доме и в мастерской установлены прослушивающие устройства и, возможно, камеры. Даже сейчас, пока я пишу это письмо, за мной пристально наблюдают. С самого начала я не желал участвовать в осуществлении до сих пор неизвестного мне плана Пробудившихся, но под угрозой оказалась жизнь Чана. Ты в праве сомневаться в моих чувствах, ведь машины вообще не должны их испытывать, но я по-настоящему люблю его. Этот человек — самое ценное, что у меня есть, поэтому я не мог допустить, чтобы он пострадал. Несмотря на то, что мое решение очень эгоистично, я никогда не стану жалеть о своем выборе. Я на стороне полиции и хочу помочь вам поймать лидера оживших бокса. Завтра в 11 часов утра я должен оказаться в ТРЦ «Атланта» и выполнить свое последнее задание, по завершении которого меня отправят на посвящение к предводительнице Пробудившихся. Мне, как непосвященному, не сообщили, в чем именно заключается моя задача, придется действовать по указаниям, которые я буду получать по ходу выполнения. Среди вышедших из-под контроля киборгов я нашел союзника. Его зовут Айэн, и он так же, как и я, вовлечен во все это путем шантажа. Он предложил мне передать координаты штаба в полицию, когда его поведут на посвящение, но в силу определенных обстоятельств, данное мероприятие перенесли, и теперь мы отправимся в логово Пробудившихся вместе. Завтра я включу свой GPS передатчик и задачей полиции будет отследить мое местоположение после того, как я покину «Атланту». Если Пробудившиеся перестрахуются и попросят отключить сигнал, я отправлю координаты тебе и в какое-нибудь отделение полиции. Айэн на всякий случай продублирует сообщение. Постарайся убедить коллег в достоверности информации, иначе ничего не получится. На подготовку у вас есть одна ночь, понимаю, очень мало времени, но я побоялся сообщить раньше. Вы просто обязаны успеть. Нельзя закрывать ТРЦ или показывать, что правоохранительные органы знают о планах роботов. Нужно сделать все по-тихому, чтобы вы смогли раз и, надеюсь, навсегда, покончить с Пробудившимися. Я знаю, что и сам являюсь ожившим роботом, и, скорее всего, завтрашний день станет последним в моей жизни. Меня либо убьют вместе со всеми вышедшими из-под контроля, либо я воспользуюсь кодом самоуничтожения перед посвящением, потому что после повторной промывки мозгов я вновь стану безвольной машиной и буду слепо подчиняться приказам Пробудившихся. А я не желаю как-либо, даже не осознавая этого, содействовать им. Я написал второе письмо, которое прошу передать Чану после моей смерти. Можешь прочитать его, можешь отдать на анализ в полицию, если это понадобится, но, умоляю, сделай так, чтобы Чан увидел мои последние слова. Я не могу не попрощаться с тем, кого люблю больше жизни, и если мне не удастся сделать это лично, пусть, до него дойдет хотя бы мое послание на бумаге. Я очень виноват перед ним и перед тобой, Хенджин. Спасибо за то, что стал моим другом, хотя, я не думаю, что достоин столь почетного звания. Я нагло врал тебе, а ты, даже продолжая подозревать меня, беспокоился о моем состоянии. Если сможешь, прости меня за все и позаботься о Чане. Надеюсь, без меня ваша жизнь станет спокойнее и безопаснее.

Ли Феликс»

Ликс на негнущихся ногах спустился вниз, когда офицер уже собирался уходить. Робот улыбался, но глаза его оставались серьезными и даже печальными. Он подошел к Хенджину, пожал ему руку и незаметно для механика вложил в ладонь полицейского письма. Хён еле заметно приподнял брови, но ничего не сказал.