Соседские страсти

Бывают дни, когда жизнь идет совершенно спокойным чередом и не тревожит из ряда вон выходящими происшествиями. Но бывают дни, когда будто в отместку сваливается всё и сразу, и приходится сполна платить за выдавшуюcя передышку. Стоя в коридоре рядом с пронесшейся мимо сестрой, Джон Ватсон думал, как бы ему пережить это бешеное время и не застрелиться. - Затащи мой чемодан наверх, - скомандовала сестра. - Не хочу с ним вскарабкиваться по этому Эвересту, - Гарри указала на лестницу и, опустив чемодан и набросив на брата сумку, принялась по ней подниматься. - Я не наверху живу, Гарри, - Джон взял чемодан, поправил на плече сумку и понес вещи сестры в квартиру. Развернувшись на полпути, гостья сбежала вниз по ступенькам. - А зря! Сверху вид лучше. В любой ситуации, кстати, - подмигнула она брату. Хитренько жмурясь, Гарриет воспользовалась тем, что обе руки брата были заняты и безнаказанно влепила ему щелбан. - Запомни это правило на будущее, может поможет. С важным видом уперев руки в бока, она остановилась на пороге квартиры Джона и принялась обводить её оценивающим взглядом, пока сам Ватсон пытался разместить в коридоре сумочку и чемодан. В итоге осмотра Гарри опустила глаза вниз и, посмеиваясь, указала пальцем на выведенное на полу слово. "Идиот". - О, Джон, это ты про себя написал, чтобы не забыть? - Чтобы не забыть, кто ко мне приезжает, - буркнул Ватсон, закрывая входную дверь. - Ох, как заулыбался, сострил сестричке! - Гарри дала ему еще один щелбан. - У тебя всегда такое довольное выражение лица, когда ты придумываешь достойный ответ на мои шутки. - Твои шуточки не смешные. Они меня с детства раздражают, - уставшим голосом сказал Джон и пошел в гостиную. Гарриет увязалась следом. - А ты действительно не прибрался, - сестра наклонилась и подняла с пола пустую банку. - Решил клуб здесь устроить? Или бордель открыть? Если последнее, то что меня не позвал? - Долгая история, не вникай, - отмахнулся Джон. Желания устраивать сестре вводную лекцию на тему приключившегося у него бардака совершенно не было. - Не знала, что ты так много пьёшь, - продолжила Гарри. В этот раз она взяла баночку с подоконника и кинула её в мусорное ведро рядом с телевизором. - Хочешь, запишу тебя к своему наркологу? - Это не я, - Джон тоже начал медленно собирать мусор, хотя, чтобы привести квартиру в более божеский вид, были необходимы ведро, тряпка и пылесос. - Ну конечно, это толпа буйволов. Причем однозначно разъяренных, - гостья плюхнулась в кресло и хлопнула в ладоши. - Ну что, может накормишь сестру с дороги? * * * Гарриет уплетала разогретый ужин, предназначавшийся Джону, пока тот ждал курьера с заказанной на вынос едой. Первые минуты, утоляя голод лазаньей, Гарри молчала, чему Ватсон был несказанно рад. Однако сестра не могла себе позволить долго радовать брата, отправив очередную порцию в рот, она, негромко чавкая, принялась за расспросы. - Итак, братец, что тут с тобой происходит? Джон всем сердцем не любил такие разговоры. По большей части они были бессмысленны – Гарриет либо не удосуживалась по-настоящему слушать то, что рассказывал ей брат, либо забывала про всё чуть ли не на следующее утро. Но Гарри упорно продолжала считать, что недостаток внимания с её стороны можно восполнить огромным количеством вопросов в их редкие встречи. - Ничего со мной не происходит, - Ватсон попытался отмахнуться от расспросов сестры, но та и не подумала остановиться. Она пристально посмотрела на Джона, и это напоминало детские игры в "гляделки", которые брат всегда проигрывал. - Врешь, - с набитым ртом прокомментировала Гарри. - Таким радушным криком ты меня еще ни разу не встречал. Что-то стряслось? - Отдыхай и не бери в голову, - Джон поднялся и побрел к чайнику, чтобы хоть как-то избежать буравящего взгляда сестры. - Значит, что-то всё же происходит? - Гарриет качнулась на стуле, протянула руку и ткнула пальцем в Джона. - Вечно ты скрытный. Если отказываешься общаться со мной дистанционно, терпи редкие разговоры тет-а-тет. Джон позволил себе недовольно выдохнуть, пока вода из крана с шипением лилась в чайник. - Скажем так - не поладил с соседом, - пробормотал Джон, надеясь, что на этом интерес сестры к его личной жизни закончится. Её никогда по-настоящему не волновало самочувствие брата и прочие мелочи, но когда на горизонте возникала потенциально авантюрная история, Гарри будто безошибочным радаром манило в самый эпицентр. Она называла это весельем. Джон называл это нахальством. Когда чайник наполнился водой, Ватсон поставил его на столешницу и нажал на кнопку включения. Чайник на удивление заработал, и Джон обрадовался, что после недавнего наплыва незнакомцев он не сломан. - Лол, да это у нас семейное! - весело подметила сестра, рассеяно следя за движениями брата. - Лол? Гарри, тебе тридцать шесть лет! Тридцать шесть… Похоже, Гарриет уже настроилась на свою волну. Ничего хорошего это не предвещало. - А ты помнишь ту противную тетку по соседству в новом доме? - гостья запрокинула голову и приложила руку ко лбу. - Намучилась я с той дурой! А пса её помнишь? - Да, - Джон измучено подхватил с полки две чашки и поставил их на стол перед сестрой. - Не хочешь доесть молча? - У тебя тоже тетка? - проигнорировала его Гарри. - Молодой человек. И я вообще не хотел обсуждать эту тему. - Красивый хоть? Джон на секунду замялся, успев-таки поймать едва не слетевшее с языка "да". - Не замечал. Тебе с сахаром? - А квартиру он изгадил, да? - закивала Гарри, выглядя при этом подозрительно вовлеченной в беседу. - Нет, не он, - Джон замолчал и немного подумал. - Да, наверное все же он, - Ватсон цокнул языком и сощурился, сев обратно за стол. – Он, точно он. Засранец. Гарриет почти вплотную наклонилась к брату, заглядывая ему в лицо. - Твоё "засранец" подозрительно попахивает нежностью, - издевательски констатировала она. - Гарри! - Джона передернуло, а сестра, чуть не прихрюкивая от смеха, откинулась на стул. - Ещё одно подобное замечание, и я попрошу тебя заткнуться. - А то ты никогда не просил. Сам знаешь, чем заканчивается, - Гарри с кислым лицом отодвинула от себя чашку чая. - О'кей, давай жахнем по бокальчику и начнем планировать травлю! Джон смерил её неодобрительным взглядом. - Пока ты в моём доме – табу на спиртное. И планировать мы тоже ничего не будем. Похоже, Гарриет опять пропустила слова Джона мимо ушей. - Что хочешь говори, а с красивым приятнее играть в войнушку. Как-то эстетичнее, что-ли, - философским тоном заявила сестра. Джон напрягся. - С каких пор мои перепалки с соседом превратились в детскую войнушку? - Разве это не то, чем вы занимаетесь? - Гарри изобразила удивление, через которое проскальзывала насмешка. - Нет, - отрезал Ватсон. Дверной звонок затрещал как раз вовремя, чтобы Джон мог сбежать от сестры. Наверное, доставили еду. Не без облегчения поднявшись из-за стола, он пошел навстречу курьеру. - Оу, да у вас всё серьезно? - даже в коридоре было слышно брошенную Гарри издевку. Джон решил промолчать – иначе сестра никогда не уймется, и ему придется выслушать уйму подобных комментариев. Уже расплатившись с курьером и ощущая вкусный запах пиццы, Ватсон вспомнил про Рейчел. С неохотой сгрузив коробки на кухонный стол перед сестрой, он достал мобильный и пошел в спальню подальше от чутких ушей. Предстояло сказать девушке, что совместный вечер отменяется. * * * - В кои-то веки решили встретиться и отдохнуть вместе, и снова ты всё портишь! Знаешь, я ведь уже в сапогах стою! У Джона начала зарождаться мигрень от возмущения Рейчел. Она определенно была одной из тех, кто в момент может вывести собеседника из равновесия, и в этом умении она даже опережала Холмса. - Ты же была у меня вчера, - попытался оправдаться Джон, но только усугубил ситуацию. - Вчера? Ты что, ведешь журнал под названием "Когда можно пригласить Рейчел"? Тогда будь добр, выкрои мне местечко поближе, чем через неделю. - Я совсем не это… - Джон оборвал себя и вздохнул. - Потерпи всего один день. - Вот именно! Целый день я совершенно одна, а теперь придется снова скучать в пустой квартире. Дорогой, у меня теперь свой офис, я в нем тоже сижу одна! И поговорить не с кем! А ещё и эта дура Аманда на меня обиделась и приносит только холодный горький кофе! Пока Джон выслушивал нытьё девушки, он нащупал в кармане какую-то бумажку. Расправив ее, Ватсон увидел рекламу китайского цирка, ту самую, которую он нашел в своем кабинете в больнице. Мгновенно в его голове сложился план, способный спасти от криков и негодования девушки. - Рейчел, подожди, - перебил разошедшуюся подругу Ватсон и начал импровизировать. - Не злись раньше времени, ты же меня не дослушала. Я звоню тебе, чтобы пригласить завтра… в цирк! - Джон принялся вслух читать написанное на бумажке. - Искусные мастера захватят ваш дух древними навыками, исполняемыми на протяжении тысячелетий в Китае. Что думаешь? Довольный собой, Джон положил бумажку на тумбочку и начал пальцами выстукивать незамысловатый ритм. - Я согласна, - девушка сразу повеселела. - Меня давно никто не водил в цирк. Интересно, там будут лоси?.. - Вот и договорились, завтра за тобой зайду. Положив трубку, Ватсон невесело улыбнулся. Оставалось надеяться, что у них осталась пара билетов на завтра. - Истеричка она, - послышался сзади голос сестры. - Гарри, не лезь в мою личную жизнь, - Джон обернулся к Гарриет и, увидев открывшуюся картину, сморщился и потер рукой лоб. Сестра стояла в дверном проеме с открытой бутылкой вина. - Когда в трубке так громко вопят, личное становится достоянием общественности, - Гарри сделала большой глоток прямо из горла и, развернувшись, зашагала обратно. Когда Джон вернулся на кухню, пицца была уже наполовину съедена. В животе заурчало, он подцепил практически остывший кусочек и с удовольствием откусил половину. По собственному опыту он знал, что отбирать спиртное сейчас уже бесполезно, поэтому достал два бокала из верхнего шкафчика. Гарри плеснула в один из них вина, пододвинула бокал Джону, а сама опять сделала глоток из горла. - Как зовут твою подружку? - сестра небрежно поставила бутылку на стол и хлопнула в ладоши. - Элла? - Рейчел. - Длинноватое имечко. Рей-чел. А кратко как, Рейч? О! Пусть будет Рейч, так проще. - Гарри, когда ты успела столько выпить? - Джон взял в руки ополовиненную бутылку. - Меня четыре минуты не было. - Рейч! - ни с того ни с сего рыкнула сестра. - Прямо как месть, только по-немецки. Она немка? Джон молча осушил свой бокал. Нелепый день. Когда же он закончится? - А как вы познакомились? - Она долго выбирала кофе у кафетерия… - Ой, ненавижу людей, которые подходят к стойке, не определившись с напитком! - перебила его сестра. - Ну какие придурки, заранее надо решать! - Ясно. Я пошел, - Джон встал, поняв, что сестра может с таким же успехом посидеть наедине с бутылкой, и, чтобы не тратить времени попусту, он отправился в спальню. Там он взял с тумбочки бумажку с номером цирка и позвонил в кассу. К счастью, сразу же удалось забронировать два билета на завтрашнее вечернее представление. Время клонилось к поздней ночи, поэтому Джон подумал, что пришла пора уложить сестру в кровать. Он освободил для нее свою спальню, а сам взял плед и бросил его в гостиной, решив, что пару дней переночует на диване. Но сестры на кухне не обнаружилось. Квартира была пуста. К своему ужасу, в установившейся тишине он услышал приглушенный треск и хохот сестры сверху. Лучше не придумаешь! Ватсон пулей взлетел наверх и чертыхнулся, увидев распахнутую дверь в квартиру Шерлока. Через нее он рассмотрел согнувшуюся фигуру сестры. Гарри завороженно стояла у микроволновки. - Что ты тут делаешь! - прошипел Джон, врываясь в квартиру. - Глаза грею. Джон не совсем понял сестру, поэтому сам уставился в микроволновую печь: внутри на стеклянном диске кружилась миска с глазными яблоками. Сразу нажав на стоп, Ватсон открыл дверцу, вынул слишком горячую миску, бросил её на столешницу и приложил кончики пальцев к мочке уха. Гарри уже вовсю хрюкала от хохота. - Дверь была от-пер-та, - отчеканила она. - Всё, что не заперто, от вторжения не воспрещается. На полу кухни валялась вдребезги разбитая бутылка коньяка. Джон побагровел. - Какого черта ты тут устроила! Посмотрев на осколки, Гарриет как ни в чем ни бывало заявила: - Сама расстроилась, там ведь ещё на дне немного оставалось. Ватсон нашел веник за раковиной. Пока он собирал осколки с пола, сестра прошла через раздвижные двери в гостиную. - Смотри-ка! Он у тебя наркоша? - Гарриет подошла к Джону, протягивая на ладони две половинки уже знакомых ему таблеток. - Положи их туда, откуда взяла! - снова шикнул на сестру Джон. Скорчив кислую мину, Гарри молча запихнула таблетки обратно в стеклянные баночки. Когда последние осколки отправились в мусор, из гостиной донеслось громкое "Ай!". Ватсон кинулся к сестре, которая нашлась напротив каминной полки, сжимая руку в кулак и прикусив губу. - Что случилось? - взволновало спросил Джон. На полке рядом с письмами лежал брошенный складной нож, а на находящемся рядом конверте с письмом впитывалась в бумагу алая капля. Кривясь от боли, Гарриет молча продемонстрировала брату кровоточащий порез. Глаза Джона округлились. - Бегом вниз! * * * Джон открыл створки шкафа и достал из него аптечку. Сжав пострадавшую руку в кулак, Гарри терпеливо ждала на кухне. Пока он ставил аптечку на стол и доставал из неё вату, антисептик и небольшую зеленую баночку, сестра сохраняла молчание. Джон аккуратно взял ладонь сестры, с трудом заставив Гарри раскрыть её, и залил рану антисептиком. Попавшая на порез жидкость зашипела, а Гарри принялась усердно дуть на рану. Закончив с антисептиком, Джон взял зеленую баночку, открутил крышечку и поддел плотно сидящий клапан. Свернув вату в плотную трубочку и пропитав её зеленой жидкостью из баночки, Джон потянулся к руке. Гарри, позабыв о боли, поспешила поинтересоваться. - Что это такое? - Бриллиантовый зеленый, - ответил он, сосредоточенно обрабатывая края пореза. - Что? - Гарриет удивленно вылупила глаза. - Какой ещё бриллиантовый? - Зеленка, - уточнил брат. - Ничего особенного. Пользовались в Афганистане. - Откопал невесть что на своей войне, - пробубнила сестра и продолжила дуть на ладонь, до смешного сильно раздувая щеки. - Зато обеззараживает. Я же не знаю, что Холмс этим ножом делал, - Джон вздохнул. Для полного счастья не хватало сестре подцепить какую-нибудь заразу у него в гостях. Быстро закончив, Ватсон выбросил ватку и закрыл крышку баночки, чтобы та случайно не пролилась. Его сестре ничего не стоило случайно опрокинутым зеленку на стол, а отмывать пятна придется ему. - Но согласись, ввязываться в эту войнушку с самого начала было опасно. Видишь, какие травмы из-за вас получают невинные люди? - Гарри повертела перед носом брата пострадавшей рукой. - Хотя, тебя ведь этим не испугаешь. Я уже не помню, сколько раз в детстве мы приходили к маме с разбитыми коленками. - Она целое состояние тратила на бинты, - Джон улыбнулся, давно они так не сидели. Было в этом что-то ностальгическое, детское. Ведь брат с сестрой достаточно неплохо ладили, пока не выросли, и в крови не начали бушевать гормоны. И всё же хорошо, что Гарри приехала. - Пойду принесу бинт, посидишь здесь? Сестра кивнула, а Джон поднялся и пошел в ванную, вспоминая, куда именно он положил бинты. Когда Ватсон перебирал содержимое шкафчиков, в дверь постучали. За этот день он был сыт незваными визитёрами по горло, кто бы это ни был – хоть сама Рейчел – он не впустит никого в квартиру. Его мнение изменилось, стоило ему услышать возглас сестры из коридора: "Так это ты!" Внутри что-то перевернулось, и Джон сломя голову побежал на звук. Он успел вовремя, чтобы узреть потрясающую картину: замахнувшись открытой баночкой зеленки, Гарри одним движением выплеснула её на светло-серую рубашку Шерлока. Тот, не ожидая такого напора, даже не успел отшатнуться в сторону. Зеленое пятно в считанные секунды растеклось по рубашке и отворотам пиджака, намертво въедаясь в ткань. Холмс метнул загоревшийся взгляд на Гарри, баночку, и в конечном итоге остановился на Джоне. От этого взгляда внутри Ватсона всё невольно сжалось. Боже, подумал Джон, он же сейчас взорвется! Однако Шерлок сохранял полное молчание. Его лицо вытянулось, схватываясь пригасившим все эмоции льдом. От этого Джону стало ещё более жутко. Не сказав ни слова, Шерлок развернулся и ушел. Довольная Гарри с размаху захлопнула дверь. - Так-то! Когда первая волна оцепенения сошла с Джона, он повернулся к сестре и, невольно повышая голос, прорычал: - Гарри, черт возьми! Что ты наделала? "Катастрофа!" - красными огнями пронеслось в голове у Джона. Что Шерлок будет после этого о нем думать? Что, если они вообще перестанут общаться? Черт возьми, что будет, если Шерлок перестанет носить эти неземные дорогие пиджаки?! Гарриет же, казалось, до неприличия гордилась собой. - Защищаю неприкосновенность родного брата, если ты сам этого сделать не в состоянии. Спорим на бутылку, что он больше к тебе не сунется? - Мы не в песочнице, Гарри! Мы взрослые люди, не надо за нас решать, соваться нам или нет! - на эмоциях выпалил Джон, и только по взгляду Гарриет понял, что сболтнул лишнее. - Ясно, ясно, - сестра не выглядела ни капли раскаивающейся. - Ты там только над кризисом своей ориентации не слишком громко думай, я спать, - Гарри вручила пустую баночку брату и лениво зашагала в спальню. - Я не гей! - выпалил в свою защиту Джон, но его уже никто не слушал. *** Джон пытался поудобнее устроиться на диване в гостиной, но мягкая обивка совсем не держала спину, а шея всё время затекала. Из комнаты то и дело доносились грохот и шуршание – сестра уже около часа умывалась и разбирала привезенный чемодан, а он, хоть и привык засыпать под посторонние шумы, никак не мог провалиться в сон. Ворочавшемуся на неудобном диване Ватсону лезли в голову мысли, которые никак не давали расслабиться. К собственному удивлению, Джону хотелось извиниться перед соседом. Если бы этот кудрявый ураган не унесся так быстро, он бы непременно извинился. И, если быть честным, Джон скорее ожидал новой драки, а не такой холодной реакции. Интересно, как Шерлока терпит его… кто? Девушка? Парень? У него вообще кто-нибудь есть? И почему вдруг Ватсона это интересует? Как Гарри и предсказывала, мысли о собственной ориентации начали непрошено лезть в голову. Хотя, причем здесь ориентация? Он же не рассматривает Шерлока, как... Он не видит в соседе... Он вовсе не думает о Холмсе в романтическом ключе, наконец нашел нужную формулировку Джон. Глупости какие, в итоге решил он и перевернулся на спину. Уже засыпая, краем слуха Ватсон услышал, как из спальни, в которой на пару дней обосновалась Гарриет, заиграл музыкальный центр: Мистер Сендмен, - пел квартет. - Подари нам сон! Наполни глаза его манящим блеском. Надели его одиноким сердцем, как у Пальяччи, И копной кудрей, как у Либераччи! Джон медленно проваливался в сон, а из головы его никак не мог исчезнуть образ одного кудрявого консультирующего детектива.