Я устал от всех вас без исключения

Со временем в этой больной лабурде стали появляться и другие сюжеты. Но чаще всего это были просто образы людей. Тоги, Шигараки, Тодороки, Бакуго, Даби. От всех них Мидория пытается спрятаться, но получается как-то неэффективно. Его всё равно находят, и делают с ним самые разные вещи. Но что бы там они не придумали, ничем хорошим для омеги это не заканчивалось. Затем стали появляться незнакомые девушки, мужчины, странное пиликанье. Тревожные мысли потихоньку затуплялись, оставляя место бездонной пустоте. — Мидория-сан, вы меня слышите? — раздаётся рядом дрожащий от волнения голос. Изуку медленно открывает глаза, и очень удивляется, когда видит рядом с собой симпатичную девушку в белом халате. Сам он лежит на белой кровати в небольшой комнатке, к его руке присоединён странный аппарат, и через него в руку Изуку поступает какая-то жидкость. — Какое счастье! Мы все так волновались! — радостно вздыхает девушка, чуть ли не набрасываясь на Мидорию. — Кхм, извините меня. — она попыталась принять серьёзное выражение лица, но улыбка всё равно расплывается на её лице. — Позвольте объяснить. Вас доставили в больницу два альфы: Бакуго-сан и Тодороки-сан. Вы были без сознания, и не могли прийти в себя очень-очень долгое время. Это… Что-то наподобие комы, но не совсем. За это время вы прошли курс лечения, ваши раны затянулись. А ещё, я подозреваю, у вас нет голоса. Но эта проблема тоже решаема, ведь заговорить вам мешает психологический барьер. Изуку прослушал половину из того, что она сказала из-за очень сильной боли в голове. В глазах рябит, а тело ноет из-за долгого отсутствия физической активности. Но то, что он в больнице до него дошло, и, мягко говоря, Изуку страшно удивился. Кому вообще нужно доставлять незнакомого омегу в больницу? Наверняка они потребуют за это что-то. На глаза наворачиваются слёзы. Лучше бы они оставили его в этой недокоме, и его жалкое существование наконец закончилось бы. — Вы плачите от счастья, да? — улыбнуается девушка. — я тоже сейчас заплачу, Мидория-сан, я так рада! Она произносит что-то ещё и наконец куда-то быстро удаляется. Изуку не слушает кто там что ему говорит, ведь чувствует себя подавленным, не представляя, что от него потребуют альфы за это лечение. Но, нужно признать, оно помогло. Теперь омега хоть на человека похож. Но всё равно по нему видно, что что-то с его здоровьем не в порядке. Через пару минут пришёл какой-то мужчина-альфа, и Мидории сразу поплохело, так что он невольно отвернулся. — Здравствуйте, Мидория-сан, я ваш лечащий врач, называйте меня Рую. Он садится рядом, спугнув омегу, невольно заставляя его прижаться к изголовью койки. — Думаю, Вам уже о том, что произошло рассказали. Как Ваше самочувствие? Изуку ничего не отвечает, готовый от страха свалиться обратно в обморок. Хотя он понимает, что молчанием разозлит всех ещё сильнее, а значит достанется ему ещё больше, но он просто не может и слова сказать. — Чтож, ясно. Мидория, таких пострадавших омег как Вы очень много, поверьте мне. Всем требуется помощь как в физиологическом плане, так и моральном. Плюсом ко всему Вам наверняка здесь некомфортно. Поэтому моя задача — выписать вас отсюда как можно скорее. Но для этого мне нужно знать о вашем состоянии, особенно моральном. Давайте я Вам сейчас позадаю вопросики, которые помогут понять что случилось? Это недолго и легко, Вам просто нужно делать кивок, — он демонстративно кивнул, — в знак согласия, или мотнуть головой, — он мотнул головой, — как отрицание. Понятно? Изуку как сидел, забившись в угол, так и продолжает, жмурясь, даже не смотря что там ему показывают. — Мидория-сан, Вы поняли? Игнорирование. — Вы не будете отвечать на мои вопросы? Игнорирование. — Ладно, есть другой способ. На этих словах Изуку почувствовала ком в горле, а из глаз хлынули слёзы. А когда его что-то коснулось, он окончательно разревелся, пытаясь вытереть лицо ладошками. — Мидория-сан, успокойтесь, это просто бумага, а на ней вопросы… Но тот так и не смог успокоиться, даже если бы захотел. Врач пытается ему что-то говорить, но тот не слушает, не может слушать, он задыхается от слёз, стены начинают давить на него, всё вокруг увеличивается и уменьшается — галлюцинации. А потом всё заканчивается. Последнее, что он чувствует, это как что-то острое вошло в его руку. *** — В какую ещё психбольницу?! — рявкает Бакуго, ударив по попавшемуся под руку столу кулаком. — Вы совсем ряхнулись?! — Катсуки, они сейчас и тебя в психушку запихнут, если кричать будешь. — бурчит Шото, бросая недовольные взгляды на врачей. — Плевать! Я не позволю им сделать из Деку овоща! — Мидория-сан ведёт себя неадекватно и впадает в панические атаки, когда рядом появляется человек. Это происходит неделю, он не ест и не спит без снотворного. По вашему его можно в таком состоянии выписать? — Рую складывает руки на широкой груди. — Да! — Бакуго напролом направляется в коридор с кабинетами, расталкивая людей в разные стороны. Его пытаются удержать, но он прорывается в палату «16» где под капельницей с закрытыми глазами лежит совершенно умиротворённый зеленоволосый омега. — Бакуго-сан, приёма сейчас нет. — пытается успокоить его молоденькая медсестра, хватаясь руками за чужую куртку. Но тот легко отпихивает её, словно муху. — Деку. — он подходит к нему, рассматривая спокойное пухленькое личико, и забавно дёргающийся носик. — Что вы ему вкололи? — Вам не нужно знать эту информацию и вообше выйдете отсю… — затараторила медсестра, но как только на неё бросили пронзительный взгляд рубиновых глаз сразу же пробормотала: снотворное и успокоительное. — Вы, идиоты тупые, хотите окончательно добить его организм?! А если он снова не проснётся?! — Не кричите, пожалуйста… Парень махнул на неё рукой, и вышел из палаты, где чуть не врезался в Тодороки. — Мы забираем его отсюда. — рычит Катсуки, после подходит к регистратуре и начинает яростно подписывать какие-то бумаги. — Ты уверен? Мы не смо… — Всё мы сможем! Кто твой отец, а?! Шото морщится, слыша про отца. Катсуки прекрасно знает, что эта тема двуликому крайне неприятна, но в данному случае Тодороки Энджи действительно сможет помочь, если захочет, конечно. Спустя несколько часов они получают рекомендации, документы и спящего омегу. Тодороки несёт его на руках, попутно рассматривая. Со стороны это выглядит довольно странно, особенно когда Изуку просыпается. Больной вертится, бросая испуганные взгляды на всё, что окажется рядом, а когда сзади идущих с грохотом проезжает огромный грузовик, вовсе начинает плакать и жаться к несущему его альфе, сминая в руке кусочек его футболки. Шото ничего Мидории не говорит, так как считает что сейчас любые слова его ещё больше напугают. Спустя какое-то время они оказываются в квартире, где Изуку кладут на кровать. Тот почему-то замирает как статуя, даже не осматривая место в котором оказался. — Эм, Мидория? — зовёт его Шото, но тот никак не реагирует, вытянувшись стрункой. Тогда Тодороки уходит на кухню к Бакуго, начиная обсуждать последующие действия. А Изуку в этот момент встаёт с кровати и крадётся к выходу из квартиры, сам не понимая, что сейчас делает.