Fatum meum

      Гарри вышел из душа с довольной улыбкой, мотая мокрой головой. Зайдя в комнату, он заметил что маленький комок уже активно двигался, и надев бежевую водолазку с свободными чёрными шортами, отодвигает одеяло, наблюдая за растрепанной макушкой. Мальчик вяло тянет ручки, но омега только хмыкает, зовя Малфоя подняться.       Альфа входит напряжённый, и брюнет догадывается, почему тот находится в таком расположении духа, ещё одна вещь, которая не изменилась, что по его лицу он мог с лёгкостью определить, что произошло. Как бы удачно у него не получалось обманывать остальных.       – Хочешь быть полезным? – он легонько хлопает блондина по плечу, и взгляд серых глаз, оценивающе пробегается по телу Поттера. Альфа мимолётно ухмыляется, – займись своим сыном сегодня.       Драко присаживается на корточки у кровати, изучая недовольное светлое личико, которое с опаской наблюдает за ним. Протягивает руки, и малыш неуверенно подползает к нему.       – Мне нужно встретится с отцом, поэтому я не знаю, во сколько вернусь, – он закидывает на плечо небольшую сумку, по пути мягко погладив сына по волосам, – очень тебя прошу, не отрави его и не убей.       Драко провожает взглядом омегу, который в очень хорошем настроении, уходит из дома, переводит взгляд на Скорпиуса, который совершенно не понимает, что происходит.       – Есть хочу, – бубнит маленький альфа, и старший Малфой вздрагивает, забыв, что он умеет немного разговаривать.       В целом, все происходит неплохо, не считая странного чувства, который испытывал Драко, глядя на свою маленькую копию, и не сказать, что это было что-то отрицательное, напротив, ему невероятно сильно хотелось затискать малыша и зацеловать. Но осознание того, что это твой ребёнок, все ещё не до конца приходил, хотя он не чувствовал себя незрелым и неготовым, наверное, он бы прямо сейчас, если бы не было Скорпиуса, предложил заделать первенца. Поэтому вот такое странное чувство его посетило в 21 год, что кроме Поттера он может любить кого-то ещё. Может быть не больше, но явно занимая второе место после него.

***

      Сириус широко улыбается, видя как его сын, довольно шагает ему навстречу. Хоть и небольшой страх от предстоящего разговора, заставляющий его сердце работать быстрее и сильнее, и он неуверенно просит его сесть за столик кафе, тщательно наблюдая за любыми изменениями в мимике.       – Дорогой, тут такое дело, – он складывает руки в замок, потому что иначе, его длинные пальцы начинали дрожать, выдавая весь страх, – я нашёл себе пару.       Гарри молчит, но улыбка с его лица никуда не уходит, и подсаживаясь ближе, он кладёт свою ладонь на руки альфы.       – Я очень рад, отец, – брюнет смотрит в карие глаза, по-настоящему радуясь за близкого, – давно пора. Не беспокойся, я не злюсь на тебя.       Слезинки скапливаются в уголках Блэка, и он хватает сына в охапку. Действительно, почему он представлял себе, что его сын плохо отреагирует на эту новость. Может быть из-за того, что многие дети не понимают родителей, и считают подобное предательством, даже спустя несколько лет.       – Если на чистоту, мне тоже нужно кое-что тебе сказать, – он сбивается, и кажется, тоже боится реакции Сириуса, но тот лишь с улыбкой, переводит взгляд на него, – в общем. Малфой вернулся.       – И что ты собираешься делать? – его отец лишь удивляется, услышав знакомое имя.       – На самом деле, я не знаю, – он кладёт свою голову на его плечо, высматривая пейзажи дневного городского Лондона, и ту суету, которую он создавал, вмещая в себя спокойствие и вечное движение.       – Я не буду вмешиваться в твой выбор, но знай лишь одно, – Блэк обнимает омегу за плечи, устремляя взор на ту же вечно двигающуюся улицу, – вы истинная пара. И если ты решишь прекратить все, тебе будет очень сложно, а ему ещё хуже. Но это вполне возможно. Не забывай, что я тебе говорил, у него не было выбора.       Гарри молчит, наслаждаясь родственным тёплом, и щекочущим ветром. Предаваясь мягким, приятным воспоминаниям, как он ещё ребёнком любил заползать к отцу в кровать, потому что его бурна детская фантазия, почему-то думала, что в его шкафу живет отвратительный маленький тролль, ждущий удобного момента, чтобы откусить ему ноги. А Блэк, со своей успокаивающей аурой, накрывал сына своими руками, в полу-тьме рассказывая сказки, пересказывая истории его братьев или родителей, и довольно уткнувшись в бок, засыпал. И пусть Сириус не всегда поддерживал в юности своих родителей, он продолжал называть сына принцем, напоминая, что в Гарри течёт кровь Блэков, и она, по словам бабушки и дедушки, сравнима с королевской кровью. И несмотря на это, они никогда не превозносили себя выше остальных, лишь следуя правилу, не давай себя в обиду и цени своё достоинство.       Гарри никогда не спрашивал, почему у него нет мамы. Воспринимая это как обычное явление, ведь у него есть отец, который давал ему все тепло и заботу, на которую был способен.       Сириус же, благодарил Мерлина, что смог почувствовать радость отцовства. Пусть изначально и боялся, и даже в какой-то мере, не принимал факта, что Джеймс носил их ребёнка, и всячески старался отложить этот вопрос, избегать. Но сейчас, восхвалял красоту их совместного создания, и был горд, своим малышом. И ему наверное повезло, ведь омега был спокойным ребёнком, не капризным, разве что любознательным и любопытным, и капельку, хитрым. Вспоминает, как первый раз проявились его волшебные способности, и его малыш, случайно подпалил кухонное полотенце, в вспышке злобы, ведь его маленький рост, не позволял до него дотянутся. Вспоминает, как первый раз его малыш, заговорил со змеей, в маггловском зоопарке, случайно устроив переполох, из-за сбежавшего животного, и довольно усмехаясь, трепал его по волосам, уходя прочь.

***

      Альфа был несоразмерно горд тем, что справился с такими задачами как накормить двух летнего ребёнка, и провести ему водные процедуры, при этом не утопив. И сейчас, они оба сидели на большом, мягком велюровом бежевом диване, смотря глупые маггловские каналы. И он вполне серьезно подумывал о том, чтобы завести второго, а через несколько лет и третьего... мечтательная улыбка немного сползла с лица, при осознании того, что они с Гарри ещё даже не были близки. И он совсем забыл, когда у того течка. Нужно обязательно будет узнать, невзначай. Поэтому, поглаживая мягкие волосики, он покорно ждал появления Поттера обратно домой, каждый раз держа в голове картинку, где брюнет с улыбкой смотрел на него, с суженными хитрыми глазами, из под пушистых чёрных ресниц.       Ощущения, что он испытал, при первой встречи, когда их глаза пересеклись в той захудалой книжкой лавке, невольно всплывали заново, и для его детского восприятия, это было что-то невероятно новое и необычное, будто по всему телу прошлись маленькие молнии, хотелось проводить каждую секунду вместе, касаясь шелковистой кожи рук, и слушать мелодичный голос и смех. Такое чувство, что ты встретил что-то идеальное, и желание быть ближе, увеличивалось с каждый секундой, заставляя самоуверенного, задиристого альфу, запинаться и подбирать нужные слова, хотя последнее не было нужным, они сами генерировались, лишь бы не ляпнуть лишнее.

***

      Зайдя домой, Гарри застаёт невероятно милую картину, от которой в сентиментальном теле, разливается приятное тепло. Альфа заснувший на диване, раскинув руки на спинке, и маленький жук, лежавший на его ногах, мило открыв рот. Будить их совсем не хотелось, но если сейчас Скорпиус выспится, то ночью он точно не уснёт, и подойдя на цыпочках, он аккуратно толкает плечо блондина.       – Я вижу вы подружились, – улыбается зеленоглазый, наблюдая как Малфой открывает свои заспанные глаза, и растерянно смотрит на спящего ребёнка.       – Он сегодня был очень активным, думаю, он не проснётся до утра, – зевает Драко.       Гарри пожимает плечами, головой кивая в сторону второго этажа. Блондин послушно берет ребёнка, относя его в детскую комнату. Омега же, привычным ритмом, начинает заниматься домашними делами, отмечая, что альфа видимо, заснул в той же детской.       Спустя какое-то время, он слышит как входная дверь открывается, и видит Саймона, с коробкой инструментов.       – Ты просил меня помочь с проводами, из-за которых на втором этаже бывают перебои, – он дружелюбно улыбается, поправляя съехавшую кепку, – дверь была открыта. Прости.       Омега лишь кивает, жестом приглашая следовать за ним. И пришедший альфа, незаметно осматривает дом, на наличие «названных гостей», и не заметив ничего, что указывало на их присутствие, ухмыляется.       Гарри садится на корточки, рядом с каким-то коробом, внутри которого, находились разные провода абсолютно разных цветов. И Вуд, следуя положению Поттера, садится рядом, незаметно касаясь его бёдра, попутно разговаривая с ним. Брюнет увлечённо рассказывает ему в чем проблема, пока добродушный сосед, ковыряется в этих проводах отвёртками, соединяет их изолентой. И так проходит минут пятнадцать, прежде чем снова касаясь ляжки парня, он едва сильно хлопает по ней, сообщая, что работа окончена.       – Угостишь чаем?       Зеленоглазый усердно кивает, и шурша на кухне, не замечает заинтересованного взгляда, что скользит по нему с головы до ног, но прежде чем перейти порог кухни, он мягко берет омегу за локоть. Поттер растеряно смотрит на его руку, и поднимает взгляд на лицо. Странное предчувствие уверенно что-то шепчет на ушко, и венка у виска интенсивно пульсирует, вываливая внутреннее волнение.       – У тебя начинается течка, – Саймон абсолютно спокоен, стараясь расположить пугливую ласточку к себе, – и ты просто сногсшибательно пахнешь, – он встаёт прямо перед опустившем голову Гарри, – ну, посмотри на меня, – он поднимает пальцем его за подбородок, – признаться, я очень опечален, что когда ты появился на первом курсе, я был на последнем. Но мой брат Оливер, часто рассказывал о тебе.       Брюнет удивлённо хлопает глазами, все ещё не решаясь поднять голову. И втянув воздух пару раз, чувствует как разгоряченный и угрожающий запах хвои, доносится из гостиной.       – Не помешал? – злобно сплевывает блондин, скрывая сжавшиеся руки в карманах.       – Помешал, – хмыкает Вуд, поворачиваясь к Малфою, притягивая застывшего Поттера к себе.       Драко морщится, но сдерживается от порыва ударить в нос бесячего соседа, которому видимо, очень давно не указывали где его место.       – Ну что, Поттер, – холодно говорит сероглазый, заставляя своей реакцией поднять на него глаза, – хотел избавится от меня? Давай, выбирай, кто останется?       Гарри пробирает от того, что альфа обращался к нему по фамилии, и унимая нарастающую дрожь не только от давящей атмосферы, но и от того, что чувствовал как что-то горячее и вязкое начинало растекаться по бёдрам.       И под напряжёнными взглядами, момента посещают его словно перед смертью, будто он стоит у гильотины. Вспоминает жаркие касания Малфоя, и как его тело остро реагировало на каждое прикосновение, заботливые объятия и оберегающее крыло. Добродушие и дружелюбие Саймона, готовый всегда помочь, несмотря на погоду или настроение, и как они столкнулись впервые на улице, и испугавшийся альфа принялся поднимать и собирать все вещи с асфальта, не отводя глаз. Было ли это настоящим или иллюзией, что маской скрывало истинную сущность?       Омега тяжело вздыхает, переводя взгляд от одного к другому, и видит, как блондин сжимает кулаки, а его скулы сильно напрягаются, выдавая всю неприязнь, ненависть к противоположному альфе. Как его ноздри каждую секунду, раздуваются сильнее, а небольшая морщинка между бровями становится чётче. В то время, как его сосед, абсолютно спокойно и с вызовом смотрел на другого.       Поттер не был готов потерять одного человека.       – Саймон...