Good Enough to Eat

Леви было жарко, когда он проснулся. Даже несмотря на то, что цементный пол в подвале всегда холодный, Леви чувствовал себя так, словно горит. Это было обычным состянием после трансформации, но сегодня все стало даже хуже. Он предположил, что причиной всему было то, что погода стала теплее, а это усилило лихорадку. Издав тихий стон, он потер лицо обеими руками, гадая, который час. Наверное, около шести, может, чуть позже. Рассвет сегодня в пять сорок девять, так что сейчас должно было быть, по крайней мере, около шести. Он понимал, что ему необходимо встать, лечь в постель, но двигаться совсем не хотелось. Его тело все еще ломило, а холодный пол, по крайней мере, приносил немного облегчения. Глубоко вдохнув, он почувствовал запах Эрена. Вероятно, что это из-за его одежды, в последнее время они проводят вместе много времени. Запах Эрена заставил мужчину задуматься, все ли с ним в порядке. Леви беспокоился о нем вплоть до самой трансформации, задаваясь вопросом, не станет ли сегодняшняя ночь той, когда Эрен выйдет из дома и не вернется. Одна только мысль об этом заставила его запаниковать, и он задумался, стоит ли позвонить. Эрен, вероятно, все еще спал, и мог даже разозлиться, если его так рано разбудят, но Леви было все равно. Он хотел убедиться, что с парнем все в порядке. Повернувшись, чтобы развернуться и подползти к краю клетки, где лежал его телефон, краем глаза Леви уловил кое-что на периферии и повернул голову, но когда он бросил взгляд, то все его тело покрылось холодным потом. На полу недалеко от клетки кто-то лежал. Человек был повернут к нему спиной, наполовину завернувшись в одеяло, из под которого торчали облаченные в джинсы ноги и растрепанная макушка. У него началась паника, всплыли воспоминаниями о трупе Элда, искалеченном и истерзанном, которое он обнаружил рядом с клеткой. Но вне его досягаемости. Прямо здесь, вне клетки его убил другой волк, в то время как он, вероятно, сидел там и ничего не сделал. Паника начала нарастать в геометрической прогрессии, когда он кое-что осознал. Он ощущал запах Эрена. А у лежащего на полу человека были каштановые волосы. Черт возьми! — Эрен! — Леви вскочил на ноги, одной рукой схватившись за решетку. Когда его ладонь пронзила боль, он закричал и быстро выпустил ее, на мгновение паника заставила его забыть, что он не может прикоснуться к этим дурацким вещам. К счастью, он держался за решетку в течение очень короткого периода времени, так что у него был легкий ожог, который, вероятно, заживет в течение нескольких минут. Единственная польза от волчьих генов. Когда тело дернулось и полусело, Леви мгновенно расслабился, закрыл глаза и потерев лицо неповрежденной рукой. Проведя рукой по лицу, в то время как Эрен громко застонал, он оглянулся и сквозь решетку увидел, что голова парня обратно упала поверх скомканного одеяла, перевернувшись лицом к Леви. Его глаза были похожи на щелочки и едва открыты, к тому же парень был накрыт одеялом, закрывавшим большую часть лица. — Почему ты всегда кричишь на меня в такую рань? — сонно спросил Эрен, его голос был настолько приглушен, что даже Леви с его безупречным слухом пришлось напрячься, чтобы расслышать то, что он бормотал. — Каждый раз, когда я с тобой, ты кричишь на меня, — заскулил Эрен, снова полностью закрыв глаза. Он уткнулся носом в импровизированную подушку, казалось, более чем готовый опять заснуть. Леви все еще был шокирован, поэтому слишком долго не мог вспомнить, что может позволить себе выйти. Осторожно потянувшись через прутья к новому замку, он схватился за ручку, поднял ее, затем дернул влево и прут выскользнул из своего места. Поняв, что в он не сможет коснуться двери, то, о чем не подумал, когда зашел и закрыл ее стальным замком, Леви двинулся к другой стороне клетки и потянулся через прутья к своей рубашке, втянул ее в клетку, а затем вернулся к дверце, толкнув ее укрытой рубашкой рукой. Как только он вышел, то направился к Эрену и довольно сильно пнул ногой в живот. Эрен резко подскочив сел, тяжело закашлявшись и задыхаясь, он обхватил себя обеими руками за талию. Теперь парень выглядел совершенно проснувшимся. И очень злым. — Какого хрена, Леви! — парень протянул руку и замахнулся на него кулаком, но оборотень уже отошел, прихватив свои джинсы и натянув их, так что теперь он не был полностью обнажен. Его нисколько не смущала нагота, но он всегда считал, что когда рядом Эрен, то лучше быть одетым. На всякий случай. — Какого, блять, черта ты здесь делаешь? — сердито потребовал он, застегивая молнию на джинсах и проталкивая пуговицу через петлю, прежде чем повернуться к Эрену. — Ты с ума сошел?! Как давно ты здесь?! — Без понятия? Какое-то время? — Эрен потер живот, а его лицо скривилось от боли. Леви волновался, что, возможно, он слишком сильно пнул его ногой, но все беспокойство было омрачено его гневом. Его больше беспокоило то, что могло бы случиться прошлой ночью, если бы волк выбрался из клетки. — Как долго, Эрен ?! — Ну, шесть часов? Не знаю, думаю, я здесь с полуночи? Сначала хотел уйти, но каждый раз, когда я двигался, волк становился все более взволнованным и странным, поэтому я решил, что останусь. В Леви вспыхнула ярость. — Ты решил остаться?! — взревел он. — Эрен, ты что, совсем идиот? — Успокойся, все же в порядке, — стоял на своем Эрен, устроившись поудобнее и скрестив ноги, но все еще продолжая потирать живот. Леви заметил, что на нем все еще были обуты ботинки, как будто он притащил одеяло и тут же вырубился. — Все не в порядке, Эрен! О чем, черт возьми, ты думал?! — Ты успокоишься? — спросил парень, протягивая Леви руку с камерой. — Все в порядке, поверь мне. Ты правда думаешь, что я бы остался, если бы это было не так? Кроме того, ты сам сказал мне побыть рядом с кем-нибудь, что я и сделал. — Я не это имел в виду, ты это прекрасно знаешь! — крикнул Леви, но все равно выхватил камеру из рук. — Что, если бы я вырвался ?! Что, если бы я напал на тебя?! Ты спал, Эрен! Я мог выбраться из клетки и, блять, прикончить тебя! — Я совершенно уверен, что если уж смог пережить ночь в перевернутом пикапе и Эрвином поблизости, который нападал на меня, но после со мной все было в норме, то, что я спал здесь прошлой ночью, должно быть наименьшей из твоих забот. Леви хотелось схватить его за плечи и встряхнуть. Или ударить. Или еще раз пнуть. Он хотел дать понять мальчишке, что он был глупым, глупым придурком, который сделал нечто совершенно безответственное! Но прежде чем мужчина смог выпустить свой гнев, Эрен протянул камеру, все еще потирая живот другой рукой. — Прежде чем ты снова наорешь на меня, посмотри видео. Леви предпочел бы поорать на него еще, но вместо этого он нахмурился и включил камеру. Экран все еще был открыт, вероятно, из-за записи Эрена. Вспыхнул индикатор батареи, поэтому он направился к столу в углу подвала и установив устройство, подключил его к шнуру питания. Мигание прекратилось, вместо этого в углу, где располагалась иконка батареи, появилась маленькая молния, означающая, что началась зарядка. Аккерман просмотрел цифровую память, отыскал последнюю запись и нажал кнопку воспроизведения. Первое, на что он обратил внимание, это то, как сильно тряслась камера. Руки Эрена дрожали так сильно, что парень едва мог удерживать ее прямо. Если он был так напуган, то зачем пришел?! Леви был вне себя от злости! «Хорошо», — проговорил Эрен напряженным и дрожащим голосом. Камера двигалась, как будто Эрен шел. Леви наблюдал, как волк на экране следит за движениями Эрена, но в остальном зверь никак не отреагировал. Мужчина нахмурился, уставившись на волка, который, как он знал, был им. «Итак, это я», — продолжил Эрен. — «С волком. С самым хорошим волком. Который, кажется, не хочет меня съесть», — было еще больше помех, затем камера опустилась. Леви предположил, что Эрен сел. — «Я подумал, что мне стоит просто… показать, что же произошло, когда мы в последний раз были одни». Пока Эрен говорил, Леви следил за волком, который просто смотрел, пристально наблюдая за человеком. Нажав кнопку перемотки вперед, он просмотрел всю оставшуюся ночь. Волк совсем не проявлял агрессии. Животное посмотрело вверх, встало, шагало, лежало, снова смотрело вверх, затем ложился. Снова и снова зверь выполнял стандартные, простые действия. Ни разу не проявив агрессии. По его поведению вовсе не скажешь, будто он хотел причинить Эрену боль. Это заставило Леви вспомнить последний раз, когда присутствовал Эрвин. Он пытался защитить Эрена от Эрвина. Даже сам Эрен признал, что единственная причина, по которой он не умер снаружи заключалась в том, что на протяжении всей ночи его защищал Леви. У волка были та же странная потребность защищать Эрена, что и у Леви. Основываясь на том, как он чувствовал себя рядом с Эреном ближе к полнолунию, мужчина уже и сам пришел к такому выводу, но... Почему?! Он остановил видеозапись, поставил камеру и повернулся к Эрену. Тот широко зевал, продолжая поглаживать живот. Леви подошел к нему и Эрен настороженно посмотрел на него, как будто опасаясь, что его снова пнут. Вместо этого Леви наклонился и обхватил его лицо обеими руками, позволив им ненадолго скользнуть вниз к шее, а затем снова к лицу, пристально наблюдая за ним. — Ты в порядке? — Жить буду. Кивнув, Леви отпустил его и встал. Эрен тоже начал подниматься, так что Леви протянул ему руку. Эрен благодарно кивнул, ухватился за нее, и Леви поднял его на ноги. — Мне, наверное, уже пора, у меня утренняя смена. В любом случае, который час? Он сам ответил на свой вопрос, вытащив телефон из кармана и застонав. — Шесть двенадцать? Серьезно? Я мог бы поспать еще. — Хватит ныть, — потребовал Леви, слегка раздраженный тем, что Эрен так спокойно относя к этому. По правде говоря, он не понимал, насколько все это странно. Волк не нападает на человека? Такого не может быть. Леви стоило отправить весь отснятый материал Эрвину. — Я приготовлю тебе завтрак. — Как мило, спасибо тебе! — Эрен ухмыльнулся, а Леви только хмыкнул, пересек подвал, чтобы забрать носки и туфли, а затем направился наверх, все еще раздумывая о видео. Эрен же радостно последовал за ним. Они прошли на кухню, Леви закинул свои вещи на один из стульев, затем подошел к холодильнику и открыл его, просматривая содержимое. — Яйца с беконом подойдут? — Конечно, я люблю яйца! Глазунью, пожалуйста! Леви снова хмыкнул, достал все ингредиенты, подошел к плите и вытащил из шкафа сковороду. Желая убедиться, что Эрен не опаздывает на работу, так как ему все еще придется пойти домой и переодеться, оборотень быстро все подготовил и засунул хлеб в тостер. Он перевернул бекон, затем повернулся к Эрену. — Как отреагировал волк на твое появление? — А? — встрепенулся Эрен, поднимая голову. Он дремал, положив голову на стол. Леви старался не раздражаться из-за того, что дебил дремал, пока ему готовили еду. — Волк. Ты, вероятно, начал записывать только после того, как пробыл здесь какое-то время, так каким же был волк, когда ты только появился? — Отлично. Я о том, что он просто смотрел на меня и наблюдал, как и на видео. Ничего больше, — он пожал плечами. — Хм? — Леви снова повернулся к еде, протолкнув лопатку под одно яйцо и пододвигая его ближе к центру сковороды. — Зачем ты вообще приехал? Я думал, что ты напуган. Об этом свидетельствует трясущаяся камера. — Мне посоветовал Армин. — Армин посоветовал тебе провести ночь рядом с волком? — Ну, не совсем. Он посоветовал мне больше взаимодействовать с кроликами. Леви замер и медленно развернулся, чтобы посмотреть на Эрена. — Что? — Ну, я же не мог рассказать ему, что был шокирован, когда мой пикап разорвали оборотни! — пояснил Эрен, размахивая руками. — Пришлось импровизировать! Я сказал ему, что один мой друг перенес моральную травму, связанную с кроликами, затем спросил его, как это можно исправить. Армин посоветовал экспозицию, так что я приехал, чтобы разобраться с этим, — он ссутулился на сиденье, оборонительно скрестив руки на груди. — Это немного помогло. В том смысле, что ты не слишком хочешь съесть меня, это здорово помогает. — Почему это вообще имеет значение? — Леви снова вернулся к бекону и выругался, быстро схватив тарелку и начав вытаскивать его из сковороды до того, как он подгорит или испортится. — Зачем тебе нужно не страшиться волков? Я не против того, что ты их боишься, это нормальная реакция. Когда Эрен замолчал, Леви повернулся, чтобы посмотреть на него, посасывая большой палец, так как он обжег его, вытаскивая бекон. Эрен выглядел смущенным, но и в то же время немного печальным, как будто он не хотел об этом говорить. — Эрен? — Я просто… я не хочу тебя бояться. — Ты уже не боишься меня, — напомнил ему Леви, поворачиваясь, чтобы выложить два готовых яйца на другую тарелку, добавить несколько ломтиков бекона и выхватить из тостера кусок тоста. Он достал приборы из ящика, затем подошел к Эрену и поставил все перед ним, вернувшись к плите, чтобы приготовить еще. — Но я мог испугаться снова, — тихо прошептал Эрен, но его слова легко донеслись до Леви. Он замер, но не повернулся. — Почему? — Потому что, — начал объяснять Эрен, Леви слышал, как его вилка царапает тарелку, очевидно, играя с едой. — Просто... прошлой ночью, перед тем как приехать, я все время размышлял о том, что произошло в прошлый раз. Я все время боялся, что Эрвин вернется, что в мой дом может ворваться волк. Что вы, ребята, явитесь за мной. Это напугало меня, но я понял, что если засну с этим страхом, то проснувшись сегодня, я буду страшиться тебя так же, как и тогда, когда ты впервые превратился. Я не хотел этого, поэтому, когда Армин упомянул об экспозиции, я подумал... однажды я уже выжил будучи запертым в комнате с тобой, поэтому решил, что будет безопаснее сделать это с тобой. Я бы подождал, чтобы спросить тебя, но не знал, смогу ли выдержать ночь, не испытывая ужаса утром, поэтому я просто... пришел. Леви вздохнул, разбил пару яиц на сковороду и размешал желтки, положив лопатку на край. Он повернулся к Эрену, откинувшись на стойку и скрестив руки. — Это помогло? Эрен лишь пожал плечами, не сводя глаз с тарелки. — Думаю, немного помогло. Это трудно объяснить. Рядом с тобой я чувствую себя в безопасности. Не то чтобы я не боюсь, что волк может меня съесть, но еще сильнее... я чувствую спокойствие. Даже испытывая ужас, как в тот первый день, только вернувшись домой после того, как нас заперли в кладовой и когда вы с Эрвином набросились на меня. Мне было страшно, но когда ты сел рядом со мной и стал успокаивать меня... я не знаю. Я чувствовал себя нормально. Мне было страшно, но со мной все было хорошо, — он опустил вилку на тарелку и откинулся на спинку стула, но так и не повернулся к Леви. — Какой бы инстинкт ни заставлял тебя защищать меня, это тот же инстинкт, заставляет меня чувствовать себя таким спокойным, когда ты со мной. Это странно, мне это не нравится, но я также как бы... не особо и против в то же время, — он взглянул на Леви. — Ты понимаешь? — Да, — сказал он, снова вернувшись к приготовлению яиц и переворачивая их. — Понимаю. Некоторое время они молчали, затем Леви услышал, как Эрен начал есть. Когда яйца были готовы, он вытащил из тостера второй тост, добавил бекон и присоединился к Эрену за столом, они завтракали в молчании. Когда Эрен почти закончил есть, Леви наконец заговорил. — Хочешь вернуться сегодня вечером? Короткая пауза. — Конечно. Я приду после работы. — Хорошо. Они закончили трапезу в тишине.

***

В тот день на работе все обошлось без происшествий. Эрен вернулся домой только для того, чтобы принять душ, переодеться и отправиться на работу, чтобы заменить своего отца и Фриду. Они пожелали ему хорошей смены и ушли спать, пока Эрен отсчитывал новую кассу и проверял инвентарь. Через час явился Леви, чтобы пополнить свой холодильник, и, делая покупки, поинтересовался у Эрена, любит ли тот блины. Когда он утвердительно ответил, то Леви пробормотал, что на следующее утро приготовит их и отправился искать ингредиенты. Вскоре после этого он ушел, сказав Эрену, что у него есть некоторые дела, которые нужно сделать, а также нужно кое-то написать, чтобы наверстать упущенное, но когда закончит с работой, Эрен может прийти. Затем Леви дал Эрену запасной ключ от своего дома и сразу же ушел, прежде чем парень успел осознать то, что сейчас произошло. Он понимал, что все это только для того, чтобы Эрен мог самостоятельно зайти внутрь, поскольку Леви, скорее всего, уже будет в клетке, но его лицо все равно покраснело, так что Эрен старался не слишком обращать на это внимание. Его смена была довольно спокойной и скучной, за исключением того, что в середине дня явился Жан, который громко заявил, что Микаса сообщила ему о том, что Эрен не появлялся дома до самого утра, а затем стал задавать вопросы о том, где же Йегер был. Эрен изо всех сил уклонялся от ответа, в основном потому, что не желал, чтобы у Жана сложилось неверное представление. Либо он признавался, что был у Леви, и все думали, что они встречаются, либо признал, что был у Леви, но они являлись друзьями, и в таком случае Жан потребовал бы пойти с ним, либо он должен был лгать. Врать было проще всего, хотя у него это не особо хорошо получалось. Совершенно очевидно, что Жан ему не поверил, но не стал ничего об этом не говорить. Он просто шутил с Эреном и строил планы на выходные, а затем ушел на работу. Эрен тоже не слишком поверил ему, потому что был совершенно уверен, что на самом деле, Жан не работает. Он думал, что этот парень проживет всю свою жизнь, не проработав ни дня. Под конец его смены вернулись отец и Фрида, поэтому он отсчитал кассу и покинул магазин, направившись домой на ужин. Он поужинал с матерью и Микасой, ну а затем сказал, что уходит на ночь и, скорее всего, не вернется до утра. Когда Карла спросила, куда он идет, Эрен сразу сменил тему, затем поцеловал ее в щеку и вышел из комнаты, чтобы собрать кое-какие вещи на вечер. Когда он обувался, то старался не обращать внимания на то, как глаза Микасы прожигали дыру в его спине. Эрен не желал снова одалживать машину Микасы, поскольку это дало бы ей возможность расспросить его, куда он собирается, так что вместо этого пошел к дому Леви пешком. Это было недалеко, так что он добрался туда менее чем за двадцать минут. Худшей частью пути была прогулка в гору, поэтому он напомнил себе, что необходимо спросить Леви, когда можно ожидать возвращения его пикапа. Когда он наконец добрался до дома, то прежде чем отпереть дверь, постоял на крыльце, переводя дыхание. На этот раз как только он запер входную дверь и снял обувь у входа, то сразу же направился к двери подвала. Спускаясь, Эрен остановился на середине лестницы, когда обнаружил надувной матрас, полностью застеленный простыней, одеялом и подушкой, но затем медленно продолжил путь вниз и стянул с плеча ремень сумки. Леви уже сидел в клетке, хмуро глядя на экран своего ноутбука, как будто что-то обидело его. Эрен понял, что солнце все еще на зашло, что объясняло, почему мужчина все еще был в человеческом облике. По дороге сюда он даже не подумал об этом. — Кто-то не в форме, — прокомментировал Леви, несколько раз нажимая клавишу на клавиатуре, видимо, что-то удаляя. Эрен почувствовал, как его щеки покраснели, но ничего не сказал, бросив сумку рядом с надувным матрасом и слегка пнул ее ногой. — Что это? — Не хочу, чтобы ты простудился. — А что насчет тебя? — Все в порядке, от трансформации меня лихорадит, а пол прохладный. Обычно, когда я снова превращаюсь в человека, то просто иду спать. — Точно, — Эрен обошел матрас и плюхнулся на него, слегка подпрыгивав. Он посчитал, что это так заботливо, и задумался, всегда ли у Леви был надувной матрас или это было его «некоторым делом». — Работаешь над книгой? — Пытаюсь. Не выходит, — Леви вздохнул и захлопнул верх своего ноутбука, повернул устройство на бок и выставил его за пределы клетки. — Как работа? Эрен пожал плечами. — Хорошо, я думаю. Скукота. Мама сказала, что Фриде, похоже, нравится работать днем, поэтому я, вероятно, буду работать в ночные смены, когда она будет работать полный рабочий день. Значит, ты будешь работать в основном с ней. Леви, похоже, не особо обрадовался этой новости, но Эрен подумал, что это только потому, что он привык работать с ним. С Леви все будет в порядке, когда они с Фридой узнают друг друга получше. Внезапно, одна только мысль об этом заставила Эрена почувствовать себя неловко. Ранее, когда его мать рассказывала ему обо всем, его это вполне устраивало, но теперь он неожиданно пожалел, что они не смогут больше проводить время вместе. Фрида была очень хорошенькой, так что Эрен предположил, что чувствует… ревность. Ему не хотелось, чтобы она понравилась Леви, что было попросту смешно. — Итак, — сказал Эрен, пытаясь отвлечься от мыслей о Леви и Фриде, — как прошел твой день? — Хорошо. Выполнил кое-какие дела, кое-что написал. — Что-то не получается с книгой? — спросил Эрен, переместившись так, чтобы сидеть скрестив ноги и ухватившись за лодыжки. Надувной матрас был намного удобнее пола, он оценил то, что Леви озаботился этим. —У меня не выходит создать правдоподобные отношения между главным героем и похитителем. — Ну, это естественно, — нахмурился Эрен. — В том смысле, что этот человек похитил его. Если только ты не хочешь написать в одну из тех историй, связанных со стокгольмским синдромом. — Так и было задумано. Эрен поморщился. — Ты мрачный и извращенный, ты в курсе? — Ты говоришь об этом мне, но подумай о других моих книгах и о том, насколько хорошо они продаются. Если я мрачный и извращенный, то что можно сказать о тех, кто их читает? Эрену было нечем крыть, в особенности учитывая то, что он был одним из тех, кто читал эти книги, поэтому он просто сменил тему. — Могу я тебя кое о чем спросить? — Ты только что это сделал. — Не будь придурком, — попросил Эрен, закатывая глаза. Леви только ухмыльнулся, но жестом велел продолжить. — Ты много пишешь о гей-парах, но упомянул, что твою невесту звали Изабель. Так ты... сторонник ЛГБТ* или...? — он замолк, не зная, как задать свой вопрос. Леви, казалось, забавлялся, хотя его лицо оставалось нейтральным. Но его глаза выдавали, насколько он наслаждался смущением Эрена. — Я не различаю. — Значит, ты бисексуал? — Надо полагать. — Ой, — Эрен ухмыльнулся. — Я тоже. В том смысле, что думаю, я тоже. Хотя я никогда раньше ни с кем не встречался в полном смысле этого слова. Бывал на свиданиях, но никогда не встречался, понимаешь? Но я думаю, что парни так же горячи, как и девушки, и я довольно откровенен в том, какое порно я смотрю, — Эрен остановился, его глаза слегка расширились. — Почему я только что рассказал тебе об этом? — Это не значит, что я не смотрю порно. — Я знаю, но все же, — Эрен покачал головой. — Вернемся к нормальным темам. Хорошо. Ты много пишешь о геях. Ты когда-нибудь писал о гетеросексуальной паре? — Не знаю, тебе не кажется, что это скучно? — Леви поерзал на полу и Эрен задумался, не было ли ему неудобно. С другой стороны, в последний раз, когда он видел Леви в клетке и в человеческом обличье, тот лежал на полу и не жаловался. — Есть тысячи книг о гетеросексуальных парах, я хочу быть немного другим. В следующий раз я планирую написать книгу с асексуальным поведением**. Я собирался написать о транс-мужчине, но меня одолевают сомнения. Некоторые люди могут обидеться, если я совершу ошибку, поэтому думаю, что безопаснее придерживаться того, в чем я разбираюсь. — Это так круто. То, что ты хочешь выпускать материал, который не так популярен. Леви пожал плечами, как будто это не имело большого значения, но, очевидно, это что-то для него значило, иначе он бы не упомянул причину, по которой занимался этим. — Ты когда-нибудь думал о том, чтобы написать книгу об оборотнях? — Иногда, но здесь все немного сложнее. Эрен приподнял бровь, гадая, не ослышался ли он. — Сложнее? Как это может быть сложнее, если ты один из них. — Что делает все более опасным. Мне было бы трудно понять, где провести грань между выдумкой и реальностью. Что-то скрывать — хорошая идея или это вызовет подозрения? Если я добавлю что-то, чего люди раньше не знали, не добавит ли это им пищи для размышлений, или они проигнорируют это? — он пожал плечами. — Ты напишешь об этом, опубликуешь, но очень скоро люди могут начать замечать странные вещи в своих друзьях, своих близких, коллегах, — он вздохнул. — Я не хочу никому создавать проблем. Лучше держать людей в неведении относительно подобных вещей. Если я напишу об этом книгу, а затем кто-нибудь, у кого есть друг с аллергией на серебро, например, прочитает ее, он мог бы попытаться выяснить, имеется ли у друга другие сходные черты описанные в книге. — Люди ведь не настолько сумасшедшие, так ведь? Леви только взглянул на него, но это заставило Эрена задуматься, сколько людей сошли с ума, пытаясь увидеть, сверкают ли на свету их задумчивые, всегда избегающие солнца, друзья, как глупые блестящие вампиры. Он предположил, что даже если Леви ошибается, в любом случае было бы безопаснее не искушать людей, которые обожают прощупывать почву. В конечном итоге это может привести к тому, что оборотней разоблачат, но даже если это и не произойдет, существует риск серьезных последствий. — Но можно писать о вампирах, верно? — спросил Эрен, вспомнив, что Леви упоминал о том, что они негигиеничны и грубы. — Вампиры не взаимодействуют с людьми так, как другие сверхъестественные существа. Они, как правило, остаются в своих маленьких уголках и выходят наружу только тогда, когда им нужно поесть. Но даже тогда они стараются не делать этого в тех местах, где живут другие сверхъестественные существа, — Леви слегка ухмыльнулся. — Вампиры боятся оборотней. У нас очень острые зубы, к тому же не только мы страдаем аллергией на серебро. В целом у нас на самом деле меньше слабостей, чем у них, поскольку мы можем позволить себе сражаться до восхода солнца. Но у них нет таких возможностей. — О, — Эрен даже не осознавал, но это заставило его подумать о том, о чем он давно хотел спросить. — Итак, теория про серебро из легенд, очевидно, реальна, — Эрен кивнул в сторону прутьев клетки. — Значит, у тебя всегда была аллергия на серебро? Даже тогда, когда ты был маленьким? — И да и нет, — Леви придвинулся немного ближе к прутьям, протянул руку и провел пальцами по прутьям, но все же не касаясь их. — До первой трансформации у меня была аллергия на серебро, но все было в легкой форме. Такая, что у тебя появляется крапивница где бы она тебя не коснулась. Меня это не особо беспокоило, всего- то простой зуд и немного боли. Теперь, когда я прикасаюсь к серебру, оно обжигает меня. Это как если бы кто-то взял раскаленное железо и прижег мне кожу . От вспыхнувшего образа в его голове Эрен поморщился. — Но ты и Эрвин оба пострадали от ожогов в последний раз, но когда вы снова превратились в людей, ранения были не такими уж серьезными. — Мы быстро исцеляемся, — Леви пожал плечами. — Никто не знает почему. Мы полагаем, что это связано с тем, как наши тела перегруппировывают наши кости и мышцы. Мы должны уметь быстро заживлять свои внутренние повреждения, поэтому Эрвин считает, что то же самое касается и других травм. Я ни разу не болел с тех пор, как трансформировался, так что наша иммунная система тоже очень сильна. — Удобно, — пробормотал Эрен. — Когда наступает сезон гриппа, мне всегда достается. — Это только раз в год. Ты бы захотел становиться кровожадным волком три дня в месяц? — И вправду, — сказал Эрен, указывая пальцем на Леви. — А что насчет полнолуния? Что было тогда, до того как ты обратился? — Ничего, правда, — Леви отнял руку от прутьев и откинулся назад, опершись руками в пол позади себя. — Я не замечал ничего такого, когда был младше, но после первых нескольких превращений вспомнил, что по ночам в полнолуние, еще будучи ребенком, я испытывал неловкость и раздражительность. У меня были проблемы со сном, более ощутимые, чем сейчас, начинался жар и я чувствовал слабость. В то время я, по правде говоря, не задумывался о лунном цикле, но после того, как узнал, кем являюсь, то понял, что это и было всему причиной . — У всех также? — Нет, — Леви почесал щеку и бросил взгляд на Эрена. — У всех нас все индивидуально. Эрвин говорит, что не помнит, чтобы в детстве ощущал себя как-то иначе. Это затрагивает всех по-разному, то же касается и того, как проявляется аллергия. Эрвин говорит, что до изменения его аллергия на серебро была сильнее, чем у меня, она была почти такой же, как и сейчас. Серебро обжигало его кожу и оставляло большие рубцы. Думаю, все просто зависит от человека. — Мда, — Эрен нахмурился, переваривая его слова. Когда он понял, что Леви все еще смотрит на него, то улыбнулся ему. —Прости. Это просто… так интересно, понимаешь? Я всегда придумываю, о чем бы еще спросить тебя. Надеюсь, тебя это не беспокоит. — Я не возражаю, — признался Леви. — В любом случае, я думаю, что если ты продолжишь узнавать, то это поможет тебе избавиться от страха. — Верно, — Эрен опустил взгляд на свои руки, все еще сжимавшие лодыжки. Он нахмурился, когда заметил, что на внутренней стороне его левого запястья все еще есть дурацкое темное пятно от чернил, но, если учесть то, как сильно он его скреб, Эрен пришел к выводу, что это какой-то синяк, который, похоже, совсем не болит. Точно также, будто кто-то взял у него кровь и когда игла вышла, он не нажал достаточно сильно. Оно исчезнет само по себе, поэтому он не стал зацикливаться на этом. — Так какой в ​​этом смысл? — Смысл? — Вся эти верфольфские штучки? Ну это превращение в дикого зверя три ночи в месяц кажется немного, не знаю, бессмысленным? — Не только во время полнолуния, — сказал Леви, отчего Эрен внезапно почувствовал себя крайне неуютно при мысли о том, что в случайный день месяца может появится Эрвин и разорвать ему горло. — Что? — Не смотри так испуганно, Эрен, это не то же самое, — Леви снова поддался вперед, оперевшись локтями о колени. — Мы можем превратиться в волков, когда захотим, но только в полнолуние мы теряем над собой контроль и становимся животными. В любое другое время месяца мы можем превратиться и остаться совершенно нормальными. Как правило это видно по глазам, — он неопределенно махнул рукой вверх. — Когда мы контролируем себя, то наши глаза обычно остаются того же цвета. Когда верх берет волк, они желтеют. — О, — выходит, пока он не злит Эрвина, то у него не будет причин превращаться в волка и явиться за ним. Приятно знать. — Так ты тоже? Превращаешься в волка вне полнолуния? — Ты видел, насколько это больно, ну и как ты считаешь? — Ты прав, — Эрен на самом деле не подумал об этом. — Но я имею в виду, что другие так делают, верно? — Время от времени. Обычно вожаки стаи и бродяги. Бродяги, как я уже говорил ранее, охотятся забавы ради, поэтому они обращаются, когда вздумается. Вожаки стаи обычно превращаются во время вынесения приговора, то есть когда избавляются от волка. Они также трансформируются, если сталкиваются с только что обратившимся волком. Я имею в виду, вне полнолуния, — Леви снова почесал щеку. — Например, когда Ханджи обращался, мы с Эрвином тоже превратились в волков, потому что нам нужно было сдерживать Ханджи внутри и сохранять спокойствие. Его контролировал волк, поэтому наша работа заключалась в том, чтобы убедиться, что он не выберется и никому не причинит вреда. Если бы мы остались в человеческом обличье, то волк почувствовал бы, что мы другие, но, вероятно, все равно напал бы. Став волком, он просто рычал на нас, но так как был в меньшинстве, то оставался на месте. — Как долго длится первое изменение? В том смысле, если в данный момент не полнолуние. — У всех по-разному, но думаю, несколько часов. Шесть, возможно, семь, — Леви пожал плечами, как будто никогда не думал об этом. — Ханджи не прирожденный оборотень, поэтому он не может превращаться по своей воле, как мы. Только те волки, у которых это заложено в генах способны на подобное. Если Ханджи когда-нибудь столкнется с волком с желтыми глазами, но не в полнолуние, ему придется бежать и звать нас, чтобы разобраться с ним. — Такое случалось раньше? — Один раз, но Эрвин справился, — у Леви дернулись уголки губ. — Ханджи очень быстро бегает. — Он кажется хорошим другом. Было бы приятно с ним познакомиться. — Когда-нибудь, может быть. Он слегка эксцентричен, мне бы не хотелось, чтобы он тебя испугал. — Не думаю, что кто-то может напугать меня сильнее, чем Эрвин, — возразил Эрен. — Это только потому, что ты еще не встречал Ханджи, — Леви слегка нахмурился, словно представил их двоих вместе. — Значит, ты никогда не превращаешься в волка просто так? — спросил Эрен. — Всегда только в полнолуние? — Я бы не сказал, что никогда, — поправил Леви. — Иногда превращаюсь, особенно сейчас. Здесь много открытого леса, так что иногда приятно просто прогуляться. Но я должен быть осторожен. Мне не нужно, чтобы люди из города увидели бегающего по округе волка и стали сеять панику. — Ты обращался в волка? — Да, раз или два с тех пор, как я переехал сюда. — Круто, — Эрен ухмыльнулся. — Эй, а что насчет другого? Леви смущенно нахмурился. — Другого? — Помнишь, когда Эрвин повел себя как урод и швырнул меня в клетку, ты зарычал и разозлился, а руки у тебя стали какими-то странными. То, как Леви застыл, немного обеспокоило Эрена, он увидел, как мужчина опустил взгляд на свои руки, лежащие на коленях. Сначала парень решил, что сказал что-то не то, но когда Леви ответил, стало ясно, что это не так. — Это редкость. У волков такое нечасто случается. Обычно это либо полная трансформация, либо ничего, но бывали случаи, когда оборотни все же могли частично превращаться. Обычно трансформируются только руки и лицо, в области вокруг рта, но есть и такие, кто может трансформироваться еще сильнее, так что почти соответствуют голливудскому представлению оборотня. Я просматриваю информацию с тех пор, как Эрвин рассказал мне об этом. — Ох, — Эрену казалось, что то, как отреагировал Леви было плохо. — Разве это не хорошо, что ты можешь частично трансформироваться? — Это более ... опасно. Если я потеряю над собой контроль, если разозлюсь или занервничаю, я могу непреднамеренно превратиться. Руки можно спрятать, как я сделал это раньше, когда ты даже не знал, кем я был. Но если мои зубы начнут превращаться в клыки, ну или я начну трансформироваться еще сильнее, даже не желая этого, то все это может плохо закончиться. Эрен на некоторое время задумался над этим, пытаясь вообразить Леви таким злым. Он сам был свидетелем этого только один раз, но, судя по всему, это произошло дважды. Тем не менее, Леви прекрасно скрыл это в первый раз, так что вполне вероятно, что он сможет сделать это и в следующий раз. — С учетом того, как ты разозлился на Энни, когда она ударила меня, я думаю, что у тебя, в основном, все под контролем, — заверил он, улыбаясь ему. Леви ничего не сказал, но, по крайней мере, кивнул. — Я стараюсь. Думаю, если смогу немного лучше контролировать себя, то это может помочь мне избежать случайной трансформации, — он поднял руку и пристально уставился на нее. Эрен ничего не сказал, позволяя ему попробовать. Это заняло почти две минуты, и он был уверен, что Леви прямо-таки обливается потом из-за того, насколько сильно концентрируется, но в конце концов ему удалось заставить свои пальцы измениться. От второго сустава вверх кончики пальцев почернели, а ногти удлинились и превратились в когти. За этим было действительно странно наблюдать, потому что Эрен всегда видел Леви либо человеком, либо волком. Стать свидетелем даже одного этого изменения, было слишком необычно. Во всяком случае, все стало еще более странным. — Так круто, — заметил Эрен. — Думаешь, круто? Я могу выпотрошить тебя этим. — Да, но я надеюсь, что ты не станешь, — медленно проговорил Эрен. Улыбка, которую он получил в ответ, заставила его почувствовать себя несколько лучше, затем он наблюдал, как рука Леви медленно возвращается в нормальное состояние, чернота исчезает, возвращаясь к его обычному оттенку кожи, а ногти становятся короткими и тупыми. — Я рад, что ты так считаешь и доверяешь мне. Эрен пожал плечами. — Если бы ты хотел, то уже убил бы меня. — Верно. Кроме того… — Леви умолк, опустил взгляд, а все его тело напряглось. Эрен заметил, как его руки сжались в кулаки, так что сразу понял, что вот-вот начнется трансформация. — Начинается? Мужчина механически кивнул, а затем поднялся, потянувшись за спину, чтобы стянуть рубашку. Эрен тоже встал, морщась и скрестил руки в защитном жесте, надеясь, что не обидит этим Леви. — Эм, если все… хорошо, то лучше я поднимусь наверх. Ну, в общем меня это не беспокоит, но мне все же не нравится видеть, что ты испытываешь такую боль, а я ничего не могу для тебя сделать. — Я понимаю, — сказал Леви, голос был грубее, чем обычно. Теперь он снял штаны, вышвыривая их из клетки, рядом со своей рубашкой. — Иди. Эрен кивнул, повернулся и поспешил вверх по лестнице, выйдя из подвала, он закрыл за собой дверь. Он прошел на кухню и даже не успел сесть за стол, как услышал первый крик боли. Он чувствовал себя ребенком, но не желая слушать, закрыл уши обеими руками. После всего, что узнал о Леви, Эрен знал, что тот был сильным человеком. Он был невероятно силен, так что слышать как он кричит... было невыносимо. Слышать, что он испытывает такую ​​боль, доказывает, насколько она сильна, как тяжело ее терпеть. Эрен ненавидел это. Он ненавидел себя за то, что был рядом, когда это происходило. Ненавидел, что ничего не может делать, кроме как сидеть на кухне и ждать закрыв руками уши, пока все это прекратится, и надеяться, что все закончится быстро. Эрен не знал, как долго просидел так, но хотел убедиться, что все кончено, прежде чем снова спуститься вниз, поэтому и не торопился, считая от нуля. Досчитав до четырехсот, он, наконец, отнял руки от ушей и встал, двинувшись к двери подвала. Сегодня он не был так напуган, как накануне, но по-прежнему медленно и осторожно спускался по лестнице, не сводя глаз с волка, когда тот возник в его поле зрения. Как и в прошлую ночь, волк только смотрел, как приближается человек. Сегодня зверь сидел, а не лежал, лишь наблюдая, как Эрен шагает к камере, которую Леви поставил на зарядку. Мужчина подумал, что нет ничего плохого в том, чтобы получить больше видеозаписей, поэтому Эрен отсоединил ее от провода и снова включил видеосъемку, направив камеру на волка, затем вернулся к надувному матрасу и сел. — Итак, вторая ночь с волком, — пробормотал он, чувствуя себя немного глупо. — Как и вчера, просто чилим. Ну а ты сидишь там и смотришь на меня как чудак, — он тут же побледнел, когда понял, что сказал, и указал рукой на волка. — Я не хочу сказать, что ты чудик! Ты не чудак, ты имеешь право смотреть на меня. В том смысле, это я сижу в твоем подвале, или, ты знаешь, человек у тебя в подвале… — он оборвал себя. — Ты понятия не имеешь, о чем я, почему я пытаюсь объяснить тебе? Вздохнув, Эрен покачал головой и опять направил камеру на волка. Он не планировал оставаться в таком положении и всю ночь следить за волком, так как принес с собой телефон и книгу, но, по крайней мере, на какое-то время ему хотелось увериться, что у него есть пара кадров для Леви. Он не знал, что Леви собирается сделать с отснятым материалом, но, по крайней мере, он у него будет. Волк склонил голову, уставившись на него своими неестественно желтыми глазами. Через некоторое время он зевнул и встал, подойдя поближе к решетке, но не слишком близко. Затем зверь лег, положив голову на передние лапы, и стал наблюдать за Эреном. Когда парень собирался отложить камеру и начать читать книгу, ему в голову пришла одна мысль. В последний раз, когда он был наедине с волком — вчера, — он гладил его. Эрен знал, что это глупо, но это может помочь ему, да и волк, в данный момент, находился в клетке. Эрен сможет приблизиться и погладить его, но если зверь внезапно нападет, у него будет время отодвинуться. Скорее всего не раньше, чем его укусят или поцарапают, но определенно до того, как убьют. Не то чтобы он хотел заразиться, но... ему было любопытно, как же это работает. Почему царапины? Разве людей заражает не слюна? И если Леви случайно поцарапает или укусит кого-нибудь в человеческой форме, это также их заразит, или это касается только формы волка? А что насчет частичной трансформации, они ведь недавно обсуждали ее? А как же другие телесные жидкости? У Леви была невеста, очевидно, у них был секс, а это означает, что сперма, вероятно, не была чем-то, чем можно заразить людей. — Почему ты думаешь о его сперме? Хватит думать о сперме, — громко отругал себя Эрен. И тут он понял, что запись все еще идет, поэтому повернул камеру, чтобы объясниться. — Хочу все прояснить, я просто размышлял о способах заражения людей. Я думал об укусах и царапинах, а затем о том, влияет ли это на людей, если оборотни находятся человеческом облике. А потом я стал размышлять о других телесных жидкостях, так что мой мозг стал очень извращенным. Вот так, — он развернул камеру обратно к волку, ну а смущение заставило его сменить тему. Очень быстро. —Ладно, — сказал он, вставая. — Утром меня, скорее всего, за это убьют, но я собираюсь кое-что проверить, — медленно и осторожно, Эрен приблизился к клетке еще немного. Волк даже не моргнул, лишь уставился на него. — В первый раз, когда я был наедине с волком, я гладил его. Было похоже, что все в порядке, так что я... попробую еще раз. И надеюсь, что мне не откусят руку. Она мне нужна. Моя рука очень важна для меня, — он остановился перед клеткой и присел на корточки, переводя взгляд на экран камеры, дабы убедиться, что все попадает в кадр. Он снова посмотрел на волка, который поднял голову и уставился на него. Затем указал на зверя пальцем. — Не откусывай мою руку, ладно? Без шуток. Моя рука меня полностью устраивает. Волк просто смотрел на него. Эрен протянул руку к клетке, помедлил, а затем медленно просунул пальцы сквозь прутья решетки. Когда волк никак не отреагировал, он медленно продолжил, пока вся его рука и запястье не оказались в клетке. Ему не хватило смелости прикоснуться к волчьей голове, поэтому он остановился на спине, позволяя своей руке погладить его мех. Как и в прошлый раз, он ожидал, что она будет жесткой, но она оказалась на удивление мягкой. Эрен бросил взгляд на волка, чтобы удостовериться, что ему это позволяется, но зверь лишь посмотрел на его руку, как будто убедившись, что Эрен вдруг не сойдет с ума и не станет причинять ему боль. Когда он начал водить рукой по спине волка, несколько раз огладив его шерсть, зверь, казалось, понял, что человек просто гладит его, так что снова повернулся вперед, положив голову на передние лапы. Эрен проверил камеру и увидев, что она немного смещена по центру, так что поправил ее так, чтобы она стояла ровнее. Он гладил волка по спине и бокам, а затем придвинулся немного ближе, чтобы погладить его шею. Зверь не отреагировал, Эрен хотел было попытаться погладить голову, но решил не испытывать удачу, поэтому просто продолжил гладить шею и спину. Он поглаживал его несколько минут, наслаждаясь мягкостью меха. Так что ему захотелось завести собаку, но потом решил, что она ему не нужна, так как у него есть волк. Не то чтобы Леви принадлежал ему, но все же, по крайней мере, он мог приходить к нему три раза в месяц и гладить его. Когда Эрен отодвинулся, чтобы снова забраться на надувной матрас и взять книгу, волк резко повернулся к нему, словно обиженный тем, что человек уходит. В течение нескольких секунд Эрен смотрел на него, затем вернулся к надувному матрасу и пнул его поближе к клетке. Он хотел было выключить камеру, но передумал и вместо этого установил ее на штатив, направив на клетку. Когда Эрен остался доволен ее положением, то пошел и вытащил книгу из рюкзака, прежде чем вернуться к надувному матрасу. Устроившись поудобнее, он открыл книгу и начал читать, снова осторожно протягивая руку через решетку, чтобы погладить волка. Казалось, зверь остался доволен, так как снова опустил голову вниз. Эрен не спал почти до полуночи. К тому времени он уже порядком устал, так как практически не спал прошлой ночью, поэтому отложил книгу и лег. Когда перестал его гладить, волк снова поднял глаза, но на этот раз, казалось, не возражал, потому что было понятно, что Эрен собирается спать. — Ты ведь не собираешься обгладать мое лицо, пока я сплю, верно? Волк только уставился на него, на что Эрен тихо рассмеялся. Теперь ему было гораздо спокойнее. Он ощущал безопасность и защиту. Волк не собирался причинять ему вред, и, хотя он осознавал весь риск, Эрен действительно не думал, что есть о чем беспокоиться. Так что он закрыл глаза, натянул одеяло повыше, устроился поудобнее, и через несколько минут заснул.

***

На следующее утро пробуждение Эрена было более жестоким, чем накануне. Леви выкрикивал ругательства, а затем схватив Эрена за грудки стащил с надувного матраса, чтобы продолжить орать на него. Единственным преимуществом было то, что Эрен был выше мужчины, поэтому он не висел на чужих руках, хотя был уверен, что Леви преследовал именно эту цель. Они ругались еще около пятнадцати минут, по большей части из-за того, что Леви кричал на Эрена за то, что он глуп, безрассуден и безответственен. Аккерман добавил и другую отборную ругань, но к тому моменту Эрен уже перестал слушать. Когда Леви, наконец, достаточно успокоился, чтобы одеться и подняться наверх для приготовления завтрака, Эрен подхватил камеру, а Леви, переворачивая блины, просмотрел запись. Эрену захотелось умереть слушая случайную фразу про сперму, но Леви никак это не прокомментировал и они молча позавтракали. Поскольку в тот день была смена Райнера и ему не было нужды идти на работу, Эрен тусовался с Леви, пока тот занимался своими делами, по большей части из-за того, что у него не было других планов. Все остальные друзья были на работе, за исключением Жана, который не отвечал на его звонки, а Энни все еще не отреагировала на последнее сообщение, которое Эрен отправил два дня назад. Так что он болтался рядом с Леви. Около пяти Леви высадил его у дома, так что Эрен вернулся, чтобы принять душ и поужинать со своей семьей. Хотя после утренней ссоры ему не сказали, что он может вернуться и на эту ночь, Эрен решил, что его все же ждут, поэтому около семи часов вечера попрощался с семьей. Он снова пришел к Леви домой, а когда зашел в подвал, мужчина уже сидел в клетке. Аккерман не выглядел особо обрадованным, но все же не прогнал парня. Они еще немного поболтали о всяких мелочах и Леви ответил на вопросы, которые прозвучали в снятом накануне вечером видео: о слюне и других жидкостях организма. Эрен уверен, что Леви пытался смутить и вынудить его уйти, но ничего не вышло. Он просто сидел там, пока Леви пояснял, что не знает, как действует инфекция, но подозревает, что это связано с изменениями, которые происходят в их телах во время трансформации. В противном случае все, кого бы он ни поцеловал, были бы заражены, о чем Эрен даже не подумал. Сам он предположил, просто думал, что это связано с повреждениями кожи. Слюна и кровь, но Леви утверждал, что все не так просто. Насколько мужчина знал, никто и никогда не заражался от волка в человеческом обличье, поэтому оборотни давно уже смирились с тем, что по большей части, они могут жить нормальной жизнью. Леви не был уверен насчет частичной трансформации, но Эрвин, по-видимому, уже изучал это при помощи своих источников. Вообще-то, Эрен думал, что это круто, ведь у них была какая-то своя сеть общения, в которой все волки взаимодействовали друг с другом и разгадывали загадки. Леви склонялся к тому, что это настоящая заноза в заднице, но признался, что собирается отправить Эрвину часть видеозаписей снятых за последние две ночи. Так как отношения между Эреном и Леви действительно были аномалией, было бы неплохо изучить их подробнее. Когда началась трансформация, Эрен снова поднялся наверх. Он вернулся вниз к волку и, как ранее Леви попросил, установил камеру на штативе в углу, наклонил ее соответствующим образом, а затем включил. Когда он вернулся к надувному матрасу, который опять придвинул поближе к клетке, Эрен почувствовал себя немного смелее и попытался погладить волка по голове. Зверь, казалось, не возражал, а после прошлой ночи парню показалось, что волку это действительно нравится, но он старается этого не показать. Итак, Эрен снова читал и гладил волка, а когда устал, то заснул рядом клетки. На следующий день Леви разбудил его более или менее нормально. Было очевидно, что он разозлился, но, похоже, понимал, что волк не ранил его, поэтому ему удавалось сдержать свой гнев. Эрен поморщился, когда Леви коснулся его лица и, нахмурившись, убрал руку. — Что? — спросил Леви. — У тебя обгорел нос. Как... как будто, волк просунул морду сквозь решетку. Леви мгновенно напрягся, его лицо исказилось от злости. — Вероятно, он пытался сожрать тебя! — Нет, я почти уверен, что меня бы это разбудило. — Снимай свою рубашку! По итогу Леви раздел его, чтобы убедиться, что мальчишка нигде не укушен и не поцарапан. Все было в порядке, но самому Эрену не нравилось быть полуголым, когда сам Леви был полностью обнажен, потому что он чувствовал себя некомфортно и у него не было возможности прикрыться. Когда Леви сказал, что он может снова надеть одежду, и направился за своей, Эрен натянул джинсы, но когда потянулся за рубашкой, то нахмурился, увидев на рубашке дыры. Он точно помнил, что раньше их там не было, но стоило положить рубашку на землю, Эрен понял, что это такое. — Эй, Леви? — позвал он. Мужчина подошел и посмотрел, на что же указывал Эрен. По-видимому, волк укусил его за рубашку, но кожа на спине Эрена была совершенно целой и невредимой. Леви сам подтвердил это после того, как едва не перенес еще один сердечный приступ и повторно проверил его. Именно тогда они вдвоем вспомнили о камере и Леви помчался к ней через комнату, выключив запись и начав просмотр с начала ночи. Как только он надел свою рубашку обратно, Эрен присоединился к нему, так что они оба смотрели, как камера быстро перематывает вперед. В середине ночи Леви нажал кнопку воспроизведения, потому что кое-что изменилось. Эрен и волк спали, это было видно даже на видео. Внезапно голова волка дернулась вверх, и он поднялся, низко рыча. Несколько мгновений спустя, стаскивая с себя одеяло, медленно сел и Эрен. Он начал было спускаться с надувного матраса, но тут волк издал короткий вой и просунул морду сквозь прутья решетки. Его зубы сомкнулись на ткани рубашки Эрена и потянули того назад. Сам он не сопротивлялся, что было вполне нормально, ведь Эрен обычно не сопротивлялся, он просто застывал. Волк отступил, чтобы его морда больше не касалась решетки, но продолжал сжимать в зубах рубашку. Эрен просто сидел на надувном матрасе, половина его рубашки находилась внутри клетки, ее удерживал волк. Они оба следили за тем, как шли секунды, каждый раз, когда Эрен начинал двигаться вперед, как будто собираясь встать, волк рычал и тянул его назад. Примерно через пять минут рычание стихло и волк расслабился. Спустя несколько мгновений Эрен захрапел и упал боком на надувной матрас. Волк выпустил рубашку и снова лег, в то время как Эрен хмыкнул во сне и дернул одеяло, издав новый храп. — Это... я и вправду так выгляжу? — тихо спросил Эрен. — Я имею в виду, когда хожу во сне? — Меня больше интересует то, что тебя остановил волк, — ответил Леви, слегка нахмурившись. — Мы с волком разделяем к тебе одни и те же чувства, — им было это уже понятно, учитывая желание защитить, но теперь все это казалось другим. Все стало более... очевидным. Как будто волк знал больше, чем Леви. Он почувствовал что что-то не так еще до того как Эрен сел и немедленно предпринял меры, чтобы убедиться, что человек не покинет подвал. Зверь обжегся, ранил себя, чтобы удержать Эрена на месте. — Сделай мне одолжение, — попросил Леви, наблюдая, как двое на экране снова засыпают. — Конечно. — Когда я превращаюсь, если тебе не нужно идти на работу, тебе нужно приходить сюда. Учитывая то, что волк не желает, чтобы ты ушел туда, куда ты пытаешься попасть, я чувствую, что на это есть действительно веская причина. Я не хочу, чтобы ты спал один. Вообще. — Ладно, — тихо сказал Эрен. При просмотре видео глаза Леви сузились, а его мысли, очевидно, были о том, что он хотел спросить у волка, что, черт возьми, происходит. Эрену тоже хотел бы этого. Ему очень нужны были ответы. Что, черт возьми, для него значит Эрен? И что же за хрень его преследовала?

***

После выхода из душа Эрен собирался надеть рубашку, когда раздался звонок в дверь. Его волосы все еще были растрепаны, а штаны расстегнуты, но он крикнул, что идет и поспешил вниз по лестнице, застегивая джинсы и направивляясь к двери. Когда он открыл ее, то его лицо тут же обхватила пара рук, а голову стали вертеть во все стороны. — О, это он? Это ведь он, не так ли ?! Он такой маленький и милый! Я так хочу изучить его! Эрен обнаружил, что его прижимают к груди, так что мозгу потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, какого хрена тут творится. Но даже через время, он не был полностью уверен, что понимает, что происходит. — О, действительно приятно пахнет! И он пахнет также как и Леви. Точно также, как его шампунь и мыло. Думаю, этого следовало ожидать, учитывая, насколько Леви был... —Ханджи! — Ох, отлично, я спасен, — подумал Эрен с облегчением. Но с другой стороны, второй голос принадлежал Эрвину, а ему все еще было немного неудобно находиться рядом с ним, помня о том, что мужчина пытался его сожрать. Когда Эрена наконец отпустили, он отступил на шаг, удерживая равновесие взявшись за перила и схватившись одной рукой за грудь, слегка покашливая. Он поднял взгляд и увидел человека, который был с Эрвином в тот день, когда впервые приехал Леви. Он с любопытством уставился на него сквозь очки и широко улыбаясь. Эрен был раздосадован тем, что лишь глядя им в глаза уже готов обмочиться, но все было не так плохо, как раньше. Он рассчитывал, что понадобится некоторое время для того, чтобы эффект исчез, так что каждый раз, когда он будет встречать нового оборотня, ему придется привыкать к тому, что первое время тот будет его пугать. Было действительно трудно не обращать внимание на шрамы на чужом лице, тем более, что их обладатель находился очень близко, но Эрен приложил все усилия, сумев перевести взгляд с нового волка на Эрвина и кивнуть ему в знак приветствия. — Не знал, что вы в городе, — заметил он. — Ваш пикап отремонтировали, поэтому я решил, что подгоню его к тебе, — Эрвин указал пальцем через плечо. — Да быть того не может, правда?! — Эрен ухмыльнулся и прошел мимо Ханджи, выскочил из дома и спустился по ступенькам крыльца, улыбаясь и глядя на свой пикап. Автомобиль выглядел совершенно новым, как будто событий предыдущего месяца и не было вовсе. Эрен знал, что, вероятно, время от времени он все еще будет волноваться, но надеялся, что со временем страх начнет исчезать. — Это потрясающе, спасибо, Эрвин! — он повернулся к Смиту и снова увидел Ханджи прямо перед собой. — Эм, привет? — Привет, Эрен, — ответил он зловещим голосом. — Как дела? — Э-э... хорошо? — он был чрезвычайно обеспокоен тем, как на него смотрят, но заметил, что Эрвин вздохнул и прикрыл глаза рукой, явно испытывая раздражение. — Ханджи, я же говорил тебе, это работает только с Леви. Не пугай его. — Я не пугаю его, просто провожу тщательное исследование, — Ханджи наклонился еще ближе, отчего Эрен отступил на шаг. — Скажи мне, Эрен, как часто ты ходишь в туалет? — Я... что? — переспросил парень, его мозг заклинило. — А что насчет твоей диеты? Может ты ешь что-нибудь странное? Свиные ноги? Бычья мошонка? Тараканы в шоколаде? — Что? Нет! — Эрен почувствовал, как к нему подступает приступ тошноты. — Да что с тобой не так?! — Пожалуйста, прости Ханджи, — сказал Эрвин, подходя к ним сзади и слегка оттягивая друга за рубашку. — Он просто интересуется тем, почему Леви, кажется, так спокоен рядом с тобой. — Значит, он прислал вам видео? Эрвин нахмурился. — Какие видео? Эрен подумал, что стоит все объяснить, но не снаружи, поэтому он пригласил их обоих в свой дом, сварил им кофе и кратко изложил события последних дней. Ханджи выглядел так, будто все это время у него вместо глаз сияли звезды, пока Эрен говорил, тот постоянно протягивал руку, чтобы прикоснуться к его лицу, как будто был очарован им, в то время как Эрвин, потирая рот и задавая вопросы о волке, выглядел более задумчивым. Эрен отвечал им как мог, но продолжал настаивать, что будет проще, если они просто пойдут к Леви. Эрвин, казалось, не решался так поступить, хотя и не объяснял почему. Только спустя полчаса, когда Эрвин напрягся и Эрен услышал, как подъехала машина, он понял, в чем проблема. Леви оказался в доме еще до того, как Эрен успел даже встать, мужчина ворвался в дом и сразу же встал перед Эреном, указывая на Ханджи и крича на Эрвина. — Что он здесь делает?! — Леви! — Ханджи вскочил и заключил мужчину в объятия, пытаясь поцеловать его в щеку. Леви удалось просунуть между их лицами руку, чтобы помешать тому добиться своего. — Мы так давно не виделись! Я скучал по тебе! — Эрвин, я же просил тебя не рассказывать ему! — рявкнул Леви. — Если волк запертый в кладовой с человеком не убивает того, слухи быстро разносятся, — напомнил Эрвин, вздыхая и скрещивая руки на груди. — Ты просил меня поговорить с другими лидерами стай, так что должен знать, что волки разговаривают. — Зачем ты привел его сюда?! — Чтобы было кому отвезти меня домой. Я пригнал сюда пикап Эрена, так что, очевидно, кто-то должен был отвезти меня обратно. — Я мог бы отвезти тебя! — парировал Леви. —Ханджи хотел навестить тебя, — он жестом попросил человека, который все еще пытается поцеловать Леви. — Не будь таким. Леви, наконец, удалось оттолкнуть от себя Ханджи, так что второй оборотень упал на стул. Затем он повернулся к Эрену, глубоко вздохнул и широко распахнул глаза. Прежде чем Эрен успел спросить, что не так, Леви протянул руки и обхватил ладонями его лицо, притянул его на шаг ближе и провел руками по его шее и вниз по рукам, а затем снова по направлению к шее и лицу. После, удовлетворенный тем, что он только что сделал, Леви обернулся к Ханджи и злобно указал пальцем прямо тому в лицо. — Держись от Эрена подальше, понял? Никаких экспериментов, никаких вопросов, ничего. Если ты прикоснешься к нему снова, я тебя убью. — О, ты был прав, Эрвин! Он теперь более территориален, чем обычно, — Ханджи ухмыльнулся. — Я так заинтригован! Тебе продолжают сниться те сны? Эрен нахмурился, не совсем понимая, что все это значит, но, очевидно, для Леви это имело смысл, потому что он резко развернулся к Эрвину, по-видимому, желая откусить ему лицо. Если что-то подобное произойдет, то Эрену не слишком хотелось бы быть рядом, но когда он увидел время, то понял, что опаздывает на работу. Сегодня Фрида и его отец работали в дневную смену, так что настал его черед выйти в ночную смену. Если он не выйдет из дома прямо сейчас, то опоздает. — Ну, все это весело, но мне пора на работу, — Эрен встал, ожидая, что остальные сделают то же самое. — Спасибо за пикап, Эрвин. И извини. — За что? — смущенно спросил белокурый мужчина. — Ну знаете, я же заставил вас оплатить это. — Это я разрушил его, не понимаю, почему ты извиняешься. — Верно. Когда они выходили из дома, Леви все еще бросал на Эрвина острые взгляды. Ханджи прокомментировал, что Эрен не запер входную дверь, но когда парень объяснил, что никто в городе не запирает, ему показалось, что не стоило делиться подобной информацией, потому что выражение лица другого человека заставило его беспокоиться о том, что же будет, если когда-либо Эрен будет спать с открытым окном. С другой стороны, Леви всегда был либо в его комнате, либо где-то снаружи, так что, даже если Ханджи и появится, то Леви, вероятно, убьет его. Он помахал остальным на прощание и сел в свой пикап. Автомобиль Ханджи и пикап Леви последовали за ним по улице, но когда он свернул на стоянку для магазина, две другие машины продолжили движение, направляясь к дому Леви. Эрену стало немного грустно, что он не сможет провести сегодняшний вечер с Леви, ведь он уже привык веселиться с ним во время работы, но предположил, что раз уж пережил это до прибытия Леви, то сможет справиться с одной ночью. Зайдя в магазин, он помахал рукой Фриде, стоявшей у кассы, и направился в заднюю часть магазина, чтобы отыскать своего отца. Тот был в офисе и проводил инвентаризацию. Эрен попытался выяснить, какой сегодня день, чтобы быть готовым к следующей, но его мозг не функционировал должным образом после всех разговоров, которые у него были, поэтому он пропустил все мимо ушей. — Привет, — сказал он, кинув сумку и рухнув в другой стул. — Как дела? — Хорошо. Все отлично. Как у тебя? — Супер. Наконец-то вернул свой пикап. — Замечательно! Приехал парень, который врезался в тебя? Надеюсь, он вновь извинился за то, что совершил. — Поверь мне, ему действительно очень жаль, — Эрен потер плечо, чувствуя напряжение. — Как дела у Фриды? — По правде говоря, все замечательно. Думаю, в скором времени она будет готова к смене в одиночку. Мы проработали несколько ночных смен и несколько дневных, поэтому я подумал, что завтра вечером позволю ей поработать в ночную смену одной, но я останусь с ней на случай, если вдруг понадоблюсь. Не забудь, что завтра вечером твоя мама собирается навестить свою лучшую подругу в Стохессе, так что тебе придется приготовить ужин и завтрак. — Точно, — Эрен потер лицо и вздохнул. — У Райнера завтра есть смена? — Мгм, с Леви. — Он будет в восторге, — сказал Эрен с легкой улыбкой. Гриша на это ничего не ответил, но Эрена так и подмывало снова спросить его, зачем же он нанял Райнера, если не доверяет ему оставаться в магазине одному. Решив, что не хочет начинать новый спор, он удержал язык за зубами. Честно говоря, казалось, что отец сделал это только ради него. Райнер был другом Энни, а Энни — подругой Эрена. Райнеру нужна была работа, поэтому его отец был достаточно любезен, чтобы нанять его, даже если он не доверял ему. Пожав плечами, Эрен сменил рубашку и покинул офис. Он сменил Фриду, чтобы девушка могла пойти отсчитать кассу и отложить депозит. Эрен запрыгнул на заднюю стойку и вытащил телефон, открыл новую игру, которую он недавно скачал, и начал играть. Когда отец и Фрида уходили, он буркнул что-то на прощание, а затем просидел так добрый целый час, прежде чем дверь снова открылась. Когда это произошло, он усмехнулся и спрыгнул с прилавка. — Эй, засранец, где ты был? — Я? Это ты тот неудачник, который в последнее время прицепился к Леви, — Жан подошел к стойке и вскочил на нее, почти усевшись прямо на кассу, поскольку не любил сидеть на задней стойке так, как Эрен. — Как жизнь? Энни все еще злится на тебя за то, что ты пропустил вечеринку в честь дня смерти ее мамы? Эрен ударил его кулаком, сочтя это слишком неуместным способом упоминания о годовщине смерти матери Энни. — Я не знаю, что делать. Она и вправду сильно обиделась. Я пытался написать ей, но она проигнорировала меня, поэтому я решил, что стоит просто... дать ей немного пространства. — Да, наверное, это все к лучшему. В любом случае, у сучки, наверное, месячные. Он снова ударил друга, Жан сердито посмотрел на него и потребовал, чтобы он прекратил издеваться над ним. Эрен в очередной раз ударил его кулаком для пущего эффекта. — И вообще, что у тебя с Энни? Я о том, почему она никому не нравится? — поинтересовался Эрен, запрыгивая на заднюю стойку и слегка болтая ногами. — Ты смеешься? Эта сучка такая стерва! — Жан нахмурился. — Она всегда поступает так, как будто ты только ее друг, так что если она придет и захочет побыть с тобой, то все планы должны быть отменены. Она не уважает никого, кроме тебя, Райнера и Берта, и всегда, без всякой на то причины поливает грязью Микасу. Эрен не мог отрицать тот факт, что между его сестрой и Энни всегда была сильная неприязнь. В день их знакомства он не помнил, сколько им было лет, но они были довольно малы. Микаса подошла к Энни, посмотрела на нее и сразу же заявила, что она ей не нравится. С тех пор все пошло наперекосяк, и даже сейчас, годы спустя, когда все они выросли и стали — в основном — более зрелыми, они все также ненавидели друг друга. — Что ж, допускаю, она может немного жадничать, — пробормотал Эрен. — Но я думаю, что жизнь в соседнем городе заставляет ее… беспокоиться. Что я могу забыть ее. — А какое у нее было оправдание в старшей школе, когда мы видели ее практически каждый день? —сухо поинтересовался Жан. — Ты же помнишь, что однажды, когда я попросился быть твоим партнером на биологии, она ударила меня по лицу, верно? Она была в ярости, что я первым обратился к тебе, так что попросила меня поменяться с ней. Я сказал нет, и она, блять, ударила меня. — Правда? — Эрен совсем не помнил этого. В школе Жан часто ввязывался в драки, как и Эрен, поэтому он, вероятно, не заметил бы его травмы. Тот день ничем не отличался от любого другого дня. Он понял, что Жан решил просто не упоминать об этом, потому что не хотел создавать проблемы между Эреном и Энни. — Можно вопрос? — Хм? — спросил Жан, схватив из контейнера пригоршню лакрицы у кассы и запихивая ее в рот. Эрен нахмурился, но ничего не сказал, зная, что лакрица практически ничего не стоит. — Как вы думаете, Леви такой же? Я имею в виду, что он не любит делить чужое внимание? Жевание внезапно прекратилось, он мог сказать, что Жан обдумывал что-то другое, кроме вопроса Эрена. Через несколько секунд жевание возобновилось, но медленнее, как если бы Жан думал о том, как лучше всего сформулировать свой ответ. — Ну, — медленно протянул Жан, глядя в потолок. — И да, и нет. — Что ты имеешь в виду? — Ну, он определенно территориальный, всегда рядом, но я думаю, он более... склонен к тому, чтобы делиться? К примеру, если я с тобой, и он проходит мимо, он не смотрит на меня так же как Энни, пока я не уйду. Похоже, с Леви приятно проводить время, — Жан подбросил кусочек лакрицы в воздух и поймал его ртом. — Когда он не пытается заставить меня обмочить штаны, то несколько холоден. Не сказал бы, что я от него в восторге, но также не имею ничего против него. Я бы предпочел обойтись без Энни, но она твоя подруга, так что я смирился с этим. — Может быть, это уже не совсем так, — пробормотал Эрен. Было так странно, потому что он понимал, что должен испытывать печаль, но почему-то этого... не было. Он скучал по ней, но не был так расстроен, как должен быть из-за перспективы потерять одного из своих старых друзей. Он пришел к выводу, что это все произошло из-за того, что они с Энни какое-то время были в подвешенном состоянии. По большей части это была его вина, и он знал это, но она чересчур на него разозлилась. И все из-за глупых мелочей. Да, он отказывался от прогулок с ней, но всегда по уважительной причине. Он не планировал этого специально. Кроме того, он подзабил на всех, не только на нее. Других его друзей, похоже, это устраивало. — Вспомни о дьяволе. — Энни? — желудок Эрена скрутило, он резко развернулся, но когда свет фар машины погас, то увидел, что это пикап Леви. Он не смог сдержать слабую улыбку и снова повернулся к Жану. Другой странно уставился на него. — Что? — Вы, парни, встречаетесь, верно? Почему бы тебе просто не признать это? Эрен прекрасно осознавал тот факт, что Леви мог все ясно слышать, и, что еще хуже, он услышал, как хлопнули двери двух других автомобилей, что означало, что с ним были Ханджи и Эрвин. — Мы не встречаемся, — уперся Эрен. — Но он тебе нравится, так? Он не мог вести разговор о таком рядом с тремя гребаными оборотнями, которые приближались к двери! Они, черт возьми, все слышат! — Мы можем поговорить об этом в другой раз? — попросил Эрен, изо всех сил стараясь подавить порыв придушить Жана, потому что тот считал, что данный момент — самое подходящее время, чтобы спросить его об этом. — Они пока разговаривают на улице, он нас не слышит. Давай, просто признай это. Он тебе нравится. Вы постоянно вместе. Почему вы не встречаетесь? Ну почему это происходит именно с ним? Разве он мало настрадался в жизни? Вытащив телефон и надеясь, что Леви не сможет волшебным образом расшифровать нажатия клавиш, слушая его текст, Эрен быстро набрал сообщение и повернул телефон к Жану. Его друг приподнял бровь, но все же прочитал и покачал головой. — Ты такая, блядь, девчонка, Йегер. — Отвали, лошадиная морда, — отрезал Эрен, повернул телефон к себе и удалил сообщение. Дверь открылась, вошли Леви и двое его друзей. Ханджи взволнованно воскликнул и умчался к морозильным камерам с мороженым в задней части здания. Эрвин и Леви подошли к кассе, последний кивнул Жану. — Привет, — поздоровался Жан. — Что-то случилось? — Просто покупаю продукты, — ответил Леви. — Сухой корм во втором проходе, — немедленно отозвался Эрен. Мужчина бросил на него уничижительный взгляд, на что Эрен только усмехнулся, ему нравилось подшучивать над Леви перед Жаном. Даже Эрвин слегка рассмеялся на эту шутку, прежде чем снова взял себя в руки. — Эрвин, это мой друг Жан. Жан, это Эрвин, друг Леви. — Привет, — кивнул Жан. — Добро пожаловать в наше захолустье. — Мне здесь даже нравится, — утверждал Эрвин, оглядывая магазин. — Здесь так мирно. Если бы не моя работа, которая требует от меня проживания в городе, я бы начал подумывать о переезде сюда. При этой мысли желудок Эрена сжался в узел. Двое оборотней, должно быть, заметили это, потому что Эрвин тут же привел серьезные причины того, почему он никогда не сможет перебраться сюда, как он любит свою квартиру в городе, пока не стало очевидно, что Эрен немного успокоился. И дело вовсе не в том, что ему не нравился Эрвин, он просто не знал, сможет ли выдержать пребывание рядом с ним во время следующего полнолуния. — Леви! Леви! — появился Ханджи, тут же повиснув на нем. — У них здесь есть мороженое Oreo Blaster! В Тросте такого нет! Мне здесь нравится! Могу я быть твоим соседом по комнате? — Нет. — Но мы были бы лучшими соседями! Мы могли бы не спать по ночам, говорить об Эрене, заплетать друг другу косички… Леви уперся рукой в ​​лицо Ханджи и сильно оттолкнул его. Но похоже, тот совсем не возражал, лишь захихикал и бросился обратно к морозилке, предположительно, чтобы купить мороженое, от которого он был в таком восторге. — Ладно, — проговорил Жан. — Ну что ж, уже поздно, мне пора идти. Эрен взглядом ясно дал ему понять: «Не оставляй меня здесь наедине с этими психами!» — на что Жан похлопал его по плечу, пожелал ему всего наилучшего и быстро покинул магазин. Эрен мог только смотреть, как он забирается в свой пикап и уезжает, желая поехать с ним. Все, что угодно, лишь бы избежать смущения, которое он знал, надвигалось. — Итак, — заговорил Эрвин слишком бодрым тоном. Эрену боялся взглянуть на него, но все же медленно повернулся. — Нам не стоило рассказывать вам о суперслухе. Когда мы прибыли, у вас был довольно интересный разговор. — Нет, не было никакого разговора, — отрезал Эрен, чувствуя, как горит его шея. Прежде чем Эрвин успел сказать что-нибудь еще, появился Ханджи с широко распахнутыми и возбужденными глазами и с банкой мороженого. — У тебя есть ложка? — Столовые приборы у нас находятся в девятом проходе. Ханджи отложил мороженое и бросился в том направлении через весь магазин, вернувшись затем с шестью упаковками ложек. Эрен пробил все это и даже не отсчитал сдачу, как Ханджи открыл контейнер, ткнул ложкой в мороженое и с громким стоном сунул его в рот. — Мы посмотрели видео, — сообщил Эрвин, как будто объясняя, почему они все были здесь. — Интересный материал. Волк рядом с тобой кажется совершенно спокойным. — Ага, вообще-то, он довольно милый, — сказал Эрен, закрывая кассу и откидываясь на спинку стойки. — Почти как собака. Ханджи при этом усмехнулся, а Леви выглядел не слишком счастливым. Эрен поморщился и потер затылок. — Могу я спросить, каким был волк в первое превращение? — спросил Эрвин. — Я имею в виду, в кладовке. Леви обратился, а затем просто уставился на тебя, как на видео? — Вообще-то, не совсем, — Эрен нахмурился. — Он повернулся ко мне, посмотрел на меня, а затем зарычал и двинулся вперед. Зверь не напал на меня, но явно был недоволен, увидев меня. Я сидел на полу спиной к стене, он приблизился прямо к моему лицу, но тут, он как будто на несколько секунд завис, а затем все было нормально. Он заполз на меня положив верхнюю часть тела мне на колени, расслабился и отключился. — Хм, — Эрвин задумался. — Такое чувство, будто в первый раз он понял, что в Эрене что-то не так, но еще не понял, что именно. Когда он, в конце концов, подобрался к нему поближе, волк, должно быть, понял, что искать, а теперь когда видит его, то просто помнит, кто такой Эрен. — Не могу поверить, что ты погладил Леви, — хмыкнул Ханджи, поедая мороженое. Леви довольно сильно пнул его в колено, почти заставив упасть. — От чего бы тебя ни пытались защитить волк и Леви, оно кажется довольно злобным, — Эрвин по-прежнему хмурился, выглядя задумчивым. — Мы видели, как он обжегся, стараясь удержать тебя в постели. Должно быть что-то внутри Леви жестко запрограммировано убедиться, чтобы то, что преследует тебя не достигло своей цели. — Но почему? — потребовал ответа Эрен. — Хороший вопрос, — пробормотал Эрвин, все еще с интересом глядя на него. Эрен начал волновался, что его впутают в какой-то странный эксперимент с участием волков. Ему и вправду не хотелось проводить с оборотнями еще больше времени, чем сейчас. *ЛГБТ (англ. LGBT) — аббревиатура, возникшая в английском языке для обозначения лесбиянок (Lesbian), геев (Gay), бисексуалов (Bisexual) и трансгендеров (Transgender). Термин используется с 1990-х годов и является адаптацией аббревиатуры «ЛГБ», которая в период середины-конца 1980-х годов стала заменять слово «гей-сообщество», насчёт которого существовало мнение, что слово не представляет всех, относящихся к сексуальным меньшинствам. Материал из википедии. **Асексуа́льность — определение или самоопределение людей, которые не испытывают полового влечения. Асексуальностью не является сознательное половое воздержание при наличии полового влечения. Асексуальность можно считать отсутствием сексуальной ориентации либо одним из её вариантов наряду с гетеросексуальностью, гомосексуальностью и бисексуальностью. Материал из википедии.