Good Enough to Eat

Леви не удалось вернуться домой раньше одиннадцати вечера. Оборотень был истощен как в моральном плане, так и в физическом, но он знал, что не может не взглянуть на Эрена. Ему было необходимо пойти и понаблюдать за ним, поэтому Леви планировал заехать домой и скинуть свои вещи, а после направиться к Эрену. Он не сделал этого только потому, что, когда подъехал к своему дому, то обнаружил перед домом во дворе пикап Эрена. Нахмурившись, Леви схватил свою сумку, вылез из автомобиля и захлопнул дверцу. Шагая ко входу в дом, он вдохнул и смог почуять запах Эрена и Микасы. Было легче проследить за запахом Микасы, так как она еще никогда не бывала здесь раньше и, очевидно, что она вошла в дом, но не ушла. Леви попытался открыть дверь и был несколько удивлен, обнаружив, что она заперта. Он предположил, что кто-то из них — вероятнее всего Микаса, ведь она казалась более внимательной — догадался, что ему совсем не хотелось бы, чтобы его входная дверь была нараспашку, поскольку Леви никогда не оставлял ее не запертой. Выудив из кармана ключ, он отпер дверь и зашел в дом, поставил сумку и закрыл за собой дверь. Леви проследовал за запахом Микасы в гостиную и уставился на свой диван. Устроившись под одеялом, девушка крепко спала. Мужчина развернулся и пошел за запахом Эрена, найдя более свежий след, который вел к двери в подвал. Леви открыл ее и спустился по лестнице вниз, остановившись на ступеньке и уставившись на представшую его глазам картину. Надувной матрас, что он купил для Эрена, находился внутри клетки, сам же парень развалился на нем и храпел. Клетка была заперта и, похоже, он привязал ручку носком таким образом, чтобы не суметь открыть ее, не развязав носок. Леви полагал, что Эрен надеялся на то, что в приступе лунатизма, он не сможет заставить свои пальцы двигаться надлежащим образом, чтобы снять преграду и выпустить себя наружу. Мужчина подошел к клетке поближе и склонился, рассматривая спящее лицо Эрена. Парень выглядел крайне глупо, и Леви всегда забавлялся, когда люди рассказывали о том, как мило выглядели их любимые, пока спали. Эрен не выглядел милым, он выглядел чертовски глупо. Рот был приоткрыт, по подбородку текла слюна, он храпел, а его руки и ноги были раскинуты во все стороны. Эрен был похож на идиота. Но это не делало его менее привлекательным. Неуверенно, прежде чем решить, что стоит быть осторожным, Леви медленно просунул правую руку через прутья и, стараясь не касаться их кожей, убрал часть волос с лица Эрена. Он позволил руке скользнуть вниз к шее и, прижав сбоку, ощутить под ладонью ровный ритм пульса человека. Он не знал, почему Эрен здесь, но находясь рядом с ним, касаясь его, зная, что он в безопасности... Теперь, Леви успокоился. Он почувствовал себя лучше, чем все дни до этого. Эрен был здесь, и с ним все в порядке. Это все, что имело значение. Он услышал шум сверху и шаги, указывающие на то, что Микаса проснулась. Леви быстро убрал руку, стараясь не коснуться прутьев, и встал. Когда он повернулся, она уже спускалась по лестнице вниз, с любопытством наблюдая за ним, прежде чем взглянуть на Эрена. Она скрестила руки на груди в почти оборонительном жесте, затем кивнула в сторону лестницы. Леви бросил на Эрена последний взгляд и поднялся вместе с ней наверх, закрыв дверь в подвал. Они прошли на кухню, где Микаса включила свет, и сели за стол. — Когда Жан сказал мне, что у тебя в подвале клетка, я ему не поверила. — Это для книги, — ответил Леви, стараясь звучать раздраженно, как будто объяснял это миллион раз. — Я знаю, Эрен говорил. — Почему вы оба здесь? — Леви не был рассержен. Если уж на то пошло, он был рад, и хотя он был совершенно уверен, что знает, почему они здесь, он не хотел ничего предполагать. — Идея Эрена. Он был… встревожен. Мы не знали, когда ты вернешься, а сегодня у него не было ночной смены. Эрен не хотел снова ходить во сне, поэтому сообщил, что приедет сюда и будет спать в клетке, — ее руки, лежавшие на столе, сжались в кулаки, и он видел, как Микаса опустила их себе на колени. — Он был против, чтобы я приходила сюда, но я не могла рисковать, оставив его здесь одного. Что, если он выберется и пойдет вниз по дороге? Эрен мог пострадать. Так что я пришла сюда вместе с ним. Леви медленно кивнул. — Ну и почему ты волновалась? Вчера ты его не отпустила, так с чего ты взяла, что не остановила бы его и сегодня? Микаса выглядела такой несчастной, когда ответила, и не смотрела ему в глаза. — Я не проснулась вчера, — прошептала она. — По крайней мере не самостоятельно. У меня было странное... чувство. Как будто что-то не так. Но я была уставшей и проигнорировала это. Я продолжила спать. Я проснулась только потому, что меня разбудил Эрен. — Как так? — Уходя, он захлопнул входную дверь. Леви это показалось странным. Он никогда не видел, чтобы Эрен закрывал дверь. Всякий раз, когда Эрен выходил из дома, дверь всегда оставалась открытой настежь. Он ни разу не закрыл ее. — Я думаю, что подсознание Эрена понимало, что происходит неладное, так что он сделал это наугад. Это напугало и заставило меня проснуться, и когда я поняла, что это было, то бросилась в его комнату. Там было пусто, поэтому я спустилась и погналась за ним. К счастью, он все еще был на подъездной дорожке, но... — Микаса медленно выдохнула. — Я не такая как ты. Я не могу не спать всю ночь. Я едва не упустила его, — затем она подняла взгляд на Леви. — Мы должны рассказать нашему отцу. Почему никто из вас меня не слушает? Он мог видеть, в каком она отчаянии. Как она была напугана и растерянна. Леви знал, что Микаса немедленно все рассказала бы Грише, если бы не тот факт, что Эрен заставил ее дать обещание не делать этого. Аккерман понимал, что в скором времени даже это обещание перестанет иметь всякое значение. Если так будет продолжаться и дальше, она расскажет отцу, независимо от того, что говорит Эрен. Леви понятия не имел, что ей сказать. Она не знала, кто он такой, как Эрен. Она также ничего не знала о существовании другого мира. Он не мог втянуть Микасу во все это, слишком опасно. Не только для него, но и для Эрена тоже. Людям не полагается знать о существовании оборотней, вампиров и других существ, которые скрывались в ночи. Нет, Леви не расскажет ни ей, ни кому-либо еще, кого знает Эрен. Нет, только в том случае, если у него не будет иного выбора. Если честно, он уже был близок к тому, что у него не оставалось другого выхода, но... пока еще нет. Леви не настолько отчаялся. Он, Эрвин и Эрен пока справляются со всем, нет необходимости вовлекать в это других. — Это сложно, — прошептал он. — Поверь, ваш отец не сможет помочь. Никто не сможет помочь. — Ты этого не знаешь, — огрызнулась Микаса. — Микаса, его хождение во сне — ненормально, — убеждал Леви, изо всех пытаясь найти способ объясниться. — Это… похоже на предчувствие. Как будто что-то зовет его, выманивает наружу. Лекарства и терапия не смогут помочь, — на самом деле, Леви не знал, что люди делают для предотвращения приступов лунатизма, но он предположил, что это было что-то вроде терапии и приема лекарств. Микаса не поправила его слова, так что либо он был прав, либо она тоже не знала. — Он может пострадать. — Я не допущу, чтобы это случилось — немедленно отозвался Леви. — Доверься мне. — Я тебя даже не знаю. Что ж, это правда. — Тогда доверься Эрену. Он верит в меня, поэтому поверь и ты, что я не позволю, чтобы с ним что-то случилось. — Ты присматриваешь за ним каждый день, это здорово, но что будет, когда ты уедешь в следующий раз? — Микаса скрестила руки. — Что произойдет, когда ты снова должен будешь уехать. — Клетка всегда в его распоряжении. Это так, даже когда в ней находился Леви. Ладно, пока он сам был в ней, может и нет, но волк все равно никуда его не выпустит. Что только на руку, потому что время превращения быстро приближалось, у Леви оставалось всего несколько дней до полнолуния. Микаса пристально уставилась на него, но Леви имел в этом больше опыта, поэтому просто пялился в ответ. Когда выяснилось, что она не выиграет, Микаса встала и направилась обратно в гостиную, чтобы продолжить спать. Леви тоже встал, схватив один из кухонных стульев. Он подошел ко входу в подвал и, не обращая внимания на взгляд Микасы, прижал стул к двери, чтобы Эрену не удалось ее открыть. Шум разбудит его наверху и, вероятно, также поднимет Микасу в соседней комнате. После этого Леви схватил свои вещи и направился в свою комнату. Он не стал распаковывать вещи, так как у него не было на это сил. Знание, что с Эреном все в порядке и он в безопасности, сделало его более измученным, чем когда-либо, поэтому он просто разделся и лег спать. К тому времени, когда на следующее утро он проснулся, Микаса и Эрен уже ушли, и все, что у него осталось, это записка с извинениями. Он так и не понял, за что.

***

Эрен громко вздохнул и подпер щеку ладонью, в то время пока лениво переворачивал страницу, лежавшего перед ним журнала. Это был самый свежий из найденных им выпусков, в котором были фотографии его желанного мотоцикла, но после того, как он тоскливо рассматривал его в ​​течение почти целого часа, тот начал терять свою привлекательность. Он снова вздохнул, его взгляд упал на цену, понимая, что у него было бы достаточно, если бы он перестал быть безответственным со своими тратами. — Может прекратишь так вздыхать? — сварливо поинтересовался Жан, сидя за задней стойкой и играя на своем телефоне в какую-то гоночную игру. — Ты похож на влюбленную девицу. — Я не понимаю, когда ты говоришь на лошадином языке, — не задумываясь выпалил Эрен, а Жан метнул ему что-то в затылок. Удар вышел недостаточно сильным чтобы заставить Эрена обернуться, поэтому он не обратил на это внимание. Откровенно говоря, он действительно чувствовал себя влюбленной девицей, что его и беспокоило. Он не видел Леви несколько дней, пока тот отсутствовал, а теперь, когда Аккерман вернулся, Эрен действительно не знал, как себя вести. Он был так застигнут врасплох, когда проснулся в чужом доме и обнаружил, что мужчина находится дома, но был еще больше удивлен тем, что тот не разбудил его своей мини-истерикой. Не потому, что Эрен был тормозом или типа того, это было просто… странно. Ему нравился Леви, да и до того, как Аккерман уехал, они вроде как собирались поцеловаться, а теперь он вернулся и просто... С тех пор, как тот вернулся, Эрен даже не видел его! Леви возвратился почти три дня назад, но его не было в запланированном графике смен в магазине, и если он наблюдал за Эреном, пока тот спал, оборотень не давал знать о своем присутствии. Эрену казалось, что его избегают. Он не хотел, чтобы Леви избегал его. Ему было интересно, Леви испытывал то же самое, когда Эрен прятался в офисе или кладовой, много месяцев назад. Позади него раздались оглушительные взрывы, затем он услышал, как Жан пробормотал себе что-то под нос, прежде чем спрыгнуть со стойки. — Ну, я пошел. У меня завтра полно дел, так что увидимся позже, ага? Эрен лишь хмыкнул и повалился на прилавок, оперев лоб на журнал, который все еще лежал перед ним. Край стойки вонзился в живот, но ему было так лень шевелиться. Ну или, может быть, он слишком сильно погряз в жалости к себе, чтобы двигаться. Сложно сказать. Он почувствовал, как Жан хлопнул его по спине, затем через несколько секунд дверь открылась и потом закрылась. С уходом Жана, он выпустил еще один долгий, протяжный вздох, гадая, когда Леви вернется в график. Так как мужчина так долго отсутствовал, отец Эрена снял его со смен и теперь, когда он вернулся, было несправедливо заменять кого-то, так что Леви придется ждать до следующей недели. На следующей неделе у Эрена будет с ним четыре смены, но прямо сейчас до этого было так далеко. Он не мог не ощутить легкого разочарования из-за того, что Леви не пригласил его закончить просмотр того фильма. В конце концов, он же сказал, что они досмотрят его вместе, не так ли? Возможно, что-то изменилось. Леви отсутствовал какое-то время, может быть, Эрвин и Ханджи напомнили ему о счастливой жизни, которая у него была с его невестой, так что сейчас мужчина чувствовал себя виноватым за то, что хотел кого-то другого. Не то чтобы Эрен точно знал, что Леви желал кого-то еще, не говоря уже о нем, но разве парень не мог надеяться? Когда дверь вновь открылась, он даже не поднял на нее взгляд. Было очевидно, что это вернулся Жан, Эрен не слышал, как тот уехал. — Забыл за прилавком свои мозги? — приглушенным голосом полюбопытствовал Эрен из своего согнутого положения. Он не получил ответа, а когда молчание чересчур затянулось, он понял, что это не Жан, и поднял взгляд. Эрен мгновенно выпрямился, когда обнаружил, что перед ним по другую сторону стойки стоит Леви. — Здорова, — поприветствовал оборотень. — Привет! — буквально выкрикнул Эрен. Леви лишь смотрел на него, так что Эрен вздрогнул, неловко потирая затылок. — Да, громко получилось. Эм, привет. Здорова. — Здорова, — повторил Леви. — Как дела? — Я в порядке. Ты же знаешь, ага. Все хорошо? — Эрену казалось, что было бы не так неудобно и неловко, если бы они едва не поцеловались, ну а потом Леви исчез на неделю. А еще его мозг решил, что сейчас самое подходящее время, чтобы напомнить ему о том факте, что пока он был в полусне, то сам сказал Леви о том, что они поцеловались, и это вызвало у него немедленное желание убить себя. Позади него загрохотал двигатель автомобиля, и Эрен понял, что Жан только что завел машину и уехал. Вероятнее всего, его друг сидел в своей машине и играл, потому что этот придурок был помешан на видеоиграх. Эрен понятия не имел, когда это началось, и попытался занять свой ум, размышляя. Все лучше, чем испытывать неловкость. — Как там Трост? — вместо этого спросил Эрен, стараясь завязать разговор, чтобы отвлечь свой разум. — Ужасно. Одно слово. Не слишком похоже на разговор. — Значит, с твоим издателем все улажено? — Ага. Леви был совсем не в настроении помогать Эрену в его отчаянной попытке поддержать разговор. Так что парень призадумался, есть ли у волков способность читать мысли. Может быть, оборотню просто нравилось смотреть на его терзания. А может, он почувствовал... что-то? Возможно, от Эрена странно пахло. Было трудно удержаться от того, чтобы не обернуться и не понюхать свою рубашку, но ему удалось это только потому, что он понимал, что скорее всего, не чувствует запахи так, как их чувствует Леви. У него не было подобного обоняния. Черт, Эрен даже не чуял запах своего грязного белья в шкафу и поэтому сомневался, что сможет почувствовать что-то необычное. Когда он открыл рот, чтобы вновь попытаться завязать разговор, Леви наконец дал ему знать, о чем он думал, заговорив. Эрен был застигнут врасплох. — Не хочешь поужинать? Ему потребовалось несколько секунд, чтобы переварить слова, так что Эрен молча уставился на Леви, в то время как в его голове вращались шестеренки. Когда они наконец правильно заработали, он выпалил ответ с гораздо большим энтузиазмом, чем планировал. — Да! Конечно, да! Я… да! Я не против! — ощущая себя полным идиотом, Эрен лучезарно улыбнулся Леви, но затем, по его спине поползли холодные щупальца страха. Улыбка слетела с его лица, и он заметил, что еле заметная улыбка Леви исчезла так же быстро, стоило лицу Эрена вытянуться. — Я не… я же не буду выступать в качестве еды, верно? Ну, ты же не хочешь сказать, что под ужином ты подразумеваешь то, что ты съешь меня, так? Мы собираемся пойти кое-куда поужинать, но ты же не намекаешь на то, что ужином буду я, верно? Ему было весьма тяжело заткнуться, но, в конце концов ему удалось, и только потому, что глаза Леви потемнели, а он ощутил сковавший его ужас. Ему пришлось отвернуться до того, как волк взял бы верх и Эрен обмочил штаны. — Ты, сраный кретин, — рявкнул Леви, прозвучав так, будто уже сожалел о том, что спросил. Сожалел, но не слишком сильно. — Нет, ты не будешь чертовым ужином. В любом случае ты, скорее всего, был бы слишком жирным. — Эй! — Итак, если твой крошечный мозг способен понять мое приглашение, ты хочешь поужинать? Эрен знал, что должен чувствовать себя оскорбленным, но, честно говоря, это был довольно глупый вопрос. Но опять же, когда Леви повторил свое предложение, он понял, что формулировка была несколько... странной. Сначала парень был взволнован, но теперь поняв, что подразумевалось под ужином, Эрен осознал, что это не то, о чем он подумал. Это был только ужин и все. Никакого скрытого смысла. Леви, вероятно, пытался загладить вину за испорченный вечер перед своим отъездом. Он снова выдохнул, но изо всех сил заставил себя поддерживать голос, улыбаясь. — Ох, ну ладно! Да, конечно. Если ты не собираешься меня съесть, тогда да. Я не против. Будет весело потусоваться где-нибудь в другом месте. Когда Леви продолжил молчать, Эрен бросил на него взгляд и подумал, что оборотень смотрит исключительно напряженно. У мужчины было странное выражение лица, как будто он задавался вопросом, Эрен притворяется тупым или он на самом деле такой тупой. Сам Эрен так не считал, но было бы сложно убедить Леви в обратном. — Дабы удостовериться, что мы оба понимаем, что ты не просто ебучий идиот, — Леви склонился вперед к стойке, а Эрен слегка откинулся назад. — Я приглашаю тебя на ужин. Эрен, ты не хочешь. Пойти. Поужинать? Эрен вытаращился на него и понял, что изначально неверно все истолковал. Возможно, он слишком много думает. Или, может быть, он не в себе? Может, ему стоило было правильно обдумать этот вопрос? Леви все еще смотрел на него, и Эрен осознал, что он точно был долбаным придурком. — «Ой», — затем он мысленно осознал, что Леви и вправду звал его на свидание. — «Ой!»— потом Эрен понял, что все еще не ответил. — Ой! Это типа... свидание? Леви выглядел так, словно уже пожалел об этом разговоре. — Да, типа свидание. — Ой. Ага. В том смысле, что я давно не ужинал, — неловко рассмеявшись, он вздрогнул, поняв, что ведет себя очень странно. Но раньше его никто никуда не звал! Как он должен был себя вести?! — Да, я… ​​было бы действительно здорово поужинать. Эм, когда ты хочешь встретиться, например, следующую неделю или... — Ты свободен завтра? — Я... да? — Тогда завтра. Я заеду за тобой в пять. Постарайся надеть что-нибудь подходящее. Эрен открыл рот, даже не понимая, что собирается сказать, но прежде чем он успел это сделать, Леви подался вперед и грубо провел рукой по щеке, прижав ладонь к коже. Он слегка нахмурился, как будто был чем-то недоволен, и поднял другую руку. Эрен просто стоял там, в то время как Леви лапал его лицо и шею, позволяя обеим рукам скользить по его коже, наблюдая, как глаза Леви следят за своими руками на лице Эрена. Как только он был удовлетворен тем, чем, черт возьми, он всегда занимался, мужчина убрал руки, глубоко вздохнул, кивнул самому себе и затем развернулся к двери. Перед тем как уйти, Леви обернулся, чтобы одарить Эрена легкой улыбкой. Парень подумал, что, возможно, он собирается сказать что-нибудь милое, вроде того, как он взволнован мыслями об ужине, или, что действительно счастлив, что Эрен сказал «да». Ему следовало быть умнее . — К сведению, не пойми меня неправильно. Съесть тебя кажется заманчивой идеей, ты выглядишь очень аппетитно, но ты мне нравишься больше, когда дышишь. На данный момент. — На данный момент? — повторил Эрен, чувствуя, как кровь схлынула с его лица. — В каком смысле? — но дверь за Леви уже закрылась, так что Эрен кинулся к задней стойке, настойчиво стуча в окно. — Леви, я знаю, что ты меня слышишь! Что ты имеешь в виду "на данный момент"?! Леви! Я беру свои слова обратно! Никакого свидания! Не заезжай за мной в пять! Леви!

***

— Ты уверена, что так нормально? — в сотый раз переспросил Эрен, но, может быть, и в тысячный, если выражение лица Микасы могло хоть в какой-то степени указывать на это. — Да. Ты отлично выглядишь. — Мне плевать, как я выгляжу, он просто сказал надеть что-нибудь подходящее! Что это вообще значит?! Что-то наподобие делового костюма? Означает ли это наличие дресс-кода? Неформальный стиль? Что не так с толстовкой и джинсами? К чему такая таинственность?! — Ты явно никогда раньше не был на свидании, — прозвучал чрезвычайно полезный комментарий от Микасы, в то время как она лениво перелистывала страницы в книге. Час назад Эрен обнаружил, что это был первый роман Леви. Микаса заинтересовалась его прочтением. — Обычно я сам приглашаю! По этой причине я точно знаю, куда мы идем, поэтому могу подобающе одеться! — возразил Эрен, взмахивая руками и принимаясь расхаживать. Он не знал, почему так нервничает. Вообще-то, это было ложью. Он прекрасно знал, почему так нервничает. Он был взволнован, потому что ему было не все равно. Эрен очень беспокоился. Ему хотелось, чтобы это свидание прошло удачно! Но он боялся, что может как-нибудь все испортить. Что, если он скажет какую-нибудь глупость? Хотя, Леви уже привык к этому, так что, вероятно, ничего страшного. Но что, если он выставит себя круглым дураком?! Впрочем, Леви и к этому привык. Теперь Эрен ходил взад-вперед и пытался припомнить то, к чему Леви не привык, но что могло испортить свидание. Он уже привык, что Эрен бывает глупым, болтливым и постоянно садится в лужу. Подумав об этом, Эрен действительно не мог облажаться еще сильнее. Разве что кого-нибудь убив. Ну или оскорбив босса мафии. А там куда они пойдут, будут мафиозные боссы? Черт, а что, если Леви приведет его в какое-нибудь странное казино, они будут играть в азартные игры, затем он разозлит мафию и их свидание закончится тем, что они должны будут спасать свои задницы?! Или еще хуже! Хуже! Что, если они собираются на мероприятие, посвященное одной из книг Леви, а Эрен опозорит его? Что, если там будут присутствовать издатели?! Что, если Эрен скажет что-то не то или сделает неудачное замечание, которое разрушит писательскую карьеру Леви?! — Иногда мне очень хочется уметь читать мысли, чтобы узнать, что творится у тебя в мозгах, — прокомментировала Микаса. — Микаса, я облажаюсь! — Он тебе нравится? Эрен прекратил кружить и повернулся к ней. — Что? — Он тебе нравится? — Если бы он мне не нравился, как ты думаешь, стал бы я так паниковать?! — Тогда просто не облажайся, — услужливо подсказала сестра. Эрен лишь раздраженно посмотрел на нее и снова начал шагать. Десять минут спустя он услышал, как открылась входная дверь, и поблагодарил небеса, прежде чем выскочить из комнаты и, даже не дав матери поставить свои сумки, раскрыл руки и потребовал ее мнения. Он не знал, как ему «подобающе» одеться, поэтому постарался выглядеть нейтрально. На нем была светло-серая рубашка с длинными рукавами на пуговицах, черные слаксы и начищенные туфли. Эрен отполировал их только потому, что потратил целый час натирая их, когда достал их из глубин своего шкафа. Он также подобрал полосатый галстук, но не слишком сумасшедшей расцветки и сунул его в карман на тот случай, если он понадобится. Эрен надеялся, что не пригодится, потому что с ним было неудобно, так как он душил его, но по крайней мере, галстук у него с собой. — Ты прекрасно выглядишь, милый, — успокоила его мать, проходя мимо, она погладила его по щеке, а затем поцеловала в другую. — Я знала, что это лишь вопрос времени. Ты достаточно давно ночуешь в его доме, ты заслуживаешь того, чтобы тебя пригласили на ужин и все стало официально. Эрен слишком сильно нервничал, чтобы жаловаться на то, что она дразнит его. Он просто взбежал наверх и опять ворвался в комнату Микасы. Она даже не дрогнула, успев привыкнуть к эксцентричности брата. Он снова начал мерить комнату шагами, а Микаса продолжила молча читать. О боже, он вспотел. Это заметно на рубашке?! Возможно, на подмышках есть пятна! Эрен помчался в ванную проверить, но на данный момент все было в порядке. Он совсем не оценил легкую улыбку на лице Микасы, когда вернулся в ее комнату. Странное чувство — нервничать из-за свидания. Раньше он никогда не нервничал по такому поводу, а теперь не мог не задуматься, не потому ли, что ему было просто наплевать. Может быть, раньше Эрен не был взволнован и приглашал девушек на свидание только по той причине, что не хотел умереть старым и одиноким. Чувство, с которым он быстро примирился, когда стало казаться, что ему никто не подходит. С Леви все было по-другому. Да, иногда он пугал своим волчьим чутьем и, конечно, была еще вся эта история с волками, но все же. Это было просто… иначе. Это не была любовь с первого взгляда, если только любовь с первого взгляда не заставляет чувствовать, что ты собираешься наделать в штаны, но после того, как они с Леви провели время вместе и поговорили о его прошлом и семье, ну или о ее отсутствии, все... Все стало иначе. Кажется, что это и есть отношения. Собственно говоря, все обоснованно, ведь два человека общаются, будучи взаимно честными и признавая недостатки друг друга, но при этом принимают их. Размышления об их странных отношениях немного успокоили Эрена. Он начал гадать, вдруг Леви тоже нервничает. Возможно, но по сравнению с Эреном, Леви скрывал свои чувства куда лучше. Даже накануне вечером, в магазине, когда мужчина пригласил Эрена на свидание, Аккерман выглядел совершенно нормальным и спокойным, но чем больше Эрен думал, тем яснее вспоминал как Леви сжимал челюсти, то, как он почти улыбнулся, но затем улыбка слетела с его лица. Беспокойство, когда казалось, что Эрен отвергнет его. Раздражение от того, что его неправильно поняли. Леви нервничал, но это было… потрясающе. От этого Эрену стало немного получше. К тому моменту, когда полчаса спустя раздался звонок в дверь, Эрен был абсолютно спокоен и собран. Ровно до тех пор, пока он не открыл дверь и не увидел Леви, снова превратившись в комок нервов. Его единственным утешением было то, что на этот раз он действительно мог сказать, что Леви... не нервничал, но, возможно, был встревожен. Как будто он был вне зоны своего комфорта. — Здарова. — Привет, — на сей раз Эрен ухитрился сохранить приличную громкость своего приветствия. — Ты как раз вовремя. Мне стоило догадаться, учитывая твою любовь к пунктуальности. Леви окинул его странным взглядом, но напряжение между ними, казалось, спало на долю процента. — Пойдем, или мы опоздаем. — Мне понадобится куртка или…? Леви снова повернулся к нему, и Эрен заметил, как он быстро оглядел его, прежде чем хмыкнуть, что все в порядке, и продолжить идти к своему автомобилю. Стараясь не выдать своего разочарования от такой тусклой реакции, Эрен попрощался со своей семьей — его мать высунула голову из кухни, чтобы показать ему поднятый кверху большой палец, что он проигнорировал, — и затем закрыл входную дверь. Он быстро направился к пикапу Леви и забрался на пассажирское сиденье, в то время как мужчина завел двигатель и развернулся. Далее они молча ехали по улице. Вновь стало неловко. Эрен хотел, чтобы это чувство исчезло, хотел знать, как это исправить, но понятия не имел как. Так что было... неловко. Эрен думал спросить, куда они едут, что значило заговорить, но он боялся. Он желал, чтобы все было так, как и всегда, но не мог выдавить из себя ни слова, поэтому просто пялился на мелькающий в окне пейзаж, пока они не выехали из города. — Здесь я нашел тебя. Эрен обернулся к Леви. — Хм? — Когда ты впервые ходил во сне. Здесь я и нашел тебя. Эрен практически ничего не помнил о той ночи. Он знал, что это произошло, и припоминал, что был сбит с толку и ранен, но не более. Все, что он запомнил, было ощущениями, но предполагал, что это скорее связано с тем, что в последнее время с ним часто происходило подобное. Эрен постоянно чувствовал странное притяжение, как будто он должен был быть где-то еще. Как будто кто-то нуждался в нем. Чувство, которое всегда казалось приглушенным, когда он был дома, на работе или с Леви. Парень подозревал, что это было потому, что Леви всегда был у него дома или на работе, так что, на самом деле, притяжение затихало только рядом с Леви. Какая-то часть него все еще сомневалась, что он делает правильный выбор, держась подальше и прислушиваясь к словам Леви, а не к своим инстинктам, но, опять же, его собственные инстинкты не говорили ему, что Леви был неправ. Всякий раз, когда его голова прояснялась, Эрен осознал, что звавшее его существо, пыталось навредить ему, но все это было настолько нереально, что он с трудом мог в это поверить. Оборотни и скрытые во тьме злобные существа, вампиры и магия. Все это казалось таким нелепым, даже если он знал, что это не так. Его пикап тоже был доказательством того, что это реально. — Что, если это никогда не прекратится? — тихо спросил Эрен, когда понял, что погрузился в свои мысли. — Что, если то, что преследует меня, будет продолжать это, пока не доберется до меня? — Я не дам этому случиться, — жестким голосом ответил Леви. — Ты не сможешь быть со мной все время, Леви. У тебя есть своя жизнь, две работы и твоя… ежемесячная проблема, — Эрен не мог не улыбнуться, когда сказал последнюю часть, но Леви, похоже, был не в настроении для подобных шуток, потому что даже не взглянул на него. — Мы разберемся с этим, Эрен. Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, и волк тоже. Я схожу с ума от тревоги, когда тебя нет рядом со мной, даже думать не хочу о том, что случится, если ты когда-нибудь окажешься там, куда тебя пытается привести голос. Эрен рассеянно поцарапал дыру в подлокотнике, каждый раз цепляясь ногтем за край. — Я могу кое-что спросить у тебя? — Если я скажу «нет», ты прислушаешься? — Вероятно, нет, — пробормотал Эрен, не сводя глаз с движущегося пальца. Леви на мгновение замолчал, как будто понимая, что Эрен серьезен. — Так в чем дело? — Ты рядом со мной только из-за всей этой, знаешь ли, волчьей фигни? По-видимому, волк хорошо контролирует себя, когда дело касается меня. Поэтому ты… всегда рядом и пригласил меня на ужин только из-за того, что волк хочет уберечь меня? Последовавшее за этим молчание было крайне обескураживающим, так что Эрен не мог не разочароваться. Он с таким нетерпением ожидал этого вечера, потому что считал, что это свидание. Теперь это просто звучало так, будто волк хотел держать Эрена поближе, а свидание являлось удобным предлогом. — Я когда-нибудь тебе рассказывал, почему я переехал сюда? В Шиганшину? Когда Эрен повернулся к Леви, то увидел, как его челюсти сжались, руки сжались, а глаза сузились. — Нет. Он ждал, но Леви молчал. Несколько секунд прошли в тишине, и Эрен подумал, что, возможно, Леви изменил решение насчет разговора. Он не собирался оставаться в таком подвешенном состоянии. — Причина? — подсказал Эрен. Глядя на дорогу, Леви нахмурился, затем раздраженно хмыкнул и взглянул в зеркало заднего вида. Включив поворотник, он проверил обочину, а затем съехал с дороги, мимо них проезжали другие машины, поскольку сейчас они ехали по оживленной дороге из города. — К чему эта остановка? — осторожно спросил обеспокоенный Эрен. — На случай, если ты решишь выйти из машины. Что ж, это прозвучало совсем не зловеще. — И с чего бы мне это делать? — полюбопытствовал Эрен, по-прежнему медленно и осторожно подбирая слова. Вместо того, чтобы ответить на его вопрос это звучало так, будто Леви только собирался начать. — Мне не нравится, что ты думаешь, будто я делаю это только из-за какого-то странного защитного инстинкта, который я испытываю к тебе. Конечно, это было тем, что в начале заинтересовало меня, но это чувство не является доминирующим. Если я действительно хочу, то могу игнорировать его и, честно говоря, в самом начале я так и сделал. Ты был раздражающим маленьким говнюком, и ты думал, что я серийный убийца, поэтому, когда все началось, я решил, что буду присматривать за тобой, если это будет удобно для меня, но это не значит, что я не могу решить бросить это. Леви поморщился, а Эрен ждал, что он продолжит. Было похоже, что мужчина изо всех сил пытается найти правильный способ выразить то, что он хотел сказать. — Я знаю, как это будет звучать, когда я расскажу тебе всю историю, но это не то, на что похоже. Вчера я пригласил тебя на свидание потому, что ты привлекательный и забавный, и мне нравится проводить с тобой время. Ты полный идиот, но на данный момент твоя глупость просто очаровательна. Эрен поджал губы, но ничего не ответил. Он волновался, что Леви передумает и снова выедет на дорогу. — Так что, хотя ты можешь усомниться, когда я расскажу тебе, зачем я сюда приехал, мне только хотелось иметь возможность сказать тебе сначала это. Чтобы объяснить, что мои чувства, не связаны с защитой волка, — Леви повернулся к нему, словно ожидая какого-то подтверждения, что его поняли, поэтому Эрен просто кивнул. Леви вновь уставился на лобовое стекло, испустил долгий — почти раздраженный — выдох и откинулся на спинку сиденья. Он скрестил руки, смягчил выражение лица и вновь заговорил. — После смерти Элда, я был в каком-то замешательстве. Я знал, что мне нужно покинуть квартиру, а часть меня даже хотела покинуть Трост. Не думал, что и вправду так сделаю, ведь я прожил там всю свою жизнь, но это было подобно зуду. Шепот в глубине моего сознания. Поначалу я не придавал этому значения, приписывая это смерти Элда, но через неделю после его смерти все изменилось. — Была середина ночи, у меня, как и всегда, были проблемы со сном, как вдруг я внезапно оказался в самом разгаре спора с безликим человеком. Я сразу понял, что мне снится сон, потому что я не знаю ни одно живое существо, которое не имеет лица. Я даже не помню, о чем был спор, мы просто ругались, но это казалось таким естественным. Как будто мы делали это постоянно. — После нескольких минут спора мы стали целоваться, а потом трахаться. Это трудно объяснить, ведь я не мог видеть лицо этого человека, но каким-то образом мой мозг уже знал, как он выглядят. Я не мог получить цельный образ, но целовать и трахать этого человека, не было чем-то странным. — Когда я очнулся от этого сна, мне показалось, что что-то… не так. Я чувствовал притяжение, как будто мне надо быть где-то в другом месте, и чем дольше я игнорировал это, тем сильнее оно становилось. Оно говорило мне, что я должен идти, что должен находиться где-то еще. — Знаю, что это звучит очень похоже на твои приступы снохождения, но это притяжение было другим. У меня был выбор, он дал о себе знать и просто подталкивал меня слушать и действовать исходя из того, что я чувствовал. Ну а ты даже не в сознании, когда это происходит. — Мне не понадобилось много времени, чтобы решиться прислушаться к своим инстинктам. Кто-то нуждался во мне, в этом не было опасности, а сны становились более… яркими. Поэтому я собрал вещи и отправился в путь. Просто сел в машину и поехал. У меня не было определенного пункта назначения, я просто ехал, ну а когда мне становилось хуже, я разворачивался. Когда было более терпимо, я знал, что на верном пути. Как только я добрался до Шиганшины, ощущение было самым лучшим. Чтобы проверить это, я выехал за город, и мне стало не по себе. — Через несколько попыток, стало предельно ясно, что все, что мне нужно найти, находится в этом городе. Итак, я снял в отеле Стохесса номер, посмотрел, что доступно в Шиганшине, и позвонил ближайшему риэлтору. На следующий день я увидел дом и купил его. — В тот первый день, после встречи с тобой, я вообще об этом не думал, пока не лег спать. Мне снова приснился сон, но на тот момент я уже привык. То, что меня поразило, было тем, что у безликого человека внезапно появилось лицо, и оно было твоим. Я едва обратил на тебя внимание, когда увидел, но мой мозг помнил каждую деталь твоего лица, волос, глаз. Все. — Когда я проснулся, то здорово перепугался, потому что не понимал, что все это значит. Я старался как можно дольше игнорировать это, и по большей части это сработало. Устроившись, я отправился искать работу на полставки и, проходя мимо магазина, я снова ощутил притяжение. Я подумал, что смогу получить ответы на некоторые вопросы, поэтому зашел в магазин и встретил твоего отца. Потребность защищать распространяется него так же, как и на тебя, было похоже, что волк удовлетворен. Грише ничего не угрожало, поэтому зверь был доволен просто находиться рядом с ним и знать, что он счастлив и здоров. — Потом появился ты, и это чувство практически полностью исчезло. Тогда я понял, что был здесь из-за тебя. До сих пор нихуя не понимаю почему, но я приехал. Так что я начал слоняться поблизости и подслушивать твои разговоры. Я чувствовал, что мне необходимо защитить тебя, что я и делал, но мне это не нравилось. — Когда в ту ночь я обнаружил, что ты гуляешь по улице во сне, я запаниковал и отвез тебя домой. После того, как ты оказался в безопасности, я понял, что паника, которую я испытал, отличается от моей потребности защищать. Стремление защищать — это скорее тревожное и неприятное чувство. Когда нарастает тревожность, это значит, что с тобой что-то не так, и начинается паника, но паника — это скорее результат осознания того, что у тебя проблемы. — После этого мы сблизились и стали друзьями. Я начал по-настоящему заботиться о твоем благополучии, и тогда я осознал, что уже какое-то время просто использовал защиту как оправдание, только бы не признать этого. — Когда нас заперли в кладовке… Я думал, ты умрешь. Я был так напуган мыслью о том, что причиню тебе боль, человеку, которого мой мозг жестко запрограммировал защищать, что я даже не знал, что с собой делать. Поэтому, когда я проснулся и обнаружил, что с тобой все в порядке, я понял, что что-то изменилось, даже сейчас я не могу вспомнить, испытывал ли какое-либо чувство беспокойства тогда, когда мы были заперты. Все, что я помню — паника, так что я не могу не задаться вопросом, а может быть, я вообще не был встревожен. Возможно, мой разум знал, что все будет в порядке, но я был слишком сосредоточен на прошлых действиях волка, чтобы успокоиться и признать это. — Когда я очнулся, ты был в порядке, и все, что произошло после этого, изменило наши отношения. Беспокойство никогда не утихает, и я знаю, что нечто преследует тебя, но влечение и притяжение, которые я к тебе испытываю, не имеют к этому никакого отношения. Дело не в чувствах, снах или чем-то еще, а в том, что я вполне обоснованно считаю тебя чертовски красивым и потрясающим. — Именно так я оказался здесь. Потому что волк должен был найти тебя, и, как следствие, я в конечном итоге захотел встречаться с тем человеком, объясниться с которым было бы сложнее всего. Эрен был абсолютно точно уверен, что никогда не слышал, чтобы Леви произносил столько слов в один присест. Он также точно знал, что ранее никогда не выслушивал того, что говорил ему Леви, не прерывая его. По правде говоря, он на самом деле не знал, что об этом думать. Узнать, что Леви снились сны о сексе с ним еще до того, как тот узнал его имя или как он выглядел… было странно. И тревожно. Но точно так же он даже не мог себе представить, что чувствовал Леви. Наорать на группу людей в машине, чтобы они убрались с его собственности, а потом видеть сон о том, как ты трахаешь одного из них? Это было жутко. А Эрен даже не мог начать общаться. У него вообще все началось вовсе не с чувств. Он посчитал Леви привлекательным, потому что, честно говоря, только слепой не смог бы увидеть этого, но Эрен боялся его, так что в начале ему совсем не нравился этот мужчина. Влечение с его стороны было постепенным и вполне нормальным. Как объяснил Леви, с его стороны это тоже было постепенно, но все же предполагало определенный уровень влияния. Эрен предположил, что его два самых больших страха заключались в том, что во-первых, на самом деле это было не тем, чего хотелось Леви, и он просто не знал ничего лучшего, и, во-вторых, Леви собирался встать и уйти, как только опасность в жизни Эрена исчезнет. И то и другое было большим риском, и тогда это его расстроило. Он не желал знать, что кто-то был с ним только из-за ложного чувства влечения, когда на самом деле это было лишь странным чувством долга. Когда машина снова тронулась, Эрен подумал, что Леви собирается развернуться и вернуться домой, но он этого не сделал. Он продолжал ехать туда, куда они направлялись, не говоря ни слова и не сводя с дороги глаз. — Полагаю, ты не против того, что я думаю? — спросил Эрен. «Что бы я ни думал», — подумал он про себя. — Понятия не имею, что творится в твоем мозгу хомячка. Как бы то ни было, ты не велел мне развернуть машину, так что я надеюсь, что ты достаточно доверяешь мне, чтобы верить моим словам. Я имею в виду, ты уже доверяешь мне свою жизнь, так почему бы не поверить в правду? Эрен на самом деле не подумал об этом. Это правда, он так сильно доверял Леви, разве он мог позволить себе сомневаться? Если Леви сказал, что волк не влиял на него, то он поверит ему. Кроме того, после того, как Леви только что сбросил эту бомбу, у Эрена не было возможности испортить это свидание. Он был почти уверен, что любая глупость, сорвавшаяся с его губ, будет милой.

***

Эрен проснулся от телефонного звонка, он слегка мотнул головой, в то время как его шея горела в агонии. Моргая затуманенными зелеными глазами, пока телефон продолжал требовать внимания, парень потер шею сзади, пытаясь понять, почему ему так больно. Эрен услышал стон, проклятие, а затем движение рядом с собой. Когда он повернул голову, то обнаружил Леви, неторопливо идущего к холлу, где звонит телефон. Эрен даже не заметил, что мужчина заменил устройство. И стол. Впрочем, честно говоря, он не особо оглядывался, когда заглядывал в последний раз, он просто пошел в подвал и уснул. — Что? — устало и раздраженно ответил на звонок Леви. Эрен скривился и еще немного потер шею, пытаясь избавиться от болезненного ощущения. Его взгляд сместился на экран телевизора, где было открыто главное меню «Последняя фантазия VII: Дети пришествия». Должно быть, он заснул. Приятно осознавать, что, когда он вырубился, Леви не вернул его домой. Конечно, кровать была бы предпочтительнее, но он решил, что Леви не хотел напугать его, уложив в кровать, а затем заснув рядом с ним. Лично Эрен не возражал против такого, но предположил, что Леви, скорее всего, подумал именно так. Он не мог удержаться от улыбки на лице, когда вспомнил их свидание накануне вечером, и рухнул боком на диван, чтобы как следует улечься, таким образом давая своей бедной шее передохнуть от неудобного положения, в котором она пребывала всю ночь. Хотя все началось немного, ну, не лучшим образом, остаток вечера был неплохим. Ужин прошел в супер популярном ресторане. Затем, в качестве ответного жеста со стороны Эрена, они пошли за мороженым из Макдональдса. Прямо сейчас, Йегер не имел достаточно средств, так что Леви перечислил названия всех мест, которые Эрен мог себе позволить и где был вкусный десерт. Победу одержал Макдональдс. А после, по дороге домой они обсудили фильмы и вспомнили, что еще не закончили просмотр того аниме. Поэтому они вернулись к Леви, чтобы досмотреть, а Эрен, должно быть, заснул. В целом, отличное свидание. Никакой странной неловкости, которую он ожидал — за исключением начала, но, справедливости ради, в этом была вина Леви. Они все еще не целовались, но Эрен не возражал. Ему было некуда спешить. — Твои родители в курсе, что ты взрослый, так ведь? — поинтересовался Леви, его голос приблизился. Эрен приоткрыл один глаз и увидел, как над ним навис Аккерман. — Подвинься. — Заставь меня, — поддразнил он с усмешкой. В глазах Леви что-то промелькнуло, и Эрен задумался, что если оборотня слегка взволновал данный вызов. Это даже не было серьезным поддразниванием, но он полагал, что, учитывая их отношения, любой вызов будет приветствоваться. — Ты уверен, что хочешь сказать это кому-то со сверхсилой? — Убедительный довод, — издав стон, Эрен сел так, чтобы Леви мог опять усесться, но затем он немедленно улегся обратно, устроив голову на коленях Леви, закрыл глаза и был более чем готовый продолжить спать. Чужая рука зарылась в его волосы, и он издал тихий удовлетворенный стон, пальцы Леви лениво царапали кожу его головы, плавно проводя сквозь пряди. — Какие планы на вечер? — Сон и только сон, — ответил Эрен, чувствуя, что постепенно засыпает опять. Леви ненадолго умолк, продолжая водить рукой по чужим волосам. Эрен осознал, что он о чем-то говорил, и все еще пытался понять, о чем именно, когда мужчина заговорил. — Сегодня первая ночь полнолуния, — тихо пробормотал он. — Ты идешь? — Если ты позволишь, — Эрен открыл глаза и посмотрел на Леви. Он чувствовал, что должен был заметить это раньше. Оборотень выглядел бледным и взволнованным, как и всякий раз, когда превращался. — Я и вправду не имею ничего против волков. Эрвин... я не совсем его фанат. Ты? Рядом с тобой все супер. Это вроде как... успокаивает. Леви издал тихий смешок, который мог быть и насмешкой, но Эрен не был уверен. — Я начинаю думать, что волк тебе нравится больше, нежели я сам. — Он довольно милый, — поддел Эрен. — Я поговорю с родителями. — Опять же: твои родители знают, что ты взрослый, верно? — Это не значит, что они не волнуются, — Эрен хмыкнул и уселся, потирая затылок и морщась, перед тем как повернуться, так, чтобы сидеть, скрестив ноги и спиной к подлокотнику, лицом к Леви. — Мне просто стоит предупредить их, чтобы меня не ждали дома, когда я встречаюсь с тобой, — он нахмурился. — Они, наверное, думают, что мы занимаемся сексом. — Все думают, что мы занимаемся сексом, — сообщил ему Леви. — Что?! — Я часто подслушиваю людей, — мужчина пожал плечами, будто для него это не имело большого значения. — Когда я прохожу мимо, все говорят что-то вроде: «Это мудак, с которым трахается мальчишка Йегер». — Никто так не говорит! — в ужасе возразил Эрен, чувствуя, как начинают гореть его уши. — Конечно, в других словах, скорее что-то вроде: «это тот джентльмен, с которым прелюбодействовал юный Йегер», ну или прочие дерьмовые слова, которые используются в этом городе. Эрен, честно говоря, не мог понять, шутит он или нет, и от этого легче не становилось. Не говоря уже о том, что он только что понял, что не рассказал Жану о своем свидании с Леви. Микаса, вероятно, уже доложила об этом, а Жан, скорее всего, отправил ему миллион смс-сообщений. Он чувствовал, что лучше всего столкнуться с бурей лицом к лицу, было проще успокоить Жана из-за предполагаемого предательства доверия, когда он не имел возможности повесить трубку. — Ты не против, если я приду сегодня вечером? — спросил Эрен. Понимая, что стоит уточнить, он добавил: — Я имею в виду, что после того, как ты превратишься. Я знаю, что для тебя этот вариант не совсем идеален, но слушать, как ты проходишь через это... тяжело. — Я понимаю, — по выражению лица и голосу Леви, Эрен не мог сказать, понял он его или нет, но не стал спорить, поэтому лишь кивнул. — Я должен идти. — Не хочешь для начала позавтракать? Он хотел сказать «нет», ведь у него есть разъяренная лошадь, которую следует приручить, но мысль покинуть дом прямо сейчас казалась... трудной. Ему хотел быть здесь с Леви. Еще чуть-чуть. Совсем немного. — Конечно. — Хорошо, теперь твоя очередь готовить. — Чего-чего?!

***

[Пользователь] Что там с Мальчишкой, на каком мы этапе? [Пользователь] Я теряю терпение. Что происходит? [Ворон] я делаю все возможное [Ворон] похоже, что он вообще НИКОГДА не бывает один [Ворон] Проклятый волчий ублюдок прилип к нему как вторая гребаная кожа [Пользователь] Неужели я должен ВСЕ делать сам? [Пользователь] Если волк — проблема [Пользователь] Просто избавься от него. [Ворон] все не так просто [Ворон] если он потеряет рассудок, ничего не получится [Ворон] ты знаешь что [Пользователь] Этот чертов волк все портит [Пользователь] Мне стоило забрать его, когда у меня был шанс [Пользователь] Я хочу мальчика СЕЙЧАС. [Пользователь] И, к счастью для нас, мы знаем, что раз в месяц волк не может защитить его. [Ворон] сегодня ночью полнолуние [Ворон] хочешь, чтобы я приехал? [Пользователь] Я сделаю это сам. [Пользователь] Посмотрим, как он будет сопротивляется сегодня вечером, пока его маленький друг бесполезен.

***

Эрен бесшумно закрыл за собой входную дверь в дом Леви, снял с плеча сумку и скинул ботинки у входа. Последние несколько раз он ночевал в джинсах и рубашке, и, честно говоря, ему было неудобно. И он хотел как следует выспаться, так что решил прихватить с собой пижаму. Естественно, из-за этого его мать была излишне воодушевлена. Он был практически уверен, что она уже подготавливает "приглашения на свадьбу". Эрен предположил, что она всего лишь почувствовала облегчение, что ее сын не умрет в одиночестве, не то чтобы он и Леви уже действительно были вместе. Отчасти. Типа того? Возможно, что они двигались в этом направлении, но все еще рано думать о таком. Прошаркав из кухни в ванную, Эрен бросил сумку на пол и склонился к ней. Вытащив зубную щетку и пасту, он почистил зубы и сходил в туалет, следом переоделся в спортивные штаны и свободную рубашку. Обычно он не надевал рубашку, но рядом с волком было безопаснее быть в рубашке. Упаковав все обратно, он вытащил книгу и закрыл сумку, оставив ее на полу в ванной, так как она не пригодится до утра. Шагая к подвалу, он дважды проверил, заперта ли входная дверь, а затем открыл дверь в подвал и спустился по лестнице вниз. Волк сидел около дверцы клетки, следя за тем, как он спускается, а затем направляется к металлическим воротам. — Эй, приятель, — поприветствовал Эрен, протягивая руку и гладя волка по голове. Тот взмахнул хвостом, на что парень улыбнулся и завалился на надувной матрас возле клетки. Он услышал, как что-то звякнуло, оглянулся и нашел записку, а также, по какой-то необъяснимой причине, пару наручников. Один браслет уже был застегнут вокруг одной из решеток клетки, Эрен взял записку, развернул ее и прочитал написанное аккуратным почерком Леви. Эрен, Я понимаю, что волк не причинит тебе никакого вреда, но на случай, если ты снова будешь ходить во сне, я беспокоюсь о том, что он случайно укусит тебя, в попытке помешать уйти или, что еще хуже, сбежит из клетки. Я купил наручники, когда был в Тросте. Перед сном, пожалуйста пристегни себя наручниками к клетке. Леви. — А ты извращенный ублюдок, не так ли? — подколол Эрен, глядя на волка. Теперь зверь лежал рядом с тем местом, где расположился Эреном, но не настолько близко, чтобы касаться решетки. В силу понятных причин. Волк был очень похож на собаку, а Эрен любил собак. Устроившись на надувном матрасе, Эрен открыл книгу и начал читать, запустив руку в клетку и поглаживая волка. Тот казался довольным, его голова лежала на передних лапах, пока Эрен чесал ее. Он был где-то в середине главы, когда его охватило неприятное чувство. Это было похоже на вспышку тревоги, и он ощутил, как заколотилось его сердце. Волк мгновенно вскинул морду и зарычал. Отложив книгу, Эрен потер глаза, а затем потер область груди прямо над сердцем. Он мог почувствовать, как в глубине души нарастает паника, как учащается пульс и как ускоряется дыхание. Что-то не так. Он был не в том месте. Ему нужно было выбраться отсюда. Он должен был сейчас же уйти. Позади него раздался громкий хлопок, затем визг, и он почувствовал, как содрогнулась вся клетка. Поворачиваясь, он ощутил вновь нарастающую панику, но уже по другой причине. — Ты что делаешь?! — он поспешно вскочил и развернулся к клетке, вцепившись в решетку обеими руками, в то время как волк терся мордой о бок, словно пытаясь успокоить травму. Рука Эрена потянулась к замку, но он заколебался. Открывать дверь было бы дурацкой идеей. Сделать то, о чем он думал, даже еще глупее. Но волк выглядел взволнованным и, казалось, почти обезумел. Он ходил туда-сюда, наблюдая за ним и рыча каждые несколько секунд. Судя по всему, это в точности совпало с тем, когда тревога в душе Эрена усиливалась. Это была тьма. Злое существо, которое преследует его. Теперь оно пытается выманить его, даже когда он не спал. И волк покалечил себя, чтобы уберечь его. Его рука все еще лежала на замке, и он смотрел на него, наблюдая, как сжимаются его пальцы. Что было безопаснее? Оказаться в клетке с волком или остаться снаружи и понадеяться, что он не покинет пределов дома? Если Эрен выйдет, то волк сломает эту гребаную клетку, чтобы добраться до него. Эрен бросил взгляд через плечо на лестницу. Оно звало его, пытаясь заставить его подняться. Пытаясь заставить его уйти. — Черт, — прошипел он, снова повернувшись к волку. Он сжал свободную руку и отпер клетку. Быстро зайдя в нее, он не отрывал глаз от волка, пока закрывал за собой дверь, затем неуклюже просовывая руку сквозь нее, чтобы вновь запереть. Если волк убьет его, он не хотел, чтобы зверь сбежал, так что, по крайней мере, заперев его, он свел потери к одному человеку. Если сейчас его не убьет волк, то это точно сделает Леви, когда узнает об этом. Волк двинулся вперед и обошел сбоку, двигаясь позади Эрена и толкая его ноги, отталкивая от дверцы. Он повиновался, жалея, что ему не пришло в голову затащить надувной матрас в клетку, но беспокойство начинало сводить его с ума. Он поскорее присел рядом с постелью, протянул руку через прутья, притянул одеяло и накинул себе на плечи. Волк все еще рычал и расхаживал взад и вперед перед дверью клетки. Не раз Эрен ловил себя на том, что вставал, прежде чем громкий щелчок челюсти волка заставлял его снова упасть на задницу. Он свернулся калачиком, плотно закутавшись в одеяло, слегка покачиваясь. Это была Микаса. Или его мать. Или Жан. Кто-то из них попал в беду. Попал в беду, поэтому он должен уйти! Ему надо идти, черт! — Нет, — пробормотал он, закрыв глаза. — Нет, нет, нет. Все в порядке. Все хорошо. Но все было ужасно. Эрен ощущал приближающийся приступ паники, он выберется из клетки. Он должен был уйти, должен был, ему не удавалось справиться с этим! — Дерьмо! — он ударил кулаком по решетке и услышал звон. Посмотрев вниз, Эрен увидел наручники, о которых совсем забыл. Он поспешно протянул руку сквозь прутья, затянул второй браслет наручников в клетку и быстро застегнул его на запястье. Наручник впился ему в кожу, но ему было плевать, Эрен просто потерся лбом о прутья решетки и попытался не обращать внимания на свой вопящий мозг. Тот кто попал в беду, постоянно менялся. Поочередно всплывали все члены его семьи и друзья. Даже Леви, что являлось одной из главных причин, по которой он понимал, что все это ложь. Леви был прямо здесь, в клетке. Ну вроде того. Страх и паника продолжали нарастать, и ему казалось, что он слишком быстро дышит. Примерно через десять минут тревога стала неописуемой, и Эрен вскочил на ноги, дергая и царапая наручники, лягая прутья и крича, чтобы его выпустили. Выпустили его. Он должен был уйти, ему надо было кое-куда попасть. Ему надо было уйти! — Отпусти! — выкрикивал он. Наручники начала покрывать кровью, липкая и влажная. — Выпусти меня! Я должен выбраться! С громким криком он внезапно упал на спину, тяжело приземлившись на одеяло и волка, и застонал, когда его голова слишком сильно ударилась о землю. Волк только что боднул его головой по задней части колен, что объясняло, почему он почти приземлился на него. Оборотню удалось выбраться из-под человека, схватив одеяло зубами, он потянул. Когда Эрен сел, его выдернули из-под ног и бросил ему на колени. Затем волк отступил назад, лег и прижался мокрым носом к шее Эрена. Эрен даже не стал задуматься о том, что делает. Он просто повернулся на бок и обнял волка свободной рукой, его плечо и голова лежали на животе. Он зажмурился, прислушиваясь к сердцу волка в груди. Оно билось довольно быстро, но чем дольше они лежали, тем больше замедлялось. Через пять минут Эрен успокоился и услышал, как сердце волка начало успокаиваться. Он закрыл глаза, все еще обнимая зверя, глубоко вдыхая и пытаясь сохранить это чувство безопасности. Волк был в безопасности. С Леви все было в порядке. Все было хорошо. Он был в норме. Его запястье довольно ощутимо болело, но он не обращал на это внимание, позволив ему упереться в землю. Он немного поерзал и, все еще не открывая глаз, устроился поудобнее. Волк был теплым. Теплым и уютным. И невредимым. Леви и волк были в безопасности. Эрен заснул.