Good Enough to Eat

«…Хорошо. С тобой все будет в порядке. Просто слушай мой голос и сохраняй спокойствие. Все хорошо. Микаса дома, с ней все в порядке. Жан дома и он в норме. Армин дома и с ним все хорошо. Твои родители дома и они в порядке. Со мной все хорошо. Я в своей клетке, наверное, тревожно расхаживаю, так как тебя здесь нет, но в порядке. Уверяю, все хорошо...» Эрен глубоко вдохнул, а затем медленно выдохнул, продолжая сжимать в руке телефон, слушая голосовую почту снова и снова. Ранее в днем Леви позвонил и сказал, чтобы Эрен отправил ему свою голосовую почту, а затем оборотень стал записывать успокаивающую речь, пока сообщение позволяло ему. Эрен был благодарен, потому что отсутствие Леви сильно нервировало его. Он уже не раз обнаруживал, что идет к двери, пока голос в ухе не напоминал ему, что все в порядке. Было трудно игнорировать чувство тревоги, но каким-то образом шепчущий в ухо голос Леви успокаивал его. Эрен все еще не ощущал спокойствия, но больше не кидался к двери. Он подпрыгнул, услышав, как хлопнула дверца машины, и вовремя обернулся, чтобы увидеть, как к магазину направляется Жан, пристально смотря на деревья слева. Увидев его, Эрен испытал облегчение и ужас. Он был рад, потому что у него появилась хоть какая-то компания до того, как его телефон помер и парень больше не сможет слушать успокаивающий голос Леви, но также Эрен был в ужасе, ведь вдруг он слетит с катушек и крикнет Жану, что ему нужно убраться? В любом случае, то, что Жан будет рядом даже к лучшему, так что он повесил трубку и потер лицо, медленно выдохнув. Предчувствие все еще кричало ему, что Эрен должен идти, но он через силу подавил его. Жан будет здесь в любую секунду. С минуты на минуту. Вот прямо сейчас. — Какого черта, сколько нужно времени, чтобы дойти сюда от пикапа? — сердито вспылил Эрен, зная, что раздражен только потому, что вновь начал паниковать. Он окинул взглядом пустую стоянку и нахмурился, гадая, что происходит. Автомобиль Жана был все еще на месте, значит ему не померещилось. Спрыгнув со стойки, он подошел к двери, открыл ее и высунул голову в тот момент, чтобы увидеть, как Жан исчезает между деревьями. — Он что, совсем тупой дебил?! — Эрен повернул назад и бросился через магазин к офису, пинком распахнув дверь и схватив ключи. Он снова ощутил нарастающую тревогу, но часть его знала, что это было настоящей паникой, а не выдуманной иллюзией злого существа. Только что, посреди чертовой ночи Жан забрел в лес. Он полный идиот? Пожалуй. Поспешив назад к главному входу и, отмахиваясь от неприятного чувства, Эрен вышел из магазина и быстро запер дверь, а затем побежал к деревьям, в которых исчез Жан. Он остановился на краю парковки, вытягивая шею, чтобы заглянуть в темноту. Уже открыв рот, чтобы позвать Жана, каждый волосок на его теле встал дыбом, когда он услышал громкий рык. Эрен узнал это рычание. Рычание, которое не должно исходить из того места, где только что, черт возьми, исчез Жан! Наплевав на осторожность, так как он не даст своему другу умереть, Эрен кинулся напролом сквозь подлесок, смахивая ветки с лица и мчась навстречу звукам от топота ног Жана. Он услышал громкий крик, а затем шарканье. Пробираясь между двумя большими деревьями, Эрен увидел свет на земле и Жана, лежащего на спине и закрывающего обеими руками лицо. Ну и мчащегося на него черного волка. — Леви, стой! — Эрен не задумывался о том, что делает, и он, черт побери, не верил, что это было разумно, но все же бросился вперед и, перепрыгнув через упавшую фигуру Жана , вытянул обе руки перед собой, наблюдая, как волк становится все ближе и ближе. В течении половины секунды парень был уверен, что вот-вот умрет, но как только волк приблизился к нему, он остановился и зарычал, расхаживая перед Эреном взад-вперед , переводя взгляд с Йегера на его упавшего друга. У Эрена тряслись руки, он ощущал каждый дрожащий вдох в своих легких. Он не знал, что случится, если когда-нибудь встанет между волком и его добычей. Леви велел ему никогда так не делать, но проблема заключалась в том, что ужином волка был его лучший друг. — Хорошо, — дрожащим голосом заговорил он, с каждым рычанием, что исходило от волка, его руки трястись все сильнее. — Все в порядке. Леви, все хорошо. С нами… с нами все будет в порядке. Давай просто... — Эрен замолк, его дыхание стало затрудненным, а разум помутился. Прямо сейчас он был вне себя от страха. Он был в ужасе от того, что одно неверное движение и ему разорвут горло. Боялся, что из-за одной оплошности волк сможет обойти его и убить Жана. Эрен испугался, что не сможет спасти ни своего друга, ни себя, а утром Леви проснется весь в крови и рядом с двумя трупами. Он никогда не боялся волка сильнее, чем сейчас. Волк зарычал и начал двигаться вокруг него, но Эрен также сместился, стараясь скрыть Жана из виду своим телом. Его руки были все еще протянуты к волку и он задумался, сможет ли зверь догадаться, насколько напуган человек. — Нет. Нет, нет. Посмотри на меня. Смотри только на меня. Вот так. Хорошо. Сейчас мы доставим тебя домой, ладно? Мы… мы вернем тебя домой, хорошо? Отлично. Все в порядке. Мы вернемся к тебе домой, ты и я, пройдем через лес и вернемся в твой дом, все будет хорошо. Он слышал как позади него тяжело дышит Жан. Или, возможно, это был звук его собственного дыхания. Но может, это были они вдвоем, кто знал? Все, о чем Эрен мог думать о том, как не погибнуть и защитить своего друга. Пока все шло хорошо, но он все еще дрожал и был напуган. — Жан, — тихо позвал Эрен, слыша, как его голос надломился. — Мне нужно, чтобы ты меня очень, очень внимательно выслушал. Мне нужно, чтобы ты медленно встал, а затем медленно, очень медленно отступил. — Ты что, блядь, ненормальный? — спросил Жан намного более высоким голосом, чем обычно. Волк зарычал и Эрен сделал шаг навстречу, его руки находились в нескольких дюймах от волчьей морды. — Жан, ты должен сейчас же уйти. Иди, я... я разберусь. — Эрен, это гребаный волк, — шипел Жан, все еще не двигаясь с места. Эрену захотелось врезать ему. — Я не оставлю своего лучшего друга наедине с чертовым волком! — Жан, хоть раз в своей долбаной жизни, просто послушайся меня! — рявкнул Эрен, приблизившись еще на шаг и положив дрожащую руку на голову волка. Зверь все еще рычал, но его поза стала немного расслабленной, так что он больше не выглядел готовым напасть на кого-либо. — Заткнись, — медленно проговорил Эрен, успокаивающе поглаживая волка дрожащей рукой, — и просто, блять, уйди прочь. На мгновение воцарилась тишина, затем он услышал, как позади него красочно ругается Жан. Кирштайн уходил медленно, но каждый раз, когда глаза волка смещались в сторону от Эрена, Йегер двигался, чтобы последовать за его взглядом, заставляя зверя оставаться сосредоточенным лишь на нем. — Ты знаешь, насколько это безумно? — откуда-то сзади поинтересовался Жан. Хрустнула ветка, давая понять, что он медленно удаляется, а шорох означал, что Кирштайн поднял свой упавший телефон. Волк зарычал, но не двинулся с места. — Бля, — продолжил Жан. — Безумие! Это чертово безумие! — Заткнись и свали. И Жан? — Эрен слегка повернул голову. Его друга почти поглотила тьма, но он знал, что тот все еще там. — Не рассказывай никому. Я серьезно. Никому не говори ни слова. Я позвоню тебе позже. — Эрен... — Я позвоню тебе позже. Иди же, ну. Снова захрустели ветки, а потом он услышал как Жан бежит по асфальту. Еще через несколько секунд взревел двигатель и пикап с визгом выехал с парковки. Эрен и волк уставились друг на друга. Зверь все еще рычал, но было не похоже, что он собирается преследовать Жана, так что все было в порядке. Тем не менее, Эрен понятия не имел, что делать. Он раздумывал о том, чтобы отвести животное в магазин и запереть в кладовке, но беспокоился о том, чтобы придется выйти с волком. Что, если кто-нибудь вдруг объявится? Все может закончиться нападением на кого-то другого. Или еще хуже: что, если Жан расскажет кому-нибудь? Придут люди. Люди с ружьями. Он должен был вернуть Леви в его дом, прямо сейчас это было единственно верное решение. — Ладно, — прошептал Эрен, гладя волка по голове и вытаскивая телефон, чтобы проверить время. Только два часа ночи. На дороге не должно быть слишком много людей. — Отлично, отведем тебя домой. Давай же. Держа правую руку на голове волка, он медленно обошел его и сделал маленький шаг, ожидая, пока животное последует его примеру. Зверь повернулся и, наконец, перестал рычать, подошел к Эрену и двинулся дальше. Он выглядел взбешенным, но, по крайней мере, больше не издавал сердитых и пугающих звуков. Эрен ощущал, как его сердце колотится о ребра, и все больше поражался, что он до сих пор не умер. Его руки не переставали дрожать, но парень упорно держал одну из них на шее волка, вцепившись пальцами в мягкий мех, пока медленно и неуклюже продирался через темный лес. Ночью они были ужасны. Его глаза не могли приспособиться к темноте, и если бы его телефон не был почти разряжен из-за его постоянного прослушивания голосовой почты, Эрен использовал бы его, чтобы освещать дорогу перед собой. Как бы то ни было, он просто доверил волку охранять себя, если на него выпрыгнет что-то опасное. Десять минут спустя Эрен решил, что следует позвонить Жану. Волк успокоился, дрожь Эрена поутихла, да и он был уверен, что Жан сходит с ума от паники и звонит в ФБР. Вытащив телефон и проверив заряд аккумулятора, он отыскал в телефонной книге имя Жана и нажал кнопку вызова. Ему ответил еще до того, как прозвучал первый гудок. — Чувак, что за херня происходит?! — Ты рассказал кому-нибудь? — Мне следует так сделать! Я и вправду должен! Эрен, что за хрень происходит! Почему ты разговаривал с волком так, как будто он тебя понимает?! И ты назвал его Леви! Ты принимаешь наркоту?! Какую?! — Слушай, я не могу все рассказать сейчас, но обещаю, что объясню завтра, ладно? — Нет, не ладно! Ничего не ладно, Эрен! Господи, Боже, ты заставил меня оставить тебя наедине с волком! Ебанным волком, Эрен! Он уже, блять, поедает тебя?! — Ты совсем дурак? — Эрен вздохнул. — Жан, со мной все хорошо. Обещаю. Я обещаю. У меня все нормально. Я перезвоню тебе завтра, идет? Никому не говори об этом. — Эрен, что за херня происходит?! — Я все объясню завтра. Обещаю. Только, пожалуйста, никому не говори, иначе волк пострадает. Пообещай мне. — Эрен... — Жан, это важно. Обещай мне. Тот молчал в течение долгого времени, Эрен был уверен, что он переваривает это. После нескольких невнятных проклятий и странной молитвы Богу, Жан наконец произнес: — Я обещаю. Но тебе лучше звонить или писать мне каждый час, а не то я вызову армию! — Я буду. Рассвет сегодня в шесть двенадцать, так что я позвоню тебе. — Откуда ты знаешь, во сколько рассвет?! — Я тебе потом позвоню. Никому не говори. Эрен повесил трубку. Это все страшный сон. Просто гребаный ночной кошмар. Он не знал, что делать, кроме как сказать Жану чистую правду, но не мог этого сделать, не поговорив с Леви. Черт, мужчина будет в ярости, но, в защиту Эрена можно сказать, что в этом не было его вины. Во всяком случае, так было лучше, потому что, по крайней мере, Жан не погиб. И, к счастью, Эрен тоже. Им потребовалось почти полчаса, чтобы дойти до дома Леви. Обычно, добираясь по дороге, путь был намного короче, но спотыкаясь в темноте, Эрен не был полностью уверен в их местонахождении, так что ему приходилось полагаться на волка, следя за тем, чтобы тот не убежал от него. Когда они приблизились к дороге, которую им следовало пересечь, чтобы взобраться на Роуз-стрит,Эрен остановился немного в стороне от дороги, повернулся к волку и указал на него пальцем. — Останься, —приказал он. Парень сделал два шага, прежде чем волк последовал за ним, и снова повернулся к зверю. — Побудь здесь! Прямо тут. Я буду здесь, ты все еще сможешь меня видеть, просто... останься. На этот раз волк послушался и сел на задние лапы, но он не выглядел счастливым. Эрен лишь медленно отошел назад, не сводя с него глаз. Выглянув из-за деревья, парень быстро посмотрел налево, а потом направо. Следом он повернулся и бросил взгляд на холм, ведущий к дому Леви. Ни машин. Ни людей. Он надеялся, что им повезет. — Ладно, идем, — он махнул волку двигаться вперед и тот подчинился, следуя за ним через улицу и поднимаясь на холм. К тому времени, как они добрались до дома Леви, Эрен вымотался и чувствовал, что ему стоит больше тренироваться, потому что он ужасно себя запустил. Перейдя передний двор и все еще держась за мех на волчьей шее, он остановился при виде входной двери. — Боже мой... Она была полностью сорвана с петель, точно также как и на следующий день после того, как Эрвин погнался за ним. До этого момента ему не приходило в голову, что клетка, вероятно, тоже вышла из строя. В темноте он не мог рассмотреть большую часть тела волка, но, вероятно, тот был ранен и обожжен покрытыми серебром прутьями. Вздыхая и надеясь на лучшее, Эрен вошел в дом, при этом аккуратно перешагнув через сломанную входную дверь в прихожую. Он помедлил, прежде чем выпустить волчий мех, но, похоже, что теперь, когда рядом с ним был Эрен, все было в порядке, поэтому парень просто направился в подвал, а следом за ним и волк. Эту дверь тоже снесли с петель. Спустившись по лестнице, он оказался внизу и вздохнул, потирая затылок. Вся передняя часть клетки была оторвана от потолка, как тогда с Эрвином. Она лежала на земле, оставляя клетку в подвале полностью открытой. — Ну. Больше никаких ночных смен в полнолуние, — пробормотал Эрен. Он развернулся и направился назад, чтобы вернуться наверх, но едва не споткнулся о волка, прежде чем сумел остановить себя. Глядя на него, он почувствовал угрызения совести, когда увидел обгоревшую и сырую плоть на его морде, лице, шее и боку. Выглядело так, будто зверь бился о решетку, чтобы сбросить ее и добраться до Эрена. Он понял. На протяжении нескольких часов Эрен чувствовал желание встать и уйти. Вероятно, волк вырвался и побежал в магазин, чтобы быть поближе к нему. Кто знает, как долго он болтался снаружи, пока не явился Жан. Эрен ощутил облегчение, что пикап Жана был таким шумным. Сегодня вечером он мог потерять его, одна мысль об этом пугала. Он не знал, что бы сделал или как относился к Леви, если бы волк убил его лучшего друга. Леви не был виноват, и он знал об этом, но это не изменило бы того факта, что Жан погиб. Напомнив себе, что это не случилось, Эрен вздохнул и слегка наклонился, осторожно взяв голову волка в свои руки и немного повернув ее, чтобы проверить повреждения. — С тобой все в порядке? — спросил Эрен, почему-то не чувствуя себя глупо из-за подобного. Зверь или нет, но он был умнее других животных, потому что у него была человеческая сторона. — Ну же, давайте немного очистим твои раны. Эрен обошел волка и поднялся вместе с ним по лестнице. Он прошел на кухню, включил свет и намочил полотенце для рук, затем наклонился перед волком и осторожно промокнул ожоги. Тот взвизгнул и попытался отойти, но Эрен просто двинулся вперед и нежно сжал его мех. — Я знаю, знаю, — успокаивал он, прижимая полотенце к одной из травм на шее. — Я знаю, что это больно, но это поможет в долгосрочной перспективе. Он очень хотел стать ветеринаром. Ну или хотя бы иметь в знакомых ветеринара. Эрен едва не позвонил Эрвину или Ханджи, чтобы спросить, что делать, но потом вспомнил, что они будут совершенно бесполезны, потому что в данный момент, также были в форме волков. Вздыхая и продолжая промакивать раны, он чувствовал, что искушает судьбу, когда волк начал рычать, так что Эрен в конце концов встал и бросил полотенце в раковину. Оглядываясь вокруг, он не знал, что делать, ведь прямо сейчас клетка была сломана. Он предположил, что стоит привести волка в спальню Леви было единственным доступным вариантом. По крайней мере, там была дверь, даже если Леви легко мог ее пробить. Она все еще была препятствием. Снова побродив по дому, Эрен остановился у входа, раздумывая, что делать с входной дверью, и пожал плечами, потому что ничего не мог поделать. Затем поднялся по лестнице, ну а волк тихо последовал за ним. Как только он завел их в комнату Леви и закрыл дверь, то увидел, как волк запрыгнул на кровать, обнюхивая одеяла. Эрену стало интересно, узнал ли зверь на них свой собственный запах. Леви пахнет иначе, когда он в форме волка? Эрен подумал, что стоит потом спросить. Заперев дверь, он снял рубашку и скинул ботинки, затем направился к кровати, чтобы лечь. Как только он устроился, волк тяжело упал рядом с ним и положил голову человеку на живот, желтые глаза неотрывно смотрели на лицо Эрена. Вытащив свой телефон, он написал Жану, что все еще жив, дабы успокоить его, и вздрогнул, когда увидев время понял, что его мать должна прийти менее чем через пять часов в пустой и запертый магазин. — Папа меня точно прибьет, — пробормотал он себе под нос, затем открыл новое текстовое сообщение для Жана. *** Первым, что Леви заметил, когда проснулся на следующее утро, было то, что пол казался не таким твердым и холодным, как он привык. Его не беспокоило, что обычно пол был холодным и твердым, беря во внимание его волчий облик, который позволял ему легко игнорировать это, тот факт, что он лежал на чем-то значительно более удобном, отчасти сбивал с толку. Сместившись, мужчина почувствовал, как под его головой что-то зашевелилось, и сразу же ощутил поднимающуюся в его груди ярость. Он знал, что это значит, и собирался убить Эрена за это! Лишь один человек будет достаточно глуп, чтобы спать рядом с ним, пока он пребывал в форме волка, и Леви убьет его за то, что выпустил его из клетки. Он узнал запах того места, где был. Оборотень понял, что находится в своей комнате. И он также мог учуять запах Эрена, указывающий на то, что именно на нем лежал Леви. Как будто это не было совершенно очевидно. — Эрен, черт возьми, Йегер, — мрачным голосом начал он, пока неторопливо сел и пристально оглядел спящую фигуру парня. Тот держал в руке телефон и, как обычно, громко храпел. — Эрен! — Что...? — Эрен подскочил, и хотя обычно Леви пытался немного успокоиться, прежде чем взорваться, это переходило все границы. — Ты, блять, совсем тупой?! — заорал Леви, настолько сильно пихнув Эрена, что парень с криком свалился с кровати. — Что за херня с тобой происходит?! Теперь ты выпускаешь меня из клетки?! — Оу, — заныл Эрен, потирая копчик и поднимаясь на ноги. — Нет, это не то... — Ты не можешь совершать такое дерьмо, Эрен! Меня не волнует, насколько тебе комфортно с волком! Или как ты думаешь, что он спокоен рядом с тобой! Попасть в клетку — это одно, но это? Это?! Черт возьми, Эрен! — Леви, я не... — Ты никогда больше не придешь во время полнолуния! А если придешь, то до того, как я превращусь, чтобы иметь возможность приковать тебя к чему-нибудь, чтобы ты не мог совершить подобную ​​глупость! Что, если я причиню тебе боль ?! Что, если бы я сбежал от тебя?! Блять, Эрен! Ты чертовски тупой! Не могу поверить, что ты сделал нечто подобное! Это так безответственно и эгоистично... Куда это ты, черт возьми, собрался?! Эрен повернулся и пошел от него прочь, как будто Леви, разозленный его глупостью, был занозой в заднице. Леви не закончил делать ему выговор, поэтому спрыгнул с кровати и поспешил за Эреном, бросившись за ним вниз по лестнице и остановившись на площадке, когда обнаружил парня стоящего перед входом. Эрен наблюдал за ним, его руки были засунуты в карманы джинс. Взгляд Леви сместился с него на входную дверь. Ну или на место отсутствующей парадной двери. Когда Эрен вновь начал двигаться, Леви молча последовал за ним, вдвоем они спустились по лестнице в подвал. Леви заметил, что и эта дверь также снесена, и когда он спустился по лестнице на нижний уровень, то обнаружил лежащую в стороне переднюю часть клетки, полностью вырванную из стены и потолка. — Ты выбрался, — едва слышно пробормотал Эрен. Леви развернулся к нему, а Эрен внимательно и пристально следил за ним. Он не выглядел так, будто ждал извинений, но было очевидно, что что-то не так. Леви почувствовал в своем горле желчь и открыл рот, чтобы задать вопрос, ответ на который ему не хотелось знать, когда зазвонил его стационарный телефон. Эрен выругался, оглядываясь вокруг и бормоча о времени, перед тем как повернуться и помчаться обратно наверх по лестнице. Леви последовал за ним, понятия не имея, что происходит, ему удалось догнать его, когда Эрен поднял трубку. — Я все еще жив и здоров. Прости, уснул. — Заснул?! Ты знаешь, сколько часов не спал я?! Я чувствую, что прямо сейчас мне нужно выкурить пачку сигарет, а ведь я даже не курю! Это был Жан. Даже без суперслуха Леви был уверен, что смог бы услышать его. Он достаточно громко орал. — Еще пару минут, хорошо? Я подойду через несколько минут, так что держись, ладно? — Клянусь Богом, у меня аритмия! На что похож сердечный приступ? Мне кажется, что у меня инфаркт! — Двадцать минут, Жан. Я скоро буду, — повесил трубку Эрен. — Эрен, — парень повернулся к Леви, — Что случилось прошлой ночью? Эрен потер друг о друга свои руки, поморщившись, затем кивнул в сторону кухни: — Тебе следует присесть. Леви не понравилось к чему все это шло, но он повиновался, хотя бы для того, чтобы Эрен начал разговор быстрее. Он подошел и сел за стол, Эрен последовал его примеру и все еще потирая руки, как будто нервничая. — Очевидно, что прошлой ночью волк сбежал. Я...Я не знаю, как давно это прошло, но около двух часов ночи мимо магазина прошел Жан. Но он не зашел, я видел, как он направился к деревьям. Я не знал, чем он там занимался, поэтому последовал за ним, но когда мы вошли за деревья, там оказался волк. Леви ощутил, как при этих словах, его сердце ухнуло вниз, по его горлу снова поднялась желчь. Но Жан прекрасно болтал по телефону. Был взволнован, возможно, но в остальном все нормально. — Он в порядке, — быстро проговорил Эрен, по-видимому увидев выражение лица Леви, — с Жаном все хорошо, он ушел, когда я… прыгнул между волком и его ужином. Леви хотелось разозлиться на него. Ему хотелось кричать, что он глуп, безрассуден и безответственен. Он хотел убедиться в том, что Эрен никогда больше не сделает ничего настолько опасного. Слова не подходили. Все, о чем Леви мог думать, это то, что он едва не убил Жана, что был готов убить лучшего друга Эрена. Но он этого не сделал. Волк не сделал этого, потому что Эрен был там. Потому, что Эрен встал перед волком и остановил его. Каким-то волшебным образом Эрен встал между волком и другим человеком, но ушел невредимым. — Леви? — Ты в порядке? — Всё хорошо, — ответил Эрен, словно слегка расслабившись. — Со мной всё в порядке. И мне жаль, что я нарушил твое правило. Я бы не стал — это было не преднамеренно. Я только увидел, как волк собирался напасть на Жана, так что просто... — он сжал руки в кулаки. — Он мой лучший друг. Я не думал, лишь действовал. Мое тело двигалось само по себе. Я встал между ним и волком, а потом отослал Жана домой, — Эрен вздрогнул. — Это... приводит меня к следующему пункту нашего разговора. — Вновь возникло это чувство? — Что? — спросил Эрен, Леви, скорее всего, сбил его с мысли. — Ты снова ощутил необходимость уйти? — Да. В начале ночи. Я просто слушал твоё голосовое сообщение снова и снова и мне становилось лучше. После всего того, что было с Жаном и волком, мой мозг был слишком напуган, чтобы думать о чем-либо другом. Леви знал, что он сбежал только из-за того зла, что преследовало Эрена. Волк почувствовал опасность и она была настолько серьезной, что он вырвался и прибежал к Эрену. Появление Жана было роковым стечением обстоятельств, но Леви был так благодарен, что с парнем все в порядке. Травмирован, вероятно, но ладно. Это привело его мысли ко второй части данного разговора, которую хотел провести Эрен. Очевидно, что знакомство Эрена с волком не осталось бы незамеченным кем-то, настолько глупым, как Жан, а это означало, что теперь Эрен пытался быстро придумать то, что они собираются сказать ему. — Что ты рассказал Жану? — Пока что ничего, — прошептал Эрен. — Но я немного… отвлекся. Я имею в виду, прошлую ночь. Я несколько раз назвал твое имя. Не думаю, что он догадался, но Жан знает, что здесь творится нечто странное. Леви выругался, потирая рот. Ему стоит сообщить Эрвину. Прямо сейчас, ничего нельзя было поделать. Подобно тому, как узнал Эрен, теперь все знал и Жан. Не было никакого способа убедить себя в обратном, но даже если бы все было так, похоже, Эрен не хотел этого. Казалось, что он хотел знающего об всем друга. Кого-то, кому он мог доверять и с кем мог поговорить. Кого-то, кто сумел бы поддержать его во время этого испытания. А ведь и в самом деле, было ли так плохо рассказать кому-то еще? В этой борьбе с преследующей Эрена тьмой, Леви хотелось иметь союзников. Микаса уже доказала свою полезность в случае с лунатизмом, то, что кто-то будет на их стороне — плюс. Кроме того, чем больше людей на их стороне, тем выше шансы того, что они узнают, что преследует Эрена. Здесь так много людей, которые защищали его, так что Леви был только за, но знал, что Эрвин будет категорически против. — К черту Эрвина, — принял решение Леви, поднимаясь на ноги, — Идем к твоей лошади. — Ладно, — Эрен был взволнован, но все равно встал. Прежде чем он двинулся с места, Леви коснулся его руки. Когда Эрен повернулся к нему, он поднял руку и притянул к себе его лицо другой, в течение нескольких секунд целуя его, затем отстранившись. — Я рад, что ты в порядке. — Спасибо, — улыбнулся Эрен и посмотрел вниз, Леви проследил за его взглядом. — Мне надо надеть одежду. — Пожалуй. Они явно слишком привыкли к тому, что Леви был голым, если до этого момента они не замечали, что ему не хватает одежды. Возвращаясь наверх, чтобы Леви мог одеться, а Эрен мог найти свою рубашку и обувь, Леви размышлял о том, что можно поставить перед входом, пока он ждет новую дверь. Он спросил себя, есть ли у него еще та доска, которую они использовали в прошлый раз, когда его дверь сорвали с петель. Переезд в Шиганшину обошелся дороже, чем он планировал. *** В некотором смысле, Эрен был рад, что его телефон сдох, потому что это означало, что его отец не мог позвонить ему и накричать за то, что он оставил магазин без присмотра и без записки на передней панели, объясняющей, почему. Он позвонил своей матери около шести утра и сказал, что возникла чрезвычайная ситуация, так что он ушел из магазина, но не мог поведать ей, что это была за ситуация. Эрен лишь сказал, что дело касается Жана и Леви, и это не было ложью, что бы ни произошло после звонка, похоже, сыграло в его пользу, потому что она не перезвонила до того, как его телефон отключился. Он подозревал, что она позвонила Жану, из-за чего тот стал психовать, и на самом деле, это все, что ей нужно знать, чтобы Эрен не расслабляется. Тем не менее, Эрен испытывал угрызения совести, и это чувство только усилилось, когда они проехали мимо магазина к Жану и он увидел свою мать за прилавком, работающую, пока его пикап все еще стоял на стоянке. Он чувствовал вину, но сейчас, ему было о чем беспокоиться. Например о том, что они собираются сказать Жану. — Так каков план? — поинтересовался он у Леви, поворачиваясь к нему. — План? — Жан. Что мы ему скажем? Что это была очень большая собака с твоим именем? Может быть, скажем, что ты присматривал за ней для Эрвина, а он назвал свою собаку в твою честь шутки ради или что-то типа того. — Я думаю, будет лучше сказать ему правду. Эрен в шоке уставился на него, гадая, не услышал ли он что-то не то. — Что, прости? Ты забыл, через какое дерьмо я прошел с Эрвином, когда случайно узнал обо всем? Теперь ты хочешь рассказать ему правду намеренно?! Это не пройдет гладко ни с Жаном, ни с Эрвином. —Дай мне разобраться с Эрвином самому, — ответил Леви, слегка нахмурившись. — Жан уже некоторое время подозревает меня, так что рано или поздно это должно было привести к проблемам. Так будет лучше. Ты ведь доверяешь ему, не так ли? — Ну, конечно, но только мои секреты, — вздрогнул Эрен, — Я не... это важное дело, Леви. — Это маленький городок, — тихо пробормотал мужчина. — И у Жана большой нос, который он любит повсюду совать. Лучше всего, если он узнает обо всем так, чем если выяснит все сам. Нравилось Эрену или нет, но это правда. В последнее время из-за Леви и всех травм, которые получил Эрен, когда они были вместе, Жан уже стал вести себя как козел. Что отстойно, потому что ни в одной из них Леви был даже не виноват. Мысли о травмах напомнили ему о ранах Леви, так что он повернулся, чтобы посмотреть на него, не сводя глаз с легких ожогов на коже лица и шеи. Сейчас они выглядели уже не так плохо, как прошлой ночью, и Эрен чуточку завидовал тому, насколько быстро, казалось, исцелялись оборотни. Ему хотелось, чтобы у него была такая способность, она бы помогла его запястьям. Когда он снова посмотрел вперед, Эрен нахмурился, когда понял, что они направляются к дому Жана, и развернулся к Леви. — Откуда тебе известно, где он живет? — Его запах. Эрен тихо рассмеялся, но восхитился тому, насколько полезным было присутствие оборотня. Суперсила, суперслух, суперобоняние... Если бы правительству когда-нибудь стало известно, что они существуют, люди были бы в восторге, попытавшись заставить их стать шпионами. Было бы невероятно полезно иметь таких людей, как они, на вражеской территории. Тем более, что они могут разорвать людям глотки. Удачная мысль, вот. — Как бы мне ни хотелось думать, что это правда, откуда ты знаешь, где он живет? — Я повсюду следовал за тобой, помнишь? Теперь, когда Эрен подумал об этом, он должен был догадаться. В конце концов именно он спросил Конни и Сашу показать, куда отправился Леви, когда его автомобиль подъехал к дому Жана. С другой стороны, он был настолько доверчив — или глуп — раз поверил, что тогда Леви был там не из-за него. Когда они въехали на дорожку к дому Жана, Эрен выругался и потер лицо обеими руками. — Это машина твоей сестры, — монотонно заметил Леви. — Ага. А это Армина, — подтвердил он, указывая на вторую машину, припаркованную на другой стороне улицы. Вздохнув, Эрен выбрался из машины в тот момент, когда распахнулась парадная дверь дома. Жан выглядел как сумасшедший, когда поспешил вниз по ступенькам крыльца, его глаза были выпучены, а волосы торчали в разные стороны, как будто он всю ночь сгребал их руками. Кирштайн был все еще одет в ту же одежду, что и прошлой ночью, ну а мешки под глазами ясно давали понять, что он ни секунды не спал. Эрен чувствовал себя виноватым, зная, что это произошло из-за него. К тому же, он задумался, так ли выглядел и он в свой первый день. В конце концов, не только Жан был напуган волком, просто еще не видел, как кто-то превращается в него. Или знаешь, что последовало за раздеванием, запиранием в клетке и когда тебя преследуют с холма, а ты орешь во всю глотку. Ах, воспоминания. Эрен открыл рот, чтобы что-то сказать, но прежде чем он успел это сделать, Жан оказался на нем, так крепко обнимая, что даже стало немного больно. Чужие руки обвились вокруг него почти в защитном жесте, и он почувствовал, как напротив шеи тяжело дышит его друг. — Ты в порядке? Он вновь был поражен тем, насколько близким другом был Жан. Независимо от того, через что они прошли, Эрен умрет за него — в буквальном смысле, об этом свидетельствует предыдущая ночь, — и было очевидно, что Жан чувствовал то же самое. — Со мной все хорошо, Жан. Обещаю, — Эрен поднял взгляд и увидел на крыльце Микасу и Армина. Микаса с облегчением выдохнула, как будто она часами испытывала стресс и только сейчас смогла расслабиться, потому что Эрен был прямо перед ней. — Жан. Жан, ты можешь теперь отпустить, — казалось, что тот не хотел, но через несколько секунд Кирштайн все же выпустил его и сделал шаг назад. — Ты уверен, что с тобой все в порядке? — Я в норме, — Эрен снова перевел взгляд на Микасу и Армина. — Я сказал тебе никому не рассказывать, — потребовал он. — Ты уговорил меня бросить тебя с гребаным волком, Эрен, ты правда думал, что я никому не скажу? — Я просил тебя не делать этого, так что, да, я надеялся, что ты послушаешься. — Ну... Ты глупец! —здраво заметил Жан. Его взгляд сместился влево, а лицо ожесточилось. — Что здесь делает он? И почему ты вообще оказался в его доме? Эрен посмотрел через плечо на Леви, затем снова повернулся к Жану. — Мы должны обсудить это внутри. Твои родители дома? — Нет. — Славно. Нам нужно поговорить. Он вошел в дом после объятий от сестры и кивка Армина. Людей было больше, чем должно было быть, и Эрен мог сказать, что Леви было слегка неловко от этого, но оборотень ничего не сказал. Они просто вошли в гостиную и заняли свои места, Леви прислонился к стене в коридоре, что вел на кухню. Эрен даже не был уверен, что стоит сказать. Он пытался найти лучший способ рассказать об всем своим друзьям. В конце концов, оборотни — это миф, так что подача должна быть безупречной, иначе они им не поверят. — Итак, — сказал Жан, прислонившись к подоконнику и скрестив руки на груди, — что случилось прошлой ночью? Медленно выдохнув и пытаясь тщательно подобрать слова, Эрен открыл рот, но не смог произнести достаточно быстро ни слова. — Я оборотень. Ты — добыча. Эрен спас тебя. Эрен резко повернулся к Леви, дабы убедиться, что у него не было галлюцинаций. Их не было. Леви устремил пристальный взгляд на Жана, ожидая его реакции. Эрену не нужно было ждать, он уже знал, что это будет! И он оказался прав. Армин и Микаса обменялись настороженными взглядами, которые явно выражали, что они думали, будто Леви сошел с ума. Жан рассмеялся. Всё вышло совсем не так, как рассчитывал Эрен. Он немного планировал это и хотел, чтобы выбранные слова были спокойными и привели к более конкретному объяснению. Почему Леви сказал так? Он был намного более спокойным и кратким, когда рассказывал об этом Эрену. — Ага, хорошо, — недоверчиво ответил Жан. — Как скажешь. Кто-то читает слишком много своих книг. — Я пишу о вампирах. — Оборотни, вампиры. Та же хрень, но другая стопка. Леви не счел это достойным ответа, поэтому он просто повернулся к Эрену, не сказав ни слова Жану: — Ты помнишь, что я рассказывал раньше, верно? О глазах? — Ээ...? — он не был уверен, что понимет, о чем говорит Леви, но тот только развернулся и пошел по коридору. Дверь в ванную открылась, но не закрылась. Эрен не был уверен, что это должно значить, поэтому просто повернулся к своим друзьям, сестре и потер лицо обеими руками. — Ладно. Я знаю, это звучит безумно… — Этот тип — сумасшедший, — громким шепотом настаивал Жан, так что у Леви определенно не будет проблем услышать. — Оборотень, Эрен? Что с ним не так? Ему нужна профессиональная помощь, а после того трюка, который ты проделал прошлой ночью, тебе тоже! — Слушай, это правда, хорошо? Леви — оборотень и… — он прервался и резко развернулся, когда услышал позади себя крик и вскочил на ноги. — Что это было? — неуверенно спросил Армин. Эрен неожиданно вспомнил, что имел в виду Леви, когда спрашивал о глазах. Однажды, Леви сообщил ему, что оборотни могут трансформироваться по своему желанию, но единственный способ узнать, управлял им человек или чудовище — это изменение цвета их глаз. — Доказательство, — пробормотал Эрен, глядя на своих друзей и вздрогнув от очередного крика из ванной. Он ненавидел слышать это. Это и была причина, по которой Эрен появлялся после того, как произошла трансформация. — Эрен, — ого, Микаса использовала свой голос большой девочки, что означало для Эрена плохие новости. — Я понимаю, что ты очень заботишься о Леви, но то, что произошло прошлой ночью, серьезно. Нам стоит предупредить органы власти, прежде чем кому-то причинят вред. — Вчерашний вечер был исключением, обычно он не выходит наружу. Это моя вина, — Эрен снова поморщился. — Во всем виноват я. Во всем, — он посмотрел на свои забинтованные запястья, ковыряя одно из них. Шум позади него прекратился, и он услышал тяжёлое дыхание. Оно не было похоже на дыхание человека, больше похоже на дыхание животного. Его друзья, похоже, не заметили, но он знал, что их реакция изменится, стоит Леви выйти к ним. Он услышал, как по твердой древесине стучат когти, и наблюдал за остальными. Когда Жан отскочил от стены, Микаса и Армин встали, он понял, что позади него находился Леви. Повернув голову, Эрен увидел, как громадный волк медленно идет вперед, приближаясь к Эрену. Он по привычке протянул руку и зарылся пальцами в чужую шерсть. Леви повернулся, чтобы посмотреть на него, было так странно видеть голубые глаза вместо желтых. Он никогда не видел волка с сознанием Леви, это всегда было животное. — Вы можете сесть, — сообщил Эрен остальным, все еще не сводя глаз с Леви. — Сегодня он все контролирует. Волк никому не причинит вреда. Леви сел на задние лапы и оглядел комнату, почти скучая. Эрену было любопытно, сколько он должен ждать, прежде чем превратиться обратно в человека. Учитывая, как это больно, оборотень, вероятно, собирался немного подождать, а это означало, что Эрену придется заняться всеми вопросами. — Это... Но это... Он ... — Армин, казалось, не мог подобрать слов, недоверчиво глядя на Леви. Разум Эрена вспомнил Эрвина, и то, как он был ужасен, когда Эрен узнал об этом. Он действительно надеялся, что его друзья будут держать рот на замке, потому что ему бы не хотелось, чтобы Эрвин выслеживал их и убивал за то, что они слишком много знали. Взгляд Микасы был прикован к двери. — Пожалуйста, не надо, — попросил Эрен, вскакивая на ноги. — Прошу. Я знаю, что это трудно принять, поверьте мне, у меня было много нервных срывов, когда я впервые узнал об этом, но он безобиден. — Вчера он не выглядел таким безобидным! — повышенным голосом возразил Жан. — Ты не понимаешь, он себя не контролировал! Эрену нужно заставить их понять. Он должен был убедиться, что они никому не расскажут или не выдадут тайну Леви. Он обязан убедиться, что с Леви ничего не случится, потому что мужчина заботился о нем, и всё произошло только из-за Эрена. Если бы его не преследовали, ничего бы этого не случилось. Это все по его вине. Леви пришел туда и был разоблачен, едва не убив Жана. Во всем виноват Эрен. Бросившись к двери, он прижался к ней спиной и стал говорить так быстро, что его слова наскакивали друг в друга. Леви остался на другом конце комнаты, и Эрену пришла в голову случайная мысль, что он охраняет задний выход из комнаты. На этот раз Эрен не удосужился обдумать свои слова, просто позволив им прийти, объясняя все, что ему известно о волках, и стараясь пояснить все так, чтобы они поняли. Он хотел, чтобы Жан осознал, что прошлым вечером Леви не пытался навредить ему, оборотень лишь не контролировал себя. Эрен хотел, чтобы они знали, что волк безвреден, что он запирает себя в клетке, а то, что произошло накануне вечером, было просто несчастным случаем. Он поведал им все, что рассказал ему Леви — опустив личные подробности, которые обнаружил в процессе, такие как Элд и его семейное положение — и даже разъяснил все о Эрвине и Ханджи. Он рассказал им о суперслухе, из-за чего Жан выглядел смущенным, обостренном обонянии и силе. Эрен сообщил, как происходит превращение в оборотня, как люди заражаются и как образовывают стаи. Он передавал своим друзьям каждую крохотную крупицу информацию, которую ему когда-либо рассказывали о волках, пытаясь убедить, что Леви не представляет угрозы и, что он не заинтересован в том, чтобы сделать им больно. — Обещаю, — сказал Эрен, во время его длинной речи оборотень улегся, — Леви не опасен, так что он не причиняет мне вреда. Это никак не связано с ним, — он махнул запястьями, когда упомянул «это», по большей части обращаясь к Жану, поскольку тот был самым подозрительным из всех. В течение долгого времени все молчали, и Эрен ощутил и постарался унять бешено колотящееся сердце, гадая, что будет дальше. Он с криками бежал прочь. Эрен действительно надеялся, что его друзья успокоились. Ну, Микаса и Армин, наверное, будут невозмутимы, но Жан с криком убежит. Первой пошевелилась Микаса, она встала со стула, который занимала, и молча подошла к Леви, уставившись на него сверху вниз, волк поднял свою голову в ответ, чтобы посмотреть на нее. — Откуда нам знать, что он на твоей стороне? — скептично спросила она . — Что касается лунатизма, он сказал мне, что присматривает за тобой, но как я могу в это поверить? — Что ж, — начал Эрен, наблюдая, как Леви поднялся и повернулся, направившись в ванную. Было ясно, он собирался превратиться обратно. Эрен надеялся, что крики боли будут не такими частыми, когда оборотень возвращается в свою истинную форму. — Тогда он и Эрвин были в облике волков, но Эрвин попытался сожрать меня, а Леви получил серьезные травмы, защищая меня, — он развернулся к Жану. — Кстати, вот что случилось с моим пикапом. Он был уничтожен. Эрвину пришлось попросить друга-оборотня починить его, но это заняло несколько недель. Жан просто ошеломленно кивнул. — Так значит он превращается в волка, а затем... останется ли в форме волка в своей клетке или безудержно сбежит, зависит от того, как он себя чувствует? — потребовала ответа Микаса. — Ну, нет, — вздрогнул Эрен. Он старался держаться подальше от тени, которая преследовала его, но если Леви возвращался назад, то был шанс, что это случится сейчас. — Вообще-то, все немного сложнее. Эрен сжал губы, когда до его уши донесся крик. Это было больше похоже на скулеж, чем на человеческий крик, а это значило, что Леви все еще оставался по большей части волком, но от этого слышать было не легче. Он по-прежнему старался продолжать, но всякий раз, когда он слышал крик боли, он отвлекался и терял ход мыслей. В конце концов Эрен сдался и только ждал. Через несколько минут из ванной вышел Леви. Он выглядел бледнее, чем раньше, а когда шел, то выглядел так, будто испытывал боль. Эрену было интересно, было ли изменение болезненней, когда не было вызвано лунным циклом. Мужчина двигался с осторожностью, словно чувствуя каждое движение своих мышц, и сел в одно из свободных кресел. — Черт возьми, — прошептал Жан, как будто увидеть Леви в человеческом обличье было большим доказательством, чем видеть его в облике волка. — Черт возьми, это все наяву. — Вы не должны никому рассказывать, — настаивал Эрен, поочередно глядя на каждого из своих друзей. Они пялились на Леви. — Ну правда, ребята, это... Это серьёзно. Вы ведь понимаете? Не говорите об этом никому, это важно. — Кто, блять, нам поверит? — потребовал ответа Жан. Казалось, что он колеблется между восхищением и ужасом. В одну секунду он улыбался, а в следующую выглядел слабым и напуганным. За этим было бы относительно забавно наблюдать, если бы Эрен не беспокоился о том, как это повлияет на Леви. Даже если хотя бы один из них кому-нибудь, что-то скажет об этом, это может создать проблемы для Леви. Огромные проблемы. Ему нужно, чтобы они осознавали это. — Если хочешь сдать меня, вперед, — заговорил Леви, что полностью шло вразрез с мыслями Эрена и заставило парня хотеть устроить ебучую истерику. — Но только позволь мне спасти жизнь Эрена прежде, чем ты это сделаешь. Это привлекло внимание всех его друзей. Они переглянулись, но первым заговорила Микаса. — Что значит спасти его жизнь? — Лунатизм, — Леви скрестил руки, поморщился и поерзал в кресле, в котором сидел. Очевидно, что мужчина все еще испытывал боль, и Эрена это очень беспокоило. —Оборотни — не единственные сверхъестественные существа, которые существуют в этом мире. — И прощай сон, — тихо пробормотал Армин. Леви проигнорировал его и продолжил. — Существуют множество Сверхъестественного. Некоторые из них хорошие, а другие плохие. Большинство из них, как оборотни, хотят, чтобы их оставили в покое. Мы лишь желаем жить в мире безо всяких проблем. Другие — более злобные и так далее, хотя я не уверен, что именно, преследует Эрена. — Преследует Эрена? — спросила Микаса. Эрен был поражен, что в ее голосе не было скептицизма, только любопытство на грани беспокойства. — Я не знаю, чего оно добивается, но именно поэтому Эрен ходил во сне. Это существо пытается позвать его, заставить прийти к нему. Обычно он спит, так что я могу просто вернуть его в комнату. В последнее время все стало хуже, — он бросил взгляд на Эрена, и тот обнаружил, что его друзья также уставились на него. — Теперь это происходит, когда он не спит, и травмы, которые он получил, вызваны его сопротивлением. Я могу сделать так много только в полнолуние, но не могу контролировать себя с кем-либо, кроме Эрена. Обеспечить его безопасность... не просто. Надеюсь, что зная обо мне все, вы поймете, в какой опасности находится Эрен, и будете более внимательны с ним, чтобы уберечь. — Мне кажется, Эрен упоминал, что ты не можешь контролировать себя в полнолуние, пока в форме волка, — заметил Армин, доказывая, что по крайней мере один из них выслушал бред Эрена. — Не могу, но Эрен... другой, — было ясно, что Леви не хотелось признавать это, но Эрен знал, что только потому, что у него не было объяснения этому. — На сегодняшний день он единственный человек, которого я когда-либо встречал, кого не желает покалечить волк. Я очень благодарен за то, что был заперт в кладовке именно с ним. Эрену хотелось, чтобы рот открыл кто-нибудь еще, но только не Жан, к сожалению, это был Кирштайн. — Так значит, это похоже на родственные души? Мол, он твой партнер, так что ты не желаешь навредить ему? Это то, что случается с волками, не так ли? Брачные партнеры? — Жан вскинул брови, глядя на Эрена. — Ты идиот, — вздохнула Микаса. Сам Леви выглядел слегка раздосадованным. — Что ты имеешь в виду? — Ну, знаешь, ты ведь волк, верно? Так что, быть может, тебе не интересно причинять Эрену боль, потому что он твоя пара, — далее он повернулся к Эрену. — Эй, он пытался, например, отодрать тебя или что-то в этом роде, пока был в форме волка? — Боже мой, — Эрен не мог поверить, что этот разговор и вправду происходит. Ему хотелось вышвырнуть Жана в окно. — Мне стоило позволить Леви съесть тебя. — Что? Это логичный вопрос! — глядя на всех по очереди, настаивал Жан. — Леви — волк, это вполне оправданный вопрос! Несомненно, Леви не согласился, потому что он встал и направился туда, где стоял Жан, прямо ему в лицо и сузив глаза. — Я не настоящий волк. Я человек, который превращается в волка. У меня нет брачных партнеров, нет течки и нет гона, я не вою на луну. Я человек, который может иногда превращаться в волка. Вот. Так. Вытащи свою голову из задницы, пока она не застряла там. Жан освоил искусство не смотреть Леви в глаза, поэтому он все еще улыбался, как будто весь этот разговор был веселым. Но на самом деле, никому кроме него это не казалось смешным. — А откуда ты знаешь? Может быть, Эрен — твоя пара, поэтому ты защищаешь его и не хочешь есть! — Все работает не так. Раньше у меня была невеста, но опека никогда не была такой сильной. Вдобавок к этому, я был влюблен и до этого, у меня были люди, о которых я заботился. Я напал на всех. Каждого. По одному. Эрен — единственный, кого я не атаковал, так что то, что он мой «партнер», не является причиной. — В любом случае, это было офигенно. Вы бы видели его прошлой ночью. Он был таким крутым, прыгая передо мной и ругая волка, охренеть! Похоже, Жан перестал бояться, но Эрен понятия не имел, хорошо это или плохо, особенно из-за того, что тот продолжал задавать странные и неуместные вопросы, которые побуждали Эрена задушить его. К счастью, чтобы заставить его замолчать, Микаса сняла туфлю и довольно сильно ударила Жана по голове. Только Эрен и Армин выглядели обеспокоенными его благополучием. Жан был слишком занят проклятиями и держанием за голову, а Микаса и Леви возвратились к более разумным темам для обсуждения, в основном касаясь Эрена. Ему не нравилось, насколько они сосредоточены на нем, но он также мог понять. В конце концов, все, что происходило прямо сейчас, было из-за него. — Значит, мы ничего не знаем об этом таинственном существе, которое преследует Эрена? — нахмурившись, спросила Микаса. — Почему мы не можем позволить пойти ему туда, куда он пытается уйти? Я знаю, что ты говорил, что это касается тебя, но нас будет четверо. Кроме того, ты не сможешь найти его по запаху? — Зависит от того, с чем мы столкнемся, — стоял на своем Леви. — Если это фейри, я бы не стал волноваться, но если мы противостоим заклинателю, то это совсем другая история. — Заклинатели более могущественны? — сдинув брови, спросила она . — Совсем не обязательно, но они более опасны. Фейри просто хотят посмеяться, но у заклинателей обычно есть цель, из-за которой они что-то делают. Я более склонен верить, что это заклинатель, и если это так, то чего бы он не хотел от Эрена, это не сулит ничего хорошего, — Леви сузил глаза. — Я не позволю ему блуждать во сне. Какие бы чувства я не испытывал к нему, ясно, что моя забота о нем перерастает в крайность. — Мы должны рассказать кому-нибудь, — тихо заговорил Армин, — твоим родителям и полиции. — Сказать им что? — сухо спросил Леви, поворачиваясь к нему. Армин побледнел, когда обнаружил, что на него смотрит оборотень, но не отвел взгляда. — Что какое-то злобное магическое существо преследует Эрена? Тебе никто не поверит. — Они будут более склонны, если ты трансформируешься перед ними, — возразила Микаса. — Нет, — покачал головой Леви. — Существуют правила, запрещающие вещи подобного рода. Эрен не должен был знать, и тот факт, что ему разрешили жить после того, как он узнал о существовании оборотней — редкость. Наличие большого количества людей, которые знают об этом, напрашивается на неприятности. — Но теперь мы знаем! — в ужасе взвился Жан, — Ты хочешь сказать, что мы умрем?! — Я не дам этому произойти, — взгляд, который он бросил на Жана, казалось, наводил на мысль «пока ты не станешь раздражать», но у него хватило вежливости, чтобы оставить свои мысли при себе. — Это важное событие, но чем больше людей узнают, тем опаснее все будет. Для всех нас. Мы не знаем, кому можно доверять, и последнее, чего я хочу, это чтобы мы рассказали не тому человеку и Эрен исчез. Я не говорю, что не верю вашим родителям, — быстро сказал он, когда Микаса открыла рот, — но если они расскажут кому-нибудь в надежде помочь Эрену, это может предупредить тех, кто преследует его, что мы работаем над планом, чтобы обезопасить его. Лучше всего, чтобы нас было как можно меньше. Эрену не нравилось, что о нем говорили так, будто его там нет. Решив, что сейчас самое подходящее время, чтобы позвонить отцу, он извинился и пошел искать стационарный телефон Жана на кухне. Он поднял трубку и глубоко вздохнул, зная, что этот разговор куда более опасным, чем прыжок перед нападающим волком. Это будет действительно очень длинный день. *** Сказать, что это был странный день, было бы явным преуменьшением. Слово "странный" даже близко не описывало день, который они все только что пережили, но когда факты смотрели им прямо в глаза, было трудно притвориться, что это не произошло. Леви превратился в волка в ванной Жана, парень Эрена превратился в животное. Микасе хотелось бы иметь справочник о том, как относиться к подобной ситуации, но, к сожалению, он не существовал. Все, что у нее было, это ее собственный мозг, который пытался заверить ее, что все, что она знала об этом мире, не исчезло в дыму. Это оказалось сложнее, чем ожидалось, но она старалась изо всех сил. Микаса знала, что сможет поговорить с Эреном наедине позже, но многое из того, что происходило, обретало смысл. Все это было совершенным безумием, из-за, во имя Господа, оборотней, но теперь все стало понятно. Она как раз заваривала чай, чтобы успокоить свои измученные нервы из-за дневных событий, когда открылась входная дверь. Обычно это не вызывало у нее никакого беспокойства, но она услышала торопливые шаги пересекающие дом, и когда она повернулась, на кухню вошла ее мать, которая сходила с ума от волнения. — Микаса. Она мгновенно встревожилась, и не могла не поинтересоваться, что случилось с Эреном. Разумеется, Карла не выглядела бы такой обеспокоенной ни за-за кого, кроме Гриши или Эрена. Несколько минут назад Микаса разговаривала с Гришей, чтобы попытаться спасти ситуацию, так как отец был все еще очень зол на Эрена за то, что тот оставил магазина посреди ночи, так что это должно касаться Эрена. — Что случилось? — спросила девушка, готовая совершить убийство, если Эрену навредили. Ее мысли немедленно обратились к злому существу, о котором упоминал Леви, и она задумалась, что если они опоздали, не слишком ли долго оборотень ждал, чтобы сказать им и что случилось бы, если бы Эрен ушел. — Микаса, он разговаривает с тобой, — ее мать мгновенно оказалась перед ней, все еще держа ключи от машины в правой руке и сумочку, перекинутую через плечо. Она потянулась, чтобы схватить руку Микасы своими, паникуя: — Что с ним происходит? — С Эреном все хорошо? — сразу же спросила она, все больше тревожась. — Не знаю, я надеялась, что тебе это известно, — Карла выглядела разочарованной и обеспокоенной. — Он не говорил с тобой? Ничего не сказал? Микаса, на его запястья страшно смотреть! Я не понимаю, что происходит, но для него ненормально настолько пострадать, не признав, что такого идиотского он совершил, чтобы получить такие раны! Микаса хотела успокоиться после ее слов, потому что беспокоилась о том, что уже разъяснили, но было тяжело полностью расслабиться. Карла так волновалась о сыне, о том, что с ним происходит. Она была точно такой же, какой была Микаса всего двенадцать часов назад, размышляла об Эрене и его секретах, которые тот хранил. В этот момент ей хотелось рассказать. Она желала признаться во всем, что узнала: о Леви, о травмах, о лунатизме, обо всем. Девушка хотела успокоить свою мать, объяснив, что происходит, и хотя Карла будет волноваться из-за зла, что преследует ее сына, по крайней мере, она будет проинформирована. Слова были прямо тут, на кончике ее языка, но они не выходили. Если она расскажет Карле, Эрен никогда не простит ее. Он и Леви подчеркнули это. Люди не знают об оборотнях и так должно остаться, они не могут просто ходить и рассказывать людям, что те существуют, это было опасно. Люди станут говорить и не поймут. Они могут пострадать. Начнутся войны между людьми и сверхъестественными существами, начнется паника. Уже было трудно держать на замке рот Жана, но они справятся. Кирштайн был умен, а Леви угрожал убить его, так что с этим, вероятно, у них не будет проблем. Леви также упомянул, что беспокоится о Карле. Если она узнает об опасности, то может усугубить ситуацию. Пожалуй, она может стать подходящей заменой для того, кто хотел Эрена. Возможно она пожертвует собой, чтобы спасти сына. У Эрена были люди, которые присматривали за ним и защищали его. У Карлы же не было никого, так что если она узнает и уйдет, чтобы сделать глупость, то никто не узнает об этом. Если им придется разделить свои усилия, чтобы защитить их обоих, это может означать потерю одного из них. Существовали сотни причин признаться Карле, но была еще тысяча держать язык за зубами. Только по этой причине Микаса уставилась на мать, с болью в груди от беспокойства и замешательства на ее лице, и сказала. — Мне жаль, он мне ничего не говорил. Плечи Карлы поникли, голова склонилась. А руки, которые вцепились в Микасу, задрожали. — Это не Леви, — тихо прошептала она. — Я знаю об этом, — призналась Карла. — Знаю, что это не так. Не знаю, откуда, но... Леви все еще пьет со мной чай. Мы все еще общаемся, но не об Эрене, — она почти отчаянно посмотрела на Микасу: — Ты же сказала бы мне, да? Если бы что-то было не так? Микаса помедлила. —Конечно. Я знаю, что он поссорился с Энни, может быть... — Дело не в Энни, — упорствовала Карла, качая головой. Она отпустила руку Микасы и обвила ее руками, крепко обняв. — Я люблю тебя, Микаса. Я люблю Эрена. Если что-то не так, пожалуйста, прошу, ты должна сказать мне. Я не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал. На мгновение, ее руки оставались по бокам, прежде чем Микаса наконец подняла их, чтобы обнять мать, чувствуя себя просто ужасно. — Мы оба в порядке. Обещаю. «Пока что», — мелькнуло на грани разума, но она не думала, что должна говорить об этом матери. *** Эрвин чувствовал себя измотанным. Он был так истощен, что ему было трудно просто подняться с барного стула у кухонной стойки и пойти за едой. Он всегда чувствовал боль от трансформации в третью ночь. Это боль запечатлелась в его костях, что затрудняло движения, поэтому он всегда имел тенденцию сказываться больным или планировать отпуск на следующий день после последней ночи полнолуния, когда он не мог работать из дома. Он отдавал предпочтение такому графику, который соответствовал его состоянию. Прошаркав к холодильнику, мужчина помешкал, прежде чем открыть его, затем поменял курс и вместо этого открыл морозильную камеру, выдернув бутылку водки. Бывали дни, как сегодня, когда он скучал по Леви. Обычно сварливый хрен появлялся, чтобы совершить набег на его шкаф с алкогольными напитками и холодильник, но в тайне будет здесь для того, чтобы убедиться, что в его возрасте, Эрвин чувствует себя хорошо. Дело не в том, что Эрвин был намного старше, просто его трансформация произошла позже, и, как выяснилось через исследования и от других лидеров стай, когда приходит первое изменение, чем старше человек, тем тяжелее это для тела. Вновь усевшись за стойку, оборотень вздохнул и откупорил водку, сделав глоток прямо из бутылки. Леви бы это не понравилось, но его там не было, и то, чего он не знал, не повредило бы ему. Еще раз проверив электронную почту, Эрвин пролистал несколько разных окон и ответил одному человеку, поблагодарив того за помощь. Он чувствовал себя немного детективом или частным сыщиком, расследуя все эти дела для Леви. Как правило Леви занимался этим сам, Эрвин помогал, но он мог сказать, сколько времени уходит на наблюдение за Эреном, поэтому не мог заставить Леви выбирать между исследованиями и Эреном. Эрен все равно выиграет, да и Эрвин не возражал. Он собирался сделать еще глоток из бутылки, когда в углу экрана выскочило оповещение. Он поспешно отставил бутылку и открыл электронное письмо. В нем был один из тех «важных» восклицательных знаков, а также вложение, и оно было от его связного в Сине. С учетом того, что он был Меняющим Облик и знал причину, из-за которой Эрвин занимался этим, электронное письмо с указанием срочности было важным. Читая заголовок, он подвинул ноутбук ближе, пока читал, скользя взглядом по экрану. Все краски сошли с его лица, а глаза расширились, чем дальше он читал. К тому времени, как Эрвин добрался до конца, слова о неотложности увезти Эрена из Шиганшины стали уже большими жирными буквами. — Дерьмо, — Эрвин вытащил свой мобильный и сразу же набрал Леви, быстро встал, не обращая внимания на боль в коленях. Он прошел по своей квартире, пытаясь найти ключи. Были гудки. И еще гудки. И еще. Он проверил время на плите. Было двенадцать вечера, значит Леви, вероятно, был с Эреном, если у парня была ночная смена. Отодвинув телефон от уха, Эрвин повесил трубку и вместо этого попробовал его мобильный, который сразу перешел на голосовую почту. — Черт! — он отодвинул телефон и вместо этого позвонил Ханджи, найдя ключи и поспешив надеть обувь. Ему нужно было ехать в Шиганшину прямо сейчас, иначе будут проблемы. Было бы идеально, если бы Леви ответил на его гребаный телефон, но сейчас важно было просто добраться туда и вытащить Эрена, прежде чем случилось что-то непоправимое. Телефон Ханджи тоже перенаправил его на голосовую почту, и Эрвин подумал о том, чтобы оставить сообщение, но направлялся к лифту, поэтому вместо этого повесил трубку. Он почувствовал, как в его груди поднимается тревога, и подумал о том, чтобы снова попробовать дозвониться до Леви в машине. Ему хотелось, чтобы у него был номер Эрена. Эрвину следовало подумать об этом в тот последний раз, когда он был в Шиганшине. Он забил свой номер в телефон Эрена, когда купил ему новый, но не подумал взять номер. Возможно, Эрвину удастся найти в Интернете номер магазина и позвонить по нему. Не то чтобы он очень волновался за Эрена, хотя у него были некоторые опасения за мальчика. Его больше беспокоило то, что случится с Леви, если что-то случится с Эреном. В некотором смысле их встреча была проклятием, потому что это могло уничтожить Леви, если с парнем что-нибудь случится. С другой стороны, было хорошо, что Леви наконец нашел кого-то, кто помог бы ему пережить потерю Изабель. Войдя в гараж, Смит поспешил к своей машине и вернулся к списку контактов, чтобы снова попробовать дозвониться до Ханджи. Он остановился со стороны водителя, нажал кнопку вызова и поднес мобильный к уху. За его спиной в окне промелькнуло движение, и мужчина начал оборачиваться, когда его зрение потемнело. Телефон выпал из его руки, когда снова ответила голосовая почта Ханджи.