Good Enough to Eat

Жан насвистывал в такт радио, которое едва мог расслышать из-за рева двигателя. Когда он наехал на выбоину, в опорной раме автомобиля что-то зловеще загрохотало, но пикап продолжал двигаться, так что Жан не обратил на это никакого внимания. Правой рукой медленно повернул руль, в то время как левая лежала на окне, он нажал на газ сильнее, чтобы заставить автомобиль ехать вверх по холму. Пикап значительно замедлился и начал издавать странные пыхтящие звуки, которые, вероятно, не были хорошим знаком, но парень проигнорировал это и лишь сильнее надавил на педаль газа. Продвижение было медленным, но в конце концов он добрался до вершины первого холма, затем обогнул один небольшой поворот и поднялся на второй холм. Когда земля снова выровнялась, пикап перестал вести себя как старик и немного ускорился, позволив Жану остановиться позади другого автомобиля, уже припаркованного на подъездной дорожке. Вероятность того, что другое авто вообще будет там, была мала, поэтому он обрадовался, что его визит не будет напрасным. Выключив двигатель, Жан продолжил насвистывать песню, что играла по радио, схватил с пассажирского сиденья какие-то бумаги, книгу и выпрыгнул из пикапа. Парень подошел к двери, зная, что ему, вероятно, не будут рады, но не находя в себе сил беспокоиться об этом. Микаса была на работе. Эрен тоже. Армин помогал деду с работой. У Жана было свободное время, которое он использовал для изучения сверхъестественных существ — что все еще чертовски пугали его — и у него были некоторые мысли, которыми хотелось поделиться с Леви. Неважно, оценит Леви его мысли или нет. Перепрыгивая через две ступеньки крыльца за раз, он добрался до верха и громко постучал в дверь. Нельзя сказать, что его пикап был недостаточно громким, чтобы Леви не услышал его еще с первого холма, но все равно было вежливее постучать. Они еще не достигли той стадии дружбы, когда Жан мог просто пригласить себя сам, как он делал у Эрена и Армина. В доме царила тишина. — Леви, — громко позвал он. — Я знаю, что ты там, твоя машина здесь, — он отошел в сторону, чтобы попытаться заглянуть в одно из окон. — Ты не можешь игнорировать меня, я очень шумный и не собираюсь уходить. Нам нужно поговорить. По большей части о сверхъестественных существах, которых он нашел в процессе своей охоты, чтобы выяснить, что преследовало Эрена, но также и о самом Эрене. Жан хотел знать, что может сделать, чтобы защитить, как получить информацию о заклинателях, чтобы обезопасить своего друга. Сработает ли соль? В фильме "Фокус-покус" упоминалось, что соль действует на ведьм. Заклинатели являлись ведьмами? Он понятия не имел, но использовал эти термины как взаимозаменяемые. У сериала "Сверхъестественное", похоже, были другие мысли. Ему показалось, что главные герои использовали железо, чтобы препятствовать магии ведьм, но не было никакого реального способа полностью подавить ее. Возможно, он сможет соорудить для Эрена гигантский металлический ящик и возить того в нем. Вероятно, это было бы для него приятным облегчением, учитывая, что Эрен, похоже, практически не спал. Вернувшись к двери, Жан принялся раздраженно колотить в нее. Он стучал по дереву до тех пор, пока не заболел кулак. Затем попробовал открыть дверь. Она была заперта, что глупо, так как в Шиганшине никто не запирает двери, но Леви был парнем из большого города, поэтому боялся, что кто-то вломится и украдет его тостер или что-то в таком духе. Повернувшись, чтобы спрыгнуть с крыльца, Жан обошел дом сбоку, крича в сторону второго этажа. Он начал с имени Леви, затем стал сыпать проклятиями в сторону оборотня. Затем в сторону его матери. Потом проклиная Бога. Он бродил вокруг дома, пока не добрался до задней части, все еще крича на второй этаж — или на небо, кто знает? Подойдя к задней двери, он попробовал открыть ее, но обнаружил, что она тоже заперта. Леви действительно нужно было успокоиться по поводу всего этого взлома. Особенно находясь дома! Кто запирает дверь, когда сидит дома? Чудаки. Чудаки запирают двери, когда дома. Наклонившись вперед, чтобы, прищурившись, заглянуть в большую раздвижную стеклянную дверь, Жан нахмурился, увидев руку на полу, что выглядывала из-за прилавка. Что казалось странным, а также немного омерзительным. Жан вдруг задумался, жрет ли Леви людей, а затем вспомнил, что лично не раз видел, как Леви ел пищу обычных людей. Кроме того, если бы оборотень собирался кого-нибудь сожрать, он, вероятно, начал бы с Жана, учитывая, что мужчина ясно дал понять, что не слишком его любит. И если Кирштайн все еще жив, большинство других людей, скорее всего, в безопасности. Его разуму потребовалось слишком много времени, чтобы сообразить, что из-за прилавка выглядывает рука, потому что кто-то лежит на полу. Кого-то, кто, вероятно, жил в этом доме. То есть Леви. Леви лежал на полу кухни, и почему-то у Жана было предчувствие, что это было не по его выбору. — Леви, — громко позвал он, постучав в окно. — Эй, Леви! Леви, ты там в порядке? Жан не хотелось паниковать, пока не появится реальный повод для этого. Может быть, Леви поскользнулся. Может быть, он вздремнул в волчьем обличье и превратился в человека. Черт, может быть, ему просто очень, очень нравилось, ощущение плитки на его коже. — Леви! Эй! Ладно, он определенно не спит. У него начиналась паника. Бросив свои заметки и бумаги, Жан вновь обежал вокруг дома, стремясь добраться к входной двери — которую он сможет взломать, если понадобится, — но прошел мимо открытого окна в гостиной. Распахнув его полностью, Жан пролез через проем, тяжело приземлившись на левую руку, когда рухнул в дом. Поморщившись, парень вскочил на ноги и, потирая руку, бросился через дом в сторону кухни. Леви лежал на полу на животе, из разбитой кружки на кафель пролился чай. В целом, сцена выглядела очень похожей на ту, что кто-то отравил Леви, что еще больше подтвердилось, когда Жан увидел, что мужчина держал одну руку во рту. — Черт! — бросившись вперед, как только его мозг напомнил ему, что, черт возьми, Леви, возможно, умирает, Жан упал на колени и перевернул его на спину. Наклонившись, он прижал ухо к груди Леви, прислушиваясь к сердцебиению. Оно было, но едва-едва заметным. Когда он наклонился к лицу мужчины, то обнаружил, что тот не дышит. В уголках его рта также была какая-то странная черная слизь. — Черт! Черт! — дрожащими руками Жан сунул руку в карман за телефоном и, вводя пароль, трижды чуть не выронил его. Он отыскал номер магазина, прекрасно зная, что Эрен не ответит на мобильный во время дневной смены, и прижал трубку к уху. — Давай, давай, давай! — кричал он. — Здравствуйте, я... — Мне нужно поговорить с Эреном! — практически заорал в трубку Жан. — Девять-один-один, чрезвычайная ситуация, пиздец как срочно! Сейчас же! — тишина. — Сейчас же, тупица! Он услышал, как заиграла фоновая музыка, и наклонился, чтобы опять прижаться ухом к груди Леви. Черт, это было его воображением или сердцебиение Леви неуклонно замедлялось? Он уже не дышал, сколько времени пройдет, прежде чем сердце остановится? Черт, он что, съел серебро или что-то типа того? Омелу? Волчий аконит? Гребаные зерна ржи?! Черт, что должен был делать Жан?! Он не был ветеринаром! Или врачом! Честно говоря, он понятия не имел, что было бы наилучшим вариантом прямо сейчас! Фоновая музыка прервалась. — Жан, какого черта... — Леви умирает! — крикнул он, прерывая полный гнева выговор Эрена. — Леви, черт возьми, умирает, и я не знаю почему или что делать! — Умирает? Что значит умирает?! — потребовал ответа Эрен, повысив голос. — Что случилось?! — Не знаю! Я пришел, а он не отвечал, так что я обошел дом сзади, а он лежит на кухонном полу, и его сердцебиение очень медленное, и он не дышит, и у него черная слизь на губах, и я думаю, что он умирает! Что делать?! Позвонить в больницу?! Или ветеринару?! Что мне делать?! — Позвони Эрвину! Жан, звони Эрвину! Жан был в паре секунд от грандиозной панической атаки, когда Леви начал биться в конвульсиях. Его губы приоткрылись и брызги того, что Жан принял за кровь, вырвались изо рта. Она была черной, но он понимал, что это кровь. — Вот дерьмо! Черт, черт! — Жан отбросил телефон и прижал обе руки к плечам Леви, пытаясь остановить судороги. Потом он вспомнил, что Микаса как-то рассказывала ему о парне, который в конвульсиях прокусил себе язык, и тут же перевернул Леви на бок. Эрен кричал на него из телефона, напоминая ему о том, что он должен был сделать. Позвонить Эрвину. Как? У него не было его номера! Неважно, он слышал, как на другом конце провода ругался Эрен. — Телефон Эрвина перенаправляет на голосовую почту! Чертова голосовая почта! Жан, позвони Ханджи! У меня нет его номера, позвони Ханджи! — Позвонить Ханджи?! Как?! Я не ... — взгляд упал на джинсы Леви, и он поспешно сунул руку в ближайший карман. Вытащил бумажник. Перекатив Леви на другой бок, пока тот продолжал биться в судорогах, Жану удалось засунуть руку в другой карман и вытащить телефон. Защищен паролем. Конечно. Схватив Леви за плечо той же рукой, что держала телефон, он поднял с земли свой мобильный и приложил к уху. — Как я должен найти номер Ханджи?! — Он в телефоне Леви! — У него стоит пароль! — Леви только что перестал биться в конвульсиях. Нехорошо. — Изабель, это Изабель! — Что? — Его пароль! Изабель! — Что?! — снова переспросил Жан. — Просто, черт возьми, введи это имя по буквам, Жан! Жан тут же поднял второй телефон, бросил свой и ввел пароль, который ему дали. Экран разблокировался, он открыл список контактов Леви и начал пролистывать их. Никого в телефоне не звали Ханджи, но прежде чем он успел спросить об этом Эрена, он услышал, как его друг кричит:"Дерьмовые очки!” Имелся контакт "Дерьмовые очки". Он нажал на него и поднес телефон к уху. Гудок. И еще гудок. И еще. Если Ханджи не ответит… Если Эрвин и Ханджи оба не ответят… Раздался щелчок. — Леви, я не могу говорить... — Леви бьется в судорогах и не дышит, и есть кровь, я имею в виду, что думаю, что это кровь, это точно кровь, кровь, и она черная, и у него конвульсии, и оборотень, что мне делать?! — заорал в трубку Жан. Удивительно, что Ханджи и бровью не повел. Он тут же перешел от отсутствия времени к немедленному задаванию вопросов. — Откуда берется черная кровь? Из под его кожи? — Нет, изо рта! Как будто его тошнит или что-то в этом роде! — Он все еще дышит? — Нет! — Слушай меня очень внимательно. Если у него изо рта течет кровь, значит, он что-то проглотил. Нужно, чтобы его вырвало. Мозг Жана замкнулся и остановился. Это был волчий аконит? — Что?! Если он без сознания, я не могу заставить его блевать, он задохнется и умрет! — Жан может и не был врачом, но знал, что вызывать рвоту у человека, находящегося без сознания — плохая идея. — Оборотни — это другое, он переживет это, но если ты ничего не сделаешь, Леви умрет! — крикнул Ханджи. — Пусть его сейчас же стошнит! Отбросив телефон в сторону, чтобы тот присоединился к тому, где звонок, казалось, больше не был связан с магазином, Жан схватил Леви за руку и рывком привел его в сидячее положение. Крошечная часть его мозга была возмущена тем, что он собирался сделать, но большая часть кричала о том, что Леви умирает. — Это будет отстойно для нас обоих, — пробормотал он, прижимая Леви к шкафу и затем с силой открывая рот. Жан слегка сдвинулся, чтобы не находиться прямо рядом с ним, а затем засунул пальцы в рот Леви так далеко, как только смог. Сначала ничего не происходило. Он задумался, что, может быть, ему не удалось засунуть их достаточно далеко или, наверное, невозможно вызвать рвоту, если человек не дышит. Прежде чем Жан попытался выяснить, что делать, он ощутил жидкость на своих пальцах и быстро отдернул их, но не раньше, чем Леви стошнило на всю его руку и колени. Издав звук отвращения, Жан снова засунул пальцы в рот Леви, вновь прижав их к задней стенке горла. Последовал еще один приступ рвоты, но он был меньше, как будто у Леви в желудке на самом деле ничего не было и рвота, которую он только что вызвал, в значительной степени опустошила его. Ладно. Леви вырвало. Что теперь? Схватив телефон, к которому Ханджи был подключен чистой рукой, он поднес его к уху. — Хорошо, его вырвало, что теперь? — Заставь его снова задышать! Жан неуверенно посмотрел на Леви. Это означало рот в рот... Оказаться напротив рта, который только что стошнило... У него было всего полсекунды, чтобы почувствовать себя ужасным человеком из-за того, что ему не хочется этого делать, прежде чем выругаться и опять отшвырнуть телефон. Жан уложил Леви на спину, надеясь, что Бог не заставит его подавиться рвотой или чем-нибудь еще. Использовав низ рубашки, он вытер рот Леви, а затем сдвинулся и заткнул нос. — Хорошо. Хорошо, — пробормотал он, изо всех сил пытаясь взять себя в руки. Резко выдохнув, Жан склонился и накрыл рот Леви своим собственным. Он очень старался не обращать внимания на запах и вкус. Лишь сосредоточился на выдохе, надеясь, что все делает правильно, потому что в действительности он не знал, что делает. Интернет был учителем только в теории, а не на практике. Отстранившись, он подождал секунду, чтобы увидеть, начнет ли Леви снова дышать, а затем повторил действие, дыша ему в рот. Он чуть не откусил себе язык, когда позади него раздался хлопок. Меньше чем через секунду его оттолкнули в сторону, и Эрен склонился над Леви, хлопая того по лицу и выкрикивая имя. Он наклонился к лицу Леви, а затем, подражая тому, что только что делал Жан, защемив его нос одной рукой и закрыв рот своим. Эрен дважды выдохнул, а затем начал делать непрямой массаж сердца. Жан не мог представить, что делать, когда кто-то не дышит, но потом решил, что, возможно, Эрен не знал, что сердце Леви все еще бьется. Эрену пришлось сделать искусственное дыхание рот в рот еще пару раз, прежде чем Леви дернулся и начал кашлять. Мужчина перекатился на бок, сильно закашлялся и выплюнул черную слизь — или кровь, неважно. — Леви, — напряженным голосом позвал Эрен, крепко сжимая другого за плечо. — Леви, с тобой все в порядке? Леви все еще кашлял, его дыхание было затрудненным и болезненным. Одна рука сжимала джинсы Эрена, другая прижималась к кафельному полу. В телефоне все еще раздавался голос Ханджи, поэтому Жан наклонился, чтобы схватить устройство и заткнуть его. — С ним все в порядке?! Что происходит?! — Хэй. Он снова дышит. Проснулся. Думаю, что с ним все в порядке. — Думаешь или знаешь?! —Ханджи, — заговорил Леви грубым и скрипучим голосом. — Я в порядке. Жан собрался передать это, но Ханджи ответил раньше, чем он успел. Затем парень вспомнил о слухе оборотней, и подумал, что Леви и Ханджи могли бы поговорить друг с другом по телефону даже находясь через комнату. — Ты уверен? Сколько ты проглотил? Можешь встать? — Работаю над этим, — проворчал Леви. Он положил одну руку на стойку, а Эрен схватил его за другую. Вместе им удалось подняться на ноги, рвотные массы медленно стекали по груди Леви. Жан увидел, как оборотень поморщился, но ничего не сказал, просто пытаясь изо всех сил удержаться на ногах. — Я в порядке, — повторил он. — Тебе следует переночевать в другом месте. На всякий случай. Жан не понял, почему Леви сказал так и почему Ханджи согласился, но после короткого и загадочного обсуждения Ханджи сказал, что позвонит Леви через час, следом повесив трубку. — Ты в порядке? — спросил Эрен. Он выглядел бледным, как будто его самого только что отравили. Жану и самому стало плохо. Не из-за того, что он делал искусственное дыхание рот в рот с кем-то, кого только что вырвало, хотя это тоже было отвратительным. Нет, ему стало плохо потому, что он вдруг понял, что теперь это его жизнь. В ней злобные, сверхъестественные существа заставляли его лучшего друга ходить во сне, оборотней травили, а вампиры были реальны. Ему казалось, что его сейчас тоже вырвет. — Со мной все будет в порядке, — ответил Леви, хрипло откашливаясь в течение нескольких секунд. — Просто стоит удостовериться, что это больше не в моем организме. — Что это было? — спросил Эрен. — Яд? Типа мышьяка или что-то наподобие? — Волчий аконит. — А? — только и смог ответить Эрена на это. Мозг Жана немедленно уловил эти слова, поскольку он так и думал. Исследования были его коньком, и, несмотря на то, что в нем все еще бурлил адреналин, выплескивание случайной ерунды, которую он узнал в Интернете, вероятно, успокоит его. Он указал пальцем на Леви и Эрена, как только были произнесены эти слова. Ему пришлось указывать вверх, потому что он все еще сидел на полу. — Ой! О, я читал об этом! Для оборотней это как яд! Это фиолетовый цветок, который люди использовали в мифах, чтобы убивать или парализовывать оборотней! Если волки вдохнут даже небольшое количество, то это ослабит их до такой степени, что их можно будет сдерживать. Если они вдохнут слишком много, это может убить их. Если оборотень проглотит его, то растение убьет его. По-видимому, люди обычно смешивают аконит с другими магическими травами, чтобы цветок приводил оборотней в бессознательное состояние или ослаблял их, но не убивал, потому что существует огромная торговля на черном рынке с другими сверхъестественными существами для оборотней. Леви казался оскорбительно впечатленным, как будто даже не знал, что Жан способен читать. Парень сожалел бы, что спас его, если бы только что буквально не спас тому жизнь. Это было не так смешно, когда не являлось шуткой. — Хм? — повторил Эрен. — Кто-то подсыпал мне в чай аконит, — сказал Леви, его голос все еще немного странно звучал. — По крайней мере, я думаю, что оно было там. Вероятно, не в воде, так что самым логичным местом кажется чай. — Как кто-то вообще может знать, что нужно использовать волчий аконит? — спросил Эрен. — И зачем? — Ну, разве не очевидно, что за тобой охотится человек? — поинтересовался Жан. — Я о том, вполне логично, что он знает, кто такой Леви, и если бы он захотел избавиться от него, использование волчьего аконита было бы самым умным способом. Это яд для оборотней, и хотя растение может навредить и обычным людям, если бы кто-то сделал вскрытие и обнаружил в организме Леви мышьяк, они бы поняли, что это убийство. Но если это волчий аконит, это не то, что они могут сложить два и два, поэтому просто предположат, что это был несчастный случай. Леви просто съел не то растение или что-то вроде того. Жан был серьезно обижен взглядами, которыми был одарен. — Что?! Я провел исследование, ладно! Книжный червь! Это то, чем я занимаюсь! — Так, подожди, мы действительно говорим о том, что кто-то только что пытался убить тебя? — уточнил Эрен, поворачиваясь к Леви. — Но это же безумие, правда? Я имею в виду... Это же полный бред, верно? Леви ничего не ответил, что означало нет, это не было полным безумием. Жан полагал, что это сумасшествие, но, очевидно, Леви так не считал. Это была ужасающая мысль. — Ладно, подожди, — начал Жан, наконец решив, что ему следует встать на ноги, так как смотреть на двух других снизу было странно. — Мы говорим, что этот человек, или существо, или что-то еще, что преследует Эрена, готов убивать людей, чтобы добраться до него?! — Я думаю, что он готов убить всех, кто стоит между ним и Эреном. В основном это я, — пробормотал Леви. — И я! Святые дерьмояйца! — Жан провел обеими руками по волосам, потирая затылок, где волосы были короче. — Срань господня. Это и вправду происходит? Безумие. Это не может быть правдой! Он проигнорировал то, как Леви смотрел на него явно осуждающим взглядом. Эрен выглядел извиняющимся и виноватым, как будто ненавидел то, что происходило, так же сильно, как и все остальные. Он выглядел особенно обеспокоенным и расстроенным из-за того, что погибают люди. — Жан. — Что? — спросил он, стараясь сохранять спокойствие. — Спасибо, — слегка кивнул Леви. — Спасибо, что спас мне жизнь. — Ой. Верно. Конечно. Без проблем, — это напомнило Жану о том, что вся его рука была в рвоте. Которой он только что провел по волосам. Потрясающе. — Мне, вероятно, следует некоторое время избегать своего дома, — сказал Леви, не выглядя счастливым по этому поводу. — Здесь может быть больше волчьего аконита, и будучи отвлеченным, я могу проглотить еще больше. — Ты можешь остаться у меня, — заговорил Жан, думая, что он не обязательно рад этому. — Моих родителей сейчас нет в городе, так что они не будут возражать. Он мог сказать, что Эрен хотел предложить свою комнату, но это, вероятно, не было бы хорошей идеей. Кто-то пытается убить Леви и похитить Эрена. Держать их обоих в одном месте казалось довольно дурацкой идеей. Убить двух зайцев одним ударом, ну или типа того. — Пожалуй, — ответил Леви. — Мне нужно подумать, что делать. Это начинает выходить из-под контроля. Сначала Эрвин, теперь это и... Леви оборвал себя, как будто сказал что-то, чего не следовало говорить. Жан и Эрен переглянулись, и Жан был почти уверен, что его друг был на грани срыва. — А что насчет Эрвина? Леви, что случилось с Эрвином?! Лицо Леви ожесточилось, как будто он разозлился на себя, но после нескольких напряженных секунд молчания вздохнул, как будто потерпел поражение, и потер рот. Он выглядел так, как будто всего за несколько коротких секунд постарел на пару лет, как будто оборотень носил на себе этот груз в течение нескольких недель и, наконец, сломался под его тяжестью. — Не здесь, — наконец заговорил он. — Нам нужно поговорить где-нибудь за пределами моего дома, прежде чем волчий аконит будет запущен в мою вентиляционную систему. Как только Леви переоделся, они вышли из дома и Жан едва вспомнил о том, чтобы захватить свои исследования, прежде чем они сели в свои авто и отправились обратно в магазин. Жан надеялся, что ни одна из машин не взорвется. Печально, что его новая жизнь сделала такую возможность реальной. *** Эрен пристально уставился в окно своей спальни, темнота за ним была еще более ужасающей, чем когда-либо прежде. Он боялся спать. Боялся даже существовать. Часть его почти задавалась вопросом, не должен ли он просто найти это злое существо и отдать себя ему в обмен на жизни своих друзей. Теперь он знал, что это зло. После того, как оно чуть не убило Леви и что-то сделал с Эрвином, Эрен без тени сомнения знал, что тот, кто его преследует, искал не нового приятеля. Он искал… Что? Эрен понятия не имел, что от него хочет злое существо. Он не был особенно талантлив, был средним по внешности и ниже среднего по интеллекту. У него действительно ничего не было, так почему нечто должно было преследовать его? Позади него раздался шум, и он резво вскочил в постели, резко обернувшись и желая, чтобы было немного светлее. — Это всего лишь я, — сказал Леви из тени. Он двинулся вперед так, чтобы свет снаружи осветил его фигуру. — Не хотел тебя будить. — Я не спал, — сказал Эрен, переставляя одну ногу так, чтобы ему было удобнее сидеть. — Не могу заснуть. Леви медленно подошел к нему и сел на край кровати. — Мне жаль, что так получилось. — Почему ты извиняешься? Из-за меня пропал твой друг, — даже произнося эти слова, он чувствовал себя так, словно у него во рту было битое стекло. — Я сожалею насчет Эрвина. — Что бы с ним ни случилось, я знаю, что он все еще жив, — Леви нахмурился. — Не могу объяснить, откуда знаю, просто чувствую. Сильно. Где бы он ни был, Эрвин жив. Очевидно, они нуждались в нем для чего-то, или, может быть, они никогда не собирались никого убивать, но что-то во мне настолько разозлило их, чтобы попытаться. Эрен почувствовал, что в миллионный раз за этот день подавляет панику, не желая, чтобы она поднялась, или он боялся, что никогда не сможет избавиться от нее. Кто-то пытался убить Леви. Из-за него. Из-за него! Если бы Жан волшебным образом не появился в его доме, Леви бы умер. Эрен пришел бы после работы, часов через пять, а Леви лежал бы мертвый на кухне. У Эрена не было слов, чтобы выразить, как он был благодарен, что Жан отправился навестить Леви. Чтобы он ни планировал обсудить с оборотнем, в конечном итоге, его отодвинули в сторону, учитывая тот факт, что его друг вообще поднялся туда, был законной и единственной причиной, по которой Леви крался в тени его спальни. — Чего эта тварь хочет от меня? — тихо спросил Эрен. — Что он хочет? — Я думаю, что Эрвин узнал, — сказал Леви, опустив глаза и уставившись на свои руки, которые были сложены на коленях. — Думаю, именно по этой причине его и забрали. Он кое-что выяснил, и они не хотели, чтобы он поделился этим. Ханджи работает. Эрен хотелось, чтобы у него был способ исправить это. Хотел знать, что делать. Но он не знал. Эрен не сделал ничего, кроме того, чтобы придумать принести себя в жертву и другие не пострадали. Леви никогда бы не пошел на это. И Микаса тоже. И Жан, и Армин. Армин был особенно шокирован, узнав, что Эрвин пропал, а Леви едва не погиб. Казалось, он вел себя так, словно это было личным оскорблением, и заперся в своей комнате на всю ночь, занимаясь исследованиями. Эрен понятия не имел что за исследования. Хотя это и было немного необычно, так как постоянным исследователем был Жан, но если Армин хотел попробовать, никто не сможет остановить его. Кроме того, Жан по большей части пытался найти противодействие сверхъестественным существам, но Армин, казалось, больше интересовался историей Эрена в целом, пытаясь выяснить, что его преследует и почему. А чем занимается Эрен? Хандрил в своей комнате. Серьезно, что бы ни преследовало его, у этого существа был ужасный вкус. — Тебе нужно немного поспать, Эрен. — Не могу, — упирался он. — Я снова уйду. — У меня хорошее предчувствие на сегодняшнего вечер, — нахмурившись, сказал Леви. Эрен понятия не имел, почему мужчина хмурился, но чувствовал, что это было неизменно с момента его близкой смерти в тот день. — Они будут зализывать свои раны, узнав, что им не удалось избавиться от меня. Не думаю, что они попытаются что-нибудь сделать с тобой сегодня вечером. — Ты думаешь, что как ты и говорил, это Заклинатель? — спросил Эрен. — Учитывая все, что произошло, это ведь разумное предположение? — Возможно, — Леви, похоже, не любил гадать. — Очень трудно скрыть свой запах от оборотня. Я знаю, что есть способы обмануть собак-ищеек, бегая по воде и перегружая чувства, но все иначе, когда это оборотень, который заходит в свой собственный дом. Я чувствовал твой запах повсюду, мне следовало предположить, что что-то не так, когда понял, что запах был таким сильным, их возможности полностью замаскировать свой запах... Впечатляют. Леви на мгновение замолчал, а затем издал звук раздражения. — Что? — спросил Эрен. — Просто ненавижу то, что это все, о чем мы все время говорим. Не то чтобы это не важно, но мне не нравится, что все наши отношения, романтические или нет, полностью подчинены обсуждению этого. Эрен чувствовал, что может понять. Честно говоря, его это тоже раздражало, но это было не тем, что можно контролировать. Они должны были поговорить о том, что Эрвин пропал, Эрен ходит во сне, а Леви стал мишенью. Это была их реальность, в которую он, к сожалению, втянул свою сестру и двух лучших друзей. — Ну, ты всегда можешь прийти сюда и немного поспать со мной, — Эрен указал на место рядом с ним. — Теперь мы перешли к тому, чтобы спать вместе? — Леви, казалось, был несколько удивлен. По крайней мере, он больше не хмурился. — Я спал с тобой много раз. — В волчьем обличье. Это разное. — Как так? Ты просыпаешься человеком. Голым, — Эрен ухмыльнулся. — Очень голым. — Одежда слишком переоценена. — Мы также спали и одетыми. Леви, казалось, забыл об этом, потому что он на мгновение остановился, нахмурившись, прежде чем издать жужжащий звук согласия. Эрен подумал, что, скорее всего, Леви скажет ему спать и вернется, чтобы спрятаться в углу, как он и всегда делал. Удивительно, но после его комментария, Леви на мгновение замолчал, а затем скинул ботинки. переместившись на кровати, он забрался под одеяло рядом с Эреном, в джинсах и всём остальном, и прижался к боку Эрена, обхватив его за талию в защитном жесте. — Возможность того, что ты сбежишь из этой хватки, стремится к отрицательному значению, — сказал он, потираясь щекой о голое плечо Эрена. — Я это ощущаю, — сказал Эрен с легким смешком. Он на несколько секунд закрыл глаза, чувствуя у себя на шее ровное дыхание и биение сердца Леви. Находясь рядом с оборотнем, Эрен всегда чувствовал себя в безопасности. Было странно думать, что впервые встретив его, а также глядя ему в глаза, он пугался. Казалось, это было в другой жизни. Как другой человек. Теперь он даже не мог представить свою жизнь без Леви, что было пугающей мыслью. — Эй, Леви? — тихо позвал он. — Мм? Эрен снова захотел извиниться. Хотел сказать, что сделает все возможное, чтобы найти Эрвина, и он, черт возьми, убьет преследующее его злое существо за все, что оно сделало. Но слова не выходили. Он был опустошен. Чувствовал, что как только произнесет это вслух, ему придется довести дело до конца, но он не знал, как это сделать. Сейчас Эрен даже себя не мог защитить, и хотя ему хотелось уберечь всех в своей жизни, он понятия не имел, как начать. Все, о чем он мог думать, это сдаться. Просто... Однажды ночью спрятаться от Леви и заснуть, позволить себе оказаться там, где он должен. Хотелось ли ему умереть? Блядь, нет. Но из-за него умирают другие... — Эрен? Точно. Он что-то говорил. Или о чем-то. Он больше ничего не знал. Повернувшись, чтобы посмотреть на Леви, все, о чем Эрен думал, тут же вылетело в окно. Он был так близко. Прямо там, рядом с ним, его глаза немного светились в темноте, и... Эрен поцеловал его. Он не собирался этого делать, так что ему стало не по себе, как только это произошло, но он даже не знал, почему. Разве они не были парой? Леви продолжал намекать, что это так, но на самом деле они не делали ничего из того, что делали люди, которые встречались. Надо сказать, что их отношения были немного странными. Большинство людей не преследовало сверхъестественное существо во сне, которое также пыталось убить их парня. — Прости, — отстранившись, пробормотал он. — Ты идиот. Эрен оскорбился бы, если бы не был немедленно схвачен за лицо, так как Леви снова поцеловал его. Возможно, они оба сдерживались, не зная границ друг друга, и слишком сосредоточились на том, что происходило вокруг них. Лучший друг Леви пропал. Кто-то пытался убить Леви. Эрен, вероятно, умрет еще до наступления осени. Но сейчас все это не имело значения. Трудно придавать этому значение, когда все, о чем Эрен мог думать было тем, как теплые пальцы Леви касались его кожи и как чужой скользкий язык касался его собственного. Как Леви оторвался от него, слегка сдвинулся, чтобы устроиться поудобнее, прежде чем нырнуть обратно, впиваясь зубами в нижнюю губу Эрена и опуская руки так, что одна из них упиралась рядом с шеей, жар чужой кожи почти обжигал. Леви крепко поцеловал его, губы мужчины болезненно прижались к губам Эрена, в то время как его ноги пинались, сбрасывая одеяла с них и с края кровати. Как только они исчезли, Эрен скорее почувствовал, чем увидел, как Леви перекинул через него ногу и оседлал, схватив за запястья. Они оказались над головой Эрена, Леви прижал их к матрасу, удерживая парня на месте, пока продолжал целовать его. Когда Леви начал покачивать бедрами, из горла Эрена вырвался стон, и он сжал кулаки, проверяя силу оборотня, уже зная, что не сможет вырваться из чужой хватки. Движения Леви заставили член Эрена затвердеть в два раза быстрее, чем их поцелуи. Не помогало и то, что на Эрене была только пара спортивных штанов, в то время как Леви был в джинсах. Шероховатость материала ощущалась сквозь тонкую ткань пижамных штанов, делая каждое нажатие вниз более стимулирующим, чем оно, по его мнению, должно было быть. Леви отпустил его руки и отодвинулся, а Эрен приподнялся в поцелуе, когда стало ясно, что мужчина вновь отстраняется. Его освободившиеся руки поднялись, чтобы ухватиться за пояс джинсов Леви, потянув за бедра вниз. Леви выпрямился так, чтобы Эрен не мог держать их губы связанными, не садясь сам, поэтому он закончил тем, что просто сильно прикусил нижнюю губу Леви, прежде чем отпустить ее и снова упасть на спину, пальцы все еще впивались в пояс Леви. — Жадный, — заметил Леви с полуулыбкой, протягивая руку и хватаясь за нижнюю часть рубашки. Он стянул ее через голову и бросил на пол, затем положил одну руку рядом с головой Эрена и снова наклонился, целуя еще раз. Оборотень больше не лежал на парне, сохраняя некоторое пространство между ними, и Эрен застонал, когда цель этого пространства стала ясна. Другая рука Леви медленно скользила вниз по животу, мышцы подрагивали под бледными пальцами, когда он натыкался на чувствительные места. Боже, Эрен действительно надеялся, что это не сон, иначе он проснется очень злым. Хотя он в этом сомневался. Все казалось слишком реальным. Руки Леви на его коже были такими горячими. Его рот был теплым и влажным, так что Эрен не мог насытиться им. У него вырвался еще один стон, когда рука Леви нырнула под кромку его штанов, ничего не стояло между пальцами оборотня и его членом. — Черт, — выругался Эрен, отрываясь от губ Леви. — Черт! Леви, казалось, не был удовлетворен тем, что его рот остался свободным, поэтому он начал лизать и целовать шею Эрена, останавливаясь на пульсе и сильно посасывая это место. В то же самое время его пальцы сомкнулись вокруг члена Эрена и еще один стон покинул рот парня. Эрену пришлось протянуть руку и засунуть в рот кулак, сильно кусая костяшки пальцев, чтобы не издавать больше ни звука. Если бы они были у Леви, он был бы таким громким, каким и должен быть. Но здесь? Его сестра по соседству, а родители - дальше по коридору. Рука Леви начала двигаться, медленно и лениво, как будто пытаяясь заставить его страдать. Это сработало, Эрен пытался толкнуться в чужую руку. Леви бросил на него взгляд, которого он никогда раньше не видел, и, казалось, ему захотелось подчиниться. Слушать все, что он говорил, и даже то, чего оборотень не говорил. — Я хочу, чтобы они знали, — сказал Леви низким и грубым голосом, его рука начала набирать скорость. — Хочу, чтобы все знали, что ты мой. Я хочу, чтобы каждый оборотень на расстоянии мили мог чувствовать мой запах на тебе. Эрен издал еще один стон, сильнее прикусив кулак, чувствуя, как зубы прокусили кожу. Его свободная рука переместилась с бицепса Леви на волосы, сильно потянув темные пряди. Он раздвинул ноги шире, левое колено ударило Леви по ноге из-за того, как они были расположены, и позволил своей голове упасть на подушку, откинув ее назад, чтобы еще больше обнажить шею. Это было то, чем Леви воспользовался в полной мере, облизывая шею, прежде чем прикусить челюсть, а затем вернуться вниз, чтобы найти другое место для сосания. Его рука двигалась быстрее, сжимая все сильнее. Эрен почувствовал, что сейчас начисто откусит себе кулак, неровно и хрипло дыша через нос. Сильнее потянув Леви за волосы, он издал довольно неловкий стон и напрягся, прежде чем кончить. Он попытался еще немного свернуться, но Леви все еще давил на него, рука замедлялась, но не останавливалась, пока он испытывал оргазм, сперма была липкой и влажной. Леви, наконец, замедлил движение своей руки и вытащил ее из штанов Эрена. Затем он сел, хмуро уставившись на свою испачканную руку, словно не зная, что с ней делать. Пожав одним плечом, мужчина засунул покрытый спермой палец в рот, не сводя глаз с Эрена. Который все еще кусал свой кулак. Однако ему удалось отпустить волосы Леви. Он не хотел, чтобы тот рано облысел из-за того, что его дергали за волосы. Ухитрившись извлечь зубы из кожи, Эрен увидел, что был прав, когда думал, что прокусил кожу, отпечатки его зубов были отчетливо видны в маленьких красных пятнах. —Ну, — хрипло заговорил он, как будто сдерживался, чтобы не закричать, возможно, так оно и было. — Это было не то, чего я ожидал, когда пригласил тебя в свою постель, но я рад, что сделал это. — Ты сам виноват, что начал, — сказал Леви, облизывая между пальцами. Он напомнил Эрену кошку, тщательно вылизывающую руку языком. Это была одна из самых горячих сцен, которые Эрен когда-либо видел. — Мне следовало бы почаще начинать, — сказал Эрен с легким смешком, опуская глаза на джинсы Леви. — Они, должно быть, очень тесные. — На что ты намекаешь? — спросил Леви с бесстрастным лицом. — Нужна помощь? Леви, казалось, не знал, что ответить, поэтому и не стал. Он просто отдернул ногу и упал на бок, шаркая ногами, пока снова не улегся и не уставился в потолок. Он слегка повернул голову, чтобы посмотреть на Эрена, затем указал вниз на свое тело. Ухмыляясь, Эрен сел и, не обращая внимания на дискомфорт в штанах, подвинулся, чтобы расстегнуть джинсы Леви. Вытащив пуговицу из петли и сдвинув молнию вниз, он вновь схватился за пояс чужих джинс и потянул. Леви приподнял бедра и Эрен сумел стянуть джинсы с мускулистых бедер, а затем полностью снять их, бросив через всю комнату. Леви был одет в боксеры, что, как он полагал, имело смысл, поскольку Эрен был без белья только из-за того, что был в пижаме. Леви был одет в одежду, оставшуюся с утра. К счастью, не в ту, на которую его вырвало. Он видел, как эрекция Леви давила на темный материал, так что схватил резинку, потянув ее вниз ровно настолько, чтобы освободить его член. Леви скорчил гримасу и зашипел, но в остальном никак не отреагировал. Ухмыляясь из своего положения между ног Леви, Эрен склонился лицом к эрекции другого, подняв одну руку, чтобы обхватить ее и лениво провести. Он позволил своим губам коснуться одной стороны члена и увидел, как глаза Леви значительно потемнели. — Итак, когда ты сказал, что хочешь, чтобы я пах, как ты, как именно это работает? — он позволил своему языку скользнуть по одной стороне члена Леви. Эрен никогда не делал этого раньше, но смотрел порно. Он был уверен, что сможет разобраться в этом, и до тех пор, пока он не будет слишком много задумываться о вкусе, все будет в порядке. — Тебе обязательно меня трахать? Или кончить в меня? Если я отсосу тебе прямо сейчас, то буду пахнуть так же, как ты, чтобы все знали, что я принадлежу тебе? Он почти видел, как Леви трещит под маской безразличия. Его руки медленно сжимали простыни по обе стороны тела, глаза с каждой секундой темнели все больше и больше, а горло сжималось, как будто он хотел что-то сказать, но не думал, что должен. Это был совсем другой Леви, чем Эрен привык. Черт, он был совсем другим, чем даже пять минут назад. — Хочешь, чтобы я пах, как ты? — спросил Эрен, все еще озорно ухмыляясь. Он позволил своим губам обхватить кончик члена Леви, просовывая язык в щель и собирая предэякулят. Он был более чем готов начать сосать. Более чем готов просто отсосать ему прямо сейчас и работать с его членом до тех пор, пока Леви не кончит ему в рот. У него не было такой возможности. Он едва начал скользить вниз по члену Леви, когда тот так резко сел, что Эрен чуть не задохнулся. Сначала он подумал, что кто-то вошел в его комнату, или, может быть, злой эльф появился в его окне. Но нет. Леви резко выпрямился, чтобы схватить Эрена за волосы и сильно дернуть, пока парень опять не оказался лежащим на спине. Руки Леви были на поясе его спортивных штанов, и он сдернул их одним плавным движением, швырнув через всю комнату, как будто боялся, что Эрен погонится за ними. Затем он стянул свои боксеры и наклонился над Эреном, снова целуя его, одновременно сбрасывая нижнее белье с ног. Леви все еще был невероятно твердым, эрекция прижималась к животу Эрена, но он испытал замешательство, когда рука Леви вернулась к его мягкому члену. Он начал водить по ней пальцами, снова обхватывая их вокруг себя и... Не совсем поглаживая, но почти собирая сперму. Переместившись так, чтобы он просунул одну ногу между ногами Эрена, Леви опустил руку, пока она не опустилась... Ой. Ой! Срань господня, неужели они это делают? Прямо сейчас? Здесь?! — Скажи мне, что я могу это сделать, — сказал Леви низким и грубым голосом. — Скажи мне, что все в порядке. У Эрена не было никаких возражений, кроме того, что его гребаная семья была прямо за дверью этой спальни! Вот почему Эрену стоило съехать. Потому что он собирался заняться сексом, но все, о чем он мог думать, так это о том, что его семья нечаянно услышит. Но потом... Он посмотрел на свою руку, что была испещрена шрамами, затем опустил взгляд дальше, на все еще заживающие синяки и ссадины на запястье. Леви сегодня едва не погиб. Эрвин пропал. Что-то преследовало Эрена. Черт, если его родители услышат. — Я собираюсь разорвать твое плечо на клочки, — был весь его ответ. Леви воспринял это как приглашение и засунул покрытый спермой палец в тело Эрена. Было слишком жарко. Все казалось слишком горячим. Он не знал, было ли это из-за того, чем они занимались, или просто потому, что температура тела Леви была выше, чем у нормальных людей, но сейчас было чертовски жарко. Он согнул колени и выгнул спину, расставив ноги шире, чтобы у Леви было больше места для работы. Возможно, Эрен не слишком хорошо разбирается в гей-сексе, но даже он знал, что они не смогут трахаться используя только сперму в качестве смазки. Пока Леви растягивал его покрытыми спермой пальцами, Эрен протянул руку к тумбочке и, пытаясь открыть ящик, опрокинул несколько вещей. Он был возбужденным мужчиной двадцати с небольшим лет, и было бы глупо не иметь смазки, в легкой доступности от его постели. Издав ворчание и толкнувшись на пальцы Леви, когда он добавил еще один — Эрен не был уверен, сколько их было, но этого было достаточно, — его рука дернулась в ящике, пытаясь отыскать смазку. Наконец он сомкнул пальцы вокруг полупустого тюбика и выдернул его, тяжело дыша и толкая к Леви. — А я-то думал, что ты ничего не знаешь о сексе. — Ублюдок, — сказал Эрен с полуулыбкой. — Ты собираешься трахнуть меня, или как? Пальцы покинули тело и Леви сел. Все его движения были отрывистыми и несколько неуклюжими, как будто он спешил. Или, может быть, был в отчаянии. Или взволнован, иногда трудно было сказать по Леви. Он открыл смазку и выдавил немного в руку, прежде чем отбросить в сторону. Эрен издал звук от этого действия, так как теперь ему придется пойти и найти ее, чтобы убрать, но не сейчас. Его взгляд вернулся к Леви, который гладил свой член и шипел сквозь зубы. Определенно не сейчас, подумал он, облизывая губы и наблюдая за работой рук Леви. Он снова был наполовину тверд, и Эрен понятия не имел, как собирается кончить дважды за такой короткий промежуток времени, но ему было плевать. Он не был полностью уверен, что за этим последовало. Леви, может быть, спрашивал, уверен ли он, или смотрел на него, чтобы подтвердить, что все по-прежнему в порядке, или даже склонился, чтобы поцеловать его, когда толкался внутрь. Эрен ничего из этого не заметил. Леви провел по своему члену, а затем встал и дернул бедрами вперед. Он вошел в Эрена одним мощным толчком, от которого парень издал сдавленный крик, который ему едва удалось заглушить сгибом локтя, сильно прижав руку к собственному рту. Леви убрал ее, наклонился, чтобы поцеловать его, и вцепился одной рукой в спинку кровати позади, а другой в бедро Эрена. Было неудобно, и немного ссадило, но это не было невыносимо. Ему пришло в голову, что он никогда не говорил Леви о том, что он девственник. Он не думал, что стоило поднимать этот вопрос прямо сейчас, ведь это, вероятно, заставит мужчин чувствовать себя плохо. Прервав поцелуй, Леви крепче прижал руку к изголовью кровати, дерево зловеще застонало под его хваткой. — Постарайся не сломать мою кровать, — задыхаясь, проговорил Эрен, обхватив Леви одной рукой подмышкой, так что его рука обхватила его плечо, а другая опустилась на поясницу оборотня. — Постарайся не шуметь, — ответил тот низким, неузнаваемым голосом. — Если твои родители войдут, тебя ждет огромный шок, если ты думаешь, что я остановлюсь. Прежде чем Эрен успел что-то сказать на это, Леви вытащил и вставил обратно. Его кровать громко ударилась о стену, и что-то вроде электричества взлетело по позвоночнику Эрена. Он впился зубами в плечо Леви, ногти впились в кожу и потянули. Похоже, это не сильно обеспокоило Леви, учитывая, что единственное, что он сделал, это схватил одну из подушек Эрена и засунул ее между стеной и изголовьем кровати, чтобы его следующий толчок был более приглушенным. Глаза Эрена были зажмурены, дыхание прерывистое, а зубы впились достаточно сильно, чтобы ощутить вкус крови. Он не прекращал, с каждым толчком тело дергалось, чувствуя, как Леви время от времени задевает его простату. Ему удалось слегка сдвинуть бедра так, что когда Леви снова толкнулся и попал точно в цель, у Эрена вырвался громкий крик, который приглушило плечо оборотня. Леви тяжело дышал у его шеи, зубы царапали кожу, но не впивались в нее. Эрен почувствовал на своем горле клыки, и ему пришло в голову, что Леви частично преобразился, как в тот день, когда они впервые поцеловались. Это объясняло жжение в бедре и влагу, которую он чувствовал там. Он думал, что это пот, но теперь был практически уверен в том, что это кровь из того места, где заостренные когти мужчины впились в кожу. Было не очень больно, приглушенно невыразимым удовольствием от того, что член Леви входил в него снова и снова. Да, да, да, да... Слово продолжало повторяться в его голове, как будто по кругу. Каждый удар был приятнее, чем предыдущий, и то, как Леви держал его, как он практически пытался притянуть Эрена ближе, пока не поглотит каждый дюйм его тела... Сильно прикусив губу, Эрен зажмурил глаза еще крепче и кончил. Без стимуляции, без руки вокруг него, без ничего. Только движение их тел и то, как Леви отчаянно пытался убедиться, что Эрен целиком и полностью принадлежит ему. После этого каждый удар заставлял его тело дергаться, смесь боли и удовольствия пробегала вверх и вниз по позвоночнику. Он попытался обнять Леви, попытался помочь ему, и через несколько минут Леви зарычал в подушку рядом с головой Эрена и кончил. Эрен поморщился, когда ногти в его боку вонзились глубже, но не издал ни звука, ожидая, пока дрожь утихнет и дыхание Леви выровняется. Как только это произошло, пальцы Леви ослабли, а зубы Эрена вонзились в плечи оборотня еще глубже, чувствуя, как каждый коготь покидает его тело. Рана была неглубокой, но достаточной, чтобы причинять боль. Леви все еще тяжело дышал у его уха, вцепившись зубами в кожу. Эрен почувствовал, как они слегка втянулись, и ему стало интересно, как выглядел Леви. Это заставило его задуматься, может ли он стать наполовину волком когда захочет, или это было оставлено для таких мероприятий, как это. — Прости, — пробормотал Леви. — Я не хотел терять контроль. Все еще не совсем привык к этому. Рот Эрена все еще был заполнен, учитывая, что он не отпустил плечо Леви, но он боялся сделать это до того, как другой вырвался. Ему не стоило издавать ни звука сейчас, после того, как он сумел удержать их всех, пока они трахались. Господи Иисусе, они с Леви только что трахались с Микасой по соседству и его родителями дальше по коридору. Он очень надеялся, что никто не слышал. Леви вышел и медленно отодвинулся, явно ожидая, что Эрен отпустит его и освободит плечо. Он так и сделал, разжав зубы и ослабив хватку, но не позволил ему полностью отстраниться. — Черт, — сказал Эрен, все еще обнимая Леви. Его живот был липким от спермы, а задница болела, но почему-то он все еще хотел прижиматься к Леви и держать его там, где он был. — Ты в порядке? Я немного... Я был более осторожен с людьми, которые не знали, кто я такой. И увлекся, потому что ты знаешь, что я оборотень. Мне жаль. — Не извиняйся за умопомрачительный секс, — потребовал Эрен, наконец отпуская Леви и закрывая руками глаза. — Это было... Я имею в виду... Вау... Леви лишь тихо рассмеялся, и Эрен почувствовал, как он опустился на него, прижавшись щекой к груди Эрена. — Извини за плечо. — Заживет. — Верно, — он сделал паузу. — Теперь я пахну, как ты? — Мм. Но я планирую убедиться, что в ближайшее время запах не исчезнет, — Эрен почувствовал на своей коже ухмылку и издал небольшой смешок, обхватив мужчину руками. Он понял, что одеяло теперь на полу, но, с другой стороны, к нему прижималось еще одно горячее тело. Парень сомневался, что оно ему понадобится. Хотя он был удивлен, что Леви прижимался своим обнаженным телом к сперме Эрена. Оборотень всегда казался ему помешанным на чистоте. Может быть, секс был другим делом. — Тебе придется уйти до того, как проснутся мои родители, — прошептал Эрен, ненавидя себя за это, но зная, что это правда. Взрослый или нет, его родители не будут в порядке, если он будет трахаться в их доме. У Леви, конечно, но не под их крышей. Это была одна из тех вещей вроде “ты можешь делать все, что хочешь, пока я об этом не знаю”. — Я уйду, — пообещал Леви. Эрен просто мурлыкнул, закрывая глаза и позволяя руке легко скользить вверх и вниз по спине Леви. Сон снизошел на него через несколько минут, но Эрен впервые за долгое время не испугался этого. Он проснулся несколько часов спустя, когда солнце светило в его окно и птицы раздражающе щебетали, и обнаружил, что его живот чист, на нем была пара спортивных штанов и подоткнутое до шеи одеяло. А Леви, верный своему слову, исчез. *** — Вот дерьмо, — твердил Жан, удерживая голову Эрена так, что он был уверен, что его друг пытается оторвать ее от тела. — Ты уверен, что он не вампир? Сколько образцов крови ему нужно? Господи, Эрен, они такие темные! И их тут около восьми! Эрен отпихнул Жана, шею жгло от того, что его голову пытались отделить от тела. Он положил руку на засосы и слегка поморщился, все еще смущаясь их. Парень предположил, что Леви хотел, чтобы все знали, что он занят. Запах был для оборотней, но люди не могли его почуять, так что засосы, вероятно, были для них. Сказать, что завтрак был в высшей степени неловким, было преуменьшением, потому что Эрен точно лег спать без засосов и, сам того не ведая, забрел на кухню с шеей, что была покрыта ими. Сам виноват, что когда почистил зубы не совсем проснулся, чтобы посмотреть в зеркало. Было нелегко объясниться. Ему пришлось солгать и сказать, что прошлой ночью он улизнул из дома, но Микаса выглядела такой смущенной, что ему показалось, будто она слышала, что произошло на самом деле. Остаток дня он с трудом смотрел ей в глаза и был почти счастлив, когда пришло время идти на работу. Туда, где его как долбанный извращенец ждал Жан. Очевидно, отсутствие у него сексуальной жизни делало жизнь Эрена в это время чрезвычайно интересной. — Он был хорош? — спросил Жан. — Я о сексе. Каково это - трахаться с оборотнем? — Мне действительно не с чем сравнивать, — ответил Эрен, потирая затылок. Из-за этого действия его кожа на ранах в боку натянулась, и он поморщился, опуская руку. — Я имею в виду, что Леви был моим первым, так что... Это было офигенно, но не могу сказать, было ли это лучше или хуже, чем обычно? —Вы, ребята, сделали это по-собачьи? — с ухмылкой спросил Жан. — Нет, и пошел ты нахер, — ответил Эрен, раздраженно швыряя в него пакетик чипсов. Жан поймал его и воспринял это как приглашение открыть их и начать есть. — Что? Мне нужно знать! — открылась дверь, так что они оба повернулись к ней. У Леви было странное выражение лица. Это выглядело так, как будто Жан собирался свистнуть и отпустить неуместные шуточки, но взгляд Леви на мгновение сместился на него, что заставило Кирштайна пробормотать что-то непонятное и убежать в офис. Дверь закрылась и наступила тишина, только звук работающих холодильников в задней части нарушал тишину магазина. — Эй, — сказал Эрен, удивляясь, почему было неловко. Почему Леви так на него смотрит? — Почему ты мне не сказал? — А? Леви шагнул вперед, пока не оказался прямо перед ним, стоя на противоположной стороне прилавка. Он выглядел одновременно злым и обеспокоенным. — Почему ты не сказал, что никогда раньше ни с кем не спал? Эрен открыл было рот, чтобы спросить, как мужчина узнал об этом, но затем понял, что они с Жаном только что говорили об этом. Леви, должно быть, подслушал идя к двери. — Ничего страшного, — выдавил Эрен, как только снова вспомнил как говорить. — Я был не очень нежен, — сказал Леви сквозь стиснутые зубы. — Ты должен был что-то сказать. — Зачем? Я сделан не из фарфора. И справился просто отлично, — Эрен скрестил руки на груди, чувствуя легкое раздражение от того, что Леви вел себя так, будто его можно сломать. — Я похож на человека, который хочет, чтобы это было мягко и нежно или типа того? Мне очень понравилась прошлой ночью, спасибо, как насчет того, чтобы не испортить ее своим странным чувством рыцарства. Леви не выглядел счастливым. Что было редкостью, но сейчас мужчина казался особенно несчастным. Эрен вздохнул. — Слушай, у тебя странное шестое чувство, когда со мной что-то не так, да? Ты чувствовал это прошлой ночью? Он твердо качнул головой. — Вот именно. А это значит, что все было отлично. Так оно и было. Лучше, чем хорошо, — Эрен усмехнулся. — Гораздо лучше, чем хорошо. За исключением того, что Микаса все слышала, так что мы больше никогда не будем заниматься этим у меня дома. — Что ж, в настоящее время я бездомный, и не думаю, что лошадь позволит нам сделать это в его доме. — Точно, — Эрен усмехнулся. Он затих и слегка поморщился. — Я сожалею об обстоятельствах этого. — О чем ты? — Ну... Мне кажется... Не знаю. Просто не хочу, чтобы ты думал, что я сделал это только для того, чтобы отвлечь тебя от Эрвина или типа того. — Я знаю. Кивнув, Эрен слегка стукнул кулаком по стойке, затем слегка качнул головой в сторону офиса. — Сходишь за этим идиотом, ладно? Если планируешь составить мне компанию, нам, вероятно, следует попросить его уйти. — Расчитываешь, что я изнасилую тебя в магазине? — спросил Леви, и Эрен с облегчением увидел, как на лице мужчины появилась легкая усмешка, пока он шел спиной вперед, засунув руки в карманы. — Ну, вообще-то нет, но если ты предлагаешь... — ухмыльнулся Эрен. Леви только выдохнул и повернулся, направившись к задней части, чтобы предупредить Жана, когда дверь в магазин открылась. Эрен обернулся к ней с приветствием на губах, когда все слова застряли в горле. Зашла Энни. Что было бы не так уж плохо, если бы он не встретился с ней взглядом, когда она заметила засосы на его шее. И теперь она выглядела взбешенной. Эрену вдруг понял, что, возможно, нравится Энни. Он не думал об этом раньше, но учитывая, как она вела себя в последнее время, и ее гнев после того, как подруга узнала, что он встречается с Леви во время последнего разговора... От него совершенно ускользнуло, что она ревнует. Энни ревновала, потому что Эрен был в отношениях с кем-то, кто не был ею. Он понятия не имел об этом. — Энни. — Неужели тебе совсем не стыдно? — сухо спросила она, приблизившись к стойке и встав прямо напротив него, заняв место, где всего несколько секунд назад стоял Леви. — Может, в следующий раз наденешь водолазку. Никто не хочет смотреть на это дерьмо. Она протянула руку и ткнула в один из засосов. Было немного больно, но Эрен не убрал ее руку. Он позволил ей прижать ноготь на несколько секунд, прежде чем она отдернула свою руку. — Теперь ты собственность? — Что? Нет, — Эрен поморщился. — Ему нельзя ставить мне засосы? — Он пытается показать, что ты принадлежишь ему. Ты не должен никому принадлежать, ты же не вещь. Эрен даже не знал, как на это реагировать. Леви специально сказал, что хочет, чтобы люди знали, кому он принадлежит так что у него нет аргументов против ее слов. Дело в том, что Эрен не возражал. То, что он принадлежал Леви, также означало, что и Леви принадлежал ему. Кроме того, он не знал, было ли это какой-то странной волчьей вещью. Волки предъявляли права на территорию, так что, возможно, оборотни также заявляли права и на людей. И было не похоже на то, что Леви — агрессивный собственник. Эрен общался с другими людьми без каких-либо проблем, так что у них не было токсичных отношений. Все было не так, как пыталась представить Энни. — Он просто хочет, чтобы люди знали, что я занят. — И он решил, что лучший способ сделать это — пометить твою шею вот так и приковать тебя наручниками к кровати, — она указала на его запястья, и парень смущенно скрестил руки на груди. Неужели так думали и другие? Глядя на это со стороны, Эрен предположил, что их отношения выглядели несколько насильственными. Даже Жан сначала решил, что Леви мучил его, и мысль о том, что люди думают также, заставила его ощутить приступ тошноты. Леви никогда не делал ему больно, во всяком случае, специально. Даже сейчас, после того, как они трахнулись, он проснулся от смс с извинениями за то, что поцарапал бок, а ведь ему даже было не очень больно. Немного жгло, но он знал, что Леви просто по-настоящему увлекся. И, Господи Иисусе, Эрен, блядь, укусил его за плечо. Прокушенная кожа и все такое! Единственная разница между ними заключалась в том, что Леви быстро исцелялся, а Эрен — нет. Укус Эрена на плече Леви исчез, но следы когтей Леви на нем все еще были на месте. Но если уж на то пошло, Эрен был более жестоким при этом. — На самом деле, это не так, — настаивал Эрен, слыша, как в его голос прокрадывается недовольство. Он пожалел, что не оставил повязки на запястьях. Раны по большей части зажили, но теперь, когда их удалили, людям стало проще заметить степень полученных им травм. — Все непросто. — Он тебе не подходит, Эрен, — сказала Энни мрачным и угрожающим голосом. Как будто она собиралась что-то сделать с этими отношениями, если этого не сделает Эрен. — Ты заслуживаешь лучшего. — Кого, например? Эрен поднял взгляд и пожалел, что Леви не остался в чертовом офисе. Он явно слышал, что происходит, неужели мужчина и вправду думает, что сейчас лучшее время, чтобы встретиться с Энни лицом к лицу? — Тебя? — спросил Леви, окинув ее равнодушным взглядом. Эрен бросил на Жана раздраженный взгляд, но тот просто беспомощно пожал плечами, как бы говоря, что это не его вина, что он не может контролировать Леви. Честно говоря, никто не мог по-настоящему контролировать Леви, беря в учет то, что иногда он даже шел против Эрвина, а Леви уважал Эрвина больше, чем Жана. — Никто не хочет тебя здесь видеть, — заговорила Энни, скрестив руки на груди и бесстрастно глядя на Леви. Она, кажется, быстро научилась не смотреть ему в глаза, потому и не была так напугана, как в прошлый раз, когда была здесь. — Тебе здесь не рады, как и тому, что ты сделал с тех пор, как попал сюда — усложнил жизнь Эрену. — Не слышал, чтобы он жаловался. — Он слишком воспитан. — Это он-то? — Леви удивленно приподнял бровь. — Мне кажется, что я пропустил встречу с этой его стороной. Если бы он не опасался того, что вот-вот начнется драка, Эрен был бы оскорблен подобным комментарием. В любом случае, он просто вышел из-за прилавка и встал между ними. — Понятия не имею, что сейчас происходит, — потребовал Эрен, глядя между ними, — но мне нужно, чтобы вы оба сделали шаг назад. Вы, ребята, даже официально не представились, так что у вас нет причин так себя вести. — Мне интересно, что она скажет, — мрачно заявил Леви. — Пожалуйста, девушка, которая дала пощечину и ударила Эрена по лицу в моем присутствии, расскажи мне побольше о том, насколько я жесток. Энни молча уставилась на него, как будто не знала, как отомстить, не причинив ему физических травм. Вместо этого она перевела взгляд на Эрена. — Будь осторожен, Эрен. Дикие животные не понимают преданность, когда перед ними два выбора. Затем она развернулась и вышла из магазина, оставив Эрена без понимания, что, черт возьми, это вообще значит. *** Жан не мог не задуматься, что подумали бы власти, если бы они отслеживали его историю просмотров. Он искал много странных вещей, но в последнее время все стало еще более странным, чем обычно. Поиск составных частей бетона и того, насколько сильно плесень влияет на дыхательную систему, — это одно, но поиск того, в чем разница между ведьмой и заклинателем, и есть ли определенные признаки того, что кто-то является суккубом, вероятно, заставил бы их засомневаться в его здравомыслии. Черт, все это заставляло и Жана сомневаться в собственном дурацком здравомыслии. Все это безумие. Кто-то охотился за Эреном. Леви был оборотнем. Эрвин пропал. Кто-то пытался убить Леви. Что вообще происходит? Жан будет следующим, он чувствовал это. Он будет следующим, и его либо похитят, либо убьют, либо похитят и убьют. Его удача не поможет ему выбраться из этого. Жан был по уши в дерьме и в заднице. Если из-за Эрена он умрет, то обязательно вернется, чтобы преследовать Йегера. Особенно его задницу, учитывая новую любовь Леви к ней. Пальцы Жана замерли, его поразила ужасная мысль. Черт, разве призраки существуют? — Конечно! — он яростно замахал руками в воздухе. — Почему бы, черт возьми, и нет? Все остальное существует, почему, блять, призраки не могут? Эй, раз уж мы об этом заговорили, как насчет Фредди Крюгера*, Майкла Майерса** и всех этих страшных вещей? Почему бы и нет?! Жизнь была хороша. Даже классной. Ему больше не нужно спать. Хотелось, чтобы родители были здесь. Черт возьми, Жан хотел, чтобы здесь был даже сварливый осел Леви. Увы, родителей, как обычно, не было в городе. Вот почему Леви мог остаться без каких-либо проблем, в последнее время они почти не появлялись. А Леви, ну, он снова вернулся в Трост, чтобы разобраться во всей этой истории с Эрвином. Возможно, Жан мог остаться с Эреном и Микасой. Или даже с Армином. Все, что угодно, лишь бы избежать одиночества. Он закричал и подпрыгнул, когда услышал глухой удар снизу, крутанулся в кресле, прежде чем схватить случайную папку с пола и поднять ее над головой, как оружие, уставившись на дверь в свою спальню. Ничего не происходило, а затем раздался звонок в дверь. Он подозрительно прищурился, глядя на дверь, гадая, не подвох ли это. Поколебавшись, парень медленно поднялся на ноги и на дюйм приоткрыл дверь, одной рукой все еще держа папку над головой. Жан выглянул, посмотрев в обе стороны коридора. Чувствуя себя в относительной безопасности, он закрыл дверь и поспешил к своему шкафу, отбросив папку и копаясь в задней части своих вещей, пока не вытащил пейнтбольную винтовку. Он проверил ее, дабы убедиться, что там еще остались пули, а затем встал, взвалил винтовку на плечо и вернулся к двери. Выглянув еще раз, Жан удостоверился в безопасности, прежде чем пройти через ярко освещенный коридор к лестнице, и неторопливо спуститься по ней, когда раздался повторный звонок в дверь. На этот раз раздался двойной звонок, человек по ту сторону двери явно проявлял нетерпение. Или умирал. Боже, он надеялся, что это не так. Жан подошел к входной двери и заглянул в глазок, прежде чем расслабиться и выругаться, позволив ослабнуть хватке на оружии в его руках. Он отпер дверь и распахнул ее, глядя на Эрена. — Ты пытаешься довести меня до сердечного приступа? — Твоя дверь была заперта, — ответил Эрен, выглядя отчасти раздраженным, но в основном смущенным. — Ваша дверь никогда не запирается. — Ага, ну, я укрываю беглого оборотня на полставки, а моих родителей нет, так что я просто пытаюсь не быть убитым, — пробормотал он, закрывая дверь и запирая ее, затем еще раз глянув в глазок, чтобы убедиться, что никто — или ничто — не последовал за Эреном. Когда Жан оглянулся на своего друга, то увидел, что тот уставился на винтовку, которую держал в руках. Кирштайна не волновало, что он глупо выглядит, ведь он чувствовал себя в безопасности с этой проклятой штукой! Ушибы от пейнтбольных шариков чертовски сильно болят! — Прости, — тихо сказал Эрен. — Знаю, что никто из вас не просил об этом, и я... Просто, прости. Жан пожал плечами, перекинул ремень через плечо и направился на кухню. От страха у него разыгрался аппетит. — Это не твоя вина, чувак. Ты не просил об этом, — он потянулся к холодильнику и вытащил пиво, предложив одно Эрену. Тот покачал головой. Снова пожав плечами, Жан положил пейнтбольную винтовку на стойку, а затем порылся в холодильнике, пока не достал половину вишневого пирога, все еще лежащего в упаковке. Он сделал паузу всего на полсекунды, прежде чем вытащить, поставив его и пиво на стол, а затем схватил вилку. Жан встал напротив него, а сам упал на свое место и начал есть пирог прямо с упаковки. Его отец не будет рад, он, скорее всего, хранил его. Так что Жан купит ему новый. — В чем дело, малыш? — спросил Кирштайн с набитым вишнями ртом. Он запил пирог пивом и скорчил гримасу. — На будущее, вишневый пирог и пиво — не очень хорошая комбинация. — Учту, — сказал Эрен с легким смешком. — Эй, как дела у Леви? — полюбопытствовал Жан, откусывая еще кусок пирога. — На самом деле я его почти не видел. Он приходит принять душ и поспать, но на этом все. — Не знаю, — тихо признался Эрен. — Я имею в виду, он кажется нормальным, но думаю, что он просто... — парень пожал плечами, Жан стал жевать помедленнее. Он мог понять. Леви пытался успокоить всех, сохранить мир, остановить панику. Но он чуть не умер. Он действительно едва не погиб. Если бы Жан не решил бы проверить, дома ли оборотень в тот день, если бы случайно не подъехал к его дому с какими-то записями... Леви был бы сейчас мертв. Жан обдумывал то, о чем думал уже некоторое время, не уверенный, что сейчас подходящее время для этого, но с отъездом Леви это была его единственная реальная возможность. — Мы можем доверять ему, так ведь? — тихо спросил Жан. — Я о Леви. Эрен поднял взгляд от того места, куда он смотрел на свое запястье, потирая синяк. Жан задавался вопросом, когда он получил его, но теперь Эрен всегда был ранен, так что было трудно уследить за всем. — Конечно, можем. —Я просто... Он говорит, что он хороший парень, но что, если он... Что, если это не так? — Жан поиграл этикеткой на своей пивной бутылки. — Что, если тот, кто пытался убить его, пытался защитить тебя так же, как Леви, который утверждает, что пытается защитить тебя? Он мог сказать, что эта мысль никогда не посещала голову Эрена, его взгляд опустился и вернулся к синяку на руке, который все еще нежно потирал большим пальцем. — С ним я чувствую себя в безопасности, — прошептал Эрен. — Даже раньше. Даже когда я не знал, кто он такой. Рядом с ним, я чувствую себя лучше... Не знаю, — он вздохнул и провел рукой по волосам. — Я ему доверяю. Доверяю свою жизнь. Я сделаю все, что он попросит. Что бы там ни было, что бы ни хотело меня, это зло, я верю, что Леви охраняет меня. Я так говорю не потому, что он мне нравится, я говорю это потому, что серьезен. Леви заставляет меня ощущать себя в безопасности, и я знаю, что он не хочет причинить мне боль. Жан рассеянно поковырял вишенку, которая отделилась от корки, и медленно кивнул. — Ладно. Если ты доверяешь ему, то и я буду, — он отложил вилку, внезапно потеряв аппетит. — Просто пытаюсь убедиться, что всех нас не обманывают. Если за тобой что-то охотится, я не хочу проснуться завтра и обнаружить, что тебя нет, раскрыть, что это дело рук Леви. — Я не собираюсь исчезать завтра, Жан, — вздохнул Эрен. — Микаса этого не допустит, ты это знаешь. — Верно. — Да и ты тоже. Жан издал спорный звук, но ухмыльнулся Эрену, который знал, что тот явно шутит. — И вообще, зачем ты пришел? — спросил Жан, вставая, чтобы убрать пирог, и бросая вилку в раковину. Он промахнулся, так что прибор с грохотом покатился по прилавку. Парень проигнорировал это, сотрет с мрамора остатки вишневого пирога завтра. — Просто проверяю, как ты, убеждаюсь, что с тобой все в порядке. Убрав пирог, Жан повернулся и странно посмотрел на Эрена. — Я в порядке, почему должно быть иначе? За мной никто не гоняется. — Да, но... Не знаю. Тебя чуть не съел волк, ты узнал, что существует сверхъестественный мир, а затем увидел, как кто-то едва не умер и все это за короткий промежуток времени. Это слишком, чтобы все понять, — Эрен снова пожал плечами. — Я просто... Я беспокоился о тебе. Было приятно знать, что Эрен так сильно заботился о нем. Он ухмыльнулся, взял пейнтбольную винтовку и, подойдя к Эрену, хлопнул того по плечу. — Ты отличный друг, Эрен. Что-то пытается добраться до тебя, но ты беспокоишься обо мне. — Я беспокоюсь обо всех, — признался он. По правде говоря, Жан тоже. Если Эрвин пропал из-за Эрена, все были в опасности. Жан также признавал, что если тот, кто охотился за Эреном, знал и его, Жан чертовски облажался. Он был исследователем. Если кто-то и разберется в этом дерьме и найдет ту же информацию, что и Эрвин, то это только он. Что ж, он не собирался сдаваться без боя. Шарик краски в лицо и он успеет выскочить из окна своей спальни. — Пошли, — сказал Жан, поднимая свое пиво и перекидывая через плечо ремень. — Пойдём поиграем в МариоКарт. — Только недолго, — сказал Эрен, вставая и следуя за ним. — Мне нужно поскорее вернуться домой, иначе Микаса будет волноваться. — Жаль, что Микаса не беспокоится обо мне, — посетовал Жан, за что получил удар по почкам на полпути вверх по лестнице. По крайней мере, все было достаточно нормально, чтобы над ним издевались. Это было утешительно. *** Закрыв кран правой рукой, Эрен провел по лицу, пытаясь убрать воду с глаз. Капли все еще падали с кончиков его волос, но он не обращал на это внимания и вздрогнул, когда кожи коснулся холодный воздух ванной, теплая вода душа больше не обеспечивала комфорт. Отодвинув занавеску, он схватил полотенце и быстро начал вытираться, по коже побежали мурашки. Его не особенно волновал холод, но только потому, что разум не был сосредоточен на этом. Он не мог перестать размышлять об Энни и Леви. Леви, как и Микаса, Жан и Армин, не являлся поклонником Энни. Он думал, что это из-за того, что она ударила его, но понял, что неприязнь мужчины к Энни проистекает из их первой встречи. Что не имело никакого смысла, ведь она даже не разговаривала с Леви, да и Эрен не нравился Леви, когда они впервые встретились. И все же Леви по-прежнему настаивал, что она — плохая, и хотел, чтобы он держался от нее подальше. Спорный момент, поскольку Энни все еще злилась на него, так что не было похоже на то, что она ежедневно мчалась к нему домой, чтобы поболтать. Она даже не отвечала на его сообщения, когда он их отправлял, так что шансы на то, что он окажется рядом с Энни, были довольно малы. Вытирая полотенцем волосы, Эрен вышел из душа, прежде чем положить полотенце на место и подойти к зеркалу. Он схватил свои спортивные штаны со стойки, где оставил их, прежде чем войти в душ, а затем натянул, все еще думая о другом. Схватив зубную щетку, он открутил крышку и выдавил зубную пасту, собираясь положить немного на щетку, когда что-то на запястье зацепило взгляд. Повернув руку так, чтобы видеть внутреннюю часть запястья, Эрен почувствовал, что его хватка ослабла, и он со стуком уронил то, что держал, в раковину. Зеленые глаза уставились на отметину на собственном запястье, узнавая в ней то, что он видел всю свою жизнь. Узнав в ней то, что видел и у Леви. На внутренней стороне его левого запястья, там, где несколько часов назад в доме у Жана еще находился синяк, теперь был большой треугольник, выгравированный на коже черными чернилами. Внутри он был разделен на шесть меньших треугольников, три из которых были закрашены. Эрен нерешительно провел пальцами другой руки по отметине, пытаясь ощутить, будет ли она болеть. Этого не произошло. Это была не татуировка, он был совершенно уверен, что почувствовал бы, если бы с ним что-то сделали, не говоря уже о том, что в последнее время он не был пьян, чтобы позволить чему-то подобному произойти без его ведома, да и всего несколько часов назад это был просто синяк. Не болела и не ощущалась на коже. Казалось, что это просто... Кожа. Как будто этот конкретный участок кожи всегда должен был выглядеть именно так. Он не понимал, ведь ранее его запястье выглядело совершенно нормально. Что могло произойти между игрой в МариоКарт у Жана и его душем? Была ли она там до того, как он принял душ? Может быть. Раздеваясь, он не обратил внимание на свое запястье. Честно говоря, если бы не тот факт, что он собирался почистить зубы, Эрен мог даже не заметить этого раньше, чем кто-то другой. Внезапно началась паника, он не понимал, что это, но со всем тем странным дерьмом, которое происходило в последнее время, и тем, что он знал о том, как его мать получила это, ему стоило догадаться. — Нет. Нет. Ни за что. Нет. Нет, — Эрен наклонился и открыл шкафчик под раковиной, роясь в вещах, которые у него там были, которые принадлежали уже минувшим временам. Он рылся в пластиковом пакете, когда наконец отыскал то, что искал и вытащил это. Жан подарил ему кожаный браслет на день рождения. Эрен носил его все время в старшей школе, пока кто-то не обвинил его в попытке самоубийства и использовании браслета, чтобы скрыть шрамы. После этого он перестал его носить. Теперь он не беспокоился о том, что подумают люди. Он надел браслет, защелкнул замок, а затем проверил, дабы убедиться, что вещь закрывает метку. Так оно и было, кожаная лента была достаточно широкой, чтобы полностью покрыть каждый дюйм предполагаемой татуировки. Эрен прислонился к стойке, чувствуя, как учащается сердцебиение, и закрыл глаза. — Если я не вижу, значит, этого там нет, — прошептал он себе. — Это ничего не значит. Ничего не значит. Если не вижу, значит, этого там нет. Он никогда не снимал браслет. Особенно в присутствии Леви. У него на внутренней стороне запястья была гребаная татуировка его матери, и ему вдруг пришло в голову, что, возможно, Леви тоже не делал эту татуировку. Нечто совсем другое, но им действительно было не до этого прямо сейчас. — Если я не вижу, значит, этого нет. Его там нет. Нет. Эрен дрожащими руками взял зубную щетку и зубную пасту, изо всех сил стараясь не обращать внимания на отметину на запястье, скрытую под кожаным браслетом. *Фредерик «Фредди» Чарльз Крюгер (англ. Frederick «Freddy» Charles Krueger)[1] — маньяк-убийца[2], главный отрицательный персонаж серии фильмов ужасов «Кошмар на улице Вязов»[3]. **Майкл «Майк» Майерс (англ. Michael Myers) — главный злодей из фильмов ужасов «Хэллоуин». Впервые маньяк-убийца, одержимый духом Самайна, появляется в первом фильме «Хэллоуин» 1978 года, поставленном режиссёром и сценаристом Джоном Карпентером.