Фамильяры Смерти

– Кто сегодня дежурит, не знаешь? – Кажется, Роман, – ответила Гелла, подходя к массивным двустворчатым дверям. Внушительная конструкция без единого шороха раздвинулась в стороны, впуская визитеров в Библиотеку. У входа за широким белым столом действительно сидел бывший следователь. Заметив вошедших, он приветливо помахал рукой и вышел навстречу. – Чего это вас нелегкая принесла? Новенькую на экскурсию решили привести? – И да и нет, – ответил Алекс, пожимая другу руку. – Нам нужно просмотреть все сделки демонов, заключенные незадолго до последнего катаклизма. – Неожиданно, – хмыкнул Роман. – Отец Себастьян выяснил, что акалеты пытаются призывать низших демонов, – сказала Гелла, – очевидно, чтобы задавить нас количеством. Но Карма утверждает, что существует некий артефакт, корона, которая может подчинить всех созданий Той Стороны. По закону жанра она, естественно, была украдена, а затем утеряна, а слухи утверждают, что вор-демон заключил сделку с человеком, чтобы ее скрыть. – Все как всегда, – констатировал жнец, – было просто, было бы скучно. Ну что ж, идем, помогу вам с поисками. Библиотека была величественным и монументальным местом. Здесь хранилась информация обо всех произошедших событиях мира в общем и каждой душе в частности. В Библиотеке можно было найти все, что угодно, начиная с того, кем ты был в прошлых жизнях, и заканчивая историей появления первого живого создания на этом свете. Все когда-либо заключенные сделки демонов и людей также хранились здесь, покоившись где-то среди нескончаемых стеллажей, заполненных книгами. Пока жнецы разговаривали, Илса имела возможность осмотреться, потому что никакие знания об этом месте, постепенно возникающие в голове, не могли заменить впечатления от личного присутствия здесь. Библиотека была огромна, при всем желании невозможно было рассмотреть ни одну из стен, которые если и были здесь, то давно затерялись в бесконечных переходах между книжными полками. Даже двери, через которые они вошли, причудливо стояли посреди широкого прохода не поддерживаемые ни одной стеной, как это было со всеми нормальными дверями. Огромная дверная коробка стояла просто вмурованная в пол подобно инсталляциям из музеев искусств и современной истории. Немногочисленных посетителей, приходивших в Библиотеку при этом, казалось, совершенно не заботило, что со стороны входа стены, как и везде в Месте, были там, где им и положено. Это был своего рода мир внутри мира, место внутри Места, необъятное, нескончаемое, постоянно расширяющееся и законы физики не имели здесь никакой силы. Массивный белый стол смотрителя на фоне многометровых стеллажей, занимавших большую часть пространства, казался игрушечным. Сами стеллажи, выкрашенные в белый цвет, как и всё в Библиотеке, были оснащены длинными передвижными лестницами, что позволяло быстро перемещаться между высокими полками. Изначально работа в Библиотеке была обязанностью акалетов, они были ее смотрителями и отвечали за преобразование, рассортировку и размещение всей необходимой информации. Если кому-то из жнецов оказывалась нужна информация, они предоставляли им все необходимое. Благодаря огромным крыльям даже самые высокие полки не были для акалетов проблемой. Однако после первого катаклизма остро стал вопрос о том, как в дальнейшем обеспечить нормальную работу Библиотеки. В результате стеллажи оснастили лестницами, а для всех жнецов ввели обязательные дежурства в качестве смотрителей. Визитеры, следуя за Романом, разорвали пространство в нужном направлении, и парень сказал, указывая на один из стеллажей: – Вот, это нужные нам полки. Жнецы быстро рассредоточились и принялись за поиски, но, несмотря на оперативность, нужную книгу они нашил только спустя несколько часов. – Смотрите, кажется, это то, что нужно, – сказала Гелла, перелистывая страницы. После того, как все подошли поближе, она продолжила: – Ромея Золен, демон отражений, заключила сделку с человеком по имени Иселай Монтонесси за два месяца до последнего катаклизм. Сделка носит наследственный характер и пока соблюдаются ее условия, она будет переходит к каждому последующему прямому наследнику семьи. Стоит заметить, что семейство Монтонесси благополучно пережило катаклизм и существует поныне с той же фамилией, неоднократно сменяв места жительства. Последний известный адрес у нас в ггород. На данный момент семья, имеющая далеко не самый маленький капитал, занимается, помимо собственного бизнеса, благотворительностью и ее члены являются весьма уважаемыми представителями высшего света. – Похоже на правду, – согласился Алекс, – по крайней мере, это единственная сделка из всех, что мы просмотрели, подходящая под описание. В конце концов, мало какой демон захочет связывать себя узами повиновения на столь неопределенный и долгий срок. – Ладно, в таком случае, пока здесь сворачиваемся. Завтра поговорим с Кармой, выясним, что она знает про эту Ромею, а сейчас нужно заняться обучением Илсы, иначе брать ее с собой куда-либо будет рискованно. – Хорошо, я пока наведаюсь с отчетом к Шефу, – решил жнец. – Тогда до вечера, – кивнул Роман. – Встречаемся как обычно? – Так точно. Отметившись на выходе, жнецы покинули Библиотеку, и Гелла занялась обучением подопечной, которое продлилось до поздней ночи, и было прервано лишь после появления всех членов их небольшой компании. Первым пришел паренек, которого Илса до этого еще ни разу не видела. На вид ему было лет тринадцать-четырнадцать. Невысокий, худой со светло-рыжими волосами и золотыми глазами. Взгляд вертикальных зрачков на мгновение остановился на девушке, но, увидев Геллу, парень тут же потерял интерес ко всему окружающему. Илса с удивлением наблюдала, как мальчик в два счета оказавшись возле ее куратора, уселся на подлокотник кресла, в котором она сидела, и, извернувшись в не вполне человеческой позе, подставил ей под руку пушистое кошачье ухо. В этом он был похож на Томоэ в своем истинном облике. Там, где у обычных людей должны были располагаться органы слуха, у него была лишь гладкая кожа и волосы, а его пушистые уши, покрытые шерстью того же цвета, что и волосы, находились гораздо выше. – Ты почему не дома, Лука? – спросила Гелла, машинально почесывая странного парнишку за ухом. Когда он извернулся, подставляя ей шею, Илса заметила, что она перехвачена черной с золотой окантовкой лентой, какими модно было обвязывать котят. – Дома скучно, а еще я хотел познакомиться с вашей новенькой. – Ну что ж, знакомься, это Илса Рирей. Илса, это Лука, мой фамильяр. – Очень приятно, – ответила девушка, внимательней присматриваясь к пареньку. За свое короткое пребывание в роли жнеца она впервые видела настоящего фамильяра. Теперь она заметила, что кроме ушей он действительно не имеет ничего общего с демоном, его энергетический ореол был совершенно другого цвета. Все сущности, населяющие мир, обладали уникальным энергетическим ореолом, он проявлялся как легкое свечение на поверхности кожи и демонам, как правило, принадлежали синие и фиолетовые цвета. Акалетам, как созданиям из Истинного Света, был присущ золотой цвет, жнецам – серебряный, людям – небесно-голубой. А вот ореол фамильяров переливался всеми цветами радуги, давая понять, что они сила своих хозяев, обретшая материальную форму. Создать фамильяра мог не каждый, те жнецы, которые в процессе службы еще не успели развить свои умения и силу до нужного уровня были лишены такой возможности. Обычно такое умение приходило лет через сто пятьдесят – двести и девушка всерьез задумалась о том, что Лука выглядит слишком взрослым для фамильяра, которому едва перевалило за полторы сотни. Создавалось впечатление, что он уже давно вырос, ведь в человеческой форме они выглядели не старше четырнадцати. Гелла, будто заметив замешательство подопечной, пояснила: – Его создал Александр, еще когда я была человеком. Девушка понятливо кивнула, а затем их разговор прервали остальные члены команды, подоспевшие на общий сбор. После обсуждения всех насущных дел и сложившейся ситуации, Гелла выступила с необычной на взгляд новенькой темой. – Итак, у нас остается последний животрепещущий вопрос на повестке дня, – сказала девушка, заводя за ухо вьющуюся рыжую прядь, – где мы будем селить Илсу? – Мне кажется или наше отделение единственное хронически забывает о благоустройстве своих сотрудников? – весело хохотнул Зэсс. – Ты о чем? – спросила Илса. Во время перерождения нового жнеца, его будущие коллеги должны были озаботиться жилищным вопросом своего новенького. Как правило, почти все предпочитали жить в явном мире, а некоторые и вовсе в тех местах, где проживали при жизни. И когда новый жнец завершал свое перерождение, то уже мог отправиться в собственное жилье, а не оббивать пороги Места. – Яру и Алекса забирал лично Шеф, было это незадолго после последнего катаклизма и ему, само собой, было не до таких мелочей, – пояснил Зэсс. – Поэтому им пришлось ночевать в одном из коридоров Места. Когда сюда попал я, случилась крупная стычка с акалетами, и они напрочь про меня забыли. В результате я заблудился в Библиотеке, прежде чем в моей голове утрамбовались нужные знания о ней, и заснул возле одного из стеллажей. На Романа припало огромное количество работы и прежде чем мы смогли хотя бы присесть отдохнуть, прошло несколько дней. Когда перерождалась Гелла, Ал ушел в запой из-за смерти сестры, а потом почти сразу появился Данил и тогда в запой мы уже ушли все вместе, оплакивая павшую и празднуя пополнение. Теперь вот и ты традицию продолжаешь, с этой суматохой мы совсем об этом забыли. – Может, пока ко мне ее определим? У меня просторно, так что мешать друг другу не будем, – предложил Данил. – Хм, а это мысль, – задумчиво пробормотала Гелла. – Илса, что думаешь? – Ну, если я и вправду не буду никому мешать, то почему бы и нет… – Отлично, тогда объявляю заседание клуба закрытым, – шутливо сказал Александр. – А нам с тобой, моя дорогая леди, пора в патруль. – Вас до утра не ждать, я так понимаю? – поинтересовался Лука, мягко спрыгивая на пол. – Нет, так что можешь тунеядствовать и опустошать холодильник, – усмехнулся жнец. – Ну и демоны с вами, не жалуйтесь потом, что я слопал все пирожные, – ответил фамильяр и, разорвав пространство, исчез. Силе жнеца, что обрела материальную форму, это было под силу. – Не знала, что фамильярам нужно есть, – недоуменно высказалась Илса. – А им и не надо. Он просто не отказывает себе в любви к вкусностям, как и мы, впрочем. – А Гелла с Александром не просто напарники, да? – решила удовлетворить свое любопытство девушка, пока Данил показывал ей свое жилище. Здесь было действительно просторно, жнец занял целый пентхаус с мансардой в одной из высоток в центре города. Обычному человеку пришлось бы выложить немалые деньги за покупку и содержание этого места, однако для жнецов это были не заслуживающие внимания пустяки. – Ну, можно и так сказать. – Не думала, что у вас разрешены служебные романы. – Ого, как грозно звучит! Служебный роман! – рассмеялся собеседник. – А ты что хотела? Жнецы ведь не бесчувственные и ничего не желающие чурбаны, хотя технически мы, конечно, можем такими быть. Или ты считала, что мы спускаемся с небес, прикидываясь богами, и совращаем девственниц? – Нет, что ты, хотя звучит забавно, – улыбнулась Илса. – Просто не задумывалась об этом, потому и удивилась. – Видела бы ты, как они с Алом грызлись поначалу, это было что-то с чем-то. – А по ним и не скажешь. – Он был убит горем от смерти Ярославы и на какое-то время вбил себе в голову глупую мысль, что раз не уберег родную сестру, то и Геллу не убережет. А так как Шеф запретил ему отказ от кураторства, если только обе стороны не подадут такую просьбу, он всячески пытался ее к этому подтолкнуть. – А чего запретил-то? – Ну, полагаю, что Создателю виднее, как все должно идти. – Ну что, идем? – спросил Алекс, когда они закончили перекусывать. Кофе и булочки в этом кабинете всегда уходили за милую душу и Гелла постоянно шутила на тему того, что очень хорошо быть жнецом, можно есть и не толстеть. – Да, пошли, как раз смена начинается. Жнецы разорвали пространство, оказываясь в явном мире, и Гелла ненадолго подняла голову, разглядывая ночное небо. – Нам везет на полнолуние, да? – обратилась она к спутнику. – Вот уж точно. Все происходившие с нами важные события почему-то всегда приходятся на полную луну. – Наверное, мы ей нравимся, – улыбнулась Гелла. – Ну, будем надеяться, что ничего важнее кроме перерождения Илсы сегодня не случится. – Все это навевает воспоминания, – задумчиво сказала девушка, разглядывая темневший вдалеке небольшой мост. Сейчас он выглядел совсем не так, как три столетия назад, но она помнила, как они оказались там в первый припавший на полнолуние патруль после ее перерождения. Луна действительно освещала все важные события их совместного существования, начиная с момента знакомства, и Гелла даже видела в этом некоторый символизм. Собственно, лишь это не позволило ей еще тогда поддаться на провокации напарника и подать Шефу прошение о переводе под опеку другого куратора. – Это вполне нормально, учитывая ситуацию, но ты права, атмосфера действительно навевает, – согласился Александр, кладя руку на плечи девушки и направляя их стопы по нужному маршруту. Воспоминания одолели и его, поэтому какое-то время они просто молча шли, нарушая тишину осеннего города негромкими шагами. * * * Огромные двустворчатые двери мягко распахнулись, впуская в Библиотеку визитера. Гелла подняла голову, очнувшись от размышлений, и приветливо улыбнулась: – Добрый день, Каденция. – Добрый, Гелла. – Красноволосый жнец внимательно посмотрел на девушку, словно пытаясь разглядеть что-то видимое только ему. Постояв так какое-то время, он неожиданно сказал: – Скоро все наладится, я бы не переживал так на твоем месте. Главное, придерживайся выбранной тактики и не поддавайся на провокации. – О чем Вы? – несмотря на то, что жнец позволял девушке называть его на ты, Гелла все же считала, что это будет не вполне вежливо, поэтому старалась придерживаться официального тона. – О том, что тебя сейчас беспокоит, об Алексе. – Я надеялась, что у меня достаточно самообладания, чтобы мои проблемы не были написаны на лице крупным шрифтом, – огорченно ответила она. Александр действительно постоянно провоцировал скандалы, потому что Шеф запретил ему передавать девушку под опеку других членов команды. – О, не переживай, с твоим самообладанием все в порядке, – усмехнулся Каденция. – Я вижу сокрытое и вовсе не обязательно это должно быть что-то материальное. Так что прислушайся к моим словам. Александр хороший жнец и прекрасный человек, просто случившееся с сестрой до сих пор не дает ему адекватно мыслить. Однако любой лед можно растопить, уж поверь мне. Я в сто двадцать пятую секцию, поработать с архивами по делу, отмечусь на выходе. С этими словами, красноволосый жнец ушел, оставив недоумевающую девушку наедине со своими мыслями. С момента перерождения в жнеца у Геллы сильно изменилось восприятие времени, возможно потому, что они могли жить тысячелетиями, но день пролетел быстро и незаметно. Просто в один момент в Библиотеку пришел ее сменщик, а ей самой пора было идти в патруль с Александром. Разорвав пространство в кабинет их отделения, девушка обнаружила, что ее куратор еще не пришел. Тяжело вздохнув, она опустилась в одно из кресел, на ходу сцапывая с подноса свежую булочку. Привычка заедать плохое настроение никуда не делась даже после смерти, ровно, как и друге причуды из человеческой жизни. Алекс постоянно сетовал на то, что ей нужно быть серьезней и вести себя, как подобает жнецу, но Гелла считала иначе. Если она стала жнецом, это вовсе не значит, что ей необходимо было превратиться в бесчувственную машину для соблюдения мирового равновесия. Конечно, у жнецов по сравнению с людьми имелось множество преимуществ, которые можно было использовать в сложных ситуациях. Они могли не есть, не пить и не спать хоть всю жизнь, отключать абсолютно все эмоции и никогда не чувствовать ни усталости, ни холода, ни жары. Любые болезни тоже были им незнакомы. На подобной работе это было весьма кстати, однако большинство использовало эти возможности только в случае необходимости. Все жнецы в прошлом были людьми и многие никогда не отказывались от своих человеческих привычек, даже жить предпочитали в явном мире. Поэтому, чем же ее человечность может помешать работе, Гелла решительно не понимала. Конечно, слова Каденции немного приободрили девушку, вот только что в понимании жнеца, прожившего не один десяток тысячелетий, являлось «скоро», оставалось под вопросом. Александр появился неожиданно. Бросив на стол несколько папок, он мельком взглянул на подопечную и сказал: – Вот ты где, собирайся, нам пора. На улице было довольно холодно. Гелла зябко поежилась, легкая ветровка не спасала от осенней прохлады. Сегодня они с Александром патрулировали один из районов города у реки до трех часов ночи, и близость воды только усугубляла ситуацию, делая воздух еще более мерзлым и влажным. Алекс был как всегда молчалив и задумчив. В те минуты, когда жнец не пытался вывести Геллу из себя, он впадал в тихое уныние, и девушка могла поклясться, что практически ощущала тоску, окутывавшую ее куратора. Оглянувшись на мрачного парня, она лишь тихо вздохнула и снова поплотнее запахнула куртку. – Чего вздыхаешь? – скучным тоном поинтересовался Александр, даже не глянув в ее сторону. – Умела бы контролировать терморегуляцию, не было бы холодно. – Это слишком просто, так неинтересно, – наморщив нос, – ответила Гелла. – Ты вон тоже в курточке. – Я в куртке, потому что она мне нравится, а так могу хоть догола раздеться и не замерзнуть в отличие от тебя. – Я бы на это посмотрела, – хохотнула девушка. – Я тоже в куртке, потому что она мне нравится. – А, по-моему, тебе нравится покрываться инеем и стучать зубами от холода, – скептически заметил жнец. – Стыдно обладать такой силой и не мочь себя согреть. – Отстань, может, я не хочу себя греть, – насупилась Гелла, начиная испытывать нарастающее раздражение. В голову закралась коварная мысль о том, что сегодня кто-то из них до утра не доживет. – Все равно мы не болеем. – Иначе ты бы не вставала с постели, жалуясь на температуру и насморк. Как можно быть такой безалаберной? – Как можно быть таким вредным? Скажи, Алекс, ты специально это, что ли, делаешь? – Что именно делаю? – Выводишь меня из себя, пользуясь тем, что тебя поставили присматривать за мной. – Больно надо, просто мне стыдно, что моя подопечная не может элементарных вещей делать, меня же так скоро засмеют все. – А то, что я умею делать много чего неэлементарного, никого интересует, правильно? – Правильно. Ты же жнец, не пристало тебе мерзнуть, как простому человеку. – Вот заладил-то. Как будто сам никогда человеком не был. – Это было очень давно, – ответил Алекс и, задумавшись, уставился на полную луну, вовсю освещающую небо, как и в первый день их знакомства. Гелла лишь отвернулась, слегка замедлив шаг. Этой ночью не было ни единого дуновения ветра, и город полностью поглотила густая мгла, придав всему вокруг неестественно таинственный вид. Девушка выдохнула и увидела, как изо рта вырвалось облачко пара, а в следующую секунду ей на плечи небрежно опустилась мужская куртка, завернув в подобие кокона почти до самых колен. – Спасибо, – пробормотала Гелла, удивившись столь странному поступку жнеца. – Не за что, – ответил Алекс, по-прежнему не глядя на нее и шагая вниз к реке. Несмотря на то, что во всех районах постоянно следили за порядком, здесь, в небольшой низине на мосту, как и сегодня, фонари вечно работали через один. – Не хочу всю ночь слушать, как ты стучишь зубами. – Блин, да ты надоел уже своими подначками! – не стерпев, воскликнула Гелла. – Сколько можно меня доставать, право слово? – Я не виноват, что ты несобранная и не в состоянии нормально работать, – ответил жнец останавливаясь. – Это ты не можешь нормально со мной работать, – злобно рыкнула она, – Или думаешь, я не знаю, что ты просил Шефа препоручить меня кому-нибудь другому? Жнец мрачно замолчал и девушка, несмотря на недостаточное освещение, заметила, как потемнели его глаза, став из синих практически черными. – Я всего лишь хочу, чтобы из тебя толк вышел, – сказал он с каменным выражением лица. – Я правил не нарушаю, веду себя нормально, а что до всего остального, так это мое личное дело. И веду себя, как самый что ни на есть нормальный человек, насколько это можно вообще назвать нормальным. – Вот именно, что, как человек, хотя на самом деле ты жнец. – Да что ж тебя заклинило-то? – повысила голос девушка. – Сам ведь говорил, что это не имеет никакого значения, ведь сущность моя не изменилась! Да, получила я новое тело и офигительные сверхспособности, но это не обязывает меня становиться пафосной занудой! Я же осталась собой, злюсь как человек, хочу спать как человек, мерзну как человек, л… чувствую, как человек, в общем, какая была, такая и осталась. Ничего криминального в этом нет. Гелла замолчала и, насупившись, обижено смотрела на Алекса. В голову закралась неприятная мысль, что она совершенно неуместно, учитывая поведение жнеца, болтнула лишнего. Александр какое-то время молча смотрел на стоявшую на возвышении подопечную, а затем, в два шага оказавшись рядом и прикоснувшись пальцами к ее подбородку, с непонятным выражением лица спросил: – И что же ты там л-чувствуешь? От неожиданности Гелла на несколько секунд впала в ступор, вдыхая запах дорогого мужского одеколона, а затем медленно ответила: – Что, если ты не начнешь нормально себя вести, я тебя убью. – Шефу не стоило передавать тебя под мою опеку, – неожиданно грустно сказал он. – Я не смог уберечь от смерти родную сестру, что уж говорить о тебе… Я слишком некомпетентен для кураторства. – Во-первых, случившееся с Ярославой это неудачное стечение обстоятельств, а во-вторых, не надо меня пытаться уберечь, я сама в состоянии за себя постоять. И вообще, мог бы и моего мнения спросить! Я вот лично вообще не хочу никакого другого куратора и напарника тоже, – выпалила она. – Ну раз ты так говоришь… кто я такой, чтобы возражать, – на удивление жнец тихо рассмеялся, прислонившись лбом ко лбу Геллы и в его голосе девушке послышалось явное облегчение. – В таком случае, нам не стоит задерживаться, дежурство только началось. Они неспешно направились дальше по маршруту и Гелла с удивлением задумалась над тем, что, очевидно, Каденции действительно под силу заглянуть даже в душу. * * * – Ну, Ромея всегда была той еще занозой, – поджав губы, сказала Карма. Она полувозлежала на стуле с высокой резной спинкой в совершенно немыслимой для нормального человека позе – вверх тормашками. Там, где обычные люди располагали свою пятую точку, демонесса непостижимим образом умудрилась разместить спину и часть торса. Как можно было держать равновесие в такой позе, было решительно непонятно, но Карме похоже было плевать на законы физики. Она смотрела на присутвующих свесив голову с сиденья и участвовала в беседе, не испытывая ни малейших неудобств. Ее ядовито-рыжие волосы разметались далеко по полу, а босые ступни описывали в воздухе абстрактные фигуры. Замок Кармы с довольно необычным для Той стороны названием «Затерявшаяся мечта» стоял, подобно обиталищам злых колдуний, на холме за огромным лесом. Глядя в узкие бойницы можно было увидеть лишь протянувшееся на много миль море синих зарослей, из которых то тут, то там периодически вырывались стаи крылатых существ. Жнецы явились сюда еще засветло, поэтому по дороге Илса имела возможность увидеть, как огромная фиолетовая луна на пол неба начала покрываться слепяще-светлыми прожилками, постепенно приобретая кислотно-оранжевый цвет. На Той Стороне солнце и луна были одним и тем же светилом. К ночи оно становилось фиолетовым, утром – таким, каким жнецы видели его сейчас. Демоны называли его Льяаль, что на одном из диалектов первой цивилизации означало «негаснущий свет». Льяаль никогда не заходила за горизонт и не убывала, оставаясь огромным круглым пятном на небе мира за гранью. – Карма, в этой башне твои покои? – поинтересовалась Илса, когда они поднимались по ступенькам винтовой лестницы вслед за хозяйкой замка. – Тут везде мои покои, – иронично ответила демон, – но здесь мне нравится больше всего. Кроме того, считай, что я устроила тебе небольшую экскурсию по замку. – Необычная экскурсия, – засмеялась девушка, – мы прошли от парадного входа через пару коридоров и теперь просто поднимаемся по лестнице. – Хах, это ты, девочка, у Томоэ не была! И потом, только взгляни в окно, какой вид! – А что там такого у Томоэ? – шепотом спросила она у идущего рядом Александра. – Лорнфолкская башня в большинстве своем одна сплошная лестница и добраться до верхних этажей там, как минимум, затруднительно. – Эй, я все слышу, между прочим, – с наигранным недовольством сказал неожиданно возникший за их спинами Томоэ. Жнец в ответ на это лишь усмехнулся и замедлил шаг, пожимая ему руку. Теперь демон сидел на таком же стуле, что и Карма, и меланхолично раскачивался взад-вперед, переваривая услышанное. – Получается, Корона хранится в семье Монтонесси, а Ромея всячески их защищает… Что ж недурно, совсем недурно. – Остается главный вопрос, как найти и отобрать ее, – задумчиво произнесла Карма. – Можно, конечно, применить грубую силу, но я не думаю, что она вот так вот запросто отдаст такой ценный трофей, который хранила столько времени. – Я немного разузнал о нынешнем главе семейства и наткнулся на нечто любопытное, – сказал Александр. – Несмотря на продолжение родового бизнеса, Джерард Монтонесси жуткий любитель разбрасываться деньгами. Он достаточно молод, хорош собой и обожает устраивать всяческого рода приемы. Мероприятия эти отличаются особым размахом, но попасть туда крайне непросто, если у тебя нет хотя бы небольшого состояния. – Стоило ожидать, что богач, чью семью уже которое поколение охраняет демон, будет общаться исключительно с лицами своего круга, – хмыкнула Илса. – И часто он устраивает такие приемы? – Следующий через неделю, на него и пойдем. – А как же приглашения, кто нам их даст? – Он и даст, – усмехнулся Алекс, – более того, он будет умолять, чтобы мы удостоили вниманием его жалкую вечеринку. – С чего вдруг? – недоуменно поинтересовалась девушка. – А с того, что наш Джерард большой любитель экзотики и когда узнает, что в город на пару дней прибыла шумная компания молодых аристократов во главе с двумя знойными близняшками, то просто не сможет устоять. Илса недоуменно приподняла бровь. Рождение близнецов в последние сто лет стало таким редким явлением, что их впору было относить к вымирающему виду. Найти близняшек, да еще и уговорить их сотрудничать было, на ее взгляд, абсолютно нереально. – Да ты тот еще затейник, я погляжу, – весело заметила Карма, ловким кувырком поднимаясь на ноги, – а то вечно из себя зануду несусветного строишь. Заметив замешательство новенькой, демонесса на цыпочках, будто балерина, прошагала к стоявшей у окна Гелле и, закинув ей на плечи часть своих роскошных волос, обратилась к Илсе: – Ну, как думаешь, где мы возьмем двух близняшек? Они действительно были очень похожи, и вдобавок ко всему одарили девушку абсолютно одинаковыми улыбками, но та, все же, с сомнением произнесла: – Нет, вы, конечно, действительно выглядите как сестры, но на близнецов не тяните. – Это поправимые мелочи, – отмахнулся Александр. – Несколько профессиональных движений рук в исполнении Данила и отличить их смогут только Шеф и Каденция. Так что, леди, предлагаю повеселиться. * * * – А какая у тебя особая способность? – спросила Илса, глядя в стакан с газировкой. Первая ночь в качестве жнеца была слишком волнующая, чтобы она смогла уснуть и Данил любезно решил составить девушке компанию. – Я могу придать любому существуу или предмету какой угодно вид, – ответил он, – в том числе и себе. – Здорово. И как, тебе пригождалась такая необычная способность? – Естественно, и не раз. Что я действительно понял, будучи жнецом, так это то, что любая, даже самая нелепая на первый взгляд способность может пригодиться, а то и жизнь спасти. Особенно, когда твое магическое воздействие не способен распознать ни демон, ни акалет. Вспоминая этот разговор, девушка подумала, что впервые увидит, как Данил это делает. Неделя, насыщенная тренировками, пролетела незаметно, и сегодня им предстояло украсть Корону Повиновения. Общий сбор был назначен в Затерявшейся Мечте и Илса удивилась, увидев в их немаленькой компании, собравшейся на Ту Сторону, Каденцию. Вежливо поздоровавшись, он шепотом спросила у Геллы: – А почему Каденция с нами? Он ведь не из нашего отделения. – Потому что я могу найти то искомое, где бы оно ни было сокрыто, – ответил вместо разноглазой девушки жнец, каким-то чудом услышав ее слова. – И когда речь идет о чем-то важном или о необходимости использовать какую-либо способность, принадлежность к отделениям не имеет значения. Илса понимающе кивнула и решила сосредоточиться на предстоящем деле, однако сделать этого ей не удалось. Едва они оказались в замке, перед ними разыгралось крайне необычное на взгляд Илсы действо. Карма, увидев Каденцию, изобразила перед красноволосым жнецом какой-то замысловатый реверанс и, дождавшись такого же необычного ответа, плавно подошла к нему вплотную. – Давненько ты не радовал нас своими визитами, Каденция, я уж было скучать начала. – Ничего, сегодня мы с тобой даже потанцуем, – ответил тот, – но сейчас не будем задерживаться, до приема всего пол часа. – Каденции нравится наша демонская парочка, – негромко сказала Гелла подопечной, наблюдая, как появившийся Томоэ церемонно раскланивается со жнецом. – Почему? – Неужели сама не догадалась? – Они помнят его мир, да? – Именно. За всю историю существования мира было три сражения с акалетами, уничтожившие три цивилизации, и среди тех, кто помнит самую первую, жнецов уже не осталось. Сборы особо много времени не отняли. Когда все были готовы, Данил приступил к завершающему этапу – созданию близняшек, окрещенных Имир и Глорией. Карма и Гелла стали в центре комнаты и жнец, внимательно всмотревшись в каждую из них, начал. Илса заметила, как под его сосредоточенным взглядом ее куратор чуть вытянулась, догоняя ростом демонессу, ее волосы стали стремительно укорачиваться, а непослушные кудри выровнялись, будто под утюгом, и стали немного ярче. Карма, в свою очередь, с интересом наблюдала, как бледнеет под стать Гелле ее кожа, исчезают когти, волосы теряют ядовитый оттенок и тают, словно снег на солнце. Спустя минуту перед присутствующими стояли две абсолютно одинаковые девушки с короткими асимметричными стрижками, янтарно-желтыми глазами и аристократически бледной кожей. Одеты они были в ничем не отличавшиеся платья кроваво-красного цвета, короткие на грани приличия спереди и с длинными струящимися по полу подолами сзади. Быстро переглянувшись, они удовлетворенно кивнули, и стройным хором, будто всю жизнь репетировали, спросили: – Ну что, идем производить фурор на публику? Торжественный прием для меценатов проходил за городом в родовом имении Монтонесси отчасти из-за того, что после мероприятия начнется закрытая вечеринка из тех, о которых вслух обычно не говорят. Очаровательные близняшки с компанией, конечно же, были приглашены, что давало жнецам уйму времени на поиски. – Я так рад, что вы почтили меня своим визитом, – слащаво улыбнулся Джерард Монтонесси, провожая свих гостей в просторный зал. – Мы тоже очень рады приглашению, – изобразила нешуточный восторг Карма, одаривая худощавого светловолосого хозяина дома томным взглядом. – Мы в городе всего на несколько дней, так что ваше предложение, дорогой Джерард, пришлось весьма кстати. – Потерпите, дорогие леди, официальная часть приема продлится пару часов, но после я не дам вам заскучать. – Будем ждать с нетерпением, – улыбнулась Гелла. – Ничего себе приемный зал, – тихо произнес Данил, глядя вслед удаляющемуся парню, – да тут можно преспокойно в футбол играть. – Нужно обойти его, – неожиданно сказал Каденция. – Наша цель где-то здесь, я это чувствую. – Логично, – кивнула Карма, – в доме, где всегда много гостей, самое ценное должно быть там, где за ним легче всего следить. Тем более, если это ценное не видно простому обывателю. – Нам бы на пары разбиться, так ведь быстрее будет, – предложила Илса. – Толку? Все равно вряд ли кто-то кроме Каденции сможет найти нашу цель, – возразил Зэсс. – В таком случае, предлагаю дождаться танцев, – сказала Гелла. – Учитывая современную моду, мы обойдем весь зал в кратчайшие сроки. Здесь Илса не могла не согласиться. Популярные светские танцевальные тенденции обязывали пары кружится по всему помещению, то и дело меняя партнера. Если наблюдать с верху, казалось, что танцующие образуют одну огромную движущуюся фигуру, но достичь такого результата можно было только если все участники досконально знали танцевальные правила. Когда пришло время, жнецы рассредоточились так, чтобы как можно чаще оказываться в паре друг с другом. Илсе в первые партнеры достался Александр. Томоэ, Зэсс и Данил пригласили на танец девушек среди гостей, а Роману и Каденцией достались близняшки. – С кем танцует Каденция, с Имир? – спросила девушка, имея в виду Геллу, когда заиграла музыка. – Нет, он с Глорией, – ответил жнец. – И как ты их только различаешь? – Я знаю их обеих достаточно долго, чтобы это не составляло ни малейшего труда. В следующую минуту их пара разбилась, и она закружилась в танце с каким-то незнакомым мужчиной. Партнеры в этой постановке менялись с завидной регулярностью и в какой-то момент девушка отключилась от происходящего, слушая музыку и рассеяно разглядывая своих минутных кавалеров. – Ты слишком беспечна, – тихо сказал Томоэ, смыкая холодные пальцы на ее плечах. От неожиданности она чуть не сбилась с ритма, но демон уже ловко перехватил ее за талию и закружил дальше. Холодок от его рук медленно расползался по позвоночнику, возвращая в реальность, – нужно быть внимательнее. – Но не мне же пропажу искать, – недовольно буркнула в ответ Илса, стараясь скрыть смущение. – Не тебе, – согласился демон, благодаря Данилу тоже выглядевший иначе. Черты лица неуловимо изменились, делая его непохожим на себя обычного. Прическа тоже стала другой, серебряные волосы потнмнели до русых, а глаза посерели. Однако на долю секунды Илсе показалось, что сквозь эту серость промелькнул фиолетовый отблеск. – Но ты должна помнить, девочка, что, когда мы ее найдем, тебе нужно будет накрыть это место куполом за долю секунды, иначе все эти люди умрут. И снова новый партнер. Через двух незнакомцев взявшая себя в руки девушка оказалась в паре с замаскированным, как и большинство их отряда, Каденцией. – Ты готова? – спросил он, кружа ее вокруг своей оси. – Да. – Я нашел то, за чем мы пришли, но и наше присутствие тоже раскрыто. Ты должна накрыть всех куполом, когда стихнет музыка. – Хорошо, – кивнула она. – А где же Корона? – В картине, – ответил жнец, взглядом указывая на огромный, в два человеческих роста, портрет основателя рода – Иселая Монтонесси. И хотя никакой короны на картине изображено не было, Илса ни на секунду не усомнилась в словах спутника. – Каденция нашел ее, – сказал Алекс, оказавшись в паре с Геллой, – она скрыта в картине. – И танцевальная постановка уже заканчивается, – поджала губы девушка. – Все готовы? – Естественно. И к худшему варианту развития событий тоже, мы подстрахуем Илсу, если она не успеет. – Подстраховать-то подстрахуем, но вот нужный момент можем упустить, а в таких ситуациях любая секунда дорога. Ромея здесь, в этом нет никаких сомнений, просто не показывается до поры до времени. – Она тренировалась всю неделю, думаю, нам не о чем беспокоиться. – Пожалуй, что так… Она должна успеть. У нее нет другого выбора, – сказала Гелла и музыка смолкла. – Черт, а я так надеялась, что все-таки представится возможность устроить здесь побоище, но вы, жнецы, вечно так щепетильны в этом вопросе, – недовольным тоном произнесла девушка, которую Гелла заметила до этого среди гостей, в абсолютно опустевшем зале. У нее были вьющиеся каштановые волосы и изящные черты лица, искаженные презрительной гримасой. – У тебя всегда был дурной вкус на такие дела, Ромея, – вздохнул Томоэ, сдувая с лица прядь волос. Необходимость в маскировке отпала, и демон поспешил вернуть свой обычный вид. – Только кровь да мясо, никакого изящества. – Я знаю, зачем вы пришли, – проигнорировала его слова Ромея Золен, – но ваши усилия тщетны, я не позволю забрать Корону. – Спорное утверждение, – ничего не выражающим тоном возразил Каденция, небрежно забросив на плечо свой устрашающий меч. Оружие жнеца было времен первой цивилизации и Илса отметила, что никогда прежде не видела ничего подобного. В широкое лезвие длиной почти в человеческий рост ближе к рукояти был помещен внушительных размеров кристалл, служивший сосудом для какого-то неизвестного девушке топлива. Когда Каденция поворачивал ручку акселератора рядом с рукоятью, топливо из сосуда проникало прямо в меч, увеличивая силу удара жнеца в сотни раз. Говорят, Каденция был мастером-магом и при жизни сам сделал этот меч. Когда первая цивилизация была в самом расцвете, ее мастера выпускали из рук такие творения, порожденные магией и технологиями, что сейчас мало чья даже самая смелая фантазия могла представить подобное. – Да неужели, триждыпереродившийся? – продолжила тем временем Ромея. – И кто же у меня ее отберет, ты, что ли? – Насколько мне известно, на голове жнеца Корона Повиновения не возымеет должного эффекта, – флегматично ответил жнец, – так что, думаю, ее заберет Ингея Валлериона. – Я смотрю, наглости вам не занимать, явились в мой дом и решили, что можете отобрать у меня нажитый непосильным трудом трофей? – Ну, во-первых, формально это не твой дом, – вмешалась в разговор Карма, – во-вторых, не нажитое непосильным трудом, а подло украденное в самый ответственный момент оружие, и, в-третьих, Корона нужна нам для дела. Акалеты пытаются овладеть призывом и подчинением низших демонов, мы хотим помешать им, использовав Корону по назначению. – Мне наплевать, как вы хотите ее использовать, Корона моя и вы получите ее только через мой труп. – Ты осознаешь, что только что подписала себе смертный приговор? – нехорошо усмехнулась Карма. – Это твой последний шанс мирно договориться. Нам действительно нужна Корона, пора, наконец, усмирить обезумевших крылатых ублюдков раз и навсегда. – Обезумевших крылатых ублюдков с неиссякаемым источником силы для демонов, должна заметить. И вообще, это даже смешно слышать такое от тебя. – Ты о чем? – недоуменно приподняла бровь демон. – А кто их такими сделал? – зло выкрикнула Ромея, замысловатым движением рук разрывая грань между ними и Той Стороной. Покинуть пределы купола она не могла, а вот добавить гостей – запросто. Послушные приказам хозяйки из разрыва начали появляться низшие демоны. – Да я скорее сдохну, чем отдам Корону твари, которая все это и начала. Карма, так и не снявшая маскирующую ворожбу, растерянно почесала стриженый затылок, а затем произнесла неожиданно жестким голосом: – Что ж, твоя воля. Звук заводящейся бензопилы лучше всякого сигнала обозначил окончание переговоров, завязалась схватка. Каденция, дернув акселератор, напролом отправился прямиком к картине, которую охраняли твари, а Томоэ и Карма сцепились с Ромеей. Гелла снесла бензопилой голову одному из демонов, кувырком ушла в сторону от новой атаки и сбила наседавших на Илсу противников. Девушка благодарно кивнула и тут же вновь забыла обо всем, насаживая на катану очередное тело. Увидев, что красноволосый жнец неотвратимо приближается к портрету, почти загнанная в угол Ромея выскользнула из клещей собратьев и побежала наперерез. Роман сделал в ее сторону несколько выстрелов, но она отмахнулась от пуль, как от назойливых насекомых. Правда, дойти до цели ей все равно не дали – сбивая с ног, ее горло перехватила удавка, сотканная из фиолетового пламени, а злобный голос Томоэ за спиной злорадно процедил: – Ну уж нет, милочка, никуда ты не пойдешь. Гелла тем временем методично пробиралась вперед, разрубая врагов на части, до тех пор, пока один из монстров не наступил ей на чудом уцелевший подол платья, лишив девушку равновесия. Прикинуть, как удачнее упасть, чтобы не быть съеденной, она не успела, рядом стремительно промелькнула мужская тень, вставая на пути ее падения, тонко свистнул рассекаемый воздух, и она вновь почувствовала свободу движений. Александр широким взмахом косы отсек подол ее платья и не дал распластаться на полу. Сипа к спине они прорубили себе проход и замкнули полукруг жнецов вокруг портрета. Каденция, стоявший перед картиной, вытянул вперед руку и забормотал что-то на одному ему известном языке. Сквозь шум схватки послышался голос пробирающейся к ним Кармы: – Будьте готовы, они взбесятся, как только увидят Корону! Ими движет подсознательное нежелание быть безоговорочно подчиненными! – Как будто сейчас они не такие, – хохотнул Зэсс. – А ты думаешь, им это нравится? – процедила демон, отшвыривая от себя очередную тушу. Гелла заметила позади наседавшего на них полчища фиолетовые сполохи и через минуту раздался крик Томоэ: – Эй, там! Нельзя ли немного поскорее? В ответ голос Каденции зазвучал громче, постепенно заглушая все остальные звуки подобно лавине. Демоны, будто обезумев, бросались на жнецов, пытаясь достать медленно возникающую из картины Корону. Один из них даже умудрился перепрыгнуть заслон, но Каденция, не глядя, нанизал его на меч как на шампур. В конце концов, Гелла перестала слышать что-либо кроме его голоса, и когда он резко оборвался на самом мощном возгласе, на мгновение в зале воцарилась гробовая тишина. Девушка мельком оглянулась и увидела, как в свободной руке жнец держит черную, как смоль, переливающуюся изнутри корону. Оценив сложившуюся ситуацию и прикинув с высоты своего роста, где сейчас Карма, Каденция долго не раздумывал. С размаху вогнав свой огромный меч в стену почти в середину картины, жнец запрыгнул на него как на помост и швырнул Корону демонессе, крикнув: – Ингея, лови! Присутствующие словно в замедленной съемке наблюдали как она, описав дугу, упала в руки демону, а в следующую секунду ее сбили с ног несколько тварей, погребая под своими телами. Гелла почувствовала, как сердце предательски пропустило удар, но расслабиться ей не дали наседающие противники. Где-то в стороне ругнулся Томоэ, а затем зал зполнил яростный крик: – СТОЯТЬ! Жнецы по инерции сразили еще нескольких демонов, прежде чем стало понятно, что они действительно замерли, прекратив атаку. – Мелочь, вон отсюда! И снова они не ослушались. Злобно рыча и щелкая острыми пастями, низшие демоны разбрелись по углам тщетно пытаясь попасть на Ту Сторону. – Ах да, купол, я совсем забыла, – сказала Карма, поднимаясь с пола. – Всем сидеть и не рыпаться без дальнейших указаний. Ромея почти что с суеверным ужасом смотрела на приближавшуюся соперницу, голову которой венчала Корона Повиновения. Демон медленно направилась к ней, замершей с занесенной над упавшим на пол Томоэ рукой для удара, на ходу принимая свой обычный облик. В три вдоха она вернула себе привычный вид и одежду, только спадавшие до лодыжек волосы остались распущенными. Присев рядом с ними на корточки, она задумчиво пробормотала: – Так, и что тут у нас? – Прости, я не успел остановиться, – виновато произнес Томоэ. – Вы о чем? – не поняла сначала Ромея, а затем почувствовала, как от солнечного сплетения начинает расползаться жгучий комок боли, а рот наполняется кровью. – Ничего, – ответила Карма, придержав ее за плечи. Томоэ осторожно вытащил когтистую руку из пробитого насквозь тела демонессы, и тут же во все стороны хлынула кровь. – В конце концов, все так, как ты и хотела, я получила Корону через твой труп. Все еще не верящая в произошедшее Ромея закашлялась и пошатнулась, пытаясь закрыть руками страшную рану. Карма осторожно положила ее на холодные плиты пола, и выливающаяся при каждом выдохе кровь растекалась под ней красным озерцом. – Я ведь еще могу тебя вылечить, – с сожалением в голосе сказала Карма, – только скажи. – Смерть предпочтительней служению тебе, – зло сплюнула в ответ Ромея, – я никогда не признаю этого унижения. – Речь не шла ни о каком служении, Корона мне не для этого нужна. – Значит ты полная идиотка, на то Корона и Повиновения, чтобы обеспечить беспрекословную власть. – У нас с тобой всегда была разная система ценностей, но смерть любого члена высшего общества – это всегда огромная потеря. – Ну, значит, это будет на твоей совести, добавь в список своих прегрешений. – Ромея, не будь дурой, соглашайся! – в сердцах воскликнул Томоэ. – Ни за что. Я отказываюсь признать тебя над собой, Ингея Валлериона Карма! – процедила она в ответ и снова закашлялась. – Одного не пойму… Почему приказ не подействовал на Томоэ? Он ведь точно ударил меня после…я помню… – Даже если я применю все свое ораторское мастерство, чтобы объяснить, ты все равно никогда не сможешь этого понять, – печально отозвалась Карма и произнесла церемониальный ответ: – Твое тело будет предано огню Той Стороны, а имя и деяния не будут забыты. Льяаль для тебя сегодня уходит в закат, Ромея Золен. Будто только и ждав этих слов, демон в последний раз закашлялась и, закатив глаза, затихла. Карма закрыла ей веки и, подняв тело на руки, направилась к застывшим поодаль жнецам. – Мы должны отправиться на Ту Сторону, на подобные случаи есть особая церемония, я обязана ее провести. А ты, – она кивнула Гелле, – должна официально короновать меня в присутствии всего высшего общества. Рука жнеца, благословленного Смертью – единственное доказательство законности моего положения. В противном случае, я ничем не буду отличаться от Ромеи. – Хорошо, – кивнула Гелла. – И еще, пока у меня на голове эта прелесть, я обязана уведомить этого недоноска, что его контракт расторгнут. Отведете глаза гулякам? – Конечно, – еще раз кивнула девушка. – Слушай, а что она имела в виду, говоря, что это ты сделала акалетов такими? – Честно? – Карма слегка растерянно пожала плечами. – Понятия не имею. * * * Джерард пребывал в некотором недоумении. Еще минуту назад вызывающе яркие платья близняшек маячили у него перед глазами, а теперь всей их компании будто след простыл. – Джерард Монтонесси! – внезапно окликнул его женский голос. Молодой человек обернулся и с ужасом уставился на стоявших перед ним нелюдей, в которых смутно угадывалась компания, о которой он только что думал. Фальшивые близняшки тоже были здесь, одна из них держала в руках огромную бензопилу, а вторая – окровавленное тело Ромеи Золен. Голову ее украшала Корону Повиновения. Холодея от осенившей его догадки, парень упавшим голосом все же уточнил: – Глория? Имир? – Ну почти, – ответила демон. – Джерард Монтонесси, твой контракт с Ромеей Золен объявляется расторгнутым в связи со смертью одной из сторон. Один из стоявших позади мужчин выудил из воздуха огромное зеркало и лжеблизняшки со свитой покинули прием, пройдя сквозь него. Никто из гостей не заметил произошедшего, будто им замылили глаза. О случившемся теперь напоминало лишь несколько маленьких лужиц крови на месте, где стояла демонесса. Джерард опустился на колени, чувствуя, что ноги отказываются его держать. Кто-то из взволнованных его странным поведением гостей спросил: – Джерард, с вами все в порядке? Это что, кровь? – Все вон. – Что? – Все убирайтесь к черту!!! Прием окончен!!! * * * Пока Карма созывала высшее общество, жнецы и Томоэ ждали в Затерявшейся мечте, обсуждая текущую ситуацию, а Илса задумалась, переваривая увиденное. Увидеть то, что произошло сегодня между Кармой и Ромеей, едва успев стать жнецом, было почти что из области фантастики. Такие события случались настолько редко, что даже многие жнецы-долгожители не могли похвастаться подобным опытом. В высшем обществе демонов с момента сотворения существовал свод правил, который они были вынуждены в той или иной степени соблюдать. Число несущих возмездие всегда было ограничено и не превышало сорока трех, этого количества было вполне достаточно для соблюдения равновесия. После того, как естественный порядок вещей был нарушен и акалетов поглотила тьма, демоны один за другим начали понемногу забрасывать свои непосредственные обязанности, и занялись попытками преумножить личное могущество. Однако спустя некоторое время они с удивлением обнаружили, что место погибших в междоусобных разборках никто не занимал, несущие возмездие перестали появляться на свет. Те немногие, кто на тот момент еще поддерживал общение со жнецами, обратились к ним в поисках ответа и выяснили, что согласно воле Создателя, возрождение забросивших свои обязанности демонов не будет происходить, пока не восстановится естественный ход событий. Это немного поумерило пыл высшего общества, навсегда умирать никому из них особо не хотелось, но и возвращаться к своей работе они не пожелали. Потому первый жнец от лица Смерти объявил, что для всех павших в междоусобной схватке будет выполним специальный ритуал, который сможет сохранить им жизнь за счет силы победившего. Согласие на подобный ритуал означало, что проигравший признает свое поражение и уже никогда не станет сильнее оппонента. Совместная работа жнецов и демонов на этом закончилось, но после оглашения правил, схватки между демонами прекратились. Раны, которые несущие возмездие наносили друг другу, в отличие от многих других были смертельными, а навечно признавать свое поражение, оказываясь во власти соперника было не по душе горделивым жителям Той Стороны. – Почему она отказалась от исцеления? Формально она бы признала только твое верховенство, а не Кармы, – выдернул девушку из размышлений голос Данила. – Мы с Кармой не разлей вода уже много тысячелетий, так что не было никакой разницы, кто именно исцелял бы Ромею. Кроме того, мы ведь оба были ее соперниками, так что и возможность такая была у нас двоих – ответил Томоэ. – Когда соберется все высшее общество, тело Ромеи будет сожжено с помощью демонского огня каждого из них. Все подчинявшиеся ее воле низшие демоны будут распущены, а на замок наложат заклятие нетленности до того момента, как появится новый несущий возмездие. – Все-таки странная она, не в вечное же рабство ее обращали, – хмыкнула Илса. – Помогла и жила бы себе дальше. – Ну, у Ромеи всегда моральная планка была не слишком высока, насколько вообще можно говорить о взаимодействии демонов с таким понятием, как мораль, – усмехнулся лис, – поэтому она судила исключительно по себе. Представить, что кто-то использует Корону по назначению, не искусившись ее силой, было выше ее возможностей. Но все равно жаль, что она умерла, теперь вряд ли кто-то займет ее место, пока не закончится противостояние с акалетами. – Томоэ, а почему на тебя не подействовала сила Короны? – спросил Зэсс. – О, вот здесь-то все проще простого, – рассмеялся в ответ тот. – Корона Повиновения подчиняет волю, заставляя делать то, что хочет ее обладатель, и лишает силы к сопротивлению. Но подчинять мою волю просто бессмысленно, потому что нет ничего такого, чего бы я не сделал для Кармы. Похоронная церемония проходила в абсолютной тишине. Вымытое и переодетое тело Ромеи торжественно вынесли во внутренний двор Затерявшейся Мечты и тридцать шесть демонов высшего общества, не проронив не звука, выпустили из своих ладоней огонь, олицетворявший их силу. Пламя, не издав ни малейшего треска, охватило ее тело разноцветными языками, взмывая столбом высоко к небу, а затем так же быстро опало и рассеялось, не оставив после себя ничего, даже пепла. – Есть еще одна причина, по которой я вас всех собрала, – нарушила тишину Карма, когда все было кончено. – Я думаю, сегодня все ощутили на себе силу действия Короны Повиновения, хоть она и не была направлена на вас. – Еще бы такое не заметить, – хмыкнул один из демонов. – Она была у Ромеи, охраняемая силой контракта. – И что, теперь ты хочешь сказать, что раз она мертва, то Корона перейдет к тебе по наследству? Ромея украла ее, ты отобрала, но сути дела это меняет. Ты не имеешь права ее носить. – Действительно, – согласился еще кто-то из присутствующих, – тебя может короновать только жнец, так что ты просто даешь нам повод разгромить твой замок в поисках Короны. – Смелое заявление, – насмешливо отозвалась Карма, но кто сказал, что меня некому короновать? – Да ну? И какой же жнец, учитывая положение вещей, согласится надеть Корону Повиновения на демона отражений? – Тот, который в отражении, – сказала появившаяся из глубины замка Гелла. Вслед за ней под изумленными взглядами высшего общества вышли остальные. – Ты заключила контракт со жнецом? Зачем? – Затем, что пора уже наконец-то вспомнить, чем мы вообще обязаны заниматься. Ситуация достигла той стадии, когда больше нельзя игнорировать происходящее. – Акалеты учатся призывать низших демонов, – согласно кивнул Томоэ, отбрасывая за спину свои длинные серебряные волосы. Его фиолетовое, повторяющее цвет глаз, хаори* было небрежно накинуто на плечи, и со стороны могло показаться, что он абсолютно беспечен, но Гелла даже, несмотря на разделявшее их расстояние, чувствовала, что это не так. Демон был напряжен, как струна, и готов в любую секунду броситься на собратьев, пойди что не по плану. – Если им это удастся, кто знает, что за этим последует. Возможно, они попытаются подчинить и высшее общество. Акалеты проворонили главный козырь – жнеца, который может накрыть куполом весь человеческий мир, так что теперь в ход пойдут любые средства. Господа и леди, приближается время четвертого сражения, и теперь отсидеться в сторонке, увы, не получится. – Корона Повиновения будет использована по назначению, когда наступит нужное время, – снова вступила в разговор Карма, – но, если вы добровольно признаете решение Смерти, влияние Короны будет минимально. Среди присутствующих пронесся ропот, не хотевшие рисковать собственной шкурой демоны взвешивали все «за» и «против». Гелла заметила, как среди пальцев Томоэ промелькнуло несколько сполохов лисьего огня, и нервно покрутила кольцо на большом пальце правой руки, словно желая удостовериться, что оружие возникнет, стоит только тени мысли промелькнуть в ее голове. – Все это, конечно, занимательно и хорошо, – взяла слово одна из демонов, – но Карма, не проще ли нам просто перебить вас всех и забрать Корону, отложив ее до лучших времен? Никто из нас не горит желанием соваться в мясорубку между жнецами и акалетами только потому, что последние якобы могут найти способ нас подчинить. Давайте вы просто отдадите нам Корону и уйдете отсюда по добру по здорову. Численное преимущество на нашей стороне, так что если мы захотим вас убить, кто нас остановит? – Полагаю, я, – неожиданно раздался мужской голос за спинами у жнецов. Узнав его обладателя, те дружно расступились. Неспешно миновав проем высоких ворот, ведущих в замок, оттуда появился Мастер. По просторному двору пронесся вихрь ледяного ветра, обдав всех присутствующих холодной волной и оставив после себя озноб, не имеющий ничего общего с прохладной погодой Той Стороны. Вокруг повисла нереальная тишина, сравнимая с той, которая возникала возле гнезд холь-реи и лишь его шаги нарушали это гнетущее беззвучие. Ошеломленные демоны замерли, не веря своим глазам, но наваждение не схлынуло, это действительно был Мастер Владеющий Душами. Смерть вышел вперед, внимательно осматривая потрясенных демонов своим гипнотическим взором. В один момент грозное высшее общество стало похоже на стайку напуганных кроликов, а затем один за другим начали церемонно опускаться на одно колено, не смея поднять взгляд на Мастера. Мужчина внимательно оглядел безропотно склонившихся членов высшего общества и снова заговорил. Он не повышал голос, не кричал и не пытался привлечь к себе внимание, склонившиеся в почтении демоны и так готовы были внимать каждому его слову. Он говорил негромко и спокойно, но его голос был слышен даже в самом глухом и темном закоулке Затерявшейся Мечты, и у некоторых на мгновение создалось впечатление, что слова Смерти звучат прямо в головах собравшихся. – Сегодня я здесь, чтобы озвучить некоторые факты. Три столетия назад Ингея Валлериона Карма и Томоэ Мэико заключили сделку с одним из жнецов. Их мотивы были просты и незатейливы, дармовая сила акалетов и возможность свободно перемещаться между мирами – весьма неплохая перспектива. Плата за эти возможности показалась им не такой уж и большой. Однако за это время они сделали достаточно для того, чтобы снова называться несущими возмездие, и обязывающая сила контракта здесь не при чем. Это то, для чего они созданы и то, что у них лучше всего получается. Это то, для чего созданы вы. Я дал вам достаточно времени, чтобы почувствовать себя свободными и набездельничаться, но затянувшийся отпуск пора заканчивать. Пора вспомнить о ваших непосредственных обязанностях, дамы и господа. Ингея Валлериона Карма будет носить Корону Повиновения, когда к тому обяжет нужда, и никто из вас не посмеет покуситься на эту власть… Есть ли у кого-то желание оспорить мое решение? – Нет, Мастер, – нестройным хором ответили демоны. – В таком случае, сейчас вы будете иметь честь присутствовать при коронации, дабы ни у кого не возникло сомнений в законности положения Кармы. Гелла, будь добра, приступай. Смерть отступил на пару шагов назад и, опершись на трость, наблюдал, как Гелла подошла к демонессе, держа переливающуюся изнутри Корону в руках. Карма опустилась на одно колено, чтобы разница в росте не мешала девушке проводить ритуал, и та, глубоко вздохнув, церемонно произнесла: – Ингея Валлериона Карма, данным мне благословением я возлагаю на тебя обязанности королевы. – Да будет сила нашего контракта нерушима, – ответила Карма и Корона Повиновения легко опустилась ей на голову.