Очередная кукла

Руки Сасори дрожали так сильно, что еле держали ослабевшую руку девушки. Она очень слабо обхватила его окровавленную ладонь в ответ и улыбнулась, вселяя надежду на лучшее. Кукловод смотрел в изумрудные глаза, угасающей жизни, запоминая её образ и успокаивающую улыбку. Вокруг всё было в алых пятнах. Он сделал всё возможное, всё что было в его силах. Но он не смог, он не справился. Всё плыло, уши будто заложило, а глаза перекрывала нахлынувшая пелена слёз. Он отчётливо слышал крик… это кричал он сам… **** Выходя из кабинета Хокаге, Мебуки чувствовала себя виноватой перед дочерью. Но поступить иначе она не могла. Кизаши молча шёл рядом с женой, обдумывая последствия происходящего, прогнозы явно не были утешительными. Ноги женщины подкашивались, спускаясь по лестнице с резиденции Хокаге, она взяла Кизаши под руку. Одно неверное движение и они вместе покатятся вниз. Цунаде-сама неоднозначно отреагировала на эту новость. Она знала характер Сакуры и, скорее всего, догадывалась, по какой причине ушла Харуно. В открытую этого не было видно, но по её задумчивому и озадаченному взгляду всё стало ясно. У Конохи нет лишних сил, чтобы отправлять людей на поиски сбежавшей девчонки, учитывая всю ситуацию в мире. Этим, как и полагала Харуно, займётся команда номер семь. Мебуки никогда не обращала внимание на слухи, но сейчас они постепенно начали просачиваться в общественные массы. Проходя мимо большого количества людей, обязательно услышишь перешёптывания о своей семье, некоторые из них, откровенно говоря, доходили до абсурда. Кто-то считал, что Сакура ушла из-за насилия в её сторону от отца и матери, кто-то думал о её самоубийстве и много чего другого. Но большинство всё же считают, что Сакура ушла за Саске, её первой детской любовью. Переубеждать всех не было ни сил, ни смысла да и сделать это, к сожалению, невозможно. Однако, выслушивать перешёптывания за своей спиной — было крайне неприятно. Были и те, кому хватило смелости подойти, спросить всё в лицо. Отвечать им всем старшая Харуно, конечно же не собиралась. Возвращаясь домой, она встретила ждущую их Ино. --Здравствуйте, — поклонилась Яманака.- Я пришла к Сакуре. Она дома? -Здравствуй, — женщина встала в ступор, стоит ли говорить ей обо всём или нет. Поразмыслив, Мебуки всё же ответила.- Сакуры нет дома и не будет. -Что? Как это понимать? — конечно же, Яманака слышала слухи, гуляющие в городе и решила удостовериться в их подлинности лично. -Она ушла. Несколько дней назад. Прости, но я не хочу сейчас говорить об этом, — на глазах Харуно выступили слёзы и она быстро двинулась к двери. -Извините меня за мою наглость, но…она ведь моя подруга, я тоже переживаю за неё, мы с друзьями до конца не верили слухам, но похоже… Она… Вы бы видели сейчас состояние Наруто, ему совсем плохо. Я… Взглянув в намокшие небесно-голубые глаза куноичи, женщина увидела тревогу и беспокойство. Есть люди, которым дорога и небезразлична Сакура, это не могло не радовать Мебуки. -Она ушла из деревни с… каким-то отступником. Я даже имени его не знаю. Она оставила записку перед уходом, в которой просила не искать её. Но мне пришлось доложить Хокаге, иначе начали бы подозревать нас и… Я просто хочу, чтобы её вернули. Голос женщины дрогнул. Ино поспешила успокоить старшую Харуно, ведь прекрасно понимала чувства беспокоящейся матери о своём чаде. Той в свою очередь, не хватало именно поддержки, успокоения и ложных надежд на лучшее. Отпустив молодую куноичи, она вернулась в дом. Без дочери он опустел и потерял жизненную силу. Кажется, все комнаты охладели и потемнели изнутри. Будто бы сердце дома остановилось. Лишь Кизаши, как всегда читал вчерашнюю газету и спокойно пил горячий чай. Внешне он был, относительно, спокоен, но внутри у него бушевал ураган ярких эмоций. На строгом лице мужчины не дрогнул ни один мускул, печальные глаза, обрамлённые возрастными морщинами, медленно перебирали печатные буквы газеты, не вчитываясь в их смысл. Голова была напрочь забита мыслями о семье, о Сакуре, о их будущем. Он безусловно переживал за дочь и её судьбу. Любящий отец и мать всегда всегда будут беспокоиться за будущее своих детей в независимости от их поведения. Кизаши знал, что влюблённость Сакуры не доведёт её ни до чего хорошего. По крайней мере, никогда не доводила. По вечерам, молча сидя за столом, родители таили крохотную надежду услышать родной голос дочери, снова увидеть её прекрасное личико и озеро зелёных глаз, выслушать разговор о чём-то неважном, услышать звонкий смех. Теперь о семейном ужине в полном составе приходилось только мечтать. Обида и горечь залегли в их сердцах. *** Летний полдень застал Сакуру и Сасори вдвоём, лежащих в мягкой постели. Прошло чуть больше недели с тех пор, как они живут вместе. Пара проводила почти всё свободное время рядом друг с другом, им было комфортно и хорошо. Сейчас они нежились в большой кровати, наслаждались жизнью и проведённым временем вместе. Им не надо прятаться или скрывать свои отношения, бояться разоблачения, ждать коротких встреч. Теперь Сасори и Сакура могут делать всё свободно, громко и открыто. Впрочем, так они и поступали. Дом хоть и был приведён в относительный порядок, дел всё равно было невпроворот. Запасы еды были на исходе. Семья Акасуна жили изолированно ото всех, но на то дом и был «скрытным», чтобы никто его не видел и рядом никого не было по близости. Однако, в этом был огромный минус — скукота и одиночество. Счастью Сакуры не было предела, когда та узнала о похождении в деревню, пусть и за припасами. Окрылённая куноичи бросилась быстро собирать вещи в дорогу. Выходя за скрипучую калитку дома, девушка обвела напоследок глазами их дом… её дом. Впервые увидев его потрёпанные стены и старые деревянные окна, он показался ей неприветливым, холодным и отталкивающим. Вокруг ещё был мрачный лес, наводящий панику и скользкий страх. Одна только мысль о проживании здесь приводила её в ужас. Но встретив своего хозяина и новую хозяйку, дом обрёл жизнь и будто бы расцвёл, как прекрасный цветок сакуры в самый разгар чудесной весны. Сакура и Сасори вместе отправились в ближайшую маленькую деревню, ведь в большие города им показываться пока не стоило. Хоть Сасори никто не видел без его огромной и страшной куклы, перестраховаться не было бы лишним. Погода была солнечной, но в тоже время морозной. Снег выпал давным-давно и сейчас мягко хрустел под тяжестью ног двух отступников. Глаза слепило от солнца и большого количества снега кругом, всё блестело от солнечных лучей и было невероятно красивым. Вокруг было много голых веток деревьев, покрытые серебристым снегом. Можно было уверенно вдохнуть морозный воздух и идти рука об руку с любимым и дорогим сердцу человеком. Розовая и красная макушки ярко выделялись на снежном фоне природы и замелькали, когда эти двое начали кидаться снежками и валять друг друга в снегу. Сначала Сасори грубо, но аккуратно повалил Сакуру в снег, после чего неожиданно обжег её губы кратким поцелуем. Дыхание было настолько горячим, что клубы пара вываливались из их уст, но морозный воздух до боли сжимал их горла. Понимая, что таким образом они могут заболеть, Сасори поднял и бережно отряхнул Сакуру от налипшего на неё снега, в то время как девушка не успокаивалась и продолжала играться с ним. -Сасори! — парень оглянулся на её зов и получил снежком прямо в лицо, от чего девушка залилась хохотом. -Маленький ребёнок, — пробурчал себе под нос Акасуна, убирая с лица холодный, мокрый снег.- Ты доигралась. Сасори, как буря надвигался на девушку, от чего та бросилась прочь, заливаясь хохотом от смеха. Настигнув её он крепко обнял и быстро перекинул через плечо. -Эй, ты что творишь! Отпусти! — пинаясь ногами и руками верещала куноичи. -Ты сама напросилась. Теперь сиди молча, до тех пор, пока не дойдём. Всю дорогу Сакура бурчала что-то себе под нос, ругая кукловода. Он лишь крепче ухватился за бедра девушки и тепло улыбнулся её выходке. Время близилось к вечеру, солнце медленно, но верно опускалось вниз за горизонт. Вдруг Сасори резко остановился и аккуратно опустил куноичи на землю. -Наконец-то. Мы что уже пришли? -Да. И Сакура, — снова он произнёс её имя, как то по-особенному прекрасно, словно заливное пение птиц пронеслось по лесу.- Будь аккуратна и не отходи от меня ни на шаг, не говори никому из какой ты деревни. -Да, я поняла. Это было маленькое поселение. Количество домиков можно было бы сосчитать на пальцах. Рядом с деревней находилась небольшая речка, застывшая от жесткого холода. Обрамлял деревню густой лес, сейчас же от былого величия остались лишь голые ветки и маленькие пеньки. Людей было не так много, как ожидалось здесь увидеть. Но они все были очень приветливыми и добрыми. Сначала паре предоставили номер, в котором они будут спать, а затем отвели их в здание для пополнения припасов. -Слишком уж они добрые, тебе не кажется? — прошептала Сакура, когда осталась наедине с Сасори в номере. -Да, мне тоже показалось это подозрительным. Но деревня стоит на пересечении дорог и, может быть, к ним частенько заглядывают странники или шиноби. Таким способом они зарабатывают деньги. Надеюсь нас не обворуют ночью. -У меня чуткий сон, я проснусь если кто-то проникнет в комнату. Уже давным-давно перевалило за полночь, Сасори притянул девушку к себе и крепко обнял. Через несколько минут слышалось одно лишь посапывание девушки. Красноволосый почти не спал всю ночь из-за бессонницы, настигшей его при лунном свете. *** Нет никаких зацепок, следов и даже запаха. После ухода Сакуры из деревни прошёл дождь со снегом, стирая её последние следы и запах. Команда номер семь была в отчаянии. Они не сдвинулись ни с места по её расследованию. После доклада Хокаге о пропаже Харуно, на её поиски, как и полагалось, отправили команду Какаши. Для начала команда расспросила её родителей, а затем по запаху и мелким зацепкам нашла след, но он резко оборвался в лесу, наводя панику и ужас на сокомандников. Хатаке догадывался о её примерном местоположении, но не знал где находится это место. Но ещё копирующий ниндзя догадывался о проделке матери Сакуры. А ведь он предупреждал розоволосую девчонку, говорил о последствиях, которые будут ждать её. Но она не послушала его и сделала всё в точности наоборот. Им ничего не оставалось кроме, как пойти к месту в котором выследили её ранее, однако Хатаке знал, что второй раз туда они не пошли бы. Но проверить, определённо, стоит. Дорога заняла три дня. Солнце окончательно ушло за горизонт, забирая последние согревающие лучи вместе с собой. Вдали показался тот самый дом, в котором в прошлый раз держали Харуно. -Это тот дом, Какаши-сенсей! Это он! Пошлите быстрее! — как обычно, ломился быстрее всех Наруто. Его глаза блеснули ярким огоньком, который было видно даже ночью. Он любил Сакуру, она была его другом и он переживал за неё, за её состояние. -Нет смысла ускоряться, мы уже пришли.- Констатировал Сай. Какаши лишь тяжело вздохнул и поспешил догонять своих учеников в полумраке зимней ночи. Тихо и скрытно они проникли в дом, Сай пустил чернильных крыс и змей в дом для сбора информации. Вернувшись, они прыгнули в свиток, превращаясь в текст. -Дом пустой, здесь никого нет. -Ксо. Я так и знал. Всё равно надо проверить его, вдруг найдём какие-либо зацепки. Не тратим время впустую, — приказал Какаши. Услышав такие новости, Наруто стоял поникший в стороне. Его возлюбленной здесь нет. Она может быть где угодно, вдруг над ней издеваются, бьют или может уже убили. В таких ситуациях в голову лезут самые страшные мысли. -Эй, Наруто. Не расстраивайся мы найдём и вернём всех сокомандников обратно в Коноху. Главное не опускать руки в таких ситуациях и идти вперёд. Твои слова вроде были «я никогда не отступлю, ведь это мой путь ниндзя!», — в словах поддержки Хатаке не был силён, поэтому не надеялся на положительный эффект. -Конечно, Какаши-сенсей.- Наруто улыбнулся, но сквозь неё было видно как ему больно и грустно. Однако даже эта грустная улыбка вселяла надежды на лучшее.- Я никогда не сдавался и в этот раз не сдамся! -"Удивительный малый.» — подумал Какаши. Они заночевали в этом доме, хоть это и было опасным ночлегом, но выбора у них нет. На рассвете они двинулись в тот самый город, где произошло, так называемое сражение с кукловодом, там где они нашли Сакуру. Проверить весь город задача была не из лёгких, но команда номер семь и не с такими проблемами справлялась. *** Сакура разлепила глаза, рядом спокойно посапывал кукловод. Обычно, в такое время он уже бодрствует и вершит великие дела. Мягкие, пухлые губы едва коснулись нежной кожи Сасори, даря ему утренний поцелуй который он, к сожалению, так и не почувствовал. Сакура проверила вещи, всё находилось на своих местах, деньги тоже. Видимо, это поселение не занимается грабежом, оно и к лучшему. Накинув лёгкий нежно-розовый халат, подходящий ей по цвету волос и тону кожи, она отправилась в ванную комнату. Им в номер преподнесли свежий и горячий завтрак. Сакура обняла Сасори и попыталась разбудить его нежными поцелуями по всему лицу. Наконец он открыл серо-карие глаза и тепло улыбнулся. Действительно, улыбался он только этой розоволосой девчонке и никому более. Сам же он не понимал почему так происходит. Видимо и вправду любовь существует. -Доброе утро, — улыбнулась Сакура. В её изумрудных глазах бешено плясал тот самый огонёк. -Доброе, — он обхватил её руками и так они пролежали некоторое время в обнимку. После чего они отправились домой. Солнце ярко освещало белый снег, от чего он сверкал, как никогда. Было тепло и так спокойно, если бы не эти сумки с едой, Сакура обязательно решила бы поиграться в снежки. По дороге пара иногда делала остановки и отдыхала от тяжести сумок. Домой они вернулись почти ночью. Где-то вдали пролетела птица и сорвала снег с сухой ветки. Калитка скрипнула, кажется, на всю округу. -Наконец-то, мы дома. Тут так тепло, — Говорила Сакура, раскладывая сумки на кухне. -Тебе помочь? Давай я сегодня приготовлю ужин? -Было бы замечательно, — она чмокнула его в губы и отправилась раскладывать вещи. В семье Акасуна царило взаимопонимание, уют и, конечно же, любовь. Сасори хозяйничал на кухне и готовил ужин для них двоих, не подпуская Сакуру к нему на помощь. Той же оставалось лишь наблюдать за столь приятным зрелищем. *** Прошло два года. *** Команда номер семь так и не смогла найти Сакуру. Ведь след её был потерян ещё очень давно, однако Наруто не опускал руки и старался вернуть в Коноху Саске, а позже и найти саму Харуно. Но стоит заметить, что у девушки была уже другая фамилия, однако об этом никто кроме пары не знал. У семейства Акасуна все шло своим чередом. Сасори постоянно радовал Сакуру, приносил подарки, устраивал сюрпризы. Даже если не мог позволить чего-то большего, просто банально дарил цветы. Улыбка не сходила с лица девушки. С ним она была действительно счастлива и познала взаимную любовь, где ею не пренебрегают и не пытаются убить. Конечно же, не обходилось без ссор, но они не были столь глобальными, что пара расходилась на какой-то срок. Наоборот, они быстро мирились и спокойно принимали неправоту своих действий или сказанных слов. Ссоры в их семье были очень редким случаем. Каждое утро они вставали с лучами солнца или от поцелуев друг-друга. Сакура частенько радовала любимого завтраками в постель. Она старалась дать ему все, что могла. Свою любовь, заботу, чувства, искренность. Сасори отвечал ей тем же. Он каждый день готовил ужин, это уже вошло в хорошую привычку их семьи. А Сакура же в это время любовалась процессом готовки мужа или наводила порядок и уют в доме. Сасори всегда был внимателен к возлюбленной. Не заставлял её нервничать и сильно напрягаться, он был нежен и трепетен к ней, ведь они ждали появления маленького чуда на свет. Сакура была беременна. На улице был апрель, а значит цвела прекрасная сакура и в это чудесное время родится их малыш. Пара долго думала над именем ребёнка и долго перебирала множество вариантов. Благодаря медицинским техникам Сакура узнала пол малыша, это был мальчик. Родители были на седьмом небе от счастья. И имя у их ребёнка было — Сатори. Акасуна, но Сатори. Теплый апрельский вечер. Сасори, как обычно, готовит ужин, а Сакура наблюдает за ним и ведёт незамысловатый диалог о их будущем ребёнке. -Я обязательно научу его управлять куклами. Это не обсуждается, — Сасори поставил перед фактом жену, нарезая при этом помидоры. -А кто против-то? Если Сатори захочет, то учи его всему, что хочешь. Я собираюсь обучить его медицинским техникам и в будущем у него будет бьякуго. Тем более ты и я обладаем медицинскими знаниями, нашему сыну будет у кого поучиться. -Медиком он станет точно, но я всё же надеюсь, что он будет заинтересован в кукловодстве. -С детства можно привить любовь к этому, не переживай ты так, — Сакура обняла свой живот, представляя его маленькие ручки.- Интересно, каким цветом у него будут волосы. -Это неважно, главное чтобы у него были твои глаза.- Сасори подошёл и бережно обнял жену за животик. Тут Сатори ударил ножкой. -Он бьётся! Сасори ты чувствовал? -Конечно, — улыбка не сходила с его лица, особенно, когда он наблюдал за счастливой Сакурой. Это был один из таких мимолётных моментов его настоящего счастья. В один из таких вечеров у Сакуры началась сильная боль — схватки. Затем у неё отошли воды. Девушка громко кричала от сильной боли. Сасори немедленно перенёс её в специальную комнату, которую они оборудовали для рождения ребёнка. Им было страшно, как никогда. Сасори знал как принимать роды, но руки тряслись. Если бы ему дали стакан воды, то он бы неизбежно разлил всю жидкость на пол из-за трясучки рук. Он взял себя в руки и позже спокойно продолжил. Секунды длились вечностью, боль была нестерпимо-адской. Хотелось кричать во всё горло от боли, что Сакура и делала, собственно говоря. Роды проходили около тринадцати часов. Для Сакуры они же казались бесконечностью, ей казалось что от такой боли она скоро покинет этот мир. В окровавленных руках Сасори лежал крохотный младенец в пелёнке. Как и предполагала Сакура, это был мальчик — Сатори. Было раннее утро и солнце поднималось из-за горизонта, освещая и пробуждая землю. В комнату проскальзывал свет, освещая личико малыша. Прямо за окном цвела сакура, в день рождения Сатори. Сасори облегчённо вздохнул, глядя на сына, на лице вновь проскользнула тёплая улыбка, но лишь на мгновение. Сакура истекала кровью, а её кожа стала бледной, как у мертвеца. -Дай мне его… Сатори, мой малыш, — умоляющим голосом прошептала Сакура. Игнорировав её просьбу, Сасори пытался остановить сильное кровотечение медицинскими техниками. Если ничего не поможет, то девушка умрёт и кукловод это прекрасно понимал. У неё было травматическое повреждения во время родов, из-за чего девушка истекала кровью. Ничего не помогает. Ничего… Его бросило в холодный пот, руки снова начали трястись. Сасори взял младенца и положил на грудь умирающей матери, так как знал, что та может не увидеть его больше никогда. Сакура обхватила маленького сына, а другой рукой коснулась мокрой от нахлынувших слёз, щеки Акасуна. Руки Сасори дрожали так сильно, что еле держали ослабевшую руку девушки. Она очень слабо обхватила его окровавленную ладонь в ответ и улыбнулась, вселяя надежду на лучшее. Кукловод смотрел в изумрудные глаза, угасающей жизни, запоминая её образ и успокаивающую улыбку. Вокруг всё было в алых пятнах. Он сделал всё возможное, всё что было в его силах. Но он не смог, он не справился. Всё плыло, уши будто заложило, а глаза перекрывала нахлынувшая пелена слёз. Он отчётливо слышал крик… это кричал он сам и его маленький, новорождённый сын. Сасори пытался еще что-то сделать, но было уже слишком поздно. -Сасори…-услышав родной ему голос он посмотрел на неё и его сердце замерло- Прошу тебя не плачь, всё… всё будет хорошо. У тебя будет Сатори, как я и думала его волосики будут красными, а глаза…я не видела цвет его маленьких глазок, но это и неважно. Ведь верно? Ты будешь его единственной опорой на всю оставшуюся жизнь, люби и оберегай его, как никто другой. Дари тепло и заботу, чтобы он не ощущал отсутствие одного родителя. Знай, я всегда буду рядом, буду защищать его. Я буду наблюдать за ним, как он будет расти и становиться мужественным. А ты Сатори, мой маленький сыночек, всегда слушайся папу и люби его. Мне очень жаль, что я не смогу увидеть твои первые шаги, успехи, услышать твой смех или плачь, первые слова, каким мужественным и сильным ты станешь. Кушай хорошо, если ты не будешь кушать, то будешь очень слабеньким. В мире шиноби либо ты, либо тебя. Надеюсь, ты станешь хорошим мальчиком и никогда не предашь друзей. Не гуляй слишком поздно, спи побольше и… знай, я люблю вас. Я всегда буду рядом…- рука, державшая ладонь Сасори окончательно ослабла. Губы навеки застыли в лёгкой, измученной улыбке, а в глазах погас тот самый огонёк, превратившись в стекляшки. Сасори кричал. Сакура умерла. Он потерял её и больше никогда не почувствует тепло нежных рук, не услышит её родной голос и заливной смех. Не почувствует любви, которую она дарила ему. Он всматривался в её лицо, в надежде на лучшее, что прямо сейчас она откроет глаза и улыбнётся, обняв маленького сына. Но это было лишь его желанием, конечно же, он понимал всю суровую правду жизни. Акасуна остался один с сыном. Все те, кто был ему дорог неумолимо исчезают из его жизни. Как бы сильно он не любил их, как бы сильно он не оберегал их, они уходят. Смерть — это увядание жизни и прямо сейчас нежный цветок сакуры неизменно завял. Всё было слишком прекрасно, чтобы длиться вечно. Его жизнь рухнула в один миг, прямо как карточный домик. Взяв ребёнка на руки, он отнёс его в когда-то пустую комнату, теперь это была детская. Новорожденный до сих пор кричал и не мог успокоиться, Акасуна долго укачивал ребёнка на плече, пока тот не начал размеренно посапывать у него на руках. Уложив ребёнка спать Сасори зашёл в комнату с Сакурой и закрыл дверь на замок изнутри, несмотря на то, что кроме него и маленького сына в доме никого не было. *** Взрослея, Сатори всё больше становился похожим на Сакуру, но некоторые черты лица всё же принадлежали Сасори. Например красные волосы и спокойствие, точно передались ему от отца. Внешность и яркие изумрудные глаза достались ему от матери. Смотря в зелёный листопад детских глазок Сасори видел в них свою погибшую возлюбленную и горечь снова отдавала в сердце, раны зажившие со временем начинали кровоточить с новой силой. Боль со временем затихает, разум очищается, но утрату самого близкого и родного тебе человека, единственного, кто смог разглядеть в тебе то самое светлое чувство невозможно забыть. Сатори был смышлённым ребёнком, с малого детства Сасори научил его управлять куклами. У ребёнка к ним был неподдельный интерес, что несомненно радовало молодого отца. -Когда станешь старше, я научу тебя многому другому. Например, тому чем владела твоя мама. -Правда? Я стану прямо, как она? — Сатори видел Сакуру лишь на фотографиях, стоящих в гостиной и представлял её образ по рассказам отца, но тем не менее он очень сильно хотел стать похожим на неё. Сакура была для него примерным идеалом, героем даже. Когда наступает ночь Сасори заходит проверить маленького сына на ночь, а позже возвращается в свою комнату и вновь закрывается там изнутри. Затем он достаёт свиток из которого появляется она. Сакура. Не смирившись с утратой любимой он сделал из неё куклу. Делать из любимой жены марионетку было невероятно тяжело, она была той, на создание которой у кукловода ушло больше всего времени. Сакура стала очередной куклой в его невероятно большой коллекции. Но она не была предназначена для сражений, хотя в неё было встроено оружие, на всякий случай. Он крепко обнимал куклу, а из глаз ручьём стекали слёзы. В голове вспыхивало множество моментов из прошлого, объятья, переплетение пальцев, страстные поцелуи не только в губы, её стоны и изгибы тела, звонкий смех, улыбка… Сасори навсегда запомнил ту измученную, посмертную улыбку. Кукла была холодной, грубой и безэмоциональной в ней были лишь отголоски и отрывки прошлого, не больше. Она не дарила любовь, нежность, заботу и ласку, это несомненно лишь сильнее вонзало острый нож в его измученное сердце. Он безумно скучает по своей жене и не может отпустить её. Ночью обнимая куклу, так как обнимал Сакуру, ему становится немного спокойнее. Кукла не может заменить тепло человека, как ты не старайся. Но Сасори был не в состоянии отпустить прошлое, что было его главной ошибкой. *** Мебуки готовила ужин и слушала новости, которые ей читал Кизаши. Они продолжали жить спокойно, спустя столько прошедших лет. Однако, они таили крохотную надежду на, хотя бы одну единственную мимолётную встречу с любимой дочерью. Как вдруг на ночь глядя раздался звонок в дверь. Харуно переглянулись и женщина отправилась открывать дверь. Открыв её она замерла, на пороге стоял красноволосый парень, а рядом такой же красноволосый мальчик, но с такими же изумрудными глазами, как у дочери. Смотря в них, она увидела давно потерявшуюся Сакуру. На глаза навернулись слёзы. -Кто вы такие? — раздался сзади строгий голос Кизаши. -Я Акасуна, но Сасори, а это мой сын Сатори. Его матерью и моей женой была ваша дочь. -Так это был ты, — прикрывая рот ладонью, прошептала Мебуки.- А где сама Сакура? -Она умерла, — услышав такое у женщины началась истерика, она медленно присела на колени, Кизаши поспешил успокоить её, хотя самому стало больно на душе.- Она погибла при родах. Я думаю, вы бы хотели встретиться с нашим сыном. -Да, конечно. Сатори, мальчик мой, — со слезами на глазах Мебуки крепко обняла его.-Ты так похож на маму. -Правда? — радостно спросил мальчик, ведь быть похожим на маму для него было великим достижением. -Правда-правда, — тепло улыбнулась Мебуки.