This Bites!

Адмирал Гото вздохнул, потирая виски. Было слишком раннее утро для такого дерьма. — Ладно, Оёдо… расскажи мне об этом ещё раз. — Да, адмирал, — кивнула Оёдо, поправляя очки. — Сегодня утром Нагато снова приснился кошмар о Кроссроудсе, и она решила выйти в море, чтобы проветрить голову. Она обнаружила бриг-шлюп, который вы видите пришвартованным у пирса, как раз когда он появился из туманной дымки. Действительно, у пирса был пришвартован парусный корабль средних размеров, и о, каким же странным кораблём он был. Львиная голова на носу не была слишком необычной по размеру и окраске, но две каюты, выступающие с кормовой палубы, то, что по всем признакам выглядело как задняя часть большого реактивного двигателя, торчащего из верхней части кормы, большой круглый порт с нарисованной на борту большой цифрой «1», и мандариновые деревья, усеивающие палубу, — всё это сильно отличалось от того, что мог ожидать любой знакомый с Эпохой Парусов. Но самым тревожным был стилизованный череп с костями в соломенной шляпе, нарисованный на главном парусе, и чёрный флаг, развевающийся на грот-мачте. В целом, это был весьма интригующий корабль, такой же изобретательный, как и нелепый. Действительно, стоило отдать должное тому, кто придумал, как выращивать мандарины на борту. Им цинга не грозит! — Нагато поднялась на борт и обнаружила только юную девушку, отчаянно пытающуюся управлять кораблем, с… удивительной степенью успеха, — продолжила Оёдо. — Похоже, что штурвал и такелаж сконфигурированы таким образом, что ими может управлять один человек. Девушка сначала пыталась прогнать её, но после того, как Нагато объяснила, что они находятся рядом с территорией Бездны — и, что интересно — она позволила отбуксировать корабль сюда. — Хмм, понятно… — кивнул адмирал Гото, прежде чем развернуться и спуститься с балкона, выходящего на береговую линию базы. — И что стало с девушкой? — А, это… сложно объяснить, сэр. Гото напрягся от предчувствия беды. Всё, что способно заставить Оёдо — которая, как его секретарь-корабль, разбиралась с почти таким же количеством дерьма, как и он — чувствовать себя неуютно, гарантированно было плохими новостями. — Что? — Н-ну, понимаете, сэр… — Оёдо неловко поправила очки, когда они подошли к кабинету адмирала. — К-как вы знаете, Конго исследует методы, которые позволят вам и ей иметь детей после окончания войны. — И? — Ну… — Оёдо почесала затылок. — Видите ли, во флоте есть и другие корабли, которые разделяют её желания, только большинство из них не настолько… скажем так, «оптимистичны»? — Какое отношение всё это имеет к текущей ситуации? Оёдо устало вздохнула, положив руки на дверь. — Это имеет самое непосредственное отношение к ситуации… — Лёгкий крейсер открыл дверь, открывая сцену внутри. — Потому что Нагато — один из таких кораблей. В кабинете Гото находились две фигуры, одна знакомая, а другая нет. Одной был линкор Нагато, которая, со своей стороны, выглядела просто восторженной, сжимая, прижимая и практически удушая головой ребёнка, которого она любовно (некоторые могли бы сказать отчаянно) прижимала к своим… внушительным топливным бакам. Между тем, упомянутый ребёнок, юная девочка, была незнакомкой для Гото, и к тому же странно одетой: капюшон оранжевого дождевика, который она носила, был спущен, открывая шок белых волос с коричневыми завитками над её ушами, металлический чокер обвивал её шею, немного соответствуя браслетам на её мечущихся пятках, а серые леггинсы выглядывали из-под низа этого плаща. Её лицо, вероятно, было бы абсолютно очаровательным, если бы не тот факт, что оно было искажено яростью. Впрочем, учитывая то, что носили некоторые другие девушки на базе, это было практически нормально. — …заражённый крысами, возящий сперму, изъеденный термитами, обшитый низкопробной медью… — Она девушка-корабль? — спросил Гото, приподняв бровь на непрерывный поток нецензурной брани, исходящий изо рта девушки, которая выглядела не старше его эсминцев. — У неё определённо подходящий для этого язык. Я слышал менее изобретательные ругательства во время своей службы. — Мы… не совсем уверены, — ответила Оёдо, поджав губы. — Мы думаем, что да, в основном из-за того, что Нагато сжимает её достаточно сильно, чтобы сломать рёбра обычному человеку, но когда она заставила её сойти с корабля — что, заметьте, было нелёгкой задачей — она погрузилась как камень, как только коснулась воды. Но даже тогда, ну… — Она на мгновение подыскивала слова, прежде чем беспомощно пожать плечами. — Я не знаю, что сказать, адмирал, это… просто чувство. Родство, каким бы косвенным оно ни было. Я… мы все можем сказать, что она девушка-корабль. То ли по инстинкту, то ли по чему-то ещё. — Мм, нет, я понимаю это чувство, — сказал Гото. В конце концов, когда адмиралы по всему миру получают силы девушек-кораблей, эта… интуиция логически должна быть одной из них. — Тем не менее, если она девушка-корабль, возникает несколько вопросов: кто она? Кто её призвал? И, что более важно, что мы будем с ней делать? — О, адмирал, адмирал! — внезапно пискнула Нагато. — Да, я вызываюсь добровольцем, я удочерю её! — Ты что?! — недоверчиво поперхнулся Гото, в то время как Оёдо с усталым стоном прикрыла лицо рукой. Иностранная девушка-корабль, со своей стороны, была гораздо более громкой в своём несогласии с этой идеей. — ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ?! — завизжала она, и в её голосе, казалось, проскользнул лёгкий акцент. — Ты слышала меня! Я удочерю тебя! — с восторгом пропищала Нагато, кружа девушку. — О-о-о, это будет идеально! Я буду мамочкой, а Хоппо-тян будет старшей сестрой! О! И я могу позвонить Колорадо и рассказать ей новости! Она будет в восторге от того, что станет папочкой! Тогда мы все будем одной большой счастливой семьёй! Разве это не прекрасно? Гото чуть ли не поклялся бы, что слышит крик «ЧТО?!» с общего направления Бремертона. Наверное, его воображение. Хотя, с его удачей, на это лучше не рассчитывать. Девушка смотрела на Нагато, как будто у той выросла вторая голова, её глаз яростно дёргался на мгновение, прежде чем она оскалила зубы и выплюнула — нет, взвыла — ответ. — НЕТ, ТЫ ТРАХАЮЩАЯ ГАЛЕОНЫ, СОСУЩАЯ МОРСКОГО КОРОЛЯ, ПРОТЕКАЮЩАЯ ДЫРЯВАЯ ТРЕСНУТОКИЛЬНАЯ ЦИНГОТНАЯ КАРГА! — бушевала девушка-корабль, звуча на весь мир как настоящий пьющий грог флибустьер с кремнёвым ружьём. — Я НЕ ХОЧУ, ЧТОБЫ МЕНЯ УДОЧЕРЯЛИ! У МЕНЯ УЖЕ ЕСТЬ СЕМЬЯ, И КОГДА ОНИ МЕНЯ НАЙДУТ, ОНИ ОТПРАВЯТ КАЖДУЮ ИЗ ВАС, МОРСКИХ ШЛЮПОК, ПРЯМО В СУНДУК ДЕЙВИ ДЖОНСА, БЫСТРЕЕ, ЧЕМ ВЫ УСПЕЕТЕ СКАЗАТЬ «ЗАДРАИТЬ ЛЮКИ»! Я ДОСТАТОЧНО ЯСНО— МММФ?! Девушка была прервана, когда Нагато засунула её голову между своими массивными… орудиями. — Разве она не просто очаровательна? — проворковала она, любовно (хотя и немного одержимо) потирая волосы девушки. — Я буду любить её, и гладить её, и кормить её… — ММММФ! — сопротивление девушки-корабля практически увеличилось впятеро в хватке Нагато, приобретая очень яркий оттенок отчаяния. И всё же она не могла сравниться с силой материнской любви линкора. И ещё с её хваткой в 91 000 лошадиных сил. — Нагато… — вздохнула Оёдо, наблюдая за, к сожалению, знакомым безумием, разворачивающимся перед ней. — Прежде чем эта катастрофа превратится в очень извращённую версию «О мышах и людях», у меня только один вопрос к тебе: ты хотя бы знаешь имя этой девочки? — Конечно, знаю! — возмущённо ответила Нагато. — Это… э-э, это… — Она слегка сместила хватку на девочке, пытаясь задумчиво постучать по губе. — Дай мне секунду, хорошо… ЯРГХ! Гото поднял бровь, когда девочка воспользовалась небольшим ослаблением хватки Нагато, чтобы вцепиться зубами в её большой палец со всей цепкостью бойцового питбуля. Вид линкора, размахивающего руками, пытающегося стряхнуть девочку и жалко проваливающегося, был довольно комичным, и это служило двойной цели: во-первых, это довольно убедительно доказывало, что девочка — девушка-корабль, потому что только девушка-корабль могла бы иметь способность кусаться так сильно и держаться так долго, и, во-вторых, это неопровержимо доказывало, что Нагато была совершенно не готова быть кем-то, напоминающим родительскую фигуру. По крайней мере, если судить по тому, как она снова и снова била головой странной девушки-корабля о стену в попытке отцепить её. Тем не менее, как бы весело это ни было наблюдать, они находились в его кабинете, и у него была база, которой нужно было управлять. — Нагато, ты не удочеряешь эту девочку. И Нагато, и неизвестная замерли, ботинок линкора твёрдо стоял на торсе более мелкой девочки. — Не удочеряю? — захныкала Нагато, состроив умоляющие собачьи глазки. — Соси, су… АЙ! — молодая девушка начала ругатся, прежде чем была отброшена из-за слишком широкого открытия челюсти, отскочив от стены в результате. — ОЙ! Сукин… что, они не разбили бутылку при твоём спуске на воду или как? — Нет, — твёрдо повторил Гото Нагато, к настоящему времени полностью невосприимчивый ко всем формам собачьих глазок и отвлекающим трюкам. — И это окончательно. А теперь, когда это улажено, могу ли я спросить, как тебя зовут, юная леди? Неизвестная девушка на мгновение оглядела адмирала и девушек-кораблей, прежде чем выпрямиться и бросить вызывающий взгляд на Гото. — Гоинг Мерри, рулевой пиратов Соломенной Шляпы, 25 миллионов бери, — гордо объявила она. Гото удивлённо моргнул на слишком знакомое приветствие, потратив мгновение на то, чтобы разгадать, что означало остальное. — Я полагаю, что это была твоя версия имени, звания и личного номера, но последняя часть… бери? — Нууу… — Мерри наклонила голову в сторону, замолчав. — Вообще-то должно быть «Имя, звание и награда», поскольку у нас нет номеров. Кросс сказал говорить только это, если Дозорные когда-нибудь будут нас допрашивать, потому что это сведёт их с ума, но на самом деле мы обычно сводим вас, ублюдков, гораздо сильнее с ума тем, что мы говорим, чем чем-либо ещё. Гото взглянул на Оёдо, у которой было такое выражение лица, которое говорило, что она вычитывает столько же контекста, отсутствующего или нет, из слов Мерри, сколько и он. Наконец, Гото опустился на колено и посмотрел девочке в глаза, игнорируя вызывающий взгляд, которым она смотрела на него. — Этот Кросс звучит как очень умный человек. Он один из друзей, которые придут за тобой? Фасад Мерри мгновенно треснул, когда она просияла от гордости и радости. — Ага! Кросс должен быть умным, потому что он третий помощник, а капитан — идиот! Он также тактик и комми… — Все три члена флота напряглись в тревоге. — …но он называет себя офицером связи… — Прежде чем расслабиться с облегчением. — …и офицером по связям с общественностью, и парнем, который заботится о всех животных! О, о, и он также в списке двадцати самых разыскиваемых Мировым Правительством, потому что он начинает войны по всему миру своими словами! Глаз Гото яростно задёргался, когда он сопоставил слова «Двадцать самых разыскиваемых» с идеей «близости и лояльности девушек-кораблей», прежде чем вернуться к текущей задаче. — Это звучит… очень впечатляюще. Хотя, судя по тому, что ты прибыла сюда на том, что я полагаю, было кораблём твоей команды…? — Это была случайность! Этот туман появился из ниоткуда! Я просто вывела Большого Братца Санни на прогулку вокруг острова, у которого мы пришвартовались! — Мерри яростно надулась. — Мы не покидали береговую линию, и лог-пос в его штурвале ещё не синхронизировался! Но в следующий момент на меня напали эти корабли-монстры, а потом меня атаковала эта подлизывающаяся к Дозору девка и… — Да, ну! — поспешно прервал её Гото, прежде чем она смогла бы разойтись. — Дело в том, что у твоей команды нет корабля, и явление, которое привело тебя сюда, было уникальным, так как же, по-твоему, они последуют за тобой сюда? Мерри моргнула, обдумывая слова адмирала, прежде чем радостно улыбнуться. — Они, наверно', украдут себе корабль, как только поймут, что я пропала, и последуют за мной сюда. Они найдут способ, несмотря ни на что, будь то ад, высокая вода или флот Дозора. Они… — Её выражение приобрело мечтательный оттенок. — Они просто потрясающие в этом. Оёдо была вынуждена скрыть улыбку, наблюдая за искренним обожанием, которое только девушка-корабль могла проявлять к своей команде, в то время как Нагато съёжилась, поскольку этот показ убедил её, что драгоценный ребёнок перед ней никогда не проявит к ней такую же любовь и за миллион лет. — Рад это слышать, — твёрдо кивнул Гото. — Что ж, пока ты ждёшь их, почему бы тебе не остаться здесь? Это послужило тому, чтобы настроение Мерри резко изменилось, побуждая её яростно рычать на адмирала. — Я, добровольно оставаться на базе Дозора?! У тебя, должно быть, в мозгу ракушки растут! Если ты думаешь, что я когда-нибудь добровольно останусь с вами, безрулевыми комнатными собачками, ТО У ТЕБЯ ЕСТЬ ЕЩЁ КОЕ-ЧТО… — Ну, это очень жаль, — поспешно вмешалась Оёдо. — Мамия, одна из наших лучших поварих, как раз заканчивала партию печенья. Мерри медленно замолчала, прищурив глаза на лёгкий крейсер. — Какого вида? — Шоколадное с шоколадной крошкой. Мерри сохраняла выражение секунду, прежде чем просветлеть солнечной улыбкой. — Ну, тогда показывай дорогу! — Конечно, не могла бы ты подождать снаружи минутку? Адмиралу и мне нужно… — Она взглянула на Гото. — Обсудить дела? Мерри на мгновение нахмурилась, прежде чем пожать плечами в знак согласия. — А, всё равно. Печенье! Как только маленькая девушка-корабль оказалась снаружи, адмирал и лёгкий крейсер посмотрели друг на друга с недоверием. — Я могу с уверенностью подтвердить, что никого с именем «Кросс» нет ни в одном списке десяти самых разыскиваемых ни в одной из известных мне стран, не говоря уже о списке «Мирового Правительства», — быстро проинформировала его Оёдо. — Возможно ли, что она могла быть из какой-то формы… альтернативной реальности? Той, чья история отличается от нашей? — предположил Гото. — Здесь достаточно безумия, чтобы я не исключала такую возможность, — устало вздохнула Оёдо. — Ваши приказы, адмирал? Гото помолчал мгновение, обдумывая ситуацию, прежде чем покачать головой. — Ничего мы сделать не можем. Я позвоню Бриггсу и Каннингему, чтобы узнать, не пропала ли у них какая-нибудь из парусных девушек, но я не буду особо надеяться. Пока что мы ждём и размещаем её как можем. С удачей, её команда настолько изобретательна, как она их описывает, так что они смогут найти сюда дорогу. Оттуда мы передадим её им и, надеюсь, умоем руки от этого дела. У нас уже достаточно проблем в нашем мире, я не хочу, чтобы Парламент наседал на меня за то, что мы ввязались ещё и в другой. Оёдо понимающе кивнула. — Рада это слышать. — Она медленно посмотрела в сторону. — А, э-э, что насчёт…? Гото проследил за её взглядом и тут же застыл от ужаса. Нагато, ну, ещё не плакала, пока нет, но в этом и была проблема: она была прямо на грани того, чтобы разразиться слезами. Если она пересечёт эту линию, то возьмёт курс на камбуз и не остановится, пока каждая коробка мороженого на базе не будет тщательно опустошена. Гото уже собирался смириться с необходимостью залезть в то, что было известно как «Доверительный фонд Юкикадзе», чтобы эсминцы не восстали, когда кто-то постучал в дверь. — Войдите! — крикнул он, мысленно вздохнув с облегчением, когда белая фигура Северной Океанской Принцессы — более известной как Хоппо-тян — просунула голову в кабинет. Почти мгновенно линкор вышел из своего ступора, подняв Бездну в воздух и подбросив её над головой. — О, привет, Хоппо-тян! — нетерпеливо проворковала она. — Что ты тут делаешь? Ты голодна? Оууу, бедняжка! Давай, пойдём и найдём тебе что-нибудь поесть! Кто хорошая девочка? Ты, да, ты! Хоппо показала большой палец через плечо Нагато Гото, когда её выносили из кабинета, жест, который адмирал с облегчением вернул. Мерри вернулась в кабинет мгновение спустя с мрачным выражением лица. — Я чуть не осталась этим? Клянусь, если я когда-нибудь окажусь в такой ситуации, вы все проснётесь с головами, вывернутыми в обратную сторону. — Принято к сведению, — кивнул Гото с усталым вздохом. — Теперь, Оёдо… Он начал поворачиваться к своему секретарю, но замер, когда почувствовал, как что-то начало тянуть сзади его брюки. Прежде чем он успел среагировать, раздался звук рвущейся ткани, за которым последовало ощущение ветерка вокруг ног. Он обернулся и увидел Мерри, жующую его брюки, с невинной улыбкой на лице, втягивающую штанину, как макаронину. — Симпатичные боксеры с сердечками, адмирал, — хихикнула Оёдо, плохо пряча улыбку за рукой. — Просто… Просто отведи её к Мамие, а затем к одному из дивизионов эсминцев.

***

— Войдите, — объявил Гото несколько часов спустя, работая над какими-то документами, ожидая возможности позвонить Бриггсу в Норфолке и Каннингему в Портсмуте. Дверь открылась, впуская довольно взъерошенную Тэнрью. — Тэнрью, — сказал Гото, вздыхая. — Дай угадаю, Мерри? — Это не сработает, адмирал, — выдавила Тэнрью. Гото нахмурился. У Тэнрью была репутация способной справиться с любым эсминцем. Она усмиряла Таффи, и до сих пор только Симакадзе на сахарном приходе побеждала её. — Всё так плохо? — Она решила поделиться несколькими морскими шанти с моими эсминцами, — выплюнула лёгкий крейсер. — Я боюсь ответа, но… шанти? Глаз Тэнрью яростно дёрнулся, когда она вспомнила сцену, на которую наткнулась.

***

— Так, все вместе! Ооооо, жил-был Дозорный с Эниес, чья голова была похожа на…!

***

— Ладно, ладно, я понял! — вскрикнул Гото, отмахиваясь от песни руками и делая всё возможное, чтобы удержать лёгкий крейсер от бессознательного разрушения края его стола руками. — Не беспокойся, я перемещу её. Это порча необратима? Тэнрью на мгновение выдохнула успокаивающе через нос, прежде чем медленно покачать головой. — Нет, нет, это не так, слава Богу. Тем не менее, я отправила их к Хошо, просто чтобы быть уверенной. — Хорошо, — сказал Гото, быстро распечатав лист и заполнив его. — Возьми Мерри и это к Сендай. Я почти уверен, что 11-й дивизион эсминцев сможет с ней справиться. — Спасибо, адмирал, это всё, о чём я прошу. — С ленивым салютом Тэнрью вышла за дверь, явно в гораздо лучшем настроении. Улыбаясь, Гото вернулся к своей работе, но не забыл сделать заметку. 1423. Парусным девушкам не разрешается обучать эсминцев морским шанти. С удачей, 11-й дивизион эсминцев — или, скорее, Фубуки — будет гораздо лучше подготовлен для обращения с их посетительницей.

***

— Итак, дамы и шлюпки, игра называется Холдем Южного Синего! — ухмыльнулась Мерри, нетерпеливо тасуя колоду. — Тузы старшие, джокер дикий, и золотые дублоны — предпочтительная валюта. — И дом получает половину банка, когда всё сказано и сделано! — нетерпеливо вмешалась Сендай. — Я всё ещё говорю, что это грубое нарушение протокола… — заворчала Муракумо, перебирая свои карты. — Хе, ты звучишь как Фубуки, — мягко усмехнулась Хацуюки, развалившись на подушке. — Да, глупая старая Фубуки ненавидела бы, что мы так веселимся! — засмеялась Сендай в знак согласия. — Эм, это не очень мило… — мягко упрекнула Сираюки свою предполагаемую начальницу. — Но она права, — лениво усмехнулась Хацуюки. БАХ! — АХА! — взревела Фубуки, распахнув дверь шкафа ногой, заставив девушек-кораблей подпрыгнуть. — Это всё была их идея, я не имею к этому никакого отношения, — протянула Хацуюки, позволив картам выпасть из её расслабленных пальцев. — ПРИВАТИР! — завыла Мерри в предательстве. — Ну же, Фубуки, давайте не будем все сходить с ума… — примирительно сказала Сендай, жестом призывая эсминец успокоиться. — Я расскажу адмиралу Гото об этом! — ХВАТАЙТЕ ЕЁ! — взревела Сендай, ткнув пальцем в свою номинальную подчинённую. — ДА, ХВАТАЙТЕ ЕЁ! — согласилась Мерри, подняв руку, чтобы повторить жест… и тут же застыла в ужасе, когда из её рукава вылетела стая карт, холодный пот лился по ней потоками, когда она почувствовала, как весь 11-й дивизион эсминцев смотрит на неё. Ну, Муракумо, Сендай и Фубуки смотрели. Хацуюки было плевать, а Сираюки была слишком милой, чтобы смотреть. — Ах, чёрт возьми. А Нами делает это таким естественным… — пробормотала каравелла себе под нос, прежде чем виновато ухмыльнуться. — Ахехех… а… Слишком поздно для пересдачи или…? — ХВАТАЙТЕ ЕЁ! — завыла Сендай, прыгнув на маленькую девочку, движение, которое повторили два мотивированных эсминца.

***

Гото поднял бровь, глядя на перевёрнутую картонную коробку перед ним. — И откуда именно ты взяла эту идею? — Кросс упоминал, что это клише из тех мест, откуда он родом. Работает на удивление хорошо! — бойко сообщил ему голос Мерри. — Ага… И ты подумала, что начать игорное кольцо — это хорошая идея… почему? — Всегда лучше иметь немного денег под рукой! Плюс это весело, конечно. — Конечно. — Так что, э, я просто возвращаюсь к ним или…? — Я позвоню вперёд Дзинцуу и скажу ей, что ты будешь оставаться с 16-м дивизионом эсминцев. Они в той стороне. Тишина тяжело повисла в воздухе на мгновение. — А…? — Слева от тебя, извини. — Правильно! — Нет, нет, твоя другая левая! — Снова правильно! Гото застонал, хлопнув себя ладонью по лицу. Другие адмиралы не могли позвонить достаточно скоро. Как только он вернулся к своему столу, он быстро сделал ещё одну заметку. 1424. Никакие организованные игорные кольца не должны быть организованы без приглашения адмирала. Он сделал паузу, когда почувствовал, что Оёдо и Конго сверлят его затылок взглядами через всю базу, и добавил ещё одну строчку ниже. 1424а. Поправка: Никаких азартных игр, точка, организованных или неорганизованных.

***

— Ты должен что-то сделать с этим дьявольским ребёнком, немедленно! — прорычала Победоносный, швыряя закованную в цепи Мерри на стол адмирала. — Привет, Козлик! — хихикнула Мерри. — Давно не виделись! Как дела? Гото уставился на неё на мгновение, прежде чем окинуть взглядом выстроившуюся перед ним британскую флотилию. — Что она натворила на этот раз? — Абсолютно ничего! Я была образцом невинности! — Ты оказываешь ужасное влияние на каждый эсминец, с которым вступаешь в контакт! — выплюнула Кинг Джордж V. — Чушь! Бредни! Ложь и клевета! — Так, девочки, — сказал Гото, примирительно подняв руки. — Я понимаю, что с Мерри были некоторые проблемы, но уверен, что… — Она убедила Эсминцы-24 организовать подпольную перегонку рома в их комнате! Гото замер, а затем медленно уставился на Мерри. —… Серьёзно? Мерри на мгновение поджала губы, прежде чем невинно пожать плечами. — В мою защиту скажу, что потребовалось очень много уговоров, чтобы заставить их это сделать. — Они установили её за час! — завизжала Аргонавт. — Как я и сказала, очень много уговоров. — Я видел тебя два часа назад, — бесстрастно произнёс Гото. Мерри замерла, обдумывая это, а затем пожала плечами. — У меня… нет оправданий. Хотя мне интересно, почему они так неохотно соглашались. — Это потому, что они пытаются преодолеть чёртов алкоголизм, как и все мы! — выплюнула Победоносный. — А ты только что отбросила их на месяцы назад! — Ну, я бы не пошла к ним, если бы Эсминцы-16 согласились помочь мне! — разъярилась Мерри. — Но неееет, они настаивали, чтобы эта чёртова штука выплёвывала саке! Я что, похожа на зеленоволосого мечника?! Тск, держу пари, они до сих пор зарабатывают состояние на моих чертежах… Гото щёлкнул пальцами, побуждая Оёдо выбежать из комнаты, и вновь сосредоточился на Мерри. — Пока что тебе удалось подорвать, развратить и в целом использовать более дюжины корабледевочек под моим командованием. Скажи мне прямо сейчас, почему я не должен бросить тебя в карцер и покончить с этим. Глаза Мерри практически удвоились в размере, когда она со слезами уставилась на Гото. — Потому что я очаровательный сгусток радости и невинности, который не может делать ничего плохого. — Эсминцы-6 довели этот трюк до совершенства. Попробуй что-нибудь другое, — заявил Гото равнодушно. Выражение лица Мерри сменилось на садистскую ухмылку. — Потому что если моя команда найдёт меня за решёткой, они разнесут твою базу до самого фундамента и в процессе надерут тебе задницу шестью разными способами, и поверь мне, это не преувеличение с моей стороны. Гото молчал мгновение, прежде чем посмотреть на Победоносный. — Отведи её к Абукуме и Кину. Я уже списал Эсминцы-24 как потерянное дело, ещё одна не повредит. — Есть, сэр, — устало отсалютовала Победоносный, прежде чем поднять Мерри. — Пойдём, гроза. — Это Белая Гроза для тебя! И ты не думаешь, что мы можем заглянуть в комнату Эсминцев-24 по пути? Я спрятала бутылку под своей кроватью до того, как вы устроили облаву, и… МММФ! — Спасибо, — с облегчением вздохнул Гото, когда нарушительница спокойствия наконец была заткнута. Затем он устало записал ещё одну заметку, прежде чем вспомнил, что они уже записывали это. 691. Самогонный аппарат в казармах ремонтного корабля должен исчезнуть. Он до сих пор не знал, что он думал, отправляя Дзюнъё избавиться от него. Гото позволил себе усталую усмешку, откидываясь на своём сиденье. Мерри оправдывала свой очевидный nom de guerre, но у него вскоре была встреча с Каннингемом и Бриггсом, так что, будем надеяться, всё обернётся к лучшему.

***

Он уже не улыбался полчаса спустя, разговаривая с другими адмиралами. — Значит, у вас не пропадали парусные девушки, — повторил он безучастно. — Нет, извини, — сказал адмирал Каннингем по видеосвязи. —… Вы уверены, что никто из вас не хочет корабледевочку? — Хорошая попытка, Гото, но Победоносный уже звонила нам. Считай, тебе повезло, что мне удалось остановить Индефатигабл и Имплакабл от выезда из Портсмута, — нейтрально заявил адмирал Каннингем. — Чёрт возьми, — выругался про себя Гото, прежде чем моргнуть. — Подождите, какую из… — Обеих. — В любом случае, — вмешался Бриггс. — Я не завидую тебе, если тебе придётся иметь дело с парусной девочкой, особенно с той, которая утверждает, что она пират. Гото нахмурился. — Почему? Какое это имеет отношение к чему-либо? — Просто: большинство парусных девочек сумасшедшие. Ну, более сумасшедшие, чем их стальные коллеги, в любом случае. Мы думаем, что это связано с возрастом. Оказывается, что Вторая мировая война не была высшей точкой безумия в истории человечества, — ответил Бриггс. — В любом случае, фрегаты самые сумасшедшие из всех, и все они военные корабли, а не пираты. Если она действительно пиратская корабледевочка, как она утверждает? — Американский адмирал драматично вздрогнул. — Молись, чтобы её команда действительно смогла забрать её от тебя, и поскорее. — О, ещё кое-что, — добавил Каннингем. — Справедливое предупреждение: мы проводили учения с Тринкомали, и она маневрирует очень иначе, чем девушки с паровым двигателем. Саутгемптону было серьёзно трудно прицелиться в неё. Скорее всего, из-за того, насколько различны их мыслительные процессы, вашим более современным корабледевочкам будет трудно поймать её на прицел. Гото вздохнул. Что ж, это было не так плохо, как он опасался. Это было хуже. — Что ж, спасибо за ваше время, господа, — ответил он. — Теперь, мы все занятые люди, поэтому я не буду задерживать вас дольше. До свидания. Когда телеконференция закончилась, Гото откинулся на спинку стула и решил не думать о маленькой парусной девочке, пока не придётся.

***

Мерри тщательно регулировала своё дыхание, уставившись в потолок комнаты, куда её переместили, совершенно бодрая. Каравелла почувствовала лёгкий укол сожаления о том, что она собиралась сделать; девочки из Эсминцев-6 были такими забавными в попытках их развратить, особенно Инадзума, которая явно вступала в период полового созревания; члены Эсминцев-11 были нормальными, когда не стучали на неё; а Эсминцы-24 были очень весёлыми пьяницами. Что касается Эсминцев-24, они просто были сумасшедшими, но в забавном смысле. Чёрт, даже её надзиратели были милыми. Тэнрью напоминала ей Нами, Сендай была уморительной, а Абукума была просто такой очаровательной! в своих попытках быть авторитетной. И всё же это был не её мир, и ей нужно было вернуться на Санни, обратно в море, обратно к своей команде. И у неё был план для этого: прокрасться наружу, добраться до Санни и убрать всех на своём пути. Ладно, не великий план, но это больше, чем делал её капитан во многих случаях! Чёрт, это лучше, чем половина планов Кросса. Сев, она прислушалась к любым изменениям. Ничего. Она выскользнула из кровати, всё ещё одетая в свою одежду, и замерла, услышав шелест ткани. — Розовые слоны… на параде… — пробормотала Кагеро, перекатываясь в кровати. Мерри с облегчением бесшумно вздохнула и натянула капюшон своего пальто. Встав перед дверью, она придала своему выражению лица сосредоточенность, открыла дверь — и чуть не разразилась потоком ругательств, когда увидела перед собой Кину, сестру Абукумы. — О, привет, Мерри, — сказала лёгкий крейсер, слегка удивлённая и немного сонная от пробуждения. — Тебе нужно в ванную? — Д-Да. — Мерри поспешно вошла в образ, добавляя в свой голос и взгляд столько юношеской дрожи, сколько могла, переминаясь с ноги на ногу. — И-И я не знаю, где она находится. Можешь мне помочь? Я не хочу пи-пи в трусики… — Ох, ну-ну… — сладко произнесла Кину, взъерошив волосы каравеллы. — Хорошо! Тогда следуй за мной. Кину повернулась, и потому не заметила кровожадную ухмылку, расплывшуюся на лице Мерри. — Давай, это прямо здесь… КЛОНГ! — АЙ! — взвизгнула Кину, разворачиваясь и хватаясь за затылок от боли. — За что это?! Мерри недоуменно моргнула, поднимая сковородку, которую держала. — Но Кросс говорил, что это всегда… о, нет, подожди, я вижу, что я сделала неправильно! Постой секунду! — Что ты…?! — Мерри прервала Кину, подпрыгнув и врезав сковородкой ей по лицу, вырубив её наповал. Мерри с удовлетворением кивнула, крутанув сковородку в руке. — Правильно! По передней части головы для нокаута, по задней для травмы. Ладно, что дальше… А, точно! Спрятать тело! Мерри схватила Кину под мышки, осторожно открыла дверь в комнату Эсминцев-24 и оставила её лежать на полу. Надеюсь, никто не заметит её некоторое время. Она едва сделала два шага, когда услышала, как Касуми в ужасе вскрикнула из комнаты. — Ладно, переходим к плану Б от Кросса, — пробормотала она, срываясь на бег. — Бежать сломя голову!

***

— Хорошо, адмирал, теперь она у нас! Просто дайте мне несколько минут наедине с ней и… ВАРГХ! — Муракумо! — крикнул Гото в радио, когда базу сотряс взрыв. — Что случилось? — Она бросает в нас торпеды! — У неё нет оснастки! Как… — Нет, я имею в виду, что она нашла оружейную и буквально поднимает торпеды и бросает их в нас! И они продолжают чертовски взрываться! Гото поморщился и в очередной раз проклял того светлого гения, который придумал кислородный двигатель для Лонг Лэнс. — Ты в порядке? — Эргх, да, но она разнесла коридор в пух и прах. Нам придётся идти в обход, а она уйдёт. Снова. — Отступайте, Муракумо, Сигурэ, — приказал Гото. — Нагато и Конго охраняют её корабль. Ей некуда деваться.

***

Мерри стиснула зубы, глядя на корабледевочек, столпившихся на пирсе перед ней. Полдюжины эсминцев, тяжёлый крейсер с гидросамолётами и линкоры Нагато и Конго. Не то чтобы Мерри это знала. Всё, что она знала, это то, что там было шесть маленьких, два больших, новый средний тип, и что все они могли в кратчайшие сроки превратить её в щепки. Хуже того, она не могла придумать, как мимо них пройти. Палец постучал по её плечу, и Мерри развернулась, замахиваясь кулаком, чтобы попытаться вырубить того, кто подкрался к ней. По крайней мере, это сработало на маленьких. Но, как оказалось, это была всего лишь Хоппо-тян. — Что ты здесь делаешь? — яростно прошептала она, прежде чем застыть в ужасе. — Только не говори мне, что здесь этот галеон-тюрьма! Потому что, клянусь, я люблю свою команду, но я затоплю себя, прежде чем сдамся ей! Хоппо ответила, отчаянно качая головой, прежде чем указать вверх. Мерри проследила за пальцем и увидела металлическую решётку, ведущую в какую-то вентиляцию или воздуховод. — О, понимаю, — сказала Мерри, ухмыляясь. — Классика от Кросса. Не знаю, почему я сама не подумала об этом! Спасибо, я твоя должница. Белая девочка показала большой палец и пошла в противоположном направлении, оставив Мерри подпрыгнуть, сорвать решётку и заползти в вентиляцию.

***

— Никаких следов её! — доложили Муракумо и Сигурэ, подбегая к пирсу. — Мои гидросамолёты тоже ничего не находят, — сообщила Тикума, прежде чем жалобно поморщиться. — Поправка: они только что нашли ещё одну ловушку с коктейлем Молотова. Чёрт возьми, сколько этих бутылок она спрятала?! — Ну, если она пытается нас измотать, у неё не получится! — объявила Нагато. — Я хочу ПОСТОЯННОЙ БДИТЕЛЬНОСТИ! И ОБНИМАШЕК! — У тебя ПРОБЛЕМЫ, Нагато. У тебя очень большие ПРОБЛЕМЫ… — рассеянно пробормотала Конго. Нагато моргнула, заметив, что Конго смотрит на участок стены вместо неё. — Конго, что ты… — Сигурэ, Муракумо! — внезапно рявкнул быстроходный линкор. — Проверьте вентиляцию! Нагато побледнела, когда поняла, что одна из вентиляционных решёток открывалась позади их оперативной группы, всего в нескольких футах от корабля. Она ещё больше побледнела, когда заметила, что эта решётка была выбита. — Тогда это значит…! — Мвахахахахахахахаха! Корабледевочки на пирсе развернулись к Таузанд Санни, увидев Мерри, высунувшую голову из-за львиной головы. — Не повезло вам! — засмеялась она. — Я на своём старшем брате, и вы, нюхающие соль, ничего с этим не можете поделать! — Мерри, пожалуйста! — взмолилась Нагато. — У нас есть… — Она оглядела оперативную группу. — Достаточно огневой мощи, чтобы сравнять с землёй небольшой город! Не заставляй нас использовать её! Мерри злобно ухмыльнулась, дотягиваясь до очень успокаивающего рычага. — О, это действительно впечатляет. Я так напугана. Вот мой ответ! — Она нырнула обратно за голову Санни, дёргая рычаг. Раздался зловещий лязг, после чего львиная голова открылась, обнажая металлический ствол. Нагато моргнула в замешательстве. — Что за чёрт… — Все в сторону! — рявкнула Конго, ныряя вниз. — Гаон Пушка, суки! — захохотала Мерри. Раздался могучий рёв, когда из львиной головы вырвался настоящий ураган сжатого воздуха. Корабледевочки на пирсе просто были недостаточно тяжёлыми, независимо от того, насколько они были сильны, чтобы выдержать взрыв, и их отбросило. А зданиям пришлось ещё хуже. Когда Гаон Пушка закончила реветь, набережная Йокосуки лежала в руинах. — Пока, недотёпы! — захохотала Мерри, резко поворачивая руль вправо и щёлкая множеством рычагов и переключателей, активируя Куриный Вояж, разворачивая Санни и раскрывая его паруса. Вскоре она вышла из гавани и направилась в Токийскую бухту. Конечно, поскольку это была Токийская бухта, у её устья её ждало очень нежелательное зрелище. — Пожалуйста, вернитесь, мисс Мерри! — позвала Ямато, полностью развернув свою оснастку. — Мы не хотим причинить вам вред! — Говори за себя, — раздался голос с правого борта корабля. Голова Мерри повернулась в ту сторону, чтобы увидеть девушку в купальнике, высунувшую голову из воды и направившую довольно большое орудие на Санни. — Это жестоко, Имуя! — заговорила Гойя с другой стороны. Мерри посмотрела между двумя подводными лодками, окружавшими её, и линкором перед ней, затем сделала храброе лицо и снова посмотрела на Ямато, в то время как её рука всё время приближалась к рычагу Ку-де-Бурст. — О, да? Я противостояла флоту военных кораблей в десять раз больше твоего, чтобы спасти свою команду, и вышла из этого без единой царапины! Дай мне хоть одну причину, почему сейчас должно быть иначе! Ямато вздохнула, и затем раздался могучий грохот. Глаза Мерри расширились, когда огромное облако дыма и огня окутало линкор, и она едва заметила, как массивный снаряд пролетел мимо носа, прежде чем ударить в море и поднять столб воды выше, чем мачты Санни. Каравелла яростно задрожала на секунду, очень тщательно обдумывая ситуацию, прежде чем в конечном итоге вздохнуть с поражением и отпустить управление Санни, вздрогнув, когда корабль жалобно застонал. — Это веская причина… — проскулила она.

***

— Должен сказать, — протянула Тэнрью, двигаясь вдоль Таузанд Санни, который буксировала Ямато. — Я честно не знаю, аплодировать ли тебе за то, что ты полная крутышка, или отшлёпать за то, что ты плохая девочка. Приглушённое бормотание о том, что Тэнрью может выдуть что-то из своего погреба, было единственным ответом Мерри, и Тэнрью вздохнула и подошла немного ближе. — Слушай, малышка, — начала она. — Ты только что совершила грандиозный подвиг. Сколько корабледевочек могут сказать, что в одиночку пробились с боем из целой военно-морской базы? Гордись этим, по крайней мере. — Она задумчиво постучала по подбородку. — Если подумать, почему ты просто не уплыла сама? Я слышала, что ты затонула после того, как Нагато бросила тебя в воду, так почему это? Почему тебе пришлось ехать на твоём… — Она взглянула на фигуру на носу Санни. — «Старшем брате»? Тишина. — Ну, в любом случае, мы на месте, — вздохнула Тэнрью, когда Таузанд Санни снова пришвартовался к пирсу, где ждали обожжённые и потрёпанные Конго и Нагато, выглядя весьма раздражёнными. Когда работники пирса начали возиться с канатами, Мерри спрыгнула с палубы и протопала мимо Тэнрью, рыча и злобно ворча себе под нос. — Ну ладно, — сказал лёгкий крейсер, хлопнув другую девушку по спине. — Я вижу, ты не хочешь говорить о… — Нахмурившись, Тэнрью вдруг опустилась на колени и подняла пальто Мерри и рубашку под ним. — Эй, осторожнее! Я думала, что педофилка — это Нагато-сука, а не ты! Помогите, неприемлемое прикосновение! Неприемлемое прикосновение! — огрызнулась корабледевочка, в первом настоящем проявлении эмоций с тех пор, как появилась Тэнрью, привлекая внимание Нагато и Конго. — Что, во имя Дэви Джонса, ты думаешь… — Что здесь произошло? — прошипела Тэнрью, её голос сочился едва сдерживаемой яростью. Позади себя она услышала, как Ямато ахнула, а Конго втянула воздух. Мерри мгновенно замерла, когда почувствовала, как пальцы крейсера скользят по её спине, очерчивая яркий шрам, который проходил чуть ниже лопаток. Площадь изуродованной плоти была зазубренной, глубокой и простиралась через всю её спину. Шрамы не были обычным явлением для корабледевочек. Аризона и Уорспайт были единственными, у кого они были, насколько Тэнрью могла припомнить, и раны, которые их оставили, были не только смертельными и калечащими соответственно, но и крайне травматичными. Это… Это было почти сравнимо с ними. — О-О, это? — нервно увильнула Мерри. — Э-Это, ах, просто старая рана, не о чем беспоко… — Чушь, — выплюнула Тэнрью, её зрение вспыхнуло красным, когда она осмотрела полосы металла вокруг шеи и лодыжек девушки. — Что… Что с тобой случилось? Несчастный случай, вражеское действие?! Или… — Она злобно прищурилась, когда её осенила мысль. — Твоя ком… — КАК ТЫ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, СМЕЕШЬ! Военные корабли подпрыгнули от шока, когда Мерри развернулась и зарычала на них, проявляя больше ярости, чем большинство из них видели за всё своё существование. Под этим мы подразумеваем, со времён, когда кто-то в последний раз прерывал чайный час Конго. — КАК, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ТЫ СМЕЕШЬ ЧТО-ЛИБО ГОВОРИТЬ, ЧТО-ЛИБО О МОЕЙ КОМАНДЕ?! О МОЕЙ СЕМЬЕ?! — потребовала Мерри, злобно глядя на Тэнрью. — ТЫ АБСОЛЮТНО НИ ХРЕНА НЕ ЗНАЕШЬ О НИХ! ХОЧЕШЬ КОГО-ТО ОБВИНИТЬ ЗА ЭТОТ ШРАМ?! ТОГДА ТЫ МОЖЕШЬ ОБВИНИТЬ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, МЕНЯ! — Ч-Что?! — в шоке пробормотала Нагато. — Нет, нет, Мерри! Это не… — ДА, ЭТО ТАК! — закричала Мерри. — Я ЗНАЛА, ЧТО ЭТО ПРОИЗОЙДЁТ, Я ЧУВСТВОВАЛА, ЧТО ЭТО ПРИБЛИЖАЕТСЯ В МОИХ ДОСКАХ, И Я СОЛГАЛА СВОЕЙ КОМАНДЕ, КОГДА ОНИ СПРОСИЛИ, ВСЁ ЛИ СО МНОЙ В ПОРЯДКЕ! Конго моргнула в замешательстве. — А? Подожди, солгала? О чём ты… — Я использовала Клабаутерманн, чтобы попытаться починить себя! — прошипела каравелла. Военные корабли ахнули от шока. — К-Клабаутерманн?! — подавилась Тэнрью. — Мерри, это невероятно рискованно… — Мой киль чёртов треснул в тот день, я была настолько далека от риска! — продолжала Мерри. — Он треснул, и Кросс пытался помочь мне, и я солгала ему в лицо, когда он спросил, всё ли со мной в порядке! Я солгала ему после того, как он помог мне! Я была готова сдаться и утонуть ради них, но он убедил меня продолжать бороться, жить! Если бы не он, я бы позволила себе утонуть прямо там и тогда! Тэнрью тяжело сглотнула, пытаясь успокоить нервы. — А… М-Мерри, я… — У меня не было права жить! — закричала Мерри, наступая на Тэнрью в тумане ярости. — У меня была каждая причина затопить себя, я должна была затонуть ради них, но он сказал мне иначе! Он сказал мне, что не было неправильно мечтать остаться с ними, он сказал мне, что для меня жить — это нормально! Благодаря ему, благодаря всей их поддержке, я несла их два. Месяца! И даже после того, как они узнали, что я не подлежу ремонту, после того, как стало очевидно, что я была немногим больше, чем плавающая куча растопки, они всё ещё боролись, чтобы удержать меня с ними! Тэнрью поспешно отступила, когда за Мерри выросла пылающая красная аура, каравелла всё ещё наступала. — ТАК ЧТО НЕ СМЕЙ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, НАМЕКАТЬ, ЧТО МОЯ КОМАНДА СДЕЛАЛА ЭТО СО МНОЙ! ЭТИ ХРАБРЫЕ УБЛЮДКИ, ЭТИ БОЖЬИ ДАРЫ, ОНИ БОРОЛИСЬ ЗА МЕНЯ ЗУБАМИ И КОГТЯМИ! ОНИ СЛОМАЛИ САМУ РЕАЛЬНОСТЬ, ЧТОБЫ СДЕЛАТЬ МЕНЯ ТОЙ, КТО Я ЕСТЬ! ТАК ЧТО КОГДА ТЫ ГОВОРИШЬ ПЛОХО ОБ ЭТОМ ШРАМЕ, ТЫ ГОВОРИШЬ ПЛОХО ОБО МНЕ, ПОТОМУ ЧТО ЭТО ЗНАК МОЕЙ СОБСТВЕННОЙ УПРЯМОЙ ГОРДОСТИ, И ЭТО ЗНАК МОЕЙ ЧЁРТОВОЙ ЧЕСТИ НЕ ТОЛЬКО КАК ПИРАТА, НО И КАК ПИРАТА СОЛОМЕННОЙ ШЛЯПЫ В ПРИДАЧУ! Я ПОНЯТНО ВЫРАЖАЮСЬ…?! — А… чёрт возьми… Внимание, база Морского Дозора! Все пять корабледевочек подпрыгнули, когда их внезапно прервали. Обернувшись, четверо из пяти моргнули в замешательстве, столкнувшись с причудливым зрелищем того, что казалось трёхмачтовым бортовым шлюпом. Корпус был окрашен в глубокий сине-серый цвет, а на парусах была нарисована чайка рядом со словом ДОЗОР. И что более важно, корабль выглядел в невероятно плохом состоянии, едва соответствуя мореходному. — Кхм-кхм, — прогремел в воздухе голос, который они слышали ранее. — Повторяю, внимание, база Морского Дозора! Это, э… Коммодор Жандарм из Морского Дозора? Мы получили сообщения, что «Белая Угроза» Гоинг Мерри и корабль Соломенных Шляп находились в порту, так что спасибо, что удержали их для нас, но мы заберём их отсюда. Быстрее, чем Симакадзе на сахарной волне, выражение Мерри сменилось с разъярённого на растерянное, затем на ликующее и снова на злое, хотя и слегка преувеличенную версию этой эмоции. — Вы никогда не возьмёте меня живой, вы, сосущие водоросли, трахающие черепах сыновья морских шлюх! — Какого чёрта…? — выдохнула Нагато. — Кто… — Они никогда в это не поверят… — проворчал женский голос. — Заткнись! Я всё ещё веду передачу! — Ой… — ХАХАХАХА! Глаз Мерри дёрнулся, когда она пыталась сохранить нейтральное выражение лица, бросая злобный взгляд на Конго, когда последняя шагнула вперёд. — Я не знаю, кто вы! — крикнула она. — Но вам не следовало выбирать из всех людей именно Морскую пехоту США для подражания. — Она ухмыльнулась. — Потому что, правда, я не знаю, что это за штука, но она не похожа на корабль для амфибийных атак. — А, н-н-ну, видите ли! — поспешно вставил паникующий гнусавый голос. — Э-Это потому что это сверхсекретная модель корабля, известная как… — Забудь, Усопп, наше прикрытие уже раскрыто. Чёрт его знает, как, но мы имеем дело не с нашим Дозором. Теперь есть только один выход. ХОРОШО, ВСЕМ ПЕРЕЙТИ К ПЛАНУ Б! — УРА, Я ЛЮБЛЮ ПЛАН Б! Конго нахмурилась в замешательстве, когда с корабля сорвалось трио размытых фигур. — Что за…?! — Гум-Гум Ружьё! — Сильная Правая! — Взрыв Цветущей Вишни! Конго стояла прямо секунду, прежде чем медленно наклониться назад, с отметинами от ударов и взрывов на её передней части. Её нападающие опустились из своих атакующих стоек, и к ним присоединились ещё несколько, спрыгнувших с корабля. Там был крупный мужчина в гавайской рубашке, плавках и солнцезащитных очках, выглядящий не более чем богомерзким сочетанием Попая и Эйса Вентуры. Там была темноволосая женщина в дизайнерской одежде, совершенно обычная и всё же тихо устрашающая. Там был человеко-олень с синим носом, красной шляпой и накачанными руками. Там был подросток в рубашке с пуговицами и шортах, с синими волосами, собранными в тугой хвост, верхом на большой утке с седлом. Одна рука крутила цепь с серповидным лезвием на конце, а другая держала идентичное лезвие с цепью. Там была женщина постарше, её волосы собраны в пучок, с маленькими крыльями, торчащими из её спины. Большой базука был в её правой руке, и ещё один висел на её спине. Белый лис также сидел у неё на плече. Там был молодой человек с кудрявыми волосами, в комбинезоне, бандане и очках, и у него был самый нелепо длинный нос. Он также держал в руках огромную комбинацию рогатки и посоха. Там была молодая рыжеволосая женщина в майке и мини-юбке, размахивающая посохом со сферическими насадками по всей его длине. Она была окружена тем, что казалось белым облаком, вытекающим из конца её посоха, которое волновалось и извивалось вокруг неё, как будто у него был свой собственный разум. Там был, казалось, относительно нормальный молодой человек в куртке с капюшоном и джинсах, капюшон натянут на кепку и наушники на шее, за исключением того, что в его правой руке был большой меч, в левой — такая же большая базука, а на плече сидела улитка с настоящим телефоном, встроенным в её панцирь. Там был блондин в чёрном костюме, с сигаретой, небрежно свисающей изо рта. Там был зеленоволосый мужчина в футболке, штанах и хакама, две катаны висели у него на боку. Вокруг них была пятёрка того, что для всего мира выглядело как маленькие панцирные дюгони, один с парой нунчаку, один с парой катан, один с парой сай, один с посохом бо, и один с верёвочным дротиком. А во главе их всех стоял черноволосый молодой человек в соломенной шляпе, красной жилетке и джинсовых шортах, который буквально излучал силу и харизму. Конечно, это были Тэнрью, Нагато и Ямато. Они не собирались просто отступать. Нагато направила свои 16-дюймовые орудия на незваных гостей… — МЕСТЬ! Только для того, чтобы Мерри прыгнула на неё и вцепилась в её лицо как лицехват, раздирая её лицо со всей яростью бешеного росомахи. Что оставило Тэнрью и Ямато противостоять всем Пиратам Соломенной Шляпы. — БЕЙТЕ ТРЕВОГУ, НАРУШИТЕЛИ НА БАЗЕ! — ВЗЯТЬ ИХ! — В АТАКУ! Ну, их и объединённые силы 29-го и 30-го дивизионов эсминцев, чего бы они ни стоили. Соломенные Шляпы наблюдали за приближающейся толпой мгновение, прежде чем тот с улиткой посмотрел на рыжеволосую. — Ты хочешь, или мне? Рыжеволосая женщина задумчиво наклонила голову в сторону, облако последовало за движением, прежде чем она пожала плечами и начала крутить свой посох, что, очевидно, заставило облако потемнеть и угрожающе потрескивать. — Просто удерживай их на месте на секунду, ладно? Носитель улитки кивнул в понимании, прежде чем замахнулся рукой, держащей меч. — Ты слышал её, Фанкфрид. Иди… — Затем он резко выбросил руку вперёд и швырнул меч в надвигающуюся толпу эсминцев. — ВЗЯТЬ ИХ! К шоку всех наблюдающих, меч трансформировался в воздухе, превращаясь в слона из всех возможных существ, который устремился к эсминцам, разрушая их свободное построение взмахом своих бивней и хобота. Прежде чем эсминцы успели успешно перегруппироваться, рыжеволосая женщина размахнулась своим посохом, выбрасывая тёмное облако в форме, напоминающей хвост скорпиона, которое потрескивало молниями. — Извините за это, но мы не уйдём без Мерри! А теперь, ТЕМПО МОЛНИЕНОСНОГО УДАРА! — И с этим облако рванулось вперёд, высвобождая жестокую цепь молний, которая прошла через толпу эсминцев как раз когда слон снова превратился в свою форму меча. Рыжеволосая женщина самоуверенно фыркнула. — Вот и всё! Босс, Усопп, вы следите за остальными! — Есть, мэм! — Я всё ещё говорю, что нам надо схватить Мерри и бежать со всех ног. Хотя, кто я такой, чтобы спорить с кем-то, кто периодически поджаривает людей молниями? — Что ты сказал?! — Н-Ничего, Нами! — Шевели задницей, длинноносый, шевелись! — О, нет, не так быстро! — прорычала Ямато, поворачивая 6,1-дюймовую турель в сторону снайпера и дюгоня. Она мысленно нажала на спусковой крючок… БА-БЛАМ! И дёрнулась от шока, когда половина её оснастки практически взорвалась из-за — заткнутого ствола?! — Назови меня старым размазнёй, — ухмыльнулся большой синеволосый мужчина-горилла, удерживая ствол её турели своей огромной рукой. — Но я действительно предпочёл бы, чтобы ты не разносила моих друзей на куски. Это СУПЕР грубо, знаешь ли? — Поэтому мне правда жаль из-за этого! Ямато повернула голову на голос и сразу побледнела от ужаса при виде огромного ствола пушки, направленного ей в лицо женщиной с ангельскими крыльями. — Повторюсь, правда жаль, — вздохнула она извиняющимся тоном, что противоречило её действию, когда она нажала на спусковой крючок и выпустила волну боли прямо ей в лицо. Линкор отшатнулся, но, к удивлению обоих, быстро выпрямился с лишь небольшими ожогами и выпустил поток 25-миллиметровых снарядов в них. — ОЙ! — вскрикнул большой мужчина, прикрывая своим телом владелицу пушки. — Из чего, чёрт возьми, сделана эта девчонка?! — Надеюсь, из этого! Извините! Ямато развернула свои турели, когда большой палец постучал её по плечу… ХРУСТЬ! И застыла в шоке, когда другой человек-горилла, этот действительно покрытый мехом и щеголяющий синим носом из всех возможных вещей, засунул флакон с жидкостью ей в горло. Линкор стоял неподвижно, пока жидкость нежелательно стекала по её горлу, медленно интегрируясь с химическим составом её тела. Наконец, однако… — УРГХ! — Ямато согнулась пополам от приступа тошноты. Действуя быстро, корабледевочка бросилась к краю пирса и выгрузила содержимое своего желудка в гавань, тяжело рвав, пока ничего не осталось. — О, вы… угх!… сукины дети… — простонала она, её голос окрасился в равной степени яростью и болезнью. — Клянусь Богом, я собираюсь… Она оборвала себя, почувствовав, как что-то тяжёлое и слегка склизкое плюхнулось ей на голову. Подняв глаза вверх, она моргнула в замешательстве, увидев ухмыляющееся нечто, сидящее на её черепе. — Какого чёрта… — Саундбайт? Гастро-Взрыв. — РА-РА-ШИШБУМ-БА! У Ямато была секунда, чтобы задаться вопросом, как, чёрт возьми, улитка говорит, прежде чем её мир превратился в чистую агонию. Всё звенело и тряслось для линкора, её глаза скрещивались, а тело дрожало, пока она не сдалась в борьбе и потеряла сознание. Носитель улитки самоуверенно ухмыльнулся, опуская ранее названного Саундбайта себе на плечо. — Ну, это было легк… о? — Он затих, заметив, что Имуя и Гоя в ужасе смотрят на него из воды. Пират молчал мгновение, прежде чем он и его улитка медленно надели зловещие ухмылки. — Эй-эй-эй, — угрожающе пропели они в унисон. Подводные лодки мгновенно нырнули под воду с двойным визгом ужаса. Они помнили, что случилось с Китаками и Ику, в конце концов. — Охох, вы можете бежать, но уж точно не спрячетесь! — прокричал пират, поднимая пушку, которую нёс. — Ладно, Лассу, Пёс-Пушка! — Как только пират заговорил, пушка начала выстреливать шквал бейсбольных мячей, усеивая ими воду. Десять секунд спустя, Йокосукская гавань взорвалась в столп жидкости. Среди последовавшего дождя две подлодки врезались в пирс, хлопая и извиваясь в слепой панике секунду, прежде чем окончательно затихнуть, с пеной, пузырящейся изо рта. — ВОТ это БЫЛО ЛЕГКО! — захихикал Саундбайт. Наконец, остались только Тэнрью и мечник, стоящие друг против друга. Лёгкий крейсер и пират смотрели друг на друга, прощупывая защиту друг друга, сжимая свои мечи в ножнах. Наконец… — Они…! — начал мечник, бросаясь вперёд и отводя руки назад, вынимая клинки из ножен, сигнализируя Тэнрью о том, что грядёт. Она бросилась вперёд, её меч выставлен в выпаде прямо в лоб мечника, что остановило атаку, когда он затормозил, чтобы избежать насаживания. Двое отступили в боевые стойки, считывая друг друга с профессиональной лёгкостью. — Эй, — проворчал мечник. — Как тебя зовут? — Тэнрью, — отрезала лёгкий крейсер. — Я запомню это, — ответил мечник. — Меня зовут Ророноа Зоро. — И с этим он вложил мечи в ножны и наклонился вперёд. — Стиль Двух Мечей! Тэнрью напряглась, готовясь встретить атаку. — Замковые Ворота! — выкрикнул Зоро, бросаясь вперёд. Глаза Тэнрью расширились, и она подняла свой меч, чтобы блокировать. К её ужасу, атака прошла сквозь её меч, как будто он был сделан из масла, а не из броневой стали, причём сразу в двух местах. Естественно, мечи продолжили движение и врезались в её грудь, оставив две зияющие раны на её теле. Она упала вперёд на колени, кровь — или, возможно, масло — струилась из огромных порезов. Она почувствовала, скорее чем увидела, как Зоро подошёл к ней сзади, и она с трудом поднялась на ноги, стиснув зубы и повернувшись к нему лицом. Зоро моргнул, затем ухмыльнулся. — Достойный противник, действительно. — И с этим он вонзил свой меч ей в живот. Это была последняя капля, и Тэнрью рухнула, успев увидеть, как Нагато падает под впечатлением Мерри-лицехвата, прежде чем её накрыла куча-мала из остальных членов команды. «Хех, — подумала она. — По крайней мере, я не единственная. И по крайней мере… она в хороших руках.»

***

— Ребята, вы пришли! Я никогда не была так рада вас видеть! — комично рыдала Мерри, бросаясь в открытые объятия Кросса. — Рад снова видеть тебя, Мерри! — ответил он, поймав её и подбросив в воздух. — Мы так рады, что ты в безопасности, мы так волновались! Ты хорошо себя вела, пока нас не было? — Ага, ага! — Мерри энергично кивнула. — Я устраивала ад, пыталась сбежать при каждой возможности, и когда мне представился шанс, я сразу дейсвовала! Кросс ахнул в восхищении, поймав её и держа над головой. — Это очень хорошо, Мерри! Я-я так горжусь! — Да, да, я тоже! — задыхалась Виви, борясь с нечеловеческой силой Нагато, натягивая свой Кошачий Резак на горло линкора, без особого эффекта. — А теперь, кто-нибудь из вас поможет мне уже?! Она не сдаётся! — Ме… рри… — прохрипела Нагато, протягивая руки к каравелле. — Да шо с этой женщиной не так?! — прокричал Кару, пытаясь и не сумев использовать свою массу, чтобы удержать корабледевочку. Мерри закатила глаза с раздражённым вздохом, прежде чем вывернуться из хватки Кросса. — Ладно, ладно, я могу справиться с ней. Дайте ей чётко меня видеть. Как только Мерри убедилась, что линкор смотрит прямо на неё, она максимально расширила глаза и сделала их как можно более влажными, прежде чем выпятить губу и заставить её дрожать, таким образом придав своему выражению максимальную милоту. — Я люблю тебя, мамочка Нагато! Нагато смотрела на Мерри в изумлении одну секунду… две… три… СПЛРТ! — АХ! — О, чёрт возьми. Прежде чем рухнуть из-за огромных струй крови, вырвавшихся из её носа, с эйфорической улыбкой на лице. — У меня… нет слов, — кратко заявил Кросс. — Может, нам всё-таки не стоит оставлять её в живых? — неловко спросила Нами. — Не, она безвредна, — небрежно сказала Мерри, отмахиваясь без заботы. — Я думаю, это больше фактор милоты, чем что-то зловещее. Думайте о ней как о женской версии Санджи. — Ааааа… — хором протянули Соломенные Шляпы в понимании, прежде чем Санджи сделал двойной взгляд. — Эй, я не настолько плох! — запротестовал кок. — Пока нет, — парировал Кросс с мрачным смешком. Ухмыляясь, Мерри повернулась и осмотрела Конго, с её изрытым фронтом; Ямато, обожжённую и кровоточащую из ушей; Нагато, дёргающуюся в луже собственной крови, с выражением блаженства на лице; и Тэнрью, истекающую кровью на земле. Не говоря уже о куче поджаренных эсминцев и бесчувственных формах Гои и Имуи. — Боже, вы, ребята, могли бы быть немного полегче с ними… — проворчала она. — Они были добры ко мне… по большей части, насколько Морские дозорные вообще могут быть добрыми. Кроме Нагато, она была чокнутая, и не в весёлом смысле. — Извини за это, Мерри, — сказал Кросс, смущённо потирая затылок. — Мы не знали ситуации, поэтому решили не сдерживаться. — И вы ВЫПЛЁСКИВАЛИ разочарования тоже, — добавил Саундбайт с хихиканьем. — За нами гонялся убийственный голубь! Моя награда хороша и всё такое, но я всё ещё хочу немного гордости, чёрт возьми! — яростно бушевал Кросс. — Всё в порядке, они крепкие. И у них есть всевозможные крутые техники исцеления для таких, как я, — сказала Мерри, забираясь на плечи Фрэнки. — Вы знали, что они исцеляются, сидя в горячих ваннах? Без обид, Фрэнки, но многие старые боли покинули меня после одного раза! — Это супер, сестрёнка! — радостно воскликнул Фрэнки, показывая ей большой палец. — О, правда? — спросил Чоппер, с любопытством глядя на неё. — Тебе придётся рассказать мне всё об этом. Медицинские тексты не совсем охватывают случаи, подобные твоему, но с этими знаниями я мог бы создать целую новую ветвь медицины! Подумай о возможностях! ТРЕПЕТ ПОИСКА! НАЧНЁМ ЖЕ—! КЛОНК! — Спасибо, Конис. Кроме того, ой! — Прости, Чоппер! Мерри хихикнула, когда её команда вернулась к старым привычкам. Однако, угнетающий, гудящий звук привлёк её внимание, и она огляделась, ища источник. — Саундбайт? — начала она, вводя ноту власти в свой голос. — Ты снова оставил Гастро-Фонию включённой? — Это не я! — запротестовала улитка. — Э, ребята? — вмешался Усопп, дрожа и глядя в сторону далёкого западного горизонта. — Что, чёрт возьми, это такое?! Команда повернула взгляды туда, куда указывал Усопп. Огромное, аморфное чёрное облако надвигалось на них с тревожной скоростью. — … Ладно, признаю, я никогда не видела ничего подобного, пока была здесь, — сказала Мерри с ноткой беспокойства в голосе. Кросс протянул руку Нами, которая передала ему свою подзорную трубу. Он раскрыл её и посмотрел на горизонт, прежде чем медленно опустить устройство с болезненной гримасой. — Эй, ребята? Я думаю, я знаю, где мы находимся. — О, да? Где? — с нетерпением спросил Луффи. Кросс позволил себе содрогнуться от ужаса. — Дома. Моего дома. Сейчас, если я не ошибаюсь в этих опознавательных знаках, и это не японские истребители, летящие к нам, я бы предложил нам убраться отсюда к чертям, прежде чем мы воссоздадим небольшое историческое событие, известное как ЧЁРТОВ ПЕРЛ-ХАРБОР! — КАМИКАДЗЕ НА 12 ЧАСОВ! — завизжал Саундбайт, втягиваясь обратно в свою раковину. Нами и Зоро переглянулись, прежде чем второй помощник принял решение. — Ладно, я не знаю, какое значение имеет Перл-Харбор, но я приму твою паническую реакцию за чистую монету и скажу, что это плохо. — Она огляделась, глядя на ошеломлённые лица команды. — Это значит садиться на корабль и готовиться к отплытию, идиоты! — Да, мэм! — рявкнуло большинство команды, за исключением Луффи и Санджи. — Да ладно, Нами, Кросс! — заныл Луффи. — Я хочу сразиться с ними! Я никогда не сражался с летающими врагами раньше! И эти ублюдки из СП не в счёт, так что даже не говорите! — И я не могу уйти, пока не узнаю, есть ли здесь ещё дамы! — добавил Санджи. — Если они хотя бы наполовину так же красивы, как те, которых вы, ребята, изувечили до неузнаваемости, то…! — Ладно, к чёрту, — выплюнул Кросс, нацепив наушники и ткнув пальцем в Луффи. — Саундбайт, Гастро-Фония. — Темпо Молниеносного Удара! — прорычала Нами, размахивая своим Клима-Тактом. И Санджи, и Луффи тут же рухнули, Луффи позеленел, пытаясь удержать свой полупереваренный третий обед, а Санджи дёргался и корчился, когда дым поднимался от него. С Зоро, несущим их, Соломенные Шляпы привели Таузанд Санни в движение за рекордное время. Пока они выбирались из Токийской бухты мимо бесчувственных форм дозорных подводных лодок, постоянно бросая испуганные взгляды на рой Валов, Кейтов и Зеро, Мерри не смогла сдержаться. Она начала хихикать снова, разразившись полноценным смехом, когда они вышли в открытый океан. Она всё ещё смеялась час спустя, когда линкор Бездны Ре-класса выскочил из воды перед Санни. — А! МОНСТР! — завизжал Усопп. — Красивый монстр! — растаял Санджи. — Итак, Мерри, это враждебный монстр, или…? — Кросс замолчал, когда линкор направил свой хвост и установленные на нём пушки на Санни. — Ну, это отвечает на вопрос. Линкор Ре-класса был застигнут врасплох моментом замешательства, когда люди не попытались убежать, прежде чем команда, кроме Санджи, взобралась на перила Санни, с оружием и кулаками наготове и хищным блеском в глазах. У Бездны и её хвоста было ровно столько времени, чтобы бросить друг на друга испуганные взгляды, прежде чем резиновый кулак схватил корабледевочку за горло и затащил на борт.

***

— Итак, каковы повреждения? — простонал Гото. — У нас три линкора, один тяжёлый крейсер, два лёгких крейсера, семь подводных лодок и шестнадцать эсминцев выведены из строя как минимум на неделю, — сообщила Оёдо. — У нас есть ещё семнадцать корабледевочек с меньшими повреждениями, которые должны быть готовы к завтрашнему дню. Что касается базы… — Секретарь-корабль перевернула на другой лист бумаги. — Портовый складской район разрушен, столовая не работает и не будет работать по крайней мере три дня, а общежития эсминцев нужно будет перестроить. — Она вздохнула. — Снова. — Хорошо… — вздохнул Гото. — Я полагаю, всем сказали не приводить странных корабледевочек, плавающих под Весёлым Роджером? — Да. — А Бездна у моего окна? Оёдо взглянула на растрёпанный линкор Ре-класса, прилипший к стеклу как минога, со слезами, текущими из щенячьих глаз, сияющих в офис, и её хвостом, держащим знак с надписью «Буду сражаться за еду и хороший дом.» — Я взяла на себя смелость связаться с Ре-тян на Маркизских островах, — ответила Оёдо. — Она возьмёт её к себе. Гото злорадно ухмыльнулся, поворачиваясь лицом к своему столу. — Хорошо. Американцы будут рады, что им нужно на один линкор меньше на Австралийском маршруте. БУМ! Оёдо посмотрела позади него и затем мрачно поморщилась. — А… боюсь, всё не будет так просто, сэр. Гото испустил усталый вздох, прежде чем медленно повернуться обратно. На стекле рядом с Ре-классом была прилеплена Хоппо-тян, у которой также текли слёзы по щекам, и она держала свой собственный знак, на котором было написано: «Сделаю всё, что угодно, для старшей сестры.» БУМ! И вот так Нагато также была там, присоединившись к ним в их слезливых мольбах. Хотя бинты, обёрнутые вокруг её тела, немного портили образ. Глаз Гото яростно дёрнулся на мгновение, прежде чем он медленно повернулся обратно к своему столу. — Есть… что-нибудь ещё? ВСПЫШКА! Это было свидетельством состояния дел на базе, что Гото едва отреагировал на листок бумаги, внезапно появившийся на его столе из ниоткуда. Подождите, пока она не вернётся на игровое свидание, когда вырастет! — B.R.O.B. Глаз Гото безумно дёрнулся на мгновение, когда он медленно повернулся, чтобы посмотреть на Оёдо с безумным взглядом, прежде чем упасть на одно колено перед ней и предложить золотое кольцо. — Ты выйдешь за меня замуж? Крейсер одарила Адмирала невыразительным взглядом. — Сэр, если вы собираетесь совершить самоубийство, я вежливо прошу вас не делать его двойным. Гото открыл рот, чтобы говорить, но так и не произнёс слов, так как был внезапно дёрнут вверх. Ошеломлённая Оёдо проследила его траекторию до вентиляционного отверстия в потолке, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Конго высунула голову. — Возьми остаток дня выходным, Оёдо! — приказала она, ухмыляясь. — Я позабочусь об Адмирале Гото, не волнуйся. — И с этим она нырнула обратно в вентиляцию и захлопнула решётку на место. Целых пять минут секретарь-корабль просто стояла там с открытым ртом в изумлении. — Вентиляция вертикальная, как она… — начала она, прежде чем покачать головой. — А, к чёрту, это Конго. Я пойду узнаю, не хочет ли Дзюнъё наведаться в ближайший бар. Вы все хотите присоединиться? Нагато и её… 'семья' кивнули в знак согласия. — Хорошо, идёмте. И так лёгкий крейсер, линкор и корабли Бездны все отправились искать авианосец и напиться. Просто ещё один обычный день в Йокосуке.