This Bites!

Был поздний день, когда уставшая, измученная, но довольная группа пиратов, которая была самой близкой к тому, что у нас есть из «лучших и самых умных» (Боже, помоги нам), устроилась в разорённых остатках Хельхейма. Едва ли кто-то остался невредимым, и алкоголь лился столько же на тела, сколько и в них. — Могу я кое-что быстро сказать? Несколько пар глаз обратились на дюгоня в оранжевой бандане, который заговорил, с холодным компрессом на голове и удобным куском льда, который выполнял ту же функцию для его хвоста. — Я просто хочу исправить кое-что, что я говорил раньше: если это глупая идея, и она работает… иногда, это всё равно очень глупая идея, Кросс. — Слышим-слышим, — монотонно произнёс весь основной бар. — Не самая моя умная идея, признаю, — пробормотал я сквозь бинты, которые покрывали каждый незащищённый дюйм моего тела. Заставило меня ужаснуться тому, через что мне вскоре придётся пройти, из-за чего мой будущий я выглядел так 24/7. — Но это был самый быстрый способ заставить всех слушать, не доводя до того, чтобы кто-то откусил кому-то голову. Точнее, мою голову. — Неужели мы правда выглядим так, будто нам сейчас нужно, чтобы Голоса Анархии сотрясали наши черепа? — рявкнул Дрейк. — У нас плохая история отношений с ТИРАННОЗАВРАМИ, — хихикнул Саундбайт. — Вообще-то, при ближайшем рассмотрении, я полагаю, что он аллозавр, — вставила Робин с другого конца комнаты, украдкой пряча улыбку за своей чашкой. — Я требую мнения проктолога! — Ты имеешь в виду палеонтолога. — НАЙДИТЕ МНЕ ЛИНГВИСТА! — Причина, по которой вам стоит меня выслушать, — перебил я (к счастью) приглушённый разговор, очень радуясь, что мои бинты делали простым скрыть мою ухмылку. — В том, что если это то, до чего мы дошли всего через одну неделю этой блокады, я не думаю, что кому-то из нас нравится идея вынужденного бездействия ещё дольше. Так что, вы хотите, чтобы я взял на себя руководство обсуждением и действительно помог нам всем что-то придумать, или вы предпочитаете продолжать биться головами о железный занавес, пока что-то — будь то они или мы — не сломается? Суперновы обменялись взглядами. Наконец, Кид щёлкнул в мою сторону пальцами, сразу же поморщившись и схватившись за напряжённые пальцы. — У тебя один шанс, Кросс, — выплюнул он. — Это всё, что мне когда-либо было нужно, — ухмыльнулся я в ответ. — Теперь давайте начнём с рассмотрения того, что мы знаем о блокаде. Хирург Смерти. Ло вскинул бровь, глядя на меня. — Поскольку у тебя подводная лодка, я рискну предположить, что ты здесь с нами не из-за хорошего обслуживания, верно? Глаза Ло слегка сузились, и он кивнул. — В самую точку, Кросс. Да, те, кто организовал эту блокаду? Они были умны. Блокадные корабли имеют торпеды, прикреплённые к их корпусам, что делает проход под ними достаточно сложным. — Его взгляд заострился. — Но их «первая линия обороны» — ещё большая проблема. Кто-нибудь из вас слышал о Территориальных Морских Слизнях? — ЭТИ БЕССКОРЛУПНЫЕ СЛИЗНЕРОЖИ?! — неожиданно взревел Саундбайт, вены вздулись на его глазных стебельках. — Я ДОЛЖЕН БЫЛ ДОГАДАТЬСЯ, ЧТО ОНИ будут частью чего-то настолько подлого, как это! — Так я понимаю, ты о них слышал, — заключил я, ковыряясь пальцем в ухе, пытаясь избавиться от звона. — Я тоже о них слышала, — нахмурилась Лола, задумчиво потирая подбородок. — Водные кузены Ден-Ден-Муши, они плавают под волнами и передают информацию обо всём, что проплывает мимо них. Любой корабль, который попытается проплыть над ними, мгновенно обнаруживается. — И поверь мне, они ВЫСОКОМЕРНЫЕ маленькие говнюки из-за того, что могут глотать солёную воду без проблем, ВСЕГДА ТЫКАЯ ЭТИМ НАМ, МУШИ, В ГЛАЗНЫЕ СТЕБЕЛЬКИ! — выплюнул Саундбайт, слышно было, как он скрипит зубами. — ЕСЛИ ВЫ ОЖИДАЕТЕ, ЧТО ОНИ ПОСЛУШАЮТСЯ, КОГДА Я СКАЖУ ИМ ЗАТКНУТЬСЯ, НЕ ВЫЙДЕТ. — А ты не мог бы просто расшатать их жидкостные псевдо-скелеты с помощью Гастро-Фонии? — предложил Донни. — БООООООТАААААН!..и, нет. Некоторых из них, легко, НО НЕ ВСЕХ, В ЧЁМ И ПРОБЛЕМА; остальные просто ПОДНИМУТ ТРЕВОГУ О ЛЮБОЙ ЧАСТИ СЕТИ, КОТОРАЯ ОТКЛЮЧИТСЯ. Они мудаки, но координированные мудаки, это я им признаю. — Морская Пехота, должно быть, действительно вкладывает все силы в эту блокаду, если у них достаточно их, чтобы окружить архипелаг… и всё это только для нас? Мне даже лестно, правда, — промурлыкала Нами. — Итак, избежание обнаружения — это проблема номер один. А Кид, насколько организованным был их строй? Панк фыркнул и отвёл взгляд. — Половина на половину, честно говоря. Первые ублюдки, с которыми я столкнулся, были обычными дёгтефлагами: довольно крепкие, конечно, но ничего опасного. — А затем его хмурый взгляд углубился. — Проблема была в том, что они сумели зацепиться за мой корабль и задержать нас достаточно долго, чтобы появились новые корабли, только те были боевыми кораблями Морской Пехоты. Они поддерживали такой град свинца, что даже я не смог расчистить нам путь. Мы могли бы прорваться, мы даже сумели потопить несколько приватиров и боевой корабль, но они просто. Продолжали. Прибывать. И как раз когда они действительно начали меня бесить… — Кизару, да, да… — я отмахнулся, и на этот раз без насмешки. Серьёзно, если кто-то здесь знал, что нет никакого стыда в бегстве от Адмирала, то это наша команда. — Должен признать, что мне любопытно, Кид, — отметил Дрейк. — Если память мне не изменяет, корабль, который ты захватил и переименовал, изначально был корпусом ограниченной серии паровых кораблей Морской Пехоты, и если ты терпишь ребёнка в своей команде, я могу только предположить, что это потому, что она знает, что делает. Как куча приватиров задержала тебя, когда у тебя было такое на твоей стороне? — Потому что мы имели дело с дёгтефлагами и хотели быть тщательными, и это дало их подкреплениям достаточно времени, — прорычал Киллер. — Они были откровенно безумны, толкали свой корабль перед нашим, продолжали цеплять Трамп цепями, которые они закрепили на своей палубе и вокруг мачт, и тому подобное. И когда их корабли начинали сдаваться, они просто переходили на соседние и продолжали в том же духе. Они делали всё возможное, чтобы замедлить нас и заставить остановиться, несмотря на затраты, для их кораблей или их самих. ТРЕСК! В разговоре возникла короткая пауза, поскольку все пытались понять, откуда исходил звук чистой ЯРОСТИ и разрушения. Все, кроме моей команды, во всяком случае. — Фрэнки, Мерри, я не думаю, что у нас будет время для полного удовлетворения вашей жажды мести на этот раз, — произнёс я невозмутимо, не глядя. — Ты не знаешь наверняка, — прозвучало двойное рычание. — Он может и не знает, но я знаю. Это пробилось сквозь моё притворное безразличие, и я посмотрел на Дрейка, который пристально смотрел на центр стола сквозь сложенные домиком руки. — То, чего вы не совсем понимаете, это то, что приватиров никто не любит, — объяснил псевдо-завр. — Морская Пехота видит в них просто ещё одну разновидность пиратов, которых нужно усмирить. Только из-за контрактов с Мировым Правительством и крупными торговыми компаниями приватирским кораблям и флотам, кроме флотов Семи Воинов Моря, позволено оставаться действующими. Если Морская Пехота была вынуждена нанять их напрямую, то только потому, что у них есть оружие, приставленное к головам приватиров. В переносном или буквальном смысле. Эти приватиры идут на такие крайние меры, потому что у них нет другого выбора. Они могут либо рискнуть смертью, вкладывая все силы в попытку остановить нас… либо гарантировать её, потерпев неудачу и заработав себе билеты в один конец в Импел-Даун. Затем Дрейк зарычал и посмотрел в сторону. — Что, каким бы удовлетворительным это ни было, честно говоря, делает наши шансы ещё хуже, потому что мы все знаем, что говорят о загнанных в угол крысах. Приватиры будут так же опасны, как и боевые корабли. Высказавшись, он, казалось, собирался уступить мне слово, но я снова махнул ему продолжать. — Эй, ты, похоже, в ударе. Если у тебя есть взгляд инсайдера на всю эту ситуацию, то говори. Дрейк подозрительно посмотрел на меня, но недолго. Вместо этого он перевёл взгляд на мою непосредственную начальницу. — Погодная Ведьма. Твои облака до сих пор доказывали свою универсальность. Могла бы ты предоставить…? Почти мгновенно стол был затоплен белой массой, которая быстро превратилась из пушистой и бесформенной в колышущуюся поверхность «воды». Прямо посередине была миниатюрная коллекция деревьев, которую я узнал как Сабаоди, а на краю был туманный сгусток, который мог быть только нами. Дрейк стоически кивнул, что от него было высокой благодарностью, и продолжил своё объяснение. — Как было сказано, первая проблема — это Морские Слизни. — Облачная карта изменилась, показывая линию извивающихся комков на приличном расстоянии от архипелага. — Сами по себе они не помешают нам, но они предупредят наших врагов о любых приближающихся судах; к тому времени, когда мы достигнем настоящей блокады, у них будут готовы подкрепления, чтобы встретить нас. — Хм… проблематично… это значит, что к тому времени, когда мы действительно начнём сражаться, мы уже наполовину будем затоплены… — задумчиво произнёс Апу, поднимая палец. — Просто мысль, но могли бы мы обмануть слизней? Знаете, отправить маленький корабль куда-нибудь, чтобы напугать их, а затем, когда блокада посмотрит в одну сторону, мы пойдём в другую? Простая идея, и, на мой взгляд, хорошая, но, к сожалению, ответ Дрейка был твёрдым покачиванием головы. — Не сработает, — заявил он. — Потому что слизни предназначены только для предупреждения типа «здесь что-то есть». Чтобы действительно мобилизовать блокадный флот, кому-то нужно получить визуальное подтверждение цели. То, что вы предлагаете, будет либо отклонено как ложное срабатывание, либо поднимет тревогу по всей линии, но в любом случае, в результате не откроется никаких промежутков. Что приводит нас к самому флоту… Дрейк замолчал, глядя на свежесозданные облачные корабли, а затем снова посмотрел на Нами. — Ты тоже это заметила, да? — Конечно, — ответила Нами как нечто само собой разумеющееся. — Я навигатор, знающий своё дело, я должна была быть слепой, чтобы не заметить. — А? О чём, чёрт возьми, вы говорите? — потребовал Бартоломео, недоверчиво глядя на стол. — И почему вы показали только половину кораблей и слизней? И действительно, он, казалось, был прав: линии как судов, так и моллюсков казались наполовину сформированными, изображая формацию в виде подковы вокруг архипелага, оставляя половину архипелага защищённой, но другая половина была заметно открытой. — Потому что они именно так и расположены, — медленно объяснил Дрейк, как будто разговаривая с ребёнком, но прежде чем Барто мог по-настоящему взъерепениться, он пренебрежительно покачал головой. — И прежде чем ты спросишь, нет, мы не можем пройти через этот проход. Мне действительно нужно объяснять, почему? — Ты только хочешь, чтобы все остальные в этой комнате были такими же умными, как ты и я, — ответила Нами страдальческим тоном. Дрейк издал тихое фырканье согласия, что вызвало вздутие вен у нескольких других Суперновы, но, к счастью, Нами продолжила прежде, чем кто-либо успел возразить. — То, чего большинство из вас, кажется, не замечает, — заявила наш навигатор, немного медленно. — Это то, что незащищённая сторона острова — это северо-западный подход. Это вызвало реакцию у более чем нескольких Суперновы, хотя более непонимающие остались… ну, непонимающими. — Какое, чёрт возьми, имеет значение, где находится этот проход?! — нетерпеливо потребовал Барто. — С той стороны океана находится Ред-Лайн, тупица, — вздохнул Беджи с покорностью, Нами услужливо предоставила визуальное изображение в виде горной стены из облаков. — А наверху — — Мариджуа… — закончил я с отвращённой гримасой. — Во всём своём великолепном, нечестивом величии. И я полагаю, что оборона так же впечатляюща, как и сам город напыщен? — В точку, Кросс, — вставила Виви с обочины. — Нам даже не нужно было бы находиться в пределах видимости самого Ред-Лайна, настолько мощны их мортиры. Всё, что им нужно было бы сделать, это заметить нас… и затем они просто похоронили бы нас под дождём горячего свинца, от которого у нас не было бы ни единого шанса защититься. — Хорошо, хорошо, так что единственный путь внутрь — это пройти сквозь, — задумчиво произнёс Уродж, его вечно присутствующая улыбка стала слегка напряжённой. — Сквозь стаю вероломных приватиров, которые продают свои души за свободу творить безудержные бесчинства. — Что делается ещё хуже тем фактом, что эти самые приватиры имеют Морских Пехотинцев, командующих их построением, — тихо вставил Хокинс. — В конечном счёте, мы можем только выбирать, как мы столкнёмся с Правительством. Либо мы отдаём себя на милость оборонных сооружений Мариджуа и надеемся, что нас не разнесут на куски, либо мы стремимся пробиться сквозь силу блокады, которую они возвели, — был его безучастный вывод. — Блокады со сбалансированным сочетанием качества и количества, которое гарантирует, что, даже если они не могут по-настоящему превзойти кого-либо из нас, они могут сдерживать нас, пока не появится кто-то, кто может. Это означает, что если у нас здесь нет кого-то, кто может сражаться с адмиралом — — Вообще-то, есть такие, — легко перебил Ло, барабаня пальцами по ножнам своего дьявольского меча. — По слухам на острове, владелец Хижины Одэна является одним из Командиров Дивизии Белоуса. Я сомневаюсь, что он отказался бы, если — — Ни за что. Все глаза обратились на Луффи, до сих пор молчавшего, а теперь хмуро смотрящего на центр стола. — Мы не зашли так далеко только для того, чтобы просить кого-то о помощи в проникновении в Новый Мир, — заявил он голосом, не допускающим возражений. — Если мы не можем добраться туда сами, мы этого не заслуживаем. Я честно должен был прикрыть свой живот перчаткой, чтобы убедиться, что меня не пырнули на самом деле, потому что боже, это было больно. Хорошо, что все были сосредоточены на Луффи… особенно Бартоломео, который кусал губу со светящимися, слезящимися глазами. К счастью, остальные Суперновы, казалось, кивали в знак согласия, так что это облегчало ситуацию для нас. — …итак, если мы делаем это своими силами, — снова начал Ло. — Тогда каков план действий? — …Ммргх… — проворчал Беджи. — Хотя меня буквально тошнит от этого, я должен, к сожалению, согласиться с Юстасом в этом вопросе — — Иди ты, коротышка! — …в том, что самый простой и прямой подход, скорее всего, является правильным. Все мы вместе обладаем большей огневой мощью, чем большинство людей видят за всю свою жизнь. Если мы сконцентрируем всё это в одной точке атаки, то должны быть способны прорваться с относительной лёгкостью. — ДА, ЧЁРТ ВОЗЬМИ! — взревел Кид. Половина бара тут же присоединилась к нему, сотрясая комнату своим желанием бесчинствовать, пока Беджи резко не прочистил горло. — За исключением, — прорычал он, наклоняя свою федору, чтобы затенить глаза. — Того факта, что каждый. Чёртов. Раз, когда проводится подобная операция, кто-то остаётся держать мешок. И это более чем актуально в данном случае, поскольку если мы хотим пройти через эту блокаду, нам понадобится кто-то, кто останется позади и свяжет приватиров и Морских Пехотинцев, как они попытаются связать нас. Я полагаю, никто здесь не вызывается добровольцем на эту роль. Это убило энтузиазм всех на корню, и в Хельхейме воцарилась неловкая тишина, никто не хотел смотреть другим в глаза. Я поморщился, молча признавая, что у мафиози был резон, и я как раз начал напрягать мозги в поисках решения… — Мы не единственные, кто направляется в это место Супер Тело, верно? Только чтобы быть опережённым последним человеком, которого кто-либо из нас ожидал. — А? — Я удивлённо моргнул, глядя на Луффи и его любопытный наклон головы. — Я, э, да? Саба—Архипелаг — это первая остановка на единственном маршруте, который пираты могут использовать, чтобы достичь Нового Мира. Сколько бы пиратов ни было здесь на Скелтер Байт, это лишь часть всех, кто хочет пройти через эту блокаду. — Ладно, — кивнул Луффи. — Тааак, если нам нужно, чтобы кто-то остался позади, то как насчёт всех остальных пиратов, которые хотят туда попасть? Это привлекло внимание всех к Луффи. Большинство в шоке, конечно, но другие с нарастающим осознанием. — Подожди-подожди-пооодожди… — протянула Бонни, недоверчиво размахивая руками. — Ты—Он говорит—?! — Он… на самом деле прав! — выдохнула Валентайн. — Даже если мы, Барто и Соломенные Шляпы, смогли посадить 1% отбросов Рая в Импел-Даун, это всё равно оставляет немытые массы 99%, тех, кто ниже стандартов Шики, бродящими по водам! Слабые до чёртиков, без сомнения… но когда много мусора накапливается в одном месте одновременно, это может поднять адскую вонь. Это разделило реакции в комнате пополам: половина была полна оптимизма, с диким оттенком злорадства от мысли оставить худших из нашей профессии на растерзание… но другая половина оставалась напряжённой и сомневающейся. Главой этих сомневающихся был, конечно, вечно мрачный Беджи. — И как, собственно, ты предлагаешь нам собрать упомянутый 'мусор' для создания упомянутой 'вони'? — спросил он сквозь облако дыма. — Маленький злой человек прав, — кивнул Уродж, полностью игнорируя убийственный взгляд, который упомянутый маленький человек бросил на него. — Это идеальное решение, верно, но я сомневаюсь, что мы можем просто пригласить их всех собраться вместе и сражаться за нас, особенно если они просто будут козлами отпущения. Нам нужно будет как-то мотивировать их, дать им причину броситься на линию Морских Пехотинцев, не обращая внимания на собственные жизни. Ещё один напряжённый момент разочарования, когда все признали правоту сказанного… — …ну, чёрт, похоже, мне придётся спасти всех нас. Снова. И ещё один момент полного шока, когда все недоверчивые взгляды обратились к Киду из всех людей, который взглянул на Шурайю, а затем обратно на остальных. — Кто-нибудь из вас, тупиц, когда-нибудь слышал о Гонке «Дэд-Энд»?

***

Детали посыпались оттуда, и сформировался прочный план. Были раскрыты и проработаны детали относительно правил и положений (если их можно было так назвать) о данном мероприятии, а также были представлены и разрешены вопросы о призе, старте и том, кому можно доверить призовые деньги. Конечно, третий пункт требовал использования довольно значительного долга, о чём свидетельствовал осьминог-рыбочеловек, съёжившийся перед нашей Погодной Ведьмой. — В-В общем, если вы не возражаете и я вам больше не нужен, я просто вернусь к раздаче такояки. Кому-нибудь ещё что-нибудь нужно? Все мы, собравшиеся Суперновы, отвели взгляд от Хатчи, вместо этого оглядывая друг друга. В ожидании, что кто-нибудь выдвинет ещё одно возражение. Бог знает, их было достаточно во время этой дискуссии. И с Бонни и Луффи, готовыми грызть стол, мы могли наконец-то, наконец-то завершить эту дискуссию— — От тебя? Ничего. От всех остальных, однако, я возьму секунду вашего времени. — Волосатые яйца Нептуна, что теперь?! — Дрейк, из всех пиратов, рявкнул, когда все взгляды обратились к говорящей, Апис, которая выглядела удивительно невозмутимой под взглядами всего Худшего Поколения, раздражённого её вмешательством. То, что голова Линди, самодовольная, зубастая ухмылка в челюстях, нависала над ней, вероятно, имело какое-то отношение к отсутствию чего-либо острого, летящего в её голову… пока. — Это лучше быть чем-то стоящим, малявка, — прорычал Кид. Ну, некоторые вещи никогда не меняются. — Позвольте мне предварить всё остальное фактом, что я съела Дьявольский фрукт Шепот-Шепот, — объявила Апис, встречаясь глазами с Кидом и каждой другой Суперновой. — Что это значит, так это то, что я могу мысленно общаться с любым живым животным. Включая тех, которых даже Саундбайт не может перевести. Прежде чем кто-либо успел допросить её, прозвучало звучное «КВААК!», и разговоры в баре снова затихли. Большинство — включая Суперновы — встали и посмотрели через ближайший край в бездну. Но вместо бездны на нас смотрел гигантский жёлтый Морской Король-лягушка, сидевший на корточках на полу, его выпуклые глаза терпеливо моргали несинхронно. — Включая Морских Королей, как мы выяснили во время небольшого… — Она бросила косой взгляд на своего нераскаявшегося капитана, который ковырялся в носу. — Приключения в Калм Белт некоторое время назад. — Затем она покачала головой и кивнула обратно в сторону края. — И это важно, потому что там внизу находится Старейшина Тритон из Двора Бездны, ближайшее подобие правящего органа, которое есть у Морских Королей, который здесь в качестве посланника одного из Великих Старейшин Двора, Вечного Океаноса. — Она выжидающе приподняла бровь. — Теперь вам всем интересно, что я — и конкретно он — хочу сказать? Среди собравшихся капитанов воцарилось почтительное молчание, пока Хокинс вежливо не прочистил горло. — Полагаю, я говорю от имени всех нас, когда заявляю, что мы крайне заинтересованы в том, чем почтенный Старейшина хочет поделиться, — терпеливо сказал он. Действительно, о многом говорило то, что даже Кид и Луффи кивали в знак согласия. Апис посмотрела обратно на Тритона, и после короткой паузы лягушка издала ещё один звучный квак и почтительно кивнула. Затем гигантское земноводное начало жестикулировать своими перепончатыми пальцами в сопровождении серии более коротких, но не менее сотрясающих рёбра кваканий. Девочка-Шептун кивала в такт тому, что говорил Морской Король, и когда он закончил, она снова обратилась к Суперновам. — Старейшина Тритон благодарит вас за согласие выслушать его и говорит, что его присутствие здесь сегодня — это роль посланника от Вечного Океаноса. И он приносит своё послание именно сюда, потому что то, что он должен сказать, предназначено для ушей всех и каждого, кто поднимает Весёлого Роджера. Если кто-то не был заинтересован раньше, то теперь они практически ловили каждое слово. — Срань господня, — пробормотал я себе под нос. — Не ожидал такого? — прошипела мне Мерри. — Ну… — Я пожал плечами. — Я всегда знал, что Морские Короли умнее, чем они показывают, и что у них были какие-то отношения с человечеством давным-давно, но я говорю о Пустоте 'давным-давно'. Я ожидал, что они войдут в игру когда-нибудь, но… — Значит, это нет… — Мерри расплылась в улыбке от уха до уха. — Ин-тересно! — И каково послание Великого Старейшины? — заговорил Дрейк. Апис выпрямилась настолько величественно, насколько могла… конечно, с возвышающимся за ней Линди. — Двор Бездны — это древний и гордый орган, поэтому они, эм… — Апис сделала паузу, мило нахмурившись в раздумьях. — Эх, это много сложных слов… они очень долго принимают решения. В последний раз, когда они вообще принимали решение, на это ушёл век, плюс-минус десятилетие. Так что вы можете представить, какое это большое дело, что они решили, почти единогласно, перестроить приоритеты своего вида за последние несколько месяцев. Девочка-Шептун подняла голову и обвела взглядом собравшихся пиратов. — Двором Бездны было решено, что Обитатели Бездны — или, как мы их знаем, вид Морских Королей — получат больше выгоды от терпимого отношения к существованию пиратских кораблей на поверхности своих владений, чем от их уничтожения за их прегрешения. Последовала весьма многозначительная пауза, пока это усваивалось. — …Прошу прощения, но я нахожу эту формулировку немного расплывчатой. Что именно это означает для нас? — спросил Уродж. Апис оглянулась через плечо, говоря медленно, словно чтобы убедиться, что она передаёт правильное послание. — Обитатели Бездны больше не будут атаковать пиратские корабли… просто по прихоти. Они, э-э, не полностью защищены от нападения, потому что некоторые из Обитателей Бездны всё равно будут нападать; некоторые потому что они голодны, некоторые потому что вы вторглись на их территорию, некоторые… просто они злобные сыновья белуг—э, суки… но они теперь в большей безопасности. За столом послышался шёпот разговоров и множество обмененных взглядов. Затем Бонни сказала, с полным ртом такояки: — Конечно, мы согласны. — Означает ли это, что от нас ожидают той же любезности по отношению к «Обитателям Бездны»? — осторожно спросил Ло. — А… — Апис посмотрела на Тритона, а затем обратно на Ло. — Они ожидают, что вы—мы, оставим молодых в покое, но они никогда не покидают Калм Белты, пока не смогут позаботиться о себе сами, так что в общем, лучше продолжать держаться оттуда подальше, как обычно. — Затем она покачала головой. — Ах, но взрослые, не совсем; Обитатели Бездны живут по законам природы, «выживание сильнейших» и «сила есть право». Проиграешь бой, можешь винить только себя. — И, как я сказала, хотя большинство Обитателей будут следовать новому указу для пиратов, если у них нет личной причины для нападения, всё равно будут те, кто захочет доказать свою силу против… — Она замешкалась, быстро оглянувшись через плечо для подтверждения, прежде чем продолжить. — Э… против «тех, кто бросает вызов миру». Так что, да. Могут быть ещё некоторые атаки, но, э, если они нападают, а потом решают отступить и убежать, я думаю, вы можете просто оставить их в покое, они не вернутся. — Итак, в принципе, у пиратов теперь есть выбор жить и давать жить Морским Королям? — недоверчиво уточнил Апу. — В принципе? — Апис терпеливо пожала плечами. — Да. — И я полагаю, они не заинтересованы в том, чтобы рассказать нам, почему они приняли такое решение? — поинтересовался Хокинс. Беспомощное пожатие плечами Апис было подчеркнуто плоским и гортанным «КВ-AAK», эхом разнёсшимся по всей шахте. — Я получаю немного влияния, потому что произвела на них хорошее впечатление и являюсь первым не-Обитателем Бездны, кто говорил с ними за века, но это всё равно то, что они унесут в самые глубокие впадины, так что нет. — С причиной или без, я думаю, что это всё. Так что, могу ли я сделать ещё одно предложение? И с этим внимание вернулось ко мне. На этот раз я стянул повязки, чтобы показать свою ухмылку. — У нас есть перемирие с величайшими хищниками океана, и у нас есть план по прорыву через ту блокаду. Потребуется ещё несколько дней, прежде чем мы сможем это сделать, но он у нас есть. Я единственный, кто думает, что это требует празднования? Секунда тишины. Две. — ВЕЧЕРИНКА! — Луффи, Барто, Апу и Бонни подняли кулаки и взревели синхронно. Иииии бум, взрывается бар, всё место ревёт в новой и, как обычно, чертовски жестокой жизни, когда все каким-то образом получили второе дыхание. Бутылки летали, а выпивка лилась как вода, но, к счастью, помимо «случайной» стычки тут и там, бар не разгорелся в ещё одну драку. Просто… пиратская версия хорошего времяпрепровождения. Но честно говоря, с меня на сегодня было достаточно, как бы безумно это ни звучало; между мной и расслаблением стояла только одна вещь, и с внезапным крещендо в атмосфере мне представилась отличная возможность воспользоваться этим. Я небрежно двинулся к краю платформы, и находившиеся поблизости Проклятые наблюдали за мной боковым зрением, Саундбайт фильтровал для них последовавший обмен. — Апис, мне нужно быстро поговорить с Тритоном. Юная пиратка отвернулась от Бартоломео, который хватал палочки для еды, и бросила тонкий взгляд через плечо в бездну, где гигантская лягушка издала низкий, легко незаметный щебет. — Он слушает. — Если Морские Короли допускают это перемирие для «тех, кто бросает вызов миру», то они должны знать, что у нас есть союзники внутри самого «мира», действующие, чтобы подорвать его. Нам нужен способ распространить ту же защиту, которую они дают нам, на них. Ташиги подошла ко мне, бросив настороженный взгляд на лягушку. — Говоря как один из этих союзников, я очень согласна с желанием иметь способ держать Морских Королей подальше, который не включает в себя полный залп, большое спасибо. Мне посчастливилось увидеть восхитительно противоречащее здравому смыслу зрелище: гигантская лягушка вздыхает, потирая голову. — «Люди и их политика, всегда вызывают у меня такие головные боли. И это после того, что тот мягкий сделал со мной». Вот что он сказал. Я поспешно скрыл кашель в кулаке, прежде чем быстро запереть этот ход мыслей, чтобы он сгнил там, где не мог бы привести меня к тому, что меня раздавят. — В любом случае, он также говорит, что это выполнимо. Если вы дадите ему пароль, он передаст его Океаносу, который передаст его остальной части Двора, — продолжила Апис невозмутимо. — У вас есть что-нибудь запоминающееся, что приходит на ум? В ту же секунду, как слова «запоминающееся» и «Морской Король» обработались в моём мозгу, мне немедленно пришло кое-что на ум. — У ме-еня есть кое-что, что должно застрять в их памяти, да, — я осторожно сказал, вдвойне убеждаясь, что мои повязки закрывают мой рот. Затем я прошипел два слова так тихо, как только мог, доверяя Саундбайту сохранить секретность. — Джой Бой. Ташиги не успела даже начать спрашивать о моём выборе; как только второй слог вышел из моего рта, глаза Тритона выпучились и он уставился на меня с тем же выражением, что у Нами, когда она узнала о тех двоих, а Апис схватилась за голову и чуть не упала в обморок. — АХ! Что ты только что сказал, Кросс?! И что бы ты ни хотел сказать, говори быстро, потому что он в секундах от того, чтобы проглотить тебя целиком! — Я не знаю деталей обещания, которое он дал ей, — поспешно прошипел я, твёрдо удерживая взгляд на глазах Тритона. — Всё, что я знаю, это то, что он дал его, что оно как-то связано с Ноем, и что вы оставались верны ему все эти годы, несмотря на новый мир, который поднялся. Всё остальное остаётся с вами и вашими. Никто другой не может обнаружить его имя так, как это сделал я, и никто, недостойный вашего доверия, не узнает его от нас. Для наших союзников это будут просто слова спасения и ничего более. Даю вам моё слово. Мы смотрели друг на друга то, что казалось несколькими вечностями подряд, напряжение нарастало с каждой секундой, ни я, ничтожный человек, ни он, титаническое, пожирающее корабли морское чудовище, не уступали друг другу ни на дюйм. И тогда наконец… Тритон резко опустил голову и начал отползать, решимость была видна в каждом его движении. — «Я передам всё это Двору до конца дня», — запыхавшись переводила Апис, глядя на удаляющуюся спину Тритона с немалой долей трепета. — «Вашим союзникам также будет оказана наша благосклонность, только — Апис поперхнулась на полуслове и должна была слышимо сглотнуть, прежде чем продолжить. — п-просто знайте, что если он когда-либо заподозрит, что вы легкомысленно распространяете его имя… В-Вечный Океанос… превратит вас в корм для рыб». Это вызвало у меня неуверенную гримасу. — Лааадно, понял… для протокола, как выглядит этот «Океанос»? — Чёрные и белые полосы. Вот это заставило меня испуганно потянуть за воротник. — А. Самый… огромный из всех, что я когда-либо видел в своей жизни, который выглядит так, будто мог и ел маленькие острова. Понятно. Мы, э… — Я кашлянул в кулак. — Мы будем осторожны. — Да, так и сделайте, — вздохнула Апис, даже не поднимая головы, когда она забралась на спину Линдвирма. — Тем временем, я собираюсь найти самое крепкое, что смогу выпить, не отключив почки, в попытке стереть последние несколько минут из своей памяти. А вы… — Она махнула рукой в знак сдачи. — Честно говоря, пока это не влияет на меня, мне всё равно, что вы делаете. — Наслаждайтесь~! — пропел Саундбайт на прощание. И с этим, пока она направлялась к бару, я начал выбираться из Хельхейма — потому что Хаос знает, что у меня было более чем достаточно безумия на сегодня; пример тому, Брук, проходящий мимо и вытаскивающий Гиф из своего черепа — вместе с полдюжиной других членов команды, которые, я думаю, искали скорее расслабления, чем веселья. Кроме того, ну… лучше начать это планирование раньше, чем позже, верно? — Так, всем было весело? — спросил я непринуждённо, сложив руки за головой. — О-о-о, да. Я сорвала куш, — промурлыкала Нами с совершенно довольным голосом и выражением, когда она пошла рядом со мной, выглядя точь-в-точь как кошка, вонзившая клыки в сочную канарейку, что подчёркивалось тем, как она продолжала подбрасывать и ловить дублон одной рукой. Саундбайт, однако, был заметно не впечатлён, судя по презрительному взгляду, который он бросил на монету. — КАКОЙ ЕЩЁ КУШ, единственные новые деньги у тебя — ЭТА БЕРИ! — Ммхм, ты пра-а-ав, — напевала Погодная Ведьма в знак согласия, её ухмылка заметно расширилась, когда она начала перебирать монету между пальцами. — Всё, что мне удалось получить, это одна-единственная бери. Затем она повернула голову и посмотрела прямо на Беджи, поймав монету между двумя пальцами с огромной улыбкой. — Всего одна. Жалкая. Запасная. Бери. — И затем её рука мелькнула, и монета просто напросто исчезла. Беджи моргнул, глядя на Нами… прежде чем откинуть голову назад и откровенно взреветь от смеха, дойдя до того, что приподнял свою шляпу перед Нами в жесте, который я мог интерпретировать только как жест откровенного почтения. — …ты только что обеспечила нам вечную дружбу Огненных Танков, не так ли? — недоверчиво подытожил я. — Э, — Нами пожала плечами в фальшиво-небрежной манере, сложив руки за спиной, пока она шла с чуть большим покачиванием бёдер. — Как минимум, я заслужила вечное уважение их босса. — Она бросила на меня озорную ухмылку. — Я хорошо справилась? — Милая, — протянул я, обнимая её за плечи, когда мы выходили. — Ты справилась великолепно.

***

Трудно сказать, сделали ли результаты той встречи жизнь вокруг Скелтер Байта более или менее активной. С одной стороны, имея возможный способ добраться до Сабаоди, и скоро, помогло всем немного больше наслаждаться вынужденным пребыванием на берегу, потому что теперь они знали, что (с небольшой удачей) это будет всего лишь вопрос нескольких дней. С другой стороны, с Ку и его стаей, прочёсывающими всё в радиусе ста миль в поисках пиратских кораблей, с приглашениями в их сумках, Скелтер Байт переживал огромный приток клиентов, многие из которых не были тем типом пиратов, с которыми мы особенно хотели бы быть. Лола начала проводить большую часть дней на причалах, чтобы убедиться, что любой, у кого были плохие намерения, оставался на своих кораблях, и ей редко требовалась помощь, чтобы держать головорезов в узде. Чёрт, некоторые из них даже не получали шанса достичь доков, Треугольник отворачивал их прямо на своих границах. Ну, в любом случае, если что-то и было определённым в недавних событиях, то это: это будет гонка, которую стоит запомнить. И половину времени, который у меня был, я тратил на то, чтобы убедиться в этом факте, вкладывая свой опыт во все части планирования. Основными слушателями с моей стороны были наши местные птицы, способные перевозить пассажиров — Чучун и Билли — и Дюгони, как те, что в нашей команде, так и вне её; в совокупности они позволили бы нам увидеть блокаду с каждого возможного фронтального угла. И планы уже начали принимать форму с несколькими разведывательными поездками там и тут. А другая половина? Ну… честно говоря, я мог бы заполнить книгу или две всеми событиями на Скелтер Байте, и мне даже не пришлось бы помнить их все; с возмутительным и обыденным, взаимозаменяемыми, любой мог бы вообразить нелепую историю о происходящем там, и даже люди, побывавшие на острове, поверили бы в неё в мгновение ока. Но ничто из того, что произошло или что я представлял происходящим, не сравнится с главным событием, так что я просто приведу несколько основных моментов за неделю между. Хотя, конечно, не то чтобы всё, что произошло за это время, было совершенно чуждым…

***

ШЕСТЬ ДНЕЙ ДО СТАРТА

Удивительно спокойный обеденный перерыв того дня застал меня и моих партнёров сидящими напротив нашей насильно завербованной юнги, по её собственной просьбе. Или, ну, «партнёра», по крайней мере; Фанкфрид был единственным со мной, Лассу и Саундбайт тусовались с Паппагом по каким-то причинам, которыми они не сочли нужным поделиться, в нескольких кварталах отсюда. Понятия не имею, почему, но мех, присутствие Фанкфрида было всем, что волновало Ташиги, и поэтому это было всем, что волновало меня. И действительно, я должен был ожидать этой встречи; Ташиги была одержима мечами, и теперь у неё была уникальная возможность поговорить с одним из них. Фанкфрид, возможно, не был легендарным — к их обоюдному огорчению — но он всё ещё обладал инстинктами и опытом, чтобы ответить на любые её вопросы. А «спарринг» (читай: ежедневная смертельная схватка) между Зоро и Санджи на заднем плане создавал приятную атмосферу. Это помогало мне пытаться игнорировать сияющее, фанатское выражение Ташиги. Я серьёзно. Я мог видеть искры вокруг неё и отражённые в её глазах. Чертовски жутко. — Хорошо, я готова! — заявила Морпех. — Э-э, просто чтобы ты знала… — неловко сказал Фанкфрид, почёсывая затылок хоботом. — Я, может, и частично слон, но часть меня, которая является мечом, также является частью, которая отвечает за репродуктивные инстинкты, и… — ЭТО НЕ ТАК! — Глубоко вдохнув, Ташиги взяла себя в руки, к счастью, без искр. — Я просто… Я думаю, что это такой позор, что произведения искусства используются для мелкого насилия. 50 Искусных Мечей, 21 Великий Меч и 12 Высших Мечей! Они — предметы красоты, искажённые в инструменты разрушения. Меч должен подниматься только для сохранения мира! Вместо этого они используются для поддержания цикла насилия, который…! ХЛОП! Я вздрогнул от звука плоти, бьющейся о плоть, но, к моему удивлению — и Фанкфрида, судя по жёсткому, неестественному положению его хобота — это был не мой слоно-меч, прервавший тираду Ташиги, а сама Ташиги, которая только что ударила одним кулаком по другому, который медленно сжимался на столе по мере того, как её тирада набирала обороты. Она оставалась замороженной в этом положении примерно полминуты, её зубы скрежетали. Медленно она насильно расслабилась и тяжело вздохнула, прежде чем бросить решительный взгляд на Фанкфрида. — Я… прошу прощения за это, — вздохнула она, поднимая руку, чтобы прижать к вискам. — Я… я знаю, что я шла не туда, говоря то, чего не должна была говорить. Эти слова, эта… философия родилась из чёрно-белого мировоззрения, железной веры в то, что поскольку мы… поскольку я была Морпехом, то, во что я верила, было «справедливым». Что поскольку они были пиратами, а я Морпехом, у меня был долг, право забирать их мечи, потому что я не одобряла то, как они их использовали. Вера, которая, как я теперь понимаю… полностью оторвана от реальности, или, по крайней мере, от любого чувства чести или порядочности. — Я всё ещё буду искать именные Мечи, — продолжила она. — Это не изменилось. Но. Я буду судить их владельцев на основе их действий и намерений до того, как буду судить их по их флагам. И когда я возьму их клинки, это будет не потому, что я была права «в принципе», а потому, что я была права, потому что я победила. А если они победят, ну… — Её рука опустилась, чтобы большим пальцем потереть гарду Сигурэ. — Полагаю, у меня не будет особых причин жаловаться, верно? Мы все впали в момент уважительного молчания (не считая столкновения стали Зоро и кожи Санджи), пока мы обрабатывали слова Ташиги и её новообретённую — или, возможно, заново перекованную? — решимость. В конечном счёте, именно Фанкфрид нарушил тишину, подняв хобот к своему лбу с усмешкой. — Ну, я буду честен с тобой: я действительно впечатлён. Я не был особенно доволен, когда Кросс рассказал мне о твоей первоначальной философии, особенно из-за моей личной перспективы… но это? С этим я могу согласиться. И я искренне верю, что любой клинок, который тебе удастся выиграть? Им повезёт оказаться в руках кого-то такого преданного, как ты. Похвала вызвала радостную ухмылку у Ташиги, которая быстро превратилась в выражение откровенного восторга, когда она с энтузиазмом просияла на Фанкфрида. — Ты имеешь в виду, как Кросс забрал тебя у Спандама после того, как избил его? Я-я-я понимаю, что это не был поединок на мечах, но тогда ни Кросс, ни Спандам не были и не являются хорошими мечниками… — Верно в обоих случаях, я могу это засвидетельствовать, — мудро кивнул Фанкфрид. — Вау, отлично сделано, прямое попадание. Хочешь, чтобы я наточил тебя перед следующим разом, когда ты ударишь меня в спину? — сухо сказал я. — …так это значит, что ты принял поражение и право Кросса владеть тобой потому, что ни один из них не был фехтовальщиком? И как мечи в целом интерпретируют, когда настоящий фехтовальщик побеждён кем-то, кто им не является? О, о, и ещё, большинство масел для лезвий не так уж сильно отличаются по качеству, если разобраться, но это с точки зрения пользователя. Как они ощущаются для меча? И, и…! Я закатил глаза и отвернулся с усмешкой, пока Ташиги начала набирать хороший темп, сам Фанкфрид — существо, которое легко перевешивало её более чем в десять раз — отклонился от неё с застенчивой ухмылкой. В конце концов, как бы сильно я ни любил мучить рассеянную фехтовальщицу, она всё ещё была ценным другом и коллегой, так что было приятно видеть её такой нетерпеливой и оживлённой. Вжух… — И говоря о рассеянных… — пробормотал я себе, обращая внимание на место рядом со мной, куда только что влетела (хех) Виви и наблюдала за шоу продолжающейся дра… спарринга Зоро и Санджи, это был спарринг, они очень настаивали на этом — с задумчивой гримасой на лице. Ну, чёрт, Возможность, тебе не нужно так сильно стучать в мою дверь! — Надеешься на ещё один вид крепких парней, ваше высочество? — поддразнил я. Виви резко выпрямилась на своём месте, её лицо покраснело, ветер засвистел из её ушей. — Н-нет! То есть, да, я имею в виду, это было бы неплохо, но не за этим я наблюдаю! — Обмахиваясь, принцесса сумела взять себя более-менее под контроль… хотя румянец всё ещё оставался. — Я просто заметила — и я не могу поверить, что не подумала об этом раньше — что эти двое невероятно Кисмет друг для друга. — Лааадно, я ничего не понял, — признался я, прежде чем побледнеть, когда мне пришла в голову самая ужасная мысль. — О, ради всего святого, не говори мне, что ты присоединилась к рядам шипперов! — Что… о, Сет, нет, нетнетнет, никогда! — яростно отрицала Виви, её лицо было картиной возмущения, прежде чем стать задумчивым?! — Ну, я имею в виду, была эта штука с оливковым маслом, и логически два лучше, чем… — Объясни это слово, чтобы я знал, вразумить тебя или бежать! — отчаянно прошипел я. — П-правильно, правильно, — поморщилась Виви, самосознательно кашлянув в кулак. По крайней мере, это то, что я мог ясно слышать. Я искренне надеюсь, что я просто неправильно расслышал то, что она сказала себе под нос, потому что в противном случае Козу ждала очень… неожиданная первая брачная ночь. — Ахех, э-э, в любом случае, нет, э-это совсем не о любви. Э… совершенно противоположное на самом деле. Это, э-э… не имеет прямого эквивалента в этом языке, но хорошее приближение — это «обречённая ненависть». Хотя, э-э… — Она задумчиво постучала пальцем по подбородку. — Я думаю, я помню, как Чака называл это чем-то вроде «двух душ, решивших нахраписто трахать друг друга в личность». Мне действительно потребовалась минута, чтобы остановиться и осмыслить это. — Вот как, — задумчиво произнёс я, вопросительно приподняв бровь, рассматривая сражающуюся пару. — «Нахраписто трахать друг друга в личность»… что ж, я определённо могу это видеть… — Я сделал паузу, когда мой взгляд упал на одинокую миску, стоящую на столе, и, ни на секунду не раздумывая, я поднял руки с едва сдерживаемой улыбкой. — Но серьёзно, ребята? На публике? Прямо перед моим салатом? — Моим салатом, — внезапно прорычала Ташиги, мгновенно прервав свой разговор, чтобы схватить миску и прижать её к себе. Хм, я даже не заметил, что она заказала… ну, если она собирается делать это настолько легким для меня… Нацепив улыбку на лицо, я начал тянуться через стол. — Ну же, Ташиги, я предпочитаю думать об этом как о нашем сала…! ТУНК! — АГХ, СУКА! — взвыл я, царапая нож, который только что пригвоздил мою руку к столу! — ХАХАХАХАХИХИХИХОХОХО! — завыл Саундбайт из ниоткуда. — СГИНЬ В АДУ, МАЛЕНЬКАЯ СЛИЗНЯКОВАЯ ЯЗВА! — Вау, двое одновременно, — выдохнула Виви, прикрыв рот руками, глядя на нас сверкающими глазами. — Воистину эта команда благословлена судьбой. — Ага, — согласился Фанкфрид, засовывая в рот листья салата. — МЫ ТАКЖЕ БЛАГОСЛОВЛЕНЫ ДОКТОРОМ МИРОВОГО КЛАССА, ТАК ЧТО ПУСТЬ КТО-НИБУДЬ УЖЕ ПОЗОВЁТ МОХНАТОГО УБЛЮДКА! — О, да, если подумать, куда он ушёл? — задумался Фанкфрид — ХРЯСЬ! — ГВАХ?! — прямо перед тем, как Ташиги ударила его в челюсть рукоятью Сигурэ, когда он потянулся за очередной порцией зелени. — НОС ПРОЧЬ ОТ САЛАТА, ИЛИ Я СДЕЛАЮ ИЗ ТЕБЯ КЛАВИШИ ДЛЯ ФОРТЕПИАНО! — взорвалась замаскированная Морпех. — Я НЕ ЕЛА ЛИСТОВУЮ ЗЕЛЕНЬ ТРИ НЕДЕЛИ, Я НЕ УПУЩУ ЭТОТ ШАНС! — КТО-НИБУДЬ УЖЕ ВЫТАЩИТЕ ЭТОТ ЧЁРТОВ НОЖ! — ХОХОХОхихихиХАХАХАХА! — И Я ПОВТОРЯЮ, ГДЕ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ЧОППЕР?!

***

Уши Чоппера дёрнулись, и он оторвался от своего блокнота. — Ты что-то слышала? — поинтересовался он. — Ссс-сс-ссс! — прошипела большая анаконда, лежащая на смотровом столе, который он реквизировал из местной клиники в обмен на дневную работу, пригвоздив крошечного доктора суровым взглядом, когда она помахала кончиком хвоста у своей головы. — О, точно. Извини, можешь превращаться обратно. С максимально возможным вздохом облегчения змея изменилась и превратилась обратно в Сандерсонию, извиваясь на месте. — Фух, так лучше, — пробормотала она, разминая руки и другие суставы. — Нечасто полностью превращаюсь в животное, всегда странно ощущать, как теряешь и отращиваешь конечности. — А у меня, между тем, никогда не было проблем с переключением между анатомией копытного и стопоходящего… может быть, просто потому что у меня было больше практики в детстве? В любом случае, это интересно, — отметил Чоппер, вслух и на бумаге. — Хорошо, и это завершает физический осмотр. Теперь остальные тесты. — С этими словами маленький доктор подошёл к своему рюкзаку и начал в нём копаться. — Да, следовало догадаться, что будут ещё тесты, — проворчала Сандерсония, ковыряя пальцем в своём только что отросшем ухе. — И что же это за другие тесты, кстати? — Сейчас я буду использовать инструменты. Несколько точных цифр для подтверждения наблюдений. — Выпрямившись, Чоппер повернулся и показал манжету для измерения давления и два внушительных стакана, уравновешенных в его копытах. — Для начала я измерю твоё кровяное давление, а потом мне нужно, чтобы ты наполнила их. Глаза Сандерсонии расширились, и она немного плотнее сжала ноги. — Чем? И, о чём я действительно должна была спросить раньше, зачем? — спросила она сдавленным голосом. Улыбка расплылась по лицу Чоппера, и желудок пиратки Куджа опустился ещё ниже. Она слушала СВС, поэтому узнала, что это значит, когда глаза Чоппера буквально загорелись научным восторгом. — Ты делаешь то, что я тебе говорю, потому что данные, которые я собирал по всему этому наспех собранному плавучему сумашедшему дому, всё ближе и ближе подталкивали меня к прорыву, нить за чешуёй за слизью, и ты со своими данными — последние кусочки информации, которые мне нужны, чтобы закрепить теорию, над которой я работаю месяцами. И это позволит мне наконец написать и опубликовать мой трактат о Психореактивных Полиморфных Свойствах Дьявольских Фруктов Зоан и их самоналагаемых ограничениях! Однако прежде чем амазонка успела потянуться за ближайшим тяжёлым предметом, искра в глазах Чоппера погасла, и он переключился на свои обычные радостные извивания. — Оооо, это будет так здорово! Первая работа такого рода, вообще! Я произведу революцию во всей области! Во всей парадигме, ихихихи! Сандерсония удивлённо моргнула от резкой перемены и медленно выпрямилась, с любопытством глядя на молодого доктора. — Не мог бы ты… объяснить мне это, пожалуйста? Я не совсем понимаю, к чему ты клонишь. Чоппер замер в разгаре интеллектуального экстаза и поспешно взял себя в руки, отложив свои инструменты, чтобы уделить старшей пиратке всё своё внимание. — Это, э, немного сложно… ну, давай начнём с основных принципов и будем двигаться дальше. Зоаны: что ты знаешь о «правилах» наших фруктов? — Э… — Сандерсония с любопытством наклонила голову. — Это… довольно очевидно, не так ли? Помимо обычного «избегай моря» и прочего, Зоаны могут принимать три формы: животное, полуживотное и че… э-э, оригинальную, верно? Чоппер приподнял бровь. — Неужели? — Не дожидаясь ответа, он взял Рамбл-Болл из своей сумки, разжевал его и быстро сменил четыре формы, которые тот ему дал: Рука, Защита, Рог и, наконец, Прыжок. — Но я способен на семь форм. Так о чём это говорит? — …что правила не распространяются на Соломенных Шляп? — попыталась Сандерсония с застенчивой улыбкой. Эта улыбка полностью исчезла с её лица под явно неприятным взглядом, который бросил на неё олень с возросшими умственными способностями. — Но, э-э, серьёзно, тебе нужны химикаты, чтобы использовать эти другие формы, не так ли? — И они мне нужны были, чтобы достичь моих высших умственных способностей, да… — кивнул Чоппер, признавая. — Но тот факт, что я вообще способен на эти вещи, подразумевает, что, как минимум, в Зоанах есть нечто большее, чем известно современной науке. И этот факт подтверждается данными и наблюдениями, которые я недавно собрал от самых разных видов Зоанов. — Данными и наблюдениями, такими как… — амазонка вопросительно покрутила рукой. — Что ж, среди прочего, — начал Чоппер, листая обратно свой блокнот. — Есть отчётливо ящероподобное рычание Икс Дрейка, на которое не должны быть способны голосовые связки и грудная полость человека. Зоаны сокола и шакала, которых мы встретили в Алабасте, регулярно ухаживают за собой и чистятся, даже в человеческих формах. Мерри почти всегда ведёт себя как ребёнок, хотя, если вернуться к тому времени, когда были нарисованы её чертежи, ей технически больше двадцати лет, и при этом её пищевые привычки каким-то образом не разрушают её пищеварительный тракт. И это черта, которую разделяют Лассу и Фанкфрид; они любят перекусывать порохом и полиролью соответственно. Я даже не упомянул ещё себя; мой Дьявольский Фрукт дал мне человеческий интеллект, и я никогда бы не осознал ничего из этого, если бы сначала не осознал этот факт. Затем он закрыл свою книгу и указал на Сандерсонию. — А ещё у нас есть ты с твоим тридцатисантиметровым языком. Сандерсония моргнула от удивления, скосив глаза, чтобы посмотреть на внезапно застывший язык, о котором шла речь. — Гуххх…? — А ещё вот это. — Что…? — Сандерсония посмотрела обратно на Чоппера — Тунк! — ХССС! — и тут же отшатнулась от него с почти рычащим шипением, когда олень попал ей в лоб кубиком льда, как ни странно. — КАКОГО ЧЁРТА, МАЛЕНЬКИЙ МЕХОВОЙ КОМОК?! Я НЕНАВИЖУ ХОЛОД…! — …и ты предпочитаешь, когда тепло, верно? И твоя сестра Мариголд разделяет эти предпочтения? — ДА… ах… д-да, вообще-то, это так. Как ты… — Я пришёл к такому выводу, потому что ваши Зоаны — рептилии, а значит, эктотермические. То есть, вы хладнокровны. — Когда понимание отразилось на её лице, он перевернул страницу на чистую. — Теперь… когда ты заметила, что твой язык остался змеиным даже в человеческой форме? Сандерсония медленно опустила голову, её руки сжали предплечья, когда другой вид холода окутал её. — Это было… когда мы бежали. Мы привыкли использовать наши гибридные формы, чтобы вынюхивать врагов. Ммм… те дни сливаются вместе, но в какой-то момент мы поняли, что всё ещё можем чуять их, не меняясь. Мы также заметили наши языки, но к тому моменту мы действительно не могли заставить себя беспокоиться об этом. Чоппер скрыл гримасу от её реакции и похлопал её по колену. — Из-за стресса, который вы испытывали, твой разум размыл границы между тобой и змеёй. И из-за этого размытия ты можешь проявлять аспект силы фрукта, даже не задумываясь об этом. Даже когда ты думала, что это невозможно. — Его спина выпрямилась, его взгляд вспыхнул аналитически. — Не припоминаешь ли ты какие-либо другие элементы ваших с сестрой способностей, которые вы считали незначительными до сих пор? — Ах… ну… — Язык Сандерсонии нервно дёрнулся, и она втянула его обратно. — Есть… одна вещь, но я никогда… Чоппер добродушно улыбнулся ей. — Это наука, Сандерсония. Не существует таких… или, по крайней мере, существует очень мало случаев незначительных данных. Амазонка кивнула на это и закрыла глаза, сосредоточившись. И прямо перед изумлённым взглядом Чоппера амазонка уменьшилась в размерах. Это было похоже на превращение Зоана, но вместо того чтобы снова облачиться в свою зелёную чешую, Сандерсония осталась полностью человеком, за исключением того, что теперь у неё был нормальный, человеческий рост. Рост, может быть, в семь футов, но всё же в пределах нормы. — Нам… приходилось много прятаться, пока мы бежали, и быть большой не особо помогало, — объяснила Сандерсония с лёгкой гримасой, рассматривая свои уменьшенные руки с равной долей неуверенности и вновь обретённого интереса. — Ночь за ночью мы замечали, что нам всем легче свернуться вместе. Мы с Мариголд никогда не думали, что это особенно полезно, потому что, ну, какая польза воину от того, чтобы стать меньше, но если это поможет…? Тут она замолчала, потому что искра в глазах Чоппера вернулась, гораздо ярче, чем прежде. Его копыта были размытым пятном, ручка заполняла страницу за страницей. — Просто чтобы уточнить, — пробормотал учёный почти рассеянно. — Твой основной размер, это было…? — Это естественно, — пояснила Сандерсония, возвращаясь к указанному размеру. — Я всегда была такой большой, мы всегда предполагали, что у моего отца где-то в родословной была кровь гигантов. — Ммргх, — слегка нахмурился олень, перелистывая назад и зачёркивая несколько вещей. — Это означает, что ты, вероятно, просто переносишь размер своего животного состояния на человеческое тело. Всё равно интересно, но не совсем то, на что я надеялся… — Закончив с этим, он продолжил заполнять новые страницы. — Но, тем не менее, этот вид трансформации в сочетании с измерениями твоей полуформы действительно подтверждает мою теорию… Теперь уже более чем заинтересованная в разговоре, Сандерсония с любопытством наклонилась вперёд. — Наконец-то! Что же такое эта знаменитая, революционная теория? Блеск в глазах Чоппера стал почти опасным. — Плотоядные Зоаны, что ты о них знаешь? — Свирепые сукины дети, как в шкуре, так и без неё, к тому же чертовски сильные, — быстро ответила Зоан-змея, даже с гордостью, хотя и с оттенком раздражения. — Я имею в виду, я должна знать, мы с Мариголд являемся Плотоядными. — Тогда ты знаешь, что ещё один аспект Плотоядных заключается в том, что вы всегда титанические, — согласился Чоппер, энергично кивая. — Их полуформы — ваши полуформы — всегда экспоненциально больше, чем любая из двух других ваших форм. Тенденция, которая отсутствует у всех других пород Зоанов, замечу! До сих пор считалось, что такой размер просто существует потому, что «так устроены вещи»… Он встретился взглядом с Сандерсонией с неприкрытым восторгом. — Но если моя теория верна, то прилив инстинктов и адреналина, который Плотоядные получают от своих животных сущностей, в сочетании с их человеческим менталитетом, приводит к массовому всплеску! Это может означать, что Плотоядные на самом деле способны подавлять свой адреналин и сжиматься до гораздо более человекоподобных состояний — подвиг, о котором я уже слышал, не меньше — или что с правильным менталитетом не-Плотоядные на самом деле могли бы принимать такие формы для себя! Возможности так же безграничны, как и увлекательны! — Так какова же твоя теория? Выкладывай! — нетерпеливо прошипела Сандерсония, теперь буквально сидя на краю своего места. Чоппер ответил на её широкую улыбку, зуб в зуб. — Боа Сандерсония, препарат, который, как ты видела, я принял несколько минут назад и который разблокировал мои другие формы, — это изобретение, которое я активно использовал с момента встречи с Пиратами Соломенной Шляпы. Он помог мне достичь высот своих способностей, о которых я раньше и не думал. Моя теория… заключается в том, что с самого начала это был не более чем плацебо. Что-что-что с самого момента, как я съел свой фрукт, я был полностью способен достичь каждой из моих форм и больше… и что то же самое верно для каждого живого Зоана! Человек-олень широко раскинул руки с радостным хихиканьем. — Подумай об этом, Сандерсония! Что, если! Что, если ничего в Зоанах не связано с самими фруктами, а с разумом их обладателей! Что, если каждый существующий Зоан способен использовать свои способности такими способами, о которых они никогда не смели мечтать, просто потому что до сих пор они считали эти способности невообразимыми! Трансформация отдельных конечностей, манипуляция размером беспрецедентным образом! Трансмогрификация! Гибридизация! Эволюция, от самых ограниченных из Дьявольских Фруктов до такой же гибкости, как у самых могущественных и креативных Парамеций! Сандерсония отшатнулась на своём месте, на её лице было написано благоговение. — Это… если тебе удастся донести хотя бы часть этого до хотя бы дюжины Зоанов… т-ты можешь изменить мир! — В следующий момент она снова выпрямилась, её выражение потускнело. — Может быть, слишком сильно… Я имею в виду, Пираты Зверя Кайдо почти полностью состоят из Зоанов. И количество других пиратов с ними, и Морская Пехота… Кросс регулярно устраивает хаос, а если ты опубликуешь эту свою работу… ты выпустишь совершенно новую породу, созданную тобой самим. Т-ты уверен, что хочешь это сделать? Выражение Чоппера тоже стало серьёзным, и Соня почти пожалела об этом. Взгляд человека-оленя пылал тихой, тонкой яростью. — …Я знаю, что некоторые люди будут злоупотреблять этими знаниями. Все знания так или иначе извращались на протяжении всей истории, и я не настолько наивен, чтобы полагать, что моё открытие будет чем-то отличаться. Но в то же время всегда найдутся люди, которые используют его и во благо. И если моя работа может помочь хотя бы одному человеку, хотя бы единожды, даже самым незначительным образом, то это… — Он хлопнул копытом по бумаге. — Будет стоить всех усилий. Так что да, Боа Сандерсония, я уверен и убеждён. Я намерен следовать по стопам своей команды, по стопам моих товарищей Демонов, и основательно потрясти мир. Затем решительное выражение Чоппера стало пустым, когда он кивнул головой в сторону почти забытых мензурок, которые он поставил. — Но мне нужно больше данных, прежде чем я смогу сделать из этого что-то существенное, а это значит, что мне нужно провести больше тестов. Итак, ты готова продолжать, или мне нужно попытаться найти кого-то ещё? Уверенность Сандерсонии сильно пошатнулась, и она с опаской посмотрела на стеклянную посуду. — Это, эм… будет безболезненно, да? То, как загорелись глаза доктора, абсолютно никоим образом не успокоило её. — О да, будь уверена, ты ничего не почувствуешь, — произнёс Чоппер. — Доверься мне. Я доктор. — Ты же понимаешь, что именно поэтому я тебе не доверяю, да?!

***

ЧЕТЫРЕ ДНЯ ДО НАЧАЛА

— Иеремия, я понимаю, что это почти наверняка нелепый вопрос, но… когда ты перестанешь давать своим союзникам стимул серьёзно тебя травмировать? — Ну, поскольку мы союзники и… ннх… всё такое, может, я мог бы убедить тебя… гнн… выполнить эту операцию бессмертия на мне, чтобы хотя бы я не… ТВОЮ МАТЬ! — Извини, рука соскользнула, — заявил Ло, совершенно не сожалея. — Полагаю, я не должен удивляться, что ты знаешь и об этом тоже. На мгновение воцарилась тишина, пока Ло продолжал работать. — Так это да или…? — подтолкнул я. Взгляд, который Ло бросил на меня, мог бы содрать краску. — Есть только один человек, которого я уважаю настолько, чтобы сделать эту операцию для него, и он умер одиннадцать лет назад. Нет. Взмахнув свободной рукой, я издал крик поражения. — ПРОКЛЯТЬЕ! Вновь секрет вечной молодости ускользнул от меня! Поведение Ло перешло от едкого к бесстрастному за две секунды. — …ты спросил меня об этом только для того, чтобы иметь повод сказать это, верно? — Номер 6 в моём Списке Вещей, Которые Я Хочу Сказать Хотя Бы Раз В Правильном Контексте™! Казалось лучшей возможностью, которая у меня когда-либо будет, — усмехнулся я, бесстыдно показывая ему знак V. Это принесло мне ещё один укол в мои недавно восстановленные нервы, хотя, поскольку на этот раз я видел это приближение, я мог отделаться только стиснутыми зубами. В общем-то, возможно, мне было бы лучше просто держать рот на замке, но я понял некоторое время назад, что тренировки в течение следующих двух лет будут настоящим кошмаром без Чоппера поблизости и с нервами в моих руках, всё ещё повреждёнными пытками молнией Энеру… чёрт, это было месяцы назад, не так ли? В общем, вместе с зияющей дырой в моей руке (и подумать только, я подумывал о том, чтобы ослабить давление на бедные, хрупкие нервы Морской Пехоты. Ни за что теперь!), я попросил Ло починить нервы, поэтому он сейчас восстанавливал повреждённые соединения и… вроде как восстанавливал кожу. Ло сказал мне в самом начале, что мог бы сделать мои руки как новые — или даже дать мне совершенно новые — но я попросил его ограничиться самым минимумом, который он мог бы сделать. Честно говоря, меня не волновало, насколько узловатыми выглядели мои конечности, мне даже нравились реакции, которые я мог вызвать у людей порой; моя единственная настоящая проблема заключалась в необходимости держать их онемевшими и закрытыми, чтобы они не ощущались горящими. И только лишь работа с нервами, которую Ло сейчас проводил, отлично справилась бы с этим. Но прямо сейчас это просто чертовски болело. Притуплённые или нет, работа со старыми нервами болела, а восстановленные ужасно чесались. Мои ноги и правая рука, по крайней мере, были закончены и поэтому получили какой-то крем, который успокаивал это. Моей левой? Нет такой удачи. — Итак, — сухо заявил Ло, продолжая работу, ковыряясь в моей руке с куда более непринуждённой лёгкостью, чем мне было комфортно. — Какие-нибудь другие бомбы правды, которые ты хочешь на меня сбросить? Я прикусил губу по совершенно новой причине. Было пара… но по крайней мере одна из них могла заставить Ло попытаться убить меня. Я взглянул на свою руку; с другой стороны, он почти закончил. Что ж, рискнуть бери и всё такое. — Две вещи, — сказал я, демонстративно игнорируя усталый вздох, который это вызвало у доктора. — Во-первых… Бонни. Присматривай за ней, и если сможешь, постарайся быть в положении, чтобы помочь ей. Я не знаю много о её прошлом, я не знаю много ни о ком, кроме тебя, на самом деле… и Дрейка, наверное… но она важна. Каким-то образом. Каждая Супернова должна быть важной, это единственная причина, по которой я бы знал о них, я просто знаю, что они важны. Но она больше, и более непосредственно. Особенно потому, что есть большая вероятность, что она столкнётся с Чёрной Бородой и Акаину один за другим… скоро. В какой-то мере. И когда Акаину конкретно говорит, что Мировое Правительство в панике из-за того, что кто-то не там, где они хотят, чтобы он был, тогда ты лучше поверь, что это тот, кого я очень хочу уберечь от их рук. Капиш? — Как восхитительно расплывчато, — протянул Ло. — А второе? Я… честно говоря, размышлял, стоит ли мне устроить приманку, переключить его внимание и сбежать. Было бы забавно, но идея умерла так же быстро, как родилась. Делать что-то подобное было бы потенциально смертельно и, что более важно, позорно для памяти Коразона. Я потратил время, чтобы дважды убедиться, что никого нет поблизости, прежде чем снова заговорить. — …Даже со своими знаниями, я не могу утверждать, что знал Донкихота Росинанта так же хорошо, как ты, Ло, — сказал я медленно и осознанно, делая паузу на несколько секунд, пока ждал, когда «хороший» доктор возьмёт под контроль дрожь в запястье. — Но. Есть один человек, оставшийся в мире, который может. Я упоминал ранее, что когда Дофламинго убил своего отца, Росинант был сломлен, пока его не нашла группа морпехов, и он присоединился к ним, потому что их командир взял его под своё крыло. То, о чём я умолчал, было то, что этот командир стал новым отцом для Росинанта. Что делает его… самым близким к дедушке, кого ты имеешь. Я осторожно взглянул на Ло, найдя некоторое утешение в том, что его выражение было только нейтральным. — Я уже планировал завербовать его в Масоны позже. Но ты единственный, кто имеет право использовать эти отношения как рычаг. Я не прошу тебя об этом, конечно! — поспешно добавил я, когда уголок челюсти Ло дёрнулся в едва заметную гримасу. — Это крайнее средство, ничего больше. Я рассказываю тебе это только потому, что ты имеешь право знать. То, как Ло закатил глаза, было отнюдь не тонким. — Ты уже доказал, насколько ты меня боишься, Иеремия. Слушай, на случай, если ты забыл, я довольно равнодушен; нет ничего, что ты мог бы сказать, что разозлило бы меня настолько, чтобы я причинил тебе боль. Так что выкладывай, о ком ты говоришь? — спросил он нетерпеливо. — …Сенгоку. Ло намеренно отдёрнул руки от моей руки и шлёпнул скальпель плашмя о стол, его глаза слегка остекленели, когда он смотрел в никуда. — Дополнение, — медленно процедил он. — Дааааа… — медленно кивнул я в знак согласия, неловко почёсывая подбородок. К счастью, однако, после нескольких минут размышлений он сделал глубокий, терпеливый вдох и вернулся к своему обычному, относительно бесстрастному поведению. Затем он вернулся к работе, и через несколько коротких, безмолвных минут он закончил. Ло отстранился, его Пространство исчезло в следующий момент. Я начал наносить крем на свою руку, когда он снова заговорил. — Кто-нибудь ещё знает об этом? — …Сколько шпионских триллеров ты читал или думаешь, что я читал? — пробормотал я, но не дал ему времени оторвать мне голову и начать использовать её как футбольный мяч. — Некоторые другие в Маринфорде могут знать об этом, но это была бы старая гвардия, которая либо знала Росинанта лично, либо были доверенными лицами Сенгоку. Помимо них, единственные, кто слышал это от меня, это Смокер, Ташиги, Нами и Мерри… о, и Робин. Это всплыло после Эниес, и я сказал им не распространяться об этом. Ло молчал ещё минуту, прежде чем тихо вздохнул. — Я, честно говоря, не знаю, что чувствовать по этому поводу, — сказал он наконец. — Ну, у тебя есть пара лет, чтобы разобраться в этом; я серьёзно сомневаюсь, что Сенгоку будет достаточно открыт для разговора о Коразоне, пока он наконец не отомстит. Ло выдохнул на это, звуча искренне облегчённым от этой идеи. Затем он взмахнул рукой и закрыл мою конечность с… честно говоря, почти оскорбительной лёгкостью. Серьёзно, мне хотелось бы представить, что потребуется хотя бы какое-то усилие, чтобы исправить травму, которую можно определить как «в лучшем случае калечащую». Тем не менее… я не мог не улыбнуться с благодарностью, сгибая пальцы, двигая конечностью более свободно, чем когда-либо за, ну, долгое время. — Серьёзно, Ло, спасибо, что помог мне, — горячо сказал я. — Ммм… я бы сказал «не привыкай к этому», но мы оба знаем, что шансов на это нет. Просто имей в виду, что в следующий раз, когда мне придётся исправлять столько повреждений, это будет иметь свою цену, — ответил он, убирая те немногие инструменты, которые ему понадобились. — А теперь, если мы здесь закончили, я собираюсь убраться от тебя как можно быстрее, чтобы избежать втягивания в твою чепуху. ГРОХОТ! — Чёрт, слишком поздно. — Эй, Брук, — сказал я непринуждённо, совершенно не обеспокоенный тем фактом, что мой товарищ по команде только что влетел сквозь стену с отпечатком ноги на спине. — Ты же понимаешь, что однажды ты спровоцируешь кого-то таким образом, что тебе повезёт, если ты выйдешь из этого живым, верно? — На пятьдесят лет опоздал, Кросс! — засмеялся Брук, поднимаясь, небрежно отряхиваясь. — В конце концов, я уже мёртв! ЙОХОХОХО, ШУТКА ЧЕРЕПА! — Какое возможное обстоятельство позволило бы тебе сказать это кому угодно, Иеремия? — добавил Ло, совершенно бесстрастно. — Тот факт, что я не спрашиваю откровенно женщин, чтобы они показали мне своё нижнее бельё. Глаз Ло дёрнулся. — Ммхм, — кивнул я в знак согласия. — И всё же, кстати, кого ты разозлил на этот раз, старик? — О, ту восхитительную рыжеволосую, которая недавно присоединилась к команде Бартоломео! Его новый со-первый помощник, я полагаю? — скелет усмехнулся, поправляя свою челюсть. — Очень боевая, она далеко пойдёт! — Очевидно, — фыркнул Ло, бросая на нас обоих раздражённые взгляды. — Ну, по крайней мере, это не слишком безумно по стандартам вашей команды. Хех, он мог бы сказать это ещё ра— — О, я бы не сказал этого. Подождите, что?.. почему Брук навис надо мной? Почему его брови выглядели так, будто они хмурятся? Почему я видел призрачную ауру, возникающую вокруг него? — Видишь ли, Кросс, у нас с тобой конфликт, — заявил Брук, начиная ходить взад и вперёд. — Мы оба владеем одним мечом, в то время как Зоро владеет тремя, а Лео — двумя. Всё хорошо и прекрасно… кроме одного. Иииии снова нависание. — На нашем корабле может быть только один, истинный мастер стиля Одного Меча. И вот так, он снова был весь в улыбке. Образно говоря. — Таким образом, я официально вызываю тебя, Иеремия «Голос Анархии» Кросс, на дуэль на мечах, чтобы определить, кто действительно является мастером одного меча в команде! Мы встречаемся в полдень с обнажёнными мечами! — Он сохранял свою гордую манеру несколько секунд, прежде чем его голова внезапно повернулась в сторону, очень знакомый блеск в его глазницах. — Оооо, это белое кружево, которое я обнаружил в той стороне? — Прежде чем я мог сделать буквально что-либо, он вернулся в дыру, которую он сделал, одна нога снаружи. — Если я не вернусь через десять минут, поговори с Усоппом, он организует поединок! Подождите меня, мои шелковистые милааашки! Иииии вот так он умчался. —… не слишком ли поздно попросить тебя ввести меня в медицинскую кому на оставшуюся часть недели? — слабо спросил я Ло. — Или его, если на то пошло? — Извини, Иеремия, — ухмыльнулся Ло, откидываясь на своём месте с ухмылкой полного рока. — Но хотя я мог бы сделать это… я просто думаю, что будет веселее наблюдать за этим. — Отлииично… — простонал я, стукнувшись головой о стол в отчаянии.

***

Тем временем, в нескольких кварталах отсюда, Джувелри Бонни шагала по улицам, сузив глаза и поджав губы в раздумье о том, что она подслушала. Он не знал. Иеремия Кросс, человек, заработавший одну из самых больших наград в мире исключительно благодаря знанию кучи вещей, которых он не должен был знать, будучи при этом полностью готовым выпалить их миру, не знал о ней, или даже о большинстве других Суперновых, если на то пошло! Ну. Он не знал важных вещей. Он бы упомянул её связь с Кумой, если бы знал, или её способность попасть в Мариджуа по своему желанию. Хм. Теперь, когда она подумала об этом, она действительно была рядом с Ред-Лайн, может быть, она могла бы заскочить туда на неделю и выкрасть бочонок этого превосходного Столетнего Супа, который они держали в запасе, и, возможно, немного Драгоценного Ме— Бонни покачала головой. Нет, это было не важно. Важным было то, что она была загадкой для чёртова Иеремии Кросса — и что, по-видимому, она направлялась к столкновению с Акаину. И каким-то парнем по имени Чёрная Борода, но кого волновал какой-то никто, о котором она никогда не слышала? В любом случае, встреча с Адмиралом, особенно с этим Адмиралом, была последним, чего она хотела. И выход просто сидел там, вот-вот будет искалечен своим собственным членом экипажа. У Кросса были знания и союзники; у неё был рычаг. Информация, которой у него не было. Да. Да, объединение с Соломенными Шляпами выглядело всё более привлекательным, чем дольше она об этом думала. Но… — Действительно ли я хочу присоединиться к другой команде? — задумалась она, небрежно стащив полдюжины мясных шампуров с проезжающей тележки с едой и сунув пачку купюр в лицо владельца упомянутой тележки, прежде чем он успел поднять шум. — У меня всё хорошо в одиночку. Но… Акаину. Угх. — Проглотив изрядный кусок мяса, она снова обдумала это, привычное жевание помогало ей думать. К сожалению, это не помогло ей действительно прийти к какому-то выводу. Что оставляло только одно реальное решение. — Дааааххх! — взвыла розоволосая капитан, нетерпеливо почёсывая голову. — К чёрту, где ближайший ресторан?! Мне нужно серьёзно подумать! Вспышка привлекла её взгляд, а запах — её нос одновременно, и она повернулась, чтобы заметить, что она непреднамеренно забрела в неофициально-официальный «Район Вано», который медленно возникал вокруг таверны Белоуса в таком же стиле, и она только что наткнулась на один из последних типов магазинов в этом стиле. Просторный, уютный, хорошо оформленный, с иголочки. Вывеска провозглашала «Лапшичная Гоя!», и выглядела совершенно новой. — Какого чёрта, — решила Бонни, прежде чем войти. Внутри было так же мило и уютно, как снаружи, но большинство столов были свободны… и лишь мимолётный взгляд был необходим, чтобы понять почему. Сидя на противоположных концах одного стола в центре были Монки Д. Луффи и чёртов Лаки Ру из пиратов Красноволосого, с поднятыми меню, скрывающими друг друга. Воспоминания о времени у стенда с такояки и о драке в баре промелькнули в её голове, и Бонни с энтузиазмом села за стол, с которого открывался хороший обзор на этих двоих. Один ненадолго опустил меню. Затем он поднял его обратно, когда другой опустил меню. Затем наоборот. Затем они опустили свои меню и посмотрели в сторону кухни, всё ещё не видя друг друга. Затем они выпили свои напитки и подняли меню одновременно. Весь этот обмен оставил Бонни наполовину сползшей со стула, дрожащей от смеха, сдерживаемого только потому, что её хохот нарушил бы уморительную сцену перед ней. Её зрение сузилось до туннеля, внутри которого два пирата продолжали меняться меню, напитками и взглядами в сторону кухни. Наконец, после того, что могло быть тридцатью секундами или тридцатью минутами, Бонни почувствовала постукивание по плечу. С надутыми щеками она взглянула на официанта с мёртвым взглядом. — Ваше меню, мэм, — произнёс он, голосом таким же мёртвым, как его глаза. — Ффффффффффф— Кивнув, официант положил меню и поспешно удалился. Бонни даже не взглянула на него. Забудьте о лапше, это было гораздо лучше! В конечном счёте, однако, все игры должны были рано или поздно закончиться, и эта закончилась с появлением двух огромных мисок, нагруженных лапшой, поставленных перед всемирно известными/печально известными обжорами. Луффи и Ру опрокинули свои миски, поглощая огромное количество лапши в течение секунд одновременно, и когда они стукнули своими мисками, было невозможно для них не заметить друг друга. Их глаза встретились, Бонни затаила дыхание, когда их глаза встретились, с нетерпением ожидая, что бы ни последовало за этой встречей… А затем пара просто издала пару сотрясающих стропила отрыжек и обмякла на своих местах с довольными вздохами. — Мааань, это было вкусно! — хихикнул Луффи, довольно похлопывая свой раздутый живот. — Эта лапша в стиле Вано восхитительна! И она даже лучше там? Я должен как-нибудь заглянуть и попробовать её! — Затем он наклонил голову и ухмыльнулся… прямо на Пирата Красноволосого?! — Большое спасибо, что привёл меня в это место, Ру! Было здорово снова провести с тобой время, ты всегда знаешь, где найти лучшую еду! — Хехехех! Ни крошки проблем! — засмеялся в ответ Ру, отмахиваясь. — Что я могу сказать, ты напоминаешь мне этого ноющего маленького сопляка, с которым я раньше тусовался, всегда путающегося под ногами и устраивающего шум, и пытающегося украсть моё мясо у меня!..о, подожди! Это был ты! ХЕХЕХЕХЕЕХ! — Полный пират взревел от веселья, колотя кулаком по столу. — Шишиши! Да, у тебя всегда было лучшее мясо в те времена! — хихикнул Луффи, потирая пальцем под носом и радостно сияя. — Действительно здорово снова видеть тебя, Ру, и я рад слышать, что у всех остальных тоже всё в порядке! Я очень рад, что Шанкс, Бенн и ты веселитесь в Новом Мире… — Улыбка Луффи угасла до более искренней ухмылки. — И я очень рад за Ясоппа. Большое спасибо, что принёс этот Тональный Набор Усоппу, это много значило для него. — Хехех! Болван! — фыркнул Ру, поднимая бутылку соевого соуса и небрежно отскакивая ею от головы своего юниора. — Как будто что-то подобное могло быть крошкой проблемы! Твой снайпер — ребёнок нашего снайпера, как я мог не сделать что-то подобное, а? Я бы, э, принёс настоящий номер, по которому мог бы позвонить малец, но… — Ясопп хочет увидеть его лично, как я и Шанкс, я понимаю! — отмахнулся Луффи. — Усопп знает, что доходит до него через СВС, он может подождать! Кроме того… — капитан Соломенной Шляпы подался вперёд, его улыбка приобрела явно хищный оттенок. — Это не то, чтобы мы не увидим их в ближайшее время. Мы будем за Ред-Лайн прежде, чем ты успеешь оглянуться! Бравада Ру… заметно дрогнула от этого заявления. Только на мгновение, но он вздрогнул, и это почти наверняка было причиной внезапного приступа кашля, который развился у пирата, когда он оттолкнулся от стола. — В-В любом случае! Было действительно весело снова пообщаться с тобой, Луффи, но мне действительно пора идти. Места для посещения, мясо для еды, черепа придурков для битья, ты понимаешь, как это бывает! — Шиши, да, хорошо! — кивнул резиновый человек, оживлённо махая на прощание. — Передавай всем привет от меня, и ещё раз спасибо, что провёл со мной время на этой неделе! — И тебе спасибо, что оплатил счёт! — кивнул в ответ полный пират, отдавая своему младшему другу салют на прощание. — Серьёзно, из всего, что я слышал о твоих делах по СВС, это, должно быть, самая храбрая вещь на сегодняшний день. Луффи моргнул, глядя на своего старого наставника, честно склоняя голову в замешательстве. — А? Почему? Что заставляет тебя сказать—? — ЧТО ЗНАЧИТ, ОН ОПЛАТИЛ СЧЁТ?! Резиновый человек виновато поморщился, когда женский вопль возмущения раздался в воздухе, без помощи Саундбайта. — О-о. Кажется, квитанции только что вернулись к Нами. — Нееет, ты думаешь? — фыркнул Ру, потирая свои защитные очки с мрачным смешком. — Как я и сказал, ты храбрый идиот, Луффи. — Э… не настолько храбрый, — пожал плечами Луффи, расслабляясь, когда он преодолел шок от вспышки. — Я имею в виду, ведь молния не может навредить мне, помнишь? — ОН ДОЛЖЕН СКОЛЬКО?! — Извините, сэр? — заговорил мертвоглазый официант заведения, подойдя к столу, глядя мимо Луффи, обращаясь к нему. — Я полагаю, ваш член экипажа хотел бы поговорить с вами, незамедлительно. — А? — удивлённо моргнул на него Луффи. — Откуда ты это знаешь? — Потому что я не могу представить другой причины, по которой смерч, достигающий неба, внезапно возник на другом конце города, сэр. Луффи драматично побледнел, вызвав смешок от Лаки Ру. — Ты забыл, что у твоего штурмана есть больше способов надрать задницу, чем просто молния, не так ли? — Ага, — дёргано кивнул Луффи, выталкивая себя с места. — Эээ, помнишь все те разы, когда ты рассказывал мне истории о том, как можно поесть и улизнуть без следа? — Нужен освежающий урок, малыш? — ВСТРЕТЬСЯ СО МНОЙ КАК МУЖЧИНА, МОНКИ Д. ЛУФФИ! — Ага! — Тогда следуй за мной, — усмехнулся Ру, выпрыгивая за дверь, даже не оглянувшись, чтобы проверить, действительно ли Луффи следует за ним. Бонни сидела и смотрела некоторое время, вновь взвешивая плюсы и минусы приближения к Соломенным Шляпам. На этот раз, однако, она вздохнула: — Я буду то же, что и они, если что-то осталось. Официант кивнул и отвернулся; Бонни покачала головой про себя. Союз с ними был правильным путём, но на данный момент она бы подождала, пока Трафальгар не подойдёт к ней. Она уже и так объединялась с Пиратами Сердца ранее, она могла рассчитывать на то, что они будут более здравомыслящими. И, что, возможно, более важно, не так близко к центру внимания. — Ооооо… — простонала она, растирая глаза основаниями ладоней. — И подумать только, эта дрянь раньше была такой чертовски простой… — К счастью, мигрень быстро прошла, сменившись нетерпеливой улыбкой. — Зазаза… думаю, я действительно не могу сказать, что это не весело, это точно!

***

ТРИ ДНЯ ДО НАЧАЛА

— Чушь! Это чушь! — О, хватит ныть, Кросс, и просто встреть свою взбучку как мужчина. Я почувствовал, как моё лицо прошло через некоторые… интересные спазмы, и я прижался к стенам восьмиугольной клетки из проволочной сетки, в которой я сейчас находился. Это не позволило бы мне задушить Фрэнки, да и металлическая шея киборга тоже, но чёрт возьми, я мог попытаться! — Я умру! — прорычал я — на грани вопля на самом деле — тыкая пальцем в Брука. Этот скелетный ублюдок делал то же самое, что и с тех пор, как запихнул меня в эту клетку: практиковался в техниках колющих ударов. В полной тишине. О, нет, подождите, моя ошибка, Брук не молчал. Он напевал. Ублюдок. — Э, ты преувеличиваешь, — пренебрежительно сказал Фрэнки. — Я почти уверен, что он тебя только почти убьёт. — Действительно! — весело добавил Брук. — Я уверен, что медицинская наука продвинулась далеко за последние пятьдесят лет. Почему, держу пари, я мог бы даже отрезать конечность, и дорогой Чоппер смог бы её снова прикрепить! — Так ничего не работает! — завыл я. — Ооо, твоя похвала совершенно не делает меня счастливым, ублюдок, — сказал Чоппер, делая свой счастливый танец. — ПОЧЕМУ ТЫ ТАК СЧАСТЛИВ ИЗ-ЗА ЭТОГО?! — Кросс. Я встретился взглядом с Нами со всем отчаянием голодного человека, которому дали роскошный пир. А затем эта надежда разбилась и сгорела с высоты 80000 футов, когда я увидел, как она пересчитывает пачку Берри в руке. — Постарайся не умереть слишком быстро, хорошо? — сказала она, вся в улыбках и даже не глядя на меня. — Шансы складываются для нас лучше всего, если ты сможешь продержаться пять или шесть минут. После этого, впрочем, можешь свалиться замертво. — Я СТАВЛЮ 5000 НА ТО, ЧТО ОН ПРОДЕРЖИТСЯ ПЯТЬ С ПОЛОВИНОЙ МИНУТ! — крикнул кто-то из толпы. — Санджи, не мог бы ты позаботиться об этом? — Конечно, Нами-сван! С дрожащими от сдерживаемой ярости руками я повернулся к Виви и Кару, которые раздавали буклеты?! — Просто основная биография бойцов и причины, по которым они сражаются, — терпеливо промурлыкала принцесса, непринуждённо отправляя один из этих буклетов кому-то, кто махнул ей. Мы встретились глазами. Меня тут же приветствовала самая самодовольная, самая злобная ухмылка, которую я когда-либо видел на лице Виви. Никакой помощи с этой стороны, хотя, полагаю, удивление должно было быть моей последней реакцией, учитывая, сколько мостов я сжёг с ней, буквально. Может быть, Усопп и дюгони? Они были на другой стороне клетки, рядом с Бруком, и мне оставалось только молиться, чтобы Брук следовал правилам. Нечего и говорить, мой прогресс был медленным и прерывистым, особенно когда этот проклятый меч проносился мимо. Но в конце концов я оказался в пределах слышимости. — Я говорю, зачем мне усиливать мою устрашающую сторону? Это должен быть дружеский матч. — Потому что ты видел выражения на лице Кросса? Уморительно! — услышал я хохот Рафи. — Ну, давай. Размахивание мечом — это хорошо, но я думаю, что его заточка была бы ещё лучше! — добавил Усопп. — И не забудь быть как можно более угрожающим, когда бой действительно начнётся! Отлично. Они за это заплатят. Я не уверен, как, но я уверен, что будет много возможностей во время Гонки «Дэд-Энд». — Псст! Шипящий шёпот привлёк моё внимание, и я обернулся, чтобы увидеть Лео, стоящего в стороне от своих товарищей-Дюгоней, машущего мне. Что ж, я был в отчаянии, поэтому я подошёл и опустился на колени. — Что такое? — Ну, поскольку ты выглядел так, будто немного паниковал… — Паниковал? — усмехнулся я. — Я совершенно не паникую прямо сейчас, потому что это я не паникую! Из-за чего мне вообще паниковать?! Ни из-за чего! Потому что я не паникую! Я просто… примерно в двух минутах от того, чтобы быть чертовски искалеченным членом экипажа, в то время как все вы, придурки, смотрите! И раздуваете это! И наживаетесь на этом! Я совершенно не… ой! — Там, откуда я родом, это называется паникой, — бесстрастно сказал Лео, убирая один из своих мечей. — Можешь меня винить?! Лео наклонил голову с некоторым недоумением. — …Кросс, ты ведь знаешь, что мы все просто раздуваем это для хорошего шоу, верно? Если ты действительно так сильно хочешь выбраться, просто брось Фанкфрида на клетку. Я могу сказать тебе прямо сейчас, что эта штука не рассчитана на слоновью атаку. В качестве альтернативы, есть запасной план для Конис, чтобы пробить дыру в клетке, если дела пойдут действительно плохо. Всё это, конечно, часть шоу. На долгий момент я молчал. А затем… — Позволь мне прояснить, — сказал я очень спокойно. — Вы, ребята, заставили меня думать, что Брук выпотрошит меня… ради шоу… в котором вы не просили меня участвовать? Недоумённое выражение Дюгоня выровнялось. — Два вопроса. Во-первых, попытался бы ты или не попытался бы сделать то же самое с любым из нас? Я открыл рот, чтобы сказать, нет, конечно нет! … И затем закрыл его, потому что это была бы откровенная ложь. — И второе, что более важно… у тебя действительно так мало веры в нас? Если память мне не изменяет, ты никого в команде не спровоцировал достаточно, чтобы оправдать такую расплату. В последнее время. Полагаю, TDWS недавно не спали в своих гамаках, нооо если это то, что они думают обо мне… Тем не менее, в интересах того, чтобы они по-прежнему считали меня невиновным, я испустил вздох поражения. — Хорошо, ладно. Я всё ещё в бешенстве, но я пойду на эту маленькую шараду, и я рассмотрю возможность не мстить. — Это всё, о чём мы просим, — с облегчением вздохнул Лео. — Удачи там. — …и ты передашь той ведьме, что я беру чистую четверть прибыли в качестве моей личной доли, и ни центом меньше. Это вызвало мученическую гримасу на морде Лео, но он всё равно кивнул. — Я пойду выпью крепкий напиток и сразу же займусь этим. Мы разошлись, я — обратно к своей половине арены, а Лео — обратно к остальным дюгоням. Что ж, если я собирался это сделать… то стоило сделать это правильно. Поэтому, проходя мимо Зоро, я постарался встретиться с ним взглядом. Умоляющим взглядом. — Это закалит характер. Да, примерно этого я и ожидал. Я на мгновение коснулся своего горла, а затем, когда я услышал электрический визг (и хотя я не мог его видеть, я просто знал, что этот скользкий маленький ублюдок тоже замешан в этом…) я глубоооко вдохнул… и выпустил всё наружу. — ПРИДУРКИ! — взревел я, размахивая руками настолько драматично, насколько мог. — ВЫ ВСЕ ПРИДУРКИ! НАДЕЮСЬ, КАЖДЫЙ ИЗ ВАС НАСТУПИТ НА ЛЕГО И УМРЁТ! НО ЭЙ! — я вскинул руки в знак раздражённого поражения. — ВЫ ХОТИТЕ ШОУ ПЕРЕД ТЕМ, КАК Я ВЫПОТРОШУ ВАС ВСЕХ КАК РЫБУ?! МЕНЯ ЭТО УСТРАИВАЕТ! А ТЫ! — я резко направил палец на Брука, заставив его прервать свои позы. — НАДЕЮСЬ, ТЫ ОБНОВИЛ СВОЁ ЗАВЕЩАНИЕ, ПОТОМУ ЧТО ОНО ТЕБЕ СНОВА ПОНАДОБИТСЯ! — И с этими словами я выбросил руку вперёд. — КТО-НИБУДЬ, ДАЙТЕ МНЕ МОЙ МЕЧ! Честно говоря, хоть я и был в бешенстве, я должен признать, что рёв одобрения, вырвавшийся из толпы, был несомненно бодрящим. — НУ НАДО ЖЕ, НАРОД, ПОХОЖЕ, ДРУГАЯ ПОЛОВИНА НАШЕГО РАЗВЛЕЧЕНИЯ НАКОНЕЦ НАШЛА СВОИ ЯЙЦА! ВСЕГДА БЫВАЕТ ПЕРВЫЙ РАЗ, ВИДИМО! АПАПАПА! — ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ, МЫ ВСЕ МОЖЕМ притвориться, что смотрим хоть сколько-нибудь приличный бой, А НЕ ОТКРОВЕННУЮ БОЙНЮ! ХИХИХИхохохоХАХАХА! …звук ещё большего количества моих «друзей», подстрекающих толпу, однако, несколько приглушил последующие аплодисменты. Скользкий маленький предатель, принимающий сторону моего «немезиса», он тоже получит своё, клянусь… Вспышка на краю моего поля зрения вырвала меня из мрачных мыслей, и я выбросил руку, хватая Фанкфрида в воздухе. Я сделал несколько пробных взмахов мечом-слоном, прежде чем посмотреть на него строго прищуренным взглядом. — Будь со мной прямолинеен, слоновья ферма, иначе я буду полировать тебя солёной водой целую неделю: у тебя тоже был хобот в этом деле? Затянувшееся молчание меча не внушало уверенности. — Я не сказал нет, когда они попросили моего участия. Это считается? — осторожно предположил он. Я смотрел на него ещё несколько секунд, издавая резкое цк. — Поздравляю. Ты признан «сторонним наблюдателем». — О, спасибо, милосердный слоновий Будда! — …есть слоновий…? Нет, подожди, дай угадаю: ты предполагаешь? — Откуда ты знаешь? — Распознавание паттернов. С этими словами я вернулся в свой угол и начал делать всё возможное, чтобы выглядеть как можно более сердитым, разминаясь. Что, честно говоря, было не так уж и сложно. Всё же, думая об этом, может, я действительно не буду мстить на этот раз. В конце концов, у меня был хороший, удобный объект прямо здесь, не так ли? Брук пожалеет о своём участии в этой маленькой шараде; я позабочусь об этом… насколько это разумно возможно, в любом случае. Серьёзно, половина причины, по которой я был так разгневан этим представлением, заключалась в том, насколько оно бессмысленно! Было очевидно, кто здесь победит, особенно если мы будем сражаться мечом на меч, независимо от того, какие способности мой меч мог бы привнести. Но, чёрт возьми, если я падаю, нет причин, по которым я не мог бы попытаться сломать кость или два десятка по пути. Конечно, поскольку вселенная меня ненавидит, именно когда я пришёл к этому убеждению, в клетку врезался грёбаный медведь. И не просто какой-то случайный, обычный медведь, я уже видел несколько таких, бродящих по городу (не спрашивайте), и это был не он. Это был 8-футовый гризли, весящий 900 фунтов, если не больше, в цилиндре, аскоте с маленьким галстуком-бабочкой и моноклем. Монокль, который он тут же снял вместе со шляпой и бросил мальчику на краю толпы, прежде чем откинуть голову назад и зареветь. — Эм, он говорит, что согласен с тем, что это чушь, — перевёл мальчик, останавливаясь, когда слушал несколько последующих рыков. — И чтобы сделать это более интересным, он объявляет, что это будет королевский бой на троих. — Ещё один рык. — Если только кто-то не хочет сделать из этого командный бой двух пар? Никакой реакции от толпы, несмотря на мои попытки телепатически заставить кого-нибудь принять предложение… что на самом деле вызвало серьёзный вопрос в моей голове. — Где, чёрт возьми, Босс, и почему он не участвует в этом?! — прошипел я под дыхание. — Конкурс по выпивке с отрядом гигантов, — бесстрастно ответил Майки через Саундбайта. — Он ведёт 2-1, так что мы не услышим от него какое-то время. Да, это была бы моя удача, не так ли… Через несколько секунд после этого поспешного разговора медведь снова зарычал. — Эм, Сэр Бэррингтон только что объявил — в свете обстоятельств — о своих намерениях оторвать ваши головы с ваших плеч и засунуть их в ваши… я, э, думаю, я не буду переводить эту часть. И конечно же, его звали Сэр Бэррингтон. Я не знаю, чего я ожидал. — ОТЛИЧНО! — крикнул я толпе, моя ярость вновь вспыхнула до раскалённого уровня, когда я бросил кровавый убийственный взгляд на Нами, которая на самом деле имела порядочность выглядеть искренне извиняющейся и пристыженной. Не то чтобы она на самом деле что-то делала, чтобы помочь мне, проклятая ведьма. — НЕБОЛЬШОЕ ИЗМЕНЕНИЕ ПЛАНОВ: КОГДА Я ВЫБЕРУСЬ ОТСЮДА, Я ОБРУШУ НА ВАС ВСЕХ ТАКИЕ СТРАДАНИЯ, ЧТО ЭТО СТАНЕТ ИСТОРИЕЙ, КОТОРОЙ БУДУТ ПУГАТЬ ДЕТЕЙ НА ПРОТЯЖЕНИИ ДЕСЯТИ ПОКОЛЕНИЙ! — Затем я ткнул мечом в медведя, с дёргающейся гримасой на лице. — СРАЗУ ПОСЛЕ ТОГО, КАК Я ОСВЕЖУЮ ЭТОТ ХОДЯЧИЙ КОВЁР ДЛЯ ГОСТИНОЙ НАШЕГО КОРАБЛЯ! Это вызвало ещё один рык от Бэррингтона. Этот не нуждался в переводе: он звучал уважительно. Прекрасно. По крайней мере, у меня будет уважение этого медведя, когда я буду лежать после всего этого беспорядка. Ура мне. Покачав головой и выдавив успокаивающее фырканье через ноздри, я крутанул Фанкфрида в руке, прежде чем принять боевую стойку. — Хорошо… хорошо, я готов, — объявил я сквозь стиснутые зубы. — Давайте покончим с этим. — Согласен, — торжественно ответил Брук, изящно взмахнув клинком в гордом салюте. Бэррингтон рыкнул и кивнул, и мы все напряглись в ожидании звонка… — Эй, этот парень не капитан пиратов, он на самом деле просто медведь! Я обернулся, отдавая честь бедняге, который выкрикнул это, когда его завалили и унесли, пинающегося и кричащего. В конце концов, любая задержка в этом фарсе была желанной. Увы, вскоре мужчину утащили, кричащего ругательства. Нами, со своей стороны, вздохнула и вежливо поклонилась оскорблённой стороне: — Очень извиняюсь за это, Капитан Бэррингтон. Медведь рыкнул, пожимая плечами. Да, пожимая плечами. Потому что каким-то образом, для меня из всех людей, это всё ещё было невероятно. Вдруг прозвенел звонок. Бэррингтон и я обернулись, но никакого Брука, готового проткнуть наши задницы, не было. Вместо этого там был Брук, стоящий на страже, но в остальном невозмутимый. — Ах, хорошо, — заметил он. — Было заманчиво атаковать, пока вы отвлеклись, но я… ОЙ-ЁЙ! — Цк, промазал, — проворчал я, когда Фанкфрид отступил. — Бесчестный пёс! — взревел Брук, двигаясь в мою сторону. — Ты имеешь в виду «нормальный пира… ГРК!» Ладно, размер был обманчивым, потому что чёрт возьми, медведь был быстрым; я едва успел произнести слова и поднять Фанкфрида для блока, когда Бэррингтон налетел, рассекая воздух своими когтями. Брук отчаянно отступил, и когда он оказался достаточно далеко, я поднял Фанкфрида и опустил его на моего медвежьего противника сверху вниз. Медведь фыркнул, подняв лапы для перехвата, в этот момент меч-слон перешёл в свою гибридную форму и обрушил весь свой вес. С расширенными глазами, Бэррингтон едва успел отпрыгнуть, прежде чем несколько тонн слона обрушились на пол клетки. У меня не было времени насладиться этой короткой победой, потому что Брук уже наседал на меня, безжалостно колотя. Теперь пришла моя очередь отступать, отражая большинство уколов своими перчатками, а затем остальные — Фанкфридом, когда он вернулся. Я получил несколько царапин за свои старания, но это было лучше, чем быть полностью нанизанным. — Гро-аррр! — Ай! — вскрикнул я, уклоняясь от удара лапы Бэррингтона. Я почувствовал, как моя копчиковая кость ударилась о стену клетки, и в этот момент я осознал существенный недостаток в моих предыдущих действиях: а именно, Бэррингтон и Брук выглядели готовыми и желающими объединиться против «неумелого силача» нашего трио. Мне не нравился их взгляд, и я не упустил взгляд, которым они обменялись друг с другом. Я цокнул языком из-за ситуации, и после минутного размышления о своём положении я решил, что у меня есть только один жизнеспособный вариант действий: перевернуть сценарий единственным гарантированно возможным способом. — Насколько бы это ни было плохой идеей… — фальшиво пробормотал я себе, повышая голос достаточно, чтобы мои противники могли меня услышать. — Я просто хотел бы отметить, что по крайней мере, пока никто из других Суперновых не хочет попытаться разгромить всех троих из нас одновременно, эта ситуация ни при каких обстоятельствах не может стать хуже. — Ну, я бы не стал заходить так далеко. Джекпот и провал одновременно. И это действительно о чём-то говорило, что мои противники тоже обернулись, чтобы посмотреть на говорящего. — У меня нет интереса «разгромить» вас, как вы выразились, — произнёс Бэзил Хокинс с того места, где он стоял за пределами клетки, остальные зрители давали ему широкое пространство. — Но один из моих товарищей по команде искал возможность сбросить свои ограничения. И поскольку вы так любезно предложили… — И с этими словами он сделал манящий жест. Двое из его команды в рясах шагнули вперёд, подняли что-то, что они несли, и… бросили японскую соломенную куклу размером с человека на ринг? Что за чертовщина—? Прежде чем я смог высказать своё недоумение, печально известный Фокусник отодвинул край своего пальто и обнажил, что у него на боку был не один, а два клинка, второй ранее скрытый его пальто. Он вытащил второй клинок из своего тканевого пояса, ножны и всё остальное… что только подняло дальнейшие вопросы, потому что, если я не ошибался, я не мог придумать причину, по которой двуручный цзянь был заперт в ножнах, покрытых печатями, с тем, что должно было быть тремя разными видами верёвки! Прежде чем я смог спросить, что, чёрт возьми, он делает — или ещё лучше, потребовать, чтобы он вообще этого не делал — соломенный человек размахнулся и бросил клинок вверх и через клетку — ВЖУХ! …где он пронзил лежащую куклу прямо через спину, вместе с ножнами. — Надеюсь, вы всё ещё горите желанием сражаться, — провозгласил Хокинс. — Шичисейкен был весьма беспокоен с тех пор, как я завербовал его. Не нужно было трёх догадок, чтобы понять, о ком — или скорее, о чём — говорил Хокинс. В конце концов, я немного привык к проклятым мечам по необходимости после плавания с Зоро и Сандай Кицэцу в течение большей части последнего года. Чёрт, я даже умудрился уловить какой-то шёпот от Кикоку, когда он приближался ко мне. Так что в данном случае, с мечом настолько очевидно злым? Вопрос был не «проклят ли он?», а скорее «насколько он проклят?» Вопрос едва покинул метафорическую станцию, когда каждая печать на ножнах внезапно вспыхнула и была испепелена изумрудным пламенем. И как только метки превратились в пепел, трещины расползлись вверх и вниз по обнажённым ножнам, прежде чем вся проклятая штука взорвалась с меча, как какая-то адская зеленоватая петарда, показывая миру голый, злобный, светящийся клинок. Зрелище тоже не замедлялось; свечение медленно становилось ярче и ярче, исходя от клинка… нет, на данный момент он был в огне. И огонь распространялся на пугало под ним. Какая-то часть меня догадывалась, что произойдёт дальше. Между тем, логическая часть меня ожидала, что сверхъестественное пламя, знаете ли, сожжёт куклу? Но нет. Пламя просочилось в пугало, пугало загорелось, а затем пламя прямо-таки оживило солому, позволив ей доползти до коленопреклонённой позиции. Затем голова резко поднялась, и солома, составлявшая «лицо», разорвалась, пара прищуренных глаз и зазубренная ухмылка, растягивающаяся от края до края головы, злобно глядела на нас. А потом, когда вся эта штука поднялась на ноги, одна пылающая соломенная рука протянулась через плечо, хватая рукоять меча и вырывая его из спины куклы. Меч извлечён, и вся фигура размяла свои «мускулы» в предвкушении. — Вы можете утешиться тем, что Шичисейкен ещё не научился говорить самостоятельно, по крайней мере. Я полагаю, что даже Голоса Анархии нашли бы его язык довольно… едким, — протянул Хокинс, на грани хихиканья. — Итак. Кто хотел бы первым попытать счастья, хм? Вооружённая мечом пылающая кукла беззвучно «захохотала», когда она закрутилась в позицию с мастерством, которое я мог описать только как работу настоящего мастера. — …Что ж, это было весело, но я думаю, у меня есть трусики для налёта. До свидания! Сталь позади Брука аккуратно выпала, оставляя след пыли, когда скелет скрылся. — Гро-раррр! Медведь не отставал, буквально прорываясь сквозь свой участок стены. И через стену за ней, если уж на то пошло. …что оставило меня наедине с тем, что выглядело как настоящий клинок из Ада. Я поморщился, сжимая и пересжимая рукоять своего меча. — Фанкфрид… пожалуйста, скажи мне, что ты больше не хочешь сражаться, — сказал я спокойно. Сказал, и определённо не умолял. — Минуту назад я бы немного возражал, Кросс, — ответил Фанкфрид тем же тоном. — Но теперь… — Бежим как дети? — подсказал я, мои глаза следили за каждым движением этого светящегося зелёного клинка. — Если только ты не хочешь испытать свою удачу против него без меча. Да. В смысле, сейчас же?! — Отойди назад. Я займусь этим. Я едва взглянул на Зоро — который уже обнажил все три меча — прежде чем выпрыгнуть через дыру, которую он прорезал, и пропихиваясь между как можно большим количеством тёплых тел между мной и сценой, плоская сторона Фанкфрида для верности предлагала стимул всем, кто двигался слишком медленно. Зоро проигнорировал нас в пользу Суперновы, стоящего за нервным пугалом. — Шичисейкен, да? Меч с проклятием настолько сильным, что, получив достаточно приличный сосуд, он может двигаться самостоятельно? — Совершенно верно, — ответил Хокинс. Тем временем на сцене Шичисейкен дёргался на месте и неоднократно и нетерпеливо рассекал воздух. — Сокровище острова Асука, одержимое бесконечной жаждой крови и резни. Он пытался стать достаточно сильным, чтобы вызвать небольшой апокалипсис, когда я его нашёл, но я счёл его достаточно интересным, чтобы взять с собой. Честно говоря, его последний владелец, казалось, был довольно рад избавиться от этой штуки. — Соломенный человек задумчиво наклонил голову. — Однако его имя ускользает от меня… — Сссс… — Хм? — он удивлённо моргнул. — Что это было-? — Сссссааагааа… — прошипела кукла—или, скорее, сам Шичисейкен, инфернальный голос прокладывал себе путь из бесплотного горла меча. Хокинс поморщился и хлопнул себя по лбу. — О, прекрасно, он придумал способ общаться. Теперь он просто станет невыноси—хм? — Его глаза заметались, ища источник внезапного изменения в атмосфере. Ощущение, которое разделили все присутствующие. По причине, которую я не мог сразу определить, этот нечестивый, буквально демонический меч больше не казался таким уж тревожным. — …как там было это имя, ещё раз? — опасно спросил Зоро, вокруг его рук и головы образовались лёгкие размытия. — Сага, теперь я вспомнил. Отставной морской пехотинец, я полагаю? Он и его невеста были в добром здравии — не считая неприятной мигрени и неизбежных синяков и переломов костей — когда я покидал Асуку, если это имеет для вас значение, — безразлично ответил Хокинс. Зоро расслабился и снова обратил своё внимание на одержимое пугало с выражением абсолютного спокойствия и безмятежности. А затем, с тем же самым спокойствием и безмятежностью, Зоро начал развязывать свою бандану с руки. Да, можете поверить, что я и каждый другой Соломенная Шляпа, наблюдавший за этим, восприняли это как наш коллективный сигнал к бегству. — Апапа, дела становятся инте—! А? Почему все—? — БЕГИ, ИДИОТ! Ударная волна, которая чуть не сбила меня с ног две секунды спустя, и подтвердила правильность моего решения, и дала понять, что мне нужно бежать гораздо, гораздо быстрее.

***

— Я предполагала — конечно, исключительно в лучшем случае — что Скелтер Байт однажды станет достаточно популярным, что даже обитатели Нового Мира будут стекаться к нему. Но знаете, даже после того как Пираты Белоуса основали Хижину Одэна, я думала, что у меня будет ещё пара лет, прежде чем мне придётся беспокоиться о таком масштабе сопутствующего ущерба от одной драки. Ладонь Лолы ударила по столу, подчёркивая взгляд, который она уже направляла в нашу сторону. — Соломенные Шляпы, я думала, что только ваши враги расплачиваются за то, что недооценивают вас, а не ваши союзники. Я быстро огляделся, прежде чем ответить. Мы были в лобби «Счастливого Кролика» — довольно переполненном лобби — но Саундбайт размывал звук, и все очень усердно и нервно игнорировали нас. Ах, преимущества репутации. — Единственная причина, по которой у тебя так много проблем, это то, что другие Суперновы здесь одновременно, и мы все уберёмся отсюда, как только наши приготовления будут завершены, — сказал я. — Тем не менее, в свою защиту? — Я ткнул пальцами в двух других обитателей комнаты. — Вини этих придурков, они те, кто втянул меня в своё дерьмо, как я так громко заявлял! — Не так быстро, — фыркнул Зоро, пренебрежительно махнув рукой. — Я вмешался только потому, что этот проклятый меч ввязался в дела. Хотите кого-то обвинить? — Он указал на последнего оставшегося подозреваемого. — Вините того, кто изначально устроил этот беспорядок, чтобы богатые стали ещё богаче. — Эй, это неправда! — возмущённо взвизгнула Нами, вскакивая на ноги и выбрасывая палец. — Если вы хотите кого-то обвинить, вините—! Ах… — Она запнулась, когда поняла, что в комнате больше не на кого указать. После чего она рухнула обратно на своё место с стоном, её нимб висел тёмным и тяжёлым над её головой. — Чёрт… — Она подняла голову и уставилась на нас, её глаза блестели слезами. — В-всё шло так хорошо, пока не вмешался медведь… почему, почему медведь должен был вмешаться? — Это фраза, которую я никогда не хотела снова слышать в этом офисе, если вообще когда-либо, — бесстрастно сказала Лола. — И ты действительно ДУМАЕШЬ, ЧТО КТО-ТО ИЗ НАС КУПИТСЯ НА ЭТО? — спросил Саундбайт с искренним недоверием. — Тч, — фыркнула навигатор, её лицо мгновенно высохло. — Стоило попытаться… — Она бросила смиренный взгляд на Лолу. — Хорошо, сколько я вам должна? Капитан-губернатор молча пододвинула пачку бумаг через стол к ведьме. Упомянутая ведьма перелистнула на последнюю страницу, взглянула на итоговую сумму— — ГЬЯРК! И застыла на своём месте с выражением полного ужаса, рука вцепилась в её грудь, и её Eisen-Tempo внезапно вздыбился, как у ежа. Мы с Зоро оба заглянули через её плечо и действительно поморщились в сочувствии. — Мой совет? — Зоро «утешил», насколько смог, похлопывая её по спине. — Ложись и думай о призе. — Хрргрггк… — Нами… издала жалкий звук. — …знаете, в целом? — я небрежно заметил. — Если не считать ущерба собственности, я бы сказал, что всё закончилось довольно хорошо. — Гггх…

***

ДВА ДНЯ ДО НАЧАЛА

Нами смотрела на толпу собравшихся пиратов. Собравшихся навигаторов. Это было то, о чём она мечтала с тех пор, как впервые представила себе составление настоящей карты мира: что однажды она сможет стоять перед аудиторией и делиться своими находками. Если бы только это не была куча пиратов, большинство из которых ненавидели её, а остальные испытывали злорадное желание увидеть, как она потерпит неудачу. Но, справедливости ради, из тех, кто её ненавидел, половина чувствовала это потому, что она обчистила их команды за последнюю неделю, а другая половина потому, что они завидовали тому, насколько чертовски хороша она была, а те, кто хотел, чтобы она потерпела неудачу, чувствовали это только потому, что это был их лучший шанс на главный приз тоже… Но к чёрту их всех. Она не собиралась терпеть неудачу. И она точно знала, как атаковать. — Вы все здесь, — объявила она, привлекая их внимание резким раскатом грома из её нависающего нимба. — Потому что это гонка, и вся суть гонки в том, чтобы достичь финишной черты в целости. Чего не произойдет, если вы пойдёте не в ту сторону и сами врежетесь в блокаду. Это, и вы все решили, что я слишком большое преимущество для Соломенных Шляп, чтобы оставлять меня им. — А теперь, чтобы выбить их из равновесия. — Хорошая мысль. Я бы хотела сделать то же самое на вашем месте. Вся толпа отпрянула, потрясённая. Навигаторы Суперновых и меньшинство остальных… они просто понимающе усмехнулись, увидев, как она пытается манипулировать остальными. Придурки. — Но! — Нами продолжила, чопорно хлопнув в ладоши. — Учитывая, где я нахожусь, я полагаю, если я должна это сделать, я собираюсь сделать это правильно. Так что я предлагаю вам всем сесть, заткнуться и слушать. Потому что если в день гонки вы будете блуждать или встанете у нас на пути? — Она наклонила голову чуть-чуть, на её лице была идеально безмятежная улыбка. — Тогда я либо позволю Морской Пехоте повесить ваши жалкие шкуры на виселице, либо убью вас сама, понятно? Это послало коллективную дрожь через всех присутствующих, и они все засунули свои задницы немного глубже в свои сиденья, уши широко раскрыты. Её аудитория должным образом сосредоточилась, Нами взмахнула запястьем и выпустила белое облако из своего Клима-Такта, формируя ту же карту, которую она показывала Дрейку. — Итак, вот откуда мы все стартуем, — заявила Нами, постукивая по карте концом своего посоха. — А это— — Тут она обвела несколько маршрутов, большинство прямых, но один извилистый и змееподобный. — Это потенциальные маршруты, по которым мы могли бы пойти. Никаких вопросов ей не поступало, и Нами улыбнулась, проводя довольно прямую линию к архипелагу. — Это самый прямой путь к Сабаоди от начальной точки, который также правильно использует ветер и течения, и это самое слабо защищенное место в блокаде. — Она тут же стерла линию. — Мы не будем его использовать. Причина в чрезвычайной сложности этого маршрута. То же самое течение, которое делает его таким быстрым, также невероятно узкое и определённо опасное. Если два корабля попытаются пройти по этому маршруту, они, скорее всего, разобьются друг о друга. О, и я упоминала о рифах, через которые нужно пройти? Несколько собравшихся навигаторов заметно поморщились при этом. Её посох сместился, обводя более змеевидный, окольный маршрут. — Этот маршрут мы будем использовать, потому что, ну, это тот, который я собираюсь использовать. — Нами сделала паузу, позволяя нескольким неохотным смешкам и ворчанию пройти через её аудиторию. — Он не такой быстрый, как прямой маршрут, но течение достаточно большое, чтобы вместить всех нас и, как и прямой маршрут, оно попадает в слабое место в блокаде, которое указали наши разведчики. — Погодная Ведьма испустила фальшиво-задумчивый вздох, глядя на изображение линии блокады с жалостью. — Бедные каперы, у них просто нет таких знаний о течениях, как у меня… Небольшой ропот прокатился при виде задумчивого выражения на лице Нами, но быстро затих, когда она бросила на них гневный взгляд. — О, и просто напоминание? Поскольку мы все будем использовать этот маршрут, это означает, что мы все будем сгруппированы вместе, пока не достигнем блокады. Поэтому у меня есть два слова предупреждения для вас: если вы собираетесь идти за королём? Нами послала крошечную молнию в крышу. А затем скрывающее крышу облако, которое все пропустили до этого момента, зарычало, когда оно извергло настоящий удар молнии, мгновенно уничтожив её импровизированную карту. — Не промахнитесь. Пока все приходили в себя и шатались, Нами снова стала вся улыбки. — И просто для протокола, остальные маршруты составляют стандартные судоходные пути к Сабаоди. Они были изначально предложены, но поскольку они стандартные, они также имеют самую плотную защиту, и они не такие быстрые, как гоночная трасса, поэтому я их отбросила. Конечно, если кто-то хочет попытать счастья вне основной гоночной трассы — и, конечно, хочет покинуть безопасность и комфорт крупнейшего пиратского флота со времён последнего флотского сражения одного из Императоров — они могут это сделать. Я уверена, что у вас всё будет прекрасно, просто спросите Пиратов Кида, как хорошо это сработало для них. Судя по дрожи в аудитории и тому, как навигатор Кида выглядел вполне готовым ударить любого кто хотя-бы посмотрит на него, никто не хотел пробовать. Восстанавливая свою карту, Нами взмахнула рукой, и плавные линии появились как на поверхности карты, так и парили чуть выше. — Хорошо, вот форма течений и ветровых узоров…

***

Час спустя счастливая, но удовлетворённая Нами наблюдала, как навигаторы расходились, большинство запуганные и дрожащие, но избранные просто впечатлены. Это… было хорошо. Это чувствовалось хорошо. Ничто не могло испортить её настроение. — Эм, Н-Нами? Забудьте это. Одна вещь могла испортить её настроение, и она только что появилась. — Привет, Хатчи, — сказала она настолько вежливо, насколько могла. То есть, достаточно холодно, чтобы заморозить Морского Короля, но не едко. — Привет, — слабо сказал Хатчи, махая единственной рукой, которая не заламывала свою пару. — Я… я знаю, что я один из последних людей, которых ты хочешь видеть сейчас— — Хатчи, я вежлива с тобой исключительно потому, что Кросс, Кейми и Коала поручились за тебя, но это тонкий лёд, на котором ты стоишь. Переходи к делу, — огрызнулась она. Осьминог-рыбочеловек заметно вздрогнул, его лицо исказилось от чувства вины. — …Я знаю, что ты всё ещё не простила меня, и я знаю почему… и я знаю, что я заслуживаю каждую каплю этого. Нами, с открытым ртом, готовая произнести обжигающую тираду на первую часть, подавилась, когда Хатчи упал на колени и фактически простёрся перед ней, его лоб прижался к земле. — Но ты также знаешь меня, — продолжил он, его голос печальный и умоляющий. — И ты знаешь, что я бы не извинялся перед тобой, всем, что у меня есть, всем, чего я стою, если бы я не имел это в виду. Не имел это в виду из глубины моего сердца. Мне жаль за… за всё, за что я могу извиниться. За всё, за что другие не могут или не будут извиняться. И я знаю… что то, что мы сделали, мы никогда не сможем вернуть назад… но всё же. Но всё же! — Он несчастно покачал головой. — Я просто… должно быть что-то ещё, что я могу сделать. Что угодно, что я могу сделать, что угодно… Непоколебимый фасад навигатора едва заметно дрогнул, когда она обрабатывала это заявление, и через мгновение она наконец обратилась к нему, пытаясь ответить на вопрос, горящий в задней части её разума. — Почему? — тихо спросила она, заставляя свой голос оставаться низким и спокойным. — Почему это имеет такое значение для тебя? Извивания Хатчи ненадолго усилились. Затем, наконец, он поник. — …потому что я не хочу быть причиной ещё большей ненависти. Потому что я всегда знал, что то, что… что то, что мы сделали, не то, чего хотели бы Большой Брат Тайгер или Королева Отохиме, никогда в жизни. Но после всего, что случилось, после всего, что мы потеряли, я был просто так зол, и то, что Арлонг и ребята — мои братья — говорили, звучало так правильно… но они ошибались, я ошибался. Осьминог-рыбочеловек поднял голову и стукнулся ею об пол с жалким стоном. — Я не могу жить с этим, Нами! Я не могу просто позволить этому разъедать мою душу! Так что… я отдам всё, что у меня есть, если это значит очистить мою совесть. Что угодно… чтобы боль ушла… пожалуйста… И когда Хатчи погрузился в молчание, Нами просто смотрела на него. Смотрела на зрелище одного из её самых больших мучителей, стоящего перед ней на коленях, несчастного и умоляющего о милосердии. И на самое короткое мгновение… она подумала сказать нет. Она подумала сказать ему убираться, что он может гнить и страдать, сколько ей— А затем образ ухмыляющегося монстра с носом-шипом промелькнул в голове Нами, и ей пришлось активно сдержать рвотный позыв. Вместо этого она неловко прочистила горло и обратилась к другой теме. — …Курооби и Чу. Почему? — Затем она слегка отвела взгляд от него с лёгкой гримасой. — И встань, пожалуйста. Хатчи поспешно поднялся, хотя всё ещё оставался на коленях. — Я, эм, я-я попросил Джимбея освободить их только потому, что у них была та же мечта, что и у меня в детстве, и мне нужна была дополнительная помощь. Я думал, что если они будут отбывать свои сроки со мной, обслуживая и людей, и рыболюдей, они могли бы преодолеть свою ненависть и понять, как низко мы все пали. Я ни на секунду не думал о том, чтобы вытащить кого-то ещё. Хатчи затем сильно кашлянул в кулак, заламывая другие две пары рук. — Кроме того, если это поможет насчёт этих двоих, я почти уверен, что с тех пор, как Кросс на них набросился, они по крайней мере начинают понимать, какими полными ублюдками мы все тоже были, так что… прогресс? — Мрх, — проворчала Нами. Она подняла руку, чтобы помассировать лоб, который пульсировал уже некоторое время. — Хорошо, слушай, Хатчи. Я понимаю, что ты стараешься, и я могу… признать это, если ничего больше. Я должна была бы быть слепой и глухой, чтобы отрицать это… Затем она сильно нахмурилась, и её Eisen-Tempo потемнел до самого тяжёлого, наиболее насыщенного молниями чёрного, которого только мог достичь. — Но ты добровольно следовал за человеком, который убил мою мать и взял на себя ведущую роль в превращении моей жизни, жизни моей сестры и десятков других в живой ад. Возможно, однажды я найду в своём сердце силы простить тебя… но этот день не сегодня, и я сомневаюсь, что это будет в ближайшее время. И я не знаю, есть ли что-то ещё, о чём я могу тебя попросить, что изменит это. Она закрыла глаза, размышляя о том, что она знала и как обстоят дела сейчас. — Но… — Ореол Нами немного посветлел и обвился вокруг неё, когда она отвернулась от рыбочеловека, слегка обнимая себя. — Я скажу, что я… мне жаль, что я не могу простить тебя. Потому что тот, кто ты сейчас… это тот, с кем бы я хотела поговорить, если бы могла. Хатчи медленно кивнул, его глаза закрылись в тщетной попытке остановить слёзы, собирающиеся там. — Я понимаю, — пробормотал он. — Я… я просто пойду тогда. — И с этими словами он встал на ноги, начал уходить… — …вы когда-нибудь нашли его? И затем застыл, когда вопрос — такой тихий и приглушённый, что он почти усомнился, что услышал его — ударил в затылок, как пушечный выстрел. Хатчи моргнул несколько раз, копаясь в мозгу, чтобы понять, о чём его спрашивают, затем его глаза закрылись со вздохом, когда он составил то, что, по его мнению, было правильным ответом. — …Нет. Арлонг распространил весть о нём, но… мы никогда ничего не слышали в ответ. Нами слегка хмыкнула, в знак признания, если ничего больше. — Достаточно хорошо. — Она постояла в тишине мгновение, прежде чем принять более деловой тон. — Начинай готовить всю еду, которая у тебя есть; предгоночная вечеринка завтра вечером. Призовые деньги будут загружены на твой корабль, так что как только ты всё распродашь, отправляйся на Сабаоди. — Хорошо, — кивнул Хатчи, возобновляя свой уход. — И, Хатчи? Осьминог оглянулся, и Нами смогла изобразить половину искренней улыбки. — Будь осторожен. Хатчи улыбнулся в ответ, и на мгновение он искренне почувствовал, что, возможно… всё будет хорошо.

***

ОДИН ДЕНЬ ДО СТАРТА

— МЫ БЫЛИ ГОТОВЫ К ДВУМ БЕЗДОННЫМ ЖЕЛУДКАМ, А НЕ К ТРЁМ! Услышав вопль бывших лейтенантов Арлонга, я почувствовал жалость к Хатчи… и почти почувствовал её к этим двоим тоже. В остальном я был немного занят зрелищем перед глазами; предгоночная вечеринка вошла в полный разгар, когда солнце зашло, но не потребовалось много времени, чтобы внимание переключилось на соревнование по поеданию между Луффи и Бонни. Но как указывал вышеупомянутый вопль, была небольшая проблема в том, что был ещё один большой едок для соревнования. И как наше несчастье хотело, это был один из людей Кида. Слава Богу, это был не сам Кид или Киллер, но мне всё равно не нравилась идея прямого столкновения нашей команды с единственной командой, кроме нашей, в которой было более одной Суперновы. Но увы, вот мы где: соломенная шляпа, розовые волосы и жёлтая куртка, поглощающие поднос за подносом, наклонённые башни тарелок громоздятся вокруг центра действия, ставки переходят из рук в руки в головокружительном темпе, и каждый умелый повар в радиусе двух миль насильно задействован для помощи. — Знаешь, я действительно думаю, что скучала по суматохе приготовления такого количества еды, — задумчиво сказала Лола, ловко закручивая последнюю каплю взбитых сливок на восхитительно подрагивающую горку шоколадного мусса. — Говори за себя! — проворчала Валентайн, взбивая миску миксером, как будто та задолжала ей деньги. — Как я должна делать какие-либо заметки о твоем полном мастерстве всего шоколадного, если я постоянно ставлю новые тарелки для этих тро—ГВАХ?! — внезапно вскрикнула она, когда что-то пронеслось мимо её головы. Затем она снова вскрикнула от возмущения. — ЭЙ, МОИ СЕРЬГИ! — Упс! Извини, — сказал Луффи, совсем не звуча извиняющимся, когда он небрежно выплюнул смоченные слюной лимоны на кучу грязных тарелок поблизости, оставив женщину в жёлтом буквально кипящей от злости. — Зачем ты вообще надела их, когда знала, что будешь обслуживать кого-то, кто попытается съесть еду, сделанную из дерева? И выглядящую как оно? — рассеянно указал Майки, его нож размывался, чтобы успевать за постоянным потоком фруктов и овощей, которые нуждались в нарезке. — Извини, что я привыкла только к товарищам по команде с половиной оставшегося рассудка, а не к таким, как вы, у кого его нет совсем! — огрызнулась бывшая агентша, размахивая ярко-красной бутылкой. — Так что если ты не хочешь, чтобы я подала тебя в следующем кисло-сладком блюде, заткнись и возвращайся к работе! — Что, во имя Себека, ты думаешь, я делаю?! — потребовал мастер нунчаков, чередуя помешивание и нарезку ингредиентов своими ластами и отбивание мяса своим хвостом. ХЛОП! Подвиг, который заработал ему ботинок по голове от проходящего мимо Санджи. — ОЙ! Эй, какого чёрта—?! — Меньше показухи, больше сути, жирная задница, — усмехнулся повар, непринуждённо балансируя полдюжиной приготовленных блюд на своих конечностях. — Либо работай эффективно, либо стань тем, над чем мы работаем. Дюгонь сильно дёрнулся, но сместился лишь с незначительным ворчанием. — ХА! — Валентайн злорадно рассмеялась, победно выбросив кулак в воздух. — А что касается вас, мисс Валентайн, — продолжил Санджи, его тон поднялся на пятнадцать градусов и приобрёл полчашки сахара. — Я был бы признателен, если бы вы тоже постарались оставаться сосредоточенной. — …э? — бывшая агентша, дюгонь и… практически все остальные в пределах слышимости произнесли в замешательстве. — Прошу прощения, просто вы немного отвлекаете, вот и всё, — вежливо извинился повар Чёрной Ноги. — Если вы не сможете поддерживать наш темп, мне придётся попросить вас покинуть эту кухню. Или, по крайней мере, переместиться на менее приоритетную? Если вы не возражаете. — …ХА! — Майки гавкнул, первым нарушив ошеломлённую тишину, хотя он не замедлился ни на йоту. Несмотря на подобные споры, происходящие по всей кухне, выпуск продукции не замедлялся, и подносы, громоздящиеся вокруг участников, достигали такой точки, что из них можно было построить дом… и Мерри с Апис пытались сделать это в виде трёх сложных иглу. И несмотря на споры и жалобы, моральный дух на кухне был удивительно высок. Чёрт, я даже заметил, что Лола нежно посмеивается про себя, готовя новую партию ингредиентов. — Что такого смешного? — поинтересовался Саундбайт, очевидно, заметив то же самое. — ЭЙ, ЭТО МОЁ! — НЕ-А! ОТПУСТИ! — Пффт! КРОМЕ ОЧЕВИДНОГО, Я ИМЕЮ В ВИДУ, — улитка хихикнула, пока Луффи и Шурая ненадолго остановились в своей дуэли, чтобы человек в жёлтом мог попытаться вытащить огромную ногу… чего-то из челюстей Луффи. — Хааах… — корсар-губернатор вздохнула с тоской в ответ, лёгкий изыск теперь окрашивал её действия. — Я просто чувствую ностальгию от этого, вот и всё… более счастливые воспоминания о моей семье, понимаешь? Я посмотрел на неё слегка озадаченно. — Эм… ты имеешь в виду семью, которую ты сама описала как, цитирую, 'психованных ублюдков'? — Мм… — Лола уклончиво кивнула. — Они были, они и есть, но в то же время, многие из них не были… воспитание над природой, понимаешь? Были плохие времена, да… но. Но они всё ещё были моими братьями и сёстрами, и есть несколько, по которым я очень скучаю. Чёрт, даже некоторых из более чудовищных я бы не прочь увидеть в последний раз… — Ииии всё это… — я указал на едва сдерживаемый хаос кулинарных станций, — напоминает тебе о них? — О хороших временах, без всего плохого, — согласилась Лола с лёгкой улыбкой. Затем улыбка исчезла, и она покачала головой. — Сделай мне одолжение, Кросс. Когда вы вступите в бой с ними— — Ты не имеешь в виду 'если'? — я не смог удержаться от подначки. Лола бросила на меня невесёлый взгляд. — Когда вы вступите в бой с ними, — повторила она. — Свяжи меня с моей матерью. Если всё продолжит идти так, как сейчас, есть кое-что, что я хочу ей сказать. Лично. — …конечно, почему нет. Бог знает, я всегда любил эти последние прощальные выстрелы. — Но, эм, также, что более важно… — Она на момент отложила свои кухонные принадлежности, чтобы уделить мне всё своё внимание, с очень противоречивым выражением на лице. — Когда вы будете сражаться с моими братьями и сёстрами… не ломайте их слишком сильно? Многие из них монстры, и есть даже несколько таких, о которых я бы не переживала, если бы они умерли, но даже среди монстров… — Они всё ещё твои братья и сёстры, я понимаю, понимаю, — терпеливо кивнул я. — Даю тебе слово— — —что должно сделать этот момент хорошей точкой остановки для тебя. — ГРК! — я поперхнулся, когда меня внезапно подняли за воротник. — Смотреть — это хорошо и прекрасно, Кросс, но когда ты начинаешь отвлекать персонал, тогда у нас проблема, — устало фыркнул Санджи, отбрасывая меня, вызвав у Лолы весёлый смешок и прощальный взмах руки. Между тем, сам повар тяжело вздохнул и глубоко затянулся сигаретой. — Эрх, так суетно… теперь я понимаю, почему этот одноногий ублюдок был всё время таким сварливым. И если сейчас так, то Олл Блю будет кошмаром… — ХА! Похоже, ты снова довёл кого-то до экзистенциального кризиса, КРОСС! — восторженно расхохотался Саундбайт. — Ура—Эрх! — я поморщился и потёр шею там, где Санджи меня вышвырнул, хотя, к счастью, не на мою задницу. — Ура для меня, что я получу, когда наберу десять? — ГОРЯЧУЮ КАРАМЕЛЬ И БОТИНОК по твоей заднице. ТЕПЕРЬ ДАВАЙ ОТОЙДЁМ ПОДАЛЬШЕ, И ОТ НЕГО, И ОТ ЗОНЫ БРЫЗГ, ДА? — Да-да, — проворчал я, скрестив руки за головой и отходя, чтобы посмотреть, что можно увидеть. Следует отметить, что не все веселились так буйно. Но, соперники или нет, большинство команд Суперновы вошли в… более спокойные отношения друг с другом, если только из-за вынужденной близости. Тем не менее, единственным взаимодействием, которое можно было назвать «спокойным», было между Дрейком и Хокинсом, которые упорно сидели на заднем плане, очевидно, полные решимости сохранить свой статус «единственных нормальных» из нашей общей группы. И хотя другие были громче и активнее в своих взаимодействиях, было отрадно видеть, что они были, по крайней мере, позитивными взаимодействиями. Помимо интенсивного, но дружеского соревнования Бонни и Луффи, Киллер на самом деле находился среди нескольких поваров, содействующих конкурсу — его основное применение было в качестве живого блендера, признаться, но это было сильным проявлением доверия от Санджи. А немного в стороне от места готовки Зоро, Уроуж и Босс были заняты сравнительно спокойным (бочками за раз, как они ещё не умерли, я даже не…) конкурсом по питью на небольшом расстоянии. Между тем, на не кулинарном фронте, Беджи наблюдал, как Голденвик работает над новой картиной на некотором расстоянии от нас, и судя по тому, как он перебирал монету между пальцами, думаю, он серьёзно рассматривал возможность сделать несколько покупок. За другим столом Кид и Апу оживлённо говорили о… чём-то, что они записали в паре блокнотов? Ну, пока они счастливы— — Эй, вы двое! — Саундбайт решительно свистнул, привлекая их внимание. — Я сам выступаю за использование «мудозвон», ЭТО ДОБАВЛЯЕТ ЧУВСТВО ИЗЫСКАННОСТИ! — Они сравнивают заметки по ругательствам, не так ли? — безучастно спросил я, когда два капитана напряжённо улыбнулись и начали говорить с обновлённой энергией. — Это настоящий обучающий опыт, поверь мне! Эй… в любом случааае… Ло и Нами склонились над столом, внимательно изучая… монеты? По какой-то причине? Действительно внимательно, с ювелирными лупами и всем прочим. Пингвин и Сачи выясняли отношения с Барто и его новым со-старпомом (Дезайр, кажется, он сказал?), и судя по тому, как они все жестикулировали и позировали, я бы сказал, что они либо весьма агрессивно спорили, либо находились в разгаре какой-то рэп-битвы. Правда, это могло быть и то, и другое. Отходя от Суперновы, экипажи тоже неплохо ладили. За одним столом я мог разглядеть Бепо, который весьма оживлённо говорил и жестикулировал, с жадной аудиторией в виде Детского Трио. Чёрт, Чоппер даже жевал сахарную вату, делая обширные заметки. За другим столом Гамбург и Джин устроили шоу по армрестлингу. Порче и несколько членов экипажа сформировали группу поддержки, Итомимидзу был ведущим… а сам Фокси, конечно, принимал ставки. Я был приятно удивлён, увидев, что Вито ведёт беседу с Конис, очевидно, об их оружии, судя по набору металлических деталей, разложенных перед ними. Довольно удивительно, но, полагаю, он был не таким сальным, каким его делал костюм… хотя всё ещё довольно сальным. А затем там был Лассу… катающий Су, пока она гналась за низколетящим Ку?..даже не буду пытаться спрашивать. Все остальные сидели вокруг, пили, расслаблялись, болтали… в целом, всё было очень приятно, очень мило и дружелюбно, очень сдержанно— — Хватит этого. Саундбайт отфильтровал бормотание в моё ухо в тот же момент, когда Дрейк встал и ушёл; это всё, что он сделал, но это был не незаметный выход. Я смотрел, как он уходит, затем оглянулся на Хокинса, который слегка кивнул в его направлении с закатыванием глаз, что явно говорило: «разберись с этим, не мог бы ты?» Выдыхая, я побрёл за Дрейком, размышляя, что делать, когда догоню его. На самом деле, если быть честным, он был одним из самых непредсказуемых на острове: бывший контр-адмирал, тусующийся с пиратами, который затем пойдёт из своего пути, чтобы намеренно присоединиться к Звериным Пиратам Кайдо? Возможно, я не был лучшим в тригонометрии в колледже, но даже я мог сказать, что кое-что не складывалось с этим парнем. Но всё же, как бы отчуждённо этот парень себя ни вёл, он был одним из нас, а это означало, что в интересах всех нас было, чтобы я охладил его от любого горячего воздуха, который он пытался накопить. Так что мысленно я пробежался по тому, что знал из SBS Оды о предыстории Дрейка: рос, обожая своего отца-морпеха, сказанный отец превратился в жестокого, склонного к насилию «пирата» (хотя, честно говоря, «банда морских бандитов» было бы более точным определением, даже по стандартам фальшивых пиратов) по неизвестным причинам, хотя судя по тем проблескам, которые я видел, я бы сказал, что «слишком коррумпирован даже для Акаину» было написано в каком-то отчёте. Дрейк сбежал, когда ему было 19, едва выскользнув из Птичьей Клетки, поднялся по званиям до контр-адмирала, а затем стал пиратом… как будто смирившись с судьбой, гласила история. Всё очень трагично, но мне это не особо помогает. То есть, это оставляло годы промежуточных деталей, о которых я мог только догадываться. И, честно говоря, ничто из того, что я действительно знал, не объясняло, почему он мог разозлиться на то, что в конечном счёте было довольно скромной— вечеринкой. В день, когда погибли Пираты Бэррелса, они устраивали вечеринку. — Да, это бы сделало это… — проворчал я, ускоряя шаг, потому что я не хотел оставлять его в том состоянии ума, в котором он сейчас пребывал. К счастью, человек-динозавр не ушёл далеко. Я нашёл его сидящим в одиночестве на ящике в нескольких кварталах от вечеринки… созерцающим бутылку рома. Ладно, этому конец. — Знаешь, — заговорил я особенно ровным голосом, заработав косой взгляд. — Пить в одиночку — это серьёзно рискованное дело. Гораздо веселее, когда делаешь это с друзьями. Мне пришлось подавить вздрагивание, когда взгляд Дрейка заострился — в смысле, зрачки-щели заострились — но вскоре он снова повернул свою хмурость к бутылке. — «Друзья»… тц, — тихо усмехнулся он, небрежно перебросив эту бутылку через плечо. — Ты действительно думаешь, что кто-то из этих головорезов считает тебя или друг друга «друзьями»? Кроме— — Он нетерпеливо огрызнулся, когда я открыл рот. — Я имею в виду, непостижимое исключение, которым является твоя команда. Все остальные, как только мы уйдём от этого… чем бы это всё ни было, они будут перегрызать друг другу глотки. Это неизбежно. Я кивнул головой в сторону с пренебрежительным ворчанием. — Мех, лично у меня больше веры в них. Но, назови меня оптимистом, если хочешь, я могу понять, откуда ты идёшь. Древний Зоан прямо нахмурился на меня, скрестив руки… иииии начал постукивать пальцем по рукоятке своей булавы, так что сообщение получено. — Так что, ты просто последовал за мной, чтобы вернуть меня обратно и заставить взяться за руки с остальными дегенератами, чтобы мы все ладили как одна большая счастливая семья? — Пш, учитывая, что я чувствую, что мне нужно помыться каждый раз, когда я слышу, как говорит Кид? Вряд ли, — пренебрежительно ответил я. — Лично я сейчас просто стремлюсь к «терпимости». Следовательно, я иду за тобой, чтобы хотя бы узнать причину, почему ты решил отскочить. — Я вопросительно поднял бровь. — Тааак…? Бывший морпех обнажил и стиснул зубы. — Ты же не отстанешь, пока я не дам тебе ответ, да. — ЭЭЭЭЭТО НАСТОЯЩИЙ ВОПРОС? Ему нечего было сказать на это, вместо этого он резко отвернул голову с резким цоканьем. — Если ты ищешь какую-то глубокую эмоциональную причину, её нет. Я просто не вижу «веселья» в наблюдении за кучкой идиотов, напивающихся в дрова в честь насилия. Моя щека слегка дёрнулась от этого плохо скрытого яда. Нет причины, нууу конееечно… Тем не менее, внешне? Я остановился на тяжёлом вздохе, медленно начиная чесать затылок. — Эээх… да, я понимаю, о чём ты. Такого рода вечеринки, о которых ты говоришь, не очень хороши. Многие другие, менее щепетильные люди? Они бы делали именно это, напивались ради самих себя, точка. Чёрт, Шики делал то же самое, да ещё и с рабами. Затем я надел нежную улыбку, когда оглянулся на вечеринку. — …но видишь ли, разница здесь? Эти сукины дети заботятся только о собственном счастье, к чёрту всё остальное. Чистый гедонизм. Но здесь— — РИИИИ! — ЙЕЕЕХАА! Мы с Дрейком медленно повернули головы, чтобы увидеть, как Рафи проскакала мимо на спине смазанного жиром кабана, ухая и вопя и— — ВЕРНИСЬ СЮДА, МАЛЕНЬКИЙ ТРОГЛОДИТ! иииии да, это определённо была шляпа Робин, которой она размахивала, если бегущий за ней археолог был чем-то, на что можно ориентироваться. — …ладно, всё ещё довольно гедонистично, — медленно признал я, неохотно отрывая взгляд от угла, за который они только что завернули. — Но! Это бескорыстный гедонизм. Мы хотим не просто чтобы нам было хорошо, мы хотим, чтобы всем было хорошо. Дрейк неопределённо фыркнул. — И ты уверен, применяя это к большинству другой собравшейся здесь швали? — Я уверен, что мы все терпим друг друга, и что даже Кид заводит положительное знакомство. — Я безразлично пожал плечами. — Я имею в виду, конечно, мы планируем всех обмануть завтра— — Тц. — Но то же самое относится ко всем остальным. И да, это из-за денег, а не крови, и это тонкая грань. Смотри, скажем так: ты сделал что-нибудь кому-нибудь здесь, за что стоило бы выпотрошить тебя? — Я воспринял его грубое молчание… этот случай грубого молчания как «нет». — Тогда хотя бы попытайся довериться тому, что никто здесь не собирается делать это в мгновение ока, хорошо? Всё ещё грубое молчание, но то, как он наклонил голову, казалось, было в раздумьях… может, небольшой толчок…? — Я имею в виду… — я слегка помахал руками, собирая мысли. — Дело в том, что? Люди, которые ведут себя как полные ублюдки, полностью предают кого-то без веской причины? Они существуют, конечно… но они определённо не все, понимаешь? По крайней мере, не все пираты? Моя рука хлопнула по моему лицу, отражая то, как голова Дрейка резко повернулась, чтобы уставиться на меня. — Иииии я зашёл слишком далеко. Чёрт возьми. — Я провёл рукой вниз и встретил его интенсивный взгляд со скучающим. — К сведению, если ты планируешь оторвать мне голову, помни, что ты падаешь на сторону «Луффи может надрать тебе зад». Забавный факт, он думает, что стейк из динозавра очень вкусный. Дрейк продолжал пристально смотреть на меня на протяжении того, что казалось короткой вечностью… а потом он просто обмяк. — Я… просто отброшу всю эту чушь и спрошу тебя прямо: Сколько ты обо мне знаешь? Я резко поднял палец, начиная придумывать идеальную— ба, к чёрту это. — Достаточно, чтобы дать тебе знать, что Дофламинго получит своё рано или поздно, — сказал я ему, тупо как кувалда, прежде чем пожать плечами. — Если хочешь присоединиться, дверь открыта. Не стесняйся поговорить с Ло об этом. — Хотя, мы всё равно будем участвовать, ТАК ЧТО ОТ НАС ВСЁ РАВНО НЕ УБЕЖАТЬ, — пропел Саундбайт. Лицо Дрейка скрутилось в болезненной гримасе, и он в отчаянии сжал бровь. — Мне нужно чертовски выпить, — жалко процедил он. Я… честно говоря, не мог не усмехнуться застенчиво, потирая шею сбоку. — Я знаю это чувство, да, только я не пью, так что это не так просто… Мы разделили терпеливый момент тишины. Вскоре он был нарушен хором криков — победы, поражения и недоверия — с того пути, откуда мы пришли. Я оглянулся через плечо с нежной ухмылкой. — Ну, похоже, чей-то желудок наконец сдался. — Я приглашающе кивнул головой. — Хочешь пойти и напиться, наблюдая, как глупые люди делают глупые вещи? — …лучше, чем пить в одиночку, — проворчал он, отталкиваясь от своего импровизированного сиденья и шагая рядом со мной. — Хехехе… — усмехнулся я, медленно поднимая руку. — Дрейк, мой друг, я верю, что это начало— — Не трогай меня. — Ещё не дошли? — Даже близко нет. — Справедливо. — Он улыбается! — Я не улыбаюсь. — Ты прав, ты ухмыляешься, и это считается. — …тц. И вот, ухмылка не исчезла.

РАССВЕТ СТАРТОВОГО ДНЯ

Осталось 72 часа

Вы встретились с ужасной судьбой, не так ли?

…ой, не та серия? Моя ошибка~

РАССВЕТ СТАРТОВОГО ДНЯ

— Ты… гнойный… блохастый… — Покрытый паршой… бешенством заражённый… — Г-Герцог Псостром! М-Мастер Котвипер! Ден-Ден-Муши только что начал звонить! СВС скоро начнётся! И Титан-Пёс, и Мега-Кот замерли при оклике от наблюдателя Дзоу, Бариете. Они стояли, сверля друг друга взглядами в течение момента, который казался вечностью. Затем, через мгновение, они обмякли. — Перемирие держится, — вздохнули они, и после того, как помахали своим слугам, чтобы те пошли и разбудили остальных ночных Минков, они отправились к улитке. Одноглазый минк-ягуар смотрел, как они уходят, а затем оглянулся на стоящего рядом минка-собаку, которая с облегчением обмякла. — Тааак, — медленно протянул он, приподняв функционирующую бровь. — Есть ли шанс, что ты прекратишь делать куклы вуду Кросса, учитывая, что он может остановить их драки в один момент? И точно так же облегчение минка-собаки испарилось. — Когда Зуниша отрастит крылья и полетит с нами на луну, — огрызнулась в ответ Ванда. — Да ладно, неужели ситуация дошла настолько далеко! — усмехнулся Педро. — Вы, Мушкетёры, какие-то реально счастливые сукины дети, — проворчал проходящий мимо минк-олень, нахально скрестив руки. — Ещё один мяч, и мы могли бы забить тройку с вашей ленивой— БАЦ! — ГЯХ?! — ЗАБЕЙ ЭТО, МОЗГИ-С-КЛЕЩАМИ! — прорычал минк-кролик с белым мехом, вцепившись в спину Стража и грызя её голову. — СЛЕЗЬ С МЕНЯ, ХВОСТ-КОМКОМ ТУПИЦА! Глаз Ванды яростно дёрнулся, когда она повернула зловещий взгляд на внезапно более сдержанного Педро. — Я. Королевская помощница, — процедила она. — Это означает, что обычно моя единственная обязанность — терпеть, когда Герцог и Мастер вцепились друг другу в глотки. Но теперь, благодаря этому громкоротому придурку, я должна иметь дело с перебранками обоих корпусов двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю. Когда Соломенные Шляпы приземлятся здесь, я вырву его мерзкий язык своим ртом. Педро начал кивать с пониманием, прежде чем сделал паузу, когда его посетила мысль. — Подожди… разве Морковка тоже не Помощница? Взгляд, который Ванда бросила на него, был одновременно плоским и уничижительным, и ягуар поднял руки в признании поражения. Немного позже большинство населения Дзоу собралось вокруг общественной улитки. Кросс, похоже, не торопился давать своей аудитории позвонить, о чём свидетельствовал тот факт, что он решил устроить музыкальный номер, из всех вещей, чтобы избежать мёртвого эфира. — Некоторые говорят, что пираты воруют, и их следует бояться и ненавидеть~ — пел печально известный громкоротый пират, его голос был полон смеха. Я говорю, мы жертвы плохой прессы; всё преувеличено Мы никогда не ударим вас в спину, никогда не солжём и не обманем Мы просто одни из самых приятных парней, которых вы когда-либо хотели встретить! — …что за чертовщина вообще? — вопросил Бариете, его хвост покачивался в возбуждении. — Хей, хо, хо! — внезапно прокричал дикий хор голосов из ниоткуда, все полны радости и дикого веселья. — Это один за всех и один за одного И мы поделимся-и-поделимся-одинаково с тобой и полюбим тебя как сына Мы джентльмены удачи, и этим мы гордимся И когда ты профессиональный пират! — Похоже, Кросс устраивает настоящее ансамблевое представление! — нежно усмехнулся Псостром. — Ты будешь честным, храбрым и свободным! — прокричал новый, но одновременно знакомый голос. Котвипер моргнул от удивления. — Подождите минутку… Я знаю этот голос, разве это не—? — Комментатор Пиратов Фокси, Итомимизу?! — закончил Педро, так же с недоверием. — Душа порядочности, — продолжил печально известный широкоротый. Ты будешь верным и справедливым, и по правилам И самое главное—! — Когда ты профессиональный пират, — хор снова приветствовал, такой же дикий, как всегда. — Ты всегда в самой лучшей компанииии! Герцог и Мастер обменялись озадаченными взглядами, когда песня подошла к концу. — Ну, Луффи, безусловно, доказывает, что он харизматичный, не так ли? — усмехнулся пёс. Кот ухмыльнулся в ответ со смешком. — Зависит от того, сколько из тех людей за его спиной хотят его головы, не так ли? Однако, прежде чем кто-либо из биархов мог что-то начать, их прервала их улитка, вновь обретя свою типичную нахальную усмешку. — Ну, это было весело! — весело сказал Кросс. — Чёрт, никогда не думал, что когда-либо получу шанс спеть эту песню из всех вещей! Но! Учитывая, что у меня был этот шанс, я бы сказал, что это означает, что у нас было достаточно времени, чтобы все наши зрители могли подключиться! Итак, для тех, кто здесь, позвольте мне—! — Йо, Кросс, ты уже начал и поприветствовал людей в СВС? — самый определённо неожиданный голос вмешался с хихиканьем. — Нет, но—ЧЁРТ ВОЗЬМИ, только не снова! — Прерван даже Апу! О, он никогда не переживёт это! — хихикнула Морковка в свои перчатки-лапы. — Ты трёхрукий, обезьяноподобный, фортепьяно-зубый п* #& %р! — гораздо более грубый и менее знакомый голос возмущённо зарычал, обрываясь в конце своего предложения гудком. — Я должен был сделать это! Мы это обсуждали! — Это звук меня, не дающего ни единого хрена! — захихикал Апу, следуя за издевкой гитарным риффом. — В До-миноре, могу добавить. — А ты, сопляк! Почему, чёрт возьми, ты цензурировал меня, но не его?! — Только я выбираю, кто становится синим, ПРИДУРОК! — ฿%*#&! — Много гостей на этот раз, — заметил Котвипер. — Включая этого угонщика Апу, они, кажется, находятся в непосредственной близости. — Соломенные Шляпы приобрели ещё больше союзников? — задалась вопросом Морковка. — Их тона не совсем кричат о «дружелюбии», тем не менее… — задумчиво пробормотал Псостром. — Угх… — Кросс издал многострадальный звук, который был безмерно знаком всем его слушателям. — Ну, люди мира, как вы уже можете сказать, эмоции накаляются для нас. И «нас» не просто означает Пиратов Соломенной Шляпы на этот раз. Давайте зададим тон для всей этой штуки, начиная с жёсткого и быстрого: Для тех из вас, кто следил за нашими путешествиями, моя команда и я достигли конца Рая, что означает, первую половину Гранд-Лайн. И как таковые, чтобы достичь другой стороны Ред-Лайн и отправиться далее в Новый Мир, мы и все другие пираты, которые разделяют нашу цель, должны сначала пройти через последнее место Рая для пиратов, всемирно известные— Честно говоря, было чудом, что улитка не повредила что-нибудь с тем количеством напряжения, которое Кросс вложил в это слово —острова, известные как Архипелаг Сабаоди. К сожалению для нас, это легче сказать, чем сделать в данный момент. Для тех из вас, кто не следит за новостями в Гранд-Лайн — или, по крайней мере, за слухами, сомневаюсь, что Большому Франту Моргану дали разрешение на этот кусок — Морская Пехота установила блокаду вокруг Сабаоди, чтобы запретить любым пиратам достичь его или Нового Мира на другой стороне. Как вы можете себе представить… мы не счастливы. — Вы не одиноки в этом, — пробормотала Ванда. — И мы не одиноки в этом. Минк металась между смущением и рычанием от раздражения, когда её слова были отражены. — Как вы, возможно, уже поняли, мы сформировали некое крайне расплывчатое подобие альянса с некоторыми другими громкими именами. С нами лучшие, самые яркие, самые устрашающие, самые могущественные… и Кид с Апу тоже здесь, я полагаю. — КЛЯНУСЬ #^ , УБЬЮ ТЕБЯ! — Апапа, да, потому что эта шутка такая оригинальная, ты использовал её уже сколько раз? — У меня есть шутка на эту тему про твою мать, но я воздержусь от её использования, потому что у меня есть воспитание. В отличие от тебя. — Девочки, девочки… — вмешался незнакомый женский голос, говоря приятным и снисходительным тоном. — Вы обе раздражающие стервы, теперь мы можем, пожалуйста, продолжить? Я хочу добраться до Сабаоди, пока вы все ещё молоды. —… Верно. Извините за это, дорогие зрители. Вы знаете, как это бывает с пиратами. Особенно с нервными. Таким образом, в интересах продолжающегося развлечения, пусть шоу продолжается! Итак, пять, четыре, три— К недоумению собравшихся минков, Кросс замолчал… и затем, к их удивлению, Визуальный Ден-Ден-Муши, который они заполучили всего два дня назад, ожил, представляя изображение на куске парусины, который они приспособили в качестве экрана. Там, на вершине очень большого воробья с сине-белым капюшоном и безумно ухмыляющейся улиткой, сидящей на его плече, был Иеремия Кросс; рядом с ним сидел незнакомый мужчина в фиолетовой водолазке, кремовых штанах и полосатой шляпе. Или, по крайней мере, он был незнаком, пока люди не заметили самый широкий рот, который кто-либо из них видел у человека нормального размера. — Здравствуйте, все, это Иеремия Кросс и Саундбайт, — объявил Голос Анархии, выбрасывая бодрый, двухпальцевый салют, который его улитка поддержала хихиканьем, затем широко взмахнул рукой, чтобы указать на человека рядом с ним. — И со мной в этом специальном двойном выпуске СВС возвращающийся гость и комментатор, Итомимизу из Пиратов Фокси! — Приятно вернуться, Кросс! — заявил Итомимизу, энергично махая рукой в камеру. — Я счастлив быть здесь снова, и можете быть уверены, что я, мой капитан и команда в целом абсолютно польщены, польщены, быть частью того, что, безусловно, является крупнейшей Гонкой «Дэд-Энд» в истории! Псостром и Котвипер обменялись настороженными взглядами при этом заявлении. Они участвовали в одной или двух гонках в прошлом, и все они, как правило, заканчивались особенно… липким образом. — Что такое Гонка «Дэд-Энд»? — поинтересовалась Морковка. — Нечастое соревнование среди пиратов, гонка с разрешёнными любыми средствами и с массивным призом в конце, — кратко объяснил Псостром. — Как правило, заканчивается так, как ты думаешь, — устало вздохнул Котвипер, массируя мигрень из своей брови. — И учитывая, что Соломенные Шляпы вовлечены, я бы сказал, что единственный настоящий вопрос о последствиях этого был бы просто сколько других команд вовлечено. — Приятно иметь тебя здесь тоже! Хотя удовольствие будет гораздо больше, если всё закончится как последнее соревнование, в котором мы сражались с вами, ребята, — съязвил Кросс, вызвав неэффективные ухмылки от своих компаньонов. — В любом случае, мы можем рассказать больше подробностей для тех, кто не в курсе, позже, но сначала, как насчёт того, чтобы подтвердить, что это крупнейшая Гонка «Дэд-Энд» в истории? Вид камеры развернулся от Кросса и Итомимизу, и Минки и мир одинаково застыли с открытым ртом при виде того, что было открыто: вид с высоты птичьего полёта на море и массивный разноязычный флот, распространившийся на нём, покрывающий океан покрывалом из большего количества плавающего дерева и металла в одном месте, чем большинство живых людей когда-либо видели. Завершала картину миниатюрная, но всё ещё массивная штормовая ячейка, бушующая позади флота, ветры видимо перемешивали облачные небеса высоко вверху. — Так… — медленно протянул Педро, нервно почёсывая свой шрам. — С таким количеством кораблей одновременно…? — Я полагаю, что океан вот-вот будет подожжён, да, — ответила Ванда, её гнев был подавлен в пользу ожидающего ужаса, окрашенного кровавым возбуждением. — Теперь, те из вас, кто знает, что такое Гонка «Дэд-Энд», я уверен, вы задаётесь вопросом, как мы собираемся дать кораблям начальный толчок, который им нужен, — заявил Кросс с гордым кивком. — А для тех из вас, кто не знает, обычно Гонки «Дэд-Энд» используют удобную горную реку à la Реверс Маунтин; чем круче, тем лучше. Но, учитывая, что это открытый океан и поблизости нет удобных гор… ну, нам пришлось придумать решение самостоятельно. — Совершенно безумное решение, которое может убить нас всех, и лично я всё ещё думаю, что мы немного близко к нему… — заговорила птица, на которой сидели люди, нерешительно глядя вниз на воду. — Но, да, план, если хотите его так называть. — Так, стандартный рацион для Соломенных Шляп тогда… всё равно интересно, что это, — размышлял Псостром. — Да, действительно интересно—ого! — Морковка отпрянула назад в шоке, когда участок океана внезапно взбурлил и заволновался, огромное и пенистое облако пузырей прорвалось сквозь поверхность одновременно. — Что это, чёрт возьми, было?! — А, отлично, это было бы решение, о котором идёт речь, приводящееся в движение, — объяснил Кросс, его усмешка стала отчётливо волчьей, когда он наблюдал, как флот внизу быстро пришёл в действие. — Блиц-опрос для всех дома: Кто помнит маленький климатологический катаклизм, на который мы наткнулись ранее в нашем путешествии… известный как Поток Knock-Up? Псостром и Котвипер напряглись и побледнели в нехарактерном проявлении синхронизации, когда до них дошли последствия происходящего. — О-о… — хором произнесли они. — Что не так, мой го—хм? — Бариете прервал себя в замешательстве, когда заметил что-то на экране. — Э-э… э-эй… это только мне кажется, или океан позади этих кораблей выглядит немного… Его слова и каждый другой продолжающийся разговор затихли в ошеломлённом молчании, когда из ниоткуда целый участок океана начал просто… разрушаться, как бы, вода спиралевидно опускалась к морскому дну с тревожной скоростью. Ускоряющейся скоростью, поскольку в течение минуты яма расширилась от скромной ямки до массивной, зияющей пропасти, которая вела прямо в кромешную тьму, слышимо ревущую от чистой интенсивности всасывания. Флот качнулся назад от самых внешних краёв водоворота, только их якоря удерживали их от всасывания внутрь. Скудные немногие действительно были всосаны вниз в кричащую бездну — или, скорее, всосаны кричащими в бездну — но, казалось, это были либо бедные ублюдки, чьи якорные цепи порвались, либо глупые ублюдки, которые вообще не опустили якорь. — УУУУХУУУУУ! — завопил Кросс, держась за оперение Чучуна изо всех сил. — О, БОЖЕ! Он ещё больше, чем в прошлый раз! Он действительно пытается всосать нас с неба! Это ПОТРЯСАЮЩЕ! — Говори за себя, не ты тот, кто должен бороться с естественной невозможностью здесь! — закричал Чучун, когда он размахивал своими крыльями с маниакальной энергией. — О, но это полностью «естественно», мой пернатый друг, полностью естественно! Мы просто вызвали его через искусственное подстрекательство! — Кросс быстро поднял палец, чтобы указать на своего третичного соведущего. — Не хочешь ли пояснить для тех дома, Итомимизу? — Конечно, Кросс! — широкоротый ведущий бодро отсалютовал, прежде чем обратиться к видео-улитке. — Как вы, возможно, помните из трансляции Соломенных Шляп по этому вопросу, Поток Knock-Up — это массивный гейзер, который может извергаться посреди океана, посылая столб воды достаточно высоко, чтобы достичь неба! Очень удобно для нашего дела в данный момент! Но, к сожалению, как все природные катастрофы, крайне непредсказуемо! — Видите ли, Поток Knock-Up обычно начинается, когда вода стекает в подземную пещеру на океанском дне и перегревается геотермальным теплом! Но вместо того, чтобы ждать, пока эта последовательность событий произойдёт естественным путём, мы вызвали её сами. Всё, что потребовалось — это некоторые из наших союзников, более приспособленных к водной среде— — Привет Капитану Дюгоню И ВЕЛИКОМУ ФЛОТУ КУНГ-ФУ! — подбодрил Саундбайт. — —чтобы нырнуть и установить взрывчатку над пещерой, которую они сами нашли, и вуаля! — Итомимизу широко взмахнул рукой над океанской бездной. — Поток Knock-Up по запросу! Сначала идёт водоворот… И затем так же быстро, как он появился, водоворот закрутился с едва слышным бульканьем, вода всплеснулась обратно в спокойное море. И всё же, несмотря на это кажущееся спокойствие, пиратский флот не расслабился ни на дюйм. Скорее, они казались ещё более напряжёнными, чем раньше, каждый дюйм такелажа был натянут остро и туго, а якоря подняты из воды, как будто они горели. — А затем, когда пещера заполняется до предела, океан успокаивается до нормального состояния… — продолжил Кросс, его нетерпение нарастало ещё сильнее. — Но ненадолго. Котвипер издал задушенное бульканье, наблюдая, как океан начинает вздуваться там, где когда-то кружился водоворот, поверхностное натяжение напрягалось под огромным количеством давления, поднимающегося снизу. — И они сделали это намеренно…? — Как видите, океан едва держится, когда давление нарастает до астрономических уровней! — заявил Итомимизу настолько грандиозным тоном, насколько он мог достичь. — В любой момент давление будет слишком большим, и Поток Knock-Up извергнется и достигнет небес во всей своей славе! — Но почему— — Ванда произнесла только два слова, прежде чем зажала ладонь над своей мордой. — Теперь, некоторые из вас, возможно, задаются вопросом, почему мы используем силу вертикальной тяги для ускорения, когда то, что нам нужно в данном случае, это боковая тяга, верно? — спросил Кросс с озорной усмешкой. — Тихихихи! Он точно знает тебя, Ванда! Тихихи—ГРРК! — Морковка отчаянно царапала лапу, которую её начальница небрежно зажала вокруг её горла. — Ты действительно думала, что сейчас подходящее время, чтобы давить на неё? — вопросила Милки с искренним недоумением. — Гммф… — Ну, проще говоря, всё сводится к самой простой и базовой концепции жизни. То, что поднимается вверх… должно спуститься вниз. — Если только это не награда за голову, — вставил Ито. — Да, да, это. В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ! — Кросс нетерпеливо хлопнул в ладоши. — Как мы часто повторяли, Поток Knock-Up — это титанический столб воды, вся вода, которую мы видели, спускающаяся в водоворот, восходящий поток этого вещества! И когда начальная сила этого потока закончится, он весь зависнет на месте на мгновение… прежде чем всё обрушится обратно вниз. И вся эта вода, обрушивающаяся в одном месте? Ну, от этого будут эффекты. В частности… Эффект волны. Ванда наклонила голову в замешательстве. — Эффект волны? Что он—? — Постукивание по её запястью привлекло её внимание к Морковке, которая отчаянно указывала другой лапой. Указывая на север… от ДенДенМуши… Глаза Ванды медленно расширились, когда на неё снизошло осознание. — Они не могут быть настолько—! — Подумай очень внимательно о том, о ком ты говоришь, — сказал Педро бесстрастно. Ванда совершенно побледнела от предвкушающего ужаса. — О-о-о, боже…

***

— Я дам этому осесть на минутку для тех из вас, кто может сложить кусочки вместе. Для всех остальных… ну, у нас есть немного времени, прежде чем это произойдёт, так что давайте объясним, как работает Гонка «Дэд-Энд». — Это на самом деле довольно просто: СОБЕРИТЕ КУЧУ ПИРАТОВ, помашите большим количеством денег перед их носами, А ЗАТЕМ ОТПРАВЬТЕ ИХ ЧЕРЕЗ ОКЕАНИЧЕСКУЮ ПОЛОСУ ПРЕПЯТСТВИЙ из ловушек и ВНЕЗАПНЫХ, НО НЕИЗБЕЖНЫХ ПРЕДАТЕЛЬСТВ! — Ах, звучит как приятное субботнее утро… — вздохнул Итомимизу. — Конечно, это немного отличается от вашей обычной Гонки «Дэд-Энд», и я не имею в виду только стартовый толчок. Ветераны там, кто из вас слышал о Гонке «Дэд-Энд» с призовым фондом в ฿8 миллиардов? ПФФФТ! Король Далтон поднял бровь на брызгающую ведьму на другой стороне стола. — Хм. Ты последний человек, от которого я ожидал шока от… практически чего-либо в шоу Кросса, знаешь ли. — Гроуф, — согласно кивнул ассистент-огр-кролик ведьмы, любезно передавая ей новую бутылку выпивки. — Иди делай коровью лепёшку, сыромятная задница! — закашлялась Курэха, алкоголь всё ещё прочищал её дыхательные пути. — Я слышала или видела некоторые смехотворные суммы денег, большинство из них из моих собственных уст, но такое количество от пиратов? Серьёзно, это действительно выкуп за короля или что-то в этом роде? — Она обратила своё внимание на четвёртого человека в комнате. — Ну? Я говорю с тобой, большой парень! Ты эксперт по наградам за голову здесь! — Укуси мою пылающую светящуюся задницу, ты ве…е…АП-ЧХИ! — Дон Аччино сотряс комнату своим ревущим чиханием, мрачно глядя на наполовину старую, наполовину молодую женщину со своего места, свернувшись перед камином. — Я помогу тебе в ту секунду, когда ты поможешь мне! Ты так называемая ведьма здесь, вылечи эту проклятую просту… о… АП-ЧХИ! — Чихание снова прервало его, и он попытался стереть новую маску соплей, шмыгая, чтобы прочистить дыхательные пути. — Без шансов, светящиеся штаны, — ухмыльнулась Курэха, жестом показывая своему помощнику принести маленькому гиганту ещё одно одеяло. — Я хороша, но даже я не знаю, как вылечить обычную простуду. Ты застрял с ней, пока не сможешь чихнуть, пропотеть и — в худшем случае — выблевать её. Извини, не извини, потому что ты чуть не поджарил моего заблудшего ученика. — Грмпф… — проворчал новоиспечённый Страж Алабасты. — Во-зможно, тебе не следовало приезжать на Зимний Остров в… менее чем подходящей одежде, — мягко заявил Далтон. — Я съел Горячий-Горячий Фрукт! Я провёл последние три десятилетия своей жизни живя в поле айсбергов! Холод никогда не беспокоил меня… ЭЭ… АП-ЧХИ! — Очередное чихание прервало зарождающуюся тираду, и хмурый взгляд закрепился на лице Аччино. — …эм… — Далтон неловко почесал подбородок. — Ты не думал, что твой старый дом мог содержать что-то вроде «сухого» холода только со льдом, тогда как снежное королевство, такое как наше, немного… влажнее по своей природе? Аччино кипел на месте несколько секунд, прежде чем резко отвернуть голову, демонстративно поправляя свои солнцезащитные очки. — Заткнись, — фыркнул он. — Так или иначе, деньги…? — подтолкнула Курэха. — Да, вы правильно меня расслышали! — злорадствовал Кросс, как будто в ответ. — Восемь. Миллиардов. Берри. Это девять нулей. Подумайте об этом числе. Дайте ему осесть. Нам пришлось принять особые меры предосторожности, чтобы этот горшок оставался в безопасности. — И извините, белые шляпы, мы не скажем! — Да, это было бы просто глупо. В любом случае, другое основное отличие? — улыбка Кросса приобрела особенно злобный оттенок. — Препятствие здесь — не заранее установленные ловушки или другие пираты. По крайней мере, в основном не другие пираты. Вместо этого у нас целая блокада каперов и Морской Пехоты, которые о-очень любезно вызвались для этой обязанности! Разочарование Аччино медленно исчезло, когда улыбка расползлась по его лицу. — Ну-ну. Если это будет что-то вроде привычного прорыва блокады Алабасты, это должно стать настоящим зрелищем. Ах, кстати о… — А, да, да. Ты говорил, что у тебя есть список…? Аччино бросил конверт ведьме-доктору. — Пока ничего серьезного, но Кобра полон решимости принять все меры предосторожности относительно своего здоровья. Королевство Алабаста благодарит вас за службу. Для оплаты и необходимых ресурсов, Королевская казна Алабасты открыта для вас. — Ммм… мех, — пренебрежительно фыркнула Курэха, махнув рукой. — Открыта, конечно, но я не буду слишком сильно её грабить. Назовём это… память о старом шарлатане, который никогда не брал слишком много, полагаю. — Так что… бесплатно? — Теперь придержи коней, ты ходячая космическая печка!

***

Проблема с комплектацией штата у Морской Пехоты лишь немного улучшилась после разрушения Эниес Лобби, что оставляло их далеко не с теми ресурсами, чтобы устроить блокаду самостоятельно. Широко признавалось, что это была единственная причина, по которой они наняли так много каперов для блокады Сабаоди, но даже в меньшинстве они оставались теми, кто отвечал, когда ситуация того требовала. Однако, естественно, с тем, что средний морской пехотинец в целом менее способен, чем средний пират, даже на Гранд-Лайне, требовалась значительная сила, чтобы поддерживать всё в исправности и отбивать у любых простаков желание к мятежу или дезертирству. Таким образом, трое могущественных пехотинцев были ответственными, каждый из которых по отдельности способен был сравниться с кораблем, полным каперов, или даже больше. Один управлял солдатами. Один управлял кораблями. И один управлял стратегиями. Первые двое находились в постоянном состоянии беспокойства рядом с последним. Не потому, что они были единственными пользователями Дьявольского фрукта во всём флоте, они давно показали, что им не нужны их силы, чтобы быть сильными. И не потому, что этот человек превосходил их по званию; он был дружелюбен во всём, несмотря на своё типичное презрение к пользователям способностей. Нет, что нервировало их, так это то, что при их текущем задании им приходилось постоянно сотрудничать с кем-то, кто уже четыре раза раскрывал Масонов Нового Мира, и ни один из них не горел желанием докладывать фактическому лидеру Божественных, что ей нужно стереть его память в пятый раз, потому что кто-то из них облажался. Сам он хорошо это воспринимал, но Цуру начинала раздражаться. Конечно, это беспокойство в настоящее время отходило на второй план перед гораздо более насущным: перед лицом последнего объявления Кросса, человек, который мог бы сойти за китайского императора, был совершенно невозмутим и даже демонстрировал легкую ухмылку интереса. — Аххх, так вот в чём твоя игра, мистер Голос Анархии, — задумчиво произнёс вице-адмирал «Белое Перо» Комэй с почти ласково звучащим смешком. Смокер и Хина скрыли свои вздрагивания, сжав зубами свои табачные пачки. — Итак, объяснив всё это, вернёмся к эффекту волны. Просто подумайте на минутку, дорогие зрители, — пропел Кросс, почти впадая в восторг от предвкушения, пока водяная выпуклость поднималась всё выше и выше, медленно начиная нависать над мачтами даже самых больших кораблей в собравшемся флоте, который к настоящему времени уже отошёл на приличное расстояние от нарастающего катаклизма. — Несколько сотен метрических тонн воды, одновременно обрушивающихся в океан. Это не вызовет рябь… скорее, это вызовет цунами. Смокеру потребовался весь самоконтроль, чтобы не стряхнуть пепел с сигары больше, чем нужно. — Он не может быть серьёзным. Кросс развеял это представление, когда он раскинул руки с совершенно безумным хохотом. — Цунами, на котором мы поедем прямо в блокаду, детка! — Использование импульса от природной катастрофы для своих целей. Ну же, коммодор. — Комэй скрыл свой смешок за веером. — Разве не вы, из всех людей, должны были ожидать чего-то подобного от Пиратов Соломенной Шляпы? В то время как Смокер дёрнулся от того, что его скептицизм был отмечен, звонящий сигнал тревоги прозвучал из трансляции. — ЭЭЭТО ВРЕЕЕЕЕМЯ! — восторженно завопил Саундбайт. — ВЫ СЛЫШАЛИ УЛИТКУ, ЛЮДИ! — прорычал Итомимизу, поднимая кулак в воздух, пока его ездовое животное хлопало крыльями в ужасе. — ДЕРЖИТЕСЬ КРЕПЧЕ И КРЕПИТЕ ПАРУСА! ПЕРВАЯ В ИСТОРИИ ГОНКА «ДЭД-ЭНД» СКЕЛТЕР БАЙТ-САБАОДИ ВСКОРЕ НАЧНЁТСЯ! НА СТАРТ! Ухмылка Комэя оставалась твёрдо на месте, когда он отбросил веер в сторону, бросая взгляд на своих нынешних подчинённых, вставая со своего места и направляясь к двери каюты. — Капитан Хина, не будете ли вы так любезны сообщить… наёмникам приготовиться к бою? — Конечно, сэр, — ответила она, затем заколебалась, когда она и Смокер последовали за ним на квартердек. — Есть ли конкретные приказы, которые вы хотели бы, чтобы я передала? — ВНИМАНИЕ! — Разве это не очевидно, моя дорогая? — протянул Комэй, когда его глаза сканировали горизонт. КА-БЛУУУУШ! И Смокер, и Хина вздрогнули от шока, когда титаническая волна шума обрушилась на них, исходя как от каждой улитки в пределах слышимости, так и из-за горизонта, и оба не могли ничего сделать, кроме как смотреть разинув рты на голубую башню, поднимающуюся ввысь, соединяющую небо и океан в неповиновении всякой логике. А затем, когда эта башня внезапно остановилась и начала падать, одно слово прорезало шок, как пушечное ядро. — МАРШ! — Любезно проинформируйте наших помощников, — усмехнулся Комэй над раздавшимся из SBS рёвом, звуча искренне нетерпеливым к тому, что должно было произойти. — Что игра началась.