Дурь и Романия

Юнги пришёл домой раздавленным и сильно уставшим, хотя ничего грандиозного за этот день не сделал, — не считая того, что разревелся в библиотеке. Он всё так же продолжал шмыгать носом, но слёзы больше не подступали к глазам. Потеря телефона оставила свой отпечаток: там было много фотографий Намджуна. Это была личная коллекция Мин Юнги, которую он никогда ни на что не променял бы, — но жизнь распорядилась по-другому. Вряд ли он ещё когда-нибудь соберёт столько снимков. Оставило осадок и отношение библиотекаря: было очевидно, что тот воспринимал Юнги несерьёзно, через силу пытаясь помочь ему. Он не в первый раз сталкивался с подобным обращением; но, так или иначе, подобные ситуации всегда надолго засиживались в голове, и Мин постоянно думал, что не так выглядит, не так говорит — всё делает не так. Юнги слабо верил в то, что его телефон вернут или перезвонят на номер того библиотекаря; хотя где-то в глубине души всё же представлял, что завтра гаджет уже будет у него в руках. Но ему даже не назвали точного времени, когда он сможет прийти, — и это вводило в заблуждение. Плюс ко всему, если телефон не найдётся, то Сынгхе даже и не узнает об этом. Вдруг она ему напишет? Вдруг будет переживать? Хотя она очень редко ему писала или звонила: раньше делала это чуть ли не каждый день, но потом поняла, что раз за разом получает только однообразные ответы по типу «у меня всё нормально», «да, я пытаюсь устроиться на работу», «да, я поел» и всё в таком духе. Все они были чистой воды ложью; и, возможно, Сынгхе это понимала — просто не хотела разбираться: у неё уже своя жизнь, и она не будет тратить время на кого-то ещё. Юнги аккуратно снял ботинки и повесил куртку в шкаф, на ватных ногах плетясь к себе в комнату. Тело плюхнулось на мятую кровать, которую никогда, кстати говоря, даже и не пытались заправить. Мин прикрыл глаза и попытался заснуть — и это бы почти получилось, если бы не Намджун. Юнги продолжал думать о том, какой же он невероятный, прокручивая в памяти многочисленные моменты, когда его видел: когда он помог ему в школьной столовой и отнёс его в медпункт, или когда он подхватил его в метро месяц назад… Мин помнил то, как наблюдал за Намджуном в школе. Все эти воспоминания вызывали лёгкую улыбку. Юнги потянулся за шарфом, который лежал на полу справа от кровати, и укутался в него, вдыхая его запах; парфюм так и не выветрился, но было уже всё равно: это же парфюм Намджуна, а не кого-то другого. Закусив губу, Мин сминал приятную на ощупь ткань обкусанными пальчиками и представлял, что рядом с ним сейчас лежит не шарф, а Намджун. Ким бы наверняка повалил его на спину и стал целовать везде, где только можно. Юнги был уверен в том, что Намджун ведёт себя очень нежно и осторожно в постели, желая доставить удовольствие обоим, — он бы и сам крепко обнимал Намджуна, зарываясь в его серебряные волосы… Эти мысли так быстро заполонили голову, что Мин даже забыл о потерянном телефоне. Юнги неровно вздохнул и потянулся рукой к джинсам, нетерпеливо расстёгивая их: Мин всё ещё был мягок, хотя обычно уже возбуждался к этому моменту. Он попытался помассировать член через ткань трусов, но это не дало результатов; он приподнялся на локтях, оттягивая ткань трусов и наблюдая, что у него совершенно не встало. Мин чувствовал себя странно: его тело всегда бурно реагировало на мысли о Намджуне. Конечно же, мамочка ему всегда говорила в детстве, что рукоблудие — это плохо… Но Юнги уже совсем не маленький и хочет расслабиться. Мин сдавлено захныкал: — Ну же… — пропищал парень, быстро надрачивая свой член, который, казалось, совсем не реагировал. От интенсивных движений рука устала, и Юнги прекратил, продолжая несвязно мычать. Он совершенно не понимал, что происходит, и попробовал предположить, что организм так реагирует потому, что он устал. Однако отсутствие мастурбации не помешало через пару минут провалиться в сон.

***

Чонгук, конечно же, был не из робкого десятка, но эта ситуация заставила взбудоражить нервы. В первую очередь Чон переживал за своего друга. Что Юнги хочет с ним сделать? Чего добивается? И — самое главное — почему Намджун такой слепой? В фотоплёнке было порядка пятисот фотографий  — как можно было не заметить такие «папарацци»? Походу, Мин Юнги обладал навыками скрытности и незаметности. Чонгук слышал истории про сталкеров, которые могли годами следить за девушками. Они даже пытались проникать к ним в квартиры, — но никто не говорил, что делать в таких ситуациях. Никто не давал инструкций. Кем-то это всё вообще воспринималось как забавная ситуация. Но такие люди в основном встречаются в интернете, и непонятно, что ими движет, когда они пишут комменты типа «блин жаль он не догнал её такая бы ржака была», пока кто-то действительно пугается — и не зря. Но выход, на самом деле, был очевиден: полиция, — а там уже как повезёт: помогут или не помогут. Всё зависит от ситуации. И всё же Чон надеялся, что простого разговора хватит, чтобы уладить ситуацию, потому что возиться со всем этим так долго не хотелось. По правде говоря, Чонгук проклинал тот день, когда набросился на Юнги. Потому что, походу, с этого всё и началось: Намджун, который вечно стремится всем помочь, агрессия Чона, с которой он не смог справиться… Увы, но на Намджуна и правда было тяжело не запасть: стоит ему только засверкать своими ямочками — и можно считать, что ты на крючке. Чонгук бы и сам мог в него влюбиться по уши, но природа всё-таки не позволяет. Покручивая все это в голове, парень все яснее осознавал, как сильно влип его друг. Было бы хорошо сообщить о сложившейся ситуации ему самому, — но ведь это могло напугать его. У Намджуна скоро защита диплома — совсем не хотелось его тревожить. Чон крутил телефон между пальцев, периодически нажимая на экран, чтобы тот не выключился. Параллельно с этим он вспомнил о недавнем пропущенном звонке: нужно перезвонить, несмотря на то, что номер неизвестный. Из динамиков зазвучали монотонные гудки, — но продлились они недолго: ему практически сразу ответили. — Да? — голос казался слегка раздражённым. — Не говорите мне, что это тупая реклама! — Нет-нет, — засуетился Чон, боясь, что сейчас звонок сбросят. — Я нашёл этот телефон и хотел бы вернуть… Мин Юнги. Знаете такого? Собеседник замычал. Он впервые слышал это имя, однако помнил того психованного парня, который потерял телефон. — Вы его в библиотеке нашли? Чонгук моментально ответил, что так оно и было. — В таком случае приходите сегодня вечером в библиотеку. Я договорился с этим Юнги о том, что если мне перезвонят, то я попрошу вернуть этот телефон, — библиотекарь зевнул. — Простите, но ведь уже вечер. Когда мне стоит прийти? — Да хоть сейчас приходите. Лицо Чонгука приобрело недоуменный вид — если бы его собеседник сейчас видел его, то понял бы, что ставит положение в неопределённость. Этот парень явно ненавидел свою работу.

***

Сначала Юнги подумал, что проснулся рано утром, — а потом взял часы с тумбочки и увидел, что стрелка показывает четыре вечера. Мин сильно удивился тому, как много проспал. Джинсы так и были приспущены, и прошедшие события опять вскружили голову; он совсем не понял, что произошло, но не придал этому особого значения. Всё, чего ему сейчас хотелось, — это выпить воды, но он старался игнорировать это чувство. Юнги перевернулся на другой бок, разглядывая стену. Он странно себя ощущал: не видел смысла вставать с кровати и пить эту чёртову воду, — но тут в голову резко ударило обещание библиотекаря и предложение вечером прийти и узнать, не перезвонили ли ему. В этот момент нехило сжало грудь. Юнги ещё раз проверил часы, чтобы удостовериться, что не проспал всё. А какое сегодня число?.. Мин мигом встал с кровати, застёгивая брюки и направляясь на кухню, где висел календарь. 31 октября. Юнги налил в первую попавшуюся чашку воды из-под крана; в нос ударил лёгкий запах хлорки, но это не оттолкнуло, и Мин жадно выпил всё. После этого он отставил чашку и начал глубже дышать из-за нехватки воздуха. Сев за кухонный стол, Юнги глядел в окно: на улице уже было темно. Интересно, чем сейчас занимается Намджун? Наверное, уроки учит. Эти мысли заставили легонько улыбнуться: Намджун такой хороший, такой милый парень. Только вот Юнги даже и не догадывался, что в тот самый момент где-то в Тэгу два тела так страстно сливались в одно целое. Юнги не подозревал о том, что под Намджуном выгибается прекрасная женщина, которая стонет о том, как сильно его любит, а тот в ответ целует её ключицы. — Намджун-оппа… притормози, не так быстро, — с улыбкой стонала та, сильнее обхватывая накачанные плечи мужчины. А Намджун лишь улыбался в ответ, вбиваясь в тело, не желая останавливаться. Юнги пошёл в ванну. Перед раковиной висело небольшое зеркальце — Мин заглянул в него: на бледной коже красовались парочка небольших прыщиков у рта. Скорее всего, потому, что Юнги тянул грязные руки в рот. Глаза были припухшие, а отросшая чёлка лезла в глаза. Выдавив на щётку немного пасты, Мин начал чистить зубы; губы немного щипало из-за небольших ранок на дёснах. Выходя из ванной, Юнги ещё раз проверил время. Убедившись, что всё в порядке, и прикинув, что приедет не слишком поздно, но и не слишком рано, он начал одеваться. Сейчас был час пик: люди возвращались с учёбы, работы, школы — откуда угодно; это заставило Юнги сильно занервничать. Натянув маску на нос, он вошёл в наполненный автобус, вставая максимально близко к двери, чтобы не пришлось расталкивать пассажиров в попытках выйти. Юнги чувствовал, как к нему прижимались люди; из-за этого сводило ноги и покалывало в груди. Мин никогда не был брезглив, но не привык к прикосновениям. Всю дорогу он думал, когда это закончится. Выходя из душного автобуса, Юнги приспустил тёмную маску и вдохнул свежий воздух. Моросил небольшой дождик, а он даже кепку не взял. Библиотека находилась буквально в паре шагов от остановки, поэтому долго добираться не пришлось. Открыв дверь, Юнги заметил, что в помещении стоял приглушённый свет, который так сильно не давил на глаза. Увидев библиотекаря, Мин подбежал к нему. Как ни странно, он сидел и читал, не обращая ни на кого внимания. — П-простите! Библиотекарь медленно поднял взгляд. Увидев лицо Юнги, он тяжело вздохнул и положил в книгу закладку. — Мой т-телефон. Никто не позвонил? — в надежде кусал губы Мин. — Позвонил кто-то. Я сказал ему прийти сюда, но когда именно он это сделает, я без понятия. Юнги оголил зубы в искренней улыбке: всё-таки ему вернут телефон. Мину ещё никогда так не везло в жизни. Библиотекарь же смотрел на него неоднозначно, — походу, он был из тех людей, которых раздражает позитив других. — Можете отсесть за тот стол и подождать, — библиотекарь указал на единственное — сегодня было много народу для городской библиотеки — свободное место. — Надеюсь, тот парень всё-таки придёт. Юнги вновь словно ударили в спину, отбирая какую-либо надежду, но он послушно кивнул и прошёл на указанное место. Настроение заметно поникло: вдруг над ним опять просто подшутили? Юнги трепетно прижимал к себе валентинку в виде сердечка с инициалами NJ: Чимин сказал, что это от Намджуна. — А почему сам Н-намджун мне её не отдал? — с улыбкой интересовался Юнги, разглядывая сердечко. Чимин замешкался: — Ну знаешь, когда тебе типа… нравится человек, ты типа признаться не можешь и всё такое, — попытался улыбнуться Чимин, чеша кончик носа. С момента, когда Пак отдал валентинку, прошло, наверное, пару месяцев, а Юнги всё продолжал возиться с ней — она даже успела помяться. Мин ценил её и держался за неё, словно это было настоящее сердце. Только вот в один момент к Юнги подошёл обеспокоенный друг Чимина — Тэхён — и сказал, что это просто очередная тупая шутка Пака. Тот сильно смеялся над ним: недоумевающее лицо Юнги с приоткрытым ртом, глаза, наполненные влагой, почему-то веселили Чимина. Тэхён отвесил другу мощный подзатыльник, но тот продолжал ржать. В здание вломился Чонгук: было видно, что он торопился сюда. — Где он? — пытался отдышаться парень. — Там, — кивнул головой библиотекарь. Чонгук обернулся и увидел мирно сидящего Мина. — Эм… привет, — Чон потряс парня за рукав. Тот вздрогнул и оглядел лицо человека. Чонгук. На лице Юнги читался ужас. — Нет-нет-нет, н-не подходи! — попытался отшатнуться Мин, но только упал со стула, продолжая в страхе забиваться в угол. Люди в библиотеке обратили на них внимание, но не было похоже, чтобы кто-то хотел вмешаться. — Успокойся, — громким шёпотом заговорил Чон. — Я тебя не трону. Успокойся. Юнги пытался отдышаться, оглядывая Чона: и правда не было похоже, что его собираются побить. — Я нашёл твой телефон, — лукавил Чонгук. — Собираюсь тебе отдать, но перед этим хотел бы с тобой поговорить. Парень продолжал хлопать глазами, так до конца и не веря в слова Чона, но всё-таки пытаясь встать. На ватных ногах он перебрался на своё место, а рядом сел Чон. — Как поживаешь? — В-вы вроде бы хотели отдать мой т-телефон, — протараторил Юнги. Чонгук округлил глаза от обращения на «вы», но поправлять не стал. — Да, ты прав. Вот, держи, — Чонгук передал ему телефон. Юнги нервно взял его в руки, дрожащими пальцами ввёл пароль. «Пароль был четыре нуля?! Господь! Мог бы и догадаться», — пронеслось в голове Чона. — К-кажется, я могу идти, — собирался встать Юнги, но Чон его резко опустил. — Я не закончил, — от холодного обращения Мину вновь стало страшно. — Я знаю, что ты следишь за Намджуном. На этом моменте сердце Юнги ушло в пятки. — Я знаю, что он тебе нравится ещё со школы. Но вот тебе совет: не стоит продолжать это делать. Ты ведь и сам понимаешь, что у вас ничего не выйдет. Начни жить своей жизнью, — в голосе Чонгука не было агрессии или злости — он говорил мягко, стараясь не спугнуть Юнги. Но для самого Юнги всё прошло мимо ушей. Он просто кивал и делал вид, что всё понял. — Я рад, что мы смогли найти общий язык, — похлопал по плечу Юнги Чонгук. Мин попытался тоже улыбнуться, но всё, чего он сейчас хотел, — это вернуться домой.