плутону тоже бывает грустно

на днях хиджин должно исполниться несколько тысяч лет. годы своей жизни хиджин перестала считать ещё давно, потому что надоело. да и к тому же чон поняла, что цифры — всего лишь цифры, поэтому предпочла даже не думать о них. легче жить стало, но совсем чуть-чуть. хиджин помнит многое. помнит, как первые люди основывали земли, как строились египетские пирамиды, как люди умирали от чумы, как одни короли сменялись другими, как враги убивали мирное население во время войны. хиджин, можно сказать, всё это на собственной шкуре испытывала. она была, как остальные люди, но отличало её то, что умереть она не могла. сначала она думала, что это круто. но потом поняла, что это — её наказание. она всё ещё помнит, как провела несколько десятков лет в вонючей и холодной тюрьме. и провела бы ещё много-много лет, если бы тюрьму эту не разрушили во время нападения на город. быть бессмертной — страшно, ведь хиджин помнит сотни и тысячи людей, с которыми её связывают самые тёплые воспоминания. но люди остаются лишь в памяти. а некоторые спустя время исчезают и из неё. с хёнджин они вместе охотились на мамонтов, а потом прятались на деревьях и вообще везде, куда только могли залезть. с ёджин они пытались строить замки из сухого песка, но получались у них только муравейники без муравьёв. хасыль и кахэй угощали хиджин самым вкусным виноградным вином, которое только могли сделать человеческие руки. уже спустя столетия и тысячелетия хиджин поняла, что такое вкусное вино уже никто не сможет сделать. вместе с джинсоль они пытались агитировать людей встать на ноги и свергнуть правительство. закончилось это казнью джинсоль и тем, что ещё несколько десятков лет хиджин просидела в тюрьме и чуть не сошла с ума. вместе с хеджу и суён они читали друг другу стихи и разговаривали о звёздах и цвете любви. их дружба долго не продлилась: хеджу убила суён на дуэли (хиджин сейчас не вспомнит, из-за чего они устроили дуэль), а потом, спустя несколько лет, и сама застрелилась. с джиу, чэвон и йерим она работала в магазине с игровыми автоматами. они вчетвером сидели за столом и разговаривали о всём-всём. потом, когда магазин закрылся, все четыре дороги разошлись. хиджин не знает, что сейчас с этими тремя случилось. но потом появилась она. ким чонын, девочка с факультета фотографий. это был первый учебный день хиджин как студентки факультета информационных технологий или чего-то подобного (хиджин уже и не помнит, как вообще решила обучаться именно на нём). она не могла найти нужный кабинет, а потом появилась второкурсница ким чонын, которая провела хиджин до нужного кабинета. они разговорились, и чонын предложила встретиться как-нибудь ещё раз. потом они встретились. очень-очень много раз. они вместе кушали, ходили в кино, покупали одежду. потом — обнимались и целовались. и хиджин поняла, что любить чонын на удивление просто. любить жар её светлых волос, её пальцы, трепетно касающиеся фотокамеры, тёплую кожу, покрытую редкими родинками, плотные рубашки и глупые носки. чонын была особенной. чонын была особеннее всех, кого хиджин видела за годы своей жизни. наверное, именно поэтому хиджин и доверила ей свою главную тайну. осторожно вложила свой секрет в чужие руки, зная, что рукам этим можно доверить собственную вечную жизнь. — ты поверишь мне, если я скажу, что мне несколько тысяч лет? они лежат на кровати в комнате общежития чонын. здесь пахнет краской от принтера и крабовыми чипсами. чонын пересматривает фотографии на своём фотоаппарате и иногда показывает их хиджин, чтобы та оценила и сказала что-нибудь. — несколько тысяч лет? — чонын не отвлекается от фотоаппарата, продолжая что-то щёлкать на нём. — угу, — хиджин ждёт, когда чонын обратит на неё внимание. чонын задумчиво хмурится и откладывает фотоаппарат на кровать рядом с собой. хиджин поворачивает к ней голову, сдержанно и неловко улыбается. — ты серьёзно или?.. — недоумевающе спрашивает чонын. — да, серьезно. чонын ещё задумчивее хмурится. а потом расслабляет лицо. — поверю. хиджин удивлённо смотрит на девушку. нет, она шутит. чонын явно шутит. — правда? — ага. хиджин приподнимается на локтях и внимательно смотрит на чонын. та не выглядит удивлённой. будто хиджин ей рассказала ей что-то обыденное. — ты не считаешь меня сумасшедшей? ты мне не поверила, да? ты даже не удивлена, эй! — нет, я не считаю тебя сумасшедшей. нет, я тебя поверила. и я удивлена, но совсем немного. возможно, я чувствовала в тебе что-то такое. — такое? — с недоумением спрашивает хиджин. — ага. в тебе было что-то необычное. это трудно словами описать, — чонын не позволяет хиджин сказать ещё что-то и спрашивает: — я только спросить хочу кое-что. — м? — а ведьмы правда существовали? — я… не знаю, — хиджин неловко чешет голову. — я их не видела. хмурясь, чонын грустно вздыхает. — а тебе гадали когда-нибудь? ну, в те времена, — не унимается ким. — один раз всего лишь. и после этого я никогда не ходила к гадалкам. — почему же? — чонын садится ближе и обнимает хиджин за руку. «я готова слушать», — как бы говорит ким. хиджин льнёт ближе к касаниям и шмыгает носом. — мы гадали на мою смерть. я тогда пьяна была, не знаю, почему вообще решила сделать это. она сначала сказала, что не видит моей смерти. а потом, спустя несколько секунд, увидела. она выглядела очень испуганной, чони. очень. она сказала что-то про демонов и чертей, а потом попросила меня уйти. у меня не получится передать тебе всю атмосферу в тот момент, но она была пугающей, да. чонын успокаивающе гладит хиджин по плечу. — ты, получается, бессмертная? пожав, хиджин ближе жмётся к чонын. ищет успокоение в чужих касаниях. — я... я не знаю. но думаю, что да. — вау, — чонын удивлённо промаргивается. — мне бабушка говорила, что спать нужно ложиться до полуночи, иначе спать буду вместе с дьяволом, — неожиданно начинает чонын. — и я ведь верила. даже потом, когда повзрослела и уже не верила в это, всё равно ложилась спать до полуночи. и совсем недавно начала ложиться после. и ведь сплю я не с дьяволом, а с бессмертной девушкой! бабушка мне соврала. никакие дьяволы со мной не спят. если бы я знала, что ты будешь такой красивой, то стала ложиться спать после полуночи ещё несколько лет назад. хиджин сдержанно улыбается. она знает, что потом, спустя несколько десятилетий, чонын покинет её. хиджин больше никогда не увидит солнечную улыбку, блестящие мириадами звёзд глаза и тёплые волосы. но каждое движение и привычку чонын хиджин запомнит навсегда. хиджин прожила тысячи лет, но из всех людей, которых она видела, чонын запомнилась ей больше всего.