Червонная цепь

Комната, в которую почти не попадает свет из-за плотно задернутых черных штор, кажется практически пустой из-за минимального количества мебели тут: двуспальная кровать, письменный стол со стулом и много книг. Книги буквально везде, разложены беспорядочно, хаотично — словно как и их хозяин в своем нраве и поведении. По белой подушке на ложе разбросаны светлые, словно солнце, волосы, а их хозяин крепко спит. Он жмурит слабо глаза, медленно просыпаясь ото сна. Когда приходит осознание, парень даже жалеет, что проснулся. Он отчётливо понимает, чья эта комната. Никаких сомнений. Это его комната.  Действительно, зачем только проснулся? Себе больнее сделать? Следующее, что понимает Курута: он не ощущает в себе никаких сил. Цепь на руке не появляется, а внутри будто образуется пустота. А, хотя, стойте, цепь на руке есть, только вот она физическая; и это скорее кандалы, нежели цепи. Курапика стискивает зубы и дергает рукой, чтобы увидеть, куда уходит конец цепи. Та в свою очередь забита в стенку позади кровати, да звякает неприятно, будто лезвием по нежным перепонкам. Вдохнуть не выходит, он начинает задыхаться, цепляясь за горло и царапая отросшими ногтями, оставляя красные кровавые, как и его глаза, следы. И именно в этот момент, дверь открывается, впуская своего хозяина. — Не советую этого делать, — холодно отзывается мужчина и подходит вплотную, одергивая руки парня и сжимая тонкие запястья того. — А что ты мне сделаешь? Убьешь? — выплевывает блондин, истерично улыбаясь. — Не тебя, — хмыкает Куроро и сильнее сжимает руку, от чего Курапика морщится. — Будь ты проклят, — сквозь зубы рычит блондин, на что лишь слышит тихий смех. Над ним откровенно потешаются. Ну да, ведь что он может в таком положении? Ничего. Просто ничего. Он так бесполезен. Бестолковый. Единственное, что он может сделать — любым способом защитить друзей от их шайки. Любой ценой. — Что тебе нужно? — сипит Курута, опустив голову. — Ответ тебе прекрасно известен. Ты и твоя покорность. Справишься, или будешь словно бешеная собачонка кусаться? — смеется хрипло Куроро, хватая за подбородок и сильно сдавливая его, отпустив левое запястье Курапики. Ему действительно хочется сейчас начать кусаться, рычать, огрызаться, биться в истерике. Но он не может. Нет, он не имеет права так рисковать. Рисковать чужими жизнями. Поэтому Курапика молчит. Как там говорится? «Молчание — знак согласия»? На молчание парня Куроро довольно хмыкает, убирая руки и слабо поглаживая по пшеничным волосам. — Хороший мальчик, — улыбается довольно Люцифер и обводит взглядом парня, цепляясь за острые худые плечи, тонкие длинные руки и такие же красивые ноги. В голове что-то щелкает, от чего Куроро начинает улыбаться еще шире. — Завтра будет банкет в Йоркшине. Многие главы мафий появятся там в сопровождении своих прекрасных, уникальных «украшений». Будь моим украшением, — брюнет медленно проводит с волос к лицу, направляясь ниже, к выпирающим ключицам, давя на кожу, которая сразу белеет еще больше. — Что?..- еле выдавливает Курапика, хотя, кажется, понимает, к чему клонит мужчина. — На банкете будешь моей прекрасной дамой, что так бессовестно украла мое сердце своей красотой, очаровав меня с первого взгляда, — палец, что давил на кожу, опускается еще ниже, одергивая пуговицу рубахи Курапики. Та, не выдерживая, рвется и отлетает куда-то на пол, падая с глухим ударом. Курута буквально слышит все в своей голове через какую-то плотную сетку, как и этот звук. То что происходит следом — словно кошмар на яву. Он снова на лопатках. Но в этот раз кровать хотя бы мягкая… — Красный был создан для тебя, моя драгоценность, — улыбается Куроро, завязывая ленты от туфелек на изящных ножках. Он встает и выпрямляется, поправляя пиджак и протягивая руку блондину. Тот поджимает губы, но приходится все же ухватиться, вставая с кровати на дрожащие ноги. Люцифер медленно ведет парня к зеркалу и встает позади него, кладя руки на плечи и любуясь так. На Курапике короткое красное платье по колено с открытой спиной и закрытым горлом. Оно немного открывает плоский живот, прикрывая грудь. Ах да, с этим немного пришлось повозиться. Не удивительно, что у Курапики нет груди, ведь он парень. Но так как на сегодняшний вечер он будет играть роль девушки, Куроро удалось достать платье с вставками в зоне груди, так что никто даже и не поймет. Курапика слабо ежится, когда ощущает на спине холод от золотой подвески, которая тянется практически до поясницы. На одном его ухе красуется золотая серьга в форме ангельского крыла, что словно продолжает само ушко. А на втором — маленькая серьга — гвоздик с красным рубином. рубин Наверное теперь Куроро помешан на рубине, ведь тот словно цвета глаз Курапики, такой же алый и насыщенный. Люцифер тянет руку к столику и берет оттуда тонкий браслет с камушком, надевая его на запястье блондина и застегивая. — Ты прекрасно выглядишь, согласись, — хмыкает брюнет, кладя руку на талию и немного сжимая ее. Курута передергивает всего, по телу бежит табун мурашек и по спине будто течет водопад холодного пота. — Не трясись так, — выдыхает мужчина и берет под руку, выходя из комнаты. Курапика хлопает длинными подкрашенными ресницами и озирается по сторонам, сглатывая ком в горле и периодически облизывая красные, обведенные помадой губы. Он надеется, что никого из своих знакомых не встретит. Друзей его уж точно тут не будет… — Это так странно, что ты тут, — слышиться знакомый голос, и сердце Курапики пропускает удар, а потом и вовсе начинает биться в бешеном ритме, отдаваясь в перепонках. Он оборачивается к задней части колонны где чаще всего стоит охрана и видит Сенрицу. Хантер грустно улыбается, глядя на Курута. — Я… — сипит Курапика, теряясь и не зная, что ответить. — Гон и остальные пытаются найти тебя… Они знают что ты попал к паукам… Мне стоит сообщить? — Нет. Не стоит, — сипит блондин и поджимает губы. — Ты боишься, что их убьют, верно? Но они ведь не прекратят поиски… — Скажи им, что я просто смог сбежать и ты видела меня. Скажи, что… что я ушел на поиски глаз моей семьи. — Ты уверен? — Более чем, — поджимая губы, отвечает блондин и поправляет слабо платье. — Хорошо, — вздыхает Сенрицу и улыбается ободряюще, глядя на друга. — тебе идет красный. — Спасибо, — слабо прыскает Курапика, — мне пора… До встречи, наверное… — отводя взгляд, сообщает Курута и крутанувшись на каблучках, уходит прочь. — До встречи… — тихо шепчет девушка и тоскливо вздыхает, смотря в след уходящему силуэту… — Ты хорошо себя вел, — отзывается довольно Куроро, оттягивая галстук и кидая взгляд на Курапику, который сидит на кровати. Курута сводит коленки и сглатывает уже в который раз, молча отводя взгляд, не желая продолжать диалог. — Встань, — спокойно отзывается Куроро и подходит к кровати. По спине Курута идут мурашки, но он все-таки встает, не поднимая взгляд. Куроро кладет руку на шею парня и проводит по ткани платья, наблюдая за каждой жилкой на ней, за тем, как острый кадык дергается каждый раз, когда Курута сглатывает нервно. Брюнет давит немного на кадык, а затем резко хватает за запястье, сжимая его и дергая на себя, подняв руку наверх. — Та милая леди с которой ты говорил… что ты ей сказал? — в голосе Люцифера — холодная сталь, а в глазах что-то, что внушает дикий животный страх. Курапику трясет от этого взгляда и голоса, и он почти падает, но его удерживает крепкая рука на талии. Мужчина вглядывается в глаза блондина и хмыкает, но не отпускает, давая понять, что ждет ответа. — Я… я сказал ей, чтобы она передала друзьям… что я сбежал… и чтобы они меня не искали… — еле выдавливает Курута и дергается слабо, ощущая холодок, который бежит по позвонкам. Сейчас что-то произойдёт, и это что-то явно не будет чем-то приятным для Курапики. Это "что-то " настигает молниеносно. Куроро резко толкает Курапику на кровать и смотрит сверху вниз нечитаемым взглядом, от чего блондин медленно, но верно, начинает отползать к изголовью , но Люцифер так же резко хватает за тонкую щиколотку и дергает грубо на себя, смотря в рубиновые глаза. — Нет… нет пожалуйста… — стараясь не зарыдать от отчаяния сипит Курута и цепляется за простыни словно утопающий за соломку. — Неужели ты уже сломался? Но твои глаза, кажется, говорят об обратном. Или они краснеют не только от злости? — хмыкает мужчина. — в любом случае, мне нравится то, что я вижу. Ты красив. Невероятно красив, словно ангел, спустившийся с небес, с глазами цвета самого чистого рубина. — шепчет Куроро и приближается к лицу Курапики, разглядывая каждую эмоцию, дрогнувшие мышцы… Куроро бывает невероятно медленным, оттягивающим каждый момент и движение, когда дело касается Курапики. Этот мальчишка за пару дней успел свести с ума мужчину, перевернув все планы. Хотя тут вина не в блондине. Куроро медленно развязывает ленты туфелек, снимая их с ножек блондина и беря под мягкие ляжки парня, притягивая к себе, устраиваясь между ног. Пышноватая юбка немного мешает, но Люцифер не обращает на это внимания, продолжая раздевать блондина.  Он стаскивает-таки это платье, оставляя лишь драгоценности и нижнее белье, а точнее лишь кружевные красные трусики. Брюнет слабо проводит кончиком ногтя по груди Курута, заставляя дрожать и немного царапает розоватый сосок, усмехаясь с реакции блондина. Куроро нравится будто «метить»  бледное, практически белое тело Курапики. Он кусает, оставляет засосы и легкие царапины по всему телу. Между ног у Курапики следы от зубов Куроро, и, смотря на это, мужчина почему-то ощущает облегчение. Он берет под коленку парня и поднимает ногу, нагибаясь к внутренней части бедер и кусает за мягкую, нежную кожу, оставляя след. Куроро хаотично покрывает тело засосами и вылизывает места укусов, поглядывая на то, как сильно жмурится Курута, комкая простыни в тонких пальцах. Люцифер отстраняется и удобнее устраивается между широко разведённых ног, подгибая их в коленках и заставляя сомкнуться за своей спиной. Он поглаживает впалый живот и рвет в считанные секунды кружевное белье, переходя к своей ширинке. Быстро расстегнув ее и стащив вниз, Люцифер хватает свободной рукой запястья парня, заводя их над головой, сжимает и одним резким толчком входит на всю длину, выбивая весь воздух из легких Курапики. Курута вскрикивает громко и выгибается от боли, отчаянно пытаясь вырвать запястья с сильной хватки, но ничего не получается, их лишь сильнее пережимают, от чего кровь слабо циркулирует, а руки немеют. — Мне казалось, ты должен быть уже достаточно растянут, но ты такой тугой… — хрипит на ушко мужчина и кусает слабо мочку, медленно двигаясь внутри. Курапику будто выворачивает изнутри, потому что то, что происходит, приносит ему удовольствие. Мужчина сильнее сжимает бедра и начинает вдалбливать буквально парня в матрас, кусая за плечи. Куроро решает сжалиться над хнычущим Курапикой и сжимает его член в свободной руке, стараясь проводить по ней в одинаковом темпе. Куруто это совсем не нравится. Ему все это в принципе не нравится. Хочется плакать и биться в истерике. Хочется не ощущать дикое возбуждение, это все слишком не правильно. Ему плевать на тот факт, что они оба мужчины. Но ему не плевать на тот факт, что он ненавидит Куроро. Своего злейшего врага, который сейчас доставляет эйфорию круче, чем какие-нибудь препараты. Курапика хрипло стонет и выгибается от каждого сильного толчка, кончая и закатывая глаза, поджимая пальцы на ногах. Люцифер получает от этого дикое наслаждение и еще большее возбуждение, вытрахивая из блондина всю душу. Спустя какое-то время Куроро кончает не выходя из парня, и выдыхает, откидывая челку назад, а заодно и отпуская затекшие запястья. Он медленно выходит из парня и опускает онемевшие руки вниз, беря свою накидку, привычно укутывая в нее и унося в ванную комнату, дабы отмыть…