Червонная цепь

Когда дни похожи на друг друга, ты теряешь их счет в обыденности и идентичности. Ты перестаешь воспринимать утро и ночь, день и вечер; все теряется, как и смысл происходящего. Каждый день Куроро приходит к нему, всегда кормит его, берет его и, как ни в чем не бывало, отмывает от всего. Куроро не покидает его сразу, нет. Наоборот, ему нравится проводить время рядом с блондином. Он одевает его в просторную белую футболку и укладывает к себе на колени, прижимая к груди, а потом беря рандомную книжку и начиная ее читать. В такие моменты Курапика старается отключить свой мозг или просто надеется уснуть. И это действительно первое время срабатывает. Курута засыпает на чужих руках, уложив голову на грудь и тихо посапывая. Но он даже не видит, как смотрит на него в этот момент Люцифер. В глазах того смесь нечитаемых эмоций. Он молча откладывает книгу и укутывает Курапику в одеяло, укладывая на кровать и любуясь личиком. Куроро никогда никому не скажет, как ему нравится это чувство тепла у груди, как нравится запах пшеничных волос, как ему нравится тихое дыхание. Может это эгоизм, может это скрытность, а может и вовсе страх за мальчишку. Ведь чем чем, а добротой к другим он не отличался.

***

Курапика ненавидит пауков. Нет, не только Геней Рёдан, но еще и обыкновенных пауков. У тех длинные тонкие ножки и руки которые плетут противную паутину, которая то и дело мешается. Курапика расцарапывает спину Куроро, когда тот берет его в ванной комнате. Люцифер подхватывает его под бедра, заставляя обхватить ножками талию, а руками ухватиться за плечи, и входит одним резким толчком, от чего Кура выгибается и сипит, давясь воздухом. Куроро стоит спиной к зеркалу в ванной, и Курута лишь сейчас замечает татуировку паука с номером 0 на спине у Люцифера. Что-то в несчастной голове щелкает, и Курапика впивается ногтями в спину мужчины, оставляя алеющие полосы, пуская кровь того. «Я убью тебя, убью тебя, обещаю, убью тебя.» «Ты умрешь, ты умрешь.» Куроро изливается в мальчишку и аккуратно выходит, забив на неприятные ощущения в спине. С ним и не такое бывало. Люцифер держит под пятой точкой парня и подходит к ванне, забираясь в нее и сажая меж своих ног. Он набирает воду и мылит тельце Курута, касаясь везде-везде. Он трогает руки, трогает бедра, трогает между бедер, трогает ноги. Он вылизывает шею и затылок, ведя носом и вдыхая резко запах, не желая выдыхать. Брюнет тянет руку ниже и аккуратно касается колечка мышц, которое сильно покраснело после полового акта. Курапика дёргается от этого и уже думает о том, что мужчина решил продолжить. Но тот медленно проталкивает палец внутрь, будто выскребая свое семя изнутри. Курута тихо скулит и сжимается весь, на что Люцифер мягко касается губами уха и цепляет его зубами, совсем слабо прикусывая. — Ш-ш, не сжимайся так, мой дорогой, больнее будет, — хрипит Куроро и продолжает свое. Он давит немного на стенки и хмыкает, когда блондин в руках слабо подрагивает. Брюнет вставляет второй палец и раскрывает их на манер ножниц, касается комка нервов внутри, вызывая бурную реакцию мальчишки и звонкий стон. Куроро тянет руку к чужому члену и смыкает два пальца на головке, а затем начинает массировать, проводя короткими ногтями по стволу и методично надрачивая, пока двигает внутри пальцами. Курапику ведет так сильно, что он впивается ногтями в бортики ванны, скуля и выгибаясь. Как бы он себя не ощущал морально — то, что происходит сейчас доставляет ему физическое удовольствие. Он обильно кончает и откидывает голову на плечо мужчины, хватая ртом воздух судорожно. Люциферу не надоедает его вновь отмывать, укутывать в большое полотенце и, взяв на руки, унести обратно в спальню.